УИД 66RS0002-02-2025-001925-34

Дело № 2-2930/2025

Изготовлено в окончательной форме 07.11.2025

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

27октября 2025 года Железнодорожный районный суд г. Екатеринбурга в составе председательствующего судьи Масловой С.А.,

при секретаре Логинове А.М.,

с участием истца ФИО1, представителя истца ФИО2, представителя ответчика ФИО3, представителя третьего лица без самостоятельных требований Социального фонда РФ ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО5 к индивидуальному предпринимателю ФИО6 установлении факта трудовых отношений, о взыскании утраченного заработка, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

истец ФИО5 обратилась в суд с иском к ответчику индивидуальному предпринимателю ФИО6 установлении факта трудовых отношений, о взыскании утраченного заработка за период с 26.12.2024 по 03.02.2025 в сумме 78194,90 руб., компенсации морального вреда в сумме 300000 руб., расходов на такси в сумме 342 руб. (с учетом заявления об уточнении требований).

В обоснование иска истец указала на то, что имеет образование повара-универсала. Является пенсионером по возрасту. Работу нашла по объявлению на АВИТО. Начиная с 11.11.2024, после собеседования с ФИО7, она начала работать в магазине «Мясной центр» (ИП ФИО6) по адресу: г*** в должности повара по установленному графику. Для трудоустройства представила документы об образовании повара-универсала, санитарную книжку и была допущена к работе заведующей магазина ФИО7 без письменного оформления отношений. Заработная плата за отработанное время выплачивалась ею же наличными средствами из расчета около 65000 руб. в месяц. Нопериод с 26.12.2024 по 03.02.2025 ей оплачен не был, поскольку она не работала по причине нетрудоспособности, наступившей в результате травмы 25.12.2024, когда она, будучи на перерыве в специально отведенном помещении для приема пищи в указанном магазине, вставая из-за стола, поторопилась, запнулась о ножку стола, упала и травмировалась. ФИО7, узнав ослучившимся, попросила её переодеть форменную одежду на обычную, не вызывать бригаду скорой помощи, никому не сообщать о её работе в магазине, не оформлять листок нетрудоспособности, пообещав компенсировать денежные потери, с чемона согласилась. Поэтому по телефону она сообщила о травмировании своей дочери, а когда та приехала, вызвала и оплатила такси в сумме 342 руб., уехав в травмпункт, где сообщила о том, что упала и была травмирована на улице. От оформления листка нетрудоспособности истец отказалась. Находилась на стационарном лечении до 03.01.2025, в ходе которого установлен диагноз <...>, 27.12.2024 произведено <...>. Продолжила работу у ответчика по окончании лечения и реабилитации04.02.2025 (но точную дату не помнит). 23.03.2025 (согласно исковому заявлению), 23.02.2025 (согласно объяснениям в суде), отработала последний рабочий день, поскольку после травмыруководство магазина к ней стало предъявлять необоснованные требования, придираться к её работе, плохо относиться.

Период нетрудоспособности с 26.12.2024 по 03.02.2025 ответчик ей не оплатил, в связи с чем, она обратилась в суд с указанным иском, требования которого истец и её представитель в судебном заседании поддержали, полагая, что по вине ответчика, не оформившего трудовые отношения с ней, не организовавшего проведение расследования несчастного случая на производстве, случившегося с ней 25.12.2024 во время работы, она лишилась возможности получить пособие по временной нетрудоспособности, что должно быть компенсировано ответчиком средним заработком за время вынужденного отсутствияпо причине травмы, полученной на производстве, за период с 26.12.2024 по 03.02.2025 в размере 78194,90 руб. 90 коп. (из расчета: 56300 : 18 = 3127,78 руб. – среднедневной заработок при 5-дневной рабочей неделе с 02.12.2024 по 25.12.2024; 3127,78 х 21 (рабочие дни в декабре) = 65683 руб. - утраченный заработок за январь 2025 г.; 3127,78 х 4 (рабочие дни 26.12.2024, 27.12.2024, 28.12.2024, 03.02.2025) = 12511,12 – утраченный заработок в декабре, феврале); 65683 + 12511,12 = 78194,90).

Ответчик исковые требования не признал, просил в удовлетворении требований отказать, отрицая факт трудовых отношений сторон в заявленный период. Поскольку ответчик истца на работу не принимал, приказ не издавал, к работе не допускал, о ней не знал, работу не поручал, не контролировал, заработную плату не выплачивал. Истец, со своей стороны, не выражала намерение заключить трудовой договор, оформить отношения с ответчиком, не подала заявление о трудоустройстве и необходимые документы, не сообщила номер карты для перечисления заработной платы, поскольку, по мнению ответчика, в ситуации оформления трудовых отношений утрачивала права на индексацию пенсии по старости, права на социальные доплаты. Указал, что в штатном расписании магазина должность повара отсутствует.Заявленная истцом травма не признана несчастным случаем на производстве, поскольку работник не сообщил о травмировании, и расследование не проводилось. За период нетрудоспособности работника работодатель уплачивает пособие за 3 дня, остальные дни оплачиваются за счет средств Социального фонда, а не работодателя, в связи с чем, на него не может быть возложена обязанность по оплате всего заявленного периода и по этому основанию. Отрицал доказанность истцом факта трудовых отношений, размер заработка, оспаривая представленный истцом расчет утраченного заработка, полагая, что основания для удовлетворения всех требований отсутствуют, в том числе по причине пропуска истцом срока для защиты трудовых прав при обращении в суд с иском 27.05.2025. Поскольку об отсутствии трудоустройства истец знала, и об обратном не сообщила в лечебном учреждении при обращении, не оформила листок нетрудоспособности, поэтому по своей вине не получила пособие за период болезни. Полагала, что истец не обосновала требования компенсации морального вреда, предъявив чрезмерную сумму ко взысканию.

Истец и её представитель оспорили довод ответчика о пропуске истцом срока для защиты нарушенных прав в судебном порядке, полагая, что истец вправе обратиться за взысканием спорных сумм в течение года со дня после признания отношений трудовыми, и такой срок не пропущен.

Дополнительно в обоснование компенсации морального вреда истец и её представитель пояснили, что отсутствие денежных выплат от ответчика не позволило истцу надлежаще питаться, приобретать лекарства и витамины. По причине травмирования в период работы истец пережила физические страдания в виде болей при падении, в последующий период, из-за ограничений возможности передвижения без костылей, обострения хронических заболеваний, невозможности ведения привычного образа жизни.

ФИО7, привлеченная к участию в деле в качестве третьего лица без самостоятельных требований, о разбирательстве дела извещена, однако в суд не явилась, мнение по иску не сообщила, объяснений не предоставила.

Представитель третьего лица без самостоятельных требований Социального фонда России в разрешении спора полагал на усмотрение суда, пояснив, что ИП ФИО6, зарегистрирован в качестве страхователя в отделении Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Свердловской области. Извещение о несчастном случае на производстве с ФИО5 в фонд не поступало. Сведений о расследовании такого случая, акт формы Н-1 не поступало. По сведениям в Фонде, с период с 26.12.2024 по 03.02.2025 ФИО5 листок нетрудоспособности не оформлялся.

В соответствии со статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В соответствии с частью 3 статьи 37 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на вознаграждение за труд без какой бы то ни было дискриминации и не ниже установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда.

В соответствии с абзацем 5 части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, количеством и качеством выполненной работы.

Данному праву работника в силу абзаца 7 части 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации корреспондирует обязанность работодателя выплачивать в полном размере причитающуюся работнику заработную плату в установленные законом или трудовым договором сроки и соблюдать трудовое законодательство, локальные нормативные акты, условия коллективного договора и трудового договора.

Согласно абзацу 5 части 2 статьи 57 Трудового кодекса Российской Федерации условия оплаты труда (в том числе размер тарифной ставки или оклада (должностного оклада) работника, доплаты, надбавки и поощрительные выплаты) являются обязательными для включения в трудовой договор с работником.

Статья 184Трудового кодекса Российской Федерации устанавливает, что при повреждении здоровья или в случае смерти работника вследствие несчастного случая на производстве либо профессионального заболевания работнику (его семье) возмещаются его утраченный заработок (доход), а также связанные с повреждением здоровья дополнительные расходы на медицинскую, социальную и профессиональную реабилитацию либо соответствующие расходы в связи со смертью работника.

Виды, объемы и условия предоставления работникам гарантий и компенсаций в указанных случаях определяются федеральными законами.

Статья 183Трудового кодекса Российской Федерации устанавливает, что при временной нетрудоспособности работодатель выплачивает работнику пособие по временной нетрудоспособности в соответствии с федеральными законами.

Размеры пособий по временной нетрудоспособности и условия их выплаты устанавливаются федеральными законами.

В соответствии с пунктом 1 части 1 статьи 7 Федерального закона от 29 декабря 2006 года N 255-ФЗ "Об обязательном социальном страховании на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством" пособие по временной нетрудоспособности при утрате трудоспособности вследствие заболевания или травмы, за исключением случаев, указанных в части 2 настоящей статьи, при карантине, протезировании по медицинским показаниям и лечении в санаторно-курортных организациях непосредственно после оказания медицинской помощи в стационарных условиях выплачивается в следующем размере застрахованному лицу, имеющему страховой стаж 8 и более лет, - 100 процентов среднего заработка.

Исходя из части 5 статьи 14 Федерального закона от 29 декабря 2006 года N 255-ФЗ размер пособия по временной нетрудоспособности определяется путем умножения размера дневного пособия на число календарных дней, приходящихся на период нетрудоспособности (включая выходные, праздничные дни).

Статья 234Трудового кодекса Российской Федерации устанавливает, что работодатель обязан возместить работнику не полученный им заработок во всех случаях незаконного лишения его возможности трудиться. Такая обязанность, в частности, наступает, если заработок не получен в результате:незаконного отстранения работника от работы, его увольнения или перевода на другую работу;отказа работодателя от исполнения или несвоевременного исполнения решения органа по рассмотрению трудовых споров или государственного правового инспектора труда о восстановлении работника на прежней работе;задержки работодателем выдачи работнику трудовой книжки, предоставления сведений о трудовой деятельности (статья 66.1 настоящего Кодекса), внесения в трудовую книжку, в сведения о трудовой деятельности неправильной или не соответствующей законодательству формулировки причины увольнения работника.

Статья 15 Трудового кодекса Российской Федерации дает определение трудовым отношениям, устанавливая, что это отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

Согласно части 1 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с настоящим Кодексом.

В силу статьи 56 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

Исходя из системного анализа действующего трудового законодательства, к характерным признакам трудового правоотношения, позволяющим отграничить его от других видов правоотношений, в том числе гражданско-правового характера относятся: личный характер прав и обязанностей работника, обязанность работника выполнять определенную, заранее обусловленную трудовую функцию, выполнение трудовой функции в условиях общего труда с подчинением правилам внутреннего трудового распорядка, возмездный характер трудового отношения.

В силу части 1 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами. Один экземпляр трудового договора передается работнику, другой хранится у работодателя. Получение работником экземпляра трудового договора должно подтверждаться подписью работника на экземпляре трудового договора, хранящемся у работодателя.

В силу абзаца 1 части 3 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

Как следует из статьи 61 Трудового кодекса Российской Федерации, трудовой договор вступает в силу со дня его подписания работником и работодателем, если иное не установлено настоящим Кодексом, другими федеральными законами, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации или трудовым договором, либо со дня фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя.

Согласно статье 68 Трудового кодекса Российской Федерации прием на работу оформляется приказом (распоряжением) работодателя, изданным на основании заключенного трудового договора. Содержание приказа (распоряжения) работодателя должно соответствовать условиям заключенного трудового договора.

Приказ (распоряжение) работодателя о приеме на работу объявляется работнику под роспись в трехдневный срок со дня фактического начала работы. По требованию работника работодатель обязан выдать ему надлежаще заверенную копию указанного приказа (распоряжения).

При приеме на работу (до подписания трудового договора) работодатель обязан ознакомить работника под роспись с правилами внутреннего трудового распорядка, иными локальными нормативными актами, непосредственно связанными с трудовой деятельностью работника, коллективным договором.

Как следует из части 2 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации, трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя.

При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе, а если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии были признаны трудовыми отношениями, - не позднее трех рабочих дней со дня признания этих отношений трудовыми отношениями, если иное не установлено судом.

Статья 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации предусматривает возможность признания отношений трудовыми, как самим работодателем, так и в том случае, если работодатель наличие таких отношений оспаривает, в судебном порядке.

В силу положений ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации бремя доказывания факта возникновения и наличия трудовых отношений возлагается на истца.

В статье 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации также указано, что неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 18 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года N 15 "О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям" при разрешении вопроса, имелись ли между сторонами трудовые отношения, суд в силу статей 55, 59 и 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вправе принимать любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством.

К таким доказательствам, в частности, могут быть отнесены письменные доказательства (например, оформленный пропуск на территорию работодателя; журнал регистрации прихода-ухода работников на работу; документы кадровой деятельности работодателя: графики работы (сменности), графики отпусков, документы о направлении работника в командировку, о возложении на работника обязанностей по обеспечению пожарной безопасности, договор о полной материальной ответственности работника;расчетные листы о начислении заработной платы, ведомости выдачи денежных средств, сведения о перечислении денежных средств на банковскую карту работника; документы хозяйственной деятельности работодателя: заполняемые или подписываемые работником товарные накладные, счета-фактуры, копии кассовых книг о полученной выручке, путевые листы, заявки на перевозку груза, акты о выполненных работах, журнал посетителей, переписка сторон спора, в том числе по электронной почте; документы по охране труда, как то: журнал регистрации и проведения инструктажа на рабочем месте, удостоверения о проверке знаний требований охраны труда, направление работника на медицинский осмотр, акт медицинского осмотра работника, карта специальной оценки условий труда), свидетельские показания, аудио- и видеозаписи и другие.

Трудовое законодательство базируется, в числе прочего, на идее презумпции наличия трудовых правоотношений у любого физического лица, выполняющего личным трудом регулярную оплачиваемую работу в интересах другого лица. Дополнительной гарантией реализации этой идеи служит установленный статьей 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации механизм признания трудовыми отношений, возникших на основании гражданско-правового договора. При этом, любой истец или заявитель, обращающийся в суд по поводу признания трудовыми отношений конкретного работника и работодателя, должен представить доказательства, свидетельствующие о трудовом характере отношений, связывающих конкретное лицо с работодателем, то есть он должен подтвердить намерение работника вступить именно в трудовые отношения с работодателем, а не заключать с ним гражданско-правовой договор.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце втором пункта 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (часть вторая статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации). При этом следует иметь в виду, что представителем работодателя в указанном случае является лицо, которое в соответствии с законом, иными нормативными правовыми актами, учредительными документами юридического лица (организации) либо локальными нормативными актами или в силу заключенного с этим лицом трудового договора наделено полномочиями по найму работников, поскольку именно в этом случае при фактическом допущении работника к работе с ведома или по поручению такого лица возникают трудовые отношения (статья 16 Трудового кодекса Российской Федерации) и на работодателя может быть возложена обязанность оформить трудовой договор с этим работником надлежащим образом.

В абз. 2 п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.12.2021 N 45 "О некоторых вопросах, возникающих при рассмотрении судами общей юрисдикции дел об административных правонарушениях, связанных с нарушением трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права" разъяснено, что к числу уполномоченных представителей работодателя следует относить лиц, наделенных полномочиями по найму работников в соответствии с законом, иными нормативными правовыми актами, учредительными документами юридического лица (организации) либо локальными нормативными актами или в силу заключенного с этим лицом трудового договора, а также иным способом, выбранным работодателем.

В пункте 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 г. N 15 "О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям" разъяснено, что при разрешении споров работников, с которыми не оформлен трудовой договор в письменной форме, судам исходя из положений статей 2, 67 Трудового кодекса Российской Федерации необходимо иметь в виду, что, если такой работник приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным.

Из приведенных нормативных положений трудового законодательства следует, что к характерным признакам трудового правоотношения, возникшего на основании заключенного в письменной форме трудового договора, относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда; возмездный характер трудового отношения (оплата производится за труд).

Обязанность по надлежащему оформлению трудовых отношений с работником (заключение в письменной форме трудового договора, издание приказа (распоряжения) о приеме на работу) нормами Трудового кодекса Российской Федерации возлагается на работодателя.

Вместе с тем само по себе отсутствие оформленного надлежащим образом, то есть в письменной форме, трудового договора не исключает возможности признания сложившихся между сторонами отношений трудовыми, а трудового договора - заключенным при наличии в этих отношениях признаков трудового правоотношения, поскольку к основаниям возникновения трудовых отношений между работником и работодателем закон (часть третья статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации) относит также фактическое допущение работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

Цель указанной нормы - устранение неопределенности правового положения таких работников и неблагоприятных последствий отсутствия трудового договора в письменной форме, защита их прав и законных интересов как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении, в том числе путем признания в судебном порядке факта трудовых отношений между сторонами, формально не связанными трудовым договором. При этом неисполнение работодателем, фактически допустившим работника к работе, обязанности оформить в письменной форме с работником трудовой договор в установленный статьей 67 Трудового кодекса Российской Федерации срок может быть расценено как злоупотребление правом со стороны работодателя вопреки намерению работника заключить трудовой договор.

Оценив в совокупности и их взаимосвязи доводы сторон и представленные доказательства, в том числе письменные материалы дела, объяснения участников процесса, показания допрошенных свидетелей ФИО8, ФИО9, ФИО10, суд установил, что правоотношения сторон спора не были оформлены, ни в соответствие с вышеприведенными требованиями трудового законодательства, ни в порядке заключения договора по нормам гражданского законодательства.

Вместе с тем, довод истца о том, что в ноябре 2024 г. она была допущена к работе поваром в магазине М. по адресу: *** нашел подтверждение в ходе судебного разбирательства.

Как установлено судом, ФИО6 зарегистрирован индивидуальным предпринимателем в ЕГРИП 18.01.2024. Его основной вид деятельности торговля розничная мясом и мясными продуктами в специализированных магазинах. Тот факт, что такую деятельность он осуществлял в спорный период в магазине М. по адресу: *** нашел подтверждение.

Из объяснений истца, показаний указанных свидетелей, переписки в мессенджере Whatsupp, следует, что к работе истец была допущена ФИО7, управляющей магазином, в должностные обязанности которой, как следует из трудового договора с ней от 11.04.2024, заключенному с ИП ФИО6, из её должностной инструкции по указанной должности, не входят права, обязанности работодателя по найму, увольнению работников, их допуску к работе. И указанное подтвердил представитель ответчика в суде, а также не оспорила ФИО7, которая, как следует из тех же доказательств, руководила работой ФИО5, давала ей задания, контролировала их выполнение, производила оплату работы наличными денежными средствами в размере по устному согласованию между ними.

Доказательств тому, что ИП ФИО6 был уведомлен о трудоустройстве ФИО5, одобрил это, – суду не представлено, а сторона ответчика в ходе судебного разбирательства данный факт отрицала.

Из штатного расписания, действовавшего в спорный период, и утвержденного ИП ФИО6, табелей учета рабочего времени следует, что должность повара не значится, ФИО5, как работник магазина также в каких-либо документах работодателя не значится.

По объяснениям истца, которые подтверждены показаниями названных свидетелей, истец работала по установленному ФИО7 графику, подчиняясь установленному в магазине режиму времени работы и отдыха, находясь под её руководством, с 11.11.2024 по 24.12.2024.

25.12.2024 истец также приступила к работе в магазине, но смену не завершила, поскольку в результате падения на территории магазина получила травму, в связи с чем, в 12:03 вызвала такси (л.д. 29-30 скриншоты из ПО) и была доставлена в лечебное учреждение по адресу: ***, где была экстренно госпитализирована. Находилась на стационарном лечении в травматологическом отделении ГАУЗ СО «ГКБ №14» с 25.12.2024 по 31.12.2025 с диагнозом <...> По окончании стационарного лечение продолжила амбулаторное лечение по 28.02.2025 под наблюдением травматолога (л.д.31,32, 80 –выписной эпикриз, справка).

04.02.2025, то есть до окончания лечения, соответственно, истец продолжила работу поваром в магазине.

Относительно даты окончания работы истец предоставила противоречивую информацию (23.02.2025 в судебном заседании и 23.03.2025 в исковом заявлении), а допрошенные свидетели даты начала, окончания работы истца не помнят (не знают), при этом иных доказательств, позволяющих достоверно установить дату окончания работы истца суду не представлено. Период, в течение которого истец просит установить факт трудовых отношений, истец не уточнила в ходе судебного разбирательства.

Ч. 1 ст. 67.1Трудового кодекса Российской Федерации устанавливает последствия фактического допущения к работе не уполномоченным на это лицом.

Если физическое лицо было фактически допущено к работе работником, не уполномоченным на это работодателем, и работодатель или его уполномоченный на это представитель отказывается признать отношения, возникшие между лицом, фактически допущенным к работе, и данным работодателем, трудовыми отношениями (заключить с лицом, фактически допущенным к работе, трудовой договор), работодатель, в интересах которого была выполнена работа, обязан оплатить такому физическому лицу фактически отработанное им время (выполненную работу).

Однако, как установлено судом, отработанное истцом время в магазине ей полностью оплачено, что следует из её объяснений.

Заявленный истцом спор касается оплаты времени, когда истец фактически не работала, поскольку была не трудоспособна по причине её травмирования 25.12.2024 на территории магазина. Однако из буквального содержания указанной нормы, такое время оплате лицу, допущенному к работе, не подлежит.Социальные льготы и гарантии, предусмотренные трудовым законодательством, включая пособие по временной нетрудоспособности за счет работодателя, компенсацию за время вынужденного прогула работника по вине работодателя на лиц, не состоящих в трудовых отношениях, не распространяются.

Как указали сторон спора, никто из них не инициировал проведение расследования несчастного случая на производстве с ФИО5 25.12.2024, соответственно в порядке, установленном гл. 36.1Трудового кодекса Российской Федерации, такое расследование уполномоченными лицами не проведено, результаты не оформлены, с заявлениями, жалобами в уполномоченные государственные органы до обращения в суд с иском истец не обращалась, ни факту неоформления трудовых отношений, ни по факту травмирования на работе, ни по факту невыплаты пособия по нетрудоспособности. В связи с чем, доводы истца о её травме на производстве, о вине ответчика втравмировании и, как следствие, наступлении у неё нетрудоспособности, влекущих привлечение его к ответственности по возмещению утраченного заработка и компенсации морального вреда, надлежащими, допустимыми средствами доказывания не подтверждены.

Поэтому оснований для взыскания утраченного заработка, компенсации морального вреда с ответчика в пользу истца не имеется.

В случае отказа в иске в связи с признанием неуважительными причин пропуска срока исковой давности или срока обращения в суд в мотивировочной части решения суда указывается только на установление судом данных обстоятельств (абзац третий ч. 4 ст. 198 ГПК РФ).

Оценивая довод ответчика о пропуске истцом срока для защиты нарушенных прав в судебном порядке, суд установил, что с указанным иском истец обратилась в суд 27.05.2025 (л.д. 41).

Согласно части 1 статьи 381 Трудового кодекса Российской Федерации индивидуальный трудовой спор - это неурегулированные разногласия между работодателем и работникам по вопросам применения трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, коллективного договора, соглашения, локального нормативного акта, трудового договора (в том числе об установлении или изменении индивидуальных условий труда), о которых заявлено в орган по рассмотрению индивидуальных трудовых споров.

Индивидуальные трудовые споры рассматриваются комиссиями по трудовым спорам и судами, если иное не установлено Трудовым кодексом Российской Федерации (статья 382 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с абз 2 п. 2 ст. 199 Гражданского кодекса Российской Федерации, истечение срока исковой давности, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Согласно пункту 1 статьи 207 Гражданского кодекса Российской Федерации с истечением срока исковой давности по главному требованию считается истекшим срок исковой давности и по дополнительным требованиям (проценты, неустойка, залог, поручительство, требование о возмещении неполученных доходов при истечении срока исковой давности по требованию о возвращении неосновательного обогащения и т.п.), в том числе возникшим после начала течения срока исковой давности по главному требованию.

Согласно ст. 203 Гражданского кодекса Российской Федерации течение срока исковой давности прерывается совершением обязанным лицом действий, свидетельствующих о признании долга. После перерыва течение срока исковой давности начинается заново; время, истекшее до перерыва, не засчитывается в новый срок.

При прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, производится в день увольнения работника. Если работник в день увольнения не работал, то соответствующие суммы должны быть выплачены не позднее следующего дня после предъявления уволенным работником требования о расчете (часть первая статьи 140 Трудового кодекса Российской Федерации).

Сроки обращения работника в суд за разрешением индивидуального трудового спора установлены статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации.

Частью 1 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки или со дня предоставления работнику в связи с его увольнением сведений о трудовой деятельности (статья 66.1 настоящего Кодекса) у работодателя по последнему месту работы.

Согласно пункту 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" заявление работника о восстановлении на работе подается в районный суд в месячный срок со дня вручения ему копии приказа об увольнении или со дня выдачи трудовой книжки, либо со дня, когда работник отказался от получения приказа об увольнении или трудовой книжки, а о разрешении иного индивидуального трудового спора - в трехмесячный срок со дня, когда работник узнал или должен был узнать о нарушении своего права (часть 1 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации, статья 24 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

В пункте 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 г. N 15 "О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям" разъяснено, что по общему правилу, работник, работающий у работодателя - физического лица (являющегося индивидуальным предпринимателем, не являющегося индивидуальным предпринимателем) или у работодателя - субъекта малого предпринимательства, который отнесен к микропредприятиям, имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права (часть 1 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации). К таким спорам, в частности, относятся споры о признании трудовыми отношений, связанных с использованием личного труда и возникших на основании гражданско-правового договора, о признании трудовыми отношений, возникших на основании фактического допущения работника к работе в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен. При разрешении этих споров и определении дня, с которым связывается начало срока, в течение которого работник вправе обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора, судам следует не только исходить из даты подписания указанного гражданско-правового договора или даты фактического допущения работника к работе, но и с учетом конкретных обстоятельств дела устанавливать момент, когда лицо узнало или должно было узнать онарушении своих трудовых прав (например, работник обратился к работодателю за надлежащим оформлением трудовых отношений, в том числе об обязании работодателя уплатить страховые взносы, предоставить отпуск, выплатить заработную плату, составить акт по форме Н-1 в связи с производственной травмой и т.п., а ему в этом было отказано).

Поскольку истец была допущена к работе поваром в магазине 11.11.2024, как следует из её объяснений, однако в течение 3-х дней трудовые отношения с ней оформлены не были, поскольку не был подписан трудовой договор, не был издан приказ о приеме на работу, и с данными документами она ознакомлена не была, их копии ей ответчик не выдал, следовательно, о нарушении своего права, выразившегося в не оформлении трудовых отношений она должна была узнать не позднее 14.11.2024, следовательно, ей следовало обратиться в суд с иском об установлении факта трудовых отношений по основанию фактического допуска к работе с соблюдением установленного срока не позднее 14.02.2024.

С исковыми требованиями об установлении факта трудовых отношений и производных требований о взыскании утраченного заработка и компенсации морального вреда истец обратилась в суд только 27.05.2025, от есть более чем через 3 месяца после начала течения срока, установленного для защиты нарушенного права, исчисляемого с 15.11.2024.

Поскольку в судебном заседание истец пояснила, что последний день ею был отработан 23.02.2025, однако расчет при увольнении произведен не был, поскольку период нетрудоспособности не оплачен, следовательно, окончательно о нарушении своих прав истец также могла узнать в последний день работы.

Допрошенные свидетели пояснили, что после выхода на работу в начале февраля истец отработала около месяца, что согласуется с показаниями истца в суде о дате прекращения работы 23.02.2025, и противоречит содержанию искового заявления о прекращении работы 23.03.2025.

Следовательно, при исчислении начала срока для защиты нарушенного права с 24.02.2025 (после даты прекращения правоотношений 23.03.2025) по правилам ст. 14 ТК РФ), такой срок также истек до 27.05.2025.

Суду не представлено доказательств тому, что ответчик когда-либо подтверждал факт трудовых отношений с истцом либо имели место обстоятельства, которые бы давали основания для иного исчисления начала течения 3-х месячного срока для защиты нарушенного права, применимого для спорных отношений, основанных не на гражданско-правовом договоре, а на факте допуска истца к работе в интересах ответчика, однако неуполномоченным лицом.

Поскольку срок для защиты нарушенного права об установлении факта трудовых отношений истцом пропущен, а ходатайство о восстановлении срока истец не заявила, хотя такое право ей было судом разъяснено, суд отказывает в удовлетворении всех исковых требований также по основанию пропуска истцом срока для защиты нарушенного права в судебном порядке, учитывая, что требования о взыскании утраченного заработка и компенсации морального вреда являются производными от требований об установлении факта трудовых отношений.

В силу ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в доход местного бюджета государственная пошлина взысканию не подлежит.

Руководствуясь статьями 194-199, 321 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,

РЕШИЛ:

в удовлетворении исковых требований ФИО5 к индивидуальному предпринимателю ФИО6 установлении факта трудовых отношений, о взыскании утраченного заработка, компенсации морального вреда отказать.

Решение может быть обжаловано в Свердловский областной суд через Железнодорожный районный суд г. Екатеринбурга в течение одного месяца со дня принятия.

Судья С.А. Маслова