Решение по делу № 2-12099/2022 от 07.03.2023 - о признании пунктов абонентского и опционного договоров ничтожными, взыскании уплаченных денежных средств, компенсации морального вреда, штрафа, судебных расходов, в рамках Закона «О защите прав потребителей».

Дело № 2-971/2023 (2-12099/2022)

50RS0002-01-2022-013691-58

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

07 марта 2023 г. г. Видное Московская область

Видновский городской суд Московской области в составе: председательствующего судьи Титова А.Н., при секретаре судебного заседания Павловой Е.Е., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-971/2023 по иску ФИО2 к ФИО3 ФИО4 ФИО5 о признании пунктов абонентского и опционного договоров ничтожными, взыскании уплаченных денежных средств, компенсации морального вреда, штрафа, судебных расходов, в рамках Закона «О защите прав потребителей»,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО2 обратился в суд с вышеуказанным иском к ФИО6 ФИО7 ФИО8 о признании пункта <данные изъяты> абонентского и опционного договора с ФИО9 № от ДД.ММ.ГГГГ ничтожным; о взыскании в свою пользу: с ФИО10 денежных средств по опционному договору № от ДД.ММ.ГГГГ в размере <данные изъяты> руб. <данные изъяты> коп., штрафа за отказ от добровольного удовлетворения требований потребителя в размере 50% от цены иска в размере <данные изъяты> руб., компенсации морального вреда в размере <данные изъяты> руб., расходов по оплате услуг представителя по подготовке досудебного заявления, искового заявления и консультаций в размере <данные изъяты> руб.; о взыскании в свою пользу: с ФИО11 денежных средств в размере стоимости электронной карты <данные изъяты> № в размере <данные изъяты> руб., штрафа за отказ от добровольного удовлетворения требований потребителя в размере 50% от цены иска в размере <данные изъяты> руб., компенсации морального вреда в размере <данные изъяты> руб., расходов по оплате услуг представителя по составлению искового заявления в размере <данные изъяты> руб.; о признании пунктов 6 и 7 дополнительного соглашения к договору купли-продажи автомобиля № № от ДД.ММ.ГГГГ с ФИО14 ничтожными.

В обоснование иска указано, что ДД.ММ.ГГГГ между истцом и ФИО13 заключен договор купли-продажи автотранспортного средства № от ДД.ММ.ГГГГ за счет кредитных средств по кредитному договору с ФИО15 от <данные изъяты>. При заключении договора купли-продажи автомобиля и кредитного договора истцу была оформлена услуга в рамках абонентского и опционного договора с ФИО16 № от ДД.ММ.ГГГГ Общая цена договора складывается из цены абонентского обслуживания (п.3.1 договора) в размере <данные изъяты> руб. и цены по опционному договору (п. 3.2. договора) <данные изъяты> руб. <данные изъяты> коп. и всего составляет (п.3.3. договора) <данные изъяты> руб. <данные изъяты> коп. и оплачена истцом единовременно за счет кредитных средств.

Предметом указанного договора явилось заключение с исполнителем ФИО17 абонентского и опционного договора, в соответствии с которым заказчик получает право требования от исполнителя денежных платежей и независимые гарантии на указанные ниже условия: заключение с заказчиком с исполнителем в рамках настоящего договора абонентского договора, по которому за плату в период действия договора предоставляется абонентское обслуживание на право получения по требованию следующих услуг: оценка автомобиля (автоэкспертиза), а в рамках опционного договора – независимая гарантия №1 «Продленная гарантия», независимая гарантия №2 «Оплата кредита». Договор заключен на <данные изъяты> месяцев. Услуги по абонентскому и опционному договору оплачены истцом за счет кредитных средств ДД.ММ.ГГГГ В соответствии с п. 6.2 договора Заказчик вправе отказаться от исполнения договора в любое время при условии оплаты исполнителю фактически понесенных им расходов, связанных с исполнением обязательств по данному договор, а согласно п. 6.4 при прекращении опционного договора платеж цены, указанный в п.3.2. Договора не подлежит. Одновременное толкование исполнителя условий договора в части возможности расторжения договора в одностороннем порядке и не предусматривающие возврат опционного платежа, по мнению истца противоречит действующему законодательству. Данный пункт 6.4 договора нарушает права потребителя, поскольку услуги приобретены истцом в бытовых целях.

Указанными услугами в рамках сертификатов независимых гарантий истец не воспользовался и пользоваться в будущем не планировал. В адрес ответчика ФИО18 направлено заявление с требованием расторжения указанного смешанного договора и возврата денежных средств в размере <данные изъяты> руб. <данные изъяты> коп., которое оставлено без ответа. Поскольку истец добросовестно полагал, что осуществляет платеж за предусмотренные договором услуги, а не за независимые гарантии, им принято решение о расторжении указанных договоров. Услуги, по мнению истца являются длительными и действующими, поскольку истец мог в любое время в период действия сертификатов, обратиться к ответчику за их исполнением, а сам факт выдачи независимых гарантий ФИО19 № от ДД.ММ.ГГГГ, не свидетельствует о том, что услуги оказаны и договор прекращен. В связи с чем, истец полагает, что заказчик вправе отказаться от исполнения договора возмездного оказания услуг до его фактического исполнения, в этом случае возмещению подлежат только понесенные исполнителем расходы, связанные с исполнением обязательств по договору.

Также в момент заключения договора купли-продажи и кредитного договора, истцу была оформлена услуга в рамках договора публичной оферты об оказании услуг в виде помощи на дорогах с выдачей Электронной Карты <данные изъяты> № с непериодическим электронным изданием <данные изъяты> Стоимость услуги составила <данные изъяты> руб. Денежные средства оплачены истцом за счет кредитных средств единовременно в день заключения договора. В подтверждение заключения договора с истцом ответчиков предоставлено заявление о присоединении клиента к Договору публичной оферты ФИО20 <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ Из содержания указанного заявления следует, что Клиентом приобретен продукт – Электронной Карты <данные изъяты> № с непериодическим электронным изданием <данные изъяты> содержащееся на электронном носителе (USB flash накопителе), стоимость товара <данные изъяты> руб., указанной в пункте 4.4. заявления. Одновременно с этим, истцу была выдана непосредственно сама Электронная Карта, с содержанием которой истец не ознакомлен. Кроме того, констатация вышеуказанных фактов об ознакомлении истца с содержанием товара, содержащимся на USB flash накопителе не согласуется с тем обстоятельством, что представленная карта не содержит следов ее вскрытия, которые неминуемо должны были образоваться при изъятии flash накопителя с целью его демонстрации.

В адрес ФИО21 было отправлено заявление о возврате денежных средств в размере <данные изъяты> руб., которое осталось без ответа, в том числе в размере стоимости.

Помимо всего прочего, при оформлении договора купли-продажи, истцу было выдано и дополнительное соглашение к договору купли-продажи. Условия дополнительного соглашения к договору купли-продажи автомобиля № от ДД.ММ.ГГГГ, изложенные в пунктах 6 и 7, ограничивающих право потребителя на отказ от услуг в любое время являются по мнению истца недопустимыми, ничтожными и ущемляющими его права потребителя. В адрес ФИО22 направлено заявление с указанием недопустимыми условий Дополнительного соглашения, изложенных в пунктах 6 и 7. Таким образом, по мнению истца, условия дополнительного соглашения к договору купли-продажи, изложенных в пунктах 6 и 7, устанавливают отменительные условия в качестве неблагоприятных последствий реализации потребителем права, предусмотренного Законом о защите прав потребителя, дающего право на отказ от договора оказания услуг в любое время, поскольку это приведет к ухудшению положения потребителя в части обязанности Истца выплатить Ответчику сумму разницы в размере скидки.

В судебном заседании истец заявленные исковые требования поддержал в полном объеме, настаивал на их удовлетворении. Пояснил суду, что все заключенные договоры, дополнительные соглашения заключал добровольно, проставленные в них свои подписи не оспаривал.

Ответчики ФИО23 и ФИО24 явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, были извещены надлежащим образом, о причинах неявки суду не сообщили. Представили в суд возражения на исковое заявление, в котором возражали против удовлетворения исковых требований в полном объеме.

Ответчик ФИО25 обеспечил явку в судебное заседание своего представителя, который возражал против удовлетворения исковых требований по доводам, изложенным в приобщенных к материалам дела возражениям на исковое заявление. Представитель пояснил суду, что все денежные средства, поступившие в счет оплаты от истца, в том числе и по оплате по дополнительному соглашению за дополнительные услуги, были получены ФИО26 через ФИО27 которые в последующем были перечислены в соответствие с заключенными договорами в ФИО28 и ФИО29

Третье лицо ФИО30 в судебное заседание не явилось, своего представителя в суд не направил, извещен надлежащим образом, о причинах неявки суду не сообщил.

Ходатайств, заявлений и отводов не поступило.

На основании ст. 167 ГПК РФ дело рассмотрено в отсутствие не явившихся лиц.

Исследовав материалы дела, дав оценку в совокупности всем представленным доказательствам по делу в соответствии со ст.ст. 55-56, 59-60, 67-68, 71, 86 ГПК РФ, с учетом мнения и доводов сторон по заявленным исковым требованиям, суд находит иск подлежащим частичному удовлетворению по следующим основаниям:

На основании п. 1 ст. 1 Закона РФ от 7 февраля 1992 г. № 2300-1 «О защите прав потребителей» (далее – Закон о защите прав потребителей) отношения в области защиты прав потребителей регулируются Гражданским кодексом Российской Федерации (далее – ГК РФ), Законом о защите прав потребителей, другими федеральными законами и принимаемыми в соответствии с ними иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

В соответствии со ст. 431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом. Если правила, содержащиеся в ст. 431 ГК РФ, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

В силу п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Как разъяснено в п. 43 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 г. № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора», условия договора подлежат толкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в ст. 1 ГК РФ, другими положениями ГК РФ, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (ст.ст. 3, 422 ГК РФ).

При толковании условий договора в силу абзаца первого ст. 431 ГК РФ судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений (буквальное толкование). Такое значение определяется с учетом их общепринятого употребления любым участником гражданского оборота, действующим разумно и добросовестно (п. 5 ст. 10, п. 3 ст. 307 ГК РФ), если иное значение не следует из деловой практики сторон и иных обстоятельств дела.

Условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из ее незаконного или недобросовестного поведения (п. 4 ст. 1 ГК РФ). Толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду.

Значение условия договора устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом (абзац первый ст. 431 ГК РФ). Условия договора толкуются и рассматриваются судом в их системной связи и с учетом того, что они являются согласованными частями одного договора (системное толкование). Толкование условий договора осуществляется с учетом цели договора и существа законодательного регулирования соответствующего вида обязательств.

По смыслу приведенных норм и разъяснений в ходе рассмотрения дела суду независимо от наименования договора следует установить его действительное содержание, исходя как из буквального значения содержащихся в нем слов и выражений, так и из существа сделки с учетом действительной общей воли сторон, цели договора и фактически сложившихся отношений сторон.

Согласно п. 1 ст. 779 ГК РФ по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги. Заказчик обязан оплатить оказанные ему услуги в сроки и в порядке, которые указаны в договоре возмездного оказания услуг (п. 1 ст. 781 ГК РФ).

В силу соглашения о предоставлении опциона на заключение договора (опцион на заключение договора) одна сторона посредством безотзывной оферты предоставляет другой стороне право заключить один или несколько договоров на условиях, предусмотренных опционом. Опцион на заключение договора предоставляется за плату. Другая сторона вправе заключить договор путем акцепта такой оферты в порядке, в сроки и на условиях, которые предусмотрены опционом. Опцион на заключение договора заключается в форме, установленной для договора, подлежащего заключению (п.п. 1, 5 ст. 429.2 ГК РФ).

По опционному договору одна сторона на условиях, предусмотренных этим договором, вправе потребовать в установленный договором срок от другой стороны совершения предусмотренных опционным договором действий (в том числе уплатить денежные средства, передать или принять имущество), и при этом, если управомоченная сторона не заявит требование в указанный срок, опционный договор прекращается (п. 1 ст. ст. 429.3 ГК РФ).

Как указано в п. 1 ст. 429.4 ГК РФ абонентским договором признается договор, предусматривающий внесение одной из сторон (абонентом) определенных платежей за право требовать от другой стороны (исполнителя) предоставления предусмотренного договором исполнения в затребованных количестве или объеме либо на иных условиях, определяемых абонентом (например, абонентские договоры юридических услуг, технического обслуживания оборудования).

Односторонний отказ от исполнения обязательства не допускается за исключением случаев, предусмотренных ГК РФ, другими законами или иными правовыми актами (п. 1 ст. 310 ГК РФ).

Из буквального толкования ст. 429.3 ГК РФ следует, что платеж по опционному договору не подлежит возврату именно на случай прекращения опционного договора по такому основанию (и только на этот случай), то есть в случае, если управомоченная по договору сторона не заявит соответствующее требование в установленный договором срок, не обратится с требованием предоставления предусмотренного договором исполнения в период действия спорного договора.

В силу ст. 32 Закона о защите прав потребителей и п. 1 ст. 782 ГК РФ потребитель вправе отказаться от исполнения договора об оказании услуг в любое время при условии оплаты исполнителю фактически понесенных им расходов, связанных с исполнением обязательств по данному договору.

Обязанность доказать несение и размер таких расходов в соответствии с ч. 2 ст. 56 ГПК РФ должна быть возложена на ответчика.

Право на односторонний отказ от его исполнения может быть осуществлено управомоченной стороной путем соответствующего уведомления другой стороны. Договор прекращается с момента, когда данное уведомление доставлено (п. 1 ст. 450.1 ГК РФ).

Кроме того, исходя из буквального толкования п. 2 ст. 430 ГК РФ договором в пользу третьего лица может быть предусмотрено право сторон расторгать или изменять заключенный ими договор без согласия третьего лица.

В соответствии с ч. 1 ст. 16 Закона о защите прав потребителей условия договора, ущемляющие права потребителя по сравнению с правилами, установленными законами или иными правовыми актами Российской Федерации в области защиты прав потребителей, признаются недействительными.

Между тем, гарантированная Конституцией Российской Федерации свобода экономической деятельности (статья 8), свобода договора, провозглашенная Гражданским кодексом Российской Федерации в числе основных начал гражданского законодательства (пункт 1 статьи 1), не являются абсолютными, не должны приводить к отрицанию или умалению других общепризнанных прав и свобод (статьи 17 и 55 Конституции Российской Федерации), могут быть ограничены федеральным законом в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, прав и законных интересов других лиц (часть 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации).

В соответствии с последовательной позицией Конституционного Суда Российской Федерации, неоднократно изложенной им в своих судебных актах, в качестве способов ограничения конституционной свободы договора на основании федерального закона предусмотрены, в частности, институт публичного договора, исключающего право коммерческой организации отказаться от заключения такого договора, кроме случаев, предусмотренных законом (статья 426 ГК РФ), а также институт договора присоединения, требующего от всех заключающих его клиентов - граждан присоединения к предложенному договору в целом (статья 428 ГК РФ).

К таким договорам присоединения, имеющим публичный характер, относится и опционный договор по настоящему делу, условия которого определяются лицом, предоставляющим услуги, в стандартных правилах. В результате граждане как сторона договора лишены возможности влиять на его содержание, что является ограничением свободы договора, само по себе законом не запрещено, однако требует соблюдения принципа соразмерности, в силу которой гражданин как экономически слабая сторона в этих правоотношениях нуждается в особой защите своих прав. Как следствие, это влечет необходимость в соответствующем правовом ограничении свободы договора и для другой стороны, то есть для лиц, оказывающих данные услуги.

Ввиду отсутствия в законе норм, вводящих обоснованные ограничения для экономически сильной стороны в опционном договоре в части возможности удержания полной опционной премии при прекращении договора вне зависимости от срока действия договора, фактического использования предусмотренных им услуг и оснований его прекращения, нарушаются предписания статей 34 и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации, создается неравенство, недопустимое с точки зрения требования справедливости, закрепленного в преамбуле Конституции Российской Федерации.

Аналогичная позиция изложена в том числе в Постановлении Конституционного Суда РФ от 23 февраля 1999 г. № 4-П, от 4 октября 2012 г. № 1831-О и др.

В п. 76 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что ничтожными являются условия сделки, заключенной с потребителем, не соответствующие актам, содержащим нормы гражданского права, обязательные для сторон при заключении и исполнении публичных договоров (ст. 3, п.п. 4 и 5 ст. 426 ГК РФ), а также условия сделки, при совершении которой был нарушен явно выраженный законодательный запрет ограничения прав потребителей.

Таким образом, в случае нарушения равноценности встречных предоставлений сторон на момент прекращения договора возмездного оказания услуг сторона, передавшая деньги во исполнение такого договора, вправе требовать от другой стороны возврата исполненного в той мере, в какой встречное предоставление является неравноценным, если иное не предусмотрено законом или договором либо не вытекает из существа обязательства.

Соответственно, при досрочном расторжении договора возмездного оказания услуг в связи с отказом потребителя от дальнейшего их использования, если сохранение отношений по предоставлению услуг за рамками такого договора не предусмотрено сторонами, оставление исполнителем у себя стоимости оплаченных потребителем, но не исполненных фактически услуг, превышающей действительно понесенные исполнителем расходы для исполнения договора оказания услуг, свидетельствует о возникновении на стороне исполнителя неосновательного обогащения.

Из материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ между истцом и ФИО31 заключен договор купли-продажи автотранспортного средства за счет кредитных средств по кредитному договору с ФИО32 от ДД.ММ.ГГГГ. При заключении договора купли-продажи автомобиля и кредитного договора истцу была оформлена услуга в рамках абонентского и опционного договора с ФИО33 № от ДД.ММ.ГГГГ Общая цена договора складывается из цены абонентского обслуживания (п.3.1 договора) в размере <данные изъяты> руб. и цены по опционному договору (п. 3.2. договора) <данные изъяты> руб. <данные изъяты> коп. и всего составляет (п.3.3. договора) <данные изъяты> руб. <данные изъяты> коп. и оплачена истцом единовременно за счет кредитных средств.

Предметом указанного договора явилось заключение с исполнителем ФИО34 абонентского и опционного договора, в соответствии с которым заказчик получает право требования от исполнителя денежных платежей и независимые гарантии на указанные ниже условия: заключение с заказчиком с исполнителем в рамках настоящего договора абонентского договора, по которому за плату в период действия договора предоставляется абонентское обслуживание на право получения по требованию следующих услуг: оценка автомобиля (автоэкспертиза), а в рамках опционного договора – независимая гарантия № «Продленная гарантия», независимая гарантия № «Оплата кредита». Договор заключен на <данные изъяты> месяцев. Услуги по абонентскому и опционному договору оплачены истцом за счет кредитных средств ДД.ММ.ГГГГ В соответствии с п. 6.2 договора Заказчик вправе отказаться от исполнения договора в любое время при условии оплаты исполнителю фактически понесенных им расходов, связанных с исполнением обязательств по данному договор, а согласно п. 6.4 при прекращении опционного договора платеж цены, указанный в п.3.2. Договора не подлежит. Одновременное толкование исполнителя условий договора в части возможности расторжения договора в одностороннем порядке и не предусматривающие возврат опционного платежа, по мнению истца противоречит действующему законодательству. Данный пункт 6.4 договора нарушает права потребителя, поскольку слуги приобретены истцом в бытовых целях.

Указанными услугами в рамках сертификатов независимых гарантий истец не воспользовался и пользоваться в будущем не планировал. В адрес ответчика ФИО35 направлено заявление с требованием расторжения указанного смешанного договора и возврата денежных средств в размере <данные изъяты> руб. <данные изъяты> коп., которое оставлено без ответа. Поскольку истец добросовестно полагал, что осуществляет платеж за предусмотренные договором услуги, а не за независимые гарантии, им принято решение о расторжении указанных договоров. Услуги, по мнению истца являются длительными и действующими, поскольку истец мог в любое время в период действия сертификатов, обратиться к ответчику за их исполнением, а сам факт выдачи независимых гарантий ФИО36 № от ДД.ММ.ГГГГ, не свидетельствует о том, что услуги оказаны и договор прекращен. В связи с чем, истец полагает, что заказчик вправе отказаться от исполнения договора возмездного оказания услуг до его фактического исполнения, в этом случае возмещению подлежат только понесенные исполнителем расходы, связанные с исполнением обязательств по договору.

Судом установлено, что в рамках названного договора заключен опционный договор, в соответствии с пунктами 2.1.2. - 2.1.5. заказчик получает право требования от исполнителя денежных платежей и получает от исполнителя независимые гарантии, предусмотренные пунктами 2.1.2.1 – 2.1.2.7 за вознаграждение.

Согласно пункта 3.3. Договора, общая цена Договора составила <данные изъяты> рублей, из которых цена абонентского обслуживания, составила <данные изъяты> рублей (п.3.1), а цена по опционному договору составила <данные изъяты> рублей (п.3.2). Денежные средства истцом были полностью оплачены за счет кредитных денежных средств, путем увеличения суммы выданного истцу кредита. Указанный договор заключен сроком на <данные изъяты> месяцев и действует с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (п. 3.5).

Пунктом 6.2 данного Договора предусмотрено право заказчика (истца) в соответствии со ст. 32 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей» на отказ от исполнения договора о выполнении работ (оказании услуг) в любое время при условии оплаты исполнителю фактически понесенных им расходов, связанных с исполнением обязательств по данному договору.

Пунктом 6.4 Договора предусмотрено, что в соответствии с п. 3 ст. 429.3 Гражданского кодекса Российской Федерации при прекращении опционного договора платеж за право предъявлять требование по опционному договору возврату не подлежит, если иное не предусмотрено опционным договором.

Исходя из буквального значения содержащихся в договоре, заключенном ДД.ММ.ГГГГ между ФИО37 и ФИО2, а также приложений к нему, слов и выражений, и из существа сделки с учетом цели договора, действительной общей воли и фактически сложившихся отношений сторон, суд приходит к выводу о том, что данная сделка, по своей сути, является договором возмездного оказания услуг, содержащим признаки абонентского и опционного договора, в связи с чем спорные правоотношения подлежат урегулированию и с применением положений главы 39 ГК РФ и Закона о защите прав потребителей, то есть фактически является смешанным договором.

Таким образом, включение ответчиком в договор возмездного оказания услуг от ДД.ММ.ГГГГ. условий, которые заранее определены Обществом в стандартных типовых формах без предоставления ФИО2 как заказчику возможности повлиять на его содержание при присоединении к такому договору, положений о невозвращении внесенной платы за услуги при прекращении действия договора, нарушает права потребителя, не соответствует требованиям п. 2 ст. 16 Закона о защите прав потребителей. В связи с этим данные условия договора являются ничтожными.

Постановлением Пленума ВС РФ от 28.06.2012 № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» сформулировал следующие правовые позиции, имеющие значение для рассматриваемого дела: в общем случае отношения между гражданином, приобретающим или заказывающим товары (работы, услуги) исключительно для личных нужд, и организацией, осуществляющей продажу товаров, выполнение работ, оказание услуг, подпадают под действие потребительского закона (пункт 1 постановления); если отдельные виды отношений с участием потребителей регулируются и специальными (по отношению к Гражданскому кодексу) законами Российской Федерации, содержащими нормы гражданского права, то к отношениям, возникающим из таких договоров, потребительский закон применяется в части, не урегулированной специальными законами (пункт 2 постановления). Специального закона, регулирующего правоотношения по опционным договорам за рамками финансового рынка, не существует, вследствие чего Закон РФ "О защите прав потребителей" применяется к отношениям по опционным договорам, если одной из сторон является гражданин, заключивший такой договор для личных нужд.

Судом установлено, что истец отказался от заключенного с ФИО38 договора по причине того что данной услугой он не собирался пользоваться ни при заключении договора купли-продажи автомобиля так и в последствии, направив соответствующее уведомление о расторжении договора. Данное уведомление было получено ФИО39 в связи с чем последним был произведен возврат денежных средств в размере <данные изъяты> руб., из расчета: <данные изъяты> руб. (цена абонентского обслуживания) – <данные изъяты> руб. х <данные изъяты> дней (фактическое количество дней действия договора). В добровольном порядке вернуть остальные уплаченные истцом денежные средства, ответчик отказался. Истец в судебном заседании указал, что не обращался к истца за оказанием каких-либо услуг по заключенному договору.

При этом, ответчиком ФИО40 в нарушение положения ст.56 ГПК РФ суду не представлено доказательств того, что последний оказал истцу какие-либо услуги по заключенному договору (в рамках выданных истцу независимых гарантий) и понес какие-либо расходы в связи с этим.

С учетом обстоятельств данного спора, суд приходит к выводу о том, что истец как потребитель правомерно воспользовался своим правом на расторжение Договора <данные изъяты> № от ДД.ММ.ГГГГ в связи с чем у последнего возникло законное право требования возврата уплаченных по нему денежных средств.

Таким образом, у истца как потребителя, на основании ст. 32 Закона о защите прав потребителей и п. 1 ст. 782 ГК РФ возникло право на отказ от предоставленных ФИО41 услуг по заключенному ДД.ММ.ГГГГ договору, при условии оплаты ответчику фактически понесенных расходов, связанных с исполнением обязательств по договору. ДД.ММ.ГГГГ в адрес ответчика была направлена досудебная претензия с уведомлением о расторжении договора, которая ответчиком не была удовлетворена в полном объеме.

С учетом положений 782 ГК РФ, ст. 32 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. № 2300-1 «О защите прав потребителей» в данном случае возмещению подлежат только понесенные исполнителем расходы, связанные с исполнением обязательств по договору и какие-либо иные последствия одностороннего отказа от исполнения обязательств по договору возмездного оказания услуг, к числу которых относится опционный договор, для потребителя законом не предусмотрены, равно как и не предусмотрен иной срок для отказа потребителя от исполнения договора. Установив, что истец отказался от абонентского договора на обслуживание и опционного договора о выдаче независимых гарантий на право требования денежных платежей, при отсутствии в данном периоде установленных фактов обращения за получением услуг, суд признает правомерным требования истца о взыскании с ответчика уплаченной по опционному договору денежной суммы.

На основании ч.3 ст.196 ГПК РФ суд принимает решение по заявленным истцом требованиям. Однако суд может выйти за пределы заявленных требований в случаях, предусмотренных федеральным законом.

С учетом установленных судом обстоятельств и в силу приведенных выше положений закона суд признает, что истец имеет право отказаться от исполнения как абонентского, так и опционного договора до окончания срока его действия и требовать возврата уплаченных денежных средств в размере общей цены договора, за минусом выплаченной ответчиком суммы в размере <данные изъяты> руб., в заявленном истцом размере (в отсутствие уточнений и изменений исковых требований от истца и его позиции об удовлетворении иска в заявленном размере) – <данные изъяты> рублей <данные изъяты> копеек, которые подлежат взысканию в пользу истца с ответчика ФИО42

Вместе с этим, ответчику направлялась досудебная претензия, которая до настоящего времени осталась без удовлетворения в полном объеме. С учетом установления нарушения прав потребителей и установленных судом обстоятельств, у суда имеются основания для взыскания с ответчика в пользу истца как компенсации морального вреда на основании ст. 15 Закона о защите прав потребителей, так и штрафа, предусмотренного ч. 6 ст. 13 Закона РФ № 2300-1 от 07 февраля 1992 года «О защите прав потребителей» за несоблюдение в добровольном порядке требований потребителя в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной в пользу потребителя.

Согласно ст. 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

В соответствии со ст. 1101 компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Суд полагает, что истцам действиями ответчика причинен моральный вред, в связи с чем взыскивает в его пользу <данные изъяты> рублей.

Определяя баланс прав и законных интересов сторон, суд полагает, что оснований для уменьшения штрафа не имеется в силу следующего. Объективных обстоятельств свидетельствующих о возможности применения ст.333 ГК РФ судом не установлено, а ответчиком не представлено доказательств и мотивированных доводов, которые бы обосновывали его позицию о применении ст.333 ГК РФ.

В соответствие с пунктом 6 ст. 13 Закона РФ № 2300-1 от 7 февраля 1992 г. «О защите прав потребителей» определено, что при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

Пунктом 46 вышеуказанного Пленума определено, что при удовлетворении судом требований потребителя в связи с нарушением его прав, установленных Законом о защите прав потребителей, которые не были удовлетворены в добровольном порядке изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером), суд взыскивает с ответчика в пользу потребителя штраф независимо от того, заявлялось ли такое требование суду (пункт 6 статьи 13 Закона).

В соответствии с пунктом 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации суд вправе уменьшить неустойку, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства. Если обязательство нарушено лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, суд вправе уменьшить неустойку при условии заявления должника о таком уменьшении.

Верховный Суд Российской Федерации в пункте 34 постановления Пленума от 28 июня 2012 г. № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» разъяснил, что применение статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации по делам о защите прав потребителей возможно в исключительных случаях и по заявлению ответчика с обязательным указанием мотивов, по которым суд полагает, что уменьшение размера неустойки является допустимым. Аналогичные положения, предусматривающие инициативу ответчика по уменьшению неустойки на основании данной статьи, содержатся в пункте 72 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 г. N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", в котором также разъяснено, что заявление ответчика о применении положений статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации может быть сделано исключительно при рассмотрении дела судом первой инстанции или судом апелляционной инстанции в случае, если он перешёл к рассмотрению дела по правилам производства в суде первой инстанции.

Таким образом, исходя из смысла приведённых выше правовых норм и разъяснений, а также принципа осуществления гражданских прав своей волей и в своём интересе (статья 1 Гражданского кодекса Российской Федерации) размер процентов (неустойки, штрафа) может быть снижен судом на основании статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации только при наличии соответствующего заявления со стороны ответчика, поданного суду первой инстанции или апелляционной инстанции, если последним дело рассматривалось по правилам, установленным частью 5 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Ответчик о снижении размера штрафа по основаниям ст.333 ГК РФ заявил, однако никак его не мотивировал. В связи с чем оснований для его уменьшения, суд не усматривает, и взыскивает с ответчика в пользу истца штраф в размере <данные изъяты> рубля <данные изъяты> копеек.

Разрешая исковые требования истца к ответчику ФИО43 суд приходит к следующему:

Судом установлено, что в момент заключения договора купли-продажи и кредитного договора от ДД.ММ.ГГГГ истцу была оформлена услуга в рамках договора публичной оферты об оказании услуг в виде помощи на дорогах с выдачей Электронной Карты <данные изъяты> № с непериодическим электронным изданием <данные изъяты> Стоимость услуги составила <данные изъяты> руб. Денежные средства оплачены истцом за счет кредитных средств единовременно в день заключения договора. В подтверждение заключения договора с истцом ответчиков предоставлено заявление о присоединении клиента к Договору публичной оферты ФИО44 <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ Из содержания указанного заявления следует, что Клиентом приобретен продукт – Электронной Карты <данные изъяты> № с непериодическим электронным изданием <данные изъяты> содержащееся на электронном носителе (USB flash накопителе), стоимость товара <данные изъяты> руб., указанной в пункте 4.4. заявления. Одновременно с этим, истцу была выдана непосредственно сама Электронная Карта, с содержанием которой истец не ознакомлен. Кроме того, констатация вышеуказанных фактов об ознакомлении истца с содержанием товара, содержащимся на USB flash накопителе не согласуется с тем обстоятельством, что представленная карта не содержит следов ее вскрытия, которые неминуемо должны были образоваться при изъятии flash накопителя с целью его демонстрации.

В адрес ФИО45 было отправлено заявление о возврате денежных средств в размере <данные изъяты> руб., которое осталось без ответа, в том числе в размере стоимости.

В соответствии с п. 3 ст. 438 ГК РФ, совершение лицом, получившим оферту, в срок, установленный для ее акцепта, действий по выполнению указанных в ней условий договора (отгрузка товаров, предоставление услуг, выполнение работ, уплата соответствующей суммы и т.п.) считается акцептом, если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или не указано в оферте.

Как следует из п. 1 ст. 178 ГК РФ, сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

П. 2 ст. 178 ГК РФ содержит частичный перечень оснований, при которых, при наличии условий, предусмотренных п. 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается существенным признания сделки недействительной (п. 3 ст. 178 ГК РФ).

Судом установлено, что истцом публичная оферта по заключению указанного договора была акцептована добровольно и собственноручно. Истец был ознакомлен с Правилами оказания услуг по программе обслуживания <данные изъяты> размещенных в сети интернет на сайте ответчика.

В соответствие с п.4.3 оферты стоимость карты <данные изъяты> составляет <данные изъяты> руб., из которых <данные изъяты> руб. – стоимость услуг, а <данные изъяты> руб. – стоимость товара – непериодического электронного издания (п.4.4 Оферты).

Из п.4.2 Оферты и указанных выше Правил (п.1.1) – наполнение карты включает в себя доступ к круглосуточному сервису технической, эвакуационной помощи на дороге, оказание справочно-консультационных, юридических услуг владельцам транспортных средств – держателям карты, а также непериодическое электронное издание <данные изъяты> размещенное на электронном носителе.

Факт ознакомления с содержимым переданного истцу электронного носителя, на котором размещено непериодическое электронное издание подтверждается личной подписью клиента в заявлении о присоединении к договору публичной оферты. Карту <данные изъяты> со встроенным в нее USB flash-носителем и пароль для доступа истец получил в момент заключения договора, что также подтверждается личной подписью последнего в заявлении о присоединении. Кроме этого истец указанную карту предъявил суду на обозрение в ходе рассмотрения дела по существу и не отрицал факт ее получения в день подписания договора. Фактов не доведения до истца полной информации, введения в заблуждение судом не установлено, истцом доказательств, указывающих на иное, суду не представлено.

Таким образом, доводы истца о том, что при заключении договора купли-продажи непериодического электронного издания до него не была доведена информация о приобретаемом товаре, своего объективного подтверждения в ходе рассмотрения дела не нашли своего подтверждения. При этом истец не предъявлял к ответчику требования, связанные с качеством проданного ему товара, пояснив суду что не воспользовался преданной ему картой. Таким образом факт того что проданный товар является товаром надлежащего качества потребителем не оспаривается.

Кроме этого материалы дела не содержат сведений о том, что заключение указанного договора являлось для истца вынужденным и что он был лишен права заключить аналогичный договор с другими лицами на иных условиях либо не заключать его совсем.

Таким образом, подписав заявление о присоединении к условиям договора публичной оферты, истец выразил согласие на приобретение электронного непериодического электронного издания, подтвердив, что ознакомлен с его стоимостью, а также подтвердил, что ознакомлен и согласен с условиями публичной оферты ФИО46

Из анализа предмета заключенного договора, из буквального его толкования, следует, что он является смешанным, как договором оказания услуг, так и купли -продажи.

В соответствии со ст.421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Стороны могут заключить договор, в котором в котором содержатся элементы различных договоров, предусмотренных законом или иными правовыми актами (смешанный договор).

Пунктом 3 статьи 438 ГК РФ установлено, что совершение лицом, получившим оферту, в срок, установленный для ее акцепта, действий по выполнению указанных в ней условий договора (отгрузка товаров, предоставление услуг, выполнение работ, уплата соответствующей суммы и т.п.) считается акцептом, если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или не указано в оферте.

Согласно ст.454 ГК РФ по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

На основании ст.458 ГК РФ обязанность продавца передать товар покупателю считается исполненной в момент передачи товара.

Статьей 502 ГК РФ покупатель вправе в течение четырнадцати дней с момента передачи ему непродовольственного товара, если более длительный срок не объявлен продавцом, обменять купленный товар в месте покупки и иных местах, объявленных продавцом, на аналогичный товар других размера, формы, габарита, фасона, расцветки или комплектации, произведя в случае разницы в цене необходимый перерасчет с продавцом. Перечень товаров, которые не подлежат обмену или возврату по указанным в настоящей статье основаниям, определяется в порядке, установленном законом или иными правовыми актами.

Аналогичная норма содержится в статье 25 Закона РФ № 2300-1 «О защите прав потребителей».

Такой перечень утвержден Постановлением Правительства РФ № 55, в соответствии с пунктом 14 которого непериодические издания (книги, брошюры, альбомы, картографические и нотные издания, листовые изоиздания, календари, буклеты, издания, воспроизведенные на технических носителях информации) надлежащего качества не подлежат возврату или обмену.

ФИО2 представил в материалы дела претензию к ФИО47 направленную ДД.ММ.ГГГГ о расторжении указанного договора и возврате денежных средств.

Между тем, судом установлено что получив ДД.ММ.ГГГГ претензию истца ФИО48 ДД.ММ.ГГГГ возвратил истца денежную сумму в размере <данные изъяты> руб. (стоимость услуг по договору).

Таким образом, ответчик не допустил нарушения прав потребителя, исполнив свои обязанности по добровольному удовлетворению требований потребителя.

Суд приходит к выводу, что ответчик возвратил добровольно стоимость оплаченных не оказанных услуг, а стоимость непериодического электронного издания возврату не подлежит, поскольку в этой части договор купли-продажи исполнен обеими сторонами, при заключении договора потребителя была доведена и представлена полная и достоверная информация относительно предмета договора, оснований для одностороннего отказа от договора в связи с недостатками товара по качеству или недостатками информации не имеется.

С учетом отсутствия законных оснований по удовлетворению основного искового требования, предъявленного истцом к ФИО49 о взыскании уплаченных денежных средств по договору, суд отказывает и в удовлетворении заявленных к последнему требований о взыскании в пользу истца штрафа, компенсации морального вреда и судебных расходов, так как они являются производными от основного.

Разрешая требования истца в отношении признания пунктов 6 и 7 дополнительного соглашения к договору купли-продажи автомобиля № от ДД.ММ.ГГГГ с ФИО51 ничтожными, суд учитывает фактические обстоятельства дела и представленные сторонами доказательства, оценив по правилам ст. 67 ГПК РФ собранные по делу доказательства в их совокупности, руководствуясь положениями ст.ст. 178, 421, 422 Гражданского кодекса РФ, разъяснениями, изложенными в пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 года № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», проанализировав условия оспариваемой сделки, которые не содержат положений, противоречащих действующему законодательству, и приходит к следующему:

Из материалов дела следует, что истцом при заключении с ФИО52 договора купли-продажи автомобиля № от ДД.ММ.ГГГГ было подписано и дополнительное соглашение к договору купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ (далее – дополнительное соглашение). Условия дополнительного соглашения к договору купли-продажи, изложенные в пунктах 6 и 7, по мнению истца ограничивают права потребителя на отказ от услуг в любое время и являются недопустимыми, ничтожными и ущемляющими его права потребителя. По мнению истца, условия дополнительного соглашения к договору купли-продажи, изложенных в пунктах 6 и 7, устанавливают отменительные условия в качестве неблагоприятных последствий реализации потребителем права, предусмотренного Законом о защите прав потребителя, дающего право на отказ от договора оказания услуг в любое время, поскольку это приведет к ухудшению положения потребителя в части обязанности Истца выплатить Ответчику сумму разницы в размере скидки.

Между тем, суд отклоняет данные доводы истца за необоснованностью, так как они основаны на неверном толковании норм действующего законодательства по следующим основаниям:

ФИО2 представил в материалы дела претензию к ФИО53 от ДД.ММ.ГГГГ об исключении или изменении данных пунктов дополнительного соглашения.

Судом установлено, что между истцом и ответчиком было заключено дополнительное соглашение добровольно, что не отрицалось и не оспаривалось истцом в ходе судебного заседания.

Также судом установлено, что согласно п.2.1. договора купли-продажи стоимость автомобиля устанавливалась в размере <данные изъяты> руб., при этом данная цена была согласована с учетом скидки, предоставленной истцу по условиям заключенного вышеуказанного дополнительного соглашения от ДД.ММ.ГГГГ.

П.6 и п.7 дополнительного соглашения к договору купли-продажи стороны договорились, что покупатель обязан произвести доплату за автомобиль (без учета скидки) в размере суммы предоставленной скидки в том числе и в случае: …подачи покупателем заявления об отказе от любого из договоров, перечисленных в п.4 настоящего соглашения или досрочного расторжения покупателем данных договоров… Доплата за автомобиль в случаях, указанных в п.6 настоящего Соглашения производится покупателем в течении 5 (пяти) календарных дней с даты отказа от соответствующего договора/даты досрочного расторжения соответствующего договора… При этом общая цена Договора устанавливается без учета скидки составляет <данные изъяты> руб.

Между тем, истец совершил ряд последовательных действий, в том числе по заключению договоров с ФИО54 и ФИО55 на оказание дополнительных услуг, для получения скидки на автомобиль и приобретения автомобиля по согласованной сторонами в договоре купли-продажи автомобиля цены приобретаемого автомобиля.

А в последствии, после приобретения автомобиля со скидкой, совершил действия по одностороннему отказу от заключенных с ФИО56 и с ФИО57 договоров.

Судом не установлены обстоятельства умышленного введения истца в заблуждение относительно обстоятельств, имеющих значение для заключения сделки, истец получил полную информацию о предоставляемой ему услуге.

Между ФИО58 и ФИО59 и между ФИО60 заключены агентские договоры (через ФИО61 по которому ФИО62 обязался за вознаграждение по поручению ФИО63 и ФИО64 от их имени и в их интересах совершать действия, направленные на реализацию клиентами ФИО65 пакетов услуг для заключения с ФИО66 и ФИО67 договоров по оказанию услуг. При этом ФИО68 при заключении таких договоров выступает лишь в роли агента – посредника и стороной по договорам не являлся, в том числе в силу положений ч.1 ст.971 ГК РФ. То есть ФИО69 не может нести ответственность по сделкам, стороной по которой не является. Между тем, все поступившие от истца денежные средства, в том числе по договорам, заключенных истцом с ФИО70 и с ФИО71 были перечислены во исполнение вышеупомянутых агентских и субагентских договоров.

Вместе с этим, в соответствии с п. 2 ст. 1 ГК РФ граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе; они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

В силу ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422 ГК РФ).

Согласно п. 1 ст. 422 ГК РФ договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивными нормами), действующими в момент его заключения.

В соответствии со ст. 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями.

Согласно ст. 310 ГК РФ односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами.

Как разъяснено в пункте 76 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», ничтожными являются условия сделки, заключенной с потребителем, не соответствующие актам, содержащим нормы гражданского права, обязательные для сторон при заключении и исполнении публичных договоров (статья 3, пункты 4 и 5 статьи 426 Гражданского кодекса Российской Федерации), а также условия сделки, при совершении которой нарушен явно выраженный законодательный запрет ограничения прав потребителей. В силу пункта 1 статьи 16 Закона о защите прав потребителей условия договора, ущемляющие права потребителя по сравнению с правилами, установленными законами или иными правовыми актами Российской Федерации в области защиты прав потребителей, признаются недействительными.

Учитывая буквальное содержание договора и дополнительного соглашения от ДД.ММ.ГГГГ, содержащих существенные условия данных договоров, подписанных ФИО2, действия последнего по заключению, в том числе, договоров страхования и кредитования, и последующий отказ истца от данных услуг страхования (в течение 14 (четырнадцати) календарных дней), суд приходит к выводу о том, что при заключении оспариваемого дополнительного соглашения ФИО72 в части предоставления скидки потребителю была предоставлена полная информация о стоимости автомобиля и условиях приобретения, покупатель совершил действия для получения приобретаемого автомобиля по цене с учетом предоставления скидки.

Заключение договоров страхования, а также договора оказания услуг экспертизы и финансовых гарантий, являлось результатом волеизъявления ФИО2, что нельзя расценить как навязывание услуги в отсутствие элемента выгоды другой стороны. Дополнительное соглашение к договору купли-продажи не предусматривает обязанность покупателя по заключению договоров страхования и договоров оказания услуг, как обязательных условий договора купли-продажи, за покупателем остается право выбора приобретения автомобиля за полную стоимость или с уменьшением стоимости при соблюдении дополнительных условий, указанных в дополнительном соглашении.

При этом у ФИО2 имелось право выбора приобретения автомобиля с оплатой его стоимости полностью, либо с учетом скидки, он не был лишен возможности приобрести автомобиль без заключения вышеуказанных договоров, однако своим правом не воспользовался. Также потребитель от заключения дополнительного соглашения от ДД.ММ.ГГГГ не отказался, возражений против предложенных условий не заявил, согласился на заключение договора купли-продажи и соглашения на предложенных продавцом условиях.

Положения Закона РФ «О защите прав потребителей» и Гражданского кодекса РФ не запрещают предоставление скидки покупателю в зависимости от заключения дополнительных сделок.

Из анализа действующего законодательства следует, что услуга не может считаться навязанной потребителю, когда ему предоставлена возможность согласиться или отказаться от оказания ему за отдельную плату дополнительной услуги. Заключение договора купли-продажи автомобиля не было обусловлено обязательным заключением иных договоров, транспортное средство истец мог приобрести и без их заключения, но за иную цену, что не является нарушением прав потребителя.

С учетом изложенных обстоятельств суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований о признании недействительными п.6 и п.7 дополнительного соглашения к договору купли-продажи автомобиля от ДД.ММ.ГГГГ.

В силу ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Согласно ч. 1 ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В соответствии со ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе и: расходы на оплату услуг представителя; связанные с рассмотрение дела почтовые расходы, понесенные сторонами; другие признанные судом необходимые расходы.

Согласно ч. 1 ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Удовлетворяя заявление о возмещении оплаты услуг представителя частично, суд приходит к выводу о том, что истцы в ходе судебного разбирательства воспользовались своим правом на получение квалифицированной помощи, в связи с чем понесли расходы, которые подлежат возмещению.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, сформулированной в определении от 21 декабря 2004 № 454-О, обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя, и тем самым - на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации. Именно поэтому в части 1 статьи 100 ГПК РФ речь идет, по существу, об обязанности суда установить баланс между правами лиц, участвующих в деле.

Разумность предела судебных издержек на возмещение расходов по оплате услуг представителя, требование о которой прямо закреплено в ст. 100 ГПК РФ, является оценочной категорией, поэтому в каждом конкретном случае суд должен исследовать обстоятельства, связанные с участием представителя в споре.

С учетом фактического удовлетворения требований истца к ответчику ФИО73», принимая во внимание принцип разумности и справедливости, учитывая сложность дела, время его рассмотрения в суде, объем выполненной представителем работы и участие представителя как в досудебном урегулировании спора, так и при судебном рассмотрении дела, с учетом того что данные расходы подтверждены соответствующими документами, суд полагает заявленную сумму на представителя снизить и взыскивает с ответчика ФИО74 в пользу истца расходы на оплату услуг представителя в размере <данные изъяты> руб.

Согласно ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

В соответствии с абзацем 24 статьи 50, пунктом 2 статьи 61.1 Бюджетного кодекса РФ государственная пошлина (по нормативу 100 процентов) по делам, рассматриваемым судами общей юрисдикции, мировыми судьями (за исключением Верховного Суда Российской Федерации) подлежит зачислению в бюджеты муниципальных районов.

При этом в силу пункту 3 статьи 333.18 НК РФ государственная пошлина уплачивается по месту совершения юридически значимого действия.

Таким образом, с учетом удовлетворенных требований, на основании абз. 9 ч. 2 ст. 61.1 БК РФ, с ответчика ООО «М-Ассистанс» в бюджет муниципального образования Ленинский городской округ Московской области надлежит взыскать государственную пошлину, от которой был освобожден истец, пропорционально удовлетворенной части исковых требований, в сумме <данные изъяты> руб. <данные изъяты> коп.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Иск ФИО2 к ФИО75 ФИО76», ФИО77 удовлетворить частично.

Признать пункт 6.4 договора № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО78 и ФИО2 ничтожным.

Взыскать с ФИО79 (ИНН № ОГРН №) в пользу ФИО2 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, паспорт №) денежные средства, уплаченные по договору № от ДД.ММ.ГГГГ на абонентское обслуживание и выдаче независимых гарантий, заключенного между ФИО80 и ФИО2, в размере <данные изъяты> руб., моральный вред в размере <данные изъяты> руб., штраф за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя, в размере <данные изъяты> руб., судебные расходы, состоящие из оплаты услуг представителя в размере <данные изъяты> руб.

В удовлетворении остальной части исковых требований – о взыскании с ФИО81 судебных расходов в большем размере, о взыскании с ФИО82 уплаченных денежных средств за присоединение к договору публичной оферты ФИО83 по программе обслуживания <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ, компенсации морального вреда и штрафа, судебных расходов, признании ничтожными пунктов 6 и 7 дополнительного соглашения к договору купли-продажи автомобиля № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО84 и ФИО2 - отказать.

Взыскать с ФИО85 в бюджет муниципального образования Ленинский городской округ Московской области государственную пошлину в сумме <данные изъяты> руб.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Московский областной суд через Видновский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья А.Н. Титов

Мотивированное решение составлено 10.03.2023 года