Дело №2-524/2025 УИД 53RS0015-01-2025-000527-41
Решение
Именем Российской Федерации
01 декабря 2025 года п.Батецкий
Солецкий районный суд Новгородской области в составе:
председательствующего судьи Малышевой М.А.,
с участием истца и представителя третьего лица ООО «ОП «Монитор-Л» ФИО1, представителя истца ФИО2,
ответчика ФИО3, его представителя - адвоката Никифорова М.А.,
при секретаре Ложкиной А.Н.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3 о взыскании неосновательного обогащения,
установил:
ФИО1 обратился в суд с иском к наследственному имуществу З.Е.В. о взыскании неосновательного обогащения. В обоснование заявленных требований указал, что в период с 13 октября 2023 года по 16 декабря 2023 года со своего банковского счета, открытого в ПАО Сбербанк, он перечислил на банковский счет З.Е.В. денежные средства в общей сумме 98330 рублей 00 копеек, а именно: 13 октября 2023 года - 4000 рублей, 20 октября 2023 года - 5000 рублей, 21 октября 2023 года - 10000 рублей, 27 октября 2023 года - 330 рублей, 27 октября 2023 года - 10000 рублей, 03 ноября 2023 года - 20000 рублей, 10 ноября 2023 года - 10000 рублей, 18 ноября 2023 года - 7000 рублей, 24 ноября 2023 года - 10000 рублей, 07 декабря 2023 года - 5000 рублей, 08 декабря 2023 года - 5000 рублей, 13 декабря 2023 года - 8000 рублей, 16 декабря 2023 года - 4000 рублей. Каких-либо правовых оснований у данных переводов у него (истца) не имелось, они были совершены по ошибке. Каких-либо соглашений между ним и получателем средств не заключалось, намерений одарить получателя не имелось, З.Е.В.. он не знает, каких-либо обязательств перед ней не имеет. Полагает, что при указанных обстоятельствах полученные З.Е.В. денежные средства являются ее неосновательным обогащением. В последующем было установлено, что З.Е.В. умерла. Просил взыскать с наследственного имущества З.Е.В. указанную сумму неосновательного обогащения, а также расходы по уплате государственной пошлины в размере 4000 рублей 00 копеек.
Определениями суда от 01 августа 2025 года, 17 сентября 2025 года, 01 октября 2025 года к участию в деле в качестве ответчика привлечен ФИО3, в качестве третьих лиц ПАО Сбербанк, ООО «ОП «Монитор-Л».
В судебном заседании истец и представитель третьего лица ООО «ОП «Монитор-Л» ФИО1, его представитель ФИО2 заявленные исковые требования поддержали в полном объеме по основаниям, изложенным в иске, дополнительно пояснив, что ФИО1 является генеральным директором ООО «ОП «Монитор-Л», которая не имеет никакого отношения к проведению ремонтных работ. С ФИО3 он никогда не был знаком, каких-либо трудовых отношений между ними никогда не было. Денежные средства на карту З.Е.В. были перечислены им по ошибке, которая выявилась значительно позже, когда совершить какие-либо действия к возврату денежных средств уже не представлялось возможным.
Ответчик ФИО3 и его представитель - адвокат Никифоров М.А. заявленные исковые требования не признали и пояснили, что факт перечисления истцом денежных средств на счет З.Е.В. в сумме 98330 рублей они не оспаривают, однако, основания для удовлетворения заявленных ФИО1 требований отсутствуют, поскольку с 12 октября 2023 года ФИО3 состоял в фактических трудовых отношениях с ФИО1, выполняя работы по монтажу пожарной сигнализации в детских садах <адрес> и <адрес>, а также на других объектах. При этом ФИО1 лично проводил с ним собеседование по адресу: <адрес> куда он был приглашен в результате переписки на сайте Авито о наличии вакансии, и принимал его на работу. Между ними была достигнута договоренность о перечислении ему заработной платы на карту, открытую на имя его (ФИО3) матери З.Е.В. и привязанную к его (ФИО3) номеру телефона. Указанная карта находилась в его пользовании длительное время с согласия его матери, поскольку его личные карты были заблокированы судебными приставами.
Представитель третьего лица ПАО Сбербанк в судебное заседание не явился, о дате, времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом, об уважительности причин неявки не сообщил, каких-либо возражений по существу заявленных требований не представил.
Суд, выслушав стороны, свидетелей, изучив материалы дела, приходит к следующему.
В судебном заседании установлено, что 13 октября 2023 года, 20 октября 2023 года, 21 октября 2023 года, 27 октября 2023 года, 27 октября 2023 года, 03 ноября 2023 года, 10 ноября 2023 года, 18 ноября 2023 года, 24 ноября 2023 года, 07 декабря 2023 года, 08 декабря 2023 года, 13 декабря 2023 и 16 декабря 2023 года ФИО1 перевел на банковский счет, открытый на имя З.Е.В. денежные средства в общей сумме 98330 рублей 00 копеек. Указанные обстоятельства подтверждаются чеками по операциям ПАО Сбербанк, а также выпиской по платежному счету, и сторонами не оспаривались.
Истцом заявлено требование о взыскании указанных денежных средств в качестве неосновательного обогащения с наследников З.Е.В.
Согласно копии свидетельства о смерти З.Е.В. умерла ДД.ММ.ГГГГ.
В соответствии с п.1 ст.418 ГК РФ обязательство прекращается смертью должника, если исполнение не может быть произведено без личного участия должника либо иным образом неразрывно связано с его личностью.
Таким образом, смерть гражданина-должника влечет прекращение обязательства, если только обязанность его исполнения не переходит в порядке правопреемства к наследникам должника.
Из разъяснений, содержащихся в п.п.60, 61 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 года №9 «О судебной практике по делам о наследовании» следует, что ответственность по долгам наследодателя несут все принявшие наследство наследники независимо от основания наследования и способа принятия наследства, а также Российская Федерация, города федерального значения Москва и Санкт-Петербург или муниципальные образования, в собственность которых переходит выморочное имущество в порядке наследования по закону. Принявшие наследство наследники должника становятся солидарными должниками (статья 323 ГК РФ) в пределах стоимости перешедшего к ним наследственного имущества. Наследники, совершившие действия, свидетельствующие о фактическом принятии наследства, отвечают по долгам наследодателя в пределах стоимости всего причитающегося им наследственного имущества. При отсутствии или недостаточности наследственного имущества требования кредиторов по обязательствам наследодателя не подлежат удовлетворению за счет имущества наследников и обязательства по долгам наследодателя прекращаются невозможностью исполнения полностью или в недостающей части наследственного имущества (пункт 1 статьи 416 ГК РФ).
Требования кредиторов по обязательствам наследников, возникающим после принятия наследства (например, по оплате унаследованного жилого помещения и коммунальных услуг), удовлетворяются за счет имущества наследников.
Стоимость перешедшего к наследникам имущества, пределами которой ограничена их ответственность по долгам наследодателя, определяется его рыночной стоимостью на время открытия наследства вне зависимости от ее последующего изменения ко времени рассмотрения дела судом.
Поскольку смерть должника не влечет прекращения обязательств по заключенному им договору, наследник, принявший наследство, становится должником и несет обязанности по их исполнению со дня открытия наследства (например, в случае, если наследодателем был заключен кредитный договор, обязанности по возврату денежной суммы, полученной наследодателем, и уплате процентов на нее). Проценты, подлежащие уплате в соответствии со статьей 395 ГК РФ, взимаются за неисполнение денежного обязательства наследодателем по день открытия наследства, а после открытия наследства за неисполнение денежного обязательства наследником, по смыслу пункта 1 статьи 401 ГК РФ, - по истечении времени, необходимого для принятия наследства (приобретения выморочного имущества). Размер задолженности, подлежащей взысканию с наследника, определяется на время вынесения решения суда.
Согласно п.1 ст.1110 ГК при наследовании имущество умершего (наследство, наследственное имущество) переходит к другим лицам в порядке универсального правопреемства, то есть в неизменном виде как единое целое и в один и тот же момент, если из правил настоящего Кодекса не следует иное.
В соответствии со ст.1112 ГК РФ в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.
Согласно ст.1113 ГК РФ наследство открывается со смертью гражданина.
В соответствии с выписками из ЕГРН от 15 июня 2022 года в общей долевой собственности (доля в праве 3/4) З.Е.В. на момент ее смерти находились объекты недвижимости: жилой дом с кадастровым номером 53:01:0020901:106, площадью 39,7 кв.м., и земельный участок с кадастровым номером №, площадью 3000 кв.м., расположенные по адресу: <адрес>
Из справки МРЭО ГИБДД УМВД России по Новгородской области от 26 ноября 2024 года, копии свидетельства о регистрации транспортного средства следует, что на имя З.Е.В. был зарегистрирован прицеп №, 2011 года выпуска, государственный регистрационный знак №. 19 апреля 2024 года регистрация прекращена в связи с наличием сведений о смерти собственника.
По информации ПАО Сбербанк на имя З.Е.В. открыты счета, общий остаток денежных средств на которых по состоянию на 29 марта 2024 года составил 132 рубля 13 копеек.
Иного имущества, подлежащего включению в наследственную массу после смерти З.Е.В.., судом не установлено. Каких-либо доказательств обратного суду не представлено.
В соответствии с ч.2 ст.218 ГК РФ в случае смерти гражданина право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.
В силу ст.1111 ГК РФ наследование осуществляется по завещанию или закону.
Согласно ст.1142 ГК РФ наследниками первой очереди по закону являются дети, супруг и родители наследодателя.
Из представленных материалов следует, что З.Е.В. приходилась матерью ФИО3
Таким образом, наследником первой очереди по закону после смерти З.Е.В. являлся ее сын ФИО3
Согласно ст.1152 ГК РФ для приобретения наследства наследник должен его принять. Принятие наследником части наследства означает принятие всего причитающегося ему наследства, в чем бы оно ни заключалось и где бы оно ни находилось.
Принятое наследство признается принадлежащим наследнику со дня открытия наследства независимо от времени его фактического принятия, а также независимо от момента государственной регистрации права наследника на наследственное имущество, когда такое право подлежит государственной регистрации.
В соответствии со ст.1153 ГК РФ принятие наследства осуществляется подачей по месту открытия наследства нотариусу или уполномоченному в соответствии с законом выдавать свидетельства о праве на наследство должностному лицу заявления наследника о принятии наследства либо заявления наследника о выдаче свидетельства о праве на наследство.
В силу ч.1 ст.1154 ГК РФ наследство может быть принято в течение шести месяцев со дня открытия наследства.
Из материалов наследственного дела № открытого к имуществу З.Е.В., следует, что 12 сентября 2024 года, то есть в установленный законом срок, к нотариусу с заявлением о принятии наследства после ее смерти обратился ФИО3, однако, свидетельство о праве на наследство ему не выдавалось.
Вместе с тем, согласно разъяснениям п.п.7, 34 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 года №9 «О судебной практике по делам о наследовании» получение свидетельства о праве на наследство является правом, а не обязанностью наследника. Наследник, принявший наследство, независимо от времени и способа его принятия считается собственником наследственного имущества, носителем имущественных прав и обязанностей со дня открытия наследства вне зависимости от факта государственной регистрации прав на наследственное имущество и ее момента (если такая регистрация предусмотрена законом).
Таким образом, обратившись к нотариусу с заявлением о принятии наследства в установленный срок, ФИО3 принял все наследственное имущество, оставшееся после смерти его матери З.Е.В., в том числе, имеющиеся долговые обязательства.
Пунктом 1 статьи 1175 ГК РФ установлено, что наследники, принявшие наследство, отвечают по долгам наследодателя солидарно. Каждый из наследников отвечает по долгам наследодателя в пределах стоимости перешедшего к нему наследственного имущества.
Согласно п.1 ст.416 ГК РФ и абз.4 ст.60 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 года №9 «О судебной практике по делам о наследовании» при отсутствии или недостаточности наследственного имущества требования кредиторов по обязательствам наследодателя не подлежат удовлетворению за счет имущества наследников и обязательства по долгам наследодателя прекращаются невозможностью исполнения полностью или в недостающей части наследственного имущества.
В абзаце первом пункта 61 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 года №9 «О судебной практике по делам о наследовании» разъяснено, что стоимость перешедшего к наследникам имущества, пределами которой ограничена их ответственность по долгам наследодателя, определяется его рыночной стоимостью на время открытия наследства вне зависимости от ее последующего изменения ко времени рассмотрения дела судом.
Согласно выпискам из ЕГРН на день смерти наследодателя кадастровая стоимость жилого дом с кадастровым номером № составляла 442452 рубля 53 копейки, земельного участка с кадастровым номером № - 423570 рублей 00 копеек.
В соответствии с частью 2 статьи 3 Федерального закона от 03 июля 2016 года №237-ФЗ «О государственной кадастровой оценке» кадастровая стоимость определяется для целей, предусмотренных законодательством Российской Федерации, в том числе для целей налогообложения, на основе рыночной информации и иной информации, связанной с экономическими характеристиками использования объекта недвижимости, в соответствии с методическими указаниями о государственной кадастровой оценке.
По смыслу пункта 18 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30 июня 2015 года №28 «О некоторых вопросах, возникающих при рассмотрении судами дел об оспаривании результатов определения кадастровой стоимости объектов недвижимости» для иных целей, не связанных с налогообложением, следует понимать в том числе, выкуп объекта недвижимости или исчисление арендной платы.
В пункте 1.2 Приказа Минэкономразвития России от 07 июня 2016 года №358 «Об утверждении методических указаний о государственной кадастровой оценке» также указано, что кадастровая стоимость представляет собой наиболее вероятную цену объекта недвижимости, по которой он может быть приобретен исходя из возможности продолжения фактического вида его использования независимо от ограничений на распоряжение этим объектом.
Принимая во внимание, что по смыслу части 2 статьи 3 Федерального закона от 03 июля 2016 года №237-ФЗ «О государственной кадастровой оценке» кадастровая стоимость может учитываться для целей выкупа недвижимого имущества, то при решении вопроса о пределах ответственности наследника ФИО3 следует учитывать кадастровую стоимость указанных объектов недвижимости.
При этом суд также учитывает, что стороны не оспаривали кадастровую стоимость недвижимого имущества, указанную в представленных материалах, сведений об иной его стоимости, в том числе, рыночной, не имеется, каких-либо ходатайств об установлении таковой, в том числе, ходатайств (заявлений) о назначении по делу судебной товароведческой экспертизы стороны не заявляли.
Рыночная оценка принадлежащего наследодателю З.Е.В. прицепа МЗСА 817701, государственный регистрационный знак № не производилась.
Таким образом, на наследника умершей З.Е.В. - ФИО3 в силу статьи 1175 ГК РФ возложена обязанность отвечать по долгам наследодателя в пределах стоимости принятого им наследственного имущества, в состав которого входят: 3/4 доли в праве общей долевой собственности на жилое помещение с кадастровым номером №, стоимостью 331839 рублей 40 копеек (442452,53:4х3); 3/4 доли в праве общей долевой собственности на земельный участок с кадастровым номером №, стоимостью 317677 рублей 50 копеек (423570:4х3), а также денежные вклады на общую сумму 132 рубля 13 копеек, а всего в пределах не менее 649649 рублей 03 копейки.
Согласно ст.8 ГК РФ, гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности, в том числе, вследствие неосновательного обогащения.
В соответствии с п.1 ст.1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.
В соответствии с п.2 ст.1102 ГК РФ правила, предусмотренные главой 60 ГК РФ, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли.
По смыслу указанной нормы, обязательства из неосновательного обогащения возникают при одновременном наличии трех условий: факта приобретения или сбережения имущества, приобретение или сбережение имущества за счет другого лица и отсутствие правовых оснований неосновательного обогащения, а именно: приобретение или сбережение имущества одним лицом за счет другого лица не основано ни на законе, ни на сделке. Недоказанность одного из этих обстоятельств является достаточным основанием для отказа в удовлетворении иска.
На основании ст.1107 ГК РФ лицо, которое неосновательно получило или сберегло имущество, обязано возвратить или возместить потерпевшему все доходы, которые оно извлекло или должно было извлечь из этого имущества с того времени, когда узнало или должно было узнать о неосновательности обогащения.
Согласно п.4 ст.1109 ГК РФ не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности.
Таким образом, юридически значимыми обстоятельствами, подлежащими доказыванию по делу о возврате неосновательного обогащения, являются не только факты приобретения имущества за счет другого лица при отсутствии к тому правовых оснований, но и факты того, что такое имущество было предоставлено приобретателю лицом, знавшим об отсутствии у него обязательства перед приобретателем либо имевшим намерение предоставить его в целях благотворительности. При этом именно на приобретателе лежит бремя доказывания того, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило в целях благотворительности.
На основании ч.1 ст.56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Из содержания п.7 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №2 (2019), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 17 июля 2019 года, следует, что по делам о взыскании неосновательного обогащения на истца возлагается обязанность доказать факт приобретения или сбережения имущества ответчиком, а на ответчика - обязанность доказать наличие законных оснований для приобретения или сбережения такого имущества либо наличие обстоятельств, при которых неосновательное обогащение в силу закона не подлежит возврату.
В соответствии со ст.1103 ГК РФ, поскольку иное не установлено данным кодексом, другими законами или иными правовыми актами и не вытекает из существа соответствующих отношений, правила, предусмотренные главой 60, подлежат применению также к требованиям: 1) о возврате исполненного по недействительной сделке; 2) об истребовании имущества собственником из чужого незаконного владения; 3) одной стороны в обязательстве к другой о возврате исполненного в связи с этим обязательством; 4) о возмещении вреда, в том числе причиненного недобросовестным поведением обогатившегося лица.
Таким образом, приведенной нормой материального закона закреплена субсидиарность исков о взыскании неосновательного обогащения.
В связи с этим в тех случаях, когда имеются основания для предъявления требований, перечисленных в ст.1103 ГК РФ, защита нарушенного права посредством предъявления иска о неосновательном обогащении возможна только тогда, когда неосновательное обогащение не может быть устранено иным образом.
Для квалификации обязательства по ст.1102 ГК РФ не имеет значения характер поведения приобретателя (правомерное или противоправное) и природа юридических фактов, вызвавших возникновение этого обязательства (сделки, события или поступки), имеет значение отсутствие установленных законом или сделкой оснований для приобретения или сбережения имущества. Все жизненные обстоятельства, в результате которых может произойти неосновательное обогащение, предусмотреть невозможно. Поэтому основания возникновения обязательств из неосновательного обогащения в законе не перечислены, а лишь в обобщенной форме выражены в ст.1102 ГК РФ, согласно которой правила, закрепленные главой 60 ГК РФ, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли.
Правоотношения по неосновательному обогащению предполагают, что именно истец должен доказывать обстоятельства возникновения у ответчика обязательств по возврату неосновательно полученного, в том числе размер обогащения, а ответчик, что приобрел денежные средства или имущество основательно (в силу закона или сделки), либо доказать направленность воли потерпевшего на передачу имущества в дар или предоставления его с целью благотворительности.
Из содержания искового заявления и пояснений истца, а также его представителя в судебном заседании следует, что основанием заявленных исковых требований явился ошибочный перевод истцом денежных средств на счет умершей З.Е.В.
Возражая против заявленных требований, ответчик ФИО3 в ходе судебного разбирательства пояснил, что он работал на истца без оформления трудовых правоотношений, который по его (ответчика) просьбе переводил деньги на карту его (ответчика) матери З.Е.В. которая была привязана к его номеру телефона и находилась в его фактическом пользовании. Переводов было несколько в течение трех месяцев, всего было перечислено 98330 рублей 00 копеек. Работа была истцом принята, нареканий к нему не было.
Согласно выписке из ЕГРЮЛ от 29 сентября 2025 года ФИО1 является генеральным директором ООО «Охранное предприятие «Монитор-Л», расположенного по адресу: <адрес>
Из переписки на сайте «Авито», представленной ответчиком, следует, что 09 октября 2023 года ФИО3, откликнувшийся на открытую вакансию, был приглашен работодателем на собеседование по адресу: <адрес>
В соответствии со сведениями аккаунта Google 09 октября 2023 года в контакты ответчика ФИО3 добавлен контакт «С.Г.» №. Данный номер указан ФИО1 в качестве контактного при подаче искового заявления в суд.
Согласно сведениям ПАО Сбербанк на имя ФИО1 открыт счет № (карта №).
Из представленных материалов, в том числе, чеков по операциям, сведений ПАО Сбербанк следует, что переводы денежных средств 13 октября 2023 года, 20 октября 2023 года, 21 октября 2023 года, 27 октября 2023 года, 27 октября 2023 года, 03 ноября 2023 года, 10 ноября 2023 года, 18 ноября 2023 года, 24 ноября 2023 года, 07 декабря 2023 года, 08 декабря 2023 года, 13 декабря 2023 и 16 декабря 2023 года на общую сумму 98330 рублей 00 копеек осуществлялись ФИО1 на счет № и карту №, открытые на имя З.Е.В. по номеру телефона получателя №.
Согласно договору оказания услуг от 04 января 2016 года владельцем абонентского номера № является ФИО3
В соответствии с детализацией оказанных услуг в период с октября по декабрь 2023 года между абонентскими номерами № и № производились неоднократные телефонные соединения различной продолжительности, а именно: 10 октября, 11 октября, 13 октября, 17 октября, 18 октября, 19 октября, 20 октября, 21 октября, 23 октября, 27 октября, 28 октября, 03 ноября, 10 ноября, 18 ноября, 24 ноября, 07 декабря, 08 декабря, 13 декабря, 19 декабря 2023 года.
Свидетель со стороны ответчика Х.Р. суду показал, что осенью 2023 года он работал в ООО «Зенит-Групп» начальником участка. В указанный период данная организация, являясь генеральным подрядчиком, выполняла ремонтные работы в детском саду № <адрес> В период с октября по декабрь 2023 года ФИО3 также работал на указанном объекте в качестве сотрудника субподрядной организации, занимался прокладкой противопожарной системы, он его видел ежедневно. Его (ФИО3) непосредственным руководителем был ФИО1, который периодически приезжал на объект, контролировал ход работ, давал указания. Со слов ФИО3 ему известно, что у ФИО1 он работал без оформления трудового договора, а заработная плата перечислялась ему на карту.
Свидетель со стороны ответчика А.В.К. суду показал, что осенью 2023 года через объявление на сайте Авито он устроился на работу без оформления трудового договора в ООО «ОП «Монитор-Л», расположенное по адресу: <адрес> С октября по декабрь 2023 года вместе с ним работал ФИО3, с которым они устанавливали пожарную систему в детских садах № <адрес> и в <адрес>. Их непосредственным руководителем являлся ФИО1, который постоянно приезжал на объекты, давал распоряжения, обучал, а также выплачивал им заработную плату путем перечисления денежных средств со своего банковского счета, часть отдавал наличными.
Оснований не доверять показаниям указанных свидетелей у суда не имеется, поскольку они последовательны, не противоречивы, согласуются между собой, а также подтверждаются письменными доказательствами.
При этом доводы истца ФИО1 о том, что с указанными свидетелями у него имеются неприязненные отношения, вследствие чего они его оговаривают, суд признает несостоятельными, поскольку они голословны, объективно ничем не подтверждены, в судебном заседании не установлено наличия у свидетелей каких-либо оснований для оговора ФИО1, а также личной заинтересованности в исходе дела.
Факт пользования ФИО3 банковской картой, открытой на имя З.Е.В. помимо пояснений ответчика в судебном заседании, сведений ПАО Сбербанк о номере телефона, привязанном к карте №, подтверждается также протоколом допроса ФИО3 в качестве подозреваемого по уголовному делу № от 12 сентября 2024 года, из которого следует, что задолго до обращения истца в суд с указанным иском ФИО3 сообщал о том, что с согласия своей матери, проживавшей в доме-интернате, он пользовался принадлежащими ей банковскими картами, в том числе, картой №
При этом, вопреки доводам стороны истца, наличие у ответчика ФИО3 иных банковских счетов, открытых на его имя, достоверно не свидетельствует о невозможности использования им карты его матери З.Е.В. в личных целях.
Согласно представленным истцом чекам по проведенным операциям денежные средства в общей сумме 98330 рублей 00 копеек переводились в период с 13 октября 2023 года по 16 декабря 2023 года тринадцатью переводами на имя З.Е.В. без указания назначения платежа.
Оценив все представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу о том, что перечисление ФИО1 денежных средств на карту З.Е.В. имело место в рамках договоренности между истцом и сыном умершей З.Е.В.. - ответчиком ФИО3, в качестве оплаты за выполняемую работу.
Доводы истца и его представителя об обратном, в том числе, о том, что ранее ФИО1 не был знаком с ФИО3 и каких-либо договоренностей, в том числе, связанных с выполнением работ, между ними не было, суд признает несостоятельными, поскольку они опровергаются совокупностью вышеизложенных доказательств.
Показания свидетелей со стороны истца К.Р.А. и Щ.А.А. показавших, что работы по установке и монтажу пожарной сигнализации в детском саду № <адрес> и детском саду <данные изъяты> выполнялись ими осенью 2023 года как сотрудниками ООО «Монитор-Л», генеральным директором которого является К.А.Е. при этом ответчика ФИО3 на указанных объектах они никогда не видели, с ним не знакомы, суд во внимание не принимает, поскольку отсутствие факта встречи и личного общения между ответчиком и свидетелями на объектах строительства однозначно не свидетельствует о том, что ФИО3 не мог выполнять соответствующие работы на данных объектах, с учетом того, что свидетели не указали на невыполнение работ ФИО3, сославшись лишь на то, что с ним они не встречались и никогда его не видели.
Также суд не принимает во внимание доводы стороны истца о том, что работы на спорных объектах выполнялись ООО «Монитор-Л», к которому истец ФИО1, являясь генеральным директором ООО «ОП «Монитор-Л», какого-либо отношения не имеет, поскольку они опровергаются показаниями свидетелей Х.Р. и А.В.К. согласно которым ФИО1 лично присутствовал на строительных объектах, контролируя ход выполняемых работ по установке пожарной сигнализации.
При указанных обстоятельствах, суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для взыскания с ответчика неосновательного обогащения в размере 98330 рублей 00 копеек, поскольку в данном случае между истцом и ответчиком ФИО3 (сыном наследодателя) возникли иные обязательственные отношения, во исполнение которых истцом перечислялись денежные средства на банковскую карту З.Е.В. находящуюся в фактическом пользовании ее сына ФИО3 Каких-либо относимых и допустимых доказательств того, что денежные средства на счет умершей З.Е.В. были перечислены ошибочно, истцом не представлено.
Кроме того, суд учитывает, что спорные денежные средства перечислялись истцом не одним, а тринадцатью переводами, что свидетельствует о том, что денежные средства были переведены сознательно. Осуществляя переводы З.Е.В. истец имел возможность видеть держателя карты в описании перевода в приложении банка или в личном кабинете, где отражаются имя, отчество и первая буква фамилии владельца счета. Неоднократное осуществление переводов без указания назначения платежа на счет З.Е.В. свидетельствует о добровольности и осознанности осуществления таких переводов, так же как сознательное не указание основания осуществления переводов ставит под сомнение утверждение истца об их ошибочности.
Поскольку собранные по делу доказательства свидетельствуют о переводе денежных средств истцом вследствие иных правоотношений, оснований для взыскания с ответчика в пользу истца денежных средств в счет неосновательного обогащения у суда не имеется, а потому требования ФИО1 удовлетворению не подлежат.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.11, 56, 194-198 ГПК РФ, суд
решил:
В удовлетворении исковых требований ФИО1, ИНН №, к ФИО3, СНИЛС № о взыскании неосновательного обогащения отказать.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Новгородский областной суд через Солецкий районный суд Новгородской области в течение одного месяца со дня изготовления мотивированного решения.
Председательствующий М.А.Малышева
Мотивированное решение изготовлено 12 декабря 2025 года.
Председательствующий М.А.Малышева