Апелляционное определение по делу № 22-909/2023 от 20.07.2023

Дело № 22-909/2023 Судья Носков Г.Б.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

20 июля 2023 г. г. Орел

Судебная коллегия по уголовным делам Орловского областного суда в составе

председательствующего Витене А.Г.

судей Артамонова С.А., Погорелого А.И.

при ведении протокола секретарем Вырвас О.В., помощником судьи Коротченковой Ю.В.

рассмотрела в судебном заседании апелляционные жалобы адвоката Махортова А.В. в интересах осужденного ФИО1, адвоката Берестовой А.Н. в интересах осужденного ФИО2 на приговор Железнодорожного районного суда г. Орла от 28 марта 2023 г., которым

ФИО1, <дата> года рождения, уроженец <адрес>, гражданин РФ, зарегистрированный по адресу: <адрес>, проживающий по адресу: <адрес>, не судимый,

осужден по ч. 2 ст. 213 УК РФ (эпизод № 1) к 2 годам лишения свободы, на основании ч. 2 ст. 53.1 УК РФ наказание заменено на 2 года принудительных работ в местах, определяемых учреждениями и органами уголовно-исполнительной системы, с удержанием 10% из заработной платы осужденного в доход государства; по ч. 2 ст. 213 УК РФ (эпизод № 2) к 2 годам лишения свободы, на основании ч. 2 ст. 53.1 УК РФ наказание заменено на 2 года принудительных работ в местах, определяемых учреждениями и органами уголовно-исполнительной системы, с удержанием 10% из заработной платы осужденного в доход государства.

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ, по совокупности преступлений, путем частичного сложения наказаний окончательно ФИО1 назначено 3 года принудительных работ с удержанием 10% из заработной платы осужденного в доход государства.

Постановлено: к месту отбывания наказания осужденному следовать самостоятельно за счет государства в соответствии с предписанием, выданным территориальным органом уголовно-исполнительной системы по месту жительства; срок принудительных работ исчислять со дня прибытия осужденного в исправительный центр.

Мера пресечения ФИО1 до вступления приговора в законную силу оставлена в виде домашнего ареста. Зачтено в срок отбывания наказания время содержания под стражей 2 и 3 декабря 2021 г., и с 15 декабря 2021 г. по 28 января 2022 г. в соответствии с ч. 3 ст. 72 УК РФ, из расчета один день содержания под стражей за два дня принудительных работ, а также время его нахождения под домашним арестом с 29 января 2022 г. по день, предшествующий дню вступления приговора в законную силу в соответствии с ч. 3.4 ст. 72 УК РФ, из расчета соответствия двух дней нахождения под домашним арестом одному дню содержания под стражей, и в соответствии с ч. 3 ст. 72 УК РФ, из расчета один день содержания под стражей за два дня принудительных работ.

ФИО2, <дата> года рождения, уроженец <адрес>, гражданин РФ, зарегистрированный и проживающий по адресу: <адрес>, не судимый,

осужден по ч. 2 ст. 213 УК РФ к 2 годам лишения свободы, на основании ч. 2 ст. 53.1 УК РФ наказание заменено на 2 года принудительных работ в местах, определяемых учреждениями и органами уголовно-исполнительной системы, с удержанием 10% из заработной платы осужденного в доход государства.

Мера пресечения ФИО2 до вступления приговора в законную силу оставлена в виде домашнего ареста. Зачтено ФИО2 в срок отбывания наказания время содержания под стражей 2 и 3 декабря 2021 г. в соответствии с ч. 3 ст. 72 УК РФ, из расчета один день содержания под стражей за два дня принудительных работ, и время нахождения под домашним арестом с 15 декабря 2021 г. по день, предшествующий дню вступления приговора в законную силу в соответствии с ч. 3.4 ст. 72 УК РФ, из расчета соответствия двух дней нахождения под домашним арестом одному дню содержания под стражей, и в соответствии с ч. 3 ст. 72 УК РФ, из расчета один день содержания под стражей за два дня принудительных работ.

Заслушав дело по докладу судьи Погорелого А.И., выступления осужденных ФИО1, ФИО2 и их адвокатов Махортова А.В., Берестовой А.Н., поддержавших доводы апелляционных жалоб, государственного обвинителя Кириллова М.Д., несовершеннолетних потерпевших Потерпевший №3, Потерпевший №4 и их законных представителей ФИО17, ФИО19 об оставлении приговора без изменения, судебная коллегия

установила:

ФИО1 и ФИО2 осуждены за хулиганство, с применением насилия, группой лиц (эпизод № 2), ФИО1 также осужден за хулиганство, с угрозой применения насилия, с применением предмета, используемого в качестве оружия (эпизод № 1).

Преступления совершены 28.11.2021 в <адрес> при обстоятельствах, установленных в приговоре.

В судебном заседании ФИО1 вину в совершении преступлений не признал, ФИО2 вину в совершении преступления не признал.

В апелляционной жалобе адвокат Махортов А.В. просит приговор отменить, ФИО1 - оправдать. В обоснование указывает, что в суд не представлены доказательства мотива у ФИО1 на совершение хулиганства как при игре в футбол, так и во время конфликта с Потерпевший №2 и Потерпевший №1 (эпизоды № 1, 2), поскольку именно ФИО8 своими действиями, а именно оскорблениями ФИО1 и ФИО2 спровоцировала конфликт, вызвавший неприязнь между участниками, переросший в драку; суд необоснованно в основу приговора положил показания законных представителей несовершеннолетних потерпевших ФИО17 и ФИО19, а также свидетеля Свидетель №2, которые не являлись очевидцами произошедших событий по эпизоду № 1 и заинтересованы в исходе дела в пользу несовершеннолетних детей; заключения психолого-педагогического исследования несовершеннолетних потерпевших Потерпевший №3 и Потерпевший №4 являются недопустимыми доказательствами, поскольку специалисты, проводившие исследования, не предупреждались об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Поэтому в настоящее время нельзя установить, склонны или нет несовершеннолетние потерпевшие к фантазированию и внушаемости. Полагает, что наличие ножа у ФИО1 является плодом фантазии и детского воображения несовершеннолетних потерпевших, которые также со слов потерпевших отражены в справке ГКУ ОО «<...>». Кроме того, отсутствие ножа у ФИО1 подтверждается показаниями свидетелей Свидетель №3, Свидетель №4, Свидетель №5 Обращает внимание на то, что показания несовершеннолетних потерпевших Потерпевший №3, Потерпевший №4 и свидетеля Свидетель №3 были оглашены судом без согласия стороны защиты и вопреки уголовно-процессуальному закону, поскольку в ходе предварительного следствия очная ставка указанных лиц с ФИО1 не проводилась, и ФИО1 был лишен возможности защищаться от показаний указанных лиц; суд необоснованно в основу приговора положил показания потерпевших Потерпевший №2 и Потерпевший №1, а также свидетелей Свидетель №7, Свидетель №11, Свидетель №8, Свидетель №10, Свидетель №9, Свидетель №6, которые не являлись очевидцами произошедших событий на спортивной площадке по эпизоду № 1. Кроме того, показания Потерпевший №2 и Потерпевший №1, а также свидетелей Свидетель №7 противоречат их первоначальным пояснениям относительно наличия у ФИО1 ножа, которым он якобы угрожал несовершеннолетним потерпевшим 3 раза. Обращает внимание на то, что сотрудниками полиции в районе спортивной площадки и по месту жительства ФИО1 и ФИО2 нож, которым он якобы угрожал несовершеннолетним потерпевшим, обнаружен не был; суд ошибочно в основу приговора в качестве доказательства по эпизоду № 1 положил исследованный в суде диск с записью драки между ФИО1, ФИО2 и потерпевшими Потерпевший №2, Потерпевший №1, поскольку на указанной записи отсутствуют сведения об угрозе применения ФИО1 насилия в отношении несовершеннолетних потерпевших с применением ножа; суд рассмотрел дело с обвинительным уклоном, поскольку не принял во внимание показания свидетелей ФИО9, Свидетель №1 и Свидетель №13, которые показали, что у ФИО1 в момент игры в футбол не было ножа. Кроме того, считает, что если бы у Гирина был нож, он непременно использовал бы его в ходе дальнейших событий во время драки с Потерпевший №2 и Потерпевший №1; по эпизоду № 2 суд необоснованно не принял во внимание показания свидетелей Свидетель №1 и Свидетель №13, которые пояснили, что именно Потерпевший №1, находившаяся в состоянии алкогольного опьянения, вела себя агрессивно, оскорбила ФИО1 и ФИО2, затем схватила ФИО2 за руку, которая была сломана и находилась в гипсе, и только после этого вышел ФИО1, чтобы оттащить ФИО2 от ФИО8, а при появлении Потерпевший №2 завязалась потасовка, переросшая в драку. Кроме того, Потерпевший №1 прокусила ФИО1 руку и порвала верхнюю одежду. Обращает внимание на то, что видеозапись, исследованная судом состояла из нескольких отрывков, которая не исследовалась экспертами, и определить какой отрывок записи был первоначальным, а какие продолжением зафиксированных событий не представилось возможным; протоколы следственных экспериментов с участием свидетелей Свидетель №1 и Свидетель №13 являются недопустимыми доказательствами, так как проведены с нарушением уголовно-процессуального закона; выводы суда о том, что Потерпевший №2 делал замечание ФИО1 и ФИО2 с целью прекращения неправомерных действий в отношении несовершеннолетних потерпевших, не подтверждаются материалами дела, поскольку и сам Потерпевший №2 не указывал на то, что он делал кому-то замечания; свидетель ФИО13, тренер ФИО1 по смешанным единоборствам, показал, что ФИО1 в связи с подготовленностью мог при желании расправиться как с Потерпевший №1, так и с Потерпевший №2, однако не стал применять полученные им навыки проведения боевых поединков; выводы суда о том, что действия Потерпевший №1 были направлены на пресечение хулиганских действий ФИО1, не основаны на материалах дела, так как несовершеннолетние потерпевшие просили только вызвать сотрудников полиции в связи с тем, что неизвестный мужчина якобы угрожал им ножом при игре в футбол. Кроме того, потерпевшие Потерпевший №3 и Потерпевший №4 находились в помещении бара и им ничего не угрожало, а Потерпевший №1 уже знала, что были вызваны сотрудники полиции, поэтому в действиях ФИО1 отсутствовал умысел на совершение преступления по эпизоду № 2.

В апелляционной жалобе (основной и дополнении) адвокат Берестова А.Н. просит приговор отменить и направить уголовное дело на новое рассмотрение. В обоснование приводит доводы, аналогичные доводам жалобы адвоката Махортова А.В., а также указывает, что суд положил в основу приговора противоречивые показания потерпевших Потерпевший №1 и Потерпевший №2 относительно их драки с ФИО1 и ФИО2 и последовательности действий всех фигурантов во время причинения телесных повреждений; протоколы допросов несовершеннолетних потерпевших Потерпевший №3 и Потерпевший №4 в качестве свидетелей, которым на момент допроса было по 15 лет, являются недопустимыми доказательствами, поскольку производились в отсутствие педагога, что подтвердил в суде законный представитель ФИО17 Кроме того, данные показания аналогичны показаниям, изложенным в протоколах допросов несовершеннолетних Потерпевший №3 и Потерпевший №4 в качестве потерпевших, однако из видеозаписи следует, что следователь задавал вопросы, на которые отвечали несовершеннолетние потерпевшие, и которые не были внесены в протокол допроса. Полагает, что нарушено право на защиту ФИО2, поскольку в ходе предварительного следствия очная ставка несовершеннолетних потерпевших Потерпевший №3 и Потерпевший №4 с ФИО2 не проводилась, и ФИО2 был лишен возможности защищаться от показаний указанных лиц; суд необоснованно отказал стороне защиты в допросе свидетеля ФИО18, которая составляла протоколы в отношении ФИО1 и ФИО2 за совершение административного правонарушения, предусмотренного ст. 20.21 КоАП РФ; суд не установил время совершения ФИО2 преступления, поскольку ему вменено время совершения преступления 28.11.2021 в период с 15 часов 50 минут до 16 часов 30 минут, однако в постановлении мирового судьи судебного участка <адрес> указано, что 28.11.2021 в 16 часов 15 минут ФИО2 шел по улице в неопрятном виде, в связи с чем был задержан сотрудниками полиции, что также противоречит установленным в суде обстоятельствам, а именно тому, что ФИО2 был задержан сотрудниками полиции в квартире, где проживал ФИО1; суд в приговоре по эпизоду № 2 перечислил доказательства, подтверждающие виновность ФИО2, однако не раскрыл их содержание, при этом необоснованно привел в качестве доказательств по эпизоду № 1 заявления потерпевших Потерпевший №2 и Потерпевший №1 о причинении им телесных повреждений неизвестными лицами и видеозапись на диске о произошедшей драке.

Выслушав стороны, проверив материалы дела, допросив несовершеннолетних потерпевших Потерпевший №3, Потерпевший №4 и свидетеля Свидетель №3, обсудив доводы, изложенные в апелляционных жалобах, судебная коллегия приходит к следующему.

Выводы суда о виновности ФИО1 по эпизодам № 1, 2, ФИО2 по эпизоду № 2 подтверждаются совокупностью доказательств, собранных по делу и всесторонне исследованных в судебном заседании.

Так, из показаний ФИО1 и ФИО2 в суде и на предварительном следствии следует, что 28.11.2021 между ними и потерпевшими Потерпевший №1 и Потерпевший №2 произошли конфликт и драка возле спортивной площадки.

Законные представители несовершеннолетних потерпевших ФИО17, ФИО19 и свидетель Свидетель №2 в суде и на предварительном следствии подтвердили, что 28.11.2021 их дети играли в футбол на спортивной площадке, куда пришли ФИО1 и ФИО2 в нетрезвом виде. В момент игры один из подсудимых стал угрожать детям ножом и, испугавшись, они вызвали полицию из бара «<...>», откуда за них пошли заступиться мужчина и женщина, которых ФИО1 и ФИО2 избили.

Несовершеннолетние потерпевшие Потерпевший №3 и Потерпевший №4 в суде апелляционной инстанции и на предварительном следствии подтвердили, что 28.11.2021 они мячом Свидетель №3 играли в футбол на спортивной площадке вместе с ФИО2 и ФИО1, которые, проигрывая, стали выражаться нецензурной бранью и бить их по ногам, после чего ФИО1 несколько раз достал нож, разложил его и стал им угрожать убийством. Они пошли в бар и позвонили в полицию. Потерпевший №2 и Потерпевший №1, находившиеся в баре, пошли на спортплощадку за них заступиться и сделали замечание ФИО2 и ФИО1, однако ФИО1 и ФИО2 стали избивать Потерпевший №2 и Потерпевший №1

Из показаний потерпевших Потерпевший №2, Потерпевший №1 и свидетеля Свидетель №7 следует, что 28.11.2021 они находились в баре, куда пришли двое подростков и попросили вызвать сотрудников полиции, так как на спортивной площадке двое мужчин угрожали им ножом. Они направились на спортивную площадку, где сделали замечание ФИО1 и ФИО2, которые находились в состоянии алкогольного опьянения, чтобы они не обижали детей, на что ФИО1 и ФИО2 ответили нецензурной бранью, а затем их избили.

Несовершеннолетний свидетель Свидетель №3 в суде апелляционной инстанции и на предварительном следствии подтвердил, что 28.11.2021 он находился на спортивной площадке, где играл в футбол вместе с ФИО1, ФИО2, Потерпевший №3 и Потерпевший №4 ФИО1 и ФИО2 играли агрессивно, выражались нецензурной бранью, и у одного из них он видел нож. Затем он вместе с Потерпевший №3 и Потерпевший №4 пошел в бар, откуда они позвонили в полицию. Потерпевший №2 и Потерпевший №1, находившиеся в баре, пошли на спортплощадку за них заступиться, однако ФИО1 и ФИО2 стали избивать Потерпевший №2 и Потерпевший №1

Свидетели Свидетель №4 и Свидетель №5 на предварительном следствии подтвердили, что 28.11.2021 они находились возле спортивной площадки, где Потерпевший №1 сделала ФИО1 и ФИО2 замечание, после чего ФИО1 и ФИО2 избили Потерпевший №2 и Потерпевший №1

Из показаний свидетелей Свидетель №11, Свидетель №8, Свидетель №10, Свидетель №9 следует, что 28.11.2021 поступило сообщение о драке на спортивной площадке. Прибыв на место, Потерпевший №1 и Потерпевший №2 пояснили, что их избили двое молодых парней, которые были задержаны. Несовершеннолетние потерпевшие пояснили, что они играли в футбол с двумя взрослыми парнями, один из которых, когда стал проигрывать, достал нож и стал им угрожать.

Свидетель Свидетель №6 в суде подтвердил, что 28.11.2021 он видел, как на футбольном поле ФИО1 и ФИО2 играли в футбол с несовершеннолетними детьми, после чего они зашли в <адрес>.

Кроме того, виновность ФИО1 и ФИО2 подтверждается: протоколами осмотра мест происшествий от 28.11.2021, от 29.11.2021 (т. 1 л.д. 6869, 73-75); протоколом осмотра компакт диска записью с камеры видеонаблюдения бара «<...>» от 28.11.2021 (т. 3 л.д. 156-175); протоколами проверки показаний на месте Потерпевший №1 и Потерпевший №2 от 14.03.2022 (т. 1 л.д. 183-187, т. 2 л.д. 1-5); протоколом осмотра компакт диска с записи с телефона Свидетель №7 (т. 3 л.д. 188-208); заключениями эксперта № 2134, 2135 от 29.11.2021 (т. 4 л.д. 84-85, 97-98); заявлениями Потерпевший №2 и Потерпевший №1 от 28.11.2021 (т. 1 л.д. 81, 82); актами медицинского освидетельствования от 28.11.2021 (т. 1 л.д. 93, 96); сообщением ООКБ от 29.11.2021 (т. 1 л.д. 101); справкой ГКУ ОО «<...>» (т. 3 л.д. 215-218).

Все эти доказательства полно и подробно изложены в приговоре. Они согласуются между собой и с другими материалами дела по фактическим обстоятельствам, времени, дополняют друг друга и не содержат существенных противоречий, в связи с чем правильно признаны судом достоверными и взяты за основу при постановлении приговора.

Тщательный анализ и основанная на законе оценка исследованных в судебном заседании доказательств в их совокупности позволили суду правильно установить фактические обстоятельства совершенных ФИО1 преступлений, и преступления, совершенного ФИО2, сделать обоснованный вывод об их виновности и верно, вопреки доводам стороны защиты, квалифицировать действия ФИО1 по ч. 2 ст. 213 УК РФ (эпизод № 1) как хулиганство, то есть грубое нарушение общественного порядка, выражающее явное неуважение к обществу, совершенное с угрозой применения насилия, с применением предмета, используемого в качестве оружия, ФИО1 и ФИО2 по ч. 2 ст. 213 УК РФ (эпизод № 2) как хулиганство, то есть грубое нарушение общественного порядка, выражающее явное неуважение к обществу, совершенное с применения насилия, группой лиц.

Действия потерпевших Потерпевший №1 и Потерпевший №2, сделавших замечание ФИО1 и ФИО2 не обижать детей, вопреки доводам стороны защиты, не противоречили действующему законодательству, и со всей очевидностью не являлись противоправными.

Судом первой инстанции правильно установлено по эпизоду № 1, что ФИО1, находясь в состоянии алкогольного опьянения, по малозначительному поводу в общественном месте – спортивная площадка, выражался нецензурной бранью, без какой-либо значимой причины высказывал угрозы применения насилия в адрес незнакомых ему несовершеннолетних лиц, сопровождая это демонстрацией ножа, который использовался им в качестве оружия, тем самым, грубо нарушил общественный порядок и проявил явное неуважение к обществу.

В связи с изложенным, доводы стороны защиты об отсутствии у ФИО1 мотива и умысла на хулиганство при игре в футбол, а также ножа, несостоятельны.

Тот факт, что сотрудники полиции не нашли нож, и свидетели Свидетель №4 и Свидетель №5 также не указывали о наличии у ФИО1 ножа, как об этом указывает адвокат Махортов А.В., не влияет на квалификацию содеянного осужденным ФИО1 по эпизоду № 1, поскольку потерпевшие Потерпевший №3 и Потерпевший №4, а также свидетель Свидетель №3 описали предмет, который использовался ФИО1, как выкидной нож, и они опасались осуществления ФИО1 угроз, восприняв их реально, поэтому побежали за помощью в бар «<...>».

Судом первой инстанции правильно установлено по эпизоду № 2, что ФИО1 и ФИО2, находясь в состоянии алкогольного опьянения, желая противопоставить себя обществу, по малозначительному поводу в общественном месте – рядом с ограждением спортивной площадки, в присутствии иных граждан, сопровождая свои действия нецензурной бранью, причинили телесные повреждения потерпевшим Потерпевший №2 и Потерпевший №1, сделавших им замечание, тем самым применили к потерпевшим насилие, грубо нарушили общественный порядок и проявили явное неуважение к обществу.

Поскольку действия ФИО1 и ФИО2 при применении насилия в отношении потерпевших носили согласованный характер с целью достижения единой цели, суд обоснованно указал, что преступление совершено группой лиц.

В связи с изложенным, доводы стороны защиты об отсутствии у ФИО1 и ФИО2 мотива и умысла на хулиганство в отношении потерпевших Потерпевший №2 и Потерпевший №1 несостоятельны.

Приговор вынесен в соответствии с требованиями ст. 304, 307, 308 УПК РФ, в нем в частности, вопреки доводам стороны защиты, приведено описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотивов, цели, доказательств, на которых основаны выводы суда в отношении подсудимых, и мотивов, по которым суд отверг другие доказательства. Поэтому доводы адвоката Берестовой А.Н. о том, что приговор постановлен на предположении, несостоятельны.

Вопреки доводам адвоката Махортова А.В., выводы суда о том, что Потерпевший №2 делал замечание ФИО1 и ФИО2 с целью прекращения неправомерных действий, и действия Потерпевший №1 были направлены на пресечение хулиганских действий ФИО1, являются правильными, поскольку судом, бесспорно, установлено, что к территории спортивной площадки подошли Потерпевший №1 и Потерпевший №2, к которым ранее обратились несовершеннолетние Потерпевший №3 и Потерпевший №4 за помощью в пресечении хулиганских действий ФИО1, и сделали замечание ФИО1 и ФИО2 с целью прекращения неправомерных действий в отношении несовершеннолетних.

Ссылка адвоката Махортова А.В. в суде апелляционной инстанции на объяснение ФИО25 несостоятельна, поскольку указанное объяснение не является допустимым доказательством, на основании которого могут быть установлены фактические обстоятельства дела.

Доводы адвоката Махортова А.В. о том, что Потерпевший №1 знала, что были вызваны сотрудники полиции, а несовершеннолетние потерпевшие Потерпевший №3 и Потерпевший №4 находились в помещении бара, и им уже ничего не угрожало; Потерпевший №1 прокусила ФИО1 руку и порвала верхнюю одежду; ФИО1 в связи с подготовленностью мог при желании расправиться, как с Потерпевший №1, так и с Потерпевший №2, однако не стал применять полученные им навыки проведения боевых поединков, и, соответственно, ему не было необходимости угрожать несовершеннолетним потерпевшим ножом; доводы адвоката Берестовой А.Н. о том, что у ФИО2 была сломана не левая, а правая рука, выводы суда не опровергают и не влияют на квалификацию содеянного осужденными.

Вопреки доводам стороны защиты, дело рассмотрено объективно, без обвинительного уклона. Все заявленные в судебном заседании ходатайства рассмотрены, по ним приняты мотивированные решения. Не установлено по делу и нарушения права осужденных на защиту, а также основных принципов уголовного судопроизводства.

Следственные эксперименты со свидетелями Свидетель №1 и Свидетель №13 проведены в соответствии со ст. 181 УПК РФ, поэтому доводы адвоката Махортова А.В. о признании протоколов указанных следственных действий от 18.05.2022 недопустимыми доказательствами, несостоятельны.

Исследованная судом видеозапись событий, произошедших на спортивной площадке 28.11.2021, позволила определить обстоятельства, подлежащие доказыванию по уголовному делу, в соответствии со ст. 73 УПК РФ, поэтому доводы адвоката Махортова А.В. в жалобе об обратном ввиду того, что видеозапись состояла из нескольких отрывков, и доводы адвоката Берестовой А.Н. в суде апелляционной инстанции о том, что видеозапись противоречит показаниям несовершеннолетних потерпевших относительно окончания конфликта, несостоятельны.

Вопреки доводам стороны защиты, доказательства виновности осужденных ФИО2 и ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 213 УК РФ (эпизод № 2), в приговоре приведены. Кроме того, поскольку приговор является единым логически связанным документом, суд правильно указал, что по данному эпизоду вина осужденных подтверждается доказательствами, которые подробно приведены в качестве доказательств по эпизоду № 1.

В связи с изложенным, доводы адвоката Берестовой А.Н. о том, что по эпизоду № 1 не раскрыто содержание приведенных доказательств, а также доводы адвокатов о ссылке суда в приговоре по эпизоду № 1 на некоторые доказательства (заявления потерпевших Потерпевший №2 и Потерпевший №1, видеозапись на диске о произошедшей драке), которые к данному эпизоду не относятся, несостоятельны.

Поскольку оснований для вызова свидетеля ФИО18, которая составляла протоколы в отношении ФИО1 и ФИО2 за совершение административного правонарушения, предусмотренного ст. 20.21 КоАП РФ, не имелось, суд первой инстанции правильно отказал стороне защите в допросе указанного свидетеля.

Вопреки доводам адвоката Берестовой А.Н., время совершения преступления по эпизоду № 2 установлено правильно - период с 15 часов 50 минут до 16 часов 30 минут, при этом как обоснованно указал суд первой инстанции, указанное время совершения преступления не связано с временем, установленным в постановлениях мирового судьи судебного участка № <адрес> от 29.11.2021 в отношении ФИО1 и ФИО2, признанных виновными в совершении правонарушения, предусмотренного ст. 20.21 КоАП РФ.

Сведений о том, что показания свидетелей обвинения были основаны на догадке, предположении, слухе, что в силу положений ч. 2 ст. 75 УПК РФ могло свидетельствовать о недопустимости данных доказательств, материалы уголовного дела, вопреки доводам стороны защиты, не содержат.

Отсутствуют в представленных материалах дела и данные, позволяющие сомневаться в достоверности показаний на предварительном следствии несовершеннолетних потерпевших Потерпевший №3, Потерпевший №4 и свидетеля Свидетель №3, положенных судом в основу приговора, сообщивших о противоправных действиях осужденных при обстоятельствах, исключавших какое-либо понуждение допрашиваемых к изложению неправдивой информации, и подтвердивших данные показания в суде апелляционной инстанции. При этом показания несовершеннолетнего потерпевшего Потерпевший №4 в суде апелляционной инстанции, аналогичны его показаниям на предварительном следствии и показаниям несовершеннолетних потерпевшего Потерпевший №3 и свидетеля Свидетель №3, в том числе в суде апелляционной инстанции.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции ФИО1 и ФИО2 имели возможность защищаться от показаний несовершеннолетних потерпевших Потерпевший №3, Потерпевший №4 и свидетеля Свидетель №3, поэтому право на защиту осужденных не нарушено.

При таких обстоятельствах, доводы стороны защиты о незаконности оглашения судом первой инстанции показаний указанных несовершеннолетних потерпевших и свидетеля, не являются основанием для отмены приговора.

Утверждения стороны защиты о том, что суд не дал надлежащей оценки показаниям потерпевших Потерпевший №2 и Потерпевший №1, несовершеннолетних потерпевших Потерпевший №3 и Потерпевший №4, законных представителей несовершеннолетних потерпевших ФИО17 и ФИО19, свидетелей Свидетель №2, Свидетель №7, Свидетель №11, Свидетель №8, Свидетель №10, Свидетель №9, Свидетель №6, Свидетель №3, Свидетель №4, Свидетель №5, свидетелей защиты ФИО9, Свидетель №1 и Свидетель №13, нельзя признать обоснованными, поскольку показания указанных лиц, в том числе осужденных, были полно и объективно исследованы в совокупности с другими доказательствами и получили оценку суда в соответствии с требованиями ст. 88 УПК РФ.

Оценивая показания потерпевших Потерпевший №2 и Потерпевший №1, несовершеннолетних потерпевших Потерпевший №3 и Потерпевший №4, законных представителей несовершеннолетних потерпевших ФИО17 и ФИО19, свидетелей обвинения Свидетель №2, Свидетель №7, Свидетель №11, Свидетель №8, Свидетель №10, Свидетель №9, Свидетель №6, Свидетель №3, Свидетель №4, Свидетель №5, суд обоснованно пришел к выводу об их достоверности, поскольку они согласуются между собой и соотносятся с другими собранными по делу доказательствами, при этом оснований не доверять их показаниям у суда не имелось, не находит таких оснований и судебная коллегия. Каких-либо сведений о заинтересованности указанных потерпевших, законных представителей потерпевших и свидетелей обвинения, оснований для оговора осужденных, равно как и противоречий в показаниях указанных лиц, ставящих их под сомнение, которые повлияли или могли повлиять на выводы и решение суда о виновности ФИО1 и ФИО2, суду представлено не было и судебной коллегией, вопреки доводам стороны защиты, не установлено.

Поскольку законных оснований для приобщения и исследования диска из телевизионной компании «<...>» с видеозаписью допроса свидетеля по рассматриваемым событиям не имелось, суд первой инстанции, правильно, вопреки доводам стороны защиты, отказал в исследовании указанного диска с видеозаписью.

Вопреки доводам адвоката Махортова А.В., осужденные ФИО1 и ФИО2 удалены из зала судебного заседания на время допроса несовершеннолетнего свидетеля Свидетель №3 в суде апелляционной инстанции в соответствии с ч. 6 ст. 280 УПК РФ.

Как видно из протокола допроса несовершеннолетнего Потерпевший №4 в качестве свидетеля, его допрос производился в присутствии педагога ФИО26 В суде апелляционной инстанции педагог ФИО27 подтвердил, что присутствовал на всех допросах несовершеннолетнего Потерпевший №3 При таких обстоятельствах, доводы стороны защиты о том, что протоколы допросов несовершеннолетних потерпевших Потерпевший №3 и Потерпевший №4 в качестве свидетелей являются недопустимыми доказательствами, поскольку производились в отсутствие педагога, несостоятельны.

Тот факт, что следователь при допросе несовершеннолетних Потерпевший №4 и Потерпевший №3 в качестве свидетелей не указал все заданные им вопросы и ответы несовершеннолетних, как об этом указывает сторона защиты в жалобах, так же не свидетельствует о недопустимости указанных протоколов допросов, поскольку в протоколах указаны основные обстоятельства подлежащие доказыванию по уголовному делу. Кроме того, в дальнейшем несовершеннолетние Потерпевший №4 и Потерпевший №3 были допрошены следователем в качестве потерпевших по уголовному делу.

Доводы стороны защиты о том, что потерпевшая Потерпевший №1 находилась в неадекватном состоянии из-за воздействия алкоголя; несовершеннолетние потерпевшие Потерпевший №3 и Потерпевший №4 склонны к фантазированию; административный материал в отношении ФИО1 сфальсифицирован, несостоятельны, поскольку объективными доказательствами не подтверждены.

Доводы стороны защиты о том, что потерпевшие, оскорбляя осужденных и выражаясь в их адрес нецензурной бранью, спровоцировали конфликт и драку, а ФИО1 и ФИО2 лишь защищались; несовершеннолетние дети играли в футбол с ФИО1 и ФИО2 мячом ФИО1; наличие ножа у ФИО1 является плодом фантазии и детского воображения несовершеннолетних потерпевших; расследование уголовного дела следователь подвел под репортаж, который прозвучал в средствах массовой информации; ФИО1 и ФИО2 нецензурной бранью не выражались, и оправдании ФИО1 в связи с отсутствием в его действиях состава преступления, в полном объеме опровергаются совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, приведенных выше, которым судом дана обоснованная оценка с точки зрения допустимости, относимости и достоверности, а всем собранным доказательствам в совокупности - достаточности для правильного разрешения уголовного дела. Несогласие стороны защиты с оценкой доказательств, приведенной в приговоре, самостоятельным основанием для его отмены не является.

Вопреки доводам стороны защиты, при назначении ФИО1 наказания по эпизодам № 1, 2, ФИО2 по эпизоду № 2 суд учел характер и степень общественной опасности преступлений, данные о личности виновных, обстоятельства, смягчающие их наказание, и обстоятельство, отягчающее наказание осужденных, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденных и условия жизни их семей.

Суд первой инстанции не нашел исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступлений, и оснований для применения ч. 6 ст. 15, 64, 73 УК РФ. Судебная коллегия таких обстоятельств и оснований также не усматривает.

С учетом данных о личности осужденных ФИО1 и ФИО2, характера и степени общественной опасности преступлений, суд обоснованно, вопреки доводам стороны защиты в суде апелляционной инстанции, пришел к выводу о назначении осужденным наказания в виде лишения свободы, которое в соответствии с положениями ч. 2 ст. 53.1 УК РФ было правильно заменено на принудительные работы. Оснований для смягчения наказания, не имеется.

Вместе с тем, приговор подлежит изменению на основании п. 1 ст. 389.15 УПК РФ ввиду существенного нарушения уголовно-процессуального закона.

Как видно из материалов дела, несовершеннолетним потерпевшим Потерпевший №3 и Потерпевший №4 проведены психолого-педагогические исследования, которые оформлены в виде заключения. Однако по своей форме и содержанию указанные заключения фактически являются заключениями эксперта, при этом специалисты ФИО28 и ФИО29, проводившие исследования Потерпевший №3 и Потерпевший №4, не были предупреждены руководителем Муниципального бюджетного учреждения для детей, нуждающихся в психолого-педагогической, медицинской и социальной помощи «Городской образовательный центр психолого-педагогической, медицинской и социальной помощи <адрес>» об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения.

С учетом изложенного, приведенные в приговоре в качестве доказательств заключения психолого-педагогического обследования несовершеннолетних потерпевших Потерпевший №3 и Потерпевший №4 от 09.03.2022, не могут быть признаны допустимыми доказательствами и использоваться для установления обстоятельств, указанных в ст. 73 УПК РФ.

В силу п. 3 ч. 2 ст. 75 УПК РФ указанные заключения психолого-педагогического исследования несовершеннолетних потерпевших Потерпевший №3 и ФИО30 от 09.03.2022 подлежат исключению из числа доказательств по делу.

Исключение из числа доказательств указанных заключений не ставит под сомнение выводы суда о совершении преступления ФИО1 по эпизоду № 1 и осужденными ФИО1 и ФИО2 по эпизоду № 2, поскольку их виновность подтверждена совокупностью других доказательств, оценка которым дана в приговоре, а также не уменьшает степени общественной опасности совершенных преступлений и объема предъявленного обвинения, в связи с чем оснований для смягчения наказания судебная коллегия не находит.

Нарушений норм уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, судебная коллегия не усматривает.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.20, 389.26, 389.28 УПК РФ, судебная коллегия

определила:

приговор Железнодорожного районного суда г. Орла от 28 марта 2023 г. в отношении ФИО1, ФИО2 изменить, исключить ссылки на недопустимые доказательства: заключение психолого-педагогического исследования несовершеннолетнего потерпевшего Потерпевший №3 от 09.03.2022 № 43 (т. 2 л.д. 134-135); заключение психолого-педагогического исследования несовершеннолетнего потерпевшего Потерпевший №4 от 09.03.2022 № 44 (т. 2 л.д. 239-240).

В остальном приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ.

Кассационные жалоба, представление, подлежащие рассмотрению в порядке, предусмотренном ст. 401.7 и 401.8 УПК РФ, могут быть поданы в судебную коллегию по уголовным делам Первого кассационного суда общей юрисдикции через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления приговора в законную силу.

В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении кассационные жалоба, представление на приговор могут быть поданы непосредственно в Первый кассационный суд общей юрисдикции и подлежат рассмотрению в порядке, предусмотренном ст. 401.10 - 401.12 УПК РФ.

Осужденные вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий

Судьи