Решение по делу № 2-75/2025 от 02.09.2025 - о возмещении материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, о взыскании компенсации морального вреда.

Дело № 2 - 75/2025

УИД № 22RS0052-01-2025-000110-02

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

02 сентября 2025 года с. Тогул

Тогульский районный суд Алтайского края в составе:

председательствующего судьи Фролова О.В.,

при секретаре Ермаковой О.С.,

с участием заместителя прокурора Тогульского района Хашагульгова М.Т.,

ответчиков ФИО1, ФИО2, их представителя ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО4 к ФИО1, ФИО2 о возмещении материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО4 обратился в суд с иском (с учетом его уточнений) к ФИО1, ФИО2, в котором просит взыскать с ответчиков в пользу истца в возмещение ущерба денежные средства в сумме 402 000 рублей, компенсацию морального вреда в сумме 15 000 рублей, судебные расходы по уплате государственной пошлины в сумме 13 963 рубля, по оплате на проведение экспертизы в сумме 15 000 рублей.

В обоснование своих требований истец указывает на то, что 23 августа 2024 года в 09 часов 30 минут на 56 км автомобильной дороги Р256 произошло дорожно-транспортное происшествие с участием транспортных средств: принадлежащего истцу автомобиля «ТОЙОТА ПРИУС», государственный регистрационный знак № под управлением ФИО4, автомобиля Ниссан дизель, государственный регистрационный знак № под управлением ФИО1, принадлежащего ФИО2. Ответственность владельца автомобиля Ниссан дизель была застрахована в СПАО «Ингосстрах». Страхователем является ответчик ФИО2. Дорожно-транспортное происшествие произошло по вине ответчика ФИО1. Страховая компания выплатила истцустраховое возмещение в размере 400 000 рублей. Стоимость восстановительного ремонта автомобиля истца составляет 802 500 рублей, что подтверждается экспертным заключением ООО «НЭК Арбитр» №-РА от <дата>.

Поскольку в состав ущерба входят не только фактически понесенные расходы, но и расходы, которые лицо должно будет понести для восстановления нарушенного права, ссылаясь на нормы ст.ст. 15, 1064, 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту - ГК РФ), просит удовлетворить заявленные требования.

Истец ФИО4, его представитель ФИО5 в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного разбирательства были извещены надлежащим образом.

Ответчик ФИО2 иск не признала, считает, что она является ненадлежащим ответчиком в связи с тем, что на момент ДТП автомобиль Ниссан дизель находился в аренде у ФИО1.

Ответчик ФИО1 исковые требования признал в части возмещения материального ущерба, судебных расходов.

Представитель ответчиков ФИО3 просил в удовлетворении иска о взыскании с ФИО2 материального ущерба отказать, так как она ненадлежащий ответчик в связи с заключением договора аренды транспортного средства. Также просит отказать в удовлетворении иска о взыскании с ответчика ФИО1 в пользу ФИО4 морального вреда в связи с тем, что истцом не представлены доказательства о причинении ему в результате дорожно-транспортного происшествия телесных повреждений.

Представитель третьего лица ООО «СмартЛогистика» в судебном заседании указал на то, что автомобиль Ниссан дизель является собственностью ФИО2, а не юридического лица, на момент ДТП автомобиль находился в аренде у ФИО1.

Ответчики, их представитель, а также представитель третьего лица участвовали в судебном заседании посредством видеоконференц-связи.

На основании ст. 167 ГПК РФ суд считает возможным рассмотреть дело без участия истца, его представителя, а также представителя третьего лица.

Выслушав объяснение ответчиков, их представителя, заключение заместителя прокурора, полагавшего, что иск в части взыскания морального вреда не подлежит удовлетворению, изучив материалы гражданского дела, а также дела об административном правонарушении суд приходит к выводу об удовлетворении исковых требований частично по следующим основаниям.

При разрешении спора установлено, что 23 августа 2024 года в 09 часов 30 минут на 56 км автомобильной дороги Р256 произошло дорожно-транспортное происшествие с участием транспортных средств: принадлежащего истцу автомобиля «ТОЙОТА ПРИУС», государственный регистрационный знак № под управлением ФИО4, автомобиля Ниссан дизель, государственный регистрационный знак № под управлением ФИО1, принадлежащего ФИО2.

Постановлением по делу об административном правонарушении вынесенного инспектором ДПС ОМДПС ГИБДД МО МВД России «Искитимский» Новосибирской области К от 23 августа 2024 года ответчик ФИО1 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 1 ст. 12.15 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях и ему назначено административное наказание в виде административного штрафа в размере 1500 рублей. Постановление не обжаловалось вступило в законную силу.

Из объяснений участника ДТП ФИО1 от 23 августа 2024 года, приобщенного к материалам дела об административном правонарушении, следует, что он, управляя автомобилем Ниссан дизель, государственный регистрационный знак №, двигался со стороны г. Барнаула по направлению в г. Новосибирск и в населенном пункте г. Искитим на 56 километре совершил дорожно-транспортное происшествие, столкнувшись с автомобилем «ТОЙОТА ПРИУС» государственный регистрационный знак №, который от удара его автомобиля столкнулся с автомобилем «ТОЙОТА КАМРИ» государственный регистрационный знак №. ДТП произошло по причине того, что он отвлекся к своему сотовому телефону, двигался со скоростью 60 км/час, и не увидел впереди образовавшийся затор автомобилей на проезжей части. Свою вину в ДТП признает.

Согласно объяснениям водителя автомобиля «ТОЙОТА ПРИУС» государственный регистрационный знак № ФИО4, приобщенных к материалам дела об административном правонарушении от 23 августа 2024 года, следует, что он, управляя автомобилем «ТОЙОТА ПРИУС» государственный регистрационный знак №, двигался со стороны г. Барнаула в г. Новосибирск по трассе Р-256 и на 56 км автомобильной дороги произошло замедление движение автомобилей, снизив скорость движения до 20-30 км/час, он почувствовал удар в заднюю часть его автомобиля, от удара его автомобиль откинуло на впереди движущийся автомобиль «ТОЙОТА КАМРИ» государственный регистрационный знак №, после чего он почувствовал второй удар в заднюю часть его автомобиля и в результате этого он повторно столкнулся с автомобилем «ТОЙОТА КАМРИ». В результате ДТМ ему не был причинен вред здоровью. На его автомобиль договор страхования отсутствовал.

Вышеуказанным постановлением по делу об административном правонарушении установлена вина ФИО1 в совершении дорожно-транспортного происшествия, который, управляя транспортным средством в пути следования, не выдержал безопасную дистанцию впереди движущимся транспортным средством, в результате чего допустил наезд на впереди находящееся транспортное средство - автомобиль «ТОЙОТА ПРИУС», чем нарушил требования пунктов 9.10 Правил дорожного движения.

Обращаясь в суд с настоящим иском, ФИО4 ссылался, что ДТП произошло по вине ФИО1, который вину не оспаривал.

При разрешении настоящего спора суд руководствуется следующими нормами.

В соответствии со ст. ст. 15, 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда. Такая ответственность предусмотрена ст. 1079 ГК РФ для владельцев источников повышенной опасности.

В соответствии со ст. 1079 ГК РФ граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (например, использование транспортных средств), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления и др.). При взаимодействии источников повышенной опасности вред, причиненный имуществу гражданина, возмещается на общих основаниях - в полном объеме лицом, причинившим вред (ст. 1064 ГК РФ).

В силу ст. 1072 ГК РФ юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (ст. 931, п. 1 ст. 935 ГК РФ), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.

Согласно п. 4 ст.931 ГК РФ в случае, когда ответственность за причинение вреда застрахована в силу того, что ее страхование обязательно, а также в других случаях, предусмотренных законом или договором страхования такой ответственности, лицо, в пользу которого считается заключенным договор страхования, вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении вреда в пределах страховой суммы.

Порядок и условия осуществления обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств регулируются Федеральным законом от 25 апреля 2002 года № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее по тексту - Закон об ОСАГО) и Правилами обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, утвержденными положением Центрального банка РФ от 19 сентября 2014 года № 431-П (далее по тексту - Правила обязательного страхования).

В силу ст. 7 Закона об ОСАГО страховая сумма, в пределах которой страховщик при наступлении каждого страхового случая (независимо от их числа в течение срока действия договора обязательного страхования) обязуется возместить потерпевшим причиненный вред, составляет в части возмещения вреда, причиненного имуществу каждого потерпевшего, 400000 рублей.

П. 1 ст. 12 Закона об ОСАГО установлено, что потерпевший вправе предъявить страховщику требование о возмещении вреда, причиненного его жизни, здоровью или имуществу при использовании транспортного средства, в пределах страховой суммы, установленной настоящим Федеральным законом, путем предъявления страховщику заявления о страховом возмещении или прямом возмещении убытков и документов, предусмотренных правилами обязательного страхования.

Согласно п. 15.1 ст. 12 Закона об ОСАГО страховое возмещение вреда, причиненного легковому автомобилю, находящемуся в собственности гражданина и зарегистрированному в Российской Федерации, осуществляется (за исключением случаев, установленных п. 16.1 ст. 12 Закона об ОСАГО) в соответствии с п. 15.2 ст. 12 или в соответствии с п. 15.3 ст. 12 Закона об ОСАГО путем организации и (или) оплаты восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства потерпевшего (возмещение причиненного вреда в натуре).

Страховщик после осмотра поврежденного транспортного средства потерпевшего и (или) проведения его независимой технической экспертизы выдает потерпевшему направление на ремонт на станцию технического обслуживания и осуществляет оплату стоимости проводимого такой станцией восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства потерпевшего в размере, определенном в соответствии с единой методикой определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства с учетом положений абз.2 п. 19 настоящей статьи.

Указанная норма введена Федеральным законом от 28 марта 2017 года № 49-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», вступившим в силу 28 апреля 2017 года.

Обязательства страховщика по организации и оплате восстановительного ремонта транспортного средства потерпевшего считаются исполненными страховщиком надлежащим образом с момента получения потерпевшим отремонтированного транспортного средства (п.17 ст.12 Закона об ОСАГО).

Согласно разъяснениям, данным в п. 57 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 декабря 2017 года № 58 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», если договор обязательного страхования заключен причинителем вреда после 27 апреля 2017 года, страховое возмещение вреда в связи с повреждением легкового автомобиля, находящегося в собственности гражданина (в том числе имеющего статус индивидуального предпринимателя) и зарегистрированного в Российской Федерации, в силу п. 15.1 ст. 12 Закона об ОСАГО осуществляется путем организации и (или) оплаты восстановительного ремонта (обязательный восстановительный ремонт).

В отличие от общего правила оплата стоимости восстановительного ремонта легкового автомобиля, находящегося в собственности гражданина (в том числе имеющего статус индивидуального предпринимателя) и зарегистрированного в Российской Федерации, осуществляется страховщиком без учета износа комплектующих изделий (деталей, узлов, агрегатов) (абз. 3 п. 15.1 ст. 12 Закона об ОСАГО (в редакции Федерального закона от 28 марта 2017 года № 49-ФЗ) (п. 59).

Тогда как при страховом возмещении путем выплаты денежных средств потерпевшему сохраняется общее правило об учете износа комплектующих изделий (деталей, узлов и агрегатов), подлежащих замене при восстановительном ремонте.

Положения п. 16.1 ст. 12 Закона об ОСАГО устанавливают перечень случаев, когда страховое возмещение вреда, причиненного легковому автомобилю, находящемуся в собственности гражданина и зарегистрированному в Российской Федерации, осуществляется страховыми выплатами.

Страховое возмещение денежными средствами предусмотрено, в частности, ст. 12 Закона об ОСАГО для случаев заключения письменного соглашения между страховщиком и потерпевшим (выгодоприобретателем). При этом, исходя из смысла п.п. 18 и 19 ст. 12 данного Закона, сумму страховой выплаты определяет размер причиненного вреда с учетом износа комплектующих изделий (деталей, узлов и агрегатов), подлежащих замене.

Как разъяснено в п.43 вышеуказанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, в случае, если по результатам проведенного страховщиком осмотра поврежденного имущества страховщик и потерпевший достигли согласия о размере страховой выплаты и не настаивают на организации независимой технической экспертизы транспортного средства или независимой экспертизы (оценки) поврежденного имущества, такая экспертиза, в силу п. 12 ст. 12 Закона об ОСАГО, может не проводиться.

При заключении соглашения об урегулировании страхового случая без проведения независимой технической экспертизы транспортного средства или независимой экспертизы (оценки) поврежденного имущества потерпевший и страховщик договариваются о размере, порядке и сроках подлежащего выплате потерпевшему страхового возмещения. После осуществления страховщиком оговоренной страховой выплаты его обязанность считается исполненной в полном объеме и надлежащим образом, что прекращает соответствующее обязательство страховщика (п. 1 ст. 408 ГК РФ).

Анализ приведенных норм права с учетом их разъяснений позволяет сделать вывод, что соглашение об урегулировании страхового случая без проведения независимой технической экспертизы транспортного средства или независимой экспертизы (оценки) поврежденного имущества прекращает обязательства между потерпевшим и страховщиком, возникшие в рамках Закона об ОСАГО, по размеру, порядке и сроках выплаты страхового возмещения деньгами и не прекращает само по себе деликтные обязательства причинителя вреда перед потерпевшим. При этом причинитель вреда не лишен права оспаривать фактический размер ущерба, исходя из которого у него возникает обязанность по возмещению вреда потерпевшему в виде разницы между страховой выплатой, определенной с учетом износа транспортного средства, и фактическим размером ущерба, определяемым без учета износа.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в п. 2.2 определения от 11 июля 2019 года № 1838-О, законоположения в рамках Закона об ОСАГО относятся к договорному праву и в этом смысле не регулируют как таковые отношения по обязательствам из причинения вреда. В оценке положений данного Закона во взаимосвязи их с положениями главы 59 ГК РФ Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 31 мая 2005 года № 6-П исходил из того, что требование потерпевшего (выгодоприобретателя) к страховщику о выплате страхового возмещения в рамках договора обязательного страхования является самостоятельным и отличается от требований по обязательствам из причинения вреда. Различия между страховым обязательством, где страховщику надлежит осуществить именно страховое возмещение по договору, и деликтным обязательством непосредственно между потерпевшим и причинителем вреда обусловливают разницу в самом их назначении и, соответственно, в условиях возмещения вреда. Смешение различных обязательств и их элементов, одним из которых является порядок реализации потерпевшим своего права, может иметь неблагоприятные последствия с ущемлением прав и свобод стороны, в интересах которой установлен соответствующий гражданско-правовой институт, в данном случае - для потерпевшего. Поскольку обязательное страхование гражданской ответственности владельцев транспортных средств не может подменять собой или отменить институт деликтных обязательств, как определяют его правила главы 59 ГК РФ, применение правил указанного страхования не может приводить к безосновательному снижению размера возмещения, которое потерпевший вправе требовать от причинителя вреда.

Закон об ОСАГО, будучи специальным нормативным актом, вместе с тем не отменяет действия общих норм гражданского права об обязательствах из причинения вреда между потерпевшим и причинителем вреда, а потому потерпевший при недостаточности страховой выплаты на покрытие причиненного ему ущерба вправе рассчитывать на восполнение образовавшейся разницы за счет лица, противоправное поведение которого вызвало этот ущерб, с предъявлением ему соответствующего требования. Положения ст. 15, п. 1 ст. 1064, ст. 1072 и п. 1 ст. 1079 ГК РФ, как это следует из постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 10 марта 2017 года № 6-П, по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования (во взаимосвязи с положениями Закона об ОСАГО) предполагают возможность возмещения лицом, гражданская ответственность которого застрахована по договору обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, потерпевшему, которому по указанному договору страховой организацией выплачено страховое возмещение в размере, исчисленном в соответствии с Единой методикой имущественного вреда по принципу полного его возмещения, если потерпевший надлежащим образом докажет, что действительный размер понесенного им ущерба превышает сумму полученного страхового возмещения.

Ввиду того, что ответственность участника ДТП ответчика ФИО1 была застрахована СПАО «Ингосстрах», то есть собственником автомобиля ответчиком ФИО2, ФИО4 обратился в порядке прямого возмещения в СПАО «Ингосстрах» с заявлением о выплате страхового возмещения.

12 сентября 2024 года между истцом ФИО4 и СПАО «Ингосстрах» заключено соглашение о размере страховой выплаты и урегулировании страхового случая в порядке подпункта ст. 12 Закона об ОСАГО, на основании данного соглашения СПАО «Ингосстрах» выплатило потерпевшему ФИО4 сумму страхового возмещения в размере 400 000 рублей. Указанные обстоятельства подтверждаются соглашением между потерпевшим ФИО4 и СПАО «Ингосстрах», справкой о перечислении денежных средств (т. 1 л.д. 20-23).

Обращаясь в суд с настоящим иском к ФИО1, ФИО2, ФИО4 указывает, что выплаченного страхового возмещения в размере 400 000 рублей недостаточно для полного восстановления автомобиля. В подтверждение данного довода истец ФИО4 ссылается на досудебное экспертное заключение ООО № от <дата> (т. 1 л.д. 27-94) с учетом его уточнений экспертом, согласно которому стоимость восстановительного ремонта автомобиля «ТОЙОТА ПРИУС», регистрационный знак №, без учета износа на заменяемые детали составляет 802 500 рублей. С указанным экспертным заключением стороны согласны.

Заключенное между истцом ФИО4 и СПАО «Ингосстрах» соглашение, касается формы страховой выплаты, а не размера ущерба и прекращает соответствующее обязательство страховщика, а не причинителя вреда. Заключая данное соглашение, истец, реализовывая свои права, действовал в рамках Закона об ОСАГО, в связи с чем оснований считать прекращенными в отношении него обязательства причинителя вреда ФИО1 не имеется.

Проанализировав представленные по делу доказательства, заключение эксперта, объяснения сторон, суд приходит к выводу, что размер ущерба, подлежащего взысканию с ответчика в пользу истца, составляет 402 500 рублей (802 500 рублей-400 000 рублей=402 500 рублей).

При разрешении настоящего спора суд учитывает, что в силу закрепленного в ст. 15 ГК РФ принципа полного возмещения причиненных убытков лицо, право которого нарушено, может требовать возмещения расходов, которые оно произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, компенсации утраты или повреждения его имущества (реальный ущерб), а также возмещения неполученных доходов, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что ФИО4 вправе предъявить требования к ответчику ФИО1, являющемуся виновным в совершении ДТП, в результате которого образовался ущерб, о возмещении причиненного ущерба в полном объеме.

Ответственность за причиненный источником повышенной опасности вред несет его собственник, если не докажет, что право владения источником повышенной опасности было передано им иному лицу на каком-либо законном основании либо, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц (ч. 2 ст. 1079 ГК РФ, абз. 1 п. 24 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1).

Согласно материалам дела, на 23 августа 2024 года собственником автомобиля Ниссан дизель государственный регистрационный знак №, управляемого виновником рассматриваемого ДТП, являлась ФИО2 (т. 1 л.д. 116, т. 2 л.д. 45, 46). На основании договора аренды от 20 августа 2024 года владение данным транспортным средством на период с 20 августа 2024 года по 25 августа 2024 года передано ФИО1 (т. 2 л.д. 38, 39). В соответствии с пунктом 1.1, 5.3 договора аренды арендатор обязуется принять указанный автомобиль для личного пользования без оказания услуг управления; арендатор самостоятельно за свой счет несет ответственность за ущерб, нанесенный жизни, здоровью и имуществу третьих лиц в результате эксплуатации арендованного автомобиля (т.2 л.д. 38, 39).

На дату рассмотрения дела, указанный договор аренды недействительным не признан, соответствующие исковые требования кем-либо из лиц, участвующим в деле, не заявлены. Данный договор не расторгался.

В соответствии с ч. 1 ст. 170 ГК РФ, мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

На основании ст. 166 ГК РФ требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо (ч. 3). Суд вправе применить последствия недействительности ничтожной сделки по своей инициативе, если это необходимо для защиты публичных интересов, и в иных предусмотренных законом случаях.

Как следует из разъяснений, данных в п.п. 75, 79 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25, применительно к ст.ст. 166 и 168 ГК РФ под публичными интересами, в частности, следует понимать интересы неопределенного круга лиц, обеспечение безопасности жизни и здоровья граждан, а также обороны и безопасности государства, охраны окружающей природной среды. Сделка, при совершении которой был нарушен явно выраженный запрет, установленный законом, является ничтожной как посягающая на публичные интересы. Само по себе несоответствие сделки законодательству или нарушение ею прав публично-правового образования не свидетельствует о том, что имеет место нарушение публичных интересов.

Поскольку по настоящему делу каких-либо нарушений публичных интересов или установленных законом запретов не установлено, и лица, участвующие в деле на такие обстоятельства не ссылались, то в силу приведенных выше норм материального права у суда отсутствуют основания для признания по своей инициативе договора аренды от 20 августа 2024 года.

Согласно п. 1 ст. 642 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору аренды транспортного средства без экипажа арендодатель предоставляет арендатору транспортное средство за плату во временное владение и пользование без оказания услуг по управлению им и его технической эксплуатации.

В ст. 648 названного Кодекса предусмотрено, что ответственность за вред, причиненный третьим лицам транспортным средством, его механизмами, устройствами, оборудованием, несет арендатор в соответствии с правилами гл. 59 данного Кодекса.

Таким образом, по смыслу ст. 642 и 648 Гражданского кодекса Российской Федерации, если транспортное средство передано по договору аренды без предоставления услуг по управлению им и его технической эксплуатации, то причиненный вред подлежит возмещению арендатором.

Приведенное законодательное регулирование носит императивный характер и не предполагает возможности его изменения на усмотрение сторон, заключающих договор аренды транспортного средства (Определение Верховного Суда Российской Федерации №16-КГ25-15-К4 от 15 июля 2025 года).

При данных обстоятельствах, в силу заключенного договора аренды ФИО2 на дату ДТП законным владельцем автомобиля Ниссан Дизель государственный регистрационный знак <***>«УАЗ 374195», не являлась, следовательно, правовых оснований возложения ответственности за возмещение ущерба, причиненного данным источником повышенной опасности, на собственника - не имеется, и исковые требования к данному ответчику подлежат отклонению.

Допустимые доказательства, достоверно свидетельствующие о причинении ФИО4 23 августа 2024 года в результате дорожно-транспортного происшествия вреда здоровью, суду не представлены. Следовательно, в связи с не установлением по делу совокупности предусмотренных законом оснований и условий применения меры гражданско-правовой ответственности за причинение морального вреда, исковые требования в данной части подлежат отклонению в полном объеме.

Разрешая требования истца о взыскании судебных расходов, суд основывается на следующем.

Согласно ч.1 ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Статьей 98 ГПК РФ установлено, что, по общему правилу, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны понесенные судебные расходы пропорционально удовлетворенным исковым требованиям.

ФИО4 были понесены расходы по уплате государственной пошлины в сумме 13 963 рубля, по оплате за проведение экспертизы в сумме 15 000 рублей, указанное обстоятельство подтверждается чеком, квитанцией к приходному ордеру ( т. 1 л.д. 9, 95).

Учитывая, что исковые требования (с учетом их уточнений) о возмещении материального ущерба удовлетворены в сумме 402 500 рублей, то есть в полном объеме, поэтому с ФИО1 в пользу ФИО4 подлежат взысканию судебные расходы по уплате государственной пошлины в сумме 12 562 рубля 50 копеек.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО4 к ФИО1, ФИО2 о возмещении материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, о взыскании компенсации морального вреда, удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО1 в пользу ФИО4 сумму материального ущерба, причиненного в связи с дорожно-транспортным происшествием 23 августа 2024 года в сумме 402 500 рублей.

Взыскать с ФИО1 в пользу ФИО4 судебные расходы по уплате государственной пошлины в сумме 12 562 рубля 50 копеек, а также по оплате за проведение экспертизы в сумме 15 000 рублей.

В удовлетворении остальной части иска отказать.

Решение может быть обжаловано судебную коллегию по гражданским делам Алтайского краевого суда путем подачи апелляционной жалобы через Тогульский районный суд в течение одного месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Окончательное решение изготовлено 03 сентября 2025 года.

Судья О.В. Фролов