Гр. дело № 2-40/2022

Поступило в суд 12.04.2021

УИД 54RS0002-01-2021-001423-80

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

03 июня 2022г. г. Новосибирск

Железнодорожный районный суд г. Новосибирска

в составе:

председательствующего судьи Еременко Д.А.

при секретаре Грековой К.Р.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ООО «Партнер» о взыскании денежных средств, по встречному исковому заявлению ООО «Партнер» к ФИО1 о признании условий трудового договора незаключенными в части,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратился в суд с иском к ООО «Партнер» о взыскании годового размера среднемесячного дохода (заработка) в размере 4 459 174 руб. 98 коп., компенсации за пользование денежными средствами за период с 14.04.2020г. и по день фактической оплаты из расчета 1/150 ставки рефинансирования ЦБ РФ за каждый день просрочки, компенсации морального вреда в размере 50 000 руб. 00 коп. (с учетом уточнения от ****, т. 2 л.д. 4).

В обоснование исковых требований указано, что 03.06.2019г. между ФИО1 и ООО «Партнер» заключен трудовой договор №П-395, согласно условиям которого ФИО1 был принят на должность территориального директора по работе с ключевыми клиентами вне места нахождения работодателя или его обособленного подразделения, вне стационарного места. 03.06.2019г. ответчиком был издан приказ №П-121 о приеме работника на работу, установлен размера тарифной ставки (оклада) 46 450 руб. 00 коп., районный коэффициент - 1,2; а также установлены компенсации за использование оборудования, технических средств 4 000 руб. 00 коп. Трудовой договор прекращен 13.04.2020г. по инициативе работодателя в связи с сокращением численности сотрудников. Согласно п. 4.4.4 заключенного трудового договора работодатель принял на себя обязанность в случае расторжения трудового договора выплатить работнику годовой размер фактического среднемесячного дохода. Однако ответчик такой выплаты не произвел, чем нарушил права истца. На основании изложенного просил удовлетворить требования (том 1 л.д. 103, том 2 л.д. 4-6).

В судебном заседании истец ФИО1 требования иска с учетом уточнений поддержал в полном объеме. В обоснование требований дополнительно указывал, что процесс согласования условий трудового договора длился с 05.06.2019г. по середину июля 2019г. Переговоры велись как по электронной почте, так и посредством телефонной связи. Работодатель не был настроен принимать его на работу, тем более на длительный срок. Эти обстоятельства следуют из переписки, из разговоров с ФИО2, в связи с чем условие об установлении спорной выплаты оговаривалось отдельно, было согласовано. Свидетелем переговоров и устных согласований условия о выплате при увольнении являлся ФИО3 Та же переписка подтверждает, что трудовой договор был проверен кадровым сотрудником. До обращения с иском в суд он неоднократно обращался к ответчику с требованием о выплате спорной суммы. Обстоятельства подписания трудового договора: ему работодатель прислал проект договора посредством электронной почты, без подписи работодателя, он ознакомился с текстом, внес свои изменения, дополнив текст п. 4.4.4 трудового договора спорным условием о выплате; далее, распечатал текст, подписал на каждой странице и отправил его в ООО «Партнер». О внесенных изменениях отдельно работодателю не сообщал. До этого указывал, что не готов подписывать договор в представленной редакции без установления спорной выплаты. Сообщения в социальной сети от ФИО2 о согласовании «эксклюзивных» условий подтверждает, что данное условие было с работодателем согласовано. Сличать все высылаемые версии работодателем на подписание не было возможности, поскольку в начале июля ему проведена операция под наркозом.

Возражал против удовлетворения встречного иска, полагая, что отсутствуют основания для признания условий договора незаключенными. Расчет задолженности произведен им исходя из размера среднего заработка, установленного апелляционным определением Новосибирского областного суда. Он отказался от предложенных должностей в ООО «Партнер», принял для себя решение о невозможности дальнейшего трудоустройства у данного работодателя. После увольнения из ООО «Партнер» он получал три месяца пособия, встал на учет в службе занятости, к сентябрю 2020г. был трудоустроен по новому месту работы. Также полагал, что встречный иск не обоснован, поскольку закон не предусматривает возможности признания незаключенным отдельного пункта трудового договора. Трудовой договор не является типовым. Заключение договора – единый юридический факт, не разделяемый на отдельные условия. Трудовым договором или коллективным договором могут быть предусмотрены отдельные иные выплаты. Трудовой договор выше по юридической силе, нежели локальные акты работодателя. В данном случае особая выплата была согласована сторонами при подписании трудового договора, подписи на каждом листе трудового договора об этом свидетельствуют. Включение такого условия не противоречит требованиям ТК РФ. От истца понуждения ответчика к заключению трудового договора не было. Трудовой договор был предметом исследования в 4 судебных инстанциях, ни одна из которых не установила его незаключенности в целом или в части. Кадровые решения принимаются именно работодателем. Следовательно, подписание им трудового договора подтверждает, что им условиям данного трудового договора были приняты и согласованы. Данное условие было направлен на улучшение условий трудоустройства истца у данного работодателя. Уровень должности, на которую был принят истец работодателем – ответчиком, относится к тому уровню, для которого возможно установление индивидуальных условий в части выплат. Утверждения о фальсификации не состоятельны, подчисток, изменений текста трудового договора не имело места быть. В удовлетворении заявления о возбуждении уголовного дела в отношении истца также было отказано ответчику по первоначальному иску. Сотрудником полиции также указывается на заключенность условий трудового договора; согласно выводам должностного лица трудовым кодексом не установлены ограничения по оформлению трудового договора сторонами, а именно кто будет его составлять, чья редакция будет подписана, не предусмотрено обязательное согласование условий трудового договора. Свои трудовые обязанности истец на всем протяжении действия трудового договора исполнял добросовестно, за что получал премии ежемесячно. Также полагал, что свидетельские показания ФИО2 не могут быть приняты в качестве допустимого доказательства. поскольку свидетель часто забывает сущность разговоров. Просил удовлетворить требования в полном объеме, в удовлетворении встречного иска отказать в полном объеме. (том 2 л.д. 25-27, 38-39).

Представитель ответчика ООО «Партнер», он же представитель истца по встречному иску, в судебном заседании возражал против удовлетворения заявленных исковых требований ФИО1, обратился в суд со встречным иском к ФИО1, в котором просил признать незаключенным пункт 4.4.4 Трудового договора от 03.06.2019г. №П-395 в части принятии ответчиком обязательств «в случае расторжения трудового договора выплатить работнику годовой размер фактического среднемесячного дохода» (том 1 л.д. 135 - 137).

В обоснование возражений на иск, а равно встречных исковых требований указано, что переговоры относительно условий трудового договора велись сторонами посредством электронной почты, поскольку местонахождение сторон переговоров находится на значительном удалении друг друга. ФИО1 принимался в ООО «Партнер» в порядке перевода из ООО «Сфера». 05.06.2019г. ФИО1 был направлен пакет документом на ознакомление и подписание, а также разъяснен порядок согласования и подписания трудового договора. 17.06.2019г. ознакомившись с документами, ФИО1 выразил свое несогласие с некоторыми пунктами раздела 10. Каких-либо замечаний относительно трактовки п. 4.4.4 у него не было, изменений или дополнений в данной части истец не требовал. При переводе из ООО «Сфера» ФИО1 было предложено заключение трудового договора без ухудшения/изменения условий. 26.06.2019г. специалист по кадровым вопросам, не получив ответа от ФИО1 на письмо от 05.06.2019г., запросила у него статус подписания документов. 28.06.2019г. запрос был направлен повторно, в ответ на которое ФИО1 сообщил, что вопрос находится в проработке. 03.07.2019г. ООО «Партнер» направил ФИО1 согласованную финальную редакцию трудового договора. 04.07.2019г. ФИО1 сообщил, что подпишет договор в ближайшее время. Далее, ответчик прислал почтовым сообщением подписанный договор. Поскольку стороны договора вправе рассчитывать на добропорядочность друг друга, генеральный директор подписал договор, сравнив лишь существенные условия – оплата труда и расторжение договора. Кадровый работник в тот период времени находился в отпуске. В период с мая по июнь 2019 заключалось большое количество трудовых договоров (более 100 сотрудников принимались переводом от ООО «СФера»). В согласованной редакции трудового договора с ФИО1 п. 4.4.4. не содержит указания на какие-либо выплаты при увольнении и соответствует типовой форме договора. Кроме того, п. 4.3.2 подписанного договора и согласованного договора отличаются по местоположению слов, что указывает на редактирование договора перед его распечатыванием. В согласованной редакции п. 4.4.4 работодатель брал на себя обязательство выплачивать работнику заработную плату и иные выплаты в соответствии с внутренними документами компании. В локальных актах ООО «Партнер» не содержится условий о выплатах при увольнении сверх установленных законодательством РФ. Кроме того, трудовой договор имеет соответствующие тематические разделы, которые регулируют всевозможные выплаты. Указанное позволяет сделать вывод, что ответчик умышленно отразил выгодные для себя условия, умышленно изменил в одностороннем порядке условия договора, тем самым сфальсифицировал основной документ. Более того, ФИО1 неоднократно письменно угрожал ООО «Партнер» различными действиями, которые направлены на нанесение компании максимального ущерба. ФИО1 в одностороннем порядке без уведомления второй стороны были внесены изменения в трудовой договор. На основании изложенного полагал, что п. 4.4.4 трудового договора необходимо признать незаключенным, следовательно, заявленные в иске ФИО1 денежные средства не подлежат выплате. При сокращении штата истцу предлагались другие должности по его образованию и квалификации, но он отказался от дальнейшего трудоустройства в ООО «Партнер». Ранее, при трудоустройстве истца в ООО «Сфера» условия о такой выплате при увольнении у истца в трудовом договоре также не было.

Дополнительно в судебном заседании представитель ответчика (истца по встречному иску) указал, что ни один локальный акт ООО «Партнер» не имеет положений об установлении работникам такого вида оплаты, который был добавлен истцом в текст трудового договора, представленного ему на подписание. Также ни один трудовой договор с руководством, с иными работниками того же уровня, что и ФИО1, либо ниже, не содержит таких условий. Увольнение ФИО1 не было заранее запланированным, не производилось только в отношении истца. В связи с изменившихся материальным положением в декабре 2019 года было принято решение о сокращении штатной численности. ФИО1 получил все выплаты, причитающиеся ему в связи с увольнением по сокращению штата. Решение в части взыскания задолженности по заработной плате ими исполнено. Финансовое состояние ООО «Партнер» позволяло бы выплатить истребуемую истцом сумму, однако никогда ни одному из работников ООО «Партнер» такие условия труда и оплаты труда не устанавливались; данная сумма для организации является значительной, не могла быть установлена в условиях трудового договора ни одному из работников. Ни один заключенный ООО «Партнер» трудовой договор не содержал таких условий, такие выплаты работникам не производились. Все трудовые договора в ООО «Партнер» идентичны. Условия, определяющие размер оплаты труда, предусмотрены соответствующими тематическими разделами трудовых договоров. Размел 4 не предназначен для определения размера оплаты труда. Поэтому и не было обращено внимание при подписании договора на данный раздел. По требованию ФИО1 были исключены три пункта из раздела 10, определяющего условия для увольнения работника. Ранее проходившие судебные процессы не давали оценки трудового договора в части заключенности спорного пункта трудового договора.

Обстоятельства трудоустройства связаны с тем, что партнер ООО «Сфера» находился в стадии ликвидации, было принято решение принять переводом сотрудников. ФИО1 приглашался как специалист своего дела, достигавший поставленного плана. Принимались сотрудники без ухудшения условий труда. При трудоустройстве ФИО1 не было цели его уволить в скором времени. Представленная истцом переписка с ФИО2 лишь подтверждает согласование условий в части редакции раздела 10. Это обстоятельство подтверждается и редакцией трудового договора, который направлялся истцу на согласование ранее, и содержаний значительно большее количество пунктов раздела 10, чем подписанный сторонами. Проект трудового договора обсуждался несколько недель, что опровергает доводы истца о несогласовании с ним условий трудового договора. Направленная ему по электронной почте финальная версия от работодателя была им одобрена, и только после этого им внесены были изменения, о которых он не уведомил работодателя. Свидетельские показания ФИО3 не могут быть приняты в качестве допустимого доказательства, поскольку свидетель не пояснял о результатах обсуждения, слышал короткий разговор, ФИО2 являлся непосредственным руководителем ФИО1 и они много общались по телефону. ФИО1 внесены изменения в те разделы трудового договора, которые не содержат существенных условий об оплате труда, они не проверялись генеральным директором при подписании договора. ФИО1 злоупотребил доверием работодателя, его существенной загруженностью в связи с переводом работников ООО «Сфера», изменил в одностороннем порядке условия трудового договора, не уведомил об этом работодателя, сфальсифицировал документы с целью получения материальной выгоды. На основании вышеизложенного представитель ответчика по встречному иску просил отказать в удовлетворении требований ФИО1, удовлетворив встречный иск ООО «Партнер» (т. 1 л.д. 45-47, том 2 л.д. 71-73).

Опрошенный в судебном заседании свидетель ФИО3 пояснил, что знаком с ФИО1 около 10 лет, вместе они занимаются спортом, он также является его страховым агентом. Свидетель приезжал к ответчику незадолго до операции, привозил костыли. Встреча состоялась в автомобиле на парковке у ТЦ «Якутия», длилась около 20 минут. Во время встречи ФИО1 разговаривал по телефону по громкой связи с неким Андреем. Суть разговора сводилась к тому, что ФИО1 не соглашался с условиями договора. Речь шла о размере «золотого парашюта». Данную фразу свидетель услышал тогда впервые. При разговоре Бронников не соглашался с условиями договора между работником и работодателем. Длительность этого разговора составила около двух-трех минут. После выраженного несогласия ФИО1 обещали проблемы. Результат переговоров не известен.

Опрошенный в судебном заседании свидетель ФИО2 пояснил, что являлся непосредственным руководителем ФИО4 на период его трудоустройства в ООО «Партнер», неприязненных отношений к нему не имеет. Условия трудового договора обсуждались через него с руководством, но окончательное решение по согласованию условий трудового договора принимало руководство ООО «Партнер», вопросы установления индивидуальных выплат работникам в его компетенции не находятся. Он не помнит, чтобы с ФИО1 обсуждались условия трудового договора о выплатах при увольнении в размере среднего заработка. При согласовании условий трудового договора спорными были пункты. Предусматривающие условия увольнения, которые по требованию работника убрали частично. Это он и назвал в переписке с истцом «эксклюзивными» условиями трудового договора. Ни у кого из работников ООО «Партнер» трудовыми договорами или иными локальными актами ООО «Партнер» не установлены такие условия труда о «золотых парашютах». Увольнение истца не было заранее спланированным. Он принимался на работу за свои качества работника. Но к декабрю возникли финансовые затруднения и было решено сократить штат работников. Должность, на которую принимался истец в ООО «Партнер» была вакантной, не создавалась специально под истца.

Суд, заслушав пояснения лиц, участвующих в деле, исследовав письменные материалы дела, допросив свидетелей, оснований для удовлетворения требований ФИО1 не усматривает в связи со следующим.

В силу положений ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте п. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Ст. 392 ТК РФ закреплено право работника на защиту нарушенного трудового права в судебном порядке (работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки).

В силу положений ст. 2 Трудового кодекса РФ одним из основных принципов правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений является сочетание государственного и договорного регулирования. При этом одной из основных задач трудового законодательства признается создание необходимых правовых условий для достижения оптимального согласования интересов сторон трудовых отношений, интересов государства (ч. 2 ст. 1 Трудового кодекса РФ).

Положения ч. 1 ст. 9 Трудового кодекса РФ предоставляют работнику и работодателю право на урегулирование своих отношений, в том числе посредством заключения соглашений; в соответствии со ст. ст. 57, 136 Трудового кодекса РФ в трудовом договоре могут предусматриваться дополнительные условия, не ухудшающие положение работника по сравнению с установленным трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами.

Ст. 15 ТК РФ установлено, что трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

Ст. 56 ТК РФ установлено, что трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

В соответствии с положениями ст. 57 ТК РФ (в редакции на дату заключения трудового договора) Обязательными для включения в трудовой договор являются следующие условия:

условия оплаты труда (в том числе размер тарифной ставки или оклада (должностного оклада) работника, доплаты, надбавки и поощрительные выплаты);

другие условия в случаях, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

Если при заключении трудового договора в него не были включены какие-либо сведения и (или) условия из числа предусмотренных частями первой и второй настоящей статьи, то это не является основанием для признания трудового договора незаключенным или его расторжения. Трудовой договор должен быть дополнен недостающими сведениями и (или) условиями. При этом недостающие сведения вносятся непосредственно в текст трудового договора, а недостающие условия определяются приложением к трудовому договору либо отдельным соглашением сторон, заключаемым в письменной форме, которые являются неотъемлемой частью трудового договора.

В трудовом договоре могут предусматриваться дополнительные условия, не ухудшающие положение работника по сравнению с установленным трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, в частности:

По соглашению сторон в трудовой договор могут также включаться права и обязанности работника и работодателя, установленные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, локальными нормативными актами, а также права и обязанности работника и работодателя, вытекающие из условий коллективного договора, соглашений. Невключение в трудовой договор каких-либо из указанных прав и (или) обязанностей работника и работодателя не может рассматриваться как отказ от реализации этих прав или исполнения этих обязанностей.

По смыслу положений ст. 15, 56, 57 ТК РФ основным источником регулирования трудовых отношений является трудовой договор; им, в частности, должны предусматриваться условия оплаты труда.

Судом установлено из письменных материалов дела и пояснений участников процесса, свидетельских показаний, что 03.06.2019г. между ООО «Партнер» и ФИО1 был заключен трудовой договор, согласно условиям которого истец был принят на работу на должность территориального директора по работе с ключевыми клиентами; за исполнение обязанностей установлен должностной оклад в размере 46450 руб. 00 коп. в месяц до вычета налогов; районный коэффициент 1,2, установленный законодательством РФ; установлена компенсация за использование оборудования, технических средств и средств связи с размере 4000 руб. 00 коп. О приеме на работу был издан приказ № П – 121 от 03.06.2019г. (т. 1 л.д. 8-14, 16).

Работник ФИО1 принимался переводом из ООО «Сфера».

Указанный трудовой договор заключался посредством дистанционного обмена документами с согласованием условий договора как посредством электронной почты, так и посредством телефонных переговоров, социальных сетей. Это подтверждается представленными в материалы дела скриншотами переписок между ФИО1 и ООО «Партнер» (т. 1 л.д. 53-72, 19, 21, ).

В момент переговоров ФИО1 находился на лечении в медицинском учреждении (т. 2 л.д. 7).

Ответчиком по первоначальному иску представлена в материалы дела заверенная нотариально путем осмотра и составления протокола осмотра письменных доказательств, переписка между ФИО1 и работниками ООО «Партнер» в июне 2019- июле 2019 года по вопросу оформления трудовых отношений (том 1 л.д. 49-83).

Согласно ст. 55 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.

Представленные лицами, участвующими в деле, доказательства по делу оцениваются судом исходя из требований ст. 59, 60, 67 ГПК РФ. В силу ст. 59 ГПК РФ суд принимает только те доказательства, которые имеют значение для рассмотрения и разрешения дела.

Представленные сторонами доказательства в подтверждение исковых требований либо в обоснование возражений на таковые подлежат оценке судом в соответствии с правилами, указанными в Главе 6 ГПК РФ. Так, в силу ч. 3 ст. 67 ГПК РФ суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Буквальное толкование представленной переписки между истцом ФИО1 и работниками ответчика ООО «Партнер» свидетельствует о том, что направляя в адрес истца ФИО1 текст трудового договора, а также тексты иных локальных актов, связанных с исполнением трудовой функции, принимаемой ФИО1, работодатель подразумевал, что направляет окончательный согласованный вариант трудового договора, который не мог быть отредактиирован, содержал согласованные условия трудовых отношений; содержались четкие инструкции для дальнейших действий ФИО1 при подписании трудового договора: «удалить галочки, распечатать документ, подписать, в течение 3 – х дней отправить почтовой связью». Об этом свидетельствует прямое указание в тексте электронного письма – «на это (удаление галочек) не стоит запрет на редактирование… » (л.д. 57 тома 1). Т.О. редактировать текст представленного договора истец не имел полномочий.

Существо данной переписки истцом по первоначальному иску не опровергнуто.

Также совокупное толкование данной переписки свидетельствует о том, что разногласия по вопросам согласования условий трудового договора имели место лишь в разделе 10 представленного проекта трудового договора по вопросам, касаемым оснований для увольнения, а также по вопросам зоны ответственности, возлагаемой на истца (ВС и Урал при проживании в ***) – том 1 л.д. 58, 59.

Из переписки следует, что ФИО1 направлялся договор, в котором п. 4.4.4 изложен в следующей редакции: «работодатель обязан выплачивать в полном размере причитающуюся работнику заработную плату в сроки, установленные настоящим договором, локальными нормативными актами и законодательством РФ» (том 1 л.д.73).

Таким образом, какие – либо условия об установлении истцу ФИО1 представленный работодателем ООО «Партнер» текст трудового договора не содержал условий об установлении платы в случае расторжения трудового договора выплатить работнику годовой размер фактического ежемесячного дохода.

Далее, судом установлено, что сторонами фактически был подписан трудовой договор в редакции п. 4.4.4 следующего содержания: работодатель обязался выплачивать в полном размере причитающуюся работнику заработную плату в сроки, установленные настоящим договором, локальными нормативными актами и законодательством РФ, а в случае расторжения трудового договора выплатить работнику годовой размер фактического среднемесячного дохода (л.д. 10 тома 1).

Подписи и печать на данном тексте трудового договора стороной ответчика не оспаривается, однако ответчик по первоначальному истку (истец по встречному иску) указывает на самовольное, без согласования с ним, включение данного условия работником ФИО1 в текст трудового договора.

Фактические обстоятельства видоизменения текста трудового договора в данной части (п. 4.4.4) путем переформатирования текста документа в ПДФ – формате, включения данного условия, распечатывания текста, подписания и направления в адрес ответчика истец ФИО1 не оспаривал в судебном заседании.

09.04.2020г. трудовой договор между ФИО1 и ООО «Партнер» расторгнут в связи с сокращением численному или штата работников организации, индивидуального предпринимателя, п. 2 ч. 1 ст. 81 Трудового Кодекса Российской Федерации (т. 1 л.д. 17). Ответчик ООО «Партнер» ни на дату расторжения трудового договора, ни позднее не производил выплаты спорной суммы. Истец обратился с настоящим иском в суд.

ООО «Партнер» обратился с заявлением в полицию по факту совершения преступления, предусмотренного ст. 159 УК РФ, однако в возбуждении уголовного дела отказано, поскольку в действиях ФИО1 не усматривается признаков преступления (т. 2 л.д. 29-31). Отказывая в возбуждении уголовного дела, должностное лицо ОП МВД России исходило из того, что в действиях ФИО1 не усматривается признаков состава преступления, предусмотренного ст. 159 УК РФ (в его действиях не усматривается умысла на получение вознаграждения путем обмана и злоупотребления доверием), он был уволен работодателем в связи с сокращением; ТК РФ не установлены ограничения по оформлению трудового договора сторонами, а именно, кто будет его составлять, чья редакция будет подписана, в том числе ТК РФ не предусмотрено обязательно согласование трудового договора, его подписание и является согласием по обязательствам, предусмотренным договором.

Далее, судом установлено, что ни один локальный акт работодателя ООО «Партнер», а также трудовые договоры с работниками по иным аналогичным, вышестоящим либо нижестоящим должностям, не содержат в себе условий об установлении дополнительных выплат увольняемым работникам в виде выплаты годового размера фактического средмесячного дохода. Все представленные копии трудовых договоров по должностям: территориальный директор по работе с ключевыми клиентами; с генеральным директором общества, заместителем генерального директора, национальным директором по региональным ключевым клиентам, дивизионным менеджером по работе с ключевыми клиентами – таких условий не содержат (том 2 л.д. 77-110, 131).

Довод о том, что каждый трудовой договор является индивидуальным, не являются существенными, не могут повлечь установление факта согласованности условий трудового договора, поскольку имеются отличия в части несущественных условий, касаемых порядка регулирования трудовых отношений, существенные же условия для всех работников идентичные, не содержат иных дополнительных условий по оплате труда, тем более в размере годовых среднемесячных заработков.

Совокупное толкование таких доказательств как переписка, удостоверенная нотариусом, и свидетельские показания ФИО2, ФИО3, свидетельствуют о том, что спорное условие об установлении истцу дополнительной выплаты не было согласовано участниками настоящего спора. Представленная переписка на протяжении более чем 1 недели не свидетельствует о том, что такие вопросы обсуждались сторонами, первоначальный текст в редакции работодателя такого условия не содержит, свидетель ФИО2 отрицает события по вопросам согласования таких условий; истец ФИО1 не представил суду доказательств того, что переписка, удостоверенная нотариусом, каким – либо методом была видоизменена, часть переписка утрачена, уничтожена. Свидетельские показания ФИО3 не могут являться доказательств достижения сторонами трудового договора условий об установлении истцу ФИО1 дополнительной выплаты при увольнении в размере годового размера среднемесячной выплаты, поскольку как следует из показаний данного свидетеля, если он и присутствовал при таком разговоре, то: во – первых, не указывал в своих пояснениях, что разговор истцом составлен был именно с работником ООО «Партнер», истец как лицо свободное в заключении трудового договора, мог параллельно с ответчиком вести переговоры о трудоустройстве в любом ином Обществе; во -вторых: из пояснений свидетеля следует, что оппонент ФИО1 не выразил желания заключить договор на условиях установления некоего «золотого парашюта», разговор закончился без результативно, свидетелю не известно достигнуты ли были соглашения по данному вопросу.

Никаких иных доказательств достижения согласия истца и ответчика по вопросу установления истцу спорной выплаты до момента включения истцом данного условия п. 4.4.4 в текст договора, подписания и направления текста договора в адрес ответчика не установлено, в материалы дела не представлено.

Согласно статье 421 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.

В соответствии со статьей 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Таким образом, при несогласовании существенных условий, договор является незаключенным.

В силу статьи 431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Оценивая собранные по делу доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу, что истцом ФИО1 самовольно, без получения согласования со стороны работодателя, без последующего уведомления работодателя о выполненном действии в виде видоизменения текста условий трудового договора, был видоизменен текст трудового договора, представленного ему на подписание работодателем; на редактирование представленного ООО «Партнер» истцу текста трудового договора последний полномочий не имел, о чем был уведомлен письменно; получил четкие инструкции по порядку подписания трудового договора, однако применил технические средства персонального компьютера, копировальной техники, видоизменил условия трудового договора, включил дополнительное условие об установлении в случае расторжения трудового договора дополнительной выплаты в размере годового фактического среднемесячного дохода. Данное условие об установлении выплат при увольнении является существенным, однако не было согласовано сторонами на стадии подписания трудового договора, в данной части договор является незаключенным, поскольку по данному спорному условию не достигнуто соглашения сторон.

Приходя в выводу о том, что данное условие не согласовано сторонами (ФИО1 и ООО «Партнер»), суд исходит из буквального толкования включенных истцом самовольно условий, а также из системного толкования Конституции РФ, ТК РФ, которым противоречит данное условие; в случае признания данного условия несогласованным (трудового договора в данной части незаключенным) будет отсутствовать нарушение прав истца по отношению к другим работникам при исключении п. 4.4.4. в спорной редакции из текста трудового договора; без сохранения данного пункта трудового договора (в дополненной истцом редакции) не будет допущено дискриминации истца по отношению к другим работникам, у которых также отсутствует такая выплата, а сам истец получил все предусмотренные ему как уволенному в связи с сокращением штата выплаты в полном объеме, в том числе и путем судебной защиты нарушенного права, в настоящее время трудоустроен.

В силу части 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Конституция имеет высшую юридическую силу, прямое действие и применяется на всей территории Российской Федерации (статья 15 Конституции Российской Федерации).

Закрепленное в Конституции Российской Федерации положение о ее высшей юридической силе означает, что все конституционные нормы имеют верховенство над законами и иными нормативными правовыми актами.

Как разъяснено в подпункте "б" пункта 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от **** N 8 "О некоторых вопросах применения судами Конституции Российской Федерации при осуществлении правосудия" суд, разрешая дело, применяет непосредственно Конституцию, в частности когда имеется пробел в правовом регулировании либо когда пробел образовался в связи с признанием не соответствующими Конституции нормативного правового акта или его отдельных положений с учетом порядка, сроков и особенностей исполнения решения Конституционного Суда Российской Федерации, если они в нем указаны.

Основными началами трудового законодательства является защита прав и интересов как работников, так и работодателей с целью создания необходимых правовых условий для достижения оптимального согласования интересов сторон трудовых отношений и государства (статья 1 Трудового кодекса Российской Федерации).

При реализации гарантий, предоставляемых Трудовым кодексом Российской Федерации работникам в случае расторжения с ними трудового договора, общеправовой принцип недопустимости злоупотребления правом должен соблюдаться как со стороны работников, так и со стороны работодателей (пункт 27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от **** N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации").

Указанный конституционный принцип запрета злоупотребления правом в трудовых отношениях проявляется в соблюдении сторонами трудового договора действующего законодательства, добросовестности их поведения и воздержании от нарушения явно выраженных законодательных запретов.

Случаи выплаты и размеры выходных пособий предусмотрены статьей 178 Трудового кодекса Российской Федерации. При этом трудовым договором или коллективным договором могут предусматриваться другие случаи выплаты выходных пособий, а также устанавливаться повышенные размеры выходных пособий и (или) единовременной компенсации, предусмотренной частью 5 статьи 178 Трудового кодекса Российской Федерации, за исключением случаев, предусмотренных Трудовым кодексом Российской Федерации (часть 8 статьи 178 Трудового кодекса Российской Федерации).

В некоторых случаях денежную компенсацию, связанную с расторжением трудового договора с работником определенного статуса, работодатель выплатить обязан (статьи 181, 279 Трудового кодекса Российской Федерации).

В законе также имеются и ограничения в подобных выплатах (статья 349.3 Трудового кодекса Российской Федерации).

Так, трудовой договор, представленный истцом и сформированный им, не может являться согласованным, поскольку допущенная истцом ФИО1 формулировка условия об установлении ему дополнительной выплаты четкого условия о том, при каких обстоятельствах увольнения может быть произведена такая выплата, не содержит. Истцом п.4.4.4. трудового договора сформулирован таким образом, что такая выплата причитается истцу при любом условии (обстоятельстве) расторжения трудового договора, даже в случае совершения истцом – работником виновных действий, что прямо противоречит требованиям ТК РФ, а также устанавливается истцу без каких – либо ограничений по сумме, что не разумно, экономически нецелесообразно, не достигнуто условие о размере выплаты; спорная выплата, заявленная истцом ФИО1 ко взысканию, не предусмотрена Трудовым Кодексом РФ и не относится к гарантиям и компенсациям, подлежащим предоставлению при увольнении работника по п. 2 ч. 1 ст. 81 Трудового Кодекса Российской Федерации; не является выходным пособием и не направлена возмещение затрат, связанных с исполнением трудовых или иных обязанностей; трудовым законодательством и локальными нормативными правовыми актами организации ООО «Партнер» не предусмотрено представление работодателем работнику таких гарантий.

Права и обязанности истца ФИО1 как работника уволенного в связи с сокращением штата не нарушены, не были ущемлены по сравнению с правами иных работников. Истец ФИО1 получил все причитающиеся ему выплаты при увольнении в связи с сокращением штата, в том числе получал пособие на протяжении трех месяцев после увольнения, а в сентябре 2020г. уже был трудоустроен по иному месту работы. Размер полученных им выплат значительно превышает минимальный размер оплаты труда трудоспособного населения по России (при минимальном размере оплаты труда по России для трудоспособного населения 12 130 руб. 00 коп.) истец получил выплаты при увольнении 2 238 614 руб. 69 коп., а только пособий в связи с увольнением истец получил на общую сумму 497 395 руб. 25 коп. (том 1 л.д. 204 – судебный акт Новосибирского областного суда). Следовательно, говорить о том, что работник в данном случае являлся слабой стороной трудового договора, не представляется возможным. Полученных денежных средств было достаточно для компенсации понесенных потерь работнику в связи с сокращением штата, минимизацией негативных последствий, связанных с увольнением по сокращению штата. Истцом не представлено суду доказательств того, что у него имели существенные негативные последствия в связи сокращением по месту работы у ответчика, о том, что расходы, которые он нес ежемесячно до увольнения были равны или превышали размер полученных компенсация, не представлено доказательств того, что на его иждивении находятся лица, нуждающиеся и получавшие от истца такое содержание, которое равно размеру ежегодного среднемесячного дохода. Продолжая быть трудоустроенным у ответчика, истец не мог бы претендовать на доход равный 4 459 174 руб. 98 коп. Истребуемая истцом выплата значительно превышает трехкратный размер средмесячной выплаты по данному месту работы.

Кроме того, истец имел реальную возможность остаться у ответчика, быть трудоустроенным по другой должности, однако ФИО1 отказался от предложенных должностей, предпочел быть трудоустроенным у иного работодателя.

В данном случае, несмотря на то, что в отношении должности, которую занимал истец, не установлены ограничения по размеру компенсационных выплат и пособий, суд полагает необходимым применить по аналогии разъяснения, данные ВС РФ для работников, которым установлены выплаты при увольнении, состоявших в трудовых отношениях с муниципальными и иными государственными органами, поскольку какие – либо разъяснения в части расторжения трудовых договоров и установления дополнительных выплат в отношении трудовых отношений между физическим лицом и частной организацией отсутствует, но требуется единообразие в толковании и применении норм материального права, с учетом обстоятельств, присущих каждому конкретному делу и основанных на представленных доказательствах.

Так, Ч. 4 ст. 178 Трудового кодекса РФ содержится положение о том, что трудовым договором или коллективным договором могут предусматриваться другие случаи выплаты выходных пособий, а также устанавливаться повышенные размеры выходных пособий, за исключением случаев, предусмотренных Кодексом.

В трудовом договоре могут предусматриваться дополнительные условия, не ухудшающие положение работника по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами (часть 4 статьи 57 Трудового кодекса Российской Федерации).

Такие случаи предусмотрены ст. 349.3 Трудового кодекса РФ, устанавливающей ограничение размеров выходных пособий, компенсаций и иных выплат в связи с прекращением трудовых договоров для отдельных категорий работников, к которым в соответствии с частью 1 указанной нормы относятся руководители, их заместители, главные бухгалтеры и заключившие трудовые договоры члены коллегиальных исполнительных органов государственных корпораций, государственных компаний, а также хозяйственных обществ, более пятидесяти процентов акций (долей) в уставном капитале которых находится в государственной или муниципальной собственности, а также руководители, их заместители, главные бухгалтеры государственных внебюджетных фондов Российской Федерации, территориальных фондов обязательного медицинского страхования, государственных или муниципальных учреждений, государственных или муниципальных унитарных предприятий.

При прекращении трудовых договоров с работниками, категории которых указаны в ч. 1 ст. 349.3 Трудового кодекса РФ, по любым установленным Трудовым кодексом РФ, другими федеральными законами основаниям совокупный размер выплачиваемых этим работникам выходных пособий, компенсаций и иных выплат в любой форме, в том числе компенсаций, указанных в ч. 2 ст. 349.3 Трудового кодекса РФ, и выходных пособий, предусмотренных трудовым договором или коллективным договором в соответствии с ч. 4 ст. 178 Трудового кодекса РФ, не может превышать трехкратный средний месячный заработок этих работников (ч. 4 ст. 349.3 Трудового кодекса РФ; введение в статье 349.3 Трудового кодекса РФ, в ее части 3, для указанных категорий работников, ограничений размеров выходных пособий, компенсаций и иных выплат в связи с прекращением трудовых договоров основано на специфике их трудовой деятельности и должностных обязанностей и такое правовое регулирование направлено на обеспечение соблюдения баланса частных и публичных интересов и не может расцениваться как установление необоснованной дифференциации между различными категориями работников (определение Конституционного Суда Российской Федерации от **** N 2773-О).

Сформулированные в статье 1 Трудового кодекса Российской Федерации основные начала трудового законодательства исходят из необходимости соблюдения баланса прав и интересов сторон трудовых отношений. Следовательно, условия трудового договора, предоставляющие одной из сторон чрезмерное и ничем не обусловленное преимущество, либо возлагающие на одну из сторон чрезмерно обременительные обязанности, либо нарушающее (ограничивающее) права третьих лиц, не являющихся стороной трудовых отношений, не могут пользоваться судебной защитой, поскольку выходят за пределы основ нормативного регулирования отрасли права, в связи с чем имеют правовую природу злоупотребления правом.

Само по себе установление такого рода положений в трудовом договоре не порождает для его сторон правовых последствий, они не применяются и не пользуются судебной защитой.

Конституция Российской Федерации закрепляет принцип, согласно которому осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц (часть 3 статьи 17).

Кроме того, в частности положения Постановления Пленума Верховного Суда РФ от **** N 21 "О некоторых вопросах, возникших у судов при применении законодательства, регулирующего труд руководителя организации и членов коллегиального исполнительного органа организации" при рассмотрении исков руководителей организаций, членов коллегиальных исполнительных органов организаций о взыскании выходных пособий, компенсаций и (или) иных выплат в связи с прекращением трудового договора суду необходимо проверить соблюдение требований законодательства и иных нормативных правовых актов при включении в трудовой договор условий о таких выплатах. В случае установления нарушения условиями трудового договора требований законодательства и иных нормативных правовых актов, в том числе общеправового принципа недопустимости злоупотребления правом, законных интересов организации, других работников, иных лиц (например, собственника имущества организации) суд вправе отказать в удовлетворении иска о взыскании с работодателя выплат в связи с прекращением трудового договора или уменьшить их размер (п. 11 Постановления).

Судам необходимо иметь в виду, что размер компенсации, предусмотренной ст. 279 Трудового кодекса РФ при прекращении трудового договора по п. 2 ст. 278 Трудового кодекса РФ, определяется трудовым договором, то есть соглашением сторон, а в случае возникновения спора - судом. В случае отсутствия в трудовом договоре условия о выплате указанной компенсации, подлежащего определению сторонами, или при возникновении спора о ее размере размер компенсации определяется судом исходя из целевого назначения данной выплаты, направленной на предоставление защиты от негативных последствий, которые могут наступить для уволенного руководителя организации в результате потери работы, но не ниже его трехкратного среднего месячного заработка (ч. 1 ст. 279 ТК РФ). При принятии решения о размере компенсации суду следует учитывать фактические обстоятельства дела, например, длительность периода работы уволенного лица в должности руководителя организации, время, остающееся до истечения срока действия трудового договора, трансформацию срочного трудового договора в трудовой договор, заключенный на неопределенный срок (ч. 4 ст. 58 ТК РФ), размер сумм (оплаты труда), которые увольняемый мог бы получить, продолжая работать в должности руководителя организации, дополнительные расходы, которые он может понести в результате прекращения трудового договора.

С учетом изложенного, при рассмотрении судом вопроса о праве работника на получение выплат при увольнении, должны быть учтены положения действующего законодательства, условия трудового договора и соглашений к нему, в том числе соглашения о его расторжении, фактические обстоятельства их заключения, а также должен соблюдаться баланс между законными интересами работника и работодателя и общеправовой принцип недопустимости злоупотребления правом (ст. 10 ГК РФ).

Трудовой договор не согласован между истцом и ответчиком с части установления спорной выплаты, поскольку ответчик оспаривает установления таковой, ни одному из работников такая выплата не установлена, истцом не представлено доказательств того, что им выполнялись некие особо важные (значимые) функции для ответчика, которые могли бы быть оценены ответчиком специально для истца путем установления спорной суммы; судом установлен факт самовольного включения истцом данного условия, представления ответчику текста договора без уведомления об изменении текста договора, которые не должен был подвергаться редактированию истцом, а быть подписан в представленной ответчиком редакции. Ответчик как добросовестная сторона рассчитывал, что и истец ФИО1 будет действовать добросовестно.

Также судом учитывается, что трудовой договор, заключенный между истцом ФИО1 и ООО «Сфера» также не содержал условий об установлении спорной выплаты; такая истцу не выплачивалась ООО «Сфера», доказательств обратного суду не представлено.

Все доводы истца о нежелании ответчика изначально заключать с ним трудовой договор не состоятельны, поскольку он был трудоустроен, ответчик, что следует из переписки и свидетельских показаний ФИО2, был заинтересован в приеме на работу данного работника; на момент принятия истца на работу решений о сокращении штата сотрудников не принималось, не обсуждалось; такое решение было принято по истечении более 6 месяцев после трудоустройства истца. Следовательно, данные доводы истца надуманны.

Доводы истца ФИО1 о том, что ранее трудовой договор неоднократно подвергался проверке судебными инстанциями и не был признан незаключенным суд признает несостоятельными, поскольку ранее спорный пункт трудового договора не подвергался самостоятельной проверке, не был предметом исследования и расчета требований истца. В данном случае истец обратился с самостоятельным истцом в суд с предметом спора сформированным исходя из данного условия, ответчик же воспользовался своим правом самостоятельной судебной защиты, подав встречный иск. Удовлетворение встречного иска не породит необходимости пересмотра ранее постановленных решений, не повлечет признания иных существенных условий незаключенными.

Учитывая вышеизложенное, суд приходит к выводу о том, что данное условие не было согласовано сторонами, трудовой договор в данной части считается незаключенным, отсутствуют законные основания для взыскании денежных средств в размере 4 459 174 руб. 98 коп. как годового размера среднемесячного дохода, а также начисления на данную сумму компенсации за пользование чужими денежными средствами, компенсации морального вреда. Требования ФИО1 не обоснованы и не подлежат удовлетворению, встречный иск подлежит удовлетворению.

Руководствуясь ст. 98,194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ООО «Партнер» о взыскании денежных средств (годового размера среднемесячного дохода и компенсации в связи с несвоевременной выплатой заработной платы, компенсации морального вреда) оставить без удовлетворения в полном объеме, удовлетворив встречное исковое заявление ООО «Партнер» к ФИО1: признать трудовой договор № П-395 от 03.06.2019г. незаключенным в части дополнения пункта 4.4.4. словами «а в случае расторжения трудового договора выплатить работнику годовой размер фактического среднемесячного дохода».

Решение может быть обжаловано в Новосибирский областной суд в течение месяца со дня принятия решения в мотивированной форме путем подачи жалобы через Железнодорожный районный суд ***.

Судья /подпись/ Еременко Д.А.

Решение в мотивированной форме изготовлено 10.06.2022г.