Решение по делу № 2-526/2025 от 11.02.2025

Производство № 2-526/2025 (2-7213/2024;)

УИД 28RS0004-01-2024-014512-11

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

11 февраля 2025 года город Благовещенск

Благовещенский городской суд Амурской области в составе:

председательствующего судьи Громовой Т.Е.,

при секретаре судебного заседания Фроловой А.А.,

с участием: представителя истца ФИО1 – ФИО2, третьего лица ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО4 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, взыскании судебных расходов,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в Благовещенский городской суд Амурской области с настоящим иском к ФИО4. Как следует из изложенных в заявлении обстоятельств, устных пояснений представителя истца в судебном заседании, 31.08.2024 года в 13:39 часов в ***, произошло дорожно-транспортное происшествие с участием двух автомобилей: «TOYOTA PRIUS ALPHA HYBRID», государственный регистрационный знак ***, принадлежащего на праве собственности ФИО1, и «MAZDA DEMIO», государственный регистрационный знак ***, принадлежащего на праве собственности ФИО4 (ответчику). иной информации об ответчике в документах из ГИБДД не имеется.

Виновником ДТП признан водитель ФИО3, *** года рождения, водительское удостоверение серия ***, адрес регистрации: ***, ***, т. ***, которая управляла транспортным средством «MAZDA DEMIO», государственный регистрационный знак ***.

Ответственность потерпевшего лица застрахована в СК «Согласие», страховой полис серия XXX ***. Ответственность виновного лица не застрахована.

Как следует из обстоятельств ДТП, указанных в постановлении ***: водитель ФИО3, которая управляла транспортным средством «MAZDA DEMIO», государственный регистрационный знак ***, не выдержала безопасную дистанцию до движущегося попутно впереди автомобиля «TOYOTA PRIUS ALPHA HYBRID», государственный регистрационный знак ***, и совершила столкновение с ним.

В результате указанного ДТП автомобилю истца был причинен материальный ущерб. Согласно приложению к административному материалу, у автомобиля «TOYOTA PRIUS ALPHA HYBRID», государственный регистрационный знак ***, имеются повреждения: задний бампер, скрытые повреждения.

Инспектор ДПС ОБДПС ГИБДД отразил в приложении к административному материалу по ДТП не все повреждения транспортного средства, в связи с тем, что не имеет специального образования в области исследования технических повреждений и установления технологии, объёма и стоимости их восстановления.

Для исследования технических повреждений и установления технологии, объёма и стоимости их восстановления, образовавшихся в результате ДТП заявитель обратился в независимую экспертную организацию к ИП ФИО5 Данная экспертиза произведена в строгом соответствии с требованиями, установленными ФЗ-40 «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», Положением Банка России от 19 сентября 2014 г. №431-П «О правилах обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств», Положением Банка России от 19 сентября 2014 г. №433-П «О правилах проведения независимой технической экспертизы транспортного средства», Положением Банка России от 19 сентября 2014 г. №432-П «О единой методике определения расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства». Страховая компания заблаговременно приглашалась на осмотр поврежденного имущества. Все расчёты произведены в строгом соответствии с установленными едиными справочниками, утверждёнными в соответствии с действующим законодательством. Президиумом Российского союза автостраховщиков. Эксперт-техник, подготовивший заключение, прошёл соответствующую подготовку и состоит в едином реестре экспертов-техников, ведение которого осуществляется Министерством юстиции РФ. Согласно экспертному заключению № 134 об определении размера расходов восстановительного ремонта (без учета износа) транспортного средства «TOYOTA PRIUS ALPHA HYBRID», государственный регистрационный знак *** составляет 91 000 рублей.

В ходе проведения осмотра установлены марка, модель, модификация объекта осмотра, основные конструктивные и функциональный параметры транспортного средства и его агрегатов, узлов и механизмов соответствуют записям в регистрационных документах. Повреждения автомобиля не препятствуют проведению осмотра.

За оказанные услуги на проведение независимой технической экспертизы истец заплатил ИП ФИО5 4 000 рублей, что подтверждается документами в приложении.

Для составления претензии по данному делу заявитель вынужден был обратиться за квалифицированной юридической помощью к ФИО6. Стоимость услуг по договору составляет 50 000 рублей в досудебном порядке.

На основании изложенного, ссылаясь на положения ст. 1064 ГК РФ, уточнив в порядке ст. 39 ГПК РФ исковые требования, истец просит взыскать с ответчика ФИО4 в свою (истца) пользу стоимость восстановительного ремонта (без учёта износа запасных частей) «TOYOTA PRIUS ALPHA HYBRID», государственный регистрационный знак *** в размере 91 000 рублей, расходы на проведение независимой технической экспертизы в размере 40 000 рублей, расходы по оплате услуг представителя в размере 50 000 рублей, расходы по оплате государственной пошлины в размере 4000 рублей.

Определениями Благовещенского городского суда Амурской области от 01.11.2024 года, от 11.12.2024 года к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО3, ООО СК «Согласие».

Будучи извещенным о времени и месте судебного заседания в него не явились истец, обеспечил явку своего представителя, представитель третьего лица ООО СК «Согласие», а также ответчик, доказательств уважительности причин неявки не представили, заявлений об отложении рассмотрения дела от третьих лиц не поступало.

Согласно ч. 1 ст. 113 ГПК РФ, лица, участвующие в деле, извещаются о времени и месте судебного заседания заказным письмом с уведомлением о вручении, судебной повесткой с уведомлением о вручении, телефонограммой или телеграммой, по факсимильной связи либо с использованием иных средств связи и доставки, обеспечивающих фиксирование судебного извещения или вызова и его вручение адресату.

Судом были предприняты достаточные меры по извещению ответчика ФИО4 о дате и времени судебного заседания.

Как следует из искового заявления, истец указал адрес проживания ответчика ФИО4: ***.

Согласно адресной справке Отдела адресно-справочной работы УВМ УМВД России по Амурской области от 01.10.2024 года, ответчик ФИО4, *** года рождения, уроженка ***, с 19.07.2018 года зарегистрирована по адресу: ***, документирована паспортом серия ***

Однако, ответчик ФИО4 адресованную ей почтовую корреспонденцию в отделении связи не получает. Судебные уведомления о дате, времени и месте рассмотрения дела возвращены в суд не врученными, с отметками об истечении срока хранения.

Данными об ином месте жительства ответчика ФИО4 суд не располагает.

Передать ответчику ФИО4 сообщение по телефону также не представилось возможным. Согласно полученным ответам на запросы суда, ФИО4, *** года рождения, не является абонентом мобильной связи сотовых операторов ПАО «ВымпелКом», ПАО «МТС», ПАО «МегаФон».

В силу ст. 167 ГПК РФ, лица, участвующие в деле, обязаны известить суд о причинах неявки и представить доказательства уважительности этих причин. В случае, если лица, участвующие в деле, извещены о времени и месте судебного заседания, суд откладывает разбирательство дела в случае признания причин их неявки уважительными. Суд может отложить разбирательство дела по ходатайству лица, участвующего в деле, в связи с неявкой его представителя по уважительной причине.

Исходя из буквального толкования указанной нормы гражданско-процессуального законодательства, причина неявки лица, участвующего в деле должна быть уважительной, вместе с тем, доказательств уважительности причин неявки в суд ответчик не предоставил.

При этом, в соответствии с ч. 1 ст. 165.1 ГК РФ, сообщение считается доставленным и в тех случаях, если оно поступило лицу, которому оно направлено (адресату), но по обстоятельствам, зависящим от него, не было ему вручено или адресат не ознакомился с ним.

Согласно п. 68 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», ст. 165.1 ГК РФ подлежит применению также к судебным извещениям и вызовам, если гражданским процессуальным или арбитражным процессуальным законодательством не предусмотрено иное.

В соответствии со ст. ст. 35, 118 ГПК РФ, лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами. Лица, участвующие в деле, обязаны сообщить суду о перемене своего адреса во время производства по делу. При отсутствии такого сообщения судебная повестка или иное судебное извещение посылаются по последнему известному месту жительства или месту нахождения адресата и считаются доставленными, хотя бы адресат по этому адресу более не проживает или не находится.

Поскольку направляемая в адрес ответчиков корреспонденция адресатами не востребовалась, о перемене места жительства ответчики не сообщали, органы, отвечающие за регистрацию и учет граждан по месту жительства, в известность не поставили, судебные извещения, направленные ответчикам по последнему известному месту жительства в соответствии со ст. 118 ГПК РФ считаются доставленными.

Из п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» следует, что по смыслу п.1 ст. 165.1 ГК РФ юридически значимое сообщение, адресованное гражданину, должно быть направлено по адресу его регистрации его регистрации по месту жительства или пребывания либо по адресу, который гражданин указал сам (например, в тексте договора), либо его представителю (пункт 1 статьи 165.1 ГК РФ). При этом необходимо учитывать, что гражданин несет риск последствий неполучения юридически значимых сообщений, доставленных по адресам, перечисленным в абзацах первом и втором настоящего пункта, а также риск отсутствия по указанным адресам своего представителя. Сообщения, доставленные по названным адресам, считаются полученными, даже если соответствующее лицо фактически не проживает (не находится) по указанному адресу.

Таким образом, судебные извещения, направленные ответчику ФИО4 по адресу её регистрации, в соответствии со ст.118 ГПК РФ, считаются доставленными.

Непринятие ответчиком мер к получению поступающей в его адрес корреспонденции не является для суда препятствием к рассмотрению дела в их отсутствие.

Кроме того, информация о рассмотрении данного дела в соответствии с положениями Федерального закона от 22.12.2008 № 262-ФЗ «Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации» была размещена на официальном сайте Благовещенского городского суда Амурской области (http://blag-gs.amr.sudrf.ru) в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

Учитывая, что дело неоднократно назначалось к слушанию, ответчик ФИО4 о времени и месте судебного заседания извещались по адресу регистрации: ***, корреспонденция возвращена в суд «за истечением срока хранения», суд расценивает извещение ответчика ФИО4 как надлежащее. Принимая во внимание, что в силу ч. 1 ст. 35 ГПК РФ, лица, участвующие в деле, обязаны добросовестно пользоваться принадлежащими им правами, в том числе и на получение судебных извещений, учитывая, что лицо само определяет объем своих прав и обязанностей в гражданском процессе, а, определив, реализует их по своему усмотрению, а также учитывая положения ч. 1 ст. 46 и ч. 3 ст. 17 Конституции РФ, а также положения ст. 154 ГПК РФ, предусматривающей сроки рассмотрения дела в суде, суд, на основании правил ст. 167 ГПК РФ, ст. 165.1 ГК РФ, с учетом мнения участников процесса, не возражавших против рассмотрения дела в отсутствие неявившихся истца, ответчика и представителя третьего лица ООО СК «Согласие», определил рассмотреть дело при данной явке, по имеющимся в деле доказательствам.

В судебном заседании представитель истца настаивал на удовлетворении исковых требований, с учетом их уточнений, в полном объеме, поддержал доводы, изложенные в исковом заявлении.

В судебном заседании третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора ФИО3, выступающая на стороне ответчика, с иском не согласились. В обоснование своих возражений, указала, что управляла автомобилем с согласия ответчика, на которую зарегистрирован спорный автомобиль. Указала, что ответчик ФИО4, которая является её тетей, знает о настоящем судебном заседании. Считает, что дорожное – происшествие, в котором она участвовала, является автоподставой, о чем заявила инспектору ДПС при оформлении дорожно – транспортного происшествия, при этом не сообщила, что у нее имеется свидетель. Считает, что истец сам нарушил Правила дорожно-происшествия, так как перед столкновением «подрезал» его автомобиль.

Выслушав пояснения представителя истца, третьего лица, изучив материалы гражданского дела, суд пришел к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, 31.08.2024 года в 13:39 в <...>, произошло дорожно-транспортное происшествие с участием водителей: ФИО1, управлявшего автомобилем «TOYOTA PRIUS ALPHA HYBRID», государственный регистрационный знак ***, и ФИО3, управлявшей автомобилем «MAZDA DEMIO», государственный регистрационный знак ***, совершившего столкновение с автомобилем «TOYOTA PRIUS ALPHA HYBRID», государственный регистрационный знак ***.

В результате указанного происшествия принадлежащему истцу автомобилю причинены механические повреждения.

Из материалов административного производства (протокола 28 АП 842922 об административном правонарушении от 31.08.2024 года) следует, что водитель ФИО3, управляя автомобилем «MAZDA DEMIO», государственный регистрационный знак ***, в нарушение п. 9.10 Правил дорожного движения, не выдержала безопасную дистанцию до двигающегося попутно впереди автомобиля «TOYOTA PRIUS ALPHA HYBRID», государственный регистрационный знак ***, и совершил столкновение с ним.

Постановлением по делу об административном правонарушении №18810028240000903560 от 31.08.2024 года, водитель ФИО3 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.15 КоАП РФ, подвергнут штрафу в размере 1500 рублей. Указанное постановление не обжаловано участниками, вступило в законную силу.

Каких-либо доказательств в подтверждение своих доводов о том, что в спорном дорожно-транспортном происшествии имеется вина водителя ФИО1, а вина водителя ФИО3 отсутствует, в нарушение положений ст. 56 ГПК РФ, ответчиком, третьим лицом ФИО3 суду не представлено и в материалах дела таких не имеется. Факт вины ФИО3 в произошедшем 31.08.2024 года дорожно-транспортном происшествии, вследствие которого транспортному средству истца были причинены повреждения, суд считает установленным.

В соответствии с ч. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Как следует из приложения к административному материалу по ДТП, гражданская ответственность владельца транспортного средства ФИО1 была застрахована в ООО СК «Согласие», страховой полис серия ХХХ № 0408733826.

Транспортное средство «TOYOTA PRIUS ALPHA HYBRID», государственный регистрационный знак ***, принадлежит ФИО1 на праве собственности, что подтверждается свидетельством о регистрации транспортного средства № 99 34 458667 от 29.05.2021 года, карточкой учета транспортного средства.

Согласно административному материалу по факту ДТП от 31.08.2024 года собственником автомобиля «MAZDA DEMIO», государственный регистрационный знак ***, является истец – ФИО4.

Исходя из ответа на запрос врио начальника МРЭО ГИБДД УМВД России Амурской области Гонта Е.В. от 09.10.2024 года, автомобиль марки «MAZDA DEMIO», государственный регистрационный знак ***, с 27.10.2022 года по настоящее время зарегистрирован за ФИО4, *** года рождения, что подтверждается карточкой учета транспортного средства.

Исходя из приложения о ДТП и объяснений сторон, на момент ДТП автогражданская ответственность водителя ФИО3 застрахована не была.

При таких обстоятельствах вред истцу от ДТП должен быть возмещен по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством.

Рассматривая вопрос о размере компенсации материального ущерба, причиненного истцу в результате дорожно-транспортного происшествия, суд приходит к следующему.

В соответствии с положениями ст. 393 ГК РФ при определении убытков принимаются во внимание цены, существовавшие в том месте, где обязательство должно было быть исполнено добровольно, а если требование добровольно удовлетворено не было - в день предъявления иска. Исходя из обстоятельств, суд может удовлетворить требования о возмещении убытков, принимая во внимание цены, существующие в день вынесения решения.

Для определения размера стоимости восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства ФИО1 обратился за проведением независимой экспертизы, что подтверждается договором № 134 от 03.09.2024 года, который был заключен между ним и индивидуальным предпринимателем ФИО5, объект экспертизы – транспортное средство «TOYOTA PRIUS ALPHA HYBRID», государственный регистрационный знак ***.

Согласно представленному истцом экспертному заключению № 134 от 03.09.2024 года Об определении размера расходов на восстановительный ремонт транспортного средства «TOYOTA PRIUS ALPHA HYBRID», государственный регистрационный знак ***, принадлежащий ФИО1, стоимость восстановительного ремонта (без учета износа запасных частей) транспортного средства «TOYOTA PRIUS ALPHA HYBRID», государственный регистрационный знак *** на дату 31.08.2024 года составляет 91 000 рублей.

В акте осмотра транспортного средства к экспертному заключению № 134 (дата осмотра 03.09.2024 года) указаны поврежденные элементы (бампер задний, боковина задняя правая), характер и степень повреждения элементов, вид ремонтного воздействия.

Наличие, характер и объем (степень) технических повреждений, причиненных ТС, определены при осмотре и зафиксированы в Акте осмотра транспортного средства к экспертному заключению № 134 от 03.09.2024 года (л.д. 20 (Приложение № 1)) и фототаблицах (л.д. 21-23 (Приложение № 2), являющимися неотъемлемой частью экспертного заключения. Технология и объем необходимых ремонтных воздействий зафиксирован в калькуляции экспертного заключения № 134 от 03.09.2024 года по определению стоимости восстановительного ремонта транспортного средства «TOYOTA PRIUS ALPHA HYBRID», государственный регистрационный знак *** (л.д. 16-17). Все повреждения транспортного средства могли быть получены при обстоятельствах, указанных в документах, оформленных компетентными органами, и в иных документах, содержащих информацию относительно указанных обстоятельств.

Доказательств несоразмерности заявленной ко взысканию суммы размеру причиненного ущерба в порядке в порядке ст. 56 ГПК РФ не представлено. Ходатайств о назначении судебной автотехнической экспертизы для определения стоимости ущерба транспортного средства, пострадавшего в ДТП, от стороны ответчика не поступало.

В силу пункта 1 статьи 8 Гражданского кодекса РФ гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

В соответствии с этим гражданские права и обязанности возникают в том числе, вследствие причинения вреда другому лицу.

Согласно статье 12 ГК РФ защита гражданских прав осуществляется путем возмещения убытков.

В силу пункта 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Согласно пункту 2 статьи 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В силу ст. 15, ч. 1 ст. 1064 ГК РФ, лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб). Вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Пунктом 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 данного кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.) (абзац второй пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как указал Конституционный Суд РФ в Определении от 28.05.2009 № 581 - О-О, правило п. 2 ст. 1064 ГК РФ, устанавливающее в рамках общих оснований ответственности за причинение вреда презумпцию вины причинителя вреда и возлагающее на последнего бремя доказывания своей невиновности, направлено на обеспечение возмещения вреда и тем самым - на реализацию интересов потерпевшего.

Следовательно, в случае неисполнения причинителем вреда лежащей на нем обязанности по представлению доказательств, подтверждающих отсутствие его вины, для него наступают соответствующие правовые последствия в виде обязанности по возмещению причиненного вреда, что согласуется с нормами статей 35, 56 ГПК РФ, предусматривающими процессуальную ответственность за отказ стороны от представления доказательств.

Исходя из данной правовой нормы, законным владельцем источника повышенной опасности, на которого законом возложена обязанность по возмещению вреда, причиненного в результате использования источника повышенной опасности, является юридическое лицо или гражданин, эксплуатирующие источник повышенной опасности в момент причинения вреда в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, права оперативного управления, либо в силу иного законного основания.

Таким образом, субъектом ответственности за причинение вреда источником повышенной опасности является лицо, которое обладало гражданско-правовыми полномочиями по использованию соответствующего источника повышенной опасности и имело источник повышенной опасности в своем реальном владении, использовало его на момент причинения вреда.

Следовательно, для возложения на лицо обязанности по возмещению вреда, причиненного источником повышенной опасности, необходимо установление его юридического и фактического владения источником повышенной опасности, на основании представленных суду доказательств.

Владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц.

Владельцы источников повышенной опасности солидарно несут ответственность за вред, причиненный в результате взаимодействия этих источников (столкновения транспортных средств и т.п.) третьим лицам по основаниям, предусмотренным пунктом 1 данной статьи.

Как следует из разъяснений, данных в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», при наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания, ответственность по возмещению вреда может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности, в долевом порядке в зависимости от степени вины каждого из них (например, если владелец транспортного средства оставил автомобиль на неохраняемой парковке открытым с ключами в замке зажигания, то ответственность может быть возложена и на него).

Исходя из изложенных норм Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что законный владелец источника повышенной опасности и лицо, завладевшее этим источником повышенной опасности и причинившее вред в результате его действия, несут ответственность в долевом порядке в зависимости от степени вины каждого из них при совокупности условий, а именно - наличие противоправного завладения источником повышенной опасности лицом, причинившим вред, и вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания. При этом перечень случаев и обстоятельств, при которых непосредственный причинитель вреда противоправно завладел источником повышенной опасности при наличии вины владельца источника повышенной опасности в его противоправном изъятии лицом, причинившим вред, не является исчерпывающим. Вина может быть выражена не только в содействии противоправному изъятию источника повышенной опасности из обладания законного владельца, но и в том, что законный владелец передал полномочия по владению источником повышенной опасности другому лицу, использование источника повышенной опасности которым находится в противоречии со специальными нормами и правилами по безопасности, содержащими административные требования по его охране и защите.

По смыслу статей 210, 1079 ГК РФ, гражданско-правовой риск возникновения вредных последствий при использовании источника повышенной опасности возлагается на его собственника и при отсутствии его вины в непосредственном причинении вреда, как на лицо, несущее бремя содержания принадлежащего ему имущества. Собственник источника повышенной опасности несет обязанность по возмещению причиненного этим источником вреда, если не докажет, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего, либо, что источник повышенной опасности выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц или был передан иному лицу в установленном законом порядке.

Как следует из пункта 19 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина», под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на управление транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности).

Для возложения на лицо обязанности по возмещению вреда, причиненного источником повышенной опасности, необходимо установление его юридического и фактического владения источником повышенной опасности на основании представленных суду доказательств, виды которых перечислены в статье 55 ГПК РФ, подлежащих оценке в соответствии с правилами статьи 67 ГПК РФ.

Статьей 16 Федерального закона от 10 декабря 1995 г. N 196-ФЗ «О безопасности дорожного движения» в пункте 3 предусмотрено, что владельцы транспортных средств должны осуществлять обязательное страхование своей гражданской ответственности в соответствии с федеральным законом.

В соответствии с пунктом 11 Основных положений по допуску транспортных средств к эксплуатации и обязанности должностных лиц по обеспечению безопасности дорожного движения, утвержденных постановлением Совета Министров - Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 г. N 1090, запрещается эксплуатация транспортных средств, владельцы которых не застраховали свою гражданскую ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Передача собственником или иным законным владельцем транспортного средства другому лицу в техническое управление не может рассматриваться как законное основание для передачи титула владения в смысле, вытекающем из содержания статьи 1079 ГК РФ, в силу чего последнее не может считаться законным владельцем источника повышенной опасности и нести ответственность перед потерпевшим за вред, причиненный источником повышенной опасности.

В статье 1 Закона об ОСАГО определено, что владельцами транспортных средств являются собственник транспортного средства, а также лицо, владеющее транспортным средством на праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (право аренды, доверенность на право управления транспортным средством, распоряжение соответствующего органа о передаче этому лицу транспортного средства и тому подобное). Не является владельцем транспортного средства лицо, управляющее транспортным средством в силу исполнения своих служебных или трудовых обязанностей, в том числе на основании трудового или гражданско-правового договора с собственником или иным владельцем транспортного средства (абзац 4).

Соответственно иные лица, управляющие транспортным средством на законном основании (т.е. не в силу исполнения своих служебных или трудовых обязанностей, в том числе на основании трудового или гражданско-правового договора с собственником или иным владельцем транспортного средства), являются владельцами транспортного средства.

В силу пункта 2 статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник вправе по своему усмотрению передавать другим лицам, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом.

Передача транспортного средства другому лицу права управления им, в том числе с передачей ключей и регистрационных документов на автомобиль, не является безусловным основанием для вывода о переходе права владения в установленном законом порядке.

При возникновении спора о том, кто являлся законным владельцем транспортного средства в момент причинения вреда, обязанность доказать факт перехода владения должна быть возложена на собственника этого транспортного средства.

В силу п. 1 ст. 4 Федерального закона от 25.04.2002 № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», владельцы транспортных средств обязаны на условиях и в порядке, которые установлены настоящим Федеральным законом и в соответствии с ним, страховать риск своей гражданской ответственности, которая может наступить вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц при использовании транспортных средств.

Положениями п. 6 ст. 4 Федерального закона от 25.04.2002 N 40-ФЗ, установлено, что владельцы транспортных средств, риск ответственности которых не застрахован в форме обязательного и (или) добровольного страхования, возмещают вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу потерпевших, в соответствии с гражданским законодательством.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 27 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.12.2017 № 58 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» если гражданская ответственность причинителя вреда не застрахована по договору обязательного страхования, осуществление страхового возмещения в порядке прямого возмещения ущерба не производится. В этом случае вред, причиненный имуществу потерпевших, возмещается владельцами транспортных средств в соответствии с гражданским законодательством (глава 59 ГК РФ и пункт 6 статьи 4 Закона об ОСАГО).

В соответствии с ч. 2 ст. 937 ГК РФ если лицо, на которое возложена обязанность страхования, не осуществило его или заключило договор страхования на условиях, ухудшающих положение выгодоприобретателя по сравнению с условиями, определенными законом, оно при наступлении страхового случая несет ответственность перед выгодоприобретателем на тех же условиях, на каких должно было быть выплачено страховое возмещение при надлежащем страховании.

В случаях, когда обязанность по страхованию своей гражданской ответственности установлена Федеральным законом «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», водитель механического транспортного средства обязан иметь при себе и по требованию сотрудников полиции, уполномоченных на то в соответствии с законодательством Российской Федерации, для проверки страховой полис обязательного страхования гражданской ответственности владельца транспортного средства. Указанный страховой полис может быть представлен на бумажном носителе, а в случае заключения договора такого обязательного страхования в порядке, установленном пунктом 7.2 статьи 15 указанного Федерального закона, в виде электронного документа или его копии на бумажном носителе (п. 2.1.1 Постановления Правительства Российской Федерации от 12 ноября 2012 г. № 1156 «О внесении изменений в некоторые акты Правительства Российской Федерации»).

Учитывая приведенные правовые нормы, регулирующие спорные правоотношения, необходимость соответствующего юридического оформления оснований владения источником повышенной опасности (в том числе оформления страхового полиса ОСАГО, внесения в страховой полис лица, допущенного к управлению транспортным), по настоящему делу судом установлено, что ущерб истцу причинен по вине ФИО3, управлявшей автомобилем, принадлежащим на праве собственности ФИО4, с ее согласия и по своему усмотрению (иного судом не установлено), которая, согласно пояснения третьего лица ФИО3, является её тетей, и действия ФИО4, как законного владельца источника повышенной опасности, передавшего автомобиль другому лицу не могут быть признаны разумными и добросовестными, так как на самого собственника автомобиля и на водителя не был оформлен полис обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, то есть ФИО4. без законных оснований передала автомобиль ФИО3, которая совершила дорожно-транспортное происшествие. Доказательств противоправного завладения источником повышенной опасности ФИО3 в материалы дела стороной ответчика не представлено.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что ответчик ФИО4 на момент рассматриваемого дорожно-транспортного происшествия являлась законным владельцем источника повышенной опасности, в связи с чем именно на неё возлагается ответственность за причиненный истцу вред.

В соответствии со ст. 55 ГПК РФ стороны по делу вправе просить суд о приобщении фотографий, видеозаписей, писем, записок, а также о допросе свидетелей, являющихся очевидцами обстоятельств, которые могут послужить основаниями для положительного решения суда.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

Согласно ст. 60 ГПК РФ обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

В судебном заседании по ходатайству третьего лица ФИО3 неоднократно был допрошен свидетель ФИО7, которая суду показала, что управляла автомобилем и была очевидцем дорожно-транспортного происшествия, которое произошло в августе 2024 года около 12 часов, в обеденное время. По обстоятельствам ДТП пояснила, что двигалась на автомобиле по ул. Амурская в сторону ул. Пионерская. Видела, что третье лицо ФИО3 двигалась на автомобиле «MAZDA» серого цвета, второй водитель управлял автомобилем «PRIUS», серого цвета. При этом одна из машин двигалась по левой стороне дороги, другая по правой. Водитель на «PRIUS» сначала приближался к автомобилю «MAZDA», потом отставал, потом обогнал «MAZDA» и резко затормозил. При этом сам маневр торможения свидетель не видела, предположила, что водитель автомобиля «PRIUS» резко затормозил перед автомобилем «MAZDA», поняла это по обстоятельствам. Когда свидетель ехала сзади автомобиля «PRIUS», видела, как он перестроился вправо, предположила, что между автомобилем «MAZDA» и автомобилем «PRIUS» был промежуток 20 см, когда автомобиль «PRIUS» резко остановился. О том, что водитель автомобиля «PRIUS» резко затормозил перед автомобилем «MAZDA», поняла по ситуации, так как увидела сам факт наезда. Сам момент ДТП свидетель не видела, но предположила, что водитель автомобиля «PRIUS» намеренно допустил столкновение с автомобилем «MAZDA», когда он резко затормозил перед автомобилем «MAZDA». Видела, что автомобилем «PRIUS» управлял мужчина. Ранее с третьим лицом ФИО3 не была знакома. Пояснила, что сотрудникам полиции показания не давала, при этом дала свой номер телефона третьему лицу как свидетель ДТП.

В соответствии со ст. 67 ГПК РФ, суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

К показаниям свидетеля ФИО7 суд относится критически, поскольку данные показания не подтверждают и не опровергают какие-либо юридически значимые обстоятельства по делу, в том числе наличие вины в действиях водителя «TOYOTA PRIUS ALPHA HYBRID», так как свидетель не был непосредственным очевидцем ДТП, видел последствия дорожно-транспортного происшествия, а не сам момент столкновения автомобилей, обстоятельства ДТП, ставшие известные свидетелю, основаны на предположениях, свидетель не смог достоверно подтвердить, что в действиях водителя автомобиля «TOYOTA PRIUS ALPHA HYBRID» был умысел на столкновение с автомобилем «MAZDA DEMIO», а потому не принимает свидетельские показания в качестве допустимого доказательства по делу.

Исследовав и оценив представленные в дело доказательства, в том числе, материалы административного дела, объяснения участников процесса, в их совокупности по правилам ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к выводам о том, что ущерб, заявленный истцом к возмещению, был причинен в результате указанного ДТП - действий ФИО3 при управлении им транспортным средством, являющемся источником повышенной опасности, принадлежащим на праве собственности ФИО4 При этом ФИО3 владела данным имуществом на незаконных основаниях, так как не имела при себе оформленный в установленном законом порядке полис ОСАГО, и не была включена в полис ОСАГО.

С учетом изложенного применительно к приведенным выше нормам возмещение вреда истцу возлагается на собственника ФИО4 а не на водителя транспортного средства ФИО3

Допустимых и достоверных доказательств того, что автомобиль истца получил указанные повреждения при иных обстоятельствах, в ином месте или по вине истца, в материалы дела в порядке ст. 56 ГПК РФ не представлено.

В этой связи суд также обращает внимание на то, что повреждения, заявленные истцом и указанные в экспертном заключении (бампер задний, боковина задняя правая), соответствуют установленным в административном материале по факту ДТП (задний бампер, скрытые повреждения).

Анализ экспертного заключения, фотоматериалов осмотра, документов о дорожно-транспортном происшествии дает основание суду сделать вывод о том, что отраженные характер и объем повреждений соответствует обстоятельствам дорожно-транспортного происшествия, а характер и объем восстановительного ремонта транспортного средства соответствует виду и степени указанных повреждений. Доказательств, которые бы ставили под сомнение выводы квалифицированного эксперта-техника, обладающего необходимыми специальными навыками и познаниями, в материалах дела не имеется.

Усматривается, что настоящее экспертное заключение подготовлено в соответствии с положениями и нормативными актами, регулирующих независимую техническую экспертизу транспортных средств не в рамках ОСАГО.

В заключении эксперта – техника ФИО5 содержится описание проведенных исследований, обоснование результатов. Выводы экспертом изложены определенно, не содержат формулировок, допускающих неоднозначное толкование.

Доказательств неверного определения экспертом - техником ответчик суду, в порядке ч. 1 ст. 56 ГПК РФ, не представил.

Исходя из принципа состязательности сторон, закрепленного в статье 12 ГПК РФ, а также положений части 1 статьи 35 ГПК РФ, предусматривающей право заявлять ходатайства, совершать иные процессуальные действия, направленные на представление доказательств в подтверждение своих возражений, положений статей 56, 57 ГПК РФ, лицо, не реализовавшее свои процессуальные права на представление доказательств, несет риск неблагоприятных последствий не совершения им соответствующих процессуальных действий.

При несогласии с размером ущерба, сторона ответчика имела возможность представить свои доказательства о размере причиненного ущерба или заявить ходатайство о проведении по делу судебной экспертизы, однако данным правом не воспользовалась; размер причиненного ущерба ответчиком не опровергнут. Также стороной ответчика не были предложены собственные способы возмещения причиненного вреда в виде натурного ремонта поврежденного автомобиля.

Оснований сомневаться в достоверности и правильности определенной экспертом - техником ФИО5 стоимости ущерба, у суда не имеется, данное экспертное заключение принимается судом в качестве допустимого доказательства по делу, а потому кладется судом в основу принимаемого решения.

С учетом изложенного, оценив имеющиеся в материалах дела доказательства в их совокупности, учитывая правовую позицию, изложенную в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 10 марта 2017 года № 6-П «По делу о проверке конституционности ст. 15, п. 1 ст. 1064, ст. 1072 и п. 1 ст. 1079 ГК РФ в связи с жалобами граждан А.С. Аринушенко, ФИО8 и других», согласно которой, в силу вытекающих из Конституции Российской Федерации, в том числе ее статьи 55 (часть 3), принципов справедливости и пропорциональности (соразмерности) и недопустимости при осуществлении прав и свобод человека и гражданина нарушений прав и свобод других лиц (статья 17, часть 3) регулирование подобного рода отношений требует обеспечения баланса интересов потерпевшего, намеренного максимально быстро, в полном объеме и с учетом требований безопасности восстановить поврежденное транспортное средство, и лица, причинившего вред, интерес которого состоит в том, чтобы возместить потерпевшему лишь те расходы, необходимость осуществления которых непосредственно находится в причинно-следственной связи с его противоправными действиями, истцом заявлены требования о взыскании с причинителя вреда суммы ущерба, рассчитанной экспертом-техником ФИО5, согласно которой замена поврежденных в результате дорожно-транспортном происшествии деталей автомобиля на новые (без учета их износа) не является неосновательным обогащением потерпевшего, поскольку такая замена направлена не на улучшение транспортного средства, а на восстановление его работоспособности, функциональных и эксплуатационных характеристик.

Учитывая изложенное, суд находит обоснованными и подлежащими удовлетворению требования истца ФИО1 о взыскании с ФИО4 91 000 рублей, в возмещение причиненного материального ущерба.

Кроме того, согласно статье 1082 ГК РФ, удовлетворяя требование о возмещении вреда, суд в соответствии с обстоятельствами дела обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить причиненные убытки.

На основании ч. 1 ст. 98 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

В соответствии с частью 1 статьи 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Согласно ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Как следует из дела, истцом понесены расходы на оплату услуг представителя в сумме 50 000 рублей, при этом оказание представительских услуг истцу подтверждается договором на юридическое сопровождение от 05.09.2024 года, заключенного между ФИО1 и ФИО6, ФИО2, согласно пункту п. 4 оплата за предоставленную услугу от Заказчика Исполнителю за рассмотрение дела в суде в размере 50 000 (пятьдесят тысяч) рублей 00 копеек в полном объеме до написания искового заявления, квитанцией к приходному кассовому ордеру № 411 от 05.09.2024 года об оплате ФИО9 50 000 рублей по договору на юридическое сопровождение от 05.09.2024 года, копией нотариальной доверенности № 28 АА 1563778 от 05.09.2024 года, выданной ФИО6, ФИО10, ФИО2, ФИО11, ФИО12 на представление интересов ФИО1, участием представителя истца ФИО2 в судебных заседаниях 01.11.2024 года, 11.02.2025 года, участием представителя истца ФИО6 в судебных заседаниях 27.11.2024 года, 05-11.12.2024 года.

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 17 июля 2007 года № 382-О-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы граждан ФИО13, ФИО14 и Школьной Н.Ю. на нарушение их конституционных прав ч. 1 ст. 100 ГПК РФ, обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя и тем самым - на реализацию требования ст. 17 (ч. 3) Конституции РФ, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Именно поэтому в ч. 1 ст. 100 ГПК РФ речь идет, по существу, об обязанности суда установить баланс между правами лиц, участвующих в деле.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 17 июля 2007 года N 382-О-О, обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя и тем самым - на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Именно поэтому в части первой статьи 100 ГПК Российской Федерации речь идет, по существу, об обязанности суда установить баланс между правами лиц, участвующих в деле. Вместе с тем, вынося мотивированное решение об изменении размера сумм, взыскиваемых в возмещение расходов по оплате услуг представителя, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не доказала его чрезмерность.

Таким образом, законодатель связывает возмещение расходов по оплате услуг представителя с их разумностью.

В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разъяснено, что, разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (часть 3 статьи 111 АПК РФ, часть 4 статьи 1 ГПК РФ, часть 4 статьи 2 КАС РФ). Вместе с тем, в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 ГПК РФ, статьи 3, 45 КАС РФ, статьи 2, 41 АПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства (пункт 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. N 1).

Из приведенных положений процессуального закона следует, что обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя. Критерии оценки разумности расходов на оплату услуг представителя определены в разъяснениях названного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации.

Следовательно, суду в целях реализации одной из основных задач гражданского судопроизводства по справедливому судебному разбирательству, а также обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон при решении вопроса о возмещении стороной судебных расходов на оплату услуг представителя необходимо учитывать, что если сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов, то суд не вправе уменьшать их произвольно, а обязан вынести мотивированное решение, если признает, что заявленная к взысканию сумма издержек носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Определяя сумму расходов на оплату услуг представителя, подлежащих взысканию в пользу ФИО1, проанализировав условия договора, суд исходит из сложности рассматриваемого дела, длительности его рассмотрения, характера нарушенных прав, степени участия в нём представителей истца, объем проведенной представителями истца работы, руководствуясь минимальными ставками вознаграждения адвокатов по аналогичной категории дел, учитывая активное участие представителя истца в ходе рассмотрения гражданского дела, требований разумности и справедливости, отсутствие возражений стороны ответчика против заявленной к взысканию суммы издержек на услуги представителя, и считает необходимым взыскать представительские расходы в сумме 40 000 рублей, отказа в удовлетворении требований о взыскании представительских расходов в большем размере.

При этом, по мнению суда взысканная сумма расходов по оплате услуг представителя соответствует разумному пределу, позволяет соблюсти необходимый баланс процессуальных прав и обязанностей сторон, учитывает соотношение расходов с объемом защищенного права.

Согласно представленным суду договору № 134 на проведение независимой технической экспертизы транспортного средства от 03.09.2024 года, кассовому чеку онлайн-касса Атол о безналичной оплате ФИО5 от 03.09.2024 года, истцом понесены расходы по оценке ущерба в размере 4 000 рублей.

Учитывая удовлетворение заявленных требований ФИО1, поскольку указанные судебные расходы являлись необходимыми для дела, руководствуясь положениями ст. 98 ГПК РФ, с ответчика ФИО4 подлежат взысканию расходы по оплате услуг эксперта в заявленном размере.

Из дела видно, что при обращении в суд с настоящими исковыми требованиями ФИО1 оплатил государственную пошлину в сумме 4 000 рублей, что подтверждается чеком по операции ПАО Сбербанк от 06.09.2024 года на сумму 2 930 рублей, чеком по операции ПАО Сбербанк от 18.09.2024 года на сумму 1 070 рублей

Таким образом, в соответствии с положениями ст. 333.19 НК РФ, ст. 98 ГПК РФ, суд считает необходимым взыскать с ФИО4 в пользу истца ФИО1 расходы на оплату государственной пошлины в указанном размере.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ,

РЕШИЛ:

Взыскать с ФИО4 в пользу ФИО1 в возмещение причиненного материального ущерба 91 000 рублей, расходы по оценке ущерба в размере 4 000 рублей, расходы на услуги представителя в сумме 40 000 рублей, расходы по оплате государственной пошлины в размере 4 000 рублей.

В удовлетворении остальной части иска истцу отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Амурский областной суд через Благовещенский городской суд Амурской области в течение месяца со дня составления решения в окончательной форме.

Судья Т.Е. Громова

Решение в окончательной форме составлено 25 февраля 2025 года