Дело №2-121/2025
УИД 13RS0002-01-2025-000251-29
РЕШЕНИЕ
именем Российской Федерации
г.Темников 03 октября 2025 г.
Темниковский районный суд Республики Мордовия в составе
судьи Семиковой О.В.,
при секретаре Бибаевой Н.А.,
с участием:
истца – ФИО2, его представителя ФИО3, действующего на основании пункта 6 статьи 53 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,
ответчика – Акционерного общества «Группа страховых компаний «Югория»,
ответчика – ФИО4,
третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне ответчика – Службы финансового уполномоченного,
третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне ответчика – ФИО5,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к Акционерному обществу «Группа страховых компаний «Югория», ФИО6 о возмещении ущерба, компенсации морального вреда,
установил:
ФИО2 обратился в суд с указанным исковым заявлением к Акционерному обществу «Группа страховых компаний «Югория» (далее АО «ГСК «Югория») и ФИО4 В обоснование исковых требований указал, что в результате дорожно-транспортного происшествия (далее – ДТП), произошедшего 25 сентября 2024 г. вследствие действий водителя ФИО4 (далее – ответчик 2), управлявшего транспортным средством Ford, государственный регистрационный знак №, был причинен вред принадлежащему истцу транспортному средству Mazda, государственный регистрационный знак №, 2005 года выпуска (далее – транспортное средство, автомобиль). Виновником ДТП признан ФИО4, который свою вину признал и не оспаривал. Гражданская ответственность водителя ФИО4 на момент ДТП была застрахована в АО «ГСК «Югория» (далее – ответчик 1) по договору ОСАГО серии № (далее – договор ОСАГО). Гражданская ответственность истца на момент ДТП застрахована не была. 26 сентября 2024 г. им в адрес АО «ГСК «Югория» было подано заявление о возмещении ущерба. При обращении в АО «ГСК «Югория» им была избрана натуральная форма страхового возмещения путем организации и оплаты восстановительного ремонта транспортного средства на СТОА по направлению страховщика.
АО «ГСК «Югория», в одностороннем порядке, заменив приоритетную форму возмещения на денежную выплату, признал случай страховым, и 08 октября 2024 г. произвел в его пользу страховую выплату в размере 232 900 рублей. Выплаченная сумма явно недостаточна для оплаты полной стоимости ремонта автомобиля. Соглашения о достаточности страховой выплаты он не подписывал. В связи с этим им 30 октября 2024 г. в адрес АО «ГСК «Югория» была направлена досудебная претензия, содержащая, среди прочего, требование выдать ему направление на СТОА, либо оплатить стоимость данного ремонта в полном объёме. За отправку претензии он оплатил почтовые услуги в размере 738 рублей 01 копейку. В ответ на претензию ответчик направил в его адрес письмо, содержащее отказ в удовлетворении заявленных им требований.
В целях соблюдения досудебного порядка урегулирования страхового спора, истцом 25 марта 2025 г. было подано обращение в Службу финансового уполномоченного, с приложением всех необходимых документов для рассмотрения обращения. 14 апреля 2025 г. решением СФУ №У-25-34661/5010-003 в удовлетворении требований ему было отказано.
С Решением СФУ истец не согласен. По своей инициативе организовал проведение независимой экспертизы. В соответствии с выводами экспертного заключения №298С ООО <данные изъяты>» от 07 апреля 2025 г. полная стоимость восстановительного ремонта автомобиля (в рамках положений Банка России «О ЕМ» 755-П) составляет 321 100 рублей. По результатам заключения специалиста №298С/1 ООО <данные изъяты>» от 07 апреля 2025 г. полная стоимость восстановительного ремонта автомобиля по средне рыночным ценам на дату расчета, составляет 464 176 рублей. Услуги экспертной организации оплачены им в размере 12 000 рублей.
Считает, что по вине страховщика у него возникли убытки в размере полной стоимости восстановительного ремонта автомобиля по рыночным ценам.
Неисполнение обязательств со стороны ответчиков, привело к тому, что истец испытывает сильное душевное волнение и нравственные страдания. Затягивание рассмотрения страхового спора критично сказалось на его финансовом положении. В связи с данным обстоятельством ему пришлось изменить сложившийся жизненный уклад и перераспределить бюджет семьи, сократив расходы на питание и содержание семьи. Таким образом, ему вследствие действий ответчика причинены нравственные страдания, - моральный вред, который он оценивает в 10 000 рублей.
Просит взыскать в его пользу с АО «ГСК «Югория»:
400 000 рублей в счет взыскания неустойки за период с 12 октября 2024 г. по 19 мая 2025 г.;
10 000 рублей в счет компенсации морального вреда;
115 638 рублей в счет взыскания штрафа;
с ответчиков солидарно:
231 276 рублей в счет взыскания долга;
12 000 рублей в счет компенсации расходов по оплате услуг независимой экспертной организации;
932 рубля 01 копейку в счет возмещения понесенных расходов по оплате почтовых услуг;
40 000 в счет компенсации понесенных расходов по оплате юридических услуг;
402 рубля 48 копеек в счет возмещения понесенных расходов по оплате услуг телеграфа;
7938 рублей в счет возмещения понесенных расходов по оплате государственной пошлины.
20 июня 2025 г. в суд от ответчика ФИО4 поступили письменные возражения относительно исковых требований, в которых он указывает, что действия страховой компании и оплаченную ей сумму страховой выплаты в размере 232 900 рублей считает законными и обоснованными. Заключение специалиста (а не эксперта) о полной стоимости восстановительного ремонта, представленное истцом считает незаконным, поскольку он не давал подписку по статье 307 УК РФ, считает сумму завышенной. Считает также завышенными требования о взыскании судебных расходов на оплату услуг представителя. Просит учесть, что истец в момент совершения дорожно-транспортного происшествия и управления автомобилем находился в состоянии алкогольного опьянения и поменялся местами с пассажиром. Просил отказать в удовлетворении исковых требований.
В дополнениях к возражениям от 27 июля 2025 г. ответчик ФИО4 указывает на пропуск истцом срока обращения в суд с иском после обращения в службу финансового уполномоченного, что является основанием для отказа в удовлетворении исковых требований.
08 июня 2025 г. от ответчика АО «ГСК «Югория» в суд поступили возражения на исковое заявление, из которого следует, что истцом пропущен срок для подачи искового заявления после обращения в службу финансового уполномоченного (более 30 дней). Кроме того указывает на отсутствие оснований для удовлетворения иска, поскольку истец реализовал право на получение страхового возмещения, путем подписания соглашения о размере страховой выплаты, в соответствии с которым размер страховой выплаты, подлежащей возмещению в связи с наступлением страхового случая, составил 232 900 рублей. Истцом в качестве формы страхового возмещения была выбрана выплата денежных средств безналичным расчетом. Истец не вправе предъявлять требование о страховом возмещении сверх страховой суммы, установленной Законом об ОСАГО. Кроме того, ответчик указывает на отсутствие оснований для взыскания штрафа и неустойки, поскольку осуществило выплату страхового возмещения в установленные сроки. Доказательств причинения морального вреда истцом не представлено. Возражает относительно требований о взыскании расходов на оплату услуг эксперта, поскольку оно составлено ранее, чем было принято решение финансовым уполномоченным. Указывает на отсутствие оснований для взыскания расходов на оплату юридических услуг, поскольку данная категория дел, по мнению ответчика, не является сложной и нетипичной. Просит оставить исковое заявление без рассмотрения. В удовлетворении исковых требований отказать в полном объеме. В случае удовлетворения исковых требований снизить размер судебных расходов, неустойки и штрафа.
28 июля 2025 г. от истца ФИО2 в суд поступило ходатайство о восстановлении пропущенного срока для принятия к рассмотрению искового заявления, в обоснование которого указал на отсутствие у него возможности доступа к сети «Интернет» в связи с особенностями трудовой деятельности и постоянной работой средств <данные изъяты>, и незначительность этого срока (7 дней) (т.1 л.д.233).
Определением Темниковского районного суда Республики Мордовия от 16 сентября 2025 г. к участию в деле на сторону ответчика в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора на сторону ответчика, привлечена ФИО5
В судебном заседании истец ФИО2 исковые требования поддержал по основаниям, указанным в исковом заявлении, кроме того пояснил, что соглашение об урегулировании убытков по договору ОСАГО от 04 октября 2024 г. он не подписывал, им была избрана натуральная форма страхового возмещения, заявление о страховом возмещении в денежной форме не писал. Просил исковые требования удовлетворить.
Представитель истца ФИО3 в судебном заседании 25 июля 2025 г. и 02 октября 2025 г. исковые требования ФИО2 поддержал в полном объеме, ссылаясь на доводы, изложенные в исковом заявлении, просил их удовлетворить.
Представитель ответчика АО «ГСК «Югория» ФИО7 в судебных заседаниях 25 и 30 июля 2025 г. исковые требования не признала, по основаниям, изложенным в письменных возражениях относительно исковых требований, просила оставить их без рассмотрения ввиду пропуска срока обращения в суд с иском, а в случае удовлетворения исковых требований, применить положения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации. Размер ущерба не оспаривала.
В судебное заседание, назначенное на 02 октября 2025 г. представитель ответчика АО «ГСК «Югория» не явился, о дате, времени и месте слушания дела извещался надлежащим образом (ходатайство об участии в судебном заседании путем использования систем видеоконференц-связи было удовлетворено), о причинах неявки суд не уведомил, об отложении судебного заседания не ходатайствовал.
После возобновления производства по делу в суд от представителя ответчика АО «ГСК «Югория» поступили дополнения к возражениям, поступивших ранее. В дополнениях представитель ответчика указывает, что страховая компания поддерживает ранее направленные в суд возражения, считает, что истцом не представлено доказательств, свидетельствующих о недостаточной ясности или неполноты заключения эксперта, а также доказательств, вызывающих сомнения в правильности или обоснованности ранее данного заключения, ссылается на отсутствие в действиях страховой компании недобросовестности либо злоупотребление правом, заключение между сторонами соглашения об урегулировании убытков, которое, по мнению ответчика, заключен с учетом принципа свободы договора по волеизъявлению сторон.
Ответчик ФИО4 в судебных заседаниях 25 и 30 июля 2025 г. исковые требования не признал, ссылаясь на доводы, изложенные в письменных возражениях, просил отказать в удовлетворении исковых требований истцу в полном объеме. При этом, не согласившись с суммой ущерба, от назначения судебной экспертизы отказался.
В судебное заседание, назначенное после возобновления производства по делу на 02 октября 2025 г. ответчик ФИО4 не явился, о дате, времени и месте слушания дела извещался надлежащим образом, в суд от него поступило заявление с просьбой рассмотреть дело в его отсутствие.
В дополнительных письменных возражениях, поступивших в суд 25 сентября 2025 г. указывает на то, что ФИО2 было подписано соглашение об урегулировании убытков, кроме того им пропущен срок для обращения в суд с иском, поэтому просит в удовлетворении исковых требований истцу отказать в полном объеме.
Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне ответчика – Службы финансового уполномоченного, третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне ответчика ФИО5 в судебное заседание не явились, о дате, времени и месте слушания дела извещались надлежащим образом, о причинах неявки суд не уведомили, об отложении судебного заседания не ходатайствовали.
В соответствии с положениями статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.
Заслушав лиц, участвующих в деле, их представителей, исследовав письменные доказательства, имеющиеся в материалах дела, суд приходит к следующему.
Согласно подпункту 3 пункта 1 статьи 942 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) при заключении договора имущественного страхования между страхователем и страховщиком должно быть достигнуто соглашение о размере страховой суммы.
В соответствии с пунктом 1 статьи 929 ГК РФ по договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю), причиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).
Отношения в области обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств регулируются, в том числе нормами Федерального закона от 25 апреля 2002 г. №40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее - Закона об ОСАГО).
Из преамбулы и пункта 1 статьи 3 Закона об ОСАГО следует, что данный закон принят в целях защиты прав потерпевших на возмещение вреда, причиненного их жизни, здоровью и имуществу при использовании транспортных средств иными лицами, а одним из основных принципов обязательного страхования является гарантия возмещения вреда, причиненного жизни, здоровью или имуществу потерпевших, в пределах, установленных данным федеральным законом.
Согласно статье 405 ГК РФ должник, просрочивший исполнение, отвечает перед кредитором за убытки, причиненные просрочкой, и за последствия случайно наступившей во время просрочки невозможности исполнения (пункт 1).
Если вследствие просрочки должника исполнение утратило интерес для кредитора, он может отказаться от принятия исполнения и требовать возмещения убытков (пункт 2).
Пунктом 15.1 статьи 12 Закона об ОСАГО установлено, что страховое возмещение вреда, причиненного легковому автомобилю, находящемуся в собственности гражданина и зарегистрированному в Российской Федерации, осуществляется (за исключением случаев, установленных пунктом 16.1 данной статьи) в соответствии с пунктом 15.2 или пунктом 15.3 данной статьи путем организации и (или) оплаты восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства потерпевшего (возмещение причиненного вреда в натуре).
В силу пункта 21 статьи 12 Закона об ОСАГО в течение 20 календарных дней, за исключением нерабочих праздничных дней, а в случае, предусмотренном пунктом 15.3 статьи 12 Закона об ОСАГО, 30 календарных дней, за исключением нерабочих праздничных дней, со дня принятия к рассмотрению заявления потерпевшего о страховом возмещении или прямом возмещении убытков и приложенных к нему документов, предусмотренных правилами обязательного страхования, страховщик обязан произвести страховую выплату потерпевшему или после осмотра и (или) независимой технической экспертизы поврежденного транспортного средства выдать потерпевшему направление на ремонт транспортного средства с указанием станции технического обслуживания, на которой будет отремонтировано его транспортное средство и которой страховщик оплатит восстановительный ремонт поврежденного транспортного средства, и срока ремонта либо направить потерпевшему мотивированный отказ в страховом возмещении.
В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 8 ноября 2022 г. №31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 8 ноября 2022 г. №31) разъяснено, что перечень случаев, когда вместо организации и оплаты восстановительного ремонта легкового автомобиля страховое возмещение по выбору потерпевшего, по соглашению потерпевшего и страховщика либо в силу объективных обстоятельств осуществляется в форме страховой выплаты, установлен пунктом 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО с учетом абзаца шестого пункта 15 этой же статьи (пункт 37).
В отсутствие перечисленных оснований страховщик не вправе отказать потерпевшему в организации и оплате восстановительного ремонта легкового автомобиля с применением новых заменяемых деталей и комплектующих изделий и в одностороннем порядке изменить условие исполнения обязательства на выплату страхового возмещения в денежной форме (пункт 38).
Страховщик после осмотра поврежденного транспортного средства и (или) проведения его независимой технической экспертизы обязан выдать потерпевшему направление на ремонт, в том числе повторный ремонт в случае выявления недостатков первоначально проведенного восстановительного ремонта, на станцию технического обслуживания, которая соответствует требованиям к организации восстановительного ремонта в отношении конкретного потерпевшего (пункт 51).
Обязательства страховщика по организации и оплате восстановительного ремонта транспортного средства потерпевшего считаются исполненными страховщиком в полном объеме со дня получения потерпевшим надлежащим образом отремонтированного транспортного средства (пункт 62).
Из приведенных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что организация и оплата восстановительного ремонта легкового автомобиля, находящегося в собственности гражданина и зарегистрированного в Российской Федерации, является обязанностью страховщика, которая им не может быть заменена в одностороннем порядке.
Также в пункте 56 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 8 ноября 2022 г. №31 разъяснено, что при нарушении страховщиком обязательства по организации и оплате восстановительного ремонта потерпевший вправе предъявить требование о понуждении страховщика к организации и оплате восстановительного ремонта или потребовать страхового возмещения в форме страховой выплаты либо произвести ремонт самостоятельно и потребовать со страховщика возмещения убытков вследствие ненадлежащего исполнения им своих обязательств по договору обязательного страхования гражданской ответственности владельца транспортного средства в размере действительной стоимости восстановительного ремонта, который страховщик должен был организовать и оплатить. Возмещение таких убытков означает, что потерпевший должен быть постановлен в то положение, в котором он находился бы, если бы страховщик по договору обязательного страхования исполнил обязательства надлежащим образом (пункт 2 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Как следует из материалов дела, 25 сентября 2024 г. по адресу: <адрес> произошло дорожно-транспортное происшествие (далее - ДТП) с участием автомобиля Mazda 3 государственный регистрационный знак № под управлением ФИО2 и автомобиля Форд «Фокус» государственный регистрационный знак № под управлением ФИО4
Собственником автомобиля Mazda 3 государственный регистрационный знак № является ФИО2
Собственником автомобиля Форд «Фокус» государственный регистрационный знак № является ФИО5
Согласно постановлению по делу об административном правонарушении от 25 сентября 2024 г. ФИО4 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 3 статьи 12.15 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее – КоАП РФ) и ему назначено административное наказание в виде административного штрафа в размере 1000 рублей.
На момент ДТП гражданская ответственность ФИО4 была застрахована по договору ОСАГО № в АО «ГСК «Югория».
Гражданская ответственность ФИО2 не застрахована по договору ОСАГО.
26 сентября 2024 г. истцом в адрес АО «ГСК «Югория» было подано заявление о возмещении ущерба.
Согласно представленному заявлению заявителем выбрана денежная форма выплаты страхового возмещения.
27 сентября 2024 г. страховщиком с привлечением ООО <данные изъяты>» проведен осмотр транспортного средства, о чем составлен акт осмотра.
04 октября 2024 г. между истцом и страховщиком заключено соглашение об урегулировании убытка по договору ОСАГО (далее - Соглашение).
08 октября 2024 г. страховщик в рамках исполнения соглашения выплатил истцу сумму страхового возмещения в размере 232 900 рублей 00 копеек, что подтверждается платежным поручением №64910.
01 ноября 2024 г. в адрес АО «ГСК «Югория» от истца поступило заявление о восстановлении нарушенного права с требованиями о выплате страхового возмещения путем организации и оплаты восстановительного ремонта транспортного средства, либо доплате страхового возмещения в денежной форме, выплате убытков вследствие ненадлежащего исполнения страховщиком своих обязательств по договору ОСАГО владельцев транспортных средств в размере действительной стоимости восстановительного ремонта, неустойки.
01 ноября 2024 г. АО «ГСК «Югория» письмом №2024-0000091650/1 уведомила истца об отсутствии оснований для удовлетворения требований.
Не согласившись с решением АО «ГСК «Югория», 25 марта 2025 г. истец обратился в службу финансового уполномоченного с заявлением о выплате страхового возмещения в рамках договора обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств (далее - ОСАГО) путем организации и оплаты восстановительного ремонта транспортного средства, либо в денежной форме, в том числе убытков вследствие ненадлежащего исполнения Финансовой организацией своих обязательств по договору ОСАГО в размере действительной стоимости восстановительного ремонта, неустойки в связи с нарушением срока выплаты страхового возмещения, почтовых расходов в размере 738 рублей 01 копейка.
14 апреля 2025 г. финансовый уполномоченный решением №У-25-34661/5010-003 отказал в удовлетворении заявленных требований.
По ходатайству истца ФИО2, отрицавшего факт заключения соглашения об урегулировании убытков от 04 октября 2024 г., была назначена судебная почерковедческая экспертиза, производство которой поручено Федеральному бюджетному учреждению Мордовская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации (далее – ФБУ Мордовская ЛСЭ Минюста России). Согласно заключению эксперта №1368/3-2-25 от 29 августа 2025 г.: две подписи от имени ФИО2, расположенные в соглашении об урегулировании убытков по договору ОСАГО (классическое урегулирование убытков) от 04 октября 2024 г., вероятно, выполнены самим ФИО2 Решить вопрос в категорической форме не представляется возможным из-за малого объема содержащейся в подписях графической информации, обусловленного краткостью и простотой строения; из-за значительной вариационности признаков в образцах подписи. Диагностические признаки с нарушением координации движений 1-й и 2-й группы, свидетельствующие о выполнении подписей в необычных условиях, в необычном состоянии писавшего (состояние опьянения, стресс, физическая слабость), в том числе подражание отсутствуют.
Данное экспертное заключение является вероятностным, следовательно, носит предположительный характер и представляет собой предположение (гипотезу) об устанавливаемом факте и отражает неполную убежденность в достоверности аргументов, поэтому допускает возможность существования факта, но и не исключают абсолютно другого (противоположного) вывода.
Поскольку выводы эксперта, носят вероятностный характер, поэтому они не могут являться доказательством, подтверждающим то обстоятельство, что подписи в представленном соглашении об урегулировании убытков по договору ОСАГО от 04 октября 2024 г. выполнены ФИО2
Ответчик АО «ГСК «Югория» ссылается на то обстоятельство, что ФИО2 при обращении к страховщику с соответствующим заявлением выбрал форму возмещения в виде страховой выплаты на расчетный счет, им было подписано соглашение об урегулировании убытков.
Истец ФИО2 утверждает, что им была избрана натуральная форма страхового возмещения путем организации и оплаты восстановительного ремонта автомобиля. Соглашение об урегулировании убытков не подписывал. В <адрес> 04 октября 2024 г. (дата, указанная в соглашении) не был. С представителями страховой компании встречался лишь один раз, когда они приезжали к нему для осмотра автомобиля.
В соответствии с пунктом 15.1 статьи 12 Закона об ОСАГО страховое возмещение вреда, причиненного легковому автомобилю, находящемуся в собственности гражданина и зарегистрированному в Российской Федерации, осуществляется (за исключением случаев, установленных пунктом 16.1 настоящей статьи) в соответствии с пунктом 15.2 настоящей статьи или в соответствии с пунктом 15.3 настоящей статьи путем организации и (или) оплаты восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства потерпевшего (возмещение причиненного вреда в натуре).
Если ни одна из станций, с которыми у страховщика заключены договоры на организацию восстановительного ремонта, не соответствует установленным правилами обязательного страхования требованиям к организации восстановительного ремонта в отношении конкретного потерпевшего, страховщик с согласия потерпевшего в письменной форме может выдать потерпевшему направление на ремонт на одну из таких станций. В случае отсутствия указанного согласия возмещение вреда, причиненного транспортному средству, осуществляется в форме страховой выплаты (пункт 15.2 статьи 12 Закона об ОСАГО).
При наличии согласия страховщика в письменной форме потерпевший вправе самостоятельно организовать проведение восстановительного ремонта своего поврежденного транспортного средства на станции технического обслуживания, с которой у страховщика на момент подачи потерпевшим заявления о страховом возмещении или прямом возмещении убытков отсутствует договор на организацию восстановительного ремонта. В этом случае потерпевший в заявлении о страховом возмещении или прямом возмещении убытков указывает полное наименование выбранной станции технического обслуживания, ее адрес, место нахождения и платежные реквизиты, а страховщик выдает потерпевшему направление на ремонт и оплачивает проведенный восстановительный ремонт (пункт 15.3 этой же статьи).
Перечень случаев, когда страховое возмещение по выбору потерпевшего, по соглашению потерпевшего и страховщика либо в силу объективных обстоятельств вместо организации и оплаты восстановительного ремонта осуществляется в форме страховой выплаты, установлен пунктом 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО.
В отсутствие оснований, предусмотренных пунктом 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО с учетом абзаца шестого пункта 15.2 этой же статьи, страховщик не вправе отказать потерпевшему в организации и оплате восстановительного ремонта легкового автомобиля с применением новых заменяемых деталей и комплектующих изделий и в одностороннем порядке изменить условие исполнения обязательства на выплату страхового возмещения в денежной форме.
Согласно подпункту «ж» пункта 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО в случае наличия соглашения в письменной форме между страховщиком и потерпевшим (выгодоприобретателем) страховое возмещение вреда, причиненного легковому автомобилю, находящемуся в собственности гражданина и зарегистрированному в Российской Федерации, осуществляется путем почтового перевода суммы страховой выплаты потерпевшему (выгодоприобретателю) или ее перечисления на банковский счет потерпевшего (выгодоприобретателя).
Как разъяснено в пункте 38 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 8 ноября 2022 г. №31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», о достижении между страховщиком и потерпевшим в соответствии с подпунктом «ж» пункта 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО соглашения о страховой выплате в денежной форме может свидетельствовать в том числе выбор потерпевшим в заявлении о страховом возмещении выплаты в наличной или безналичной форме по реквизитам потерпевшего, одобренный страховщиком путем перечисления страхового возмещения указанным в заявлении способом.
Такое соглашение должно быть явным и недвусмысленным. Все сомнения при толковании его условий трактуются в пользу потерпевшего.
Таким образом, потерпевший и страховщик вправе заключить соглашение о страховой выплате в денежной форме (при определении размера этой выплаты на основании результатов независимой технической экспертизы транспортного средства либо без проведения таковой), в том числе путем выбора потерпевшим в заявлении о страховом возмещении выплаты в наличной или безналичной форме, одобренного страховщиком путем перечисления страхового возмещения указанным в заявлении способом.
Между тем из представленного в материалы дела заявления ФИО2 о страховом возмещении или прямом возмещении убытков по ОСАГО от 26 сентября 2024 г. следует, что выбор варианта осуществления страхового возмещения путем выплаты на расчетный счет заполнен типографским (печатным) способом, перед фамилией потерпевшего в соответствующей выбранному варианту выплаты графе проставлен крестик, внесенный представителем страховщика, кроме того таким же способом заполнена графа о том, что потерпевший (выгодоприобретатель) отказывается от ознакомления с результатами осмотра и (или) независимой технической экспертизы (оценки).
Документального подтверждения того обстоятельства, что вся необходимая информация была доведена до сведения потребителя в наглядной и доступной форме, в том числе в письменном виде с разъяснением права на добровольный отказ от получения страхового возмещения в натуральной форме, которая в силу пункта 15.1 статьи 12 Закона об ОСАГО является приоритетной, в материалах дела не имеется.
При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что выбор за потерпевшего формы выплаты страхового возмещения был, по сути, сделан страховщиком.
Доказательств того, что ФИО2 уведомлялся страховщиком о том, что ни одна из станций, с которыми у него заключены договоры на организацию восстановительного ремонта, не соответствует установленным правилам обязательного страхования требованиям к организации восстановительного ремонта в отношении конкретного потерпевшего, материалы дела не содержат, выбрать СТОА, не соответствующую установленным правилами обязательного страхования требованиям к организации восстановительного ремонта, потерпевшему также не предлагалось.
Таким образом, обстоятельств, в силу которых страховая компания на основании пункта 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО вправе была заменить возмещение вреда в натуре на страховую выплату, не установлено. К соглашению об урегулировании убытков суд относится критически, ответчиками доводы истца, касающиеся подписания соглашения об урегулировании убытка не опровергнуты.
При таких обстоятельствах, у АО «ГСК «Югория» не имелось законных оснований для замены в одностороннем порядке восстановительного ремонта автомобиля истца на страховую выплату в денежной форме.
С учетом установленных обстоятельств, доводы страховой компании о надлежащем исполнении обязательств путем заключения соглашения и осуществления страховой выплаты, суд не может признать состоятельными.
Истец просил взыскать с ответчиков в счет оплаты стоимости восстановительного ремонта автомобиля в размере 231 276 рублей из расчета 464 176 рублей – полная стоимость восстановительного ремонта автомобиля по средне рыночным ценам; 232 900 рублей – размер выплаты, произведенной страховой компанией выплаты (464 176 - 232 900 = 231 276).
Согласно экспертному заключению №298С от 07 апреля 2025 г., выполненному Обществом с ограниченной ответственностью <данные изъяты>», стоимость восстановительного ремонта, определенная по Единой методике составляет 321 100 рублей. Согласно заключению специалиста №298С/1 от 07 апреля 2025 г. (с учетом пояснительной записки от 03 октября 2025 г.) выполненному Обществом с ограниченной ответственностью <данные изъяты>» стоимость восстановительного ремонта автомобиля по средне рыночным ценам составляет 464 176 рублей.
Оценивая экспертное заключение, суд исходит из того, что оно проводилось в строгом соответствии с требованиями действующего законодательства экспертом, имеющим высшее профессиональное образование, соответствующую квалификацию и значительный стаж экспертной деятельности.
С учетом изложенного суд полагает, что заключение независимой экспертизы соответствует нормам статьи 86 ГПК РФ, подробно мотивированы, содержат все необходимые сведения, ссылки на используемую литературу, источники, исследовательская часть соответствует выводам. Экспертному исследованию подвергалось достаточное количество материала для заключения по поставленным вопросам, автомобиль истца был осмотрен.
Оценивая заключение специалиста, суд принимает его во внимание, поскольку оно соответствует предъявляемым к нему требованиям и стандартам оценки.
Сторонами ходатайств о назначении судебной экспертизы не заявлено.
Ответчиком ФИО4 заявлено несогласие с экспертным заключением, поскольку эксперт не был предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Судом ФИО4 было разъяснено право ходатайствовать о назначении судебной экспертизы, однако ответчик ФИО4 заявил, что такого ходатайства заявлять не будет.
Требования истца о взыскании убытков, рассчитанных по средним ценам в Республике Мордовия, суд находит обоснованными, поскольку страховщик не исполнил своих обязательств по организации восстановительного ремонта, в связи с чем, должен выплатить потерпевшему ущерб в полном размере.
Согласно статье 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. В соответствии со статьей 393 ГК РФ должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства. Если иное не установлено законом, использование кредитором иных способов защиты нарушенных прав, предусмотренных законом или договором, не лишает его права требовать от должника возмещения убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства (пункт 1).
Убытки определяются в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 15 данного Кодекса. Возмещение убытков в полном размере означает, что в результате их возмещения кредитор должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы обязательство было исполнено надлежащим образом (пункт 2).
Согласно статье 397 ГК РФ в случае неисполнения должником обязательства выполнить для кредитора определенную работу или оказать ему услугу кредитор вправе в разумный срок поручить выполнение обязательства третьим лицам за разумную цену либо выполнить его своими силами, если иное не вытекает из закона, иных правовых актов, договора или существа обязательства, и потребовать от должника возмещения понесенных необходимых расходов и других убытков.
В пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ). Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности.
Как следует из разъяснений, данных в пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 г. №7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», по смыслу статей 15 и 393 Гражданского кодекса Российской Федерации, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Согласно пункту 56 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 8 ноября 2022 г. №31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» при нарушении страховщиком обязательства по организации и оплате восстановительного ремонта потерпевший вправе предъявить требование о понуждении страховщика к организации и оплате восстановительного ремонта или потребовать страхового возмещения в форме страховой выплаты либо произвести ремонт самостоятельно и потребовать со страховщика возмещения убытков вследствие ненадлежащего исполнения им своих обязательств по договору обязательного страхования гражданской ответственности владельца транспортного средства в размере действительной стоимости восстановительного ремонта, который страховщик должен был организовать и оплатить.
Поскольку в Законе об ОСАГО отсутствует специальная норма о последствиях неисполнения страховщиком обязательства по организации и оплате восстановительного ремонта, то в силу общих норм Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, потерпевший вправе в этом случае по своему усмотрению требовать возмещение необходимых на проведение восстановительного ремонта расходов и других убытков.
С учетом вышеизложенного, суд приходит к выводу о том, что АО «ГСК «Югория» должно возместить истцу стоимость ремонта по среднерыночным ценам в полном размере.
Убытки не могут быть взысканы с причинителя вреда, который в силу Закона об ОСАГО возмещает ущерб потерпевшему при недостаточности страхового возмещения, поскольку они возникли не по его вине, а вследствие неисполнения обязательства страховщиком.
Поскольку возмещение убытков, причиненных неисполнением страховщиком обязательств по организации и оплате восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства, не является страховым возмещением ущерба, причиненного в результате ДТП, в связи с чем положения пункта «б» статьи 7 Закона об ОСАГО о лимите страхового возмещения не могут быть применены.
Доводы о том, что в момент ДТП ФИО2 находился в состоянии алкогольного опьянения и поменялся местами с пассажиром, суд отклоняет, поскольку они опровергаются материалами дела: случай был признан страховым, в материале по факту ДТП, имевшему место 25 сентября 2024 г., из которого следует, что в качестве водителя автомобиля Mazda указана ФИО1 (т.1 л.д.98-101).
Доводы ответчика ФИО4 о том, что он не был извещен и не присутствовал при осмотре транспортного средства специалистом ООО <данные изъяты>», несостоятельны, так как данное обстоятельство о недостоверности сведений о состоянии транспортного средства, содержащихся в указанном заключении, не свидетельствует.
При таких обстоятельствах, с ответчика АО «ГСК «Югория» в пользу истца подлежат взысканию убытки в размере 231 276 рублей из расчета 464 176 рублей – полная стоимость восстановительного ремонта автомобиля по средне рыночным ценам; 232 900 рублей – размер выплаты, произведенной страховой компанией выплаты (464 176 - 232 900 = 231 276).
В удовлетворении исковых требований истца к ФИО4 о взыскании убытков, судебных расходов следует отказать.
Истом заявлено требование о взыскании со страховой компании штрафа.
Пунктом 3 статьи 16.1 Закона об ОСАГО установлено, что при удовлетворении судом требований потерпевшего - физического лица об осуществлении страховой выплаты суд взыскивает со страховщика за неисполнение в добровольном порядке требований потерпевшего штраф в размере пятидесяти процентов от разницы между совокупным размером страховой выплаты, определенной судом, и размером страховой выплаты, осуществленной страховщиком в добровольном порядке.
Штраф на основании Закона об ОСАГО рассчитывается от суммы невыплаченного в установленный срок страхового возмещения, рассчитанного по Единой методике.
Размер штрафа, в данном случае, должен рассчитываться от размера страхового возмещения, определенного по Единой методике без износа по заключению, представленному истцом, которое не оспорено сторонами, то есть от суммы надлежащего, но не осуществленного страховщиком страхового возмещения по договору ОСАГО.
Таким образом, размер подлежащего штрафа составляет: 160 550 рулей (321 100 рублей х 50% = 160 550 рулей).
Истцом также заявлены требования о взыскании с ответчика неустойки с 12 октября 2024 г по 19 мая 2025 г. (220 дней) из расчета 464 176 рублей х 1% = 4641 рубль 76 копеек в день. 4641 рубль 76 копеек х 220 дней = 1 021 187 рублей 20 копеек. Поскольку лимит ответственности страховщика по выплате неустойки ограничен 400 000 рублями, просил взыскать со страховой компании 400 000 рублей.
В соответствии с пунктом 21 статьи 12 ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», страховщик был обязан в течение 20 календарных дней, за исключением нерабочих праздничных дней, а в случае, предусмотренном пунктом 15.3 настоящей статьи, 30 календарных дней, за исключением нерабочих праздничных дней, со дня принятия к рассмотрению заявления потерпевшего о страховом возмещении или прямом возмещении убытков и приложенных к нему документов, предусмотренных правилами обязательного страхования, страховщик обязан произвести страховую выплату потерпевшему или после осмотра и (или) независимой технической экспертизы поврежденного транспортного средства выдать потерпевшему направление на ремонт транспортного средства с указанием станции технического обслуживания, на которой будет отремонтировано его транспортное средство и которой страховщик оплатит восстановительный ремонт поврежденного транспортного средства, и срока ремонта либо направить потерпевшему мотивированный отказ в страховом возмещении.
При несоблюдении срока осуществления страховой выплаты или срока выдачи потерпевшему направления на ремонт транспортного средства страховщик за каждый день просрочки уплачивает потерпевшему неустойку (пеню) в размере одного процента от определенного в соответствии с настоящим Федеральным законом размера страхового возмещения по виду причиненного вреда каждому потерпевшему.
Неустойка за период с 12 октября 2024 г. по 05 июня 2025 г. (день обращения с исковым заявлением) составит: 761 007 рублей, из расчета: 321 100 рублей (стоимость восстановительного ремонта в соответствии с Единой методикой определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства без учета износа) х 1% (размер законной неустойки) х 237 дней (период просрочки с 12 октября 2024 г. по 05 июня 2025 г. (дата обращения в суд с иском) = 761 007 рублей.
Таким образом, размер неустойки за указанный период нарушения прав истца превышает установленный Законом об ОСАГО лимит ответственности страховщика по уплате неустойки, ограниченный применительно к данному случаю размером страховой суммы при причинении вреда имуществу потерпевшего в 400 000 рублей, то размер взысканной неустойки должен быть ограничен именно данной суммой.
Истец, при обращении в суд с иском, просил взыскать с ответчика неустойку в размере 400 000 рублей.
Представитель ответчика просил о снижении размера штрафных санкций.
Согласно пункту 1 статьи 333 ГК РФ, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку. Если обязательство нарушено лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, суд вправе уменьшить неустойку при условии заявления должника о таком уменьшении.
В соответствии с правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 75 постановления Пленума от 24 марта 2016 г. № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», при оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (пункты 3, 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Доказательствами обоснованности размера неустойки могут служить, в частности, данные о среднем размере платы по краткосрочным кредитам на пополнение оборотных средств, выдаваемым кредитными организациями лицам, осуществляющим предпринимательскую деятельность, либо платы по краткосрочным кредитам, выдаваемым физическим лицам, в месте нахождения кредитора в период нарушения обязательства, а также о показателях инфляции за соответствующий период.
Возражая против заявления об уменьшении размера неустойки, кредитор не обязан доказывать возникновение у него убытков (пункт 1 статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации), но вправе представлять доказательства того, какие последствия имеют подобные нарушения обязательства для кредитора, действующего при сравнимых обстоятельствах разумно и осмотрительно, например, указать на изменение средних показателей по рынку (процентных ставок по кредитам или рыночных цен на определенные виды товаров в соответствующий период, валютных курсов и т.д.) (пункт 74 того же постановления).
Из вышеизложенного следует, что уменьшение неустойки производится судом исходя из оценки ее соразмерности последствиям нарушения обязательства, однако такое снижение не может быть произвольным и не допускается без представления ответчиком доказательств, подтверждающих такую несоразмерность, а также без указания судом мотивов, по которым он пришёл к выводу об указанной несоразмерности. При этом снижение неустойки не должно влечь выгоду для недобросовестной стороны, особенно в отношениях коммерческих организаций с потребителями.
Обстоятельства, которые могут служить основанием для снижения размера неустойки, имеют существенное значение для дела и должны быть поставлены судом на обсуждение сторон, установлены, оценены и указаны в судебных постановлениях (часть 2 статьи 56, статья 195, часть 1 статьи 196, часть 4 статьи 198, пункт 5 часть 2 статьи 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).
Степень соразмерности заявленной истцом неустойки последствиям нарушения обязательства является оценочной категорией, оценка указанного критерия отнесена к компетенции суда и производится им по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, исходя из своего внутреннего убеждения, основанного на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании всех обстоятельств дела.
Суд учитывает, что неустойка по своей природе носит компенсационный характер, являются способом обеспечения исполнения обязательств должника, а потому не может служить средством обогащения кредитора, но в то же время направлена на восстановление прав кредитора, нарушенных вследствие ненадлежащего исполнения обязательства должником, а потому должна соответствовать последствиям нарушения.
Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 20 Обзора судебной практики по делам о защите прав потребителей, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 20 октября 2021 г., уменьшение судом на основании статьи 333 ГК РФ размера неустойки допускается в исключительных случаях и с обязательным указанием мотивов, по которым суд полагает, что такое уменьшение неустойки является допустимым.
Ответчиком указано на отсутствие оснований для взыскания неустойки и на несоразмерность штрафа нарушенному обязательству, а также на то, что штраф, как мера ответственности служит целям компенсации, а не обогащения.
Исходя из длительности нарушения прав истца, размера ущерба, степени вины ответчика, а также отсутствия тяжких последствий от действий ответчика, суд приходит к выводу о несоразмерности штрафа последствиям нарушенного обязательства, и в соответствии со статьей 333 ГК РФ уменьшает размер и штрафа до 40 000 рублей, неустойки до 150 000 рублей.
К отношениям, возникающим из договоров имущественного страхования, к каковым относятся и договоры о страховании гражданской ответственности, Закон Российской Федерации от 07 февраля 1992 г. №2300-I «О защите прав потребителей» применяется в части взыскания морального вреда, не урегулированной специальными законами.
Исковые требования истца о возмещении морального вреда основаны на статье 15 Закона Российской Федерации от 07 февраля 1992 г. № 2300-I «О защите прав потребителей».
Так, статья 15 Закона Российской Федерации от 07 февраля 1992 г. №2300-I «О защите прав потребителей» устанавливает, что моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом) или организацией, выполняющей функции изготовителя (продавца) на основании договора с ним, прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.
В пункте 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. №17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» разъяснено, что при решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя.
Действиями ответчика АО «ГСК «Югория», выразившимися в неисполнении обязательств по договору вплоть до момента рассмотрения дела судом, истцу причинен моральный вред. При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства - срок неисполнения обязательства, размер ущерба и последствия нарушения прав истца, истец длительное время не имел возможности пользоваться поврежденным автомобилем.
Таким образом, заявление истца в части того, что ему, как потребителю причинен моральный вред, выразившийся в его нравственных страданиях, подтверждается материалами дела.
Истцу причинен моральный вред нарушением прав потребителя, который в силу указанных положений закона подлежит возмещению. Суд, определяя размер компенсации морального вреда, в соответствии с требованиями статьи 1100 ГК РФ, учитывает характер и степень причиненных истцу нравственных страданий, тот факт, что каких-либо тяжких последствий от действий (бездействия) ответчика не наступило, а так же принципы разумности и справедливости. С учетом совокупности данных обстоятельств суд считает, что с ответчика в пользу истца следует взыскать компенсацию в возмещение морального вреда в размере 5000 рублей.
Разрешая ходатайство истца о восстановлении срока подачи искового заявления (т.1 л.д.233), суд исходит из следующего.
В силу части 3 статьи 25 Федерального закона от 04 июня 2018 г. №123-ФЗ «Об уполномоченном по правам потребителей финансовых услуг», в случае несогласия с вступившим в силу решением финансового уполномоченного потребитель финансовых услуг вправе в течение тридцати дней после дня вступления в силу указанного решения обратиться в суд и заявить требования к финансовой организации по предмету, содержащемуся в обращении, в порядке, установленном гражданским процессуальным законодательством Российской Федерации.
Из разъяснений по вопросам, связанным с применением Федерального закона от 04 июня 2018 г. №123-ФЗ «Об уполномоченном по правам потребителей финансовых услуг», утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 18 марта 2020 г. (ответ на вопрос №3) следует, что с учетом того, что к компетенции финансового уполномоченного отнесено разрешение споров между потребителями финансовых услуг и финансовыми организациями с вынесением решений, подлежащих принудительному исполнению, то срок для обращения в суд за разрешением этого спора в случае несогласия потребителя с вступившим в силу решением финансового уполномоченного (часть 3 статьи 25 Закона) является процессуальным и может быть восстановлен судьей в соответствии с частью 4 статьи 1 и части 1 статьи 112 ГПК РФ при наличии уважительных причин пропуска этого срока.
К данному процессуальному сроку, исчисляемому в днях, применяются положения части 3 статьи 107 ГПК РФ в редакции, действующей с 01 октября 2019 г., об исключении нерабочих дней.
При обращении потребителя финансовых услуг в суд по истечении установленного частью 3 статьи 25 Федерального закона «Об уполномоченном по правам потребителей финансовых услуг» 30-дневного срока, если в заявлении либо в отдельном ходатайстве не содержится просьба о восстановлении этого срока, заявление подлежит возвращению судом, в связи с пропуском указанного срока (часть 2 статьи 109 ГПК РФ), а если исковое заявление было принято судом, оно подлежит оставлению без рассмотрения.
Как следует из материалов дела, 14 апреля 2025 г. принято решение Финансовым уполномоченным по результатам рассмотрения обращения ФИО2
05 июня 2025 г. исковое заявление подано ФИО2 в суд, то есть по истечении срока, установленного законом, поскольку оно могло быть подано в суд в срок по 30 мая 2025 г. (14 апреля 2025 г. + 10 рабочих дней + 30 рабочих дней = 30 мая 2025 г.).
В соответствии со статьей 112 ГПК РФ, лицам, пропустившим установленный федеральным законом срок по причинам, признанным судом уважительными, пропущенный срок может быть восстановлен.
В обоснование уважительности пропуска срока на обращение в суд с иском, истец указывал на отсутствие у него возможности доступа к сети «Интернет» в связи с особенностями трудовой деятельности и постоянной работой средств <данные изъяты>, и незначительность этого срока (7 дней).
Суд, изучив обстоятельства, повлекшие пропуск срока на подачу иска в установленные законом сроки, приходит к выводу, что они заслуживают внимания.
Суд учитывает, что пропущенный по уважительным причинам срок, предусмотренный частью 3 статьи 25 Федерального закона от 4 июня 2018 г. №123-ФЗ «Об уполномоченном по правам потребителей финансовых услуг», может быть восстановлен судом первой инстанции в соответствии со статьей 112 ГПК РФ.
Из разъяснений, данных в пункте 123 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 8 ноября 2022 г. №31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» следует, что тридцатидневный срок для обращения в суд за разрешением спора в случае несогласия потребителя финансовой услуги с вступившим в силу решением финансового уполномоченного (часть 3 статьи 25 Закона о финансовом уполномоченном), а также десятидневный срок для обжалования страховщиком является процессуальным и может быть восстановлен судьей в соответствии со статьей 112 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при наличии уважительных причин пропуска этого срока.
Разрешая ходатайство истца о восстановлении срока подачи искового заявления, суд исходит из того, что имел место быть общепризнанный факт перебои работы сети «Интернет» в указанный период, а так же суд принимает во внимание, что пропущенный срок не является значительным, тогда как истец является более слабой стороной и предпринимал действия к получению страхового возмещения со страховой компании, а его обращения были последовательными, без каких-либо значительных перерывов. После получения решения финансового уполномоченного от 14 апреля 2025 г., которым в удовлетворении требований о выплате страхового возмещения было отказано, истец обратился в суд с настоящим иском. Каких-либо недобросовестных действий истца судом не установлено. Учитывая, что истец имел намерение обратиться в суд за судебной защитой, предпринимал меры для разрешения спора в досудебном порядке и был не согласен с решением финансового уполномоченного, принимая во внимание, что процессуальный срок пропущен незначительно, суд полагает возможным признать уважительными причины пропуска процессуального срока и восстановить истцу срок для обращения в суд с исковыми требованиями.
Таким образом, оснований для оставления искового заявления без рассмотрения не имеется.
В соответствии с частью 5 статьи 198 ГПК РФ при вынесении решения суд обязан решить вопрос о распределении судебных расходов.
В соответствии с пунктом 1 статьи 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.
В соответствии с пунктом 1 статьи 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.
Согласно статье 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение, суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.
В пункте 11, 13, 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. №1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разъяснено, что, разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (часть 3 статьи 111 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, часть 4 статьи 1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, часть 4 статьи 2 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации). Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статьи 3, 45 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, статьи 2, 41 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.
Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги.
При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства (пункт 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. №1).
Из материалов дела следует, что 29 октября 2024 г. между ФИО3 (исполнитель) и ФИО2 (заказчик) заключен договор на оказания юридических услуг по досудебному и судебному сопровождению взыскания задолженности с АО «ГСК «Югория» (должник), возникшей в результате неисполнения должником своих обязательств по возмещению ущерба, являющемуся следствием дорожно-транспортного происшествия, произошедшего 25 сентября 2024 г., вследствие действий ФИО4 (пункт 1). Согласно пункту 2.1 данного договора, исполнитель обязан в полном объеме и в указанные в настоящем договоре сроки оказать следующие услуги: обеспечить и произвести процедуру досудебного урегулирования страхового спора в досудебном порядке; подготовить и предъявить исковое заявление в суд; представлять интересы заказчика в суде; получать решение (определение) по предъявленному иску; обеспечить получение исполнительного листа заказчиком; подготовить заявление о возбуждении исполнительного производства или о списании денежных средств на основании исполнительного листа.
Стоимость услуг исполнителя по настоящему договору составляет 40 000 рублей и оплачивается заказчиком в день подписания договора (т.1 61-62).
Оплата оказанных услуг истцом в размере 40 000 рублей подтверждается актом приема-передачи денежных средств, чеком от 29 октября 2024 г. (т.1 л.д.64, 65).
Суд, принимая во внимание требования разумности и справедливости, необходимость достижения баланса между правами лиц, участвующих в деле, сложность и обстоятельства дела, объем оказанных представителем услуг, соотносимых с объектом судебной защиты, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела, полагает, что требование истца о взыскании с ответчика расходов по оплате услуг представителя подлежат снижению до 30 000 рублей (услуги консультативного характера и составление искового заявления – 10 000 рублей, участие в судебном заседании 2 дня (25 июля 2025 г. и 02 октября 2025 г.) - 20 000 рублей (10 000 х 2).
Расходы в указанном размере суд считает разумными, соответствующими сложности рассматриваемого дела, объему проделанной работы лицом, оказавшим указанные юридические услуги, в пределах рекомендуемых ставок гонорара по Нижегородской области, утвержденных решением Совета Адвокатской палаты Нижегородской области от 26 января 2024 г.
В исковом заявлении ФИО2 также просил взыскать с ответчиков почтовые расходы в размере 932 рубля 01 копейку (738 рублей 01 копейка – за отправку претензии в адрес АО «ГСК «Югория» и 194 рубля за направление в адрес сторон копии искового заявления). В подтверждение несения расходов истцом представлены кассовый чек АО «Почта России» на сумму 738 рублей 01 копейка (т.1 л.д.64). Кроме того, в подтверждение несения почтовых расходов истцом за отправку копии искового заявления лицам, участвующим в деле, суду представлены три кассовых чека АО «Почта России» от 23 мая 2025 г. на суммы 18 рублей (за наклеивание марок на корреспонденцию т.1 л.д.67). Тариф за пересылку, согласно этим чекам составил 80 рублей. Однако, доказательств несения этих расходов (кассовых чеков) истцом не представлено.
Таким образом, сумма почтовых расходов ФИО2, факт несения которых подтверждается материалами дела, составляет 792 рубля 01 копейка.
С учетом изложенного, с ответчика АО «ГСК «Югория» в пользу истца ФИО2 подлежат взысканию понесенные им почтовые расходы в размере 792 рубля 01 копейка (738 рублей 01 копейка + (18 рублей х3) = 792 рубля 01 копейка). При этом в удовлетворении требований истца о взыскании с ответчика почтовых расходов в большем объеме следует отказать.
Истцом также были заявлены требования о взыскании с ответчиков расходов на оплату услуг экспертной организации в размере 12 000 рублей. В подтверждение несения расходов на оплату услуг на проведение независимой экспертизы в указанном размере истцом были представлены: договор №298С на проведение автотехнического исследования транспортного средства от 07 апреля 2025 г. (т.1 л.д.24) и договор №298С/1 на составление заключения по определению стоимости восстановительного ремонта колесного транспортного средства от 07 апреля 2025 г. (т.1 л.д.46), заключенные с Обществом с ограниченной ответственностью <данные изъяты>» (далее - ООО <данные изъяты>»), кассовые чеки №№1 и 4 на 7000 рублей и 5000 рублей соответственно (т.1 л.д.63).
В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 134 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 8 ноября 2022 г. №31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», если потерпевший, не являющийся потребителем финансовых услуг, не согласившись с результатами проведенной страховщиком независимой технической экспертизы и (или) независимой экспертизы (оценки), самостоятельно организовал проведение независимой экспертизы до обращения в суд, то ее стоимость относится к судебным расходам и подлежит возмещению по правилам части 1 статьи 98 ГПК РФ и части 1 статьи 110 АПК РФ независимо от факта проведения по аналогичным вопросам судебной экспертизы.
Поскольку финансовый уполномоченный вправе организовывать проведение независимой экспертизы (оценки) по предмету спора для решения вопросов, связанных с рассмотрением обращения (часть 10 статьи 20 Закона о финансовом уполномоченном), то расходы потребителя финансовых услуг на проведение независимой экспертизы, понесенные до вынесения финансовым уполномоченным решения по существу обращения потребителя, не могут быть признаны необходимыми и не подлежат взысканию со страховщика (статья 962 ГК РФ, абзац третий пункта 1 статьи 16.1 Закона об ОСАГО, часть 10 статьи 20 Закона о финансовом уполномоченном).
Если названные расходы понесены потребителем финансовых услуг в связи с несогласием с решением финансового уполномоченного, то они могут быть взысканы по правилам части 1 статьи 98 ГПК РФ.
В рассматриваемом случае экспертные заключение и исследование ООО <данные изъяты>» подготовлены по заказу истца 07 апреля 2025 г., то есть до принятия решения финансовым уполномоченным от 14 апреля 2025 г. по существу обращения потребителя.
Поэтому расходы истца на оплату автотехнического исследования транспортного средства и составление заключения по определению стоимости восстановительного ремонта не могут быть признаны необходимыми и не подлежат взысканию со страховщика.
По этой же причине со страховщика не могут быть взысканы расходы за услуги телеграфа в размере 402 рубля 48 копеек об извещении страховщика о дате и времени осмотра автомобиля (т.1 л.д.23 текст телеграммы, л.д.64 кассовый чек).
При подаче искового заявления истцом была уплачена государственная пошлина в размере 7938 рублей, что подтверждается чеком по операции от 03 июня 2025 г. (т.1 л.д.66) и соответствует размеру, установленному подпунктом 1 пункта 1 статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации.
Поскольку суд пришел к выводу об удовлетворении исковых требований, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию в возмещение судебных расходов, связанных с уплатой государственной пошлины 7938 рублей.
Руководствуясь статьями 194 - 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
решил:
Восстановить ФИО2 срок на обращение в суд
с исковым заявлением.
Исковые требования ФИО2 к Акционерному обществу «Группа страховых компаний «Югория» о возмещении ущерба, компенсации морального вреда, удовлетворить частично.
Взыскать с Акционерного общества «Группа страховых компаний «Югория» (ИНН:№, ОГРН№) в пользу ФИО2 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, паспорт серии №, выдан <адрес> ДД.ММ.ГГГГ)
в возмещение ущерба 231 276 рублей;
штраф в размере 40 000 рублей;
неустойку в размере 150 000 рублей;
компенсацию морального вреда 5000 рублей;
расходы по оплате юридических услуг в размере 30 000 рублей;
расходы по оплате почтовых расходов в размере 792 рублей 01 копейка;
расходы по оплате государственной пошлины в размере 7938 рублей.
Исковые требования и требования о взыскании судебных расходов ФИО2 в остальной части оставить без удовлетворения.
Исковые требования ФИО2 к ФИО6 о возмещении ущерба, оставить без удовлетворения.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Мордовия в течение месяца со дня принятия в окончательной форме путем подачи жалобы через Темниковский районный суд Республики Мордовия.
Судья Темниковского районного суда
Республики Мордовия О.В.Семикова
Мотивированное решение суда составлено 17 октября 2025 г.
Судья Темниковского районного суда
Республики Мордовия О.В.Семикова