Дело № 2-2777/2025

54RS0003-01-2025-002368-69

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

26 декабря 2025 года г. Новосибирск

Заельцовский районный суд г. Новосибирска

в с о с т а в е:

Председательствующего судьи Березневой Е.И.

при секретаре Шемендюк А.В.,

с участием истцов ФИО1,

ФИО2,

ФИО3,

ФИО4,

представителя истцов ФИО5,

представителей ответчика ФИО6,

ФИО7,

ФИО8,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4 к Сибирскому таможенному управлению Федеральной таможенной службы о признании приказа по итогам служебной проверки незаконным, возврате денежных средств,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4 обратились в суд с вышеуказанным иском, в обоснование требований указав, что истцы являются сотрудниками Сибирского таможенного управления Федеральной таможенной службы России (далее - СТУ). 03.02.2025г. Сибирским таможенным управлением (далее СТУ, Управление) вынесен приказ «Об итогах служебной проверки» (далее - приказ от 03.02.2025г.), в соответствии с которым:

За грубое нарушение служебной дисциплины, выразившееся в ненадлежащей организации контроля за деятельностью подчиненных должностных лиц при исполнении Контракта __ что привело к ненадлежащей приёмке услуг, оказанных летному составу авиационного отдела СТУ (внесение недостоверной информации (сведений) в Реестры обеспечения горячим питанием), а также в ненадлежащем обеспечении исполнения пункта 58 Приказа № 265, подпункта 1 пункта 8 Кодекса этики, утверждённого приказом ФТС России от 30 декабря 2021 г. № 1187, ненадлежащим исполнением требований пункта 13, подпунктов 1, 2, 45 пункта 14 должностной инструкции начальника авиационного отдела СТУ, утверждённой начальником СТУ 8 декабря 2022 г. № 16-01-25/0284, подпунктов 3, 5 пункта 1 статьи 17 Федерального закона 114-ФЗ, на основании пунктов 18, 23 Дисциплинарного устава начальник авиационного отдела тыловой службы СТУ полковник таможенной службы ФИО1 привлечен к дисциплинарной ответственности в виде выговора.

За грубое нарушение служебной дисциплины, выразившееся в подписании Реестров обеспечения горячим питанием, содержащих недостоверную информацию (сведения) об исполнении Контракта __ а также в исполнении ненадлежащим образом пункта 58 Приказа № 265, подпункт 1 пункта 8 Кодекса этики, ненадлежащим исполнением требований пункта 14, подпунктов 35, 43 пункта 15 должностной инструкции заместителя начальника авиационного отдела СТУ, утверждённой начальником СТУ 9 декабря 2022 г. (__), подпунктов 3, 5 пункта 1 статьи 17 Федерального закона 114-ФЗ, па основании пунктов 18, 21 Дисциплинарного устава заместитель начальника авиационного отдела тыловой службы СТУ полковник таможенной службы ФИО2 (Ч__) к дисциплинарной ответственности не привлечен, однако предупрежден о необходимости строгого соблюдения дисциплины.

За грубое нарушение служебной дисциплины, выразившееся в заполнении, подписании и визировании Реестров обеспечения горячим питанием, содержащих недостоверную информацию (сведения) об исполнении Контракта __ как ответственным лицом за приёмку услуг, а также в исполнении ненадлежащим образом пункта 58 Приказа № 265, подпункта 1 пункта 8 Кодекса этики, ненадлежащим исполнением требований пункта 12, подпункта 18 пункта 13 должностной инструкции бортового механика авиационного отдела СТУ, утверждённой начальником СТУ 4 мая 2023 г. (__), пункта 12, подпункта 18 пункта 13 должностной инструкции бортового механика авиационного отдела СТУ, утверждённой начальником СТУ 1 октября 2024 т. (__), подпунктов 3, 5 пункта 1 статьи 17 Федерального закона 114-ФЗ, на основании пунктов 18, 23 Дисциплинарного устава бортовой механик авиационного отдела тыловой службы СТУ старший лейтенант таможенной службы ФИО3 (Ч__) привлечен к дисциплинарной ответственности в виде выговора.

За грубое нарушение служебной дисциплины, выразившееся в подписании Реестров обеспечения горячим питанием, содержащих недостоверную информацию (сведения) об исполнении Контракта __ а также в исполнении ненадлежащим образом пункта 58 Приказа № 265, подпункта 1 пункта 8 Кодекса этики, ненадлежащим исполнением требований пункта 11, подпункта 16 пункта 12 должностной инструкции техника бортового авиационного отдела СТУ, утверждённой начальником СТУ 3 августа 2020 г. (__), пункта 11, подпункта 16 пункта 12 Должностной инструкции техника бортового авиационного отдела СТУ, утверждённой начальником СТУ 1 октября 2024 г. (__), подпунктов 3, 5 пункта 1 статьи 17 Федерального закона 114-ФЗ, на оснований пунктов 18, 21 Дисциплинарного устава техник бортовой авиационного отдела тыловой службы СТУ старший лейтенант таможенной службы ФИО4 (Ч__) к дисциплинарной ответственности не привлечён, однако, предупрежден о необходимости строгого соблюдения дисциплины.

Истцы не согласны с вынесенным приказом по следующим основаниям.

В ходе служебной проверки установлено, что Реестры обеспечения горячим питанием должностных лиц авиационного отдела СТУ (далее - летный состав), оформленные в дни отпусков, в периоды временной нетрудоспособности, а также в выходные дни (суббота и воскресение - нерабочие дни столовой (ИП ФИО9), содержат недостоверную информацию. В результате оплаты неправомерно полученных услуг от столовой ИП ФИО9, а также оплаты, произведённой на основании Реестров, содержащих недостоверные данные, сумма ущерба Сибирскому таможенному управлению составила 158 650 рублей. 28.03.2025г. СТУ вынесло приказ __ «О внесении изменений в приказ СТУ от 3 февраля 2025 г. __ «Об итогах служебной проверки» (далее приказ от 28.03.2025г.) в рамках которой СТУ уточнило расчет требований, а также в резолютивной части которого изменен размер ущерба с 158650 рублей на 134 900 рублей.

По мнению истцов выводы СТУ основаны на неверном толковании норм материального и процессуального права, поскольку должностным лицам летного состава авиационного отдела тыловой службы СТУ вменяют ненадлежащее обеспечение исполнения пункта 58 Приказа Министра обороны РФ от 27 апреля 2009 г. N 265 "Об утверждении Федеральных авиационных правил медицинского обеспечения полетов государственной авиации", в соответствии с которым, в дни полетов летный состав должен принимать горячую пищу четыре раза в сутки. Промежутки между приемами пищи в период бодрствования во всех случаях, в том числе в полете, не должны превышать 4 - 5 ч. В нелетные, выходные и праздничные дни количество приемов пищи может быть уменьшено до трех раз в сутки.

В приказе по итогам служебной проверки установлено получение истцами питания в выходные дни, дни отпуска, а также в периоды нетрудоспособности. Однако реестры за вышеуказанные дни содержат подпись и печать ИП ФИО9, что подтверждает прием пищи лётчиками, а также опровергает показания ФИО10 (заведующая производством работник ИП ФИО9), согласно которым «В пятницу летчики не берут с собой рацион за субботу и воскресение.» Пояснения ФИО10 имеют противоречия и не могут быть положены в основу делопроизводства ввиду нарушения принципов допустимости и относимости.

Фактически, летчики получали пищу в пищевые контейнеры с собой, например неиспользуемый завтрак или оставшиеся неиспользуемые иными сотрудниками СТУ рационы пищи. В реестрах, указанные летчиками выходные дни и проставленные подписи обозначают получение за выходной день пищи с собой в день предшествующий, с помощью пищевых контейнеров. Причиной являлось обеспечение должностных лиц авиационного отдела СТУ питанием, согл. п. 58 приказа № 265, в том числе и в выходные дни.

Согласно приказу ФТС России от 18 октября 2016 г. № 1985 «О порядке продовольственного обеспечения в таможенных органах Российской Федерации» продовольственное обеспечение сотрудников осуществляется путем организации горячего питания или обеспечения рационами питания (пункт 5). Горячее питание организовывается с привлечением предприятий общественного питания путем размещения заказов в соответствии с законодательством Российской Федерации по соответствующим нормам (пункты 6, 7).

Относительно питания в дни отпуска, истцы указали, что на работников гражданской авиации распространяются общие нормы Трудового кодекса РФ (далее - ТК РФ), а также особые условия, предусмотренные главой 51 ТК РФ. Продолжительность ежегодных основного и дополнительных оплачиваемых отпусков исчисляется в календарных днях, в число которых включаются и выходные дни. (ч. 1 ст. 120 ТК РФ). Кроме того, включаются в период отпуска также выходные дни, ставшие выходным из-за переноса, согласно ст. 112 ТК РФ (Письмо Минтруда и социальной защиты от 15.04.2016 № 14-1/В-351). Находясь в командировке 6 октября 2024 г. ФИО1 также имел право получать пищевое довольствие.

Кроме того, истцы отождествляют дни временной нетрудоспособности с нелетными днями. Из расположения стационара имеется свободный выход, что позволяло физически получать должностным лицам летного состава горячее питание в столовой в соответствии с реестрами. Истцы ссылаются на то, что в периоды временной нетрудоспособности посещали столовую, ввиду частичного осуществления трудовых обязанностей. Поскольку в период временной нетрудоспособности работник освобожден от исполнения трудовых обязанностей, он не обязан выходить на работу даже при возникновении производственной необходимости. При этом, если работник добровольно приступает к труду в период, когда он, по мнению врача, нетрудоспособен, у работодателя нет оснований не допускать его к работе, поскольку такое основание, как временная нетрудоспособность работника, не поименовано среди оснований отстранения от работы (ст. 76 ТК РФ), за исключением отстранения от работы в соответствии с медицинским заключением, согласно которому работнику противопоказано выполнение работы, обусловленной трудовым договором. Учитывая, что летный состав осуществлял трудовые функции в дни временной нетрудоспособности, на СТУ возлагалась обязанность обеспечить летный состав горячим питанием в соответствии с п. 58 приказа № 265.

Вменяемые ФИО1 нарушения не являются нарушениями должностных обязанностей. Равно как и не является нарушением со стороны ФИО1 определение устным распоряжением должностного лица, ответственного за приемку услуг, оказанных в соответствии с Контрактом __ (ФИО3) ввиду того, что ФИО1 не является стороной Контракта __ а также не имеет соответствующих должностных полномочии и обязанностей. Реестры обеспечения горячим питанием содержат достоверную информацию, фактически, каждый указанный за выходные дни в реестрах прием пищи был доведен до летчиков.

ФИО1 не мог быть нарушен п. 58 приказа № 265, ввиду того, что СТУ обязано организовать горячее питание или обеспечить рационами питания летный состав в выходные дни, что прямо закреплено самой нормой права.

Отсутствие нарушения п. 58 приказа № 265 также подтверждается помесячными актами проверки результатов исполнения контракта от 10.06.2024г. __ ГК за подписью начальника отдела ФИО11, который также осведомлен об обязанности СТУ организовать горячее питание или обеспечить рационами питания летчиков в выходные дни.

09.12.2024 г. между СТУ и ИП ФИО9 заключено соглашение о расторжении государственного контракта от 10.06.2024г, __ из которого следует, что стороны не имеют друг к другу никаких претензий, что также подтверждает отсутствие возражений в отношении приемов пищи в выходные дни.

В связи с изложенным истцы просят:

Признать незаконными Приказ Сибирского таможенного управления __ «Об итогах служебной проверки» от 03.02.2025г., а также приказ СТУ от 28.03.2025г. __ «О внесении изменений в приказ СТУ от 3 февраля 2025 г. __ «Об итогах служебной проверки».

Обязать СТУ произвести возврат удержанных с заработной платы денежных средств, в частности в пользу ФИО1 в размере 37 050,0 руб., в пользу ФИО2 в размере 34 200 руб., в пользу ФИО3 в размере 30 400,0 руб., в пользу ФИО4 в размере 33 250,0 руб.

В судебном заседании истцы и их представитель ФИО12 исковые требования поддержали в полном объеме, представили дополнительные пояснения к иску (Том № 3, л.д. 97-102), настаивали на том, что содержание подписанного государственного контракта и приложений к нему до них не доводилось,. С государственным контрактом они ознакомились только в период проведения служебной проверки. Каких-либо разъяснений о порядке исполнения государственного контракта они не получали. Поскольку до заключения спорного государственного контракта они длительный период времени работодателем не обеспечивались горячим питанием, то неудобства в виде режима работы столовой, не соответствующего дням, в которые требуется питание, преодолевали с помощью получения горячего питания в контейнерах, впоследствии доводили пищу до необходимой температуры на аэродроме и употребляли, условия для этого на аэродроме имелись. Поскольку какой-либо альтернативы не было, то получение питания в таком графике лучше, чем его отсутствие. Питание в периоды временной трудоспособности было получено в связи с фактическим исполнением служебных обязанностей, которые не связаны с полетами и заключаются в подготовке отчетов, составлении иных документов. Истец ФИО1 пояснил, что в период его нетрудоспособности, лицо, исполнявшее его обязанности отсутствовало, при этом правом подписи определенных документов наделен исключительно он, ввиду чего в период нахождения формально на листке нетрудоспособности, он фактически исполнял служебные обязанности, а потому в такие дни питался в столовой. Также истцы пояснили, что с 25.09.2024 года они находились на листке нетрудоспособности в связи с прохождением летной комиссии в условиях дневного стационара, однако, 25.09.2025 года они только передали документы на комиссию, на довольствие питанием их поставили не в первый день, поэтому они питались в столовой. Кроме того, истец ФИО2 указал, что, не смотря на наличие листка нетрудоспособности, он окончил прохождение комиссии 04.10.2024 года, о чем свидетельствует отметка о выдаче заключения о пригодности к полетам от 04.10.2024 года в медицинской книжке, и сразу приступил к обязанностям. Поскольку выписки и медицинские документы получал авиационный врач, то истец не был осведомлен, что его листок нетрудоспособности еще не закрыт и, в связи с нахождением на службе, 07.10.2024 года продолжал питаться в столовой. Также истцы указали, что работодателем при привлечении к дисциплинарной ответственности не было учтено предшествующее отношение к служебным обязанностям. Так, ФИО1 на кануне привлечения к дисциплинарной ответственности, в период проведения служебной проверки награжден ведомственной государственной наградой.

Помимо прочего, истцы не согласны с удержанием из их заработной платы ущерба. После направления ими возражений относительно взыскания ущерба, его сумма была изменена. Ущерб в окончательном размере им не предлагали добровольно возместить, истцы не давали своего согласия на удержание ущерба из заработной платы.

Представители ответчика Сибирского таможенного управления ФИО6, ФИО7, ФИО8 в судебном заседании против удовлетворения исковых требований возражали, просили в иске отказать, представили письменные возражения и дополнения к ним (Том № 1, л.д. 71-78, Том № 2, л.д. 200-201, Том № 3, л.д. 1-8, 23-31, 46-52,103-106 ), в которых, в том числе указано, что прохождение службы в таможенных органах регулируется Федеральным Законом от 21 июля 1997 г. № 114-ФЗ «О службе в таможенных органах Российской Федерации» (далее — Федеральный закон № 114-ФЗ). В силу пункта 1 статьи 17 Федерального закона № 114-ФЗ сотрудник таможенного органа обязан обеспечивать соблюдение Конституции Российской Федерации, исполнение федеральных конституционных законов и федеральных конов (подпункт 1); выполнять приказы и распоряжения начальников воженных органов, отданные в пределах их должностных полномочий, за исключением заведомо незаконных (подпункт 3); соблюдать установленные в таможенном органе правила внутреннего распорядка, порядок обращения со служебной информацией, выполнять должностные инструкции (подпункт 5); хранить государственную и иную охраняемую законом тайну, а также не разглашать ставшие ему известными в связи с исполнением должностных обязанностей сведения, в том числе затрагивающие частную жизнь, честь и достоинство граждан (подпункт 7). Пункт 2 статьи 33 Федерального закона № 114-ФЗ предусматривает необходимость утверждения в каждом таможенном органе правил внутреннего распорядка. Данные правила в каждом конкретном таможенном органе утверждаются его начальником исходя из особенностей деятельности таможенного органа.

В соответствии с Правилами внутреннего распорядка сотрудников СТУ, утвержденными приказом СТУ от 28 июля 2023 г. № 206, для сотрудников СТУ установлена пятидневная рабочая неделя с двумя выходными днями, субботой и воскресеньем. Продолжительность служебного времени составляет 40 часов в неделю. Данные Правила внутреннего распорядка распространяются, в том числе, и на Должностных лиц авиационного отдела тыловой службы СТУ. Из положений Дисциплинарного устава таможенной службы РФ, утвержденного Указом Президента РФ от 16.11.1998 года № 1396 следует, что служебная дисциплина состоит в строгом выполнении всеми сотрудниками таможенных органов должностных обязанностей, установленных законодательством Российской Федерации, нормативными правовыми актами Федеральной таможенной службы, правилами внутреннего распорядка в таможенном органе, должностными инструкциями сотрудников, приказами начальников таможенных органов, а также условиями контракта о службе в таможенных органах.

Должностные обязанности ФИО1 определены в разделе III должностной инструкции начальника авиационного отдела, утвержденной начальником СТУ 08.12.2022 года. Из должностной инструкции следует, что начальник авиационного отдела координирует и контролирует деятельность авиационного отдела СТУ на основе единоначалия, ему подчиняются все должностные лица отдела (п. 7). Согласно п. 14 должностной инструкции, в целях реализации функций, возложенных на авиационный отдел, начальник авиационного отдела обязан, в том числе: планировать и организовывать повседневную работу отдела, непосредственно руководить его деятельностью; планировать и руководить действиями подчиненного экипажа при выполнении служебных задач и специальных мероприятий; соблюдать положения Кодекса этики и служебного поведения должностных лиц таможенных органов Российской Федерации и требовать его соблюдения от подчиненных сотрудников.

Должностные лица таможенных органов обязаны соблюдать требования Кодекса этики и служебного поведения должностных лиц таможенных органов Российской Федерации, утвержденные приказом ФТС России от 30 декабря 2021 г. № 1187, в соответствии с которым, должностные лица таможенных органов, сознавая ответственность перед государством, обществом и гражданами, призваны: исполнять должностные (служебные) обязанности добросовестно и на высоком профессиональном уровне в целях обеспечения эффективной работы таможенных органов (п.п. 1 п. 8); исключать действия, связанные с влиянием каких-либо личных, имущественных (финансовых) и иных интересов, препятствующих Добросовестному исполнению ими должностных (служебных) обязанностей.

С учетом того, что служебная проверка была выполнена по фактам внесения в реестры обеспечения горячим питанием должностными лицами летного состава авиационного отдела недостоверных сведений, нарушение служебной дисциплины в ходе проведения служебной проверки нашло свое подтверждение. Начальник авиационного отдела ФИО1 привлечен к дисциплинарной ответственности в виде выговора в связи с ненадлежащей организацией контроля за деятельностью подчиненных должностных лиц, бортовой механик авиационного отдела ФИО3 за заполнение, подписание и визирование реестров обеспечения горячим питанием, содержащих недостоверную информацию.

Ответчик указывает, что Постановлением Правительства РФ от 29 декабря 2007 г. № 946 «О продовольственном обеспечении военнослужащих и некоторых других категорий лиц, а также об обеспечении кормами (продуктами) штатных животных воинских частей и организаций в мирное время», а также Приказом ФТС России № 1985 «О продовольственном обеспечении в таможенных органах Российской Федерации» не урегулирован вопрос организационного характера относительно периодичности горячего питания летного состава. Таким образом, из пункта 58 Федеральных авиационных правил, следует, что обеспечение горячим питанием в дни нахождения в отпуске, а также в период временной нетрудоспособности, не предусмотрено. Относительно питания в командировках, согласно приказу ФТС России от 18.10.2016 № 1985 сотрудники летного состава при выполнении служебных задач на запасных аэродромах (в командировке) обеспечиваются рационами питания для экипажей самолетов и вертолетов. Относительно питания в период временной нетрудоспособности, в соответствии с положениями п. 4.4. Приложения № 1 к Приказу № 985 по норме № 5 (лечебный паек) обеспечиваются питанием больные, находящиеся на излечении или стационарном обследовании (освидетельствовании) в госпитале. Кроме того, пунктом № 6 Приложения № 1 к Приказу № 1985 установлено, что организация горячего питания осуществляется, в том числе в госпитале – в столовых, буфетах. Следовательно, при нахождении в госпитале, больные обеспечиваются питанием по норме лечебного пайка. Таким образом, при освобождении от служебных обязанностей, обеспечение горячим питанием в период временной нетрудоспособности не предусмотрено нормативными правовыми актами. Сторона Истца заявляет, что не знакома с условиями Контракта (исходя из ответов на вопросы, заданные должностным лицам авиационного отдела в ходе проведения служебной проверки, содержание Контракта им известно), в то же время, положения об обязательном обеспечении именно горячим питанием содержатся в Федеральных авиационных правилах, согласно Приложению № 5 к которым, готовая пища должна быть употреблена не позднее 2 часов с момента ее приготовления. Аналогичная норма содержатся и в пункте 5 Приказа № 1985, в соответствии с которым, продовольственное обеспечение сотрудников осуществляется путем организации горячего питания или обеспечением рационами питания. Федеральными авиационными правилами, Приказом № 1985, а также условиями Контракта, возможность замены горячего питания выдачей продуктами питания и т.п. не допускается. В свою очередь, реестры обеспечения горячим питанием содержали недостоверные сведения, а именно, даты и время посещения столовой в те дни, когда услуги по предоставлению горячего питания фактически не оказывались: реестры датированы, в том числе, выходными днями, днями нахождения в отпуске, в дни временной нетрудоспособности, в период нахождения в командировке и во время стационарного лечения. Таким образом, реестры не подтверждают факт получения горячего питания. Отсутствие горячего питания в выходные дни было обнаружено сотрудниками авиационного отдела в первый выходной день, однако, никаких докладных записок на имя руководящего состава СТУ, во исполнение Инструкции по делопроизводству в территориальных органах Федеральной таможенной службы и организациях, находящихся в ведении Федеральной таможенной службы, утвержденной приказом ФТС России от 10 сентября 2024 г. № 888 (Типовой инструкции по делопроизводству в территориальных органах Федеральной таможенной службы и организациях, находящихся в ведении Федеральной таможенной службы, утвержденной приказом ФТС России от 26 октября 2022 г. № 900) не поступало. Более того, согласно п. 3 Технического задания (Приложение № 2 к Контракту), соответствие оказанных по настоящему Контракту услуг условиям настоящего Контракта, а также контроль за полнотой и достоверностью сведений в документах, формируемых в рамках исполнения настоящего Контракта, осуществляется летным составом Заказчика.

В свою очередь, Реестры обеспечения горячим питанием, являющиеся неотъемлемой частью Контракта, являются документами, отраженными в бухгалтерском учете, в обоснование получения именно горячего питания. Своими действиями, путем подписания реестров, содержащих недостоверные сведения, сотрудники повлекли возникновение убытков, поскольку услуги по получению горячего питания были оплачены СТУ в полном объеме. Таким образом, бюджетные денежные средства были направлены на цели, противоречащие целям их получения, а именно, горячее питание. Своими действиями, сотрудники повлекли возникновение убытков, поскольку услуги по получению горячего питания были оплачены СТУ в полном объеме. Удержание из заработной платы сотрудников суммы ущерба согласуется с положениями части 1 статьи 248 Трудового кодекса Российской федерации, допускающей взыскание по распоряжению работодателя суммы ущерба, не превышающей среднего месячного заработка.

Понимая свою правовую ответственность перед государством и обществом, сотрудники должны осознавать, что прием горячего питания является необходимым условием для качественного, надлежащего исполнения возложенных служебных обязанностей на должностях лётного состава. Целью предоставления горячего питания является создание условий для надлежащего исполнения должностных обязанностей. Питание для этих целей, в дни, установленные служебной проверкой, не использовалось. В данном случае, с учетом положений нормативных правовых актов, регулирующих обеспечение лётного состава именно горячим питанием, механизм реализации которых предусматривает употребление горячей пищи не позднее 2 часов с момента ее приготовления, такое поведение Истцов, по мнению ответчика, следует рассматривать как злоупотребление правом (п. 1 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федераций - далее - ГК РФ).

Само по себе наличие у сотрудников авиационного отдела права на получение горячего питания в предприятии общественного питания, в целях надлежащего исполнения служебных обязанностей и обеспечения безопасности полетов, не может служить основанием для несоблюдения установленного порядка получения горячего питания, а выдача продуктов в пищевых контейнерах противоречит и нормативным правовым актам, регулирующим данные правоотношения, и условиям Контракта, а также не способствует обеспечению безопасности полетов и не связано с функционалом авиационного отдела, предусмотренного регламентирующими документами ФТС России.

Привлеченная в качестве третьего лица – ИП ФИО9 в судебное заседание не явилась, извещена.

Аппарат Уполномоченного по правам человека в Новосибирской области извещен, поступило заявление о рассмотрении дела в его отсутствие.

Суд, заслушав участвующих в деле лиц, исследовав письменные материалы дела, приходит к следующему.

Служба в таможенных органах как особый вид государственной службы граждан Российской Федерации регулируется Федеральным законом от N 114-ФЗ "О службе в таможенных органах Российской Федерации".

Обязанности сотрудника таможенного органа по занимаемой должности определяются Должностной инструкцией (п. 2 ст. 17 Федерального закона "О службе в таможенных органах Российской Федерации").

В соответствии со статьей 30 указанного Закона порядок применения поощрений и наложения дисциплинарных взысканий устанавливается Дисциплинарным уставом таможенной службы, утвержденным Президентом Российской Федерации.

Такой Устав был утвержден Указом Президента Российской Федерации от N 1396. Согласно ст. 29 Федерального закона от N 114-ФЗ "О службе в таможенных органах Российской Федерации" объявление выговора за нарушение служебной дисциплины является одним из видов дисциплинарных взысканий.

Перечень грубых нарушений служебной дисциплины дается в Дисциплинарном уставе таможенной службы. В соответствии с п. 18 Дисциплинарного устава таможенной службы РФ к грубым нарушениям служебной дисциплины в том числе относятся: невыполнение сотрудником обязанностей, установленных подпунктами 1, 3 и 7 пункта 1 статьи 17 Федерального закона "О службе в таможенных органах Российской Федерации".

В силу п. п. 19, 29, 30 Дисциплинарного устава до наложения дисциплинарного взыскания от сотрудника должно быть затребовано письменное объяснение, при необходимости проводится служебная проверка указанных в нем сведений с вынесением соответствующего заключения по ее результатам; дисциплинарное взыскание налагается не позднее месяца со дня, когда начальнику таможенного органа стало известно о совершенном проступке, не считая времени болезни сотрудника или пребывания его в отпуске и не может быть применено в случае, если со дня совершения проступка прошло более шести месяцев.

В силу Дисциплинарного устава таможенной службы Российской Федерации основанием для наложения на сотрудника дисциплинарного взыскания является, как правило, заключение о результатах служебной проверки, подтверждающее совершение сотрудником дисциплинарного проступка.

Дисциплинарное взыскание может быть применено работодателем только в том случае, когда установлен факт совершения дисциплинарного проступка конкретным сотрудником, время, место, обстоятельства его совершения, вина сотрудника при совершении проступка, причинно-следственная связь между действиями (бездействием) сотрудника, совершившего дисциплинарный проступок и наступившими последствиями.

Из материалов дела следует, что приказом от xx.xx.xxxx __ ФИО1 принят на службу в таможенные органы Российской Федерации и назначен на должность начальника авиационного отдела тыловой службы Сибирского таможенного управления с заключением контракта на 3 года. Впоследствии контракт продлялся и на основании приказа СТУ от xx.xx.xxxx года __ контракт заключен на новый срок с 01.10.2023 года до 01.10.2025 года (Том __ л.д. 81-83).

Приказом от xx.xx.xxxx года __ подполковник ФИО2 в порядке перевода назначен на должность заместителя начальника авиационного отдела с заключением контракта сроком на 3 года. Впоследствии на основании приказа СТУ от xx.xx.xxxx __ контракт был заключен на новый срок в 3 года с 25.06.2022 года (Том __ л.д. 84-86).

Приказом __ от xx.xx.xxxx года в порядке перевода по службе старший лейтенант таможенной службы ФИО3 назначен на должность бортового механика авиационного отдела тыловой службы СТУ, с ним заключен контракт, в соответствии с приказом __ от xx.xx.xxxx года на срок с 14.08.2024 года по 22.07.2025 года (Том __ л.д. 87-89).

Приказом от xx.xx.xxxx года __ старший лейтенант таможенной службы ФИО4 назначен на должность техника бортового авиационного отдела тыловой службы СТУ, с ним заключен контракт на 3 года с xx.xx.xxxx года (Том __ л.д.90-92).

По инициативе отдела материально-технического обеспечения была размещена заявка на заключение контракта на услуги по обеспечению горячим питанием в период с 15 июня 2024 года по 15 ноября 2024 года.

В пункте 1.13 заявки содержится описание порядка поставки товара, который сводится к обеспечению питанием в соответствии с нормами продовольственного обеспечения, утвержденными Постановлением Правительства РФ от 29.12.2007 № 946 «О продовольственном обеспечении военнослужащих и некоторых других категорий лиц, а также об обеспечении кормами (продуктами) штатных животных воинских частей и организаций в мирное время».

В соответствии с п. 3.2 Заявки закупка обосновывается пунктами 5, 6, 7 Приказа ФТС России от 18.10.2016 № 1985 "О продовольственном обеспечении в таможенных органах Российской Федерации", согласно которым продовольственное обеспечение сотрудников осуществляется путем организации горячего питания или обеспечением рационами питания. Организация горячего питания осуществляется с привлечением предприятий общественного питания. Горячее питание сотрудников организовывается с привлечением предприятий общественного питания путем осуществления закупок в соответствии с законодательством Российской Федерации по соответствующим нормам, утвержденным постановлением Правительства Российской Федерации от 29 декабря 2007 г. N 946 по норме N 2 (летный паек) в стационарных условиях, в том числе на аэродромах (Том № 2, л.д.208-211).

10 июня 2024 года между СТУ в лице заместителя начальника управления ФИО13 (Заказчик) и ИП ФИО9 (Исполнитель) был заключен государственный контракт, согласно п. 1.1. которого Исполнитель обязался оказывать Заказчику услуги по организации горячего питания для 4 (четырех) сотрудников авиационного отдела Заказчика 3 раза в день, в соответствии с техническим заданием (Приложение № 1 к контракту).

Из п. 1.2. государственного контракта следует, что оказание услуг осуществляется на территории Исполнителя в учреждении общественного питания, находящимся не далее 5 км от места службы летного состава СТУ (г. Новосибирск, ...) по адресу, указанному в Реестре обеспечения горячим питанием (ул. ...).

Срок оказания услуг с 15.06.2024 года по 15.11.2024 года. (п. 1.3 Контракта).

Горячее питание изготавливается из продуктов исполнителя согласно Норме № 2 (летный паек), установленной Постановлением Правительства РФ от 29.12.2007 № 946 «О продовольственном обеспечении военнослужащих и некоторых других категорий лиц, а также обеспечении кормами (продуктами) штатных животных воинских частей и организаций в мирное время».

В силу п. 2.3 Контракта факт оказания услуги фиксируется в Реестре обеспечения горячим питанием (оформляется по образцу Приложения № 2 к контракту) с персональной подписью сотрудников авиационного отдела, получивших услуги (Том № 1, л.д. 120-122).

На основании заявок на обеспечение горячим питанием в ИП ФИО9, подписанных начальником авиационного отдела ФИО1, сотрудникам авиационного отдела предоставлялось горячее питание (Том __ л.д. 1-10), получение которого оформлялось реестрами обеспечения горячим питанием (Том __ л.д. 11-117).

Согласно докладной записке от 27.11.2024 года __ поступившей начальнику СТУ от службы по противодействию коррупции СТУ, оплата по государственному контракту на обеспечение горячим питанием произведена СТУ на основании реестров обеспечения горячим питанием, составленных и подписанных должностными лицами авиационного отдела, однако услуги по обеспечению питанием не могли быть предоставлены в выходные дни, которыми датированы реестры, поскольку режим работы столовой не предусматривает ее функционирование в выходные дни. Помимо прочего, в нарушение требований закупочной документации часть реестров датирована днями, в которые сотрудники авиационного отдела находились в отпуске, что свидетельствует о недостоверности сведений, внесенных в реестры (Том __ л.д. 111-112).

В связи с указанной докладной запиской приказом начальника СТУ от 02.12.2024 года __ назначено проведение служебной проверки в период с 02.12.2024 года по 28.12.2024 года в целях выяснения обстоятельств и условий, послуживших причиной нарушения требований государственного контракта на оказание услуг горячего питания от 10.06.2024 года __ допущенных сотрудниками авиационного отдела тыловой службы СТУ, (Том __ л.д. 113). С приказом о проведении служебной проверки ФИО1, ФИО2, ФИО4, ФИО3 ознакомлены 09.12.2024 года (Том __ л.д. 114).

Согласно п. 20 Дисциплинарного устава таможенной службы РФ порядок организации и проведения служебной проверки в отношении сотрудников таможенных органов определяется руководителем ФТС России. В настоящее время действует Приказ ФТС России от N 1557 "Об утверждении Инструкции об организации и о проведении служебной проверки в таможенных органах Российской Федерации" (далее - Инструкция).

Инструкция устанавливает конкретные требования к содержанию заключения служебной проверки. Инструкцией определены факторы, которые в обязательном порядке подлежат установлению при проведении служебной проверки: а) факт совершения дисциплинарного проступка, время, место, обстоятельства его совершения; б) сотрудник, совершивший дисциплинарный проступок, и лица, причастные к его совершению; в) вина сотрудника при совершении дисциплинарного проступка или степень вины каждого сотрудника при его совершении несколькими сотрудниками; г) причинно-следственная связь между действиями (бездействием) сотрудника, совершившего дисциплинарный проступок, и наступившими последствиями; д) характер и размер материального ущерба, причиненного сотрудником в результате совершения дисциплинарного проступка; е) отношение сотрудника к совершенному им дисциплинарному проступку и его последствиям; ж) причины и условия, которые способствовали совершению дисциплинарного проступка.

Инструкция определяет перечень прав сотрудника, в отношении которого проводится служебная проверка. Посредством предоставленных прав сотрудник таможенного органа получает возможность на законном основании защищать свои интересы во время проведения служебной проверки. Тем самым обеспечивается реализация принципов полноты, всесторонности, объективности исследования всех обстоятельств проступка.

В связи с нахождением ФИО1, ФИО2, ФИО4 в очередных отпусках, на основании приказа от 27.01.2025 года __ срок проведения проверки продлен, установлен срок представления проекта приказа по итогам служебной проверки 03.02.2025 года (Том __ л.д. 116).

В рамках служебной проверки от истцов отобраны объяснения в виде ответов на сформулированные работодателем вопросы (Том __ л.д.187-206).

Согласно заключению служебной проверки комиссией проведен анализ оказания услуг по организации горячего питания для ФИО1, ФИО2, ФИО4, ФИО3 за период с 15.06.2024 года по 15.11.2024 года методом сверки данных в представленных реестрах об оказании услуг с табелями учета использования рабочего времени за указанный период. По результатам сверки установлены факты получения сотрудниками горячего питания в выходные дни, в период отпуска и нетрудоспособности. Итоговая сумма оплаты СТУ услуг по государственному контракту на основании таких реестров составила 178000 рублей. По итогам проверки комиссия пришла к выводу о том, что факт указания истцами недостоверных сведений в реестрах обеспечения горячим питанием (приложение __ к государственному контракту от 10.06.2024 года __) нашел свое подтверждение. Также подтвердился факт оплаты услуг по государственному контракту, которые фактически не были оказаны, на общую сумму 173800 рублей. Комиссией сделан вывод о том, что указанные нарушения стали возможны вследствие ненадлежащего исполнения своих обязанностей начальником авиационного отдела ФИО1, заместителем начальника отдела ФИО2, техником бортовым ФИО4, бортовым механиком ФИО3, начальником тыловой службы СТУ подполковником таможенной службы ФИО14

В заключении служебной проверки указано, что ФИО1 ненадлежащим образом организовано исполнение служебного контракта в части внесения информации (сведений) в реестры, что является нарушением п. 58 Приказа Министра обороны РФ № 265, а также пп.1 п.8 Кодекса этики и служебного поведения должностных лиц таможенных органов РФ.

Бортовым механиком ФИО3 заполнялись и подписывались, как ответственным за приемку услуг лицом, реестры, содержащие недостоверные сведения. Заместителем начальника отдела ФИО2 и техником бортовым ФИО4 подписывались реестры, содержащие недостоверную информацию.

Начальником тыловой службы СТУ ФИО14 ненадлежащим образом организован контроль исполнения контракта в части приемки оказанных услуг.

Комиссия пришла к выводу, что указанные действия совершены сотрудниками СТУ виновно, поскольку каждый из них, ввиду занимаемой должности, обязан знать законодательство, регламентирующее деятельность таможенных органов и применять его надлежащим образом. Объективных и субъективных причин, препятствующих надлежащему выполнению служебных и должностных обязанностей не установлено.

В связи с изложенным комиссия предложила привлечь вышеуказанных лиц к дисциплинарной ответственности, а также рассмотреть вопрос о возможности взыскания денежных средств, уплаченных по контракту __ в результате неправомерных действий должностных лиц авиационного отдела СТУ (Том № 2, л.д. 119-138).

С заключением по результатам служебной проверки истцы ознакомлены 28.01.2025 года (Том № 2, л.д. 139).

03.02.2025 года начальником СТУ издан приказ № 110-КМ об итогах служебной проверки, согласно которому поскольку обеспечение горячим питанием летного состава в дни отпуска или в период временной нетрудоспособности не предусмотрено пунктом 58 Федеральных авиационных правил медицинского обеспечения полетов государственной авиации, утвержденных приказом Министра обороны РФ от 27.04.2009 № 265, то питание в отпусках и в периоды временной нетрудоспособности является нарушением п. 58 Федеральных авиационных правил медицинского обеспечения полетов.

При этом в приказе № 110-КМ от 03.02.2025 года об итогах служебной проверки содержится уже иная сумма оплаты услуг в размере 158650 руб., произведенная на основании Реестров, содержащих недостоверные данные, и являющаяся ущербом, причиненным Сибирскому таможенному управлению, отличная от установленной в заключении служебной проверки (173800 руб.).

На основании данного приказа:

За грубое нарушение служебной дисциплины, выразившееся в ненадлежащей организации контроля за деятельностью подчиненных должностных лиц при исполнении Контракта № 47ГК, что привело к ненадлежащей приёмке услуг, оказанных летному составу авиационного отдела СТУ (внесение недостоверной информации (сведений) в Реестры обеспечения горячим питанием), а также в ненадлежащем обеспечении исполнения пункта 58 Приказа № 265, подпункта 1 пункта 8 Кодекса этики, утверждённого приказом ФТС России от 30 декабря 2021 г. № 1187, ненадлежащим исполнением требований пункта 13, подпунктов 1, 2, 45 пункта 14 должностной инструкции начальника авиационного отдела СТУ, утверждённой начальником СТУ 8 декабря 2022 г. __), подпунктов 3, 5 пункта 1 статьи 17 Федерального закона 114-ФЗ, на основании пунктов 18, 23 Дисциплинарного устава начальник авиационного отдела тыловой службы СТУ полковник таможенной службы ФИО1 привлечен к дисциплинарной ответственности в виде выговора.

За грубое нарушение служебной дисциплины, выразившееся в подписании Реестров обеспечения горячим питанием, содержащих недостоверную информацию (сведения) об исполнении Контракта __ а также в исполнении ненадлежащим образом пункта 58 Приказа № 265, подпункт 1 пункта 8 Кодекса этики, ненадлежащим исполнением требований пункта 14, подпунктов 35, 43 пункта 15 должностной инструкции заместителя начальника авиационного отдела СТУ, утверждённой начальником СТУ 9 декабря 2022 г. (__), подпунктов 3, 5 пункта 1 статьи 17 Федерального закона 114-ФЗ, па основании пунктов 18, 21 Дисциплинарного устава заместителя начальник авиационного отдела тыловой службы СТУ полковник таможенной службы ФИО2 (Ч__) к дисциплинарной ответственности не привлечен, однако предупрежден о необходимости строгого соблюдения дисциплины.

За грубое нарушение служебной дисциплины, выразившееся в заполнении, подписании и визировании Реестров обеспечения горячим питанием, содержащих недостоверную информацию (сведения) об исполнении Контракта __ как ответственным лицом за приёмку услуг, а также в исполнении ненадлежащим образом пункта 58 Приказа № 265, подпункта 1 пункта 8 Кодекса этики, ненадлежащим исполнением требований пункта 12, подпункта 18 пункта 13 должностной инструкции бортового механика авиационного отдела СТУ, утверждённой начальником СТУ 4 мая 2023 г. (__), пункта 12, подпункта 18 пункта 13 должностной инструкции бортового механика авиационного отдела СТУ, утверждённой начальником СТУ 1 октября 2024 т. (__), подпунктов 3, 5 пункта 1 статьи 17 Федерального закона 114-ФЗ, на основании пунктов 18, 23 Дисциплинарною устава бортовой механик авиационного отдела тыловой службы СТУ старший лейтенант таможенной службы ФИО3 (Ч__) привлечен к дисциплинарной ответственности в виде выговора.

За грубое нарушение служебной дисциплины, выразившееся в подписании Реестров обеспечения горячим питанием, содержащих недостоверную информацию (сведения) об исполнении Контракта __ а также в исполнении ненадлежащим образом пункта 58 Приказа № 265, подпункта 1 пункта 8 Кодекса этики, ненадлежащим исполнением требований пункта 11, подпункта 16 пункта 12 должностной инструкции техника бортового авиационного отдела СТУ, утверждённой начальником СТУ 3 августа 2020 г. (__), пункта 11, подпункта 16 пункта 12 Должностной инструкции техника бортового авиационного отдела СТУ, утверждённой начальником СТУ 1 октября 2024 г. (__), подпунктов 3, 5 пункта 1 статьи 17 Федерального закона 114-ФЗ, на оснований пунктов 18, 21 Дисциплинарного устава техника бортовою авиационного отдела тыловой службы СТУ старший лейтенант таможенной службы ФИО4 (Ч__) к дисциплинарной ответственности не привлечён, однако, предупрежден о необходимости строгого соблюдения дисциплины.

За грубое нарушение служебной дисциплины, выразившееся в ненадлежащей организации контроля исполнения Контракта __ в части приемки оказанных услуг, что является ненадлежащим исполнением требований пункта 13, подпункта 14 должностной инструкции начальника тыловой службы СТУ, утвержденной начальником СТУ 01.10.2024 года (__), пункта 13, подпункта 1 пункта 14 должностной инструкции начальника тыловой службы СТУ, утверждённой начальником СТУ 30.11.2022 года (__), подпункта 5 пункта 1 статьи 17 Федерального закона 114-ФЗ, на оснований пунктов 17, 21 Дисциплинарного устава начальник тыловой службы СТУ подполковник таможенной службы ФИО14 (Ч__) к дисциплинарной ответственности не привлечён, однако, предупрежден о необходимости строгого соблюдения дисциплины (Том __ л.д.140-150).

Истцы ознакомлены с приказом 04.02.2025 года, что подтверждается их личными подписями (Том __ л.д. 150).

Таким образом, из буквального прочтения приказа __ от 03.02.2025 года «об итогах служебной проверки» следует, что в отношении всех истцов со стороны СТУ сделаны выводы о грубом нарушении служебной дисциплины.

Между тем, согласно п. 18 Дисциплинарного устава таможенной службы Российской Федерации, утвержденного Указом Президента РФ от 16.11.1998 N 1396, к грубым нарушениям служебной дисциплины относятся:

1) невыполнение сотрудником обязанностей, установленных подпунктами 1, 3 и 7 пункта 1 статьи 17 Федерального закона "О службе в таможенных органах Российской Федерации";

2) утрата сотрудником документов, предоставляющих право перемещения товаров или транспортных средств через таможенную границу Таможенного союза, а также товаров, обращенных в федеральную собственность, товаров и документов, задержанных и (или) изъятых при проведении таможенного контроля, личной номерной печати, боевого оружия;

3) прогул (в том числе отсутствие сотрудника на службе более трех часов в течение установленного ежедневного служебного времени) без уважительных причин;

4) появление сотрудника на службе в нетрезвом состоянии, в состоянии наркотического или токсического опьянения;

5) несоблюдение ограничений, установленных для сотрудников статьей 7 Федерального закона "О службе в таможенных органах Российской Федерации".

Приведенный перечень является исчерпывающим и расширительному толкованию не подлежит.

В силу подпунктов 1, 3 и 7 пункта 1 статьи 17 Федерального закона "О службе в таможенных органах Российской Федерации" сотрудник таможенного органа обязан: обеспечивать соблюдение Конституции Российской Федерации, исполнение федеральных конституционных законов и федеральных законов; выполнять приказы и распоряжения начальников таможенных органов, отданные в пределах их должностных полномочий, за исключением заведомо незаконных; хранить государственную и иную охраняемую законом тайну, а также не разглашать ставшие ему известными в связи с исполнением должностных обязанностей сведения, в том числе затрагивающие частную жизнь, честь и достоинство граждан.

Как следует из содержания приказа __ от 03.02.2025 года об итогах служебной проверки всем истцам, как сотрудникам СТУ, в вину вменяется ненадлежащее исполнение п. 58 Федеральных авиационных правил медицинского обеспечения полетов, утвержденных приказом Министра обороны № 265 от 27.04.2009 года, выразившееся в неправомерном получении питания в выходные дни, периоды отпусков и временной нетрудоспособности. Указанная правовая позиция поддержана представителями ответчика в ходе рассмотрения дела.

Действительно, приказом Министра обороны Российской Федерации от 27.04.2009 N 265 утверждены правила медицинского обеспечения полетов государственной авиации (далее - Правила).

Между тем, как следует из п. 1 Правил они определяют научно обоснованную систему организационных, лечебных, профилактических, гигиенических и реабилитационных мероприятий, направленных на поддержание профессионального здоровья, оптимизацию функционального состояния организма и повышение работоспособности летчиков и штурманов, а также лиц, участвующих в выполнении полетных заданий на борту воздушного судна (далее именуется - летный состав) и инженерно-технического состава (ИТС) государственной авиации в интересах эффективного и безопасного выполнения полетных заданий (далее - медицинское обеспечение полетов).

Таким образом, в предмет регулирования данных Правил входит перечень мероприятий, направленных на обеспечение безопасности полетов, которые фактически сводятся к медицинскому контролю состояния здоровья летного состава и действиям по его поддержанию, в том числе контролю соблюдения летным составом режимов труда, отдыха и питания, созданию условий для медицинской реабилитации летного состава и т.д.

Разделом IV вышеприведенных Правил урегулирован медицинский контроль питания летного состава.

В Приложении № 5 к Правилам, изложенным в пунктах п. 54 и 57 названного нормативного правого акта установлены особенности при организации питания летного состава, в том числе повседневного (предполетного) питания в наземных условиях; бортового питания в длительных полетах более 4 часов; питания и водообеспечения в аварийных условиях; питания при вылете по тревоге. В этом же приложении установлены требования к питанию летного состава, в частности требования к ассортименту и количеству продуктов, их калорийности, вкусовым качествам, распределению суточного пищевого рациона. При этом установлено, что в зависимости от распорядка дня и особенностей летной работы пища может выдаваться в летной столовой, на аэродроме во время полетов, на борту самолета в полете и должна полностью удовлетворять гигиеническим требованиям. Готовая пища должна быть употреблена не позднее 2 часов с момента ее приготовления.

В силу пункта 58 Правил в дни полетов летный состав должен принимать горячую пищу четыре раза в сутки. Промежутки между приемами пищи в период бодрствования во всех случаях, в том числе в полете, не должны превышать 4 - 5 часов. В нелетные, выходные и праздничные дни количество приемов пищи может быть уменьшено до трех раз в сутки. Далее в п. 59 Правил изложены требования к рекомендованному количеству принимаемой пищи и времени ее приема.

Из буквального толкования вышеуказанных положений, с учетом предмета правового регулирования Правил, следует, что пункт 58 правил, ненадлежащее исполнение которого вменено в вину истцам, содержат лишь требования к режиму питания сотрудников, являющихся членами летного состава, то есть определяет количество приемов пищи летчиков и иных членов летного состава в дни совершения ими полетов и остальные дни, когда полеты лётным составом не совершаются вне зависимости от причин отсутствия полетов (нелетные, выходные или праздничные дни). Указанный пункт лишь разграничивает режимы питания в зависимости от дней, в которые выполняются или не выполняются полеты.

Таким образом, вопреки мнению ответчика, а также выводам, содержащимся в оспариваемом Приказе об итогах служебной проверки, пункт 58 Правил не регулирует правоотношения между работником и работодателем в части порядка обеспечения питанием летного состава работодателем в зависимости от рабочего времени, фактического исполнения служебных обязанностей, нахождения в отпуске или в период нетрудоспособности. Приведенная норма не содержит и не может содержать запретов на получение сотрудниками летного состава питания в периоды временной нетрудоспособности и нахождения в отпусках. При этом отсутствие в п. 58 Правил полного исчерпывающего перечня всех возможных случаев (отпуск, нетрудоспособность и т.д.), при которых режим питания допускает снижение количества приёмов пищи летным составом до трех раз в день, само по себе не свидетельствует о наличии такого запрета.

Аналогичное толкование вышеприведенной правовой нормы и целей правового регулирования согласуется с информацией, содержащейся в письме начальника Главного управления тылового обеспечения ФТС России генерал-лейтенанта ФИО15 от 29.01.2015 года, в котором разъяснен порядок организации питания сотрудников таможенных органов, проходящих службу на должностях летного состава. Так, в разъяснении указано, что имеющееся правовое регулирование, в том числе Постановление Правительства Российской Федерации от 29.12.2007 года __ (продовольственное обеспечение по норме № 2 (летный паек)) не предусматривает ограничение летного состава в питании на время нахождения в отпуске, командировке, в выходные и праздничные дни, в отличие от других сотрудников таможенных органов (Том № 3, л.д. 38).

В информационном письме также подтверждено, что приказ Министра обороны Российской Федерации от 27.04.2009 N 265 содержит лишь особенности организации питания летного состава, то есть режим питания, а не порядок обеспечения им со стороны работодателя.

Таким образом, соблюдение предусмотренного п. 58 Правил режима питания обусловлено не фактическим исполнением служебных обязанностей сотрудниками летного состава, а занимаемой ими должностью, которая обязывает летчика непрерывно поддерживать состояние своего здоровья, а работодателя (в данном случае - СТУ) с целью обеспечения безопасности полетов содействовать поддержанию их здоровья путем организации соответствующих мероприятий.

Из системного толкования нормативно-правовых актов, регулирующих продовольственное обеспечение летного состава, а именно Постановления Правительства Российской Федерации от 29.12.2007 года № 946 и Приказа ФТС России от 18.10.2016 N 1985 "О продовольственном обеспечении в таможенных органах Российской Федерации", следует, что они не содержат каких-либо ограничений и запретов для сотрудников таможенных органов, входящих в летный состав, в питании в дни, в которые ими фактически не исполняются служебные обязанности.

Квалификация представителем ответчика в качестве частного мнения официального разъяснения вышестоящего по отношению к СТУ должностного лица, имеющего звание генерал-лейтенанта службы, по вопросам компетенции управления тылового обеспечения ФТС России, противоречит «Положению о Главном управлении тылового обеспечения», ранее утвержденному Приказом ФТС России от 26.11.2018 № 1918, согласно пп. «в» пункта 10 которого в функции Главного управления тылового обеспечения ФТС России входят вопросы обеспечения продовольствием (рационами питания, питанием отдельных категорий должностных лиц таможенных органов). Кроме того, исходя из наличия этих разъяснений в распоряжении стороны истцов, они были доведены до летного состава, который был вправе ими руководствоваться в отсутствие документа, отменяющего или опровергающего такие разъяснения, либо иного документа, содержащего разъяснения иного характера.

Суд также полагает не состоятельными доводы стороны ответчика о том, что информация от 29.01.2015 года утратила свою актуальность в связи вступлением в силу нового Приказа ФТС России от 18.10.2016 N 1985 "О продовольственном обеспечении в таможенных органах Российской Федерации", взамен действовавшего на дату направления указанной информации приказа от 09.08.2013 года № 1497 «О порядке продовольственного обеспечения в таможенных органах Российской Федерации», поскольку не претерпел в этой части каких-либо изменений, дополнен лишь двумя приложениями, регламентирующими рационы питания и комплекты аварийного запаса для обеспечения сотрудников таможенных органов Российской Федерации и некоторых других категорий лиц, а также нормы замены одних продуктов другими. Пунктом 6 Приказа ФТС России от 18.10.2016 № 1985 "О продовольственном обеспечении в таможенных органах Российской Федерации" предусмотрена организация горячего питания с привлечением предприятий общественного питания, а также в госпитале - в столовых, буфетах.

Учитывая положения вышеприведенных норм ведомственного нормативного правового акта в их системной взаимосвязи с Правилами медицинского обеспечения полетов государственной авиации, с целью сохранения состояния здоровья сотрудников, обеспечение их питанием, в отличие от других сотрудников таможенных органов, должно отвечать критерию непрерывности и приоритета соблюдения режимов питания вне зависимости от фактического исполнения служебных обязанностей и места дислокации.

Вопреки мнению ответчика, отсутствие утвержденной на этапе оформления заявки на заключение контракта его цены по причине непредсказуемого количества выходных дней, отпусков, командировок и дней нетрудоспособности, не подтверждает запрет на питание в такие дни. Это положение обоснования расчета цены контракта основано не на нормах, регулирующих обеспечение питанием, а на практике обеспечения питанием, поскольку очевидно, что находясь в отпуске за пределами г. Новосибирска, сотрудник физически не будет иметь возможности получения питания при том, что оплата производится по факту получения питания.

Таким образом, в отсутствие в п. 58 Правил, утвержденных приказом Министра обороны Российской Федерации от 27.04.2009 N 265, запретов и ограничений на получение сотрудниками летного состава питания в выходные дни, периоды отпусков и нетрудоспособности, квалификация работодателем (СТУ) действий истцов по получению питания за выходные дни, дни отпуска и нетрудоспособности, в качестве грубого нарушения служебной дисциплины и виновного неисполнения служебных обязанностей, является неправомерной.

Суд обращает внимание, что работодателем истцам не вменяется нарушение п. 58 указанных Правил в части несоблюдения режима трехразового питания, и как следствие необеспечения безопасности полетов, что следует из содержания заключения служебной проверки, приказа по итогам служебной проверки. При этом в ходе рассмотрения дела дополнение перечня нарушений, вменяемых работнику в приказе об итогах служебной проверки, не допустимо.

Кроме того, согласно заключению служебной проверки от 28.01.2025 года и приказу от __ от 03.02.2025 года «об итогах служебной проверки» в качестве грубого нарушения ФИО1 служебной дисциплины указано на ненадлежащую организацию контроля за деятельностью подчиненных должностных лиц при исполнении государственного Контракта __ что привело к ненадлежащей приёмке услуг, оказанных летному составу авиационного отдела СТУ (внесение недостоверной информации (сведений) в Реестры обеспечения горячим питанием), что повлекло его привлечение к дисциплинарной ответственности в виде выговора.

Со стороны СТУ также в качестве грубого нарушения служебной дисциплины квалифицированы действия ФИО3, как ответственного за приёмку услуг лица, по заполнению, подписанию и визированию Реестров обеспечения горячим питанием, содержащих недостоверную информацию (сведения) об исполнении Контракта __ ввиду чего работодателем к нему применено дисциплинарное взыскание в виде выговора.

Грубым нарушением служебной дисциплины в приказе __ от 03.02.2025 года «об итогах служебной проверки» со стороны работодателя признаны действия истцов ФИО2 и ФИО4, выразившиеся в подписании Реестров обеспечения горячим питанием, содержащих недостоверную информацию (сведения) об исполнении Контракта __

В своих объяснениях сторона ответчика указала, что недостоверность сведений, отраженных в реестрах обеспечения горячим питанием заключается в их датировании числами, в которые пункт питания ИП ФИО9 не работал (выходные дни), а также в дни отпуска и нетрудоспособности согласно табелям учета рабочего времени.

Как неоднократно указывали истцы в судебном заседании, с полным текстом подписанного государственного контракта __ они не ознакомлены, его содержание и порядок исполнения до них не доводили, указав лишь адрес места нахождения пункта питания. Содержание контракта __ им стало известно только на этапе проведения служебной проверки.

В силу присущего гражданскому судопроизводству принципа диспозитивности эффективность правосудия по гражданским делам обусловливается в первую очередь поведением сторон как субъектов доказательственной деятельности; наделенные равными процессуальными средствами защиты субъективных материальных прав в условиях состязательности, стороны должны доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений, и принять на себя все последствия совершения или не совершения процессуальных действий.

Применительно к положениям ст. 56 ГПК РФ, с учетом категории спора, возникшего из трудовых правоотношений, бремя доказывания законности привлечения сотрудников к дисциплинарной ответственности лежит на стороне ответчика, который обязан был представить доказательства совершения истцами конкретных виновных действий, которые бы давали основания для вывода о грубом нарушении служебных обязанностей.

Суд отмечает, что в силу положений Дисциплинарного устава таможенной службы Российской Федерации нарушением служебной дисциплины (дисциплинарным проступком) является именно виновное неисполнение или ненадлежащее исполнение сотрудником возложенных на него должностных обязанностей. Статья 18 вышеназванного Устава содержит исчерпывающий перечень случаев нарушений служебной дисциплины сотрудником таможенных органов, являющихся грубыми.

Привлечение сотрудника таможенных органов к дисциплинарной ответственности допускается в случаях, когда начальник таможенного органа установил конкретную вину сотрудника и доказал ее в установленном порядке (принцип презумпции невиновности и виновной ответственности, т.е. наличия вины как необходимого элемента состава правонарушения). Исходя из изложенного, в приказе о привлечении сотрудников к дисциплинарной ответственности должны быть четко изложены конкретные обстоятельства виновного грубого неисполнения сотрудником возложенных на них обязанностей, с указанием, применительно к рассматриваемому спору на то, какие служебные обязанности ими не исполнены или исполнены ненадлежащим образом.

Так, истцы непосредственной стороной государственного контракта __ от 10.06.2024 года, не являлись. Работодателем, вопреки бремени доказывания, не представлены надлежащие доказательства ознакомления истцов с условиями заключенного СТУ контракта и техническим заданием к нему. Ссылка стороны ответчика на направление истцам подписанного в окончательном варианте контракта __ от 10.06.2024 года на электронную почту истцам, по мнению суда, факта получения ими указанного документа не подтверждает, а потому не может доказывать осведомленность истцов об условиях получения питания и возлагать на них ответственность за ненадлежащее исполнение условий котракта.

Поскольку авиационный отдел инициатором заключения контракта не являлся, заявку не формировал, что сторонами в ходе рассмотрения дела не оспаривалось, закупочная документация не содержит требований к режиму работы пункта питания, а в контракт не включены сведения о режиме работы столовой ИП ФИО9, в том числе о том, что в выходные дни столовая не работает, на этапе формирования заявки ФИО1, как начальник авиационного отдела, не мог выявить несоответствие условий предполагаемого к заключению проекта контракта требованиям нормативных-правовых актов, регулирующих обеспечение сотрудников летного состава питанием.

Кроме того, по мнению суда, именно работодатель, как сторона государственного контракта, начиная с этапа формирования закупочной документации с целью надлежащего исполнения своих обязанностей по обеспечению мероприятий, направленных на поддержание профессионального здоровья имеющих особый статус сотрудников таможенных органов (летного состава) должен был заключить контракт на условиях, при которых у сотрудников летного состава имелась беспрепятственная возможность соблюдения режима питания в соответствии с п. 58 приказа Министра обороны Российской Федерации от 27.04.2009 № 265.

Ссылка представителей ответчика о наличии у начальника авиационного отдела ФИО1 права на внесение изменений и предложений в закупочную документацию на этапе формирования заявки, не свидетельствует о грубом нарушении им служебной дисциплины, поскольку реализация прав не тождественна исполнению обязанности.

Поскольку, как указали истцы, до заключения 10.06.2024 года контракта __ они длительный период времени абсолютно не обеспечивались питанием, проявление инициативы расторжения контракта вновь привело бы к отсутствию обеспечения питанием и, как следствие невозможности соблюдения режима питания и безопасности полетов. Доказательств обратного ответчиком не представлено. При этом, истцами в материалы дела представлены доказательства, что после расторжения контракта с ИП ФИО9, не смотря на неоднократные обращения к работодателю, получение трехразового горячего питания не обеспечивается.

Как следует из объяснений всех истцов, представленных в ходе служебной проверки, получая питание за выходные дни, а также посещая пункт питания в дни отпуска и нетрудоспособности, они руководствовались положениями приказа Министра обороны Российской Федерации от 27.04.2009 № 265, предписывающего соблюдать режим трёхразового питания во все дни, кроме, летных (Том № 1, л.д. 187-201).

Сторонами, в том числе ответчиком, в ходе рассмотрения дела, не оспаривалось, что отсутствие возможности получения горячего питания летным составом в выходные дни ввиду режима работы столовой, не функционирующей в субботу и воскресенье, выяснилось, в том числе СТУ, уже после заключения контракта, что, по мнению суда, свидетельствует об упущениях работодателя, на стадии формирования закупки и заключения контракта, выразившихся в недостаточной проверке предполагаемого механизма его исполнения и недостаточной конкретизации его условий. При этом авиационный отдел не являлся инициатором закупки и не формировал заявку, а его начальник ФИО1 не являлся единственным лицом, согласовавшим заявку (Том __ л.д.211).

Как установлено судом ранее, нормативно-правовое регулирование обеспечения питанием сотрудников летного состава не содержит запретов и ограничений на получение питания в выходные дни, дни отпуска и нетрудоспособности, ввиду чего действия истцов по заполнению реестров датами получения питания за выходные дни являлось вынужденной мерой в условиях заключенного контракта. При этом в отсутствие доказательств ознакомления сотрудников авиационного отдела с условиями государственного контракта, а также содержащихся в нем требований о режиме работы пункта питания в выходные дни, в вину сотрудникам летного состава не может вменяться непредставление в контрактную службу материалов о ненадлежащем исполнении условий контракта со стороны контрагента ИП ФИО9 (пп. 23 п.11 Положения об авиационном отделе тыловой службы).

Обосновывая недопустимость действий истцов по получению питания за выходной день (субботу) в пятницу в потребительских контейнерах, ответчик избирательно анализирует фактический механизм исполнения контракта, не учитывая причины и условия, способствующие действиям истцов. Так, пояснениями сторон и письменными материалами дела, подтверждено отсутствие возможности одновременного соблюдения истцами правил внутреннего трудового распорядка и получения трехразового горячего трехразового питания в столовой по адресу: г. Новосибирск, ....

В частности ответчиком представлены доказательства действительной территориальной отдаленности пункта питания от места дислокации летного состава (ул. Ельцовская, 4/1) по прямой на 4,6 км, однако расстояние маршрута следования по дорогам общественного значения составляет 8 км, время в пути до пункта питания и обратно 40 мин, при условии низкой транспортной загруженности дорог (Том 3, л.д.69). Таким образом, при соблюдении истцами условий контракта в части получения трехразового горячего питания на территории исполнителя, они вынуждены были бы потратить минимум 2 часа рабочего времени (3х 40 мин) ежедневно на дорогу до пункта питания и обратно, без учета времени на прием пищи, при том, что правилами внутреннего трудового распорядка для сотрудников СТУ установлен перерыв для отдыха и питания с 13 часов 00 мин. до 13 час. 48 мин и каких-либо исключений для летного состава правила не предусматривают (Том № л.д.102-105). В этой связи истцы не оспаривали, и ответчику было известно о том, что в пункт питания в будние дни направлялся один сотрудник с целью получения питания в контейнерах, предназначенного для остальных сотрудников летного состава, которые прием пищи осуществляли на аэродроме после повторной термической обработки.

Суд отмечает, что факт получения истцами питания в объемах, подтвержденных реестрами на горячее питание в период действия контракта, в пределах лимита общей стоимости государственного контракта __ в размере 300000 рублей, подтвержден. При этом истцы указали, что с их стороны претензий к качеству питания и его соответствия рациону к ИП ФИО9 не имеется, питание ими получено горячее и надлежащего качества.

Кроме того судом установлено, что информация относительно исполнения контракта для уголовно-правовой оценки действий, участвующих в его исполнении лиц, была направлена в Следственный отдел СК по Октябрьскому району г. Новосибирска, которым 04.12.2025 года вынесено постановление о прекращении уголовного дела __ в связи с отсутствием события преступления, предусмотренного ч.2 ст. 159 Уголовного кодекса РФ. Основанием для такого процессуального решения следственного органа стал установленный факт оказания контрагентом ИП ФИО9 услуг по организации горячего питания для четырех сотрудников авиационного отдела ФИО1, ФИО2, ФИО4, ФИО3, в том числе в период выходных дней, дней отпуска, дней временной нетрудоспособности путем передачи горячего питания в одноразовой таре и продуктов питания в рабочие дни.

Как следует из постановления от 04.12.2025 года, материалами уголовного дела подтвержден факт нарушения порядка исполнения государственного контракта в части недопущения замены горячего питания выдачей продуктов в потребительской таре, нарушения порядка ведения реестров по организации горячего питания для четырех сотрудников (Том __).

При этом по убеждению суда, указанные нарушения порядка исполнения контракта не могут быть квалифицированы как результат виновных действий истцов, поскольку им работодателем – СТУ не были созданы условия для надлежащего получения услуг по контракту, в том числе, не обеспечено получение питания в столовой, функционирующей в выходные дни и расположенной на расстоянии, позволяющем питаться три раза в день на территории исполнителя, без ущерба для рабочего времени, что позволило бы исключить получение готовых блюд в контейнерах и нивелировать вмененные истцам в вину нарушения.

В заключении по результатам служебной проверки не установлена причинно-следственная связь между действиями (бездействиями) истцов и наличием каких-либо негативных последствий, ответчиком не представлено доказательств того, что истцы не получили объемы питания в соответствии с предусмотренным рационом __ что повлекло бы ущерб для работодателя в виде оплаты услуг ИП ФИО9 без встречного предоставления. Само по себе подписание истцами реестров о получении горячего питания за даты, являвшиеся выходными днями, днями отпуска и нетрудоспособности не свидетельствует о заведомой недостоверности отраженных в них сведений, которая вменяется в вину истцам, и не опровергает факта получения ими питания. В условиях заключенного контракта, созданных работодателем, истцы полагали, что дата, указанная в реестре является числом, за которое произведена передача питания, а не датой фактического получения питания, при том, что составление двух реестров от одной даты (в пятницу за два дня) также являлось бы нарушением.

Как указали истцы, в периоды временной нетрудоспособности, в том числе в периоды прохождения летной комиссии, они посещали пункт питания ввиду фактического пребывания на службе, совмещаемого с прохождением необходимых обследований в условиях госпиталя (дневного стационара), что, по мнению суда, с учетом приоритета соблюдения режима питания, установленного п. 58 приказа Министра обороны Российской Федерации от 27.04.2009 № 265, нормативно-правовому регулированию не противоречит. При этом наличие листка нетрудоспособности, в том числе в связи с прохождением летной комиссии, не исключает возможность нахождения истцов на рабочем месте. Так, истцом ФИО2 представлена копия медицинской книжки, в которой содержится заключение летной комиссии от 04.10.2024 года (Том 3, л.д. 172), после получения которого он приступил к службе, и соответственно посетил пункт питания, что, с учетом приоритета соблюдения режима питания, не может быть квалифицировано, как грубое нарушение служебной дисциплины. Кроме того, истребованная судом информация об обеспечении истцов питанием в период прохождения летной комиссии в военном госпитале, также подтвердила, что, не смотря на прохождение комиссии истцом ФИО3 в период с 25.09.2024 года по 09.10.2024 года, что составляет 15 дней, имеются сведения об обеспечении его питанием в условиях стационара только в течение 14 дней, чем также объясняется посещение им столовой ИП ФИО9 в указанный период (Том __ л.д. 147). Вышеприведенные обстоятельства в рамках служебной проверки работодателем не устанавливались, доказательства принятия мер к проверке данных обстоятельств до принятия решения о привлечении истцов к дисциплинарной ответственности не представлено, что привело к необоснованности и неправомерности выводов о грубом нарушении сотрудниками служебной дисциплины.

В ходе служебной проверки не установлено, что действия истцов повлекли наступление каких-либо негативных последствий. Выводы в заключении о результатах служебной проверки о том, что имеет место ущерб в виде полученных по контракту ненадлежащего качества услуг по обеспечению питанием, ничем не подтверждены. Достаточных доказательств, подтверждающих наличие законных оснований для привлечения истцов ФИО1 и ФИО3 к дисциплинарной ответственности за вменяемые им нарушения, ответчиком суду представлено не было, равно как не представлено оснований для выводов в отношении ФИО2 и ФИО4 о грубом нарушении ими служебной дисциплины, ввиду совершения виновных действий по событиям описанным в приказе от 03.02.2025 года __ «Об итогах служебной проверки», исходя из представленных материалов служебной проверки.

Кроме того, из заключения служебной проверки и приказа от 03.02.2025 года __ «Об итогах служебной проверки» при решении вопроса о привлечении к дисциплинарной ответственности, не усматривается оценка работодателем предшествующего отношения сотрудников к исполнению служебных обязанностей, тогда как п. 20 Дисциплинарного устава таможенной службы Российской Федерации содержит императивные требования об обязательной оценке тяжести совершенного работником дисциплинарного проступка, обстоятельств, при которых он совершен, а также предшествующей службы и поведения.

Между тем, материалами дела подтверждено, что приказом руководителя ФТС России от 03.12.2024 года __ в период проведения служебной проверки, ФИО1 награжден ведомственной медалью «За усердие» (Том __ л.д. 194-196). При этом в представлении на награждение медалью отражено, что ФИО1 показал себя грамотным руководителем, умеющим обучать и воспитывать подчиненных, и в 2024 году должностные лица авиационного отдела тыловой службы аппарата управления не имели нарушений служебной дисциплины. ФИО1 подготовлены и отработаны государственные контракты по направлениям деятельности авиационного отдела. За добросовестное исполнение служебных обязанностей награжден ведомственными наградами, а также Указом Президента Российской Федерации государственной наградой – медалью ордена «За заслуги перед отечеством» II степени.

В представлении также отмечено соблюдение ФИО1 Кодекса этики и служебного поведения должностных лиц таможенных органов РФ, Дисциплинарного устава таможенной службы РФ (Том __ л.д. 197-198).

Ввиду отсутствия указанных сведений в заключении о служебной проверке, суд приходит к выводу, что работодателем в полной мере не выполнены требования п. 20 Дисциплинарного устава таможенной службы Российской Федерации.

Таким образом, в ходе проверки также подлежали выяснению вопросы о наличии вины истцов в совершении вменяемых действий (бездействий), т.е. необходимо было установить наличие возможности произвести указанные действия, что могло стать основанием для вывода о виновном поведении сотрудников. Принимая во внимание изложенное, исходя из недоказанности ответчиком факта грубого нарушения истцами служебной дисциплины, несоразмерности тяжести совершенных ФИО1, ФИО3 деяний примененным взысканиям, суд приходит к выводу, что применение к истцам ФИО1, ФИО3 дисциплинарного взыскания в виде выговоров на основании оспариваемого приказа от 03.02.2025 года __ «Об итогах служебной проверки» с учетом внесённых в него изменений приказом от 28.03.2025 года произведено неправомерно, а также без, учета отсутствия каких-либо последствий.

Вопреки мнению представителей ответчика, при проверке законности привлечения работника к дисциплинарной ответственности, суд не ограничен материалами служебной проверки, собранными работодателем и оценивает все представленные в материалы дела доказательства, хотя бы такие и не были получены работодателем при проведении проверки, в частности, ввиду ее неполноты, что имеет место в настоящем споре. Так, выводы о непредставлении ИП ФИО9 истцам питания в контейнерах на выходной день, основаны на объяснениях ФИО10, являвшейся сотрудником столовой. Однако из постановления о прекращении уголовного дела от 04.12.2025 года следует, что ФИО10 даны пояснения иного содержания по данным фактам (Том __ л.д. 232 оборот). При этом в рамках служебной проверки работодателем не учтено, что ни на одном реестре не содержится подписи ФИО10, а меры к получению объяснений непосредственно у контрагента по контракту – ИП ФИО9 с целью выяснения механизма фактического его исполнения не приняты.

Принимая решение об удовлетворении иска в части признания незаконными выводов о грубом нарушении истцами ФИО1, ФИО3 ФИО2, ФИО4 служебной дисциплины, а также привлечения ФИО1 и ФИО3 к дисциплинарной ответственности в виде выговоров, суд исходит из того, что в ходе рассмотрения дела с достоверностью не подтверждаются представленными доказательствами, что истцы допустили грубое нарушение служебной дисциплины, выразившееся в составлении, подписании реестров на горячее питание, содержащих недостоверные сведения, что привело к ненадлежащей приемке услуг, а также в ненадлежащему исполнению п. 58 Правил, утвержденных приказом Министра обороны Российской Федерации от 27.04.2009 __

При этом из содержания пункта 3.4 контракта от 10.06.2024 года, следует, что обязанность по заполнению реестров обеспечения горячим питанием возложена на Исполнителя (Том __ л.д.120 оборот).

__, л.д. 107).

Помимо прочего истцами заявлены исковые требования о возложении на ответчика обязанными возвратить незаконно удержанные из заработной платы денежные средства в пользу ФИО2 в сумме 34200 рублей, в пользу ФИО4 в сумме 33250 рублей, в пользу ФИО16 в сумме 30400 рублей, в пользу ФИО1 в сумме 37050 рублей.

Так, в приказе __ от 03.02.2025 года «Об итогах служебной проверки» установлено что реестры обеспечения горячим питанием должностных лиц авиационного отдела СТУ, оформленные в дни отпусков, в периоды временной нетрудоспособности, в также в выходные дни (суббота и воскресенье – нерабочие дни столовой ИП ФИО9), содержат недостоверную информацию.

В результате оплаты неправомерно полученных услуг от столовой ИП ФИО9, а также оплаты, произведенной на основании реестров, содержащих недостоверные сведения, сумма ущерба Сибирскому таможенному управлению составила 158650 рублей. Согласно пункту 6 приказа и.о. заместителя начальника управления ФИО14 и начальнику финансово-бухгалтерской службы ФИО17 надлежало организовать работу по учету и взысканию причинённого ущерба.

28.03.2025 года приказом __ в приказ СТУ от 03.02.2025 года __ «Об итогах служебной проверки» внесены изменения, ввиду недостоверности сведений в табелях рабочего времени о нахождении в отпусках истцов, в результате данных реестров в части расчетов за выходные дни, дни отпуска и временной нетрудоспособности, окончательная сумма ущерба составила 134900 рублей, в том числе по оформленным реестрам ФИО1 на сумму 37050 рублей (за июнь – 4750 рублей, июль – 7600 рублей, август – 1900 рублей, сентябрь – 17100 рублей, октябрь – 5700 рублей); ФИО2 на сумму 34200 рублей (за июнь 2024 года 4750 рублей, июль 7600 рублей, август 1900 рублей, сентябрь 15200 рублей, октябрь – 4750 рублей); ФИО3 на сумму 30400 рублей (за июнь 4750 рублей, июль – 7600 рублей, август – 1900 рублей, сентябрь – 11400 рублей, октябрь – 3800 рублей, ноябрь – 950 рублей); ФИО4 на сумму 33250 рублей (июнь – 3800 рублей, июль – 15200 рублей, август – 3800 рублей, сентябрь – 3800 рублей, октябрь 5700 рублей, ноябрь – 950 рублей). (Том __ л.д. 59-60).

28.02.2025 года СТУ издан приказ __ которым ФИО1 привлечен к материальной ответственности в размере 44560 рублей, ФИО2 к материальной ответственности в размере 42750 рублей, ФИО4 к материальной ответственности __ рулей, ФИО3 в размере 38000 рублей. ФИО1 ознакомлен с этим приказом 24.03.2025 года, остальные истцы – 06.03.2025 года (Том __ л.д. 175).

В материалы дела представлены уведомления от 25.02.2025 года __ и __ с предложением соответственно ФИО3 и ФИО1 добровольно возместить ущерб, причиненный работодателю в сумах соответственно 38000 рублей и 44650 рублей (Том 3, л.д. 162-163).

В связи с несогласием с расчетом и необоснованностью размера ущерба, истцы направили свои возражения в адрес начальника СТУ (Том __ л.д. 179-184, 185-192, 193- 197, 198-204).

Именно в связи с указанными возражениями истцов ответчиком был сделан перерасчет, в результате которого доводы истцов подтвердились, о чем в их адрес 28.03.2025 года были направлены ответы (Том __ л.д. 205-210,211-216, 217-222, 223-227).

После определения окончательного расчета предполагаемого работодателем ущерба, 27.03.2025 года СТУ был издан приказ __ о внесении изменений в приказ СТУ от 28.02.2025 года __ сумма ущерба, причиненного ФИО4 составила 33250 рублей, ФИО16 – 30400 рублей, ФИО1 – 37050 рублей, ФИО2 – 34200 рублей (Том __ л.д. 109). При этом окончательно определенную сумму ущерба работодатель не предлагал истцам возместить добровольно. Каких-либо уведомлений с таким предложением в адрес истцов не направлял, что не оспаривается в ходе рассмотрения дела. Отсутствие иных доказательств в распоряжении сторон подтверждено подписями сторон в приложении к протоколу судебного заседания (Том __ л.д. 234).

Указанные суммы удержаны работодателем в марте 2025 года из заработной платы истцов, что подтверждено документально и не оспаривалось в ходе рассмотрения дела (Том __ л.д. 93).

Возмещение ущерба производится независимо от привлечения работника к дисциплинарной, административной или уголовной ответственности за действия или бездействие, которыми причинен ущерб работодателю (часть 6 статьи 248 Трудового кодекса Российской Федерации).

В пункте 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 года N 52 "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю" разъяснено, что к обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником, обязанность доказать которые возлагается на работодателя, в частности, относятся: отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения (действий или бездействия) причинителя вреда; вина работника в причинении ущерба; причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба; соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности.

Из приведенных правовых норм трудового законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что по общему правилу необходимыми условиями для наступления материальной ответственности работника за причиненный работодателю ущерб являются: наличие прямого действительного ущерба у работодателя, противоправность поведения (действия или бездействия) работника, причинно-следственная связь между действиями или бездействием работника и причиненным работодателю ущербом, вина работника в причинении ущерба.

При этом бремя доказывания наличия совокупности указанных обстоятельств законом возложено на работодателя, который до принятия решения о возмещении ущерба конкретным работником обязан провести проверку с обязательным истребованием от работника письменного объяснения для установления размера причиненного ущерба, причин его возникновения и вины работника в причинении ущерба.

Таким образом, к обстоятельствам, имеющим значение для правильного разрешения настоящего спора, обязанность доказать которые возлагается на ответчика как работодателя, относятся: наличие оснований для привлечения работника к материальной ответственности, соблюдение работодателем порядка привлечения работника к материальной ответственности, факт причинения ответчику прямого действительного ущерба, противоправность действий или бездействия истцов, причинная связь между поведением истцов и наступившим у работодателя – СТУ - ущербом, вина работников в причинении ущерба работодателю, размер ущерба, отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника.

Как установлено судом ранее, право истцов на получение питания в выходные дни, дни отпуска и нетрудоспособности не ограничено вменяемыми в вину нормами, факт получения объемов питания подтверждён совокупностью доказательств, в том числе в постановлении о прекращении уголовного дела за отсутствием события преступления, следовательно, наличие у СТУ ущерба, в результате неправомерных действий истцов, ответчиком не доказано.

Являются не состоятельными доводы представителя ответчика о том, что ущерб выражается в принятии ненадлежащего качества услуги по предоставлению питания, за которую оплата не должна была производиться ИП ФИО9 Как указали истцы, у них не имелось к ИП ФИО9 претензий относительно качества питания и его соответствия рационам питания. Правом проверки качества услуг СТУ наделено в силу закона и договора, как сторона контракта, однако тот факт, что СТУ в ходе исполнения контракта не воспользовалось своим правом на надлежащее проведение проверки качества услуги, не является основанием для возложения последствий такого неосмотрительного поведения и ответственности на истцов в виде удержания предполагаемого работодателем ущерба из заработной платы работников.

Суд обращает внимание, что в соответствии с п. 4.4 Государственного контракта __ от 10.06.2024 года для проверки соответствия объема и качества оказанных услуг требованиям, установленным контрактом, заказчик проводит экспертизу. Экспертиза результатов, предусмотренных контрактом, может проводиться заказчиком своими силами или к ее проведению могут привлекаться эксперты, экспертные организации (Том __ л.д. 120 оборот).

Как следует из материалов дела, в течение всего периода действия контракта, до оплаты услуг составлялись и подписывались со стороны СТУ в лице начальника материально-технического отдела акты проверки качества результатов исполнения контракта по закупке на оказание услуг по организации горячего питания, согласно которым акт подписан по результатам экспертизы качества товара (Том 1, л.д. 124-134). Тот факт, что экспертиза качества товара проводилась формально лишь по информации реестров, подписанных истцами, не является основанием для возложения на них ответственности за принятие услуг ненадлежащего качества. Более того, доводы ответчика о том, что для отказа от оплаты услуг ИП ФИО9 безусловным основанием является факт выдачи блюд в контейнерах, основаны на предположениях, а, соответственно, не могут подтверждать наличие у работодателя ущерба, предлежащего возмещению работниками.

Кроме того, при несоблюдении работодателем установленного порядка взыскания ущерба работник имеет право обжаловать действия работодателя в суд (ч. 3 ст. 248 ТК РФ).

Работник, виновный в причинении ущерба работодателю, может добровольно возместить его полностью или частично. По соглашению сторон трудового договора допускается возмещение ущерба с рассрочкой платежа. В этом случае работник представляет работодателю письменное обязательство о возмещении ущерба с указанием конкретных сроков платежей. В случае увольнения работника, который дал письменное обязательство о добровольном возмещении ущерба, но отказался возместить указанный ущерб, непогашенная задолженность взыскивается в судебном порядке (ч. 4 ст. 248 ТК РФ).

Таким образом, порядок внесудебного взыскания с работника суммы ущерба, не превышающей его среднего месячного заработка, строго регламентирован законом, а действия работодателя по несоблюдению такого порядка могут быть обжалованы работником в суд. Процедура такого взыскания должна производиться на основании распоряжения работодателя, которое должно быть сделано не позднее одного месяца со дня окончательного установления работодателем размера причиненного работником ущерба. При этом такое распоряжение работодателя должно быть своевременно доведено до сведения работника, должно быть мотивированным и проверяемым на предмет его законности, поскольку предполагается возможность его обжалования работником в судебном порядке.

Учитывая, что ст. 136 ТК РФ предполагает обязанность работодателя в письменной форме доводить до сведения работника сведения о размерах и об основаниях произведенных удержаний из его заработной платы, по логике законодателя, рассматриваемое распоряжение работодателя должно производиться в письменной форме и доводиться до сведения работника путем ознакомления с ним.

Закрепляя право работодателя привлекать работника к материальной ответственности (абзац шестой части первой статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации), Трудовой кодекс Российской Федерации предполагает, в свою очередь, предоставление работнику адекватных правовых гарантий защиты от негативных последствий, которые могут наступить для него в случае злоупотребления со стороны работодателя при его привлечении к материальной ответственности.

Привлечение работника к материальной ответственности не только обусловлено восстановлением имущественных прав работодателя, но и предполагает реализацию функции охраны заработной платы работника от чрезмерных и незаконных удержаний.

Учитывая то, что в ходе судебного разбирательства в материалы дела не представлено доказательств того, что в результате действий истцов работодателю причинен действительный, подтвержденный допустимыми средствами доказывания, ущерб, суд приходит к выводу о необоснованном привлечении истцов к материальной ответственности, ввиду чего считает необходимым взыскать удержанные денежные средства с ответчика в пользу ФИО2 в сумме 34200 рублей, в пользу ФИО4 в сумме 33250 рублей, в пользу ФИО16 в сумме 30400 рублей, в пользу ФИО1 в сумме 37050 рублей.

Также, по мнению суда, является не правомерным в процедуре внесудебного взыскания ущерба отсутствие со стороны работодателя предложения о добровольном его возмещении после определения окончательного размера и внесения изменений в приказ СТУ от 28.02.2025 года __ поскольку данные действия работодателя лишают сотрудника возможности возмещения ущерба за счет иных денежных средств, а не заработной платы, на которую работник вправе рассчитывать при планировании собственных расходов.

Вопреки мнению стороны ответчика, отсутствие требований истцов об оспаривании приказов СТУ от 28.02.2025 года __ о взыскании ущерба и от 27.03.2025 года __ о внесении изменений в приказ от 28.02.2025 года __ не является препятствием для взыскания с ответчика незаконно удержанных из заработной платы истцов денежных средств в судебном порядке, при наличии выводов суда о недоказанности работодателем ущерба в результате неправомерных действий истцов.

Таким образом, по результатам рассмотрения исковых требований, суд приходит к выводу об их частичном удовлетворении, поскольку истцами заявлено о признании незаконным в полном объеме приказа начальника Сибирского таможенного управления Федеральной таможенной службы от 03.02.2025 года __ «Об итогах служебной проверки», с учетом приказа от 28.03.2025 года __ «О внесении изменений в приказ от 03.02.2025 __», однако, указанный документ, помимо прочего, содержит выводы в отношении сотрудника СТУ ФИО14, которым данный приказ не оспаривался и изложенные в нем выводы не проверялись.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4 удовлетворить частично.

Признать незаконным приказ начальника Сибирского таможенного управления Федеральной таможенной службы от 03.02.2025 года __ «Об итогах служебной проверки», с учетом приказа от 28.03.2025 года __ «О внесении изменений в приказ от 03.02.2025 __» в части выводов о грубом нарушении служебной дисциплины начальником авиационного отдела тыловой службы СТУ ФИО1, заместителем начальника авиационного отдела тыловой службы СТУ ФИО2, бортовым механиком авиационного отдела тыловой службы СТУ ФИО3, бортовым техником авиационного отдела тыловой службы СТУ ФИО4, а также в части наложения на начальника авиационного отдела тыловой службы СТУ ФИО1, на бортового механика авиационного отдела тыловой службы СТУ ФИО3 дисциплинарных взысканий в виде выговоров.

Взыскать с Сибирского таможенного управления Федеральной таможенной службы России незаконно удержанные денежные средства в пользу ФИО2 (<данные изъяты>) в сумме 34200 рублей, в пользу ФИО4 (<данные изъяты>) в сумме 33250 рублей, в пользу ФИО3 (<данные изъяты>) в сумме 30400 рублей, в пользу ФИО1 (<данные изъяты>) в сумме 37050 рублей.

В удовлетворении остальной части иска отказать.

Решение может быть обжаловано в Новосибирский областной суд в течение месяца с момента изготовления решения суда в окончательной форме.

Судья (подпись) Е.И. Березнева

Решение суда в окончательной форме составлено 21.01.2026 года.

Судья (подпись) Е.И. Березнева

Подлинник решения суда хранится в гражданском деле № 2-2777/2025 в Заельцовском районном суде г. Новосибирска