РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

02 июня 2022 года город Тула

Советский районный суд города Тулы в составе:

председательствующего Федотовой М.М.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Милёхиным И.И.,

с участием представителя ответчика (истца по встречному иску) ФИО15 по доверенности ФИО16, старшего помощника прокурора Советского района г. Тулы Кузнецовой И.Е.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 71RS0028-01-2022-001191-56 (производство № 2-1137/2022) по иску ФИО15 к ФИО15 о признании договора дарения незаключенным, применении последствий недействительности сделки, встречному иску ФИО15 к ФИО15 о выселении из жилого помещения,

установил:

ФИО15 обратился в суд с иском к ФИО15 о признании договора дарения незаключенным, применении последствий недействительности сделки, указав в обоснование заявленных требований, что его матери ФИО1 на праве собственности принадлежала квартира по адресу: <адрес>, в которой они проживали.

После смерти ФИО1, наступившей ДД.ММ.ГГГГ, ему стало известно, что при жизни его мать произвела перерегистрацию указанной квартиры на ответчика.

Указывает, что на момент заключения спорного договора дарения ФИО1 страдала видимыми расстройствами психики, с трудом узнавала родных, близкой эмоциональной и душевной связи с ответчиком не имела, намерения подарить квартиру никогда не выражала.

Считает, что договор дарения является незаключенным, поскольку спорная квартира, фактически не была передана ответчику дарителем. В договоре дарения не содержится условий о сохранении за дарителем права постоянного проживания в данной квартире после совершения сделки. Однако даритель всю жизнь, вплоть до дня смерти, продолжала проживать в указанной квартире, оплачивать коммунальные услуги. ФИО15 в квартире никогда не проживал, его личные вещи в квартире отсутствуют, после перехода к нему права собственности в квартиру не въехал, коммунальные платежи не оплачивал, в содержании квартиры участия не принимал. Никакого интереса к указанной квартире после регистрации права собственности не проявлял. Полагает, что договор дарения для матери носил формальный характер, ввиду возраста и правовой безграмотности ФИО1 не имела намерений на передачу квартиру ответчику, подписание договора дарения для сторон носило формальный характер.

Просил суд признать договор дарения от 25 октября 1999 г. незаключенным, применить последствия недействительности сделки.

В ходе рассмотрения дела ответчик ФИО15 обратился в суд со встречным иском к ФИО15 о выселении из жилого помещения указав в обоснование заявленных требований, что спорную квартиру ему 25 октября 1999 г. подарила его бабушка ФИО1, которая состояла на регистрационном учете и фактически проживала в квартире одна. ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 умерла. После ее похорон ФИО15 (отец истца) отказался покидать квартиру, самовольно вселился, без разрешения собственника сменил замки во входной двери квартиры, в целях, чтобы истец как собственник не мог войти в квартиру.

ФИО15 неоднократно пытался поговорить со своим отцом, просил его выехать из квартиры, объяснив свое намерение сделать в квартире ремонт и переехать в нее жить вместе с женой и малолетним ребенком. Однако все требования освободить квартиру ответчик игнорирует, на телефонные сообщения не отвечает, дверь собственнику открывать отказывается.

14 мая 2021 г. УУП Отдела полиции «Советский» УМВД России по г. Туле капитаном полиции ФИО3 по заявлению ФИО2 было вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела по факту неправомерных действий со стороны ФИО15, за отсутствием состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 330 УК РФ. Из объяснений ФИО15, приведенных в указанном постановлении, следует, что он проживает в данной квартире, так как это единственное место проживания в настоящий момент, что он обратился в суд с иском об отмене договора дарения.

Решением Советского районного суда г. Тулы от 06 октября 2021 г. в удовлетворении иска ФИО15 о признании договора дарения спорной квартиры недействительным отказано. Данное решение вступило в законную силу 16 ноября 2021 г. Несмотря на это, ответчик продолжает проживать квартире вопреки воле ФИО15, не желает выселяться из квартиры и впускать туда собственника.

Самовольно вселившись в квартиру, сменив без разрешения собственника замки во входной двери с целью воспрепятствовать в доступе в квартиру, ФИО15 нарушил права ФИО15 как собственника, поскольку не имеет законных оснований для пользования квартирой, не является собственником квартиры, занял квартиру без согласия собственника, регистрации по месту жительства или месту пребывания в квартире не имеет, какого-либо участия в расходах по оплате коммунальных услуг не принимает.

Между сторонами отсутствуют какие-либо договорные отношения, относительно проживания ФИО15 в спорной квартире.

Просил суд выселить ФИО15 из квартиры по адресу: <адрес>.

Истец (ответчик по встречному иску) ФИО15, представитель истца (ответчика по встречному иску ) по доверенности ФИО4 в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены в установленном законом порядке, сведений о причинах неявки не представили.

Ответчик (истец по встречному иску) ФИО15 в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен в установленном законом порядке, в письменном ходатайстве исковые требования не признал, просил отказать в удовлетворения иска, поддержал встречные исковые требования, просил рассмотреть дело в его отсутствие.

Представитель ответчика (истца по встречному иску) ФИО15 по доверенности ФИО16 исковые требования не признала. Доводы, изложены в письменных возражениях, поддержала. Указала, что истец (ответчик по встречному иску) никогда не имел права пользования спорной квартирой, которую ФИО15 подарила его бабушка ФИО1 Договор за одаряемого был подписан его матерью, так как на момент заключения договора он был несовершеннолетним. ФИО15 занял спорную квартиру самовольно, без согласия собственника, не имеет регистрации по месту жительства или пребывания в данной квартире. Между сторонами отсутствуют какие-либо договорные отношения, позволяющие проживать истцу (ответчику по встречному иску) в спорной квартире. До смерти ФИО1 ФИО15 в данной квартире не проживал, жил и работал в г. Москве. После похорон ФИО1 он самовольно вселился в квартиру, заменил замки на входной двери. На момент заключения оспариваемого договора, между сторонами договора дарения было достигнуто соглашение по всем существенным условиям. Наличие намерения совершить сделку, подтверждается совокупностью действий, не только подписанием договора, но и подачей документов на регистрацию перехода права собственности, получением документов после регистрации права. ФИО15 принял на себя все права и обязанности собственника, предусмотренные законом, ежегодно оплачивает налог на имущество и коммунальные платежи. Доводы истца (ответчика по встречному иску) о том, что ФИО1 на дату заключения договора дарения не понимала значения своих действий и руководить ими являются необоснованными, поскольку в ходе рассмотрения гражданского дела 2-1295/2021 установлено, что ФИО1 имела намерение подарить спорную квартиру своему внуку. Была назначена посмертная комиссионная комплексная судебно-психиатрическая экспертиза. В заключении эксперты указали, что ФИО1 в юридически значимый период каким-либо психическим заболеванием не страдала, могла понимать характер и значение своих действий, руководить ими. Так же просила применить к исковым требованиям срок исковой давности, так как с момента заключения спорного договора прошло более 21 года. Встречные исковые требования поддержала, по основаниям изложенным в нем, просила встречный иск удовлетворить.

В соответствии с положениями статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд определил возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц, участвующих в деле, заблаговременно и надлежащим образом извещенных о времени и месте его проведения.

Выслушав объяснения представителя ответчика (истца по встречному иску) ФИО15 по доверенности ФИО16, заключение старшего помощника прокурора Советского района г. Тулы Кузнецовой И.Е., полагавшей первоначальные исковые требования необоснованными и не подлежащими удовлетворению, а встречные исковые требования законными и обоснованными, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

Согласно пункту 2 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права по своей воле и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых, не противоречащих законодательству условий договора.

Как установлено пунктом 1 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации, гражданские права и обязанности возникают из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему.

В соответствии со статьей 420 Гражданского кодекса Российской Федерации договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.

В соответствии с частью 1 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации, договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Согласно статье 158 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделки могут совершаться устно или в письменной форме (простой или нотариальной).

Согласно пункту 2 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации, имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

Согласно пункту 1 статьи 572 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

В силу пункта 1 статьи 574 Гражданского кодекса Российской Федерации дарение, сопровождаемое передачей дара одаряемому, может быть совершено устно, за исключением случаев, предусмотренных п.п. 2 и 3 настоящей статьи. Передача дара осуществляется посредством его вручения, символической передачи (вручение ключей и т.п.) либо вручения правоустанавливающих документов.

В соответствии с пунктом 1 статьи 223 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности у приобретателя вещи по договору возникает с момента ее передачи, если иное не предусмотрено законом или договором.

Согласно части 2 статьи 223 Гражданского кодекса Российской Федерации, когда отчуждение имущества подлежит государственной регистрации, право собственности у приобретателя возникает с момента такой регистрации, если иное не установлено законом.

Исходя из пункта 1 статьи 2 Федерального закона от 21 июля 1997 г. №122-ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним» (действовавшего до 01 января 2020 г.), государственная регистрация прав на недвижимое имущество и сделок с ним - юридический акт признания и подтверждения государством возникновения, ограничения (обременения), перехода или прекращения прав на недвижимое имущество в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации: государственная регистрация является единственным доказательством существования зарегистрированного права; зарегистрированное право на недвижимое имущество может быть оспорено только в судебном порядке.

Согласно пункту 7 статьи 16 Федерального закона от 21 июля 1997 г. №122-ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним» (действовавшего до 01 января 2020 г.) сделка считается зарегистрированной, а правовые последствия - наступившими со дня внесения записи о сделке или праве в ЕГРП.

Следовательно, правовым последствием договора дарения недвижимости является регистрация перехода права собственности на отчуждаемое имущество от дарителя к одаряемому.

Как следует из материалов дела и установлено судом, с 28 июля 1999 г. ФИО1 являлась собственником квартиры, расположенной по адресу: <адрес> на основании договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО5 (продавец) и ФИО1 (покупатель), зарегистрированного ДД.ММ.ГГГГ в Тульском областном регистрационном центре.

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 (даритель) и законным представителем несовершеннолетнего одаряемого ФИО15 - ФИО2 заключен договор дарения, по которому даритель передала одаряемому ФИО15 принадлежащую ей на праве собственности квартиру по адресу: <адрес>, а законный представитель одаряемого от имени последнего приняла ее.

Настоящий договор содержит весь объем соглашений между сторонами в отношении предмета договора дарения, отменяет и делает недействительными все другие обязательства и соглашения, которые могли быть приняты или сделаны сторонами, будь то в устной или в письменной форме, до заключения настоящего договора.

25 октября 1999 г. договор дарения удостоверен нотариусом г. Тулы ФИО6 и зарегистрирован в реестре за номером №.

Переход права собственности зарегистрирован в Тульском областном регистрационном центре 07 декабря 1999 г., о чем составлена соответствующая запись в ЕГРН за номером №.

07 декабря 1999 г. ФИО15 Тульским областным регистрационным центром выдано свидетельство о государственной регистрации права серии № на однокомнатную квартиру, общей площадью 30,8 кв.м., в том числе жилой 16,1 кв.м., по адресу: <адрес>.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 умерла, что следует из свидетельства о смерти II-БО № от ДД.ММ.ГГГГ

Обращаясь в суд с иском истец (ответчик по встречному иску) ФИО15 указал, что на момент заключения спорного договора дарения ФИО1 страдала видимыми расстройствами психики, с трудом узнавала родных, близкой эмоциональной и душевной связи с ответчиком не имела, намерения подарить квартиру никогда не выражала.

Между тем, как следует из вступившего в законную силу 16 ноября 2021 г. решения Советского районного суда г. Тулы от 06 октября 2021 г. по гражданскому делу №2-1295/2021 об отказе в удовлетворения иска ФИО15 к ФИО15 о признании договора дарения недействительным, в рамках рассмотрения данного дела судом была проведена посмертная комиссионная комплексная судебно-психиатрическая экспертиза для разрешения вопросов о наличии у наследодателя в период составления завещания заболеваний, в том числе, психических, которые могли оказать влияние на его способность понимать значение своих действий и руководить ими при составлении и подписании договора дарения от 25 октября 1999 г., удостоверенного нотариусом ФИО6, а также о том, способна ли она была при составлении (подписании) завещания понимать фактический характер своих действий и руководить ими, не находилась ли она в период совершения завещания в состоянии повышенной внушаемости.

Согласно заключению комиссии экспертов ГУЗ «Тульская областная клиническая психиатрическая больница № им. ФИО7» от 20 августа 2021 г. №, ФИО1 в юридически значимый период совершения договора дарения квартиры ДД.ММ.ГГГГ каким-либо психическим заболеванием не страдала. На это указывают отсутствие в медицинской документации сведений об обращении на прием к врачу-психиатру; отсутствие данных о нахождении подэкспертной на стационарном лечении в психиатрическом стационаре; обращение подэкспертной в поликлинику по месту жительства в период времени, тесно связанный с юридически значимым временем (обращения от 22 октября 1999 г. и от 26 октября 1999 г.), при этом в медицинской документации не отмечено каких-либо психических или иных нарушений и заболеваний, которые могли бы лишать ее способности понимать характер и значение своих действий и руководить ими, свидетельские показания об отсутствии у подэкспертной каких-либо психических отклонений, о достаточной степени активности подэкспертной, самостоятельном проживании и самостоятельном обеспечении ухода за собой. Таким образом, на юридически значимый период – совершение договора дарения квартиры 25 октября 1999 г. – ФИО1 могла понимать характер и значение своих действий и руководить ими. Психологический анализ материалов гражданского дела и медицинской документации показали, что у ФИО1 отсутствовали выраженные интеллектуально-мнестические, эмоционально-волевые нарушения, вследствие сохранности критических и прогностических способностей, а также с учетом индивидуально-психологических и возрастных особенностей, содержания исследуемой ситуации можно сделать вывод о том, что она могла понимать значение своих действий и руководить ими в период совершения договора дарения 25 октября 1999 г. У ФИО1 не выявляется повышенной склонности к внушаемости и подчиняемости. ФИО1 не находилась в период совершения договора дарения 25 октября 1999 г. в состоянии выраженного эмоционального напряжения или ином эмоциональном состоянии, которое оказывало бы существенное влияние на ее сознание и деятельность.

Из показаний допрошенных в ходе судебного разбирательства свидетелей ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО2, а также пояснений представителя ответчика ФИО16 следует, что ФИО1 у психиатра не наблюдалась, отклонений в ее поведении не замечалось, была активным человеком, который заботился о своем здоровье, регулярно отдыхала в санатории, жила одна и полностью себя обслуживала, до 80 лет ездила одна на дачу без сопровождения, обрабатывала огород, продавала цветы, помнила наизусть номера телефонов, тогда как истец «деньги со своей матери тянул», она выплачивала его долги, делилась своим намерением все переписать на внука, поскольку «Валентин все спустит на кредиты». Допрошенные по делу свидетели ФИО11, ФИО12, ФИО13 также не сообщали об обстоятельствах, указывающих на неадекватную оценку ФИО1 происходящих с ней событий, проявлений нарушений ее волевого поведения.

Таким образом, достоверных доказательств, свидетельствующих о том, что ФИО1 в момент подписания договора дарения от 25 октября 1999 г. не была способна понимать значение своих действий и руководить ими, ее волеизъявление не соответствовало действительным намерениям, истцом ФИО15 суду не представлено.

Как следует из содержания оспариваемого договора дарения от 25 октября 1999 г., ФИО1 имела намерение подарить принадлежащую ей квартиру <адрес>. При этом дееспособность завещателя нотариусом проверена, содержание статей 288, 292, 572-580 Гражданского кодекса Российской Федерации ФИО14 А.Н. нотариусом разъяснено.

В силу статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом.

Таким образом, доводы истца (ответчика по встречному иску) ФИО15 о том, что на момент заключения спорного договора дарения ФИО1 страдала видимыми расстройствами психики, с трудом узнавала родных, намерения подарить квартиру никогда не выражала и не имела намерений на передачу квартиры, подписание договора дарения для сторон носило формальный характер, судом отклоняются, поскольку опровергаются вступившим в законную силу вышеуказанным решением Советского районного суда г. Тулы.

Доводы истца (ответчика по встречному иску) ФИО15, что договор дарения является незаключенным, поскольку спорная квартира, фактически не была передана ответчику дарителем, ФИО15 не оплачивал коммунальные платежи, в содержании квартиры участия не принимал, никакого интереса к указанной квартире после регистрации права собственности не проявлял, в договоре дарения не содержится условий о сохранении за дарителем права постоянного проживания в данной квартире после совершения сделки суд находит несостоятельными, поскольку они опровергаются материалами настоящего гражданского дела.

Согласно гражданскому законодательству составление передаточного акта при заключении и регистрации договора дарения (глава 32 Гражданского кодекса Российской Федерации) не предусмотрено, следовательно, не является обязательным.

Вместе с тем, требования части 1 статьи 574 Гражданского кодекса Российской Федерации, предусматривающей, что передача дара осуществляется посредством его вручения, символической передачи (вручение ключей и т.п.) либо вручения правоустанавливающих документов, при заключении спорного договора дарения соблюдены.

Согласно договору дарения от 25 октября 1999 г. даритель ФИО1 передала законному представителю несовершеннолетнего одаряемого ФИО15 - ФИО2 ключи от квартиры и необходимые документы. В отчуждаемой квартире зарегистрирована ФИО1, которой ФИО2, действуя как законный представитель несовершеннолетнего, предоставляет право проживания в указанной квартире. Настоящий договор стороны рассматривают как акт передачи квартиры.

Факт оплаты за спорное жилое, коммунальные услуги и отсутствие задолженности по указанным платежам, подтверждается представленными представителем ответчика (истца по встречному иску) ФИО15 по доверенности ФИО16 копиями чеков и квитанций.

Учитывая, что заключенный между сторонами договор дарения содержит все необходимые существенные условия, имущество фактически принято одаряемым, право собственности ФИО15 на имущество зарегистрировано в установленном порядке, оснований полагать договор незаключенным не имеется.

Согласно статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Истец (ответчик по встречному иску) ФИО15 не предоставил надлежащих доказательств, которые подтверждают доводы, изложенные в исковом заявлении.

Установив вышеуказанные обстоятельства дела, суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения исковых требований ФИО15 к ФИО15 о признании договора дарения незаключенным, применении последствий недействительности сделки.

Кроме того, представителем ответчика (истца по встречному иску) ФИО15 по доверенности ФИО16 заявлено ходатайство о пропуске истцом срока исковой давности.

Согласно статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки. Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

В соответствии со статьей 199 Гражданского кодекса Российской Федерации требование о защите нарушенного права принимается к рассмотрению судом независимо от истечения срока исковой давности. Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В силу статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Согласно статье 205 Гражданского кодекса Российской Федерации в исключительных случаях, когда суд признает уважительной причину пропуска срока исковой давности по обстоятельствам, связанным с личностью истца (тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п.), нарушенное право гражданина подлежит защите. Причины пропуска срока исковой давности могут признаваться уважительными, если они имели место в последние шесть месяцев срока давности, а если этот срок равен шести месяцам или менее шести месяцев - в течение срока давности.

Ходатайство о пропуске срока исковой давности мотивировано тем, что о спорном договоре дарения ФИО15 знал с момента его заключения, что подтвердили допрошенные по гражданскому делу №2-1295/2021 свидетели. С момента заключения оспариваемого договора и до момента смерти ФИО1, прошло более 21 года, в указанный период времени договор дарения никем не оспаривался.

Таким образом, доводы ФИО15 о том, что он узнал о переходе права собственности на спорную квартиру после смерти своей матери 01 апреля 2021 г., суд находит несостоятельными, поскольку они опровергаются материалами гражданского дела №2-1295/2021.

Учитывая, что истцом (ответчиком по встречному иску) ФИО15 доказательств уважительности причин пропуска срока исковой давности суду не представлено, суд приходит к выводу о пропуске истцом (ответчиком по встречному иску) ФИО15 срока исковой давности, что в силу части 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации является самостоятельным основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Проанализировав вышеизложенные конкретные обстоятельства в совокупности с приведенными нормами права, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований ФИО15.

Рассматривая встречные исковые требования ФИО15 к ФИО15 о выселении из жилого помещения, суд приходит к следующему.

В соответствии со статьей 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

Согласно частям 1 и 2 статьи 30 Жилищного кодекса Российской Федерации, собственник жилого помещения осуществляет права владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему на праве собственности жилым помещением в соответствии с его назначением и пределами его использования, которые установлены настоящим Кодексом.

Согласно статье 304 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

Как следует из материалов дела и установлено судом, ФИО15 принадлежит на праве собственности квартира по адресу: <адрес>, на основании заключенного 25 октября 1999 г. между ФИО1 (даритель) и законным представителем несовершеннолетнего одаряемого ФИО15 - ФИО2 договора дарения.

Право собственности на вышеуказанную квартиру зарегистрировано за ФИО15 07 декабря 1999 г., о чем в о чем составлена соответствующая запись в ЕГРН за номером №, что

подтверждается выпиской из Единого государственного реестра недвижимости от 22 января 2022 г.

Настаивая на удовлетворении встречных исковых требований, ответчик (истец по встречному иску) ФИО15 указал, что после похорон ФИО1 в апреле 2021 г. его отец ФИО15 самовольно вселился в спорную квартиру без разрешения собственника и сменил замки во входной двери квартиры. Таким образом проживает в квартире вопреки воле ФИО15, не желает выселяться из квартиры и впускать в жилое помещение собственника.

Проверяя данные доводы судом установлено, что постановлением от 18 января 2022 г. УУП Отдела полиции «Советский» УМВД России по г. Туле капитаном полиции ФИО3 по заявлению ФИО15 было вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела по факту неправомерных действий со стороны ФИО15, за отсутствием состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 330 УК РФ.

В ходе проведенной проверки из объяснений ФИО15 установлено, что является собственником квартиры по адресу: <адрес>, в которой ранее проживала его бабушка ФИО1, которая умерла ДД.ММ.ГГГГ На похороны бабушки приехал его отец ФИО15, который вселился в его квартиру, сменил замки во входной двери и стал в ней проживать. По данному поводу он неоднократно звонил и писал своему отцу, но он не уходил из квартиры, пояснив, что уйдет только по решению суда.

Из объяснений ФИО15, приведенных в указанном постановлении, следует, что ранее он работал и проживал в г. Москва, периодически приезжал к своей маме ФИО1, навещать. В настоящее время у него не имеется регистрации в квартире по адресу: <адрес>, которая является для него единственным местом проживания. После смерти его матери ФИО1 его бывшая жена ФИО2 и сын ФИО15 стали предъявлять претензии по поводу его проживания в данной квартире.

В ходе рассмотрения дела судом установлено, что ФИО15 не зарегистрирован по адресу: <адрес>, что подтверждается справкой № от 10 марта 2022 г.

Каких-либо соглашений, согласно которым ФИО15 имеет право проживать в спорной квартире, между сторонами по делу не заключалось.

Настаивая на удовлетворении встречных исковых требований, ФИО15 указал, что никогда не вселял ФИО15 в спорную квартиру, который создает препятствия во владении и пользовании принадлежащим ему на праве собственности имуществом, отказывается выселяться из квартиры.

Данные обстоятельства ФИО15 не опровергались, доказательств, свидетельствующих об обратном, в материалы дела не представлено.

Проанализировав вышеизложенные конкретные обстоятельства в совокупности с приведенными нормами права, суд приходит к выводу об удовлетворении встречных исковых требований о выселении ФИО15 из квартиры по адресу: <адрес>, поскольку проживание ФИО15 в спорной квартире нарушает права ФИО15 по владению, распоряжению и пользованию своим имуществом.

Рассмотрев дело в пределах заявленных исковых требований, руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

в удовлетворении исковых требований ФИО15 к ФИО15 о признании договора дарения от 25 октября 1999 г. незаключенным, применении последствий недействительности сделки, отказать.

Встречные исковые требования ФИО15 к ФИО15 о выселении из жилого помещения удовлетворить.

Выселить ФИО15, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес>, из жилого помещения, расположенного по адресу: <адрес>

Решение может быть обжаловано в апелляционную инстанцию Тульского областного суда путем подачи апелляционной жалобы через Советский районный суд г.Тулы в течение одного месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Председательствующий