УИД 66RS0004-01-2022-010831-81 Дело № 33а-9817/2023
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
11 июля 2023 года город Екатеринбург
Судебная коллегия по административным делам Свердловского областного суда в составе:
председательствующего Кориновской О.Л.,
судей Антропова И.В., Бачевской О.Д.,
при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Тимофеевой Е.О.
рассмотрела в открытом судебном заседании административное дело № 2а-1017/2023 по административному исковому заявлению ФИО1 к УМВД России по г. Екатеринбургу, МВД России, Министерству финансов Российской Федерации в лице УФК по Свердловской области о взыскании компенсации морального вреда
по апелляционной жалобе административных ответчиков УМВД России по г. Екатеринбургу, МВД России
на решение Ленинского районного суда города Екатеринбурга от 31 января 2023 года.
Заслушав доклад председательствующего, судебная коллегия
установила:
ФИО1 обратился в суд с административным исковым заявлением, в котором просит взыскать в его пользу компенсацию морального вреда в размере 5 000000 рублей.
В обоснование заявленных требований административный истец ссылается на то, что в период с 4 июля 2015 года по 19 августа 2016 года он содержался в изоляторе временного содержания УМВД России по г. Екатеринбургу (далее также – ИВС) со следующими нарушениями условий содержания под стражей: сырость и отсутствие вентиляции в камерном помещении; расположение туалета, не огороженного перегородкой, рядом с входной дверью, на расстоянии трех метров от места приема пищи, что исключало приватность при пользовании им, а также являлось источником неприятных запахов; наличие насекомых и грызунов; недостаточное освещение камер; отсутствие горячей воды, душа и иных условий для помывки; совместное содержание в одном камерном помещении курящих и некурящих людей. Указанные обстоятельства повлекли причинение административному истцу нравственных и физических страданий, то есть морального вреда.
Решением Ленинского районного суда города Екатеринбурга от 31 января 2023 года административное исковое заявление ФИО1 удовлетворено частично; с Российской Федерации в лице МВД России за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 взыскана компенсация морального вреда в размере 3 000 рублей.
Представитель административных ответчиков УМВД России по г. Екатеринбургу, МВД России подал апелляционную жалобу, в которой просит отменить решение суда первой инстанции, принять по административному делу новое решение – об отказе в удовлетворении заявленных административным истцом требований.
В обоснование апелляционной жалобы ее автор ссылается на соблюдение условий содержания административного истца в ИВС и отсутствие правовых оснований для взыскания в его пользу компенсации морального вреда. При этом представитель административных ответчиков указал на то, что приточно-вытяжная вентиляция была оборудована через внутристенные каналы; освещение камер осуществлялось лампами; туалет был огорожен перегородкой высотой 93-98 см, дверь установлена не была, однако видеозапись в нем не велась.
Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения административного дела судом апелляционной инстанции, в том числе посредством размещения указанной информации на официальном сайте Свердловского областного суда, в судебное заседание не явились, в связи с чем судебная коллегия, руководствуясь статьей 150, частью 6 статьи 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, рассмотрела административное дело в отсутствие указанных лиц.
Изучив материалы административного дела, доводы апелляционной жалобы представителя административных ответчиков, проверив законность и обоснованность решения суда в порядке статьи 308 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, судебная коллегия приходит к следующему.
В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства, суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.
В силу положений статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред (пункт 1).
Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (пункт 2).
В соответствии со статьей 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме (пункт 1).
Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.
Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2).
Согласно статье 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.
Федеральный закон от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» (далее – Федеральный закон от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ) регулирует порядок и определяет условия содержания под стражей, гарантии прав и законных интересов лиц, которые в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации задержаны по подозрению в совершении преступления, а также лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, в отношении которых в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации избрана мера пресечения в виде заключения под стражу.
В соответствии со статьей 7 Федерального закона от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ местами содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых являются, в частности изоляторы временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел.
В силу статьи 16 названного Федерального закона, в целях обеспечения режима в местах содержания под стражей федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере внутренних дел, по согласованию с Генеральным прокурором Российской Федерации утверждаются Правила внутреннего распорядка в местах содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений.
Правила внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел утверждены приказом Министерства внутренних дел Российской Федерации от 22 ноября 2005 года № 950 (далее – Правила внутреннего распорядка).
В соответствии с пунктом 45 Правил внутреннего распорядка камеры ИВС оборудуются санитарным узлом с соблюдением необходимых требований приватности; светильниками дневного и ночного освещения закрытого типа; приточной и/или вытяжной вентиляцией.
Как следует из материалов административного дела и установлено судом первой инстанции, ФИО1 содержался в ИВС в периоды с 21 августа по 1 сентября 2015 года (12 дней), с 13 по 19 декабря 2015 года (7 дней), с 21 по 27 марта 2016 года (7 дней), с 21 июня по 7 июля 2016 (17 дней), а всего 43 дня.
В период содержания административного истца в ИВС административным ответчиком УМВД России по г. Екатеринбургу были заключены государственные контракты с ...» от 12 января 2015 года № 0362100023314000123/1, от 29 февраля 2016 года № 0362100023316000003 на оказание услуг по обеспечению санитарно-эпидемиологического состояния (дератизация, дизенсекция) объектов УМВД России по г. Екатеринбургу.
Согласно журналу проведения дезинсекции и дератизации в ИВС УМВД России по г. Екатеринбургу, сотрудниками дезинфекционной службы ежемесячно проводилась обработка помещений ИВС от грызунов и тараканов.
УМВД России по г. Екатеринбургу также заключен государственный контракт с ... от 4 июля 2016 года № 0362100023316000037 на выполнение капитального ремонта административного здания ИВС УМВД России по г. Екатеринбургу.
В соответствии требованиями пункта 19.5 СП 12-95 «Инструкция по проектированию объектов органов внутренних дел МВД России», введенных в действие протоколом МВД России от 12 февраля 1995 года № 1-95, подводка горячей воды в камеры ИВС не предусмотрена, однако имеется санпропускник, который оборудован системой горячего и холодного водоснабжения.
Водоснабжение, канализация и отопление в камерах ИВС централизованное, для соблюдения личной гигиены в камерах имеются умывальные раковины с подводкой холодной воды.
Камеры ИВС в спорный период времени были оборудованы приточно-вытяжной вентиляцией (вентиляционный проем 15x15 см забран металлическим листом с отверстиями диаметром 15 мм, усилен металлическим прутом диаметром 12 мм), приток воздуха осуществлялся через внутристенные каналы.
Пластиковые стеклопакеты в камерах оборудованы форточками для проветривания. Все наружные жалюзи с окон камер ИВС были демонтированы только в 2016 году.
В камерах ИВС искусственное освещение осуществлялось посредством двух ламп мощностью 100 Вт и 60 Вт, которые освещают камеру в дневное и ночное время.
Все камеры ИВС оснащены бачками для питьевой воды, тазами для стирки, тумбочками для хранения продуктов питания, полками для туалетных принадлежностей, столами и скамейками из расчета лимита мест в камере.
В камерах ИВС были установлены напольные чаши «Генуэ», высота ограждения приватной зоны составляла от 93 см до 98 см, двери отсутствовали.
Разрешая административный спор и частично удовлетворяя требования ФИО1, суд пришел к выводам о том, что условия содержания административного истца в ИВС в перечисленные выше периоды времени не в полной мере соответствовали требованиям законодательства, регулирующего условия содержания заключенных под стражу лиц. В частности, суд признал доказанными факты отсутствия вентиляции в камерном помещении, недостаточного освещения камер, отсутствия условий приватности при пользовании туалетом.
Определяя размер компенсации, подлежащей взысканию в пользу ФИО1, суд учел степень физических и нравственных страданий, причиненных административному истцу, объем и характер допущенных нарушений, длительность пребывания административного истца под стражей в ненадлежащих условиях (43 дня), временной фактор пребывания в таких условиях, отсутствие каких-либо необратимых последствий для административного истца, а также требования разумности и справедливости и взыскал в пользу последнего 3 000 рублей.
При этом суд пришел к выводу о том, что административный истец в период содержания в ИВС был обеспечен индивидуальным спальным местом, постельными принадлежностями, индивидуальными средствами гигиены. Доводы административного истца об отсутствии горячей воды суд признал несостоятельными, поскольку горячая вода (температурой не более +50°С), а также кипяченая вода для питья выдавалась ежедневно с учетом потребностей. Доводы административного истца о совместном содержании в камерах курящих и некурящих судом также отклонены как не основанные на нормах действующего законодательства. Суд признал недоказанным факт наличия в ИВС насекомых, крыс, паразитов, поскольку административными ответчиками принимались меры, направленные на соблюдение санитарно-эпидемиологических требований, путем заключения договоров на проведение дезинсекции и дератизация помещений. Оказание медицинской помощи ФИО1 подтверждено сведениями из его медицинской карты.
Доводы административных ответчиков о пропуске административным истцом срока обращения в суд с административным исковым заявлением суд отклонил, поскольку требование о компенсации морального вреда вытекает из нарушения личных неимущественных прав и других нематериальных благ.
Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции о наличии оснований для частичного удовлетворения заявленных административным истцом требований, поскольку они соответствуют нормам действующего законодательства, регулирующего возникшие правоотношения, сделаны по результатам всестороннего исследования и оценки по правилам статьи 84 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации имеющихся в материалах административного дела доказательств.
Мотивы, по которым суд первой инстанции пришел к вышеуказанным выводам, подробно со ссылкой на установленные обстоятельства и нормы права изложены в обжалуемом решении, их правильность не вызывает у судебной коллегии сомнений.
Согласно вышеприведенным нормам Гражданского кодекса Российской Федерации, необходимыми условиями для наступления гражданско-правовой ответственности за причиненный вред, в том числе моральный, являются: причинение вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда. При этом на потерпевшем лежит бремя доказывания обстоятельств, связанных с тем, что он перенес физические или нравственные страдания в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага, на причинителе вреда лежит бремя доказывания правомерности его поведения, а также отсутствия его вины.
Судебная коллегия находит правильными выводы суда о том, что в нарушение требований закона в периоды содержания ФИО1 в ИВС в камерных помещениях отсутствовала надлежащая вентиляция, освещение было недостаточным, условия приватности при пользовании туалетом обеспечены не были, поскольку данные факты нашли свое подтверждение при рассмотрении настоящего административного дела.
В этой связи выводы суда о том, что ФИО1 причинены физические и нравственные страдания, то есть моральный вред, являются обоснованными.
Таким образом, суд первой инстанции правомерно взыскал в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда за ненадлежащие условия содержания под стражей.
Судебная коллегия соглашается также с размером компенсации, присужденной в пользу ФИО1, полагая, что он отвечает принципам разумности и справедливости. При определении размера компенсации суд учел необходимые для этого обстоятельства, и судебная коллегия не усматривает оснований для изменения размера взысканной в пользу административного истца денежной суммы.
Доводы апелляционной жалобы представителя административных ответчиков о том, что такие нарушения условий содержания ФИО1 под стражей, которые бы причинили ему моральный вред, допущены не были, судебная коллегия признает несостоятельными, поскольку они опровергаются материалами административного дела. Содержание заключенного под стражу лица в ненадлежащих условиях, нарушающих его права, в любом случае причиняют такому лицу физические и нравственные страдания.
Иных доводов, которые бы свидетельствовали о незаконности решения суда первой инстанции, апелляционная жалоба административных ответчиков не содержит.
Поскольку суд правильно установил обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения и разрешения административного дела по существу, дал надлежащую оценку доводам лиц, участвующих в деле, нарушений норм материального и процессуального права не допустил, оснований для отмены судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы административных ответчиков не имеется.
При таких обстоятельствах решение суда является законным и обоснованным, отмене и изменению не подлежит.
Руководствуясь статьями 308-311 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, судебная коллегия
определила:
решение Ленинского районного суда города Екатеринбурга от 31 января 2023 года оставить без изменения, апелляционную жалобу административных ответчиков УМВД России по г. Екатеринбургу, МВД России – без удовлетворения.
Решение суда первой инстанции и апелляционное определение могут быть обжалованы в кассационном порядке в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции путем подачи кассационной жалобы через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вынесения апелляционного определения.
Председательствующий О.Л. Кориновская
Судьи И.В. Антропов
О.Д. Бачевская