УИД-78RS0019-01-2021-006316-02

Дело № 2-4316/2022

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г.Санкт-Петербург 07 октября 2022 года

Кировский районный суд г.Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего судьи Лебедевой А.С.,

при секретаре Масленниковой Е.В.,

с участием представителя истца ФИО1,

с участием представителя ответчика ФИО2 – ФИО3,

с участием представителя ответчика ФИО4 – ФИО5,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО6 к ООО «Нева Трест», ФИО2, ФИО7, ФИО4 об обязании заключить договор уступки прав требования, признании сделок недействительными, применении последствий недействительности сделок, взыскании компенсации морального вреда,

установил:

ФИО6 обратилась в суд с иском, который впоследствии уточнила к ООО «Нева Трест», ФИО2, ФИО7, ФИО4, и просит суд:

- обязать ООО «Нева Трест» заключить договор уступки прав требования, на условиях указанных в предварительном договоре уступки прав требования и обязанности по договору уступки требования к Договору №302/11 РУ-1 долевого участия в строительстве от 06.02.2019,

- выплатить компенсацию причиненного ФИО6 морального вреда в мере 2 000 000 рублей.

- признать недействительным (ничтожным) предварительный договор уступки (договор купли-продажи) по договору участия в долевом строительстве №77в-ЛЕН/11-19Г от 24.12.2019, заключенный между ФИО2 и ООО «Нева Трест»,

- признать недействительным (ничтожным) договор денежного займа от 24.12.2019, заключенный между ФИО2 (Займодавец), ФИО7 (Заемщик) и ООО «Нева Трест» (Поручитель),

- применить последствия недействительности сделок, а именно:

- признать недействительным соглашение о зачете встречных взаимных требований с условием об отступном от 09.12.2020, заключенное между ФИО2, ФИО7 и ООО «Нева Трест»,

- признать недействительным договор об уступке права требования 09.12.2020, заключенный между ФИО2, ФИО7 и ООО «Нева Трест»,

- аннулировать в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним запись № о регистрации права собственности ФИО2 на <адрес>, расположенную по адресу: <адрес>

- признать недействительным договор купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ФИО2 и ФИО4, запись о регистрации №, от ДД.ММ.ГГГГ.

В обоснование исковых требований истец указала, что 16.10.2019 между ФИО6 и ООО «Нева Трест» заключен предварительный договор уступки прав требования и обязанности по договору уступки требования к Договору №302/11РУ-1 долевого участия в строительстве от 06.02.2019, на основании которого ООО «Нева Трест» обязуется в срок до 20.02.2020 предоставить истцу факт оплаты договора уступки требования к Договору от 16.10.2019, на основании которого ФИО6 была внесена сумма в размере 10 210 000 руб. в депозитную ячейку и заключен договор №233326 проката индивидуального сейфа совместно с ФИО8, действующим по распоряжению генерального директора ООО «Нева Трест».

ООО «Нева Трест» обязалось не позднее трех дней от 20.02.2020 заключить и подписать соглашение об уступке прав требования и обязанности, в соответствии с которым все права будут переданы от ООО «Нева Трест» ФИО6

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2 и ООО «Нева Трест» заключен предварительный договор уступки прав по договору участия в долевом строительстве №77в-ЛЕН/11-19Г жилого многоквартирного дома по адресу: <адрес> согласно которому ООО «Нева Трест» обязалось в срок до 31.03.2020 заключить и подписать соглашение об уступке прав требования и обязанностей либо договор купли-продажи в отношении всех прав и обязанностей по договору 77в-ЛЕН/11-19Г участия в долевом строительстве.

24.12.2019 между ФИО2 (займодавец), ФИО7. (заемщик) и ООО «Нева Трест» (поручитель) заключен договор денежного займа. Согласно п. 2.3 договора займ обеспечивается путем передачи поручителем займодавцу прав на объекты недвижимости, в том числе по договору №302/11РУ-1 от 06.02.2019.

Указывая, что ООО «Нева Трест» заключением договора денежного займа от 24.12.2019 нарушило права ФИО6, предусмотренные предварительным договором и соглашением к нему, тем самым допустило злоупотреблением правом, истец обратилась в суд с данными требованиями.

Представитель истца на основании доверенности в судебное заседание явилась, на удовлетворении исковых требований настаивала.

Представители ответчиков: ФИО2 и ФИО4 в судебное заседание явились, против исковых требований возражали, поддержали письменные возражения.

Остальные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного разбирательства извещались.

В соответствии со ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Суд, изучив материалы дела, заслушав объяснения лиц, явившихся в судебное заседание, приходит к следующему.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно п. 1 ст. 429 Гражданского кодекса Российской Федерации по предварительному договору стороны обязуются заключить в будущем договор о передаче имущества, выполнении работ или оказании услуг (основной договор) на условиях, предусмотренных предварительным договором (пункт 1). Предварительный договор должен содержать условия, позволяющие установить предмет, а также условия основного договора, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение при заключении предварительного договора. В предварительном договоре указывается срок, в который стороны обязуются заключить основной договор (пункт 3). В случаях, если сторона, заключившая предварительный договор, уклоняется от заключения основного договора, применяются положения, предусмотренные пунктом 4 статьи 445 настоящего Кодекса. Требование о понуждении к заключению основного договора может быть заявлено в течение шести месяцев с момента неисполнения обязательства по заключению договора (пункт 5). Обязательства, предусмотренные предварительным договором, прекращаются, если до окончания срока, в который стороны должны заключить основной договор, он не будет заключен либо одна из сторон не направит другой стороне предложение заключить этот договор (пункт 6).

В соответствии с п. 3 ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации, требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании это сделки недействительной.

У заинтересованного лица должно быть законное право или охраняемый законом интерес, защита которого осуществляется путем подачи соответствующего иска, при этом интерес в оспаривании сделки должен быть не просто юридическим, а материально- правовым.

Сам факт обращения в суд не может с достоверностью свидетельствовать о наличии заинтересованности лица. Заинтересованность в признании сделки и применении последствий её недействительности должна быть доказана.

На лице, предъявившем иск о признании сделки недействительной лежит обязанность доказать факт того, что совершение данной сделки повлекло или может повлечь за собой причинение убытков либо возникновение иных неблагоприятных последствий для заявителя (пункт 2 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации. При этом на истца возлагается обязанность обосновать факт причинения убытков.

Как следует из материалов дела, 06.02.2019 между ООО «Воин-В» (застройщик) и ООО «Небострой» (дольщик) заключен договор №302/11/РУ-1 участия в долевом строительстве.

16.10.2019 между ООО «Небострой» (дольщик) и ООО «Нева Трест» заключен договор уступки требования к договору №302/11/РУ-1 участия в долевом строительстве от 06.02.2019. Указанные договоры зарегистрированы в установленном законом порядке.

16.10.2019 между ФИО6 и ООО «Нева Трест» заключен предварительный договор уступки прав требования и обязанности по договору уступки требования к Договору №302/11РУ-1 долевого участия в строительстве от 06.02.2019, на основании которого ООО «Нева Трест» обязуется в срок до 20.02.2020 предоставить истцу факт оплаты договора уступки требования к Договору от 16.10.2019, на основании которого ФИО6 была внесена сумма в размере 10 210 000 руб. в депозитную ячейку и заключен договор №233326 проката индивидуального сейфа совместно с ФИО8, действующим по распоряжению генерального директора ООО «Нева Трест». Стоимость квартиры по данному договору составляет 9 767 209 руб.

ООО «Нева Трест» обязалось не позднее трех дней от 20.02.2020 заключить и подписать соглашение об уступке прав требования и обязанности, в соответствии с которым все права будут переданы от ООО «Нева Трест» ФИО6 (том 1 л.д. 13-14).

Подлинник указанного договора был представлен суду для обозрения в процессе рассмотрения спора. Указанный экземпляр договора был представлен изначально ФИО6 к исковому заявлению при обращении в суд.

30.09.2022 представителем истца представлена копия, а впоследствии представлен на обозрение подлинник, предварительного договора от 16.10.2019 уступки прав требования и обязанности по договору уступки требования к Договору №302/11РУ-1 долевого участия в строительстве от 06.02.2019, согласно которому стороны обязуются в срок до 16.12.2019 заключить и подписать соглашение об уступке прав требования и обязанностей в отношении всех прав и обязанностей участника долевого устроительства по договору №302/11/РУ-1 долевого участия в строительстве от 06.02.2019. Стоимость квартиры по данному договору составляет 9 600 065 руб.

Таким образом, суду при рассмотрении дела представлены два разных предварительных договора от одной даты (16.10.2019) с разным предметом и условиями. В частности, отличаются раздел 2 – существенные условия соглашения (п. 2.1 и 2.2), отсутствует п. 3.2.3.

09.12.2020 между ФИО2 и ООО «Нева Трест» заключен договор уступки прав требования и обязанности по договору уступки требования к Договору №302/11РУ-1 долевого участия в строительстве от 06.02.2019, который зарегистрирован в установленном законом порядке.

16.12.2020 между ООО «Воин-В» и ФИО2 подписан акт приема передачи квартиры, на основании Договора №302/11РУ-1 долевого участия в строительстве от 06.02.2019.

05.06.2021 между ФИО2 и ФИО4 заключен договор купли-продажи указанной квартиры.

24.12.2019 между ФИО2 и ООО «Нева Трест» заключен предварительный договор уступки прав по договору участия в деловой строительстве №77в-ЛЕН/11-19Г жилого многоквартирного дома по адресу: <адрес> согласно которому ООО «Нева Трест» обязалось в срок до 31.03.2020 заключить и подписать соглашение об уступке прав требования и обязанностей либо договор купли-продажи в отношении всех прав и обязанностей по договору 77в-ЛЕН/11-19Г участия в долевом строительстве.

24.12.2019 между ФИО2 (займодавец), ФИО7. (заемщик) и ООО «Нева Трест» (поручитель) заключен договор денежного займа. Согласно п. 2.3 договора займ обеспечивается путем передачи поручителем займодавцу прав на объекты недвижимости, в том числе по договору №302/11РУ-1 от 06.02.2019.

Как следует из решения Куйбышевского районного суда г.Санкт-Петербурга от 05.04.2021, вступившего в законную силу, ФИО6 обратилась в суд с иском к ФИО9 и ИП ФИО10 об обязании предоставить доступ к индивидуальной ячейке. В обоснование исковых требований ФИО6 указывала, что 16.10.2019 между сторонами был заключен договор аренды индивидуальной ячейки – сейфа на срок с 16.10.2019 по 19.11.2019, в которой были внесены денежные средства по предварительному договору уступки прав требования и обязанностей по договору уступки требования к Договору №302/11/РУ-1 долевого участия в строительстве от 06.02.2019, заключенного между ООО «Нева Трест» и ФИО6, основной договор заключен не был, однако истец лишена возможности возвратить денежные средства в размере 10 210 000 руб., принадлежащие ей, поскольку ФИО9 не является по адресу нахождения сейфа. Решением Куйбышевского районного суда г.Санкт-Петербурга от 05.04.2021, вступившим в законную силу, ИП ФИО10 обязан обеспечить единоличный доступ ФИО6 к индивидуальному сейфу.

До обращения в Куйбышевский районный суд г.Санкт-Петербурга с исковым заявлением о предоставлении доступа к банковской ячейки с целью забрать денежные средства, ФИО6 с требованиями о понуждении заключить основной договор к ООО «Нева Трест» в суд не обращалась. Доказательств обратного, суду не представлено.

13.07.2020 ФИО2 обратился в Приморский районный суд г.Санкт-Петербурга с иском к ООО «Нева Трест», ФИО7 о взыскании долга по договору займа от 24.12.2019, процентов. Определением Приморского районного суда г.Санкт-Петербурга от 22.01.2021 было утверждено мировое соглашение между ФИО2, ООО «Нева Трест» и ФИО7, в соответствии с которым ООО «Нева Трест» переуступило в счет частичного погашения займа ФИО2 право требования по Договору №302/11РУ-1 долевого участия в строительстве от 06.02.2019. Впоследствии определение Приморского районного суда г.Санкт-Петербурга от 22.01.2021 об утверждении мирового соглашения отменено.

ФИО6 не является стороной оспариваемых ею договоров.

В силу пп. 1 п. 1 ст. 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают и обязанности возникают из договоров и иных сделок предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему.

Согласно п. 1 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В силу п. 5 ст. 19 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

В соответствии с содержащимися в п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснениями, положения Гражданского кодекса Российской Федерации, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (ст. 3 Гражданского кодекса Российской Федерации), подлежат истолкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно п. 3 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу п. 4 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу п. 5 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

В силу ст. 3 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации защита нарушенных прав осуществляется установленными законом способами, которые должны соответствовать характеру нарушения.

Граждане и юридические лица в силу ст. 9 Гражданского кодекса Российской Федерации вправе осуществить этот выбор по своему усмотрению.

Статьей 11 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплена судебная защита нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов, которая осуществляется перечисленными в ст. 12 Гражданского кодекса Российской Федерации способами и также содержит указание на возможность применения иных способов, предусмотренных в законе.

Вместе с тем избранный способ защиты является правомерным и может быть поддержан судом только в том случае, если он соответствует имеющемуся или предполагаемому нарушению права и действительно обеспечит восстановление нарушенного права или защиту законного интереса.

Лицо считается имеющим материальный интерес в деле, если оно требует защиты своего субъективного права или охраняемого законом интереса, а предъявляемый иск является средством такой защиты. Субъектом, имеющим материально-правовой интерес в признании сделки ничтожной, следует считать любое лицо, в чью правовую сферу эта сделка вносит известную неопределенность, и интерес, которого состоит в ее устранении.

Вместе с тем, нельзя признать заинтересованными лицами тех, чьи права, возможно, будут нарушены в будущем. Заинтересованным можно считать лишь лицо, чьи права действительно будут восстановлены в случае приведения сторон недействительной сделки в первоначальное положение. Заинтересованность надо признавать только за сторонами сделки, имеющими материально-правовой интерес в применении реституции как последствия недействительности ничтожной сделки. Такими лицами могут считаться сами стороны ничтожной сделки и их правопреемники. Это связано с тем, что реституция восстанавливает первоначальное имущественное состояние именно этих субъектов, а не третьих лиц.

Истец должен доказать нарушение конкретных, уже существующих, а не вероятных прав. Кроме того, последствия для истца от признания сделки недействительной и применении последствий недействительности должны наступать непосредственно, с достоверностью и не зависеть от частной воли иных лиц. То обстоятельство, что истец мог приобрести недвижимое имущество, являвшееся предметом оспариваемой сделки, не является доказательством заинтересованности истца: признание сделки недействительной и применение последствий ее недействительности не являются гарантией того, что недвижимость обязательно была бы объектом продажи, поскольку такое решение зависит от воли собственника данного имущества.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, по общему правилу является оспоримой (п. 1 ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно абзацу первому пункта 3 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Исходя из системного толкования пункта 1 статьи 1, пункта 3 статьи 166 и пункта 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации иск лица, не являющегося стороной ничтожной сделки, о применении последствий ее недействительности может также быть удовлетворен, если гражданским законодательством не установлен иной способ защиты права этого лица и его защита возможна лишь путем применения последствий недействительности ничтожной сделки.

В исковом заявлении такого лица должно быть указано право (законный интерес), защита которого будет обеспечена в результате возврата каждой из сторон всего полученного по сделке.

Если истец не владеет материально-правовым интересом в споре, он не считается заинтересованным лицом в значении гражданского законодательства и не уполномочен на оспаривание сделки.

В отношении третьего лица, оспаривающего сделку, участником которой не является, должно быть непосредственное соотношение между совершенной сделкой и потенциальной угрозой потерь или ущерба его благам, прежде всего имущественным.

В соответствии с п. 6 ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации, заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности, если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

Отсутствие на момент заключения предварительного или основного договора возможности передать имущество, выполнить работу, оказать услугу, являющихся предметом будущего договора, не может служить препятствием к заключению предварительного договора. Например, не требуется, чтобы товар, являющийся предметом будущего договора, имелся в наличии у продавца в момент заключения предварительного или основного договора; договор также может быть заключен в отношении товара, который будет создан или приобретен продавцом в будущем. Иное может быть установлено законом или вытекать из характера товара (пункт 2 статьи 455 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Если сторонами заключен договор, поименованный ими как предварительный, в соответствии с которым они обязуются, например, заключить в будущем на предусмотренных им условиях основной договор о продаже имущества, которое будет создано или приобретено в дальнейшем, но при этом предварительный договор устанавливает обязанность приобретателя имущества до заключения основного договора уплатить цену имущества или существенную ее часть, такой договор следует квалифицировать как договор купли-продажи с условием о предварительной оплате.

Аналогичная норма содержится в п. 8 Постановления Пленума ВАС РФ от 11.07.2011 № 54 "О некоторых вопросах разрешения споров, возникающих из договоров по поводу недвижимости, которая будет создана или приобретена в будущем".

Согласно п. 3.2.2 и первого и второго текста предварительного договора от 16.10.2019, денежные средства (стоимость цены основного соглашения) в размере 10 210 000 рублей вносятся ФИО6 в депозитарную ячейку в целях обеспечения исполнения принятого на себя обязательства по заключению соглашения в согласованный предварительным договором срок.

Таким образом, данный платеж в силу ст. 380 Гражданского кодекса Российской Федерации является задатком. Задатком может быть обеспечено исполнение обязательства по заключению основного договора на условиях, предусмотренных предварительным договором, но не оплатой по договору, вследствие чего, заключенный ФИО6 с ООО «Нева Трест» договор является предварительным договор и не может признаваться как договор купли-продажи с условием о предварительной оплате.

Основной договор должен быть заключен в срок, установленный в предварительном договоре, а если такой срок не определен - в течение года с момента заключения предварительного договора (пункт 4 статьи 429 Гражданского кодекса Российской Федерации). Если в пределах такого срока сторонами (стороной) совершались действия, направленные на заключение основного договора, однако к окончанию срока обязательство по заключению основного договора не исполнено, то в течение шести месяцев с момента истечения установленного срока спор о понуждении к заключению основного договора может быть передан на рассмотрение суда (пункт 5 статьи 429 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Не совершение ни одной из сторон действий, направленных на заключение основного договора, в течение срока, установленного для его заключения, свидетельствует об утрате интереса сторон в заключении основного договора, в силу чего по истечении указанного срока обязательство по заключению основного договора прекращается (п.п. 27 и 28 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года № 49 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора").

Право собственности на объекты недвижимости возникает у лиц, заключивших договор купли-продажи будущей недвижимой вещи (включая случаи, когда на такого рода договоры распространяется законодательство об инвестиционной деятельности), по правилам пункта 2 статьи 223 Гражданского кодекса Российской Федерации, то есть с момента государственной регистрации в ЕГРП этого права за покупателем.

Согласно п. 5 Постановления Пленума ВАС РФ от 11.07.2011 № 54 "О некоторых вопросах разрешения споров, возникающих из договоров по поводу недвижимости, которая будет создана или приобретена в будущем".

При рассмотрении споров, связанных с неисполнением договора купли-продажи будущей недвижимой вещи, судам надлежит исходить из следующего.

Продавец в судебном порядке не может быть понужден к совершению действий по приобретению или созданию вещи, подлежащей передаче покупателю в будущем. В то же время покупатель по договору вправе требовать понуждения продавца к исполнению обязательства по передаче недвижимой вещи, являющейся предметом договора (статья 398 Гражданского кодекса Российской Федерации). Такой иск подлежит удовлетворению в случае, если суд установит, что спорное имущество имеется в натуре и им владеет ответчик - продавец по договору, право собственности которого на спорное имущество зарегистрировано в ЕГРП.

Если у продавца отсутствует недвижимое имущество, которое он должен передать в собственность покупателя (например, недвижимое имущество не создано или создано, но передано другому лицу), либо право собственности продавца на это имущество не зарегистрировано в ЕГРП, покупатель вправе потребовать возврата уплаченной продавцу денежной суммы и уплаты процентов на нее (пункты 3 и 4 статьи 487 Гражданского кодекса Российской Федерации), а также возмещения причиненных ему убытков (в частности, уплаты разницы между ценой недвижимого имущества, указанной в договоре купли-продажи, и текущей рыночной стоимостью такого имущества)

Независимо от того, какой договор заключил истец, преимущественное право на получение объекта недвижимости имеет лицо первым зарегистрировавшее его в Росреестре. Все остальные участники сделки могут обратиться в суд лишь за компенсацией понесенных убытков.

При заключении предварительного договора продавец недвижимости еще не распорядился ею, а только взял на себя такое обязательство. Поскольку сделка заключена, но еще не исполнена (в т.ч. денежные средства изъяты покупателем из банковской ячейки), то у покупателя нет прав на имущество, которое он намеревался приобрести. Неисполнение обязательств продавцом по передаче недвижимости может повлечь для него наступление гражданско-правовой ответственности, к примеру, на основании ст. 393 Гражданского кодекса Российской Федерации обязанность возместить убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

Настоящий же иск является ненадлежащим способом защиты нарушенного права, поскольку заключенные ФИО2, ФИО4 и ООО «Нева Трест» договоры не могут быть признаны недействительными (ничтожными) на том основании, что они заключены в отношении имущества, являющегося предметом ранее заключенного договора, при том, что имущество не было передано первоначальному покупателю

Разрешая спор, руководствуясь положениями Гражданского кодекса Российской Федерации, а также дав оценку представленным доказательствам по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований ФИО6 к ООО «Нева Трест», ФИО2, ФИО7, ФИО4 об обязании заключить договор уступки прав требования, признании сделок недействительными, применении последствий недействительности сделок.

В части требований о взыскании компенсации морального вреда судом установлено следующее.

В соответствии с абзацем 1 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные права, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии со ст. 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ; вред причинен распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию; в иных случаях, предусмотренных законом.

Таким образом, из буквального содержания вышеприведенных положений закона и разъяснений Пленума следует, что компенсация морального вреда возможна в случаях причинения такого вреда гражданину действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а моральный вред, причиненный нарушением имущественных прав, подлежит компенсации лишь в случаях, прямо указанных в законе.

Каких-либо доказательств причинения истцу нравственных и физических страданий действиями ответчиков, истцом не представлено.

В силу изложенного требования о компенсации морального вреда не подлежат удовлетворению.

В соответствии со статьей 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В силу статьи 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в частности, расходы на оплату услуг представителя, другие признанные судом необходимыми расходы.

Частью 1 статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации также предусмотрено, что стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства (п. 13 Постановления).

Ответчиком ФИО2 заявлено ходатайство о возмещении судебных расходов по оплате услуг представителя в размере 70 000 руб.

Указанные расходы подтверждаются договором и квитанциями.

Определяя размер взыскиваемых судебных расходов, суд исходит из категории дела, его сложности, объем заявленных требований, выполненного представителем объема работы, времени, необходимого на подготовку процессуальных документов, количества судебных заседаний и их продолжительности, с учетом принципа разумности и справедливости, полагает возможным взыскать с истца в пользу ответчика ФИО2 судебные расходы по оплате услуг представителя за представление интересов в суде в размере 45 000 руб.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 35, 56, 59, 60, 67, 98, 100, 167, 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

Исковые требования ФИО6 к ООО «Нева Трест», ФИО2, ФИО7, ФИО4 об обязании заключить договор уступки прав требования, признании сделок недействительными, применении последствий недействительности сделок, взыскании компенсации морального вреда – оставить без удовлетворения.

Взыскать с ФИО6 в пользу ФИО2 судебные расходы по оплате услуг представителя в размере 45 000 (сорок пять тысяч) руб.

В удовлетворении заявления ФИО2 в остальной части – отказать.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца с момента вынесения решения в окончательной форме, путем подачи апелляционной жалобы через гражданскую канцелярию Кировского районного суда г.Санкт - Петербурга.

Председательствующий судья: А.С. Лебедева