УИД 74RS0030-01-2025-000074-73

Гражданское дело № 2-474/2025

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

21 февраля 2025 года г. Магнитогорск

Правобережный районный суд г. Магнитогорска Челябинской области в составе:

председательствующего Исаевой Ю.В.,

при секретаре Лекомцевой О.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Анкор» о расторжении договора о предоставлении независимой гарантии, взыскании денежных средств, уплаченных по договору, компенсации морального вреда, штрафа,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Анкор» (далее – ООО «Анкор»), просила расторгнуть договор о предоставлении независимой гарантии, заключенный между ней и ответчиком 18 ноября 2024 года, взыскать денежные средства, оплаченные по договору о предоставлении независимой гарантии, в размере 120 000 руб., денежную компенсацию морального вреда в размере 10 000 руб., штраф в размере 50% от присужденной судом суммы.

В обоснование иска указала, что 18 ноября 2024 года заключила с обществом с ограниченной ответственностью «Драйв Клик Банк» (далее - ООО «Драйв Клик Банк») кредитный договор <***>, по условиям которого ей предоставлены заемные средства 1 653 692 руб., на срок 84 месяца под 27,6% годовых на приобретение автомобиля. Одновременно с подписанием договора был выдан сертификат ООО «Анкор» на осуществление независимой гарантии, стоимостью 120 000 руб. Обратилась к ответчику с заявлением об отказе от услуги и возврате платы за услугу, однако возврат денежных средств не произведен.

31 января 2025 года в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования привлечено ООО «Драйв Клик Банк» (л.д.23).

Истец ФИО1 в судебном заседании при надлежащем извещении участия не принимала.

Представитель ответчика ООО «Анкор» - ФИО2, действующий на основании доверенности от 02 декабря 2024 года (л.д.105), в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом, в предоставленном отзыве указал, что истцу условия независимой гарантии разъяснены, независимая гарантия является безотзывной, истец не обладает правом отказаться от независимой услуги после ее выдачи, обязательство перед истцом являются исполненными в полном объеме. В случае если суд придет к выводу об удовлетворении заявленных требований просил снизить размер морального вреда до 1 000 руб., штраф - до 5 000 руб., поскольку взыскание 50% от цены предоставленной гарантии не будет отвечать требованиям соразмерности и последствиям допущенного нарушения (л.д. 96-103).

Представитель третьего лица ООО «Драйв Клик Банк» в судебном заседании при надлежащем извещении участия не принимал.

Дело рассмотрено в отсутствие сторон.

Исследовав письменные материалы дела в судебном заседании, суд приходит к выводу о частичном удовлетворении исковых требований по следующим основаниям.

Судом установлено и следует из материалов дела, что 18 ноября 2024 года между ООО «Драйв Клик Банк» и ФИО1 заключен договор потребительского кредита № 14101819147, по условиям которого истцу предоставлен кредит на сумму 1 653 692 руб. на срок 84 месяца с уплатой процентов по ставке 27,6 % годовых для приобретения транспортного средства и оплаты дополнительных услуг (л.д.33-40,41).

Одновременно с заключением кредитного договора 18 ноября 2024 года ФИО1 подписала заявление о заключении договора независимой гарантии с гарантом ООО «Анкор» по тарифному плану 3.5 в соответствии с офертой о предоставлении независимой гарантии на 36 месяцев, размещенной на сайте https://ancor-service.com в сети Интернет (л.д. 86-88).

В подтверждение возникновения обязательств ООО «Анкор» (гарант) 18 ноября 2024 года выдало ФИО1 (принципалу, клиенту) сертификат № 150060190, согласно которому гарант предоставляет бенефициару (ООО «Драйв Клик Банк») по поручению клиента (принципала) независимую гарантию исполнения обязательств клиента по кредитному договору в случае наступления одного из обстоятельств, указанных в оферте о предоставлении независимой гарантии, размещенной на сайте гаранта, и предоставлении указанных в оферте документов. Срок действия независимой гарантии составляет 84 месяца (л.д.89).

Стоимость договора о предоставлении независимой гарантии оплачена за счет предоставленных ООО «Драйв Клик Банк» кредитных денежных средств в сумме 120 000 руб., что подтверждается счетом на оплату, платежным поручением (л.д.32, 85).

17 декабря 2024 года ФИО1 направила заявление о расторжении договора независимой гарантии и возврате денежных средств (л.д.11-12). Указанное заявление получено ООО «Анкор» 24 декабря 2024 года, однако денежные средства возвращены не были (л.д.14).

Согласно статье 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами.

Согласно пункту 1 статьи 329 Гражданского кодекса Российской Федерации исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием вещи должника, поручительством, независимой гарантией, задатком, обеспечительным платежом и другими способами, предусмотренными законом или договором.

В силу пунктов 1 и 3 статьи 368 Гражданского кодекса Российской Федерации по независимой гарантии гарант принимает на себя по просьбе другого лица (принципала) обязательство уплатить указанному им третьему лицу (бенефициару) определенную денежную сумму в соответствии с условиями данного гарантом обязательства независимо от действительности обеспечиваемого такой гарантией обязательства. Требование об определенной денежной сумме считается соблюденным, если условия независимой гарантии позволяют установить подлежащую выплате денежную сумму на момент исполнения обязательства гарантом.

Независимые гарантии могут выдаваться банками или иными кредитными организациями (банковские гарантии), а также другими коммерческими организациями.

В силу пункта 1 статьи 371 Гражданского кодекса Российской Федерации независимая гарантия не может быть отозвана или изменена гарантом, если в ней не предусмотрено иное.

Согласно пункту 1 статьи 779 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

Из буквального содержания заявления ФИО1 о намерении воспользоваться услугой по предоставлению независимой гарантии, форма которого разработана ответчиком, следует, что заказчик намерен воспользоваться услугой, оказываемой ООО «Анкор», по предоставлению независимой гарантии.

Подписание заявления о предоставлении независимой гарантии, выдача сертификата и оплата услуг по договору не могут считаться моментом исполнения ООО «Анкор» обязательств по данному договору, поскольку условиями сделки предусмотрено исполнение ООО «Анкор» возникающих из нее обязательств при наступлении определенных обстоятельств (статьи 307, 309 Гражданского кодекса Российской Федерации).Выдача гарантом сертификата подтверждает возникновение обязательств по предоставлению независимой гарантии и позволяет достоверно определить все существенные условия выданной независимой гарантии.

В силу пункта 2 статьи 450.1 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае одностороннего отказа от договора (исполнения договора) полностью или частично, если такой отказ допускается, договор считается расторгнутым или измененным.

Заказчик вправе отказаться от исполнения договора возмездного оказания услуг при условии оплаты исполнителю фактически понесенных им расходов (пункт 1 статьи 782 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Статьей 32 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей» также закреплено право потребителя отказаться от исполнения договора о выполнении работ (оказании услуг) в любое время при условии оплаты исполнителю фактически понесенных им расходов, связанных с исполнением обязательств по данному договору.

По смыслу приведенных норм права заказчик вправе отказаться от исполнения договора возмездного оказания услуг до его фактического исполнения, в этом случае возмещению подлежат только понесенные исполнителем расходы, связанные с исполнением обязательств по договору.

При этом обязанность доказать несение и размер этих расходов в соответствии с частью 2 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации должна быть возложена на ответчика.

В настоящем случае право истца на отказ от исполнения договора законом не ограничено. Поскольку заказчик заявил исполнителю об отказе от исполнения договора, данное заявление исполнителем получено, то исковые требования о расторжении договора, заключенного между ФИО1 и ООО «Анкор» по возмездному оказанию платной услуги по предоставлению обеспечения подлежат удовлетворению, с ответчика подлежит взысканию уплаченная по договору сумма в пользу истца.

Совокупность представленных в дело доказательств позволяет сделать вывод о том, что у ООО «Анкор» отсутствуют фактически понесенные расходы по исполнению независимой гарантии № 1500601190 от 18 ноября 2024 года по тарифному плану 3.5, в связи с чем понесенные расходы исполнителя взысканию не подлежат.

Применительно к сделке с ФИО1 ООО «Анкор» имело свой самостоятельный экономический интерес в получении от заказчика оплаты по договору о предоставлении независимой гарантии в размере 120 000 руб.

Выдачей гарантии ответчиком исполнена обеспечительная односторонняя сделка, совершенная в пользу бенефициара, тогда как исполнения ООО «Анкор» обязательств за ФИО1 по кредитному договору на момент ее отказа от услуги не произошло.

По смыслу Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей», сам по себе факт нарушения прав потребителя презюмирует обязанность ответчика компенсировать моральный вред.

Согласно положениям статьи 15 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей» моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.

Из разъяснений пункта 45 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28 июня 2012 года № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» следует, что при решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя.

Размер компенсации морального вреда определяется судом независимо от размера возмещения имущественного вреда, в связи, с чем размер денежной компенсации, взыскиваемой в возмещение морального вреда, не может быть поставлен в зависимость от стоимости товара (работы, услуги) или суммы подлежащей взысканию неустойки. Размер присуждаемой потребителю компенсации морального вреда в каждом конкретном случае должен определяться судом с учетом характера причиненных потребителю нравственных и физических страданий исходя из принципа разумности и справедливости (статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

С учетом изложенного, суд полагает возможным присудить ко взысканию в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 5000 рублей.

Пунктом 6 статьи 13 Закона РФ «О защите прав потребителей» предусмотрено, что при удовлетворении судом требований потребителя, установленных Законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

В пункте 46 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» разъяснено, что при удовлетворении судом требований потребителя в связи с нарушением его прав, установленных Законом о защите прав потребителей, которые не были удовлетворены в добровольном порядке изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером), суд взыскивает с ответчика в пользу потребителя штраф независимо от того, заявлялось ли такое требование суду.

Таким образом, размер штрафа, подлежащего взысканию с ответчика ООО «Анкор», составляет 62500 руб. ((120000 + 5 000) / 2).

В соответствии со статьей 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ООО «Анкор» в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина по требованиям имущественного характера в размере <данные изъяты> руб., <данные изъяты> руб. по требованиям неимущественного характера, всего <данные изъяты> руб.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 12, 56, 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

Исковые требования удовлетворить частично.

Расторгнуть договор о предоставлении независимой гарантии по тарифному плану 3.5 № 1500601190 от 18 ноября 2024 года, заключенный между обществом с ограниченной ответственностью «Анкор» и ФИО1 .

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Анкор» (ИНН <***>) в пользу ФИО1 (ИНН №) денежные средства, уплаченные по договору о предоставлении независимой гарантии № 1500601190 от 18 ноября 2024 года по тарифному плану 3.5, в размере 120 000 руб., денежную компенсацию морального вреда 5000 руб., штраф в размере 62500 руб.

В удовлетворении оставшихся исковых требований о взыскании компенсации морального вреда отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Анкор» (ИНН <***>) государственную пошлину в доход местного бюджета в размере <данные изъяты> руб.

Решение может быть обжаловано в Челябинский областной суд в течение одного месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Правобережный районный суд г. Магнитогорска.

Председательствующий:

Решение в окончательной форме принято 07 марта 2025 года.