РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Братск 09 февраля 2023 года

Братский районный суд Иркутской области в составе:

председательствующего судьи Громовой Е.Н.,

при секретаре судебного заседания Векшиной Н.А.,

с участием истца ФИО1,

представителя истца ФИО2,

ответчика ФИО3,

представителя ответчика ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-53/2023 по исковому заявлению ФИО1 к ФИО3, ФИО5, третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, Администрация Вихоревского городского поселения, Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Иркутской области, о признании права собственности в силу приобретательной давности,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в Братский районный суд Иркутской области с исковым заявлением к ФИО6, ФИО3, ФИО7, ФИО5 об установлении факта добросовестного, открытого и непрерывного владения имуществом на правах собственника в течении срока приобретательной давности жилым помещением – квартирой, расположенной по адресу: <...>, кадастровый номер 38:02:010110:600, признании права собственности на спорное жилое помещение.

В обоснование иска истец указал, что 04.12.2000 между ним и Администрацией г. Вихоревка был заключен договор на заселение вторичного жилья, по условиям которого Администрация г. Вихоревка обязалась предоставить ему жилую площадь согласно установленным законом нормам взамен пошедшего под снос ветхого жилья в зоне БАМа. Истец, в свою очередь, обязался выселиться из кв. № 3 в доме № 1 по ул. Звездной, и вселиться в квартиру по адресу: <...>. Во исполнение указанного договора 27.12.2000 ему был выдан ордер на право занятия указанной квартиры, а 01.01.2001 с ним был заключен договор социального найма данного жилого помещения. Впоследствии им было принято решение о приватизации квартиры, находящейся в его пользовании по договору социального найма. Вместе с тем, при оформлении документов стало известно, что прежние жильцы, проживавшие в данной квартире до 2000 года - А-ны в 2001 году уже приватизировали спорное жилое помещение, что подтверждается выпиской из ЕГРН, согласно которой общая долевая собственность ответчиков была зарегистрирована 01.02.2001. Однако перед его вселением в квартиру ответчики выехали из нее, получив другое жилое помещение большей площадью. Истец с 2000 года добросовестно, открыто и непрерывно владеет спорным жилым помещением как своим собственным. С 2001 года по настоящее время он зарегистрирован в данной квартире, в 2004 году с ЗАО «БЭС» им был заключен договор на отпуск и потребление электрической энергии, в 2008 году - договор управления многоквартирным домом. Ответчики с момента своего выезда никакого интереса к квартире не проявляли, выселить его из квартиры попыток не предпринимали, при этом им известно о том, что он пользуется и владеет спорным жилым помещением.

Определением Братского районного суда Иркутской области от 24.01.2023 производство по гражданскому делу в части предъявленных исковых требований к ФИО6, ФИО7 – прекращено в связи с отказом истца в части от предъявленных исковых требований к данным ответчикам.

Определением суда, занесенным в соответствии с ч. 2 ст. 224 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ) в протокол судебного заседания от 16.12.2022, к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора привлечено Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Иркутской области.

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержал в полном объеме по основаниям и доводам, изложенным в исковом заявлении, просил суд исковые требования удовлетворить.

Представитель истца ФИО2, действующий по доверенности, исковые требования поддержал в полном объеме по основаниям, изложенным в исковом заявлении, просил суд исковые требования удовлетворить. Дополнительно суд пояснил, что ответчики, действуя очевидно недобросовестно, скрыли от местных органов власти, что являются собственниками оспариваемой квартиры, в целях получения квартиры большой площади, передали оспариваемую квартиру для последующей передачи истцу, выселились из нее и впоследствии длительное время не заявляли о своих правах на оспариваемый объект недвижимости. Так согласно договору на заселение вторичного жилья от 04.12.2000 истец обязался выселиться из кв. № 3 в доме № 1 по ул. Звездной, и вселиться в квартиру по адресу: <...>, ему был выдан ордер № 305 на право занятия этой квартиры, и 01.01.2001 с истцом был заключен договор найма жилого помещения в домах государственного и муниципального фонда № 3458. Право собственности ответчиков в ЕГРН было зарегистрировано 01.02.2001, следовательно, ответчики, получив квартиру большей площади, тут же подали документы на регистрацию права собственности на недавно оставленную. Действия ответчиков можно рассматривать как включающие в себя фактический отказ от квартиры в 2000 году в пользу муниципалитета, освобождение ее для передачи муниципалитетом истцу, не заявление о своих правах собственности на оспариваемый объект, самоотстранение от обслуживания и содержания квартиры, - в качестве конклюдентных действий, свидетельствующих об отказе от права собственности на оспариваемую квартиру.

Также пояснил, что уплата налогов есть в соответствии со статьями 8 и 44 Налогового кодекса Российской Федерации исполнение публично-правовой обязанности по уплате налога, т.е. обязательного, индивидуально безвозмездного платежа в целях финансового обеспечения деятельности государства и муниципальных образований, не может свидетельствовать об исполнении ответчиками обязанностей по содержанию квартиры. Налоги ответчики платили с целью избежать санкций за неуплату налогов, потому что получали соответствующие налоговые уведомления и, будучи собственниками в соответствии с данными ЕГРН, налог на имущество физических лиц исчисляет налоговый орган, избежать его принудительного взыскания весьма затруднительно.

Истец действовал добросовестно, то есть, получая квартиру от местной администрации по переселению, истец не знал и не предполагал, что он получит квартиру, которую будет невозможно приватизировать, то есть приобрести на нее право собственности, в связи с тем, что она принадлежит другим лицам (ответчикам). Кроме того, истец этого знать и предполагать не мог, потому что в результате недобросовестных действий ответчиков их право собственности не было зарегистрировано в публичном реестре до 01.02.2001, ответчики, передавая квартиру местной администрации, о своих правах на нее не заявляли, при этом из обстановки по вселению истца в квартиру явствовало, что никто никаких прав на нее не заявляет и квартира свободна, указанная обстановка также возникла вследствие недобросовестных действий ответчиков. Также доказано, что истец заботился и заботится об оспариваемой квартире, несет и нес расходы на ее содержание.

Давностное владение было открытым, потому что истец никогда и ни от кого не скрывал нахождение квартиры в его владении и пользовании, в том числе это с самого начала владения было известно и ответчикам, которые никаких препятствий владению и пользованию, оспариваемым имуществом истцом не чинили, свое право собственности перед истцом никак не отстаивали. Давностное владение было непрерывным с 27.12.2000, то есть почти 22 года непрерывного владения доказаны, при необходимых в соответствии со статьей 234 ГК РФ для приобретения права собственности по приобретательной давности 15 годах.

Вместе с тем дополнительно суд пояснил, что договор социального найма имеет свою особую специфику, не препятствующую рассматривать в контексте особых обстоятельств настоящего дела владение оспариваемым имуществом истцом как своим собственным. Поскольку договор социального найма у истца фактически бессрочный, у наймодателя истец мог приобрести оспариваемую квартиру по праву приватизации, а с ответчиком никакого договора у истца не было.

Таким образом, факт владения не по договору истцом, считает также доказанным, поскольку с ответчиками у истца никаких договоров не было, а договор найма от 01.01.2001 в отношении оспариваемой квартиры Вихоревское МПКХ заключать не имело право, в случае если в 2001 году квартира муниципалитету не принадлежала. Если же считать, что ответчики, действуя очевидно недобросовестно, приобрели право собственности на оспариваемый объект 01.02.2001, то можно признать их фактически отказавшимися от своего права собственности как на основании норм ст. 236 ГК РФ, так и норм о запрете на недобросовестное поведение, злоупотребление правом и недопустимости противоречивого и непоследовательного поведения в соответствии со статьями 1 и 10 ГК РФ.

В судебном заседании ответчик ФИО3 и его представитель по доверенности ФИО4 исковые требования не признали, просили суд в удовлетворении исковых требований отказать.

Ответчик ФИО5 в судебное заседание не явилась, о дате, времени и месте его проведения извещалась надлежащим образом, судебное извещение возвращено в адрес суда с отметкой почтового отделения связи «Истек срок хранения», ранее представляла заявление о рассмотрении дела в ее отсутствие.

Представители третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, Администрации Вихоревского городского поселения, Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Иркутской области в судебное заседание не явились, о дате, времени и месте его проведения извещены надлежащим образом; причины неявки представителя Администрации Вихоревского городского поселения суду неизвестны; от представителя Управления Росреестра по Иркутской области ФИО8, действующей по доверенности, поступил отзыв на исковое заявление, содержащий просьбу о рассмотрении дела в отсутствие представителя Управления, в обосновании которого указано, что 01.02.2001 на жилое помещение (квартиру) с кадастровым номером 38:02:010110:600, расположенное по адресу: <...>, площадью 40,9 кв.м., зарегистрировано право общей долевой собственности ФИО3, ФИО6, ФИО7, ФИО5 на основании договора купли-продажи квартиры от 01.01.2001 № 90, заключенного с ФИО9 Далее, 26.10.2022 в Едином государственном реестре недвижимости в отношении указанной квартиры зарегистрирован переход права общей долевой собственности ФИО6, ФИО7 к ФИО3 на основании договора дарения доли в праве общей долевой собственности на квартиру от 26.10.2022. Таким образом, согласно сведениям ЕГРН на момент подготовки настоящего отзыва, жилое помещение (квартира) с кадастровым номером 38:02:010110:600 принадлежит на праве общей долевой собственности ФИО5 (1/4 доля) и ФИО3 (3/4 доли).

На основании ст. 167 ГПК РФ суд с учетом мнения истца ФИО1 его представителя ФИО2, ответчика ФИО3 и его представителя ФИО4, считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц, надлежащим образом извещенных о дате, времени и месте судебного заседания.

Выслушав истца ФИО1, представителя истца ФИО2, ответчика ФИО3 его представителя ФИО4, допросив свидетелей, исследовав письменные доказательства, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 35 Конституции Российской Федерации каждый вправе иметь имущество в собственности.

Согласно ч. 1 ст. 40 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на жилище. Никто не может быть произвольно лишен жилища.

Пунктом 1 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) предусмотрено, что гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

В соответствии с этим гражданские права и обязанности возникают, в том числе, в результате приобретения имущества по основаниям, допускаемым законом (подпункт 4 пункта 1).

На основании пунктов 2 и 3 статьи 8.1 ГК РФ права на имущество, подлежащие государственной регистрации, возникают, изменяются и прекращаются с момента внесения соответствующей записи в государственный реестр, если иное не установлено законом.

В силу статей 130, 131 ГК РФ земельные участки, а также здания, сооружения и строения относятся к недвижимому имуществу, права на которые подлежат государственной регистрации.

Статьей 218 ГК РФ предусмотрено, что право собственности на новую вещь, изготовленную или созданную лицом для себя с соблюдением закона и иных правовых актов, приобретается этим лицом (пункт 1). Право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества (пункт 2). В случаях и в порядке, которые предусмотрены данным Кодексом, лицо может приобрести право собственности на имущество, не имеющее собственника, на имущество, собственник которого неизвестен, либо на имущество, от которого собственник отказался или на которое он утратил право собственности по иным основаниям, предусмотренным законом (пункт 3).

В соответствии с п. 1 ст. 234 ГК РФ лицо, не являющееся собственником имущества, но добросовестно, открыто и непрерывно владеющее как своим собственным недвижимым имуществом в течение пятнадцати лет, приобретает право собственности на это имущество (приобретательная давность).

Право собственности на недвижимое и иное имущество, подлежащее государственной регистрации, возникает у лица, приобретшего это имущество в силу приобретательной давности, с момента такой регистрации.

Критерии, из которых следует исходить при разрешении вопросов об исчислении сроков приобретательной давности, а также о том, является ли давностное владение добросовестным, открытым и непрерывным, владеет ли заявитель имуществом как своим собственным, определены в пунктах 15, 16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав».

Согласно указанным разъяснениям, давностное владение является добросовестным, если лицо, получая владение, не знало и не должно было знать об отсутствии основания возникновения у него права собственности; давностное владение признается открытым, если лицо не скрывает факта нахождения имущества в его владении. Принятие обычных мер по обеспечению сохранности имущества не свидетельствует о сокрытии этого имущества; давностное владение признается непрерывным, если оно не прекращалось в течение всего срока приобретательной давности. В случае удовлетворения иска давностного владельца об истребовании имущества из чужого незаконного владения имевшая место ранее временная утрата им владения спорным имуществом перерывом давностного владения не считается. Передача давностным владельцем имущества во временное владение другого лица не прерывает давностного владения. Не наступает перерыв давностного владения также в том случае, если новый владелец имущества является сингулярным или универсальным правопреемником предыдущего владельца (пункт 3 статьи 234 ГК РФ); владение имуществом как своим собственным означает владение не по договору. По этой причине статья 234 Гражданского кодекса Российской Федерации не подлежит применению в случаях, когда владение имуществом осуществляется на основании договорных обязательств (аренды, хранения, безвозмездного пользования и т.п.).

По смыслу статей 225 и 234 ГК РФ право собственности в силу приобретательной давности может быть приобретено на имущество, принадлежащее на праве собственности другому лицу, а также на бесхозяйное имущество (пункт 16 указанного постановления).

Таким образом, закон допускает признание права собственности в силу приобретательной давности не только на бесхозяйное имущество, но также и на имущество, принадлежащее на праве собственности другому лицу.

Согласно абзацу первому пункта 19 этого же постановления возможность обращения в суд с иском о признании права собственности в силу приобретательной давности вытекает из статей 11 и 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которым защита гражданских прав осуществляется судами путем признания права. Поэтому лицо, считающее, что стало собственником имущества в силу приобретательной давности, вправе обратиться в суд с иском о признании за ним права собственности.

В силу п. 4 ст. 234 ГК РФ течение срока приобретательной давности в отношении вещей, находящихся у лица, из владения которого они могли быть истребованы в соответствии со статьями 301 и 305 Гражданского кодекса Российской Федерации, начинается со дня поступления вещи в открытое владение добросовестного приобретателя, а в случае, если было зарегистрировано право собственности добросовестного приобретателя недвижимой вещи, которой он владеет открыто, - не позднее момента государственной регистрации права собственности такого приобретателя.

По смыслу приведенных положений Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации в их взаимосвязи, приобретательная давность является самостоятельным законным основанием возникновения права собственности на вещь при условии добросовестности, открытости, непрерывности и установленной законом длительности такого владения. Отсутствие хотя бы одного из перечисленных условий не позволяет признать за лицом право собственности на имущество в силу приобретательной давности.

Давностное владение является добросовестным, если, приобретая вещь, лицо не знало и не должно было знать о неправомерности завладения ею, то есть в тех случаях, когда вещь приобретается внешне правомерными действиями, однако право собственности в силу тех или иных обстоятельств возникнуть не может. При этом лицо владеет вещью открыто как своей собственной, то есть вместо собственника, без какого-либо правового основания (титула).

Добросовестность давностного владельца определяется, прежде всего, на момент получения имущества во владение, причем в данный момент давностный владелец не имеет оснований считать себя кем-либо, кроме как собственником соответствующего имущества.

По смыслу закона добросовестным может быть признано только такое владение, когда лицо, владеющее имуществом, имеющим собственника, не знает и не может знать о незаконности своего владения, поскольку предполагает, что собственник от данного имущества отказался.

Отсутствие добросовестности владения, установленное судом, влечет невозможность приобретения вещи владельцем в порядке приобретатетльной давности.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не установлено федеральным законом.

В судебном заседании установлено, подтверждается материалами дела и никем не оспаривается, что 04.12.2000 между Администрацией г. Вихоревка и ФИО1 заключен договор на заселение вторичного жилья, по условиям которого Администрация г. Вихоревка выделила и предоставила ФИО1 взамен идущего под снос ветхого жилья в зоне БАМа квартиру, расположенную по адресу: <...>, площадью 40,88/27,02 кв.м., состоящую их двух комнат, в составе семьи из 1 человека.

27.12.2000 Администрацией г. Вихоревка выдан ФИО1 ордер серии А № 305 на вселение в жилое помещение по адресу: <...>.

На основании вышеуказанного ордера 01.01.2001 между балансодержателем жилого фонда Вихоревское МПКХ (наймодатель) и ФИО1 (наниматель) заключен договор найма жилого помещения в домах государственного и муниципального жилого фонда № 3458, в соответствии с которым наймодатель предоставил нанимателю и членом его семьи во владение и пользование для проживания в нем изолированное жилое помещение по адресу: <...>.

02.11.2004 между ЗАО «БЭС» и ФИО1 заключен договор № 7073 об отпуске и потреблении электроэнергии по электроустановке, находящейся по адресу: <...>.

01.05.2008 между ООО «Наш Дом-2» и ФИО1 заключен договор управления многоквартирным домом по содержанию и ремонту общего имущества в многоквартирном жилом доме, расположенном по адресу: <...>.

Согласно справке ООО «ШАЛЕ» от 13.06.2019, с 01.05.2008 по настоящее время ответственным плательщиком коммунальных услуг по жилому помещению, расположенному по адресу: <...>, является ФИО1, которой состоит по указанному адресу на регистрационном учете с 06.02.2001.

Из справок ООО «ОВУК», ООО «ШАЛЕ» выданных 25.11.2022, 28.11.2022 на имя ФИО1, усматривается, что задолженность за предоставление коммунальных услуг по жилому помещению, расположенному по адресу: <...>, отсутствует.

В материалы дела представлены квитанции на оплату коммунальных услуг, выставляемых как на имя ФИО6, ФИО3, ФИО7, ФИО5 (за май 2019 года на оплату за капитальный ремонт), так и на имя ФИО1 (на оплату за содержание и ремонт жилого помещения, предоставление коммунальных услуг, электроэнергию).

Вместе с тем, в ходе судебного разбирательства судом также достоверно установлено, что на основании договора купли-продажи квартиры от 24.03.1999, удостоверенного нотариусом Вихоревского нотариального округа Иркутской области ФИО10 24.03.1999 за № 1190, зарегистрированного в реестре 01.02.2001 за № 38-01/03-6/2001-48, собственниками по 1/4 доли в праве общей долевой собственности квартиры, расположенной по адресу: <...>, являются ФИО6, ФИО3, ФИО7, ФИО5, что подтверждается договором купли-продажи квартиры от 24.03.1999, передаточным актом от 24.03.1999, свидетельствами о государственной регистрации права от 08.02.2001.

Данные обстоятельства также подтверждаются выписками из Единого государственного реестра недвижимости от 17.04.2019, 04.09.2022, а также техническим паспортном жилого помещения (квартиры), расположенной по адресу: <...>.

Из представленных в материалы дела доверенностей 38 АА 0242185, 38 АА 0150436, 38 АА 0242186 выданных 11.02.2010, 22.12.2009, 11.02.2010, 12.08.2010 усматривается, что ФИО6, ФИО3, ФИО7, ФИО5 уполномочили ФИО11 продать за цену и на условиях по своему усмотрению принадлежащие им по 1/4 доли в праве общей долевой собственности на квартиру, находящуюся по адресу: <...>. Доверенности выданы сроком на один год.

Как следует из договора дарения доли в праве общей долевой собственности на квартиру 38 АА 3349959 от 26.10.2022, удостоверенного нотариусом Вихоревского нотариального округа Иркутской области ФИО10, ФИО6 и ФИО7 подарили ФИО3 принадлежащую им 1/2 долю в праве общей долевой собственности на квартиру, расположенную по адресу: <...>. Договор зарегистрирован в установленном законом порядке 26.10.2022 за номером 38:02:010110:600-38/358/2022-5, что также подтверждается выпиской из Единого государственного реестра недвижимости о переходе прав на объект недвижимости от 01.12.2022.

Таким образом, в судебном заседании установлено, что на дату рассмотрения настоящего спора, собственниками спорного жилого помещения являются ФИО5 (1/4 доля) и ФИО3 (3/4 доли).

Допрошенная в судебном заседании 01.12.2022 свидетель ФИО11 пояснила, что с 1997 года она с истцом состоит в гражданском браке. В настоящее время она проживает в г. Братске, а истец постоянно находится в командировках в г. Братске или в г. Вихоревке. Ранее они проживали на ул. Звездной. Также пояснила, что ФИО1 ей сказал, что поскольку будет сноситься дом по ул. Звездной, ему выделена квартира по адресу: ул. Дзержинского, д. 38, кв. 17. После того как он вселился в спорную квартиру она приехала к нему на следующий день, вещей А-ных уже не было, и они стали жить в этой квартире постоянно, но потом по обстоятельствам ей пришлось выехать в г. Братск. Со стороны А-ных меры по вселению не предпринимались. Однако, жена ФИО3 предлагала истцу выкупить квартиру, но когда она пошла, собирать документы, у них было двое несовершеннолетних детей, она обратилась в опеку проконсультироваться, ей там сказали, что для продажи квартиры необходимо на счет двоих детей положить деньги от стоимости квадратных метров их долей. На тот момент у них денег не было, поэтому все осталось на месте.

Допрошенная в судебном заседании 16.12.2022 свидетель ФИО12 пояснила, что с 2013 года она проживает по адресу: <...>, истца знает с 2003 года, когда устроилась на работу, также он является ее соседом. Не видела, чтобы истец проводил ремонтные работы, так как они работают в разное время (истец на работе, она дома или наоборот). У них часто коммунальные организации вывешивают списки о задолженности по коммунальным услугам, ФИО1 в данных списках ни разу не видела. Об обстоятельствах вселения истца в спорную квартиру она ничего не знает.

Оценивая в совокупности установленные по делу обстоятельства и перечисленные нормы закона, суд приходит к выводу об отсутствии обстоятельств, с которыми закон связывает возникновение права собственности в порядке приобретательной давности, поскольку на момент вселения в квартиру, расположенную по адресу: <...>, ФИО1 знал и должен был знать об отсутствии основания возникновения у него права собственности, поскольку владел, пользовался жилым помещением как наниматель, также ему с 2002 года было достоверно известно, что собственниками жилого помещения являются ФИО6, ФИО3, ФИО7, ФИО5 (по ? доли у каждого), поскольку он начал заниматься вопросом приватизации спорного жилого помещения, о чем сам пояснил истец в ходе судебного разбирательства 16.12.2022.

При этом доказательств, свидетельствующих о том, что при вселении в спорную квартиру в 2000 году истец не знал и не мог знать об отсутствии у него оснований возникновения права собственности на данное жилое помещение, материалы дела не содержат. Фактически проживая в спорной квартире, истец знал об отсутствии основания возникновения у него права собственности на эту квартиру, а длительное проживании истца в квартире и пользование ею сами по себе не свидетельствуют о владении спорным объектом недвижимости как своим собственным.

Доказательств того, что участники долевой собственности отказались от своих прав на спорную квартиру, суду истцом также не представлено в нарушение положений статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Отказ собственника от права собственности на принадлежащее ему имущество может быть выражен в форме объявления об этом, либо совершения других действий, определенно свидетельствующих о его устранении от владения, пользования и распоряжения имуществом без намерения сохранить какие-либо права на это имущество (пункт 1 статьи 236 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Исходя из имеющихся в деле доказательств, ФИО6, ФИО3, ФИО7, ФИО5 каких-либо действий, свидетельствующих об отказе от права собственности на спорную квартиру в пользу истца, не совершали.

Доводы ответчика ФИО3 и ФИО6 о том, что они для Администрации Вихоревского городского поселения писали официальный отказ от квартиры, не нашли своего подтверждения. Как следует из сообщения Администрации Вихоревского городского поселения от 08.02.2023, жилое помещение, расположенное по адресу: <...>, не является муниципальной собственностью Вихоревского муниципального образования, сведениями о собственниках, арендаторах указанной квартиры Администрация не располагает, в архиве Администрации имеется корешок ордера от 27.12.2000 на право занятия спорной квартирой, выданного ФИО1

Доводы представителя истца о том, что ответчики, действуя очевидно недобросовестно, приобрели право собственности на оспариваемый объект 01.02.2001, выселились из спорной квартиры и впоследствии длительное время не заявляли о своих правах на оспариваемый объект недвижимости, суд не принимает во внимание, поскольку до вселения истца в квартиру 24.03.1999 ответчиками был заключен договор купли-продажи на спорную квартиру, который 24.03.1999 удостоверен нотариусом, при этом условия договора не противоречат законодательству, сторонами сделки осуществлено ее реальное исполнение, имущество передано по передаточному акту от 24.03.1999, переход права собственности на основании договора зарегистрирован в установленном законом порядке 01.02.2001, следовательно, в действиях ответчиков отсутствуют признаки недобросовестности по приобретению ими права собственности на спорную квартиру.

Сам по себе факт непроживания в спорной квартире ответчиков и неоплата ими коммунальных платежей не является бесспорным доказательством, подтверждающим их устранение от владения, пользования и распоряжения принадлежащим им имуществом в виде спорной квартиры.

Более того, семья А-ных в 2010 году пыталась распорядиться спорным имуществом, что подтверждается представленными стороной истца доверенностями на продажу спорного имущества, пояснениями сторон, а также показаниями свидетеля ФИО11, оснований не доверять которым у суда нет, поскольку ее показания согласуются с письменными материалами дела. Однако, договор купли-продажи заключен не был, в связи с отказом истца, о чем в ходе судебного разбирательства пояснили стороны.

В связи с чем, довод стороны истца о том, что ответчики с момента своего выезда никакого интереса к квартире не проявляли, выселить его из квартиры попыток не предпринимали, признается судом несостоятельным.

Поскольку п. 5 ст. 10 ГК РФ установлено, что добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, условие о добросовестности владения считается установленным, если заинтересованное лицо не смогло опровергнуть презумпцию добросовестности.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу, что ФИО1 на протяжении последних восемнадцати лет (пятнадцать лет - срок приобретательной давности, три года - срок исковой давности по требованию об истребовании имущества из чужого незаконного владения) владения спорной квартирой, расположенной по адресу: <...>, было известно, что титульными собственниками спорного объекта являются А-ны, доказательств того, что он добросовестно заблуждался относительно возникновения у него прав на квартиру, имел достаточные основания полагать, что соответствующее право на жилое помещение возникло у него, в материалах дела отсутствуют.

Сам по себе факт несения ФИО1 бремени определенных расходов на содержание не принадлежащего ему имущества, как и длительное непрерывное проживание в спорной квартире, не порождает правовых последствий в виде приобретения права собственности на него в силу приобретательной давности, поскольку такое пользование нельзя признать добросовестным в контексте статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Более того, в силу статей 153, части 12 статьи 155 Жилищного кодекса Российской Федерации обязанность содержания жилья и внесению коммунальных платежей возникает не только у собственника жилого помещения, но и у временных жильцов, у лиц, фактически проживающих в данном помещении и пользующихся коммунальными услугами.

Принимая во внимание вышеизложенное в совокупности, суд приходит к выводу, что при отсутствии добросовестного владения истца спорной квартирой на протяжении срока, с истечением которого может возникнуть соответствующее право, его исковые требования об установлении факта добросовестного, открытого и непрерывного владения имуществом на правах собственника в течении срока приобретательной давности жилым помещением – квартирой, расположенной по адресу: <...>, кадастровый номер 38:02:010110:600, признании права собственности на спорное жилое помещение, удовлетворению не подлежат.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО3, ФИО5 об установлении факта добросовестного, открытого и непрерывного владения имуществом на правах собственника в течении срока приобретательной давности жилым помещением – квартирой, расположенной по адресу: <...>, кадастровый номер 38:02:010110:600, признании права собственности в силу приобретательной давности на жилое помещение (квартиру), расположенную по адресу: <...>, кадастровый номер 38:02:010110:600 - отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Иркутский областной суд через Братский районный суд Иркутской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Е.Н. Громова

Дата изготовления мотивированного решения суда – 16.02.2023.