№
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
<адрес> 16.09.2022
<адрес> городской суд <адрес> в составе:
председательствующего судьи Катаевой А.А.,
при секретаре Фроловой О.В.,
с участием представителя истца – ФИО15, его представителя ответчика – ФИО3, ответчика ФИО7, его представителя ФИО9,
рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении <адрес> городского суда гражданское дело по иску ФИО10 к ФИО7 о признании договора дарения недействительным, применении последствий недействительности сделки,
УСТАНОВИЛ:
Истец обратился в суд с требованием (согласно уточненному, в части основания, иску) к ответчику о признании договора от ДД.ММ.ГГГГ дарения <данные изъяты> в праве собственности на земельный участок из категории земель населенных пунктов с разрешенным использованием «для ведения гражданами садоводства и огородничества», площадью <данные изъяты>, находящегося по адресу: <адрес> доли в праве собственности на 3-комнатную квартиру, площадью <данные изъяты>, расположенную по адресу: <адрес>, не действительным, поскольку в момент заключения договора даритель ФИО1 (истец) находился в состоянии, когда не был способен понимать значение своих действий, применить последствия не действительности следки, согласно ст.177 ГК РФ.
Мотивированы требования тем, что истец никогда не желал дарить имущество ответчику ФИО7, поскольку у него двое сыновей, полагал, что в случае его смерти доли сыновей должны быть равными. После очередной болезни истца ДД.ММ.ГГГГ его сын (ответчик), воспользовавшись состоянием истца, убедил его составить завещание на принадлежащее ему имущество в равных долях с братом. В силу своего возраста и состояния здоровья (плохого зрения, практически отсутствующего слуха, немощности) истец согласился на составление завещания на обоих сыновей, полагая, что его доставят к нотариусу в <адрес>, которых он знает. Однако, ответчик повез его в <адрес>, дорога для истца была утомительной, он плохо себя чувствовал, не восстановившись после болезни.
Нотариус ничего не объяснял истцу, слухового аппарата он с собой не брал. Доверяя своему сыну, очень плохо чувствовавший себя истец, подписал составленный нотариусом документ, содержание которого было ему неизвестно, копию ему не выдали. ДД.ММ.ГГГГ истец полагал, что является собственником недвижимого имущества, отдавал ответчику деньги для оплаты коммунальных услуг и налогов на недвижимость. ДД.ММ.ГГГГ ответчик причинил побои истцу, травмы в виде ЗЧМТ, СГМ. По результатам проверки в возбуждении уголовного дела было отказано, т.к. сотрудники полиции в силу немощного состояния истца не смогли его опросить. В силу произошедшего истец решил отменить завещание и обратился к нотариусу, где и узнал, что был подписан договор дарения. Проверить информацию о собственности ДД.ММ.ГГГГ, при объявленной пандемии, закрытых учреждениях, своего состояния здоровья, отсутствия мобильности и плохого зрения истец не имел возможности. ДД.ММ.ГГГГ истец получил от управляющей справку в которой четко отражено, что собственником является ФИО7
Истец в судебном заседании на удовлетворении требований настаивал по основаниям, изложенным в иске. Пояснил, что ездил к нотариусу без слухового аппарата. Затем пояснил, что слышал нотариуса, но не понимал знаения
Представитель истца поддержал доводы ФИО10 в полном объеме. Пояснил, что истец узнал о. наступивших последствиях, то есть о заключении договора дарения только ДД.ММ.ГГГГ, когда нотариус ему выдала копию договора, поэтому срок давности не пропущен.
Ответчик ФИО7 возражал против удовлетворения требований истца по основаниям, изложенным в отзыве (№). Пояснил, что никаких побоев отцу он не причинял, проживают вместе в спорной квартире, он осуществляет уход за отцом. Желание подарить недвижимое имущество проявил сам истец, сам обратился к риелтору за помощью, риэлтор же и оформляла документы, он не принимал в этом участия. К нотариусу в <адрес> поехали, потому что попасть в <адрес> было сложно. Перед заключением сделки нотариус долго беседовала с истцом наедине, его попросили выйти из кабинета. Нотариус полностью прочитала договор и отец был при слуховом аппарате. Его брат ФИО2 в курсе заключения указанной сделки, никаких споров по этому поводу между ними нет. Срок давности по заявленным требованиям пропущен.
Представитель ответчика, поддержав доводы ответчика, пояснила, что оснований для удовлетворений требований нет, прошло более года с момента заключения сделки, прошел срок давности. Со стороны ответчика противоправных действий в отношении истца не было, доказательств в материалах дела нет. Действительно у отца и сына имеется конфликт из-за их женщин. Сделка была заключена добровольно, в присутствии нотариуса. Согласно заключению экспертизы – истец понимал значение своих действий в момент подписания договора дарения. Ранее истец занимал должность директора <данные изъяты> на протяжении многих лет, хорошо знает документы и разбирается в финансах.
Представитель третьего лица <данные изъяты> не принимал участия в судебном заседании, извещены надлежащим образом. Ранее принимавшая участие в судебном заседании представитель ФИО4 пояснила, что выходила ДД.ММ.ГГГГ по месту жительства истца по обращению о причинении побоев со стороны сына. Истец рассказывал о договоре дарения в пользу сына, сложилось впечатление, что он прекрасно понимает значение договора, но пожалел об этом позже. Впоследствии пришел сын истца и пояснил, то у истца конфликт с его женой, он не доволен, а у самого истца есть женщина, которая настаивает его против сына, имеет свои корыстные цели. В квартире истца и ответчика прибрано, ответчик готовил на кухне. Истец со слуховым аппаратом хорошо ее слышал.
Третье лицо нотариус ФИО8 в судебное заседание не явилась, будучи извещена надлежащим образом. Из представленных письменных пояснений следует, что именно стороны договора дарения настаивали на его заключении. По-видимому о договоре стало известно некой женщине, которая приезжала с ФИО1 за копией договора (№).
Третье лицо ФИО2 в судебное заседание не явился, будучи извещен надлежащим образом.
Допрошенная в качестве свидетеля ФИО6 пояснила, что является риелтором Агентства «<данные изъяты>. ФИО11 обращались к ней несколько раз. Истец ФИО11 обратился к ней с просьбой составить договор дарения квартиры по <адрес> и земельного участка. Она нашла нотариуса в <адрес>, у которого по времени запись была ближе всех. Она готовила договор по желанию ФИО1, сама лично беседовала с ним, затем увезла к нотариусу. Обсуждали вопрос по второму сыну, истец пояснил, что никаких притязаний нет, они все решили. При беседе нотариуса и ФИО1 она не присутствовала, но истец был в слуховом аппарате. У истца были мотивы подарить квартиру, т.к. он в то время поссорился со своей подругой, она каким-то образом сняла с его карты <данные изъяты>, он опасался.
Заслушав пояснения участников процесса, свидетелей, исследовав представленные суду письменные доказательства, суд приходит к следующему выводу.
Согласно ч. 2 ст. 209 ГК РФ собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.
Право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества (п. 2 ст. 218 ГК РФ).
В соответствии с пунктом 1 статьи 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом. При наличии встречного обязательства к такому договору применяются правила, предусмотренные пунктом 2 ст. 170 ГК РФ.
Согласно ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).
Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено лицами, указанными в настоящем Кодексе.
Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки может быть предъявлено любым заинтересованным лицом. Суд вправе применить такие последствия по собственной инициативе.
В соответствии с п. 1 ст. 177 Гражданского кодекса РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения, то есть данная сделка является оспоримой.
По смыслу правовой нормы, предусмотренной п. 1 ст. 177 ГК РФ, необходимым условием действительности сделки является ее соответствие волеизъявлению лица, совершающего сделку, поскольку сделку, совершенную гражданином в состоянии, когда он не осознавал характера совершаемых им действий, не отдавал им отчета и не мог ими руководить нельзя считать действительной.
При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (п. 2 ст. 167 ГК РФ).
В силу требований п. 1 ст. 167 Гражданского кодекса РФ, недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.
В судебном заседании установлено, что ДД.ММ.ГГГГ между истцом и ответчиком подписан договор дарения <данные изъяты> доли в праве собственности на земельный участок из категории земель населенных пунктов с разрешенным использованием «для ведения гражданами садоводства и огородничества», площадью 1784 кв.м, находящегося по адресу: <адрес> в праве собственности на 3-комнатную квартиру, площадью <данные изъяты>, расположенную по адресу: <адрес>. Договор удостоверен нотариусом ФИО5 (№).
Право собственности ФИО2 зарегистрировано в Едином государственном реестре недвижимости ДД.ММ.ГГГГ (№).
Истец и ответчик являются близкими родственниками, отцом и сыном, проживают и зарегистрированы по адресу: <адрес> (№).
Истец является инвалидом второй группы бессрочно (инвалид по зрению) №).
Из карты профилактического осмотра психиатром от ДД.ММ.ГГГГ следует, что у ФИО1 нет психических нарушений, на прием истец явился с сыном. На учете у психиатра истец не состоит, на прием не обращался, согласно справке от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.87, 138).
Согласно части 1 статьи 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
По ходатайству стороны истца судом была назначена судебная психолого-психиатрическая экспертиза, для проведения которой экспертам представлены медицинская карта пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях № <данные изъяты> на имя ФИО1, медицинская карта пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях кабинета психиатра № <данные изъяты> на имя ФИО1, отказной материал КУСП №, дело бюро МСЭ № на имя ФИО1
Из заключения комиссии экспертов № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ. на момент подписания договора дарения ДД.ММ.ГГГГ имелось органическое расстройство личности (F07.8). об этом свидетельствуют отмечавшиеся у него на фоне давней сосудистой патологии (гипертонической болезни 2 ст., дисцикулярной энцефалопатии 2 ст.) с 2016 года умеренное снижение памяти, обстоятельность мышления, психастеническая симптоматика в виде головокружений. Однако, как следует из представленной медицинской документации, указанная сосудистая патология (дисциркуляторная энцефалопатия 2 ст.) была преимущественно компенсирована, госпитализации были связаны с инфекционными или офтальмологическими заболеваниями, установленная группа инвалидности также был обусловлена нарушением зрения. ФИО1 вел привычный образ жизни, отсутствуют указания на его социальную дезадаптацию. В период совершения юридически значимых действий ДД.ММ.ГГГГ у него также не описывались выраженные интеллектуально-мнестические нарушения. Кроме того, через <данные изъяты> после подписания договора дарения в ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 осматривался психиатром, который не выявлял у него психические нарушения и не рекомендовал наблюдение у психиатра. Третьи лица (представитель ТУ Минсоцразвития, ФИО6, ФИО8) в суде и в пояснении не отмечают когнитивных нарушений, указывают, что ФИО1 принимал участие в организации подписания договора дарения, обсуждал его с окружающими и правильно называл его суть. После перенесенной в ДД.ММ.ГГГГ черепно-мозговой травмы и в начале ДД.ММ.ГГГГ новой короновирусной инфекции интеллектуально- мнестические и эмоционально-волевые нарушения у ФИО11 стали более выражены и сопровождаются вязкостью и обстоятельностью мышления, эмоциональной лабильностью, истощаемостью психических процессов. Психологический анализ материалов гражданского дела, предоставленной медицинской документации и результаты экспериментально-психологического исследования позволяют сделать вывод о том, что у подэкспертного в интересующий суд период не имелось грубых нарушений познавательной деятельности и эмоциональноволевой сферы, а также таких индивидуально-психологических особенностей, которые оказали бы существенное влияние на его поведение в момент совершения оспариваемой сделки, нарушили бы его способность к свободному волеизъявлению. Поэтому эксперты, исходя из анализа материалов гражданского дела в целом и результатов настоящего психолого-психиатрического исследования, считают, что в юридически значимый период ДД.ММ.ГГГГ при подписании договора дарения ФИО1 был способен понимать значение своих действий и руководить ими.
Заключение экспертов отвечает требованиям относимости и допустимости доказательств, соответствует предъявляемым законом требованиям, оснований не доверять выводам экспертов не имеется, поскольку эксперты предупреждены об уголовной ответственности по ст.307 УК РФ, имеют специальную квалификацию и образование, стаж работы по специальности, их выводы мотивированы, носят последовательный и обоснованный характер, согласуются с исследовательской частью заключения. Процессуальный порядок проведения экспертизы соблюден.
Кроме того, ответчиком также заявлено ходатайство о пропуске истцом срока исковой давности, указывая, что с момента заключения оспариваемого договора дарения прошло более года.
В соответствии с ч. 2 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка, либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.
В силу положений п. 1 ст. 200 ГК РФ если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.
В соответствии с п. 2 ст. 199 ГК РФ истечение срока исковой давности, о применении которого заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.
В силу п. 15 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 сентября 2015 года № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 ГК РФ). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца — физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.
Как следует из материалов дела договор дарения ? долои в праве собственности на квартиру и 2/3 долей в праве собственности на земельный участок был заключен между истцом и ответчиком ДД.ММ.ГГГГ, исковое заявление о признании договора дарения недействительным подано истцом в суд ДД.ММ.ГГГГ.
Довод истца о том, что о заключении договора дарения ему стало известно только ДД.ММ.ГГГГ суд находит несостоятельными, поскольку истцом, вопреки ст. 56 ГПК РФ, не представлено доказательств, подтверждающих указанные доводы.
Оценив имеющиеся в деле доказательства в совокупности, заключение экспертов, пояснения свидетеля и третьего лица, письменные доказательства, суд приходит к выводу о том, что истцом не доказано, что на момент заключения договора дарения доли в праве собственности на квартиру и земельный участок ФИО1 находился в состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, оснований для признания недействительными договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ не имеется, кроме того, суд учитывает, что истец обратился в суд с настоящим иском с нарушением установленного законом срока, каких-либо уважительных причин пропуска срока исковой давности истцом не приведено, доказательств, подтверждающих пропуск срока исковой давности по уважительной причине, не представлено, в связи чем в удовлетворении требований истца следует отказать.
На основании изложенного, руководствуясь ст. 194 – 198, 199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ :
В удовлетворении исковых требований ФИО10 к ФИО7 о признании договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО1 и ФИО2 недействительным, применении последствий недействительности сделки, отказать в полном объеме.
Решение может быть обжаловано в <адрес>вой суд в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.
Судья А.А.Катаева