РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

14 сентября 2022 года

Московский районный суд г. Калининграда

в составе председательствующего судьи Юткиной С.М.,

при секретаре Шичкиной П.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску индивидуального предпринимателя ФИО1 к ФИО2 о взыскании материального ущерба, причиненного работодателю,

установил:

индивидуальный предприниматель ФИО1 (далее по тексту – ИП ФИО1), обратилась в суд с иском к ФИО2 о взыскании материального ущерба, причиненного транспортному средству, в размере 127 100 руб., расходов по оплате услуг эксперта в размере 5 000 рублей, расходов по уплате государственной пошлины в размере 3 842 руб.

Уточнив исковые требования, истец указала, что с 19 января 2022 года по 22 февраля 2022 года стороны состояли в трудовых отношениях, ответчик ФИО2 работал по трудовому договору, согласно которому рабочим местом его значился грузовой автомобиль марки №, государственный регистрационный знак № с полуприцепом – фургоном – рефрижератором марки , государственный регистрационный знак №. Указанный грузовой автомобиль с полуприцепом, принадлежащий ООО «», находится в аренде у истца.

03 февраля 2022 года ФИО2 выполнял по заданию работодателя перевозку груза на вышеуказанном грузовом автомобиле из в . 06 февраля 2022 года работодателю стало известно, что ФИО2 при управлении транспортным средством совершил дорожно-транспортное происшествие, сотрудников ГИБДД на место ДТП не вызывал. По прибытию из рейса поврежденный автомобиль был осмотрен экспертом-техником Независимого бюро оценки и экспертизы, и составлен акт оценки суммы восстановительного ремонта, которая составила 209 400 рублей. Силами истца самостоятельно был произведен ремонт указанного автомобиля, затраты которого составил 127 100 рублей.

Ссылаясь на положения ст. 238, 242, 243, условия трудового договора, истец просит взыскать с ответчика стоимость восстановительного ремонта, затраченного работодателем, судебные расходы в виде оплаты экспертного заключения по стоимости восстановительного ремонта (5 000 руб.) и государственной пошлины (3 842 руб.) (л.д. 99-101).

В судебном заседании истец ИП ФИО1 и ее представитель по доверенности и ордеру ФИО3 поддержали исковые требования, настаивали на их удовлетворении. Дополнительно суду пояснили, что ДТП произошло только по вине водителя ФИО2, который вопреки требованиям Правил дорожного движения не вызвал сотрудников ГИБДД, в связи с чем работодатель утратил возможность получить страховую выплату, от дачи объяснений ответчик уклонялся, как и от ознакомления с заключением эксперта по оценке стоимости восстановительного ремонта. Обращали внимание, что истцом взыскиваются фактические расходы, связанные с ремонтом грузового автомобиля, получившим повреждения именно в ДТП, произошедшем 06 февраля 2022г. по вине ответчика.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании исковые требования не признал, пояснил суду, что действительно состоял в трудовых отношениях с истцом, не отрицал факта совершения мелкого дорожно-транспортного происшествия, при этом пояснил, что повреждения были такие несущественные, что позволили ему после происшествия проделать путь в 3 000 км, добраться до места назначения и обратно. По возвращению его из рейса, работодатель объявил ему, что заработную плату он не получит, её засчитают в счет возмещения причиненного ущерба, несмотря на то, что это противоречит трудовому законодательству, он не возражал. Объяснений у него не истребовали, на осмотр специалистом его не уведомляли. Полагает, что те повреждения, которые отражены в заключении не связаны с тем ДТП, которое он совершил. Просил в иске отказать.

Суд, заслушав истца, его представителя, ответчика, свидетелей, исследовав письменные материалы дела, приходит к следующему.

Статьей 233 Трудового кодекса Российской Федерации определены условия, при наличии которых возникает материальная ответственность стороны трудового договора, причинившей ущерб другой стороне этого договора. В соответствии с этой нормой материальная ответственность стороны трудового договора наступает за ущерб, причиненный ею другой стороне этого договора в результате ее виновного противоправного поведения (действий или бездействия), если иное не предусмотрено данным кодексом или иными федеральными законами. Каждая из сторон трудового договора обязана доказать размер причиненного ей ущерба.

Главой 39 Трудового кодекса Российской Федерации «Материальная ответственность работника» урегулированы отношения, связанные с возложением на работника, причинившего работодателю имущественный ущерб, материальной ответственности, в том числе установлены пределы такой ответственности.

В силу части первой статьи 238 Трудового кодекса Российской Федерации работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с работника не подлежат.

Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе, имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам.

Согласно статье 241 Трудового кодекса Российской Федерации за причиненный ущерб работник несет материальную ответственность в пределах своего среднего месячного заработка, если иное не предусмотрено данным кодексом или иными федеральными законами.

Полная материальная ответственность работника состоит в его обязанности возмещать причиненный работодателю прямой действительный ущерб в полном размере (часть 1 статьи 242 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью второй статьи 242 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба может возлагаться на работника лишь в случаях, предусмотренных этим кодексом или иными федеральными законами.

Перечень случаев возложения на работника материальной ответственности в полном размере причиненного ущерба приведен в статье 243 Трудового кодекса Российской Федерации.

Так, материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба возлагается на работника в следующих случаях: когда в соответствии с настоящим Кодексом или иными федеральными законами на работника возложена материальная ответственность в полном размере за ущерб, причиненный работодателю при исполнении работником трудовых обязанностей;

недостачи ценностей, вверенных ему на основании специального письменного договора или полученных им по разовому документу;

умышленного причинения ущерба; причинения ущерба в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения;

причинения ущерба в результате преступных действий работника, установленных приговором суда;

причинения ущерба в результате административного проступка, если таковой установлен соответствующим государственным органом;

разглашения сведений, составляющих охраняемую законом (государственную, служебную, коммерческую или иную),

в случаях, предусмотренных федеральными законами; причинения ущерба не при исполнении работником трудовых обязанностей.

Как установлено и подтверждается материалами дела, ответчик ФИО2 с ДД.ММ.ГГГГ г. по ДД.ММ.ГГГГ года состоял в трудовых отношениях с ИП ФИО1, работал , что подтверждается трудовым договором № № от ДД.ММ.ГГГГ г. и приказом о приеме на работу, копией трудовой книжки (л.д. 16-33).

Согласно трудовому договору рабочим местом работника ФИО2 являлся №, государственный регистрационный знак №, с полуприцепом – фургоном – рефрижератором марки , государственный регистрационный знак № (п. 1.4. трудового договора) (л.д.17).

Судом установлено, что 03 февраля 2022 года ФИО2 в рамках исполнения трудового договора по заданию работодателя выполнял перевозку груза из в , что подтверждается документально и не оспаривалось сторонами (л.д. 34-37).

В судебном заседании так же было установлено, что водитель ФИО2 06 февраля 2022 года, двигаясь на №, государственный регистрационный знак №, на переходе государственной границы Беларусь - Россия (Рудня) на пункте досмотра груза совершил дорожно-транспортное происшествие, о чем он в тот же день сообщил работодателю.

Из копии договора аренды от 12 мая 2021 г., заключенного ИП ФИО1 с ООО «», следует, что вышеуказанный грузовой автомобиль находился в пользовании индивидуального предпринимателя ФИО1 на дату дорожно-транспортного происшествия (л.д. 9-14).

Как следует из акта экспертного исследования, составленного индивидуальным предпринимателем ФИО11 02 марта 2022 г., размер ущерба, нанесенного владельцу №, государственный регистрационный знак №, в результате ДТП, произошедшего 6 февраля 2022 года с учетом износа составляет 209 400 рублей; без учета износа составляет 808 300 рублей (л.д. 40-44).

Истец просит взыскать с ответчика стоимость фактически понесенного восстановительного ремонта в размере 127 100 руб., возложив на бывшего работника полную материальную ответственность, указав в обоснование п. 2.1.2 трудового договора № 8, где предусмотрено, что в случае поломки вверенного работнику автомобиля по его вине, он обязан произвести ремонт своими силами и за свой счет.

Обязательным условием для возложения на работника полной материальной ответственности в силу пункта 1 части 1 статьи 243 Трудового кодекса Российской Федерации является наличие заключенного с работником договора о полной индивидуальной материальной ответственности.

При этом договор о полной индивидуальной материальной ответственности может быть заключен только с определенными категориями работников, указанными в Перечне должностей, работ, замещаемых или выполняемых работниками, с которыми работодатель может заключать письменные договоры о полной индивидуальной материальной ответственности, утвержденном Постановлением Министерства труда и социального развития Российской Федерации от 31 декабря 2002 года № 85, в котором должность водителя, занимаемая ответчиком, а равно и работа (управление транспортным средством), им выполняемая, не включены.

Таким образом, с ответчиком договор о полной индивидуальной материальной ответственности в связи с исполнением им обязанностей именно водителя не мог быть заключен. Условие трудового договора – п. 2.1.2, на которое ссылается сторона истца, не может являться основанием для возложения на ответчика полной материальной ответственности, поскольку причинение ответчиком ФИО2 ущерба работодателю при исполнении трудовых обязанностей в результате повреждения находившегося у него под управлением транспортного средства не относится к числу случаев, когда полная материальная ответственность возлагается на работника в силу прямого указания закона (пункт 1 часть 1 статьи 243 Трудового кодекса Российской Федерации).

Сведений о том, что уполномоченным органом в отношении ФИО2 выносились постановления о назначении административного наказания или постановления о прекращении производства по делу об административном правонарушении в связи с его малозначительностью, суд не располагает.

Наличие только вины в дорожно-транспортном происшествии основанием для возложения на ФИО2 материальной ответственности в полном размере не является правомерным, поскольку не предусмотрено трудовым законодательством.

Кроме того, учитывая, что на момент причинения ущерба ФИО2 состоял в трудовых отношениях с истцом, подлежали проверке соблюдение истцом требований статей 246, 247 Трудового кодекса Российской Федерации.

В силу части первой статьи 247 Трудового кодекса Российской Федерации до принятия решения о возмещении ущерба конкретными работниками работодатель обязан провести проверку для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения. Для проведения такой проверки работодатель имеет право создать комиссию с участием соответствующих специалистов.

В соответствии с частью второй статьи 247 Трудового кодекса Российской Федерации истребование от работника письменного объяснения для установления причины возникновения ущерба является обязательным. В случае отказа или уклонения работника от предоставления указанного объяснения составляется соответствующий акт.

Работник и (или) его представитель имеют право знакомиться со всеми материалами проверки и обжаловать их в порядке, установленном данным кодексом (часть третья статьи 247 ТК РФ).

В соответствии с пунктом 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 г. № 52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю» к обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником, обязанность доказать которые возлагается на работодателя, в частности, относятся: отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения (действия или бездействие) причинителя вреда; вина работника в причинении ущерба; причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба; соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности.

При этом бремя доказывания наличия совокупности указанных обстоятельств законом возложено на работодателя, который до принятия решения о возмещении ущерба конкретным работником обязан провести проверку с обязательным истребованием от работника письменного объяснения для установления размера причиненного ущерба, причин его возникновения и вины работника в причинении ущерба.

В материалах дела имеется требование от 14.02.2022, адресованное ФИО2, следующего содержания: индивидуальный предприниматель ФИО1 требует от вас в срок не позднее 02.03.2022 предоставить письменное объяснение по факту ДТП на рабочем автомобиле, в результате которого грузовой тягач был поврежден. Подписи ФИО2 о получении требования не имеется. (л.д. 61).

В судебном заседании ответчик последовательно утверждал, что указанное объяснение он не получал, требование такого характера ему не предъявлялось.

Как следует из объяснений истца, данных в ходе судебного разбирательства (протокол судебного заседания от 14 сентября 2022 г.), вышеуказанное требование ответчику по почте не направлялось, предъявлялось по месту работы, но от подписи он отказывался, акты не составлялись, объяснения у работника истребовались устно, в связи с тем, что 02 марта 2022г. объяснение ФИО2 представлено не было, был составлен акт.

Согласно акту от 02 марта 2022г. ФИО2, в присутствии ФИО1, водителей-экспедиторов ФИО12., ФИО13 отказался дать письменное объяснение о причинах совершения им ДТП на №, государственный регистрационный знак №. Уведомление о необходимости этого было вручено ФИО2 под подпись 14.02.2022, срок предоставления – 02.03.2022 14.00 (л.д.62).

В судебном заседании допрошенный в качестве свидетеля ФИО13 суду пояснил, что был свидетелем того, что водитель ФИО2 отказался дать объяснение по факту ДТП, которое он совершил.

Свидетель ФИО15 в судебном заседании пояснил, что был только однажды свидетелем того, что ФИО2 отказывался подписывать какие-то бумаги, которое имело место быть после составления заключения эксперта, т.е. после 2 марта 2022г.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что работодателем не исполнена прямая обязанность по истребованию от работника письменных объяснений, что в силу положений статьи 247 Трудового кодекса Российской Федерации является обязательным, в этой связи суд критически относится как к акту от 02 марта 2022 года, так и к показаниям свидетеля ФИО4

Кроме того, в судебном заседании установлено, что осмотр экспертом ФИО11 21.02.2022г. был проведен в отсутствие ответчика, который также не был заблаговременно извещен о времени проведения осмотра, и не был ознакомлен и с результатами акта экспертного исследования.

При этом эксперту в связи с отсутствием ФИО2 не было известно об обстоятельствах ДТП, тех повреждениях, которые возникли непосредственно после ДТП, ответчик лишен был права и возможности задавать вопросы эксперту, делать замечания.

Пояснения свидетелей ФИО15., ФИО18., ФИО13., которые показали, что грузовой автомобиль до ДТП, произошедшего 06.02.2022г., был технически исправен, а все повреждения, которые у него имелись на момент осмотра, связаны именно с ДТП, судом не принимаются во внимание, поскольку обстоятельства ДТП указанным лицам не были известны, а объяснения по факту ДТП у ответчика не истребовалось.

Таким образом, работодателем до принятия решения о возмещении ущерба ФИО2 не выполнен в полном объеме комплекс мер, позволяющих установить точный размер причиненного ущерба, причины его возникновения и вину работника в причинении ущерба.

При этом суд полагает необходимым отметить, что якобы предлагая ответчику дать объяснения по факту ДТП, работодатель ожидал их получить не позднее 02 марта 2022г., однако осмотр специалистом поврежденного грузового автомобиля произвел, не дождавшись объяснения ФИО2, указанное обстоятельство также подтверждает вывод суда о том, что объяснение от ФИО2 по факту ДТП не истребовалось, а акт от 02.03.2022 вызывает сомнение в его достоверности.

В соответствии с пунктом 5 Обзора практики рассмотрения судами дел о материальной ответственности работника, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 5 декабря 2018 г., до принятия решения о возмещении ущерба конкретными работниками работодатель обязан провести проверку, истребовать от работника (бывшего работника) письменное объяснение для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения. Бремя доказывания соблюдения порядка привлечения работника к материальной ответственности законом возложено на работодателя. Проведение указанной проверки является неотъемлемой частью возложения на работника материальной ответственности за причиненный ущерб работодателю, поскольку именно по результатам данной проверки должны быть установлены обстоятельства, указанные в законе как основание материальной ответственности работника.

Принимая во внимание, что истцом нарушен установленный статьями 246, 247 Трудового кодекса Российской Федерации порядок привлечения работника к материальной ответственности, не соблюдена процедура привлечения работника к материальной ответственности (не истребованы письменные объяснения), суд приходит к выводу, что оснований для удовлетворения исковых требований не имеется.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований индивидуального предпринимателя ФИО1 к ФИО2 о взыскании материального ущерба отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Калининградский областной суд через Московский районный суд г. Калининграда в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения.

Мотивированное решение изготовлено 21 сентября 2022 года.

Судья