САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОРОДСКОЙ СУД
Рег. № 33а-16139/2023
УИД 78RS0006-01-2022-001211-17
Судья: Лебедева А.С.
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
Судебная коллегия по административным делам Санкт-Петербургского городского суда в составе
Председательствующего
Поповой Е.И.,
Судей
ФИО1, ФИО2,
при секретаре
ФИО3,
рассмотрела в открытом судебном заседании 5 сентября 2023 года административное дело № 2а-504/2023 по апелляционной жалобе Федерального казенного учреждения Следственный изолятор №1 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Санкт-Петербургу и Ленинградской области и Федеральной службы исполнения наказаний Российской Федерации на решение Кировского районного суда Санкт-Петербурга, принятое 28 февраля 2023 года по административному исковому заявлению ФИО4 к Федеральному казенному учреждению Следственный изолятор №1 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, Федеральному казенному учреждению Следственный изолятор №6 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, Федеральному казенному учреждению Исправительная колония №4 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, Управлению Федеральной службы исполнения наказаний по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, Федеральной службе исполнения наказаний Российской Федерации, Управлению Судебного департамента в городе Санкт-Петербурге, Министерству финансов Российской Федерации, Управлению Федерального Казначейства по Санкт-Петербургу о признании действий (бездействия) незаконными и присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей.
Заслушав доклад судьи Поповой Е.И., выслушав объяснения представителя административных ответчиков: Федерального казенного учреждения Следственный изолятор №1 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, Федерального казенного учреждения Следственный изолятор №6 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, Федерального казенного учреждения Исправительная колония №4 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, Федеральной службы исполнения наказаний Российской Федерации – ФИО5 (по доверенностям), судебная коллегия
УСТАНОВИЛА:
ФИО4 обратился в Кировский районный суд Санкт-Петербурга с административным исковым заявлением к Федеральному казенному учреждению Следственный изолятор №1 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Санкт-Петербургу и Ленинградской области (далее - ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области), Федеральному казенному учреждению Следственный изолятор №6 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Санкт-Петербургу и Ленинградской области (далее - ФКУ СИЗО-6 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области), Федеральному казенному учреждению Исправительная колония №4 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Санкт-Петербургу и Ленинградской области (далее - ФКУ ИК-4 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области), Управлению Федеральной службы исполнения наказаний по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, Федеральной службе исполнения наказаний Российской Федерации, Управлению Судебного департамента в городе Санкт-Петербурге, Министерству финансов Российской Федерации, Управлению Федерального Казначейства по Санкт-Петербургу, в котором просил признать незаконными действия ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, ФКУ СИЗО-6 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области и ФКУ ИК-4 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, выразившиеся в нарушении условий содержания под стражей, а также взыскать с Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказаний Российской Федерации компенсацию за нарушение условий содержания в размере 2 250 000 рублей и государственную пошлину в размере 300 рублей.
В обоснование заявленных требований ФИО4 указал, что приговором Кировского районного суда Санкт-Петербурга от 16 января 2017 года он осужден за совершение преступлений, предусмотренных пунктами «а», «г» части 4 статьи 228.1, части 3 статьи 30 и пунктов «а» части 4 статьи 228.1 Уголовного кодекса Российской Федерации, а также двух преступлений, предусмотренных частью 3 статьи 30, пунктами «а», «г» части 4 статьи 228.1 Уголовного кодекса Российской Федерации, на основании части 3 статьи 69 Уголовного кодекса Российской Федерации по их совокупности окончательно было назначено наказание в виде 9 лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима, без дополнительных наказаний. Начало срока отбывания наказания 24 сентября 2015 года и окончание срока 23 сентября 2024 года, при этом, с 9 ноября 2021 года постановлением Тосненского городского суда Ленинградской области от 27 октября 2021 года от дальнейшего отбытия наказания освобожден, в связи с заменой не отбытого наказания более мягким в виде ограничения свободы сроком на 2 года 10 месяцев 26 дней.
Как указал административный истец, в связи с расследованием уголовного дела в качестве подозреваемого/обвиняемого в период с 25 сентября 2015 года по ноябрь 2017 года он содержался в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области и в последующем по 21 июня 2018 года содержался в ФКУ СИЗО-6 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области. С 21 июня 2018 года по 9 ноября 2021 года в статусе осужденного отбывал наказание в ФКУ ИК-4 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, что подтверждается справкой об освобождении из мест лишения свободы.
Административный истец указал, что в период нахождения под стражей и отбытия наказания в исправительной колонии санитарно-эпидемиологические условия пребывания в условиях изоляции от общества обеспечены не были, при этом, в результате действий (бездействия) административных ответчиков, выразившихся в нарушении условий содержания под стражей, на протяжении длительного времени, он претерпевал глубокие страдания.
Так, в период нахождения в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Санкт- Петербургу и Ленинградской области по адресу: Санкт-Петербург, Арсенальная набережная, дом 9, в камерах, где содержался административный истец, отсутствовал огороженный санузел, не соблюдалась норма предоставления помещения на одного заключенного, в камере площадью 7,5 кв.м. содержалось 4 человека, во всех камерах нарушалась норма санитарной площади, административный истец был лишен требуемого личного пространства. Обстоятельства в камере с превышением численности заключенных в два раза вызывали физические и нравственные страдания, стесненность, дискомфорт, глубоко затрагивало достоинство личности. Также нарушались санитарно-гигиенические требования, условия содержания были отвратительными, бесчеловечными: отсутствовало горячее водоснабжение, в осенне-зимний период в камерах было холодно, окна разбитые, утепляли их сами лица, содержащиеся в камере как могли, не было нормального освещения, в камере бегали крысы, температура не соответствовала установленным нормам, питание выдавалось из испорченных продуктов, непригодным к потреблению, такую еду не возможно было есть, с голоду не умирали потому, что питались продуктами от передач родственников. Вода в водопроводе без фильтрации, не пригодна для питья и приготовления пищи, возможности кипятить воду не было, отсутствовал бак для питьевой воды, санузел находился около обеденного стола, постельное белье, матрасы были грязными, никогда не менялись, не было раздела курящих от некурящих.
Также административный истец указал, что в период нахождения в ФКУ СИЗО-6 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области по адресу: Ленинградская область, Ломоносовский район, Вилозовское поселение, улица Заречная, тупик, в камерах, к вышеизложенным нарушениям добавилось, что более чем у половины содержащихся в камере подследственных не было личного спального места. На одного человека в камере приходилось около двух квадратных метров, часть людей спали по несколько человек на кровати, некоторые окна выбиты, содержалось больше людей, чем положено. Из-за этого административному истцу иногда не хватало спального места, и он вынужден был делить кровать. При заселении в камеру, в связи с нехваткой спальных мест административный истец был вынужден спать на полу в течение недели, затем вынужден спать втроем на одной сдвоенной кровати верхнего яруса. Посадочных мест за столом камеры также не хватало, к столу для принятия пищи, к объектам гигиены постоянно была очередь. Принимать пищу приходилось сидя на табуретке, держа посуду в руках. Отсутствовали шкафы для одежды и продуктов. Камера была оборудована вешалкой для верхней одежды, однако, количество крючков было намного меньше, чем требовалось. Стены и потолок камеры были покрыты слоем пыли и копоти, в углах стен имелись следы плесени и грибка, кран с горячей водой не был даже предусмотрен, кран с холодной водой был изношен, постоянно подтекал, в камере отсутствовали радиаторы отопления. Такие бытовые условия камеры привели к тому, что, как указал административный истец, он, как и все другие содержащиеся там под стражей, ежедневно подвергались унижающему человеческое достоинство обращению, такие условия содержания были пыточными.
Административный истец также указал, что в период содержания под стражей в следственных изоляторах, он многократно конвоировался из следственных изоляторов для участия в следственных действиях и в судебных заседаниях, при этом, перед этапированием из изолятор временного содержания в Кировский районный суд Санкт-Петербурга, на следственные действия и обратно, в течение многих часов, по 6-12 часов он содержался в подвалах, в запертой клетке в зале суда и (или) в конвойных помещениях, непригодных для содержания людей. Находясь в клетке, административный истец испытывал чувства унижения, страха, тревоги и собственной неполноценности, при этапировании (транспортировке) еще в здании изолятора временного содержания на административного истца надевались наручники, что не было обусловлено объективной необходимостью. Все вышеизложенное свидетельствует об умалении достоинства личности, об унижающем человеческое достоинство обращении, о попирании прав на справедливое судебное разбирательство, на охрану здоровья, на содержание в соответствии с установленными законодательством требованиями. В общей сложности, как указал административный истец, за 2015-2018 годы он провел в одиночных камерах автозаков минимум по 6-12 часов в день и за пределами следственного изолятора или в судебных заседаниях питанием не обеспечивался, находился голодным целый день.
Также административный истец указал, что во время заключения под стражу и продлений меры пресечения под стражей, которые проходили в Кировском районном суде Санкт-Петербурга, а также на судебных заседаниях по рассмотрению уголовного дела №2-50/2018 с 26 апреля 2016 года по 16 января 2017 года он находился в зале суда в металлической клетке размером приблизительно 1,5 x 2,0 м с металлическими прутьями с двух сторон и с двух сторон капитальной стены, при этом, находился у всех на виду в клетке, из-за чего испытывал чувство унижения, оскорбления, страха, беспомощности и неполноценности. Находясь в клетке, административный истец видел и ощущал сильную настороженность и боязнь со стороны присутствующих незнакомых людей, а также свидетелей, которые давали показания и склонялись против него.
Административный истец указал, что в ФКУ ИК-4 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области отсутствовало горячее водоснабжение, приходилось в бытовых условиях пользоваться холодной водой: умываться, мыть руки, чистить зубы, мыть посуду, проводить влажную уборку в камере своего содержания, стирать личное белье и вещи. Из водопроводного крана текла холодная ледяная проточная вода. Приходилось испытывать постоянный физический и психологический дискомфорт, страдать. От холодной воды, ломило руки, замерзало лицо и тело. При чистке зубов ломило зубы, от этого постоянно возникали зубные боли, и болело горло, возникали простудные заболевания. Принять душ давали возможность только один раз в неделю, при этом, сотрудники исправительной колонии просто физически не способны были предоставить возможность мыться горячей водой в течение 20 минут осужденным два раза в неделю. Пища была некачественной, зачастую такую пищу невозможно было употреблять. В первых числах мая в исправительной колонии отопление в камерах содержания отключалось, становилось очень холодно, влажность превышала все установленные нормы. Отсутствие горячей воды, низкая температура воздуха и огромная влажность в камерах содержания осужденных, а при стирке личной одежды и сушке белья в камере, влажность повышается в разы, всё это приносили невыносимые физические и моральные страдания. Все это приводило к возникновению постоянных простудных заболеваний, постоянному чувству беспомощности, обреченности, униженности, неуверенности в своем будущем, в отсутствии поддержания полноценной гигиены тела, чистоты в камере содержания, личных вещей. Отсутствие полноценной приватности туалета, отвратительный запах не давало возможности полноценно употреблять пищу, чувство постоянного голода, униженности, неполноценности, отчего административный истец физически и морально страдал, все это в совокупности причиняло ему большие нравственные страдания, физические боли.
Решением Кировского районного суда Санкт-Петербурга, принятым 28 февраля 2023 года, заявленные ФИО4 требования удовлетворены частично, признано незаконным бездействие ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области по не обеспечению надлежащих условий содержания ФИО4, с Федеральной службы исполнения наказаний Российской Федерации в пользу ФИО4 взыскана за счет средств казны Российской Федерации компенсация за нарушение условий содержания в размере 150 000 рублей.
Не согласившись с постановленным решением, в апелляционной жалобе административные ответчики: Федеральное казенное учреждение Следственный изолятор №1 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, Федеральная служба исполнения наказаний Российской Федерации просят решение суда отменить и принять по делу новое решение об отказе в удовлетворении заявленных требований в полном объеме.
В обоснование доводов апелляционной жалобы административные ответчики указывают, что судом первой инстанции допущено нарушение процессуального права, поскольку решение суда не содержит обоснование размера взысканной компенсации. Также апеллянты указали, что судом первой инстанции не учтено, что в настоящем случае ответственность за вред, причиненный несоблюдением нормы содержания лиц в камере, не должна нести Федеральная служба исполнения наказаний Российской Федерации, которая не наделена правом приобретения и строительства объектов, позволяющих достаточное размещение подозреваемых и обвиняемых.
Представитель административных ответчиков: Федерального казенного учреждения Следственный изолятор №1 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, Федерального казенного учреждения Следственный изолятор №6 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, Федерального казенного учреждения Исправительная колония №4 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, Федеральной службы исполнения наказаний Российской Федерации - ФИО5, действующий на основании доверенностей, в заседание суда апелляционной инстанции явился, доводы апелляционной жалобы поддержал.
Административный истец, ФИО4, в заседание суда апелляционной инстанции не явился, извещен судом надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, направил ходатайство о рассмотрении дела в свое отсутствие.
Административные ответчики: Министерство финансов Российской Федерации, Управление судебного департамента по Санкт-Петербургу, Управление Федерального казначейства по Санкт-Петербургу, в заседание суда апелляционной инстанции не явились, извещены судом надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, доказательств уважительности причин неявки в судебное заседание, ходатайств об отложении судебного заседания не представили, судебная коллегия в порядке части 2 статьи 150 и статьи 307 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации считает возможным рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие указанных лиц.
Судебная коллегия, проверив материалы дела и оценив доводы апелляционной жалобы, приходит к следующему.
На основании части 1 статьи 218 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации граждане могут обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями должностного лица, государственного или муниципального служащего, если полагают, что нарушены или оспорены их права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению их прав, свобод и реализации законных интересов или на них незаконно возложены какие-либо обязанности.
При этом, исходя из части 1 статьи 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном настоящей главой, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.
Судом первой инстанции установлено и подтверждается материалами дела, что ФИО4 в период с 25 сентября 2015 года по 23 ноября 2017 года содержался в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, в период с 21 ноября 2017 года по 21 июня 2018 года содержался в ФКУ СИЗО-6 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, а также в период с 21 июня 2018 года по 9 ноября 2021 года отбывал наказание в ФКУ ИК-4 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области.
Согласно представленной справке ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области ФИО4 в период с 25 сентября 2015 года по 24 ноября 2017 года содержался в камерах №№843, 875, 755, 814, 744, 853, 831, 840, 869, 775, 886, 771, 928, площадь которых составляет 8 кв.м., в них имеются 4 спальных места и количество содержащихся в камерах не более 4 человек.
Также ФИО4 содержался в камере 16 (карцер), площадью 8 кв.м. с одним спальным местом, при этом, ФИО4 содержался один.
Камерные помещения ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, в которых содержался ФИО4, были оборудованы электрическими лампами, из них 1 светильник дневного освещения с количеством ламп в светильниках – 1, 1 лампа дежурного освещения. Для обеспечения дневного освещения с 06-00 часов до 22-00 часов в светильниках установлены лампы накаливания мощностью 75 ВТ, в ночное время с 22-00 часов до 06-00 часов включается дежурное освещение, лампы накаливания мощностью 40 Вт.
Все камерные помещения, в которых содержался ФИО4, были оборудованы: двухуровневыми кроватями с полками для вещей, столом, скамейками (2 шт.), шкафом для продуктов, вешалкой для верхней одежды, полкой для туалетных принадлежностей, настенным зеркалом, светильниками дневного и ночного освещения, санитарным узлом, водопроводной водой, соответствующей санитарным нормам и подаваемой централизованно из городской сети, радиатором системы водяного отопления. Также предусмотрено дневное (естественное) освещение (имеются окна), розетки для подключения электроприборов, вызывная сигнализация, имеются (оборудованы) вентиляционные отдушины, веник, совок, радиодинамик, бачок с регулярно обновляемой, в соответствии с графиком замены, питьевой водой, установленный на подставке.
Материалами дела подтверждается, что специального порядка раздельного содержания курящих и некурящих лиц в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области не предусмотрено, при наличии возможности данные лица содержатся раздельно.
С целью предупреждения возникновения инфекционных заболеваний в учреждении ежемесячно проводились: профилактическая дезинфекция, дезинсекция и дератизация силами специализированной организации на основании представленных в материалы дела договоров.
В период содержания ФИО4 в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области санитарная обработка камер проводилась ежемесячно, по эпидемическим показаниям и при выявлении насекомых и грызунов.
Камеры, в которых содержался ФИО4, проветривались, имелась постоянная естественная вентиляция, которая обеспечивает доступ свежего воздуха через оконные проемы камер; принудительная вентиляция оборудована и осуществлялась в соответствии с требованиями «Норм проектирования следственных изоляторов и тюрем Минюста России» СП 15-01 Минюста России и приказа №276 от 28 сентября 2001 года «О технической эксплуатации зданий и сооружений учреждений уголовно-исполнительной системы Минюста России» через отверстие вентиляционной шахты размером 25х25 см, которыми оборудованы все камеры учреждения; принудительная вытяжная вентиляция обеспечена круглосуточно; система вентиляции находилась в технически исправном состоянии.
Материалами дела подтверждается, что в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области снабжение водопроводной водой производилось централизованно из городской сети на основании договора с ГУП «Водоканал Санкт-Петербурга», соответствующей санитарным нормам и стандартам ГОСТ и СаНПиН. Ввиду отсутствия горячей воды в камерных помещениях, расположенных в зданиях по адресу: Санкт-Петербург, Арсенальная набережная, дом 7, в соответствии с пунктом 43 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, утвержденным приказом Минюста России от 14 октября 2005 года №189, в камерные помещения выдаются водонагревательные приборы по заявлению лиц, содержащихся в камере, в порядке очередности.
В период пребывания ФИО4 в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, он обеспечивался питанием в соответствии с постановлением Правительства Российской Федерации от 11 апреля 2005 года №205 «О минимальных нормах питания и материально-бытового обеспечения осужденных к лишению свободы, а также о нормах питания и материально-бытового обеспечения подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, находящихся в следственных изоляторах Федеральной службы исполнения наказаний, в изоляторах временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел Российской Федерации и пограничных органов федеральной службы безопасности, лиц, подвергнутых административному аресту, задержанных лиц в территориальных органах Министерства внутренних дел Российской Федерации на мирное время». Качество приготовления пищи соответствовало установленным стандартам и контролировалось руководителем подразделения и медицинским работником ежедневно с отбором суточных проб приготовленных блюд на каждый прием пищи.
Измерение микроклимата камерных помещений ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, где содержался ФИО4, проводилось ежеквартально с привлечением специалистов медицинской части учреждения с проведением замеров. Средняя температура в камерных помещениях в летний период составляла + 22 градуса С, в зимний период +18 градусов. Влажность воздуха находилась в пределах нормы. Неприятного запаха в камерных помещениях не ощущалось.
Согласно представленной справке в ФКУ СИЗО-6 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области ФИО4 в период времени своего содержания содержался в камерах №3/16 (площадь 65 кв.м. при 14 спальных местах), №3/8 (площадь камеры 66,4 кв.м. при 30 спальных местах).
Камерные помещения в ФКУ СИЗО-6 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, были оборудованы: одноярусными или двухъярусными кроватями, столом и скамейками с числом посадочных мест по количеству лиц, содержащихся в камере; шкафом для продуктов; вешалкой для верхней одежды; полкой для туалетных принадлежностей; зеркалом, вмонтированным в стену; бачком с питьевой водой; подставкой под бочок с питьевой водой; радиодинамиком для вещания общегосударственной программы; урной для мусора; тазами для гигиенических целей и стирки одежды; светильниками дневного и ночного освещения; телевизором, холодильником (при наличии возможности); вентиляционным оборудованием; тумбочкой под телевизор или кронштейном для крепления телевизора; напольной чашей (унитазом), умывальником; нагревательными приборами (радиаторами) системы водяного отопления; штепсельными розетками; вызывной сигнализацией.
Санитарные узлы на 3 режимном корпусе расположены в углу камеры, на расстоянии не менее 2-х метров до стола и спальных мест, отгорожен перегородкой высотой до потолка. В камерах установлены: 1 унитаз со сливным бачком и 1 раковина для умывания.
В камерах имеется постоянная естественная вентиляция, которая обеспечивает доступ свежего воздуха через оконные проемы камер, также имеется приточно-вытяжная вентиляция. Окна камер оборудованы форточкой для доступа свежего воздуха. Окна камер имеют остекление, проверка целостности остекления производится ежедневно.
ФИО4 не реже 1 раза в неделю предоставлялась возможность помывки в душе, расположенном в банно-прачечном комплексе, продолжительностью не менее 15 минут, которая была увеличена в указанный заявителем период времени до 45 минут с учетом возможности стирки личных вещей. Возможность осуществлять стирку личных вещей предоставлялась (выдавались тазы, моющие средства). За время содержания банно-прачечный комплекс находился в исправном состоянии. Смена постельного белья производилась еженедельно, после каждой помывки.
При поступлении в учреждение ФИО4 был обеспечен нормой снабжения постельными принадлежностями: матрац ватный – 1, одеяло полушерстяное – 1, подушка ватная – 1, простыня – 2, наволочка – 1, столовыми приборами.
Также судом первой инстанции установлено, что в период содержания под стражей в следственных изоляторах ФИО4 многократно конвоировался для участия в следственных действиях и в судебных заседаниях.
Судом первой инстанции установлено, что в залах судебных заседаний для рассмотрения уголовных дел устанавливаются (металлические решетки, пуленепробиваемые стекла либо иные приспособления, ограждающие места для размещения подсудимых во время проведения судебных процессов (письмо Судебного Апартамента при Верховном Суде Российской Федерации от 25 ноября 2009 года NСД-АП/21-43).
В соответствии с пунктом 8.3 Свода правил "СП 31-104-2000. Здания судов общей юрисдикции", который действовал до 30 сентября 2012 года, в залах судебных заседаний для рассмотрения уголовных дел устанавливались металлические заградительные решетки.
Суд первой инстанции, приняв во внимание, что доказательств того, что в периоды содержания ФИО4 в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, ФКУ СИЗО-6 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области и ФКУ ИК-4 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, данным учреждением нарушено его право на надлежащие бытовые условия, в материалы дела не представлено, отклонил доводы административного истца.
Вместе с тем, установив, что доводы административного истца о переполненности камер в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области административным ответчиком не опровергнуты, доказательств обратного не представлено, пришел к выводу о том, что в данном случае имели место нарушения соответствующих прав административного истца ввиду переполненности камер, в которых он содержался, при этом, нахождение административного истца в камерах с таким уровнем площади личного пространства имело место неоднократно и длительный период. Одновременно, судом первой инстанции сделан вывод о пропуске ФИО4 срока на подачу административного искового заявления в части требований к ФКУ СИЗО-6 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области и ФКУ ИК-4 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, в связи с чем, данная часть требований оставлена без удовлетворения.
Судебная коллегия, находит возможным, согласиться с выводами суда первой инстанции по следующим основаниям.
Согласно части 4 статьи 15 Конституции Российской Федерации общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью правовой системы России.
В пункте 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 октября 2003 года N5 "О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации" разъяснено, что в соответствии со статьей 3 Конвенции и требованиями, содержащимися в постановлениях Европейского Суда по правам человека, условия содержания под стражей должны быть совместимы с уважением к человеческому достоинству. Унижающим достоинство обращением признается, в частности, такое обращение, которое вызывает у лица чувство страха, тревоги и собственной неполноценности. При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы с учетом практических требований режима содержания. Оценка указанного уровня осуществляется в зависимости от конкретных обстоятельств, в частности от продолжительности неправомерного обращения с человеком, характера физических и психических последствий такого обращения. В некоторых случаях принимаются во внимание пол, возраст и состояние здоровья лица, которое подверглось бесчеловечному или унижающему достоинство обращению.
Согласно статье 17.1 Федерального закона от 15 июля 1995 года N103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" подозреваемый, обвиняемый в случае нарушения предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий их содержания под стражей имеют право обратиться в порядке, установленном Кодексом административного судопроизводства Российской Федерации, в суд с административным исковым заявлением к Российской Федерации о присуждении за счет казны Российской Федерации компенсации за такое нарушение.
Компенсация за нарушение условий содержания под стражей присуждается исходя из требований заявителя, с учетом фактических обстоятельств допущенных нарушений, их продолжительности и последствий и не зависит от наличия либо отсутствия вины органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих.
Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года №47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания», право на свободу и личную неприкосновенность является неотчуждаемым правом каждого человека, что предопределяет наличие конституционных гарантий охраны и защиты достоинства личности, запрета применения пыток, насилия, другого жестокого или унижающего человеческое достоинство обращения или наказания (статьи 17, 21 и 22 Конституции Российской Федерации); возможность ограничения указанного права допускается лишь в той мере, в какой оно преследует определенные Конституцией Российской Федерации цели, осуществляется в установленном законом порядке, с соблюдением общеправовых принципов и на основе критериев необходимости, разумности и соразмерности, с тем, чтобы не оказалось затронутым само существо данного права.
Под условиями содержания лишенных свободы лиц следует понимать условия, в которых с учетом установленной законом совокупности требований и ограничений реализуются закрепленные Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами Российской Федерации, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации права и обязанности указанных лиц, в том числе: право на обращение в государственные органы и органы местного самоуправления, в общественные наблюдательные комиссии (статья 33 Конституции Российской Федерации, статья 2 Федерального закона от 2 мая 2006 года №59-ФЗ «О порядке рассмотрения обращений граждан Российской Федерации», пункт 2 части 1 статьи 15 Федерального закона от 10 июня 2008 года №76-ФЗ «Об общественном контроле за обеспечением прав человека в местах принудительного содержания и о содействии лицам, находящимся в местах принудительного содержания», пункт 4 части 1 статьи 7 Федерального закона от 26 апреля 2013 года №67-ФЗ «О порядке отбывания административного ареста», пункт 7 статьи 17 Федерального закона от 15 июля 1995 года №403-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», часть 4 статьи 12, статья 15 УИК РФ, пункт 2 статьи 8 Федерального закона от 24 июня 1999 года №420-ФЗ «Об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних»).
В пункте 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года №47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания», указывается, что условия содержания лишенных свободы лиц должны соответствовать требованиям, установленным законом, с учетом режима места принудительного содержания, поэтому, существенные отклонения от таких требований могут рассматриваться в качестве нарушений указанных условий.
Процесс содержания лица под стражей или отбывания им наказания в Российской Федерации законодательно урегулирован, осуществляется на основании нормативно-правовых актов и соответствующих актов Министерства юстиции Российской Федерации, которыми регламентированы условия содержания, права и обязанности лиц, содержащихся под стражей или отбывающих наказание, а также права и обязанности лиц, ответственных за их содержание.
Таким образом, исходя из вышеприведенных разъяснений, суду при рассмотрении дел такой категории надлежит оценивать соответствие условий содержания административного истца требованиям, установленным законом, а также дать оценку таким условиям, принимая во внимание невозможность допущения бесчеловечного или унижающего достоинство человека обращения и нарушения его прав и основных свобод.
Федеральный закон от 15 июля 1995 года N103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений", регулирует порядок и определяет условия содержания под стражей, гарантии прав и законных интересов лиц, которые в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации задержаны по подозрению в совершении преступления, а также лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, в отношении которых в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации избрана мера пресечения в виде заключения под стражу.
Согласно части 1 статьи 16 Федерального закона от 15 июля 1995 года N103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" в целях обеспечения режима в местах содержания под стражей федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере исполнения уголовных наказаний, федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере внутренних дел, федеральным органом исполнительной власти в области обеспечения безопасности, федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики, нормативно-правовому регулированию в области обороны, по согласованию с Генеральным прокурором Российской Федерации утверждаются Правила внутреннего распорядка в местах содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений.
Функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в установленной сфере деятельности, в том числе в сфере исполнения уголовных наказаний осуществляет Министерство юстиции Российской Федерации (подпункт 1 пункта 1 Положения о Министерстве юстиции Российской Федерации, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 13 октября 2004 года N1313).
Приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 14 октября 2005 года N189 утверждены Правила внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы (зарегистрировано в Минюсте России 8 ноября 2005 года N7139) (далее - Правила внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы).
Согласно пунктам 2, 3 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, в СИЗО устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию, а также решение задач, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации. Режим представляет собой регламентируемые Федеральным законом, настоящими Правилами и другими нормативными правовыми актами Российской Федерации порядок и условия содержания под стражей лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений.
Обеспечение режима в СИЗО, поддержание в них внутреннего распорядка возлагается на администрацию СИЗО, а также на их сотрудников, которые несут установленную законом и ведомственными нормативными актами ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение служебных обязанностей.
В соответствии со статьей 23 Федерального закона от 15 июля 1995 года N103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности.
Согласно пункту 40 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, подозреваемые и обвиняемые обеспечиваются для индивидуального пользования: спальным местом; постельными принадлежностями: матрацем, подушкой, одеялом; постельным бельем: двумя простынями, наволочкой; полотенцем; столовой посудой и столовыми приборами: миской (на время приема пищи), кружкой, ложкой; одеждой по сезону (при отсутствии собственной); книгами и журналами из библиотеки СИЗО. Указанное имущество выдается бесплатно во временное пользование на период содержания под стражей.
В соответствии с пунктом 42 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, камеры СИЗО оборудуются: одноярусными или двухъярусными кроватями (камеры для содержания беременных женщин и женщин, имеющих при себе детей, - только одноярусными кроватями); столом и скамейками с числом посадочных мест по количеству лиц, содержащихся в камере; шкафом для продуктов; вешалкой для верхней одежды; полкой для туалетных принадлежностей; зеркалом, вмонтированным в стену; бачком с питьевой водой; подставкой под бачок для питьевой воды; радиодинамиком для вещания общегосударственной программы; урной для мусора; тазами для гигиенических целей и стирки одежды; светильниками дневного и ночного освещения; телевизором, холодильником (при наличии возможности); вентиляционным оборудованием (при наличии возможности); тумбочкой под телевизор или кронштейном для крепления телевизора; напольной чашей (унитазом), умывальником; нагревательными приборами (радиаторами) системы водяного отопления; штепсельными розетками для подключения бытовых приборов; вызывной сигнализацией.
Судебная коллегия полагает, что являются обоснованными, вопреки доводам апелляционной жалобы административных ответчиков, выводы суда первой инстанции о нарушении в период содержания административного истца в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области прав на соблюдение нормы санитарной площади камеры.
В силу части 1 статьи 23 Федерального закона от 15 июля 1995 года N103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности.
Норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в размере четырех квадратных метров с учетом требований, предусмотренных частью первой статьи 30 настоящего Федерального закона (часть 5 статьи 23 Федерального закона от 15 июля 1995 года N103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений").
Суд первой инстанции, рассматривая требования административного истца и признавая ненадлежащими условия содержания под стражей ФИО4 в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области в части нарушения норм санитарной площади в камере, приходящихся на одного человека, исходил из требований положений Федерального закона от 15 июля 1995 года N103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений", а также закрепленного статьей 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод принципа недопустимости пыток, бесчеловечного или унижающего достоинство обращения или наказания.
В соответствии с частью 1 статьи 99 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации норма жилой площади в расчете на одного осужденного к лишению свободы в исправительных колониях не может быть менее двух квадратных метров.
Осужденным предоставляются индивидуальные спальные места и постельные принадлежности. Они обеспечиваются одеждой по сезону с учетом пола и климатических условий, индивидуальными средствами гигиены (как минимум мылом, зубной щеткой, зубной пастой (зубным порошком), туалетной бумагой, одноразовыми бритвами для мужчин) (часть 2 статьи 99 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации).
Судебной коллегией проверен ежедневный количественный контингент лиц, содержащихся в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, установленный судом первой инстанции, в камерах, где содержался административный истец.
С учетом установленных судом первой инстанции обстоятельств, выводы суда первой инстанции о нарушении прав административного истца на содержание в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области в камерах с не соблюдением нормы санитарной площади на одного человека, являются правильными.
Доводы апелляционной жалобы административных ответчиков о том, что обеспечение установленного норматива санитарной площадью не зависело от действий указанных государственных органов, судебной коллегией отклоняются по следующим основаниям.
Несмотря на то, что перенаселение объяснялось объективными причинами, и сотрудники следственного изолятора не могли нести за это ответственность, необходимо отметить, что хотя вопрос о том, было ли целью обращения оскорбить или унизить достоинство лица, является фактором, который необходимо принимать во внимание, однако отсутствие любой такой цели не может исключить признания нарушения права на достойные условия содержания.
Даже если сотрудники следственного изолятора не были виноваты, необходимо подчеркнуть, что государство отвечает за действия любых органов публичной власти, поскольку в данном случае речь идет об ответственности государства.
В соответствии с подпунктами 3, 6 пункта 3 Положения о Федеральной службе исполнения наказаний, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 13 октября 2004 года N1314, одна из основных задач ФСИН России - обеспечение охраны прав, свобод и законных интересов осужденных и лиц, содержащихся под стражей. Задачей ФСИН России является создание осужденным и лицам, содержащимся под стражей, условий содержания, соответствующих нормам международного права, положениям международных договоров Российской Федерации и федеральных законов.
Таким образом, государство в лице федеральных органов исполнительной власти, осуществляющих функции исполнения уголовных наказаний, берет на себя обязанность обеспечивать правовую защиту и личную безопасность осужденных и лиц, содержащихся под стражей, наравне с другими гражданами и лицами, находящимися под его юрисдикцией.
С учетом установленных обстоятельств, выводы суда первой инстанции о нарушении прав ФИО4 на содержание в камерах с не соблюдением нормы санитарной площади на одного человека, являются правильными, и свидетельствуют о причинении административному истцу моральных и нравственных страданий.
Доказательств, опровергающих данные выводы суда первой инстанции, административными ответчиками не представлено.
При определении размера взыскиваемой компенсации суд первой инстанции принял во внимание характер и продолжительность нарушений, характер нравственных страданий истца.
Довод апелляционной жалобы о том, что, суд первой инстанции, в нарушение подпункта "б" пункта 1 части 7 статьи 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, в мотивировочной части решения не привел доводов в обоснование размера присуждаемой административным истцам компенсации, в рассматриваемом случае не может служить основанием для изменения ее размера или отмены постановленного по делу решения.
Судебная коллегия отмечает, что каждое конкретное дело о присуждении компенсации за ненадлежащие условия содержания под стражей, хотя и может иметь схожесть с ранее рассмотренным по существу иным делом как судом в рамах действующего национального законодательства, так и в рамках рассмотрения жалобы Европейским Судом по правам человека, но необходимо учитывать, не только схожесть ситуации, но и временной период нахождения заявителя в следственном изоляторе (колонии), время подачи жалобы в Европейский Суд по правам человека, а также в суд общей юрисдикции, с учетом изменений, произошедших в 2019 году в национальном законодательстве, где Федеральным законом от 27 декабря 2019 года №494-ФЗ введена в действие статья 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, который вступил в силу 27 января 2020 года. Также необходимо учитывать личность самого заявителя, где лицо, совершающее умышленное преступление, должно предполагать, что в результате подобных действий оно может быть лишено свободы и ограничено в правах и свободах, то есть такое лицо сознательно обрекает себя на ограничения, в том числе в правах на неприкосновенность частной жизни, на изменение статуса как личности, что условия содержания лишенных свободы лиц, с учетом режима места принудительного содержания, будут иметь существенные отличия от обычной, привычной обстановки.
В качестве цели присуждения компенсации рассматривается возмещение заявителю действительных неблагоприятных последствий нарушения, а не наказание ответчика. В связи с этим неправомерно удовлетворять требования о компенсации ущерба, носящие «карательный», «отягощающий» или «предупредительный» характер. Природа морального вреда такова, что она не поддается точному исчислению. Если установлено причинение такого вреда и суд считает, что необходимо присуждение денежной компенсации, он делает оценку, исходя из принципа справедливости, с учетом стандартов, происходящих из его прецедентной практики.
Судебная коллегия учитывает характер выявленного нарушения, длительность пребывания административного истца в переселенной камере (27 месяцев), безусловные нравственные страдания административного истца, связанные с нехваткой личного пространства, и считает, что размер компенсации морального вреда в размере 150 000 рублей является разумным и справедливым, апелляционная жалоба не содержит доводов, свидетельствующих о наличии оснований для снижения размера компенсации.
Установленный судом первой инстанции размер компенсации является соразмерным и адекватным допущенным нарушениям, отвечающим требованиям справедливости, оснований считать его явно завышенным, с учетом обстоятельств и особенностей настоящего административного дела, не имеется.
Таким образом, судебная коллегия приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены или изменения решения суда первой инстанции по доводам апелляционной жалобы.
Одновременно, административным истцом решение суда первой инстанции в части отказа в удовлетворении заявленных требований не оспаривается, и у судебной коллегии отсутствуют основания для проверки решения в названной части.
На основании изложенного, судебная коллегия приходит к выводу, что доводы, изложенные в апелляционной жалобе, направлены на переоценку обстоятельств, установленных судом первой инстанции при вынесении обжалуемого решения, не содержат фактов, которые не были проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного решения, либо опровергали изложенные выводы и выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными, основанными на неправильном толковании норм материального права, и не могут служить основанием для отмены решения суда.
Руководствуясь пунктом 1 статьи 309 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, судебная коллегия
ОПРЕДЕЛИЛА:
Решение Кировского районного суда Санкт-Петербурга, принятое 28 февраля 2023 года по административному делу № 2а-504/2023, оставить без изменения, апелляционную жалобу- без удовлетворения.
Апелляционное определение может быть обжаловано в течение шести месяцев в Третий кассационный суд общей юрисдикции, путем подачи кассационной жалобы через Кировский районный суд Санкт-Петербурга.
Председательствующий:
Судьи:
Мотивированное апелляционное определение изготовлено 10 октября 2023 года.