Производство № 2-5640/2022

УИД 28RS0004-01-2022-006107-71

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

29 августа 2022 года город Благовещенск

Благовещенский городской суд Амурской области в составе:

Председательствующего судьи Данилова Е.А.,

при секретаре судебного заседания Бондаревой Н.С.

с участием представителя истца – НА, представителя УФССП России по Амурской области ВК, представителя ОСП №3 по г. Благовещенску и Благовещенскому району – МВ, третьего лица судебного пристава исполнителя СЕ

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению АБ к Министерству финансов Российской Федерации, Федеральной службе судебных приставов, Управлению Федеральной службы судебных приставов России по Амурской области, ОСП № 3 по городу Благовещенску и Благовещенскому району о взыскании убытков, компенсации морального вреда

УСТАНОВИЛ:

АБ обратился в суд с указанным исковым заявлением, в обоснование указав, что на исполнении в ОСП №3 по г. Благовещенску и Благовещенскому району находилось сводное исполнительное производство №121433/18/28022-ИП, по которому он являлся должником. В рамках данного исполнительного производства на все недвижимое и движимое имущество были наложены запреты. В 2019 году задолженность по исполнительному производству составила 1 608 720 рублей 16 копеек. В счет погашения задолженности была арестована квартира, расположенная по адресу ***, для составления описи акта ареста АБ в добровольном порядке данное имущество предоставил. Стоимость данной квартиры составила 2 599 000 рублей, т.е. фактически оценка арестованного имущества покрывала сумму имеющейся задолженности.

Между тем, 02 декабря 2019 года судебным приставом-исполнителем ОСП №3 по г. Благовещенску и Благовещенскому району были составлены акты описи ареста на помещения №20007, 20008, 20009, расположенные по адресу ***.

06 декабря 2019 года были составлены акты описи ареста на жилое помещение №71 и №6, расположенные по адресу ***, а также на нежилое помещение по адресу *** здание гостиницы и помещение по ул. ***.

Апелляционным определением судебной коллегии по административным делам Амурского областного суда от 29 ноября 2021 года действия судебного пристава-исполнителя ВА были признаны незаконными.

Указанные действия повлекли за собой нарушение права АБ на распоряжение своим имуществом.

25 ноября 2019 года между АБ и АИ был заключен предварительный договор купли-продажи квартиры с кадастровым номером ***, расположенной по адресу ***. В связи с наложением ареста 06 декабря 2019 года на указанный объект основной договор купли-продажи не был заключен. Согласно договора АБ вернул покупателю задаток в двойном размере 100 000 рублей, что подтверждается распиской от 11 февраля 2020 года.

По причине наложения ареста, не прошел государственную регистрацию договор аренды нежилого помещения с кадастровым номером ***, заключенный 15 сентября 2020 года между АБ и СВ Согласно расписке от 13 октября 2020 года АБ вернул СВ двойную сумму задатка в размере 80 000 рублей.

Фактически действиями судебного пристава-исполнителя АБ был причинен ущерб в размере 2 530 000 рублей, а также моральный вред в размере 100 000 рублей.

На основании изложенного, просит суд взыскать за счет казны РФ с министерства финансов РФ в свою пользу убытки, упущенную выгоду в размере 2 530 000 рублей, компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей.

Представитель истца в судебном заседании настаивала на удовлетворении исковых требований в полном объеме

В судебном заседании представитель ответчиков ФССП России и УФССП России по Амурской области ВК с исковыми требованиями не согласился, поддержал доводы, изложенные в письменном отзыве на исковое заявление, из которого следует, что запрет на регистрационные действия в отношении объектов недвижимости указанных в иске был наложен судебным приставом-исполнителем 29 декабря 2018 года в рамках исполнительного производства 121433/18/28022-ИП. С материалами данного производства представитель АБ была ознакомлена 22 ноября 2019 года. Таким образом АБ, заключая 25 ноября 2019 года предварительный договор купли-продажи и 15 сентября 2020 года договор аренды нежилого помещения, знал (должен был знать) о возбужденном в отношении него исполнительном производстве и факте наложения запрета на продаваемое, сдаваемое в аренду имущество. Между тем, зная об этом факте истец, 22 ноября 2019 года в предварительном договоре купли-продажи указал, что объект недвижимости не заложен, в споре и под арестом не будет состоять. Также в п. 1.3 договора аренды нежилого помещения указано, что помещение, сдаваемое в аренду, не заложено, не арестовано, не является предметом исков третьих лиц. Таким образом, истец на свой страх и риск заключил указанные договоры, не отразив в них указанные факты. Условиями предварительного договора купли-продажи задаток в двойном размере возмещается покупателю, в случае отказа продавца от заключения договора купли-продажи объекта. Из договора аренды не следует обязанности выплачивать двойную сумму задатка. Договором не предусмотрена ответственность судебного пристава-исполнителя за неисполнение продавцом обязанности по заключению основного договора, а также не исполнения договора аренды. Таким образом, истцом не доказана вина и причинно-следственная связь между действиями судебного пристава по наложению ареста на имущество и не заключением основного договора купли-продажи и по неисполнению договора аренды нежилого помещения. Истцом в нарушение ст. 56 ГПК РФ в материалы дела не представлены сведения, из которых бы следовало, что стороны предварительного договора купли-продажи совершили действия, направленные на заключение основного договора купли-продажи, и что именно наложенные судебным приставом-исполнителем ограничения в отношении указанной недвижимости привели к невозможности заключения основного договора. Помимо этого, не представлены и доказательства обращения в Росреестр с заявлениями о регистрации перехода права собственности в установленном законом порядке или отказ в регистрации по указанному мотиву. Таким образом, истцом не доказано наличие причинной связи между наступлением убытков и неправомерными действиями службы судебных приставов. Просит в удовлетворении требований отказать в полном объеме.

Представитель ответчика ОСП №3 по г. Благовещенску и Благовещенскому району в судебном заседании возражала против удовлетворения исковых требований, дополнительно указав, что истцом не представлено доказательств наличия причинно-следственной связи между наступлением убытков и неправомерными действиями службы судебных приставов.

Третье лицо судебный пристав-исполнитель СЕ в судебном заседании возражал против удовлетворения искового заявления. Указал, в 2019 года исполнительное производство в отношении истца было передано в производство другого судебного пристава-исполнителя.

В судебное заседание не явились истец АБ, представители ответчика Министерства финансов Российской Федерации, третье лицо судебный пристав-исполнитель ОСП №3 по г. Благовещенску и Благовещенскому району ВА, извещенные о времени и месте судебного заседания надлежащим образом. Руководствуясь положениями ст. 167 ГПК РФ суд определил рассмотреть гражданское дело в отсутствие неявившихся лиц.

Выслушав пояснения лиц, участвующих в деле, допросив свидетелей, исследовав материалы гражданского дела, суд приходит к следующим выводам.

Как установлено судом и следует из материалов дела, в отношении АБ в ОСП № 3 по г. Благовещенску и Благовещенскому району на исполнении находилось сводное исполнительное производство № 121433/18/28022-СД на общую сумму 1746118,56 рублей, в состав которого входили исполнительное производство № 121433/18/28022-ИП, возбужденное 06.12.2018 года на основании исполнительного листа № ФС № 022544821 от 12.11.2018 года Благовещенским городским судом, о взыскании задолженности в размере 709077,93 рублей, в пользу МИФНС России № 1 по Амурской области; исполнительное производство № 51482/19/28022-ИП, возбужденное 03.06.2019 года на основании исполнительного листа ФС 022544900 от 15.01.2019 г., выданного Благовещенским городским судом о взыскании задолженности в размере 710 457,16 рублей, в пользу МИФНС России № 1 по Амурской области; исполнительное производство № 11585/19/28022-ИП, возбужденное 14.11.2019 года на основании исполнительного листа ФС 025054615 от 17.07.2019г., выданного Благовещенским городским судом о взыскании задолженности в размере 5641,71 рублей, в пользу МИФНС России № 1 по Амурской области; исполнительное производство № 128204/19/28022-ИП, возбужденное 17.12.2019 года на основании судебного приказа от 25.09.2019г. по делу 2а-6883/2019, выданного мировым судьей Амурской области по Благовещенскому городскому судебному участку № 5, о взыскании задолженности в размере 128221,93 рублей, в пользу МИФНС России № 1 по Амурской области; исполнительное производство № 10300/20/28022-ИП, возбужденное 05.02.2020 года на основании исполнительного листа ФС 025052262 от 24.01.2020г., выданного Благовещенским городским судом, о взыскании задолженности в размере 198361,54 рублей, в пользу МФНС России № 1 по Амурской области.

В рамках исполнительного производства судебным приставом-исполнителем истребованы сведения в отношении должника, в том числе о наличии у должника недвижимого имущества.

Постановлением судебного пристава-исполнителя от 29 декабря 2018 года в рамках исполнительного производства №121433/18/28022-ИП был объявлен запрет на совершение регистрационных действий, действий по исключению из госреестра, а также регистрации ограничений и обременений в отношении имущества принадлежащего АБ, в том числе в отношении жилого помещения с кадастровым номером *** и нежилого помещения с кадастровым номером ***.

02 декабря 2019 года судебным приставом-исполнителем ОСП №3 по г. Благовещенску и Благовещенскому району составлен акт о наложении ареста на имущество должника (опись имущества) – нежилое помещение с кадастровым номером ***, расположенное по адресу ***.

06 декабря 2019 года судебным приставом-исполнителем ОСП №3 по г. Благовещенску и Благовещенскому району составлен акт о наложении ареста на имущество должника (опись имущества) – жилое помещение с кадастровым номером ***, расположенное по адресу ***.

Из указанных актов следует, что данное имущество было передано на хранение АБ и он вправе пользоваться арестованным имуществом.

Решением Благовещенского городского суда от 05 мая 2020 года административное исковое заявление АБ требования о признании незаконными действий судебного пристава-исполнителя ОСП № 3 по г. Благовещенску и Благовещенскому району ВА по наложению ареста на имущество должника, обязании устранить допущенные нарушения были оставлены без удовлетворения.

Апелляционным определением судебной коллегии по административным дела Амурского областного суда от 29 июля 2021 года решение Благовещенского городского суда от 05 мая 2020 года было отменено в части отказа в удовлетворении требований АБ о признании незаконными действий судебного пристава-исполнителя ОСП №3 по г. Благовещенску и Благовещенскому району ВА в рамках сводного исполнительного производства №121433/18/28022-СД по наложению ареста на имущество должника АБ: помещение №20009 с кадастровым номером ***, расположенное по адресу ***; квартира с кадастровым номером ***, расположенная по адресу ***. Принято по делу новое решение. Признаны незаконными действия судебного пристава-исполнителя ОСП №3 по г. Благовещенску и Благовещенскому району ВА в рамках сводного исполнительного производства №121433/18/28022-СД по наложению ареста на имущество должника АБ: помещение №20009 с кадастровым номером ***, расположенное по адресу ***; квартира с кадастровым номером ***, расположенная по адресу ***. В остальной части решение суда оставлено без изменения.

Апелляционным определением установлено, что наложение ареста на вышеуказанное имущество, которое принадлежит должнику, не отвечает принципу соразмерности, установленному Законом об исполнительном производстве, и нарушает права и законные интересы должника в исполнительном производстве. На момент рассмотрения дела в суде апелляционной инстанции все исполнительные производства в отношении АБ были окончены фактическим исполнением, а применявшиеся обеспечительные меры отменены.

Согласно доводам искового заявления и позиции представителя истца вследствие незаконных действий должностных лиц службы судебных приставов АБ не смог сдать в аренду нежилое помещение с кадастровым номером *** и реализовать жилое помещение с кадастровым номером ***, в связи с чем понес убытки в размере 2 530 000 рублей.

Разрешая заявленные требования о взыскании убытков по существу, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии со ст. 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

В соответствии с пунктом 1 статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В силу статьи 16 Гражданского кодекса Российской Федерации убытки, причиненные гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, в том числе издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежат возмещению Российской Федерацией, соответствующим субъектом Российской Федерации или муниципальным образованием.

Согласно ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Согласно ст. 1069 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

В силу ч. 2 ст. 119 Федерального закона от 02 октября 2007 года N 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» заинтересованные лица вправе обратиться в суд с иском о возмещении убытков, причиненных им в результате совершения исполнительных действий и (или) применения мер принудительного исполнения.

В соответствии с п. 82 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 ноября 2015 года №50 «О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства», по делам о возмещении вреда суд должен установить факт причинения вреда, вину причинителя вреда и причинно-следственную связь между незаконными действиями (бездействием) судебного пристава-исполнителя и причинением вреда.

Исходя из смысла приведенных норм, гражданско-правовая ответственность государства за действия должностных лиц, установленная ст. ст. 1069, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, наступает при совокупности таких условий, как противоправность действий (бездействия) должностного лица, наличие вреда и доказанность его размера, причинно-следственная связь между действиями причинителя вреда и наступившими у истца неблагоприятными последствиями. Недоказанность одного из названных условий влечет за собой отказ в удовлетворении исковых требований.

Как следует из материалов сводного исполнительного производства №121433/18/28022-СД в рамках исполнительного производства №121433/18/28022-ИП постановлением судебного пристава-исполнителя от 29 декабря 2018 года был объявлен запрет на совершение регистрационных действий, действий по исключению из госреестра, а также регистрации ограничений и обременений в отношении жилого помещения с кадастровым номером *** и нежилого помещения с кадастровым номером ***. С материалами указанного исполнительного производства представитель АБ – НА была ознакомлена 22 ноября 2019 года.

Таким образом, заключая предварительный договор купли-продажи жилого помещения от 25 ноября 2019 года и договор аренды нежилого помещения от 15 сентября 2020 года, исполнение обязательств по которым обеспечено задатком, истец знал (должен был знать) о возбужденном в отношении него исполнительном производстве №121433/18/28022-ИП и факте объявления запрета на регистрационные действия, а также регистрации ограничений и обременений в отношении продаваемого и сдаваемого в аренду недвижимого имущества.

Между тем, в п. 1.4 предварительного договора купли продажи указано, что на объект недвижимости, на момент заключения данного договора, не претендуют третьи лица, при заключении договора купли-продажи объект будет свободен от лиц, имеющих право пользования жилой площадью объекта, а также третьим лицам не будет продан, заложен, подарен, в споре и под арестом (запрещением) не будет состоять.

Согласно п. 1.3 договора аренды нежилого помещения от 15.09.2020 года указано, что помещение, сдаваемое в аренду, не заложено, не арестовано, не является предметом исков третьих лиц.

Допрошенные в судебном заседании свидетели АИ и СВ суду пояснили, что на момент заключения предварительного договора купли-продажи и договора аренды нежилого помещения сведений о наличии арестов и ограничении в отношении объектов недвижимости им известно не было. После получения информации о наложенных арестах на данные объекты договор аренды нежилого помещения был расторгнут, основной договор купли-продажи жилого помещения не был заключен. В связи с данными обстоятельствами АБ возвратил задаток в двойном размере - свидетелю АИ в размере 100 000 рублей, свидетелю СВ в размере 80 000 рублей.

Между тем, действуя разумно и добросовестно истец, заключая указанные договоры, зная о наличии возбужденного в отношении него исполнительного производства, имел возможность проверить сведения о наличии запретов и арестов в отношении данных объектов недвижимости, соответственно отказаться от заключения предварительного договора купли-продажи и договора аренды нежилого помещения, а также от получения задатка. Соответствующее бездействие истца не является следствием действий судебного пристава-исполнителя, влекущих возникновение заявленных убытков.

Кроме того, в соответствии с п. 1 ст. 416 ГК РФ обязательство прекращается невозможностью исполнения, если она вызвана наступившим после возникновения обязательства обстоятельством, за которое ни одна из сторон не отвечает.

В этой связи, наличие запрета на регистрационные действия и ареста указанного в иске недвижимого имущества не свидетельствует о предусмотренной предварительным договором купли-продажи и договором аренды нежилого помещения вине продавца и арендодателя, а является обстоятельством, за которое ни одна из сторон данных обязательств не отвечает. При таких обстоятельствах оснований для уплаты двойной суммы задатка у истца не возникло.

Согласно п. 1 ст. 429 ГК РФ по предварительному договору стороны или одна из них обязуются заключить в будущем договор о передаче имущества, выполнении работ, об оказании услуг и т.п. (основной договор) на условиях, предусмотренных предварительным договором.

В силу положений п. 1 ст. 551 ГК РФ переход права собственности на недвижимое имущество при совершении сделки купли-продажи с ним подлежит государственной регистрации.

Между тем, истцом в силу ст. 56 ГПК РФ в ходе рассмотрения дела не представлены доказательства, подтверждающие, что стороны предварительного договора купли-продажи жилого помещения от 25 ноября 2019 года совершили действия, направленные на заключение основного договора купли-продажи, и что именно наложенный судебным приставом-исполнителем арест в отношении жилого помещения с кадастровым номером *** привел к невозможности заключения основного договора.

Кроме того, истцом не представлены также доказательства обращения в Управление Росреестра по Амурской области с заявлениями о регистрации перехода права собственности на жилое помещение в установленном законом порядке или отказ в регистрации по причине наличия наложенного судебным приставом ареста.

Согласно п. 1 ст. 650 ГК РФ по договору аренды здания или сооружения арендодатель обязуется передать во временное владение и пользование или во временное пользование арендатору здание или сооружение.

В соответствии со ст. 651 ГК РФ договор аренды здания или сооружения заключается в письменной форме путем составления одного документа, подписанного сторонами (пункт 2 статьи 434). Несоблюдение формы договора аренды здания или сооружения влечет его недействительность (п.1).

Договор аренды здания или сооружения, заключенный на срок не менее года, подлежит государственной регистрации и считается заключенным с момента такой регистрации (п.2).

Согласно правовой позиции, изложенной в п. 14 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17 ноября 2011 г. №73 «Об отдельных вопросах практики применения правил Гражданского кодекса Российской Федерации о договоре аренды» в редакции постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25 января 2013 г. №13, если судами будет установлено, что собственник передал имущество в пользование, а другое лицо приняло его без каких-либо замечаний, соглашение о размере платы за пользование имуществом и по иным условиям пользования было достигнуто сторонами и исполнялось ими, то в таком случае следует иметь в виду, что оно связало их обязательством, которое не может быть произвольно изменено одной из сторон (ст. 310 ГК РФ), и оснований для применения судом положений ст. 1102, 1105 ГК РФ не имеется. В силу ст. 309 ГК РФ пользование имуществом должно осуществляться и оплачиваться в соответствии с принятыми на себя стороной такого соглашения обязательствами.

Согласно п. 3 ст. 433 ГК РФ, договор, подлежащий государственной регистрации, считается для третьих лиц заключенным с момента его регистрации, если иное не установлено законом.

В п. 3 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25 февраля 2014 г. №165 «Обзор судебной практики по спорам, связанным с признанием договоров незаключенными» разъяснено, что сторона договора, не прошедшего необходимую государственную регистрацию, не вправе на этом основании ссылаться на его незаключенность. Как указано в названном пункте, по смыслу ст. 164, 165, п. 3 ст. 433, п. 2 ст. 651 ГК РФ государственная регистрация договора осуществляется в целях создания возможности для заинтересованных третьих лиц знать о долгосрочной аренде.

Само по себе отсутствие государственной регистрации договора аренды нежилого помещения от 15 сентября 2020 года не свидетельствует о его незаключенности и наличии обстоятельств, препятствующих исполнению сторонами этого договора своих обязательств.

На основании вышеизложенного, суд приходит к выводу, что наличие установленных судебным приставом-исполнителем ограничений в отношении нежилого помещения с кадастровым номером *** не препятствовало выполнению сторонами условий договора аренды и использованию арендатором недвижимого имущества, являвшегося предметом этого договора.

Доводы представителя истца о том, что признание судебным актом незаконными действий судебного пристава-исполнителя в рамках исполнительного производства является достаточным основанием для взыскания убытков, судом не принимаются.

Таким образом, оценив представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу о том, что обстоятельств, дающих достаточные основания для взыскания в пользу истца заявленных убытков, не установлено, поскольку истцом не представлено допустимых и относимых доказательств наличия вины и причинно-следственной связи между неправомерными действиями судебного пристава-исполнителя и наступлением убытков у истца.

На основании вышеизложенного, принимая во внимание установленные по делу обстоятельства, суд полагает, что в удовлетворении требований АБ о взыскании убытков в размере 2 530 000 рублей следует отказать.

Рассматривая требование АБ о взыскании компенсации морального вреда суд не находит оснований для его удовлетворения по следующим основаниям.

В силу положений ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные права, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно разъяснениям, данным в абз. 4 п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 года №10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, или нарушающими его личные неимущественные права либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

В силу ч. 2 ст. 1099 ГК РФ моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежат компенсации только в случаях, предусмотренных законом.

Из смысла главы 59 ГК РФ основанием компенсации морального вреда является в предусмотренном законом порядке установленная незаконность действий (бездействия) государственных органов, вина должностных лиц этих органов, а также причинно-следственная связь между действиями (бездействием) и наступившими последствиями.

Таким образом, из буквального содержания приведенных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что компенсация морального вреда возможна в случаях причинения такого вреда гражданину действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага.

Моральный вред, причиненный нарушением имущественных прав, подлежит компенсации лишь в случаях, прямо указанных в законе.

На основании вышеизложенного, оценив представленные доказательства в их совокупности в соответствии с требованиями ст. 67 ГПК РФ, принимая во внимание, что нарушение действиями судебного пристава-исполнителя личных неимущественных прав истца в ходе рассмотрения дела не установлено, истцом не представлено допустимых и относимых доказательств, свидетельствующих о перенесенных ими нравственных или физических страданий, учитывая, что законом не предусмотрена возможность компенсации морального вреда, причиненного имущественным правам истца, суд приходит к выводу о том, что правовых оснований для удовлетворения требований истца о взыскании компенсации морального вреда не имеется.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования АБ к Министерству финансов Российской Федерации, Федеральной службе судебных приставов, Управлению Федеральной службы судебных приставов России по Амурской области, ОСП № 3 по городу Благовещенску и Благовещенскому району о взыскании убытков, компенсации морального вреда – оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Амурский областной суд через Благовещенский городской суд в течение одного месяца с момента изготовления решения в окончательной форме.

Председательствующий судья Данилов Е.А.

Решение в окончательной форме изготовлено 08 сентября 2022 года.