78RS0008-01-2025-003572-54

Дело № 2-918/2026 20 января 2026 года

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Красногвардейский районный суд Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего судьи Кавлевой М.А.,

при секретаре Дыхалкиной К.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о признании сделки недействительной, признании права собственности,

установил:

ФИО1 обратилась в Красногвардейский районный суд Санкт-Петербурга с иском к ФИО2, уточнив требования в порядке ст. 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации /л.д. 191/, просила признать недействительным договор пожизненного содержания с иждивением от 15.02.2021, заключенный между ФИО2 и Е.., исключить из Единого государственного реестра недвижимости запись об ипотеки в силу закона, признать за истцом право собственности на квартиру по адресу: <адрес>, ссылаясь в обоснование требований на то обстоятельство, что квартира по адресу: <адрес> являющаяся предметом договора ренты от 15.02.2021, заключенного между ФИО2 и Е.., умершей <дата>, была подарена истцу на основании устного договора дарения от 13.03.2012, однако произвести государственную регистрацию договора до смерти Е. стороны договора не успели и не смогли, поскольку ответчик вывезла Е.. из больницы в неизвестном направлении, изолировала от общения с другими людьми. Как указывает истец, в настоящее время договор пожизненного содержания с иждивением от 15.02.2021, заключенный между ФИО2 и Е. под влиянием обмана, препятствует на законных основаниях признать право собственности истца на подаренную ей квартиру по адресу: <адрес>

Истец ФИО1 в судебное заседание явилась, исковые требования поддержала в полном объеме по основаниям, указанным в иске.

Представитель ответчика ФИО2 в судебное заседание явился, возражал против удовлетворения исковых требований, поддержал позицию, изложенную в письменных возражениях, указал на необоснованность заявленных истцом требований.

Третье лицо нотариус ФИО3 в судебное заседание не явилась, о времени и месте судебного заседания извещена надлежащим образом /л.д.173/, просила рассмотреть дело в свое отсутствие.

Представитель третьего лица Управления Росреестра по Санкт-Петербургу в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом/л.д.174/, ходатайств об отложении судебного заседания не представил.

На основании ч. 3 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено в отсутствие неявившихся лиц.

Выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, исследовав и оценив собранные по делу доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения иска по следующим основаниям.

Спорным жилым помещением по настоящему делу является квартира площадью 32,2 кв.м, расположенная по адресу: <адрес>

Из материалов дела следует, что указанная квартира принадлежала на праве собственности Е.. на основании свидетельств о праве на наследство после умершего 26.07.1998 отца Л и после умершего 20.07.2020 сына Е.., право собственности Е.. на ? долю зарегистрировано 01.02.1999, на вторую ? долю – 09.02.2021 /л.д. 40-41,43-44,48,78-79/.

15.02.2021 между Е.. и ФИО2 заключен нотариально удостоверенный договор пожизненного содержания с иждивением, по условиям которого Е.. передала ответчику в собственность квартиру по адресу: <адрес>, а ответчик обязался в обмен на полученное имущество периодически выплачивать получателю ренту в виде определенной денежной суммы в размере 25 000 рублей ежемесячно /л.д. 163-164/.

На основании указанного договора 16.02.2021 произведена государственная регистрация перехода права собственности на спорную квартиру к ФИО2 /л.д. 78-79/, в настоящее время право собственности в отношении квартиры по адресу: <адрес> зарегистрировано за ответчиком, что подтверждается выпиской из Единого государственного реестра недвижимости /л.д. 74-76/. При этом, согласно данной выписке, вопреки доводам истца, каких-либо ограничений в отношении спорной квартиры, в том числе, ипотеки в силу закона, в настоящее время не зарегистрировано.

В ходе рассмотрения дела установлено, что Е.. умерла <дата> наследственного дела после умершей Е.. не заводилось /л.д. 50, 72/.

Ранее ФИО1 обращалась в суд с иском к ФИО2 о признании договор пожизненного содержания с иждивением от 15.02.2021 недействительным как заключенного под влиянием обмана, решением Красногвардейского районного суда Санкт-Петербурга от 18.06.2024 по делу № 2-1555/2024 истцу было отказано в удовлетворении исковых требований /л.д. 10-11/. Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Санкт-петербургского городского суда от 11.03.2025 решение Красногвардейского районного суда Санкт-Петербурга от 18.06.2024 было отменено с прекращением производства по делу /л.д. 12-13/.

Прекращая производство по делу, суд апелляционной инстанции указал, что истец не является стороной по договору пожизненного содержания с иждивением, заключенному 15.02.2021 между ФИО2 и Е.., при этом такой договор прав и законных интересов истца не затрагивает, доказательств обратному истцом не представлено. Согласно объяснениям истца исковое заявление предъявлено в защиту прав и интересов Е.., которая по состоянию здоровья не способна самостоятельно обратиться в суд, при этом доверенность на право обращения ФИО1 в суд с исковым заявлением от имени Е.., последней не выдавалась.

В обоснование заявленных в рамках настоящего дела требований, ФИО1 пояснила, что настоящий иск подан в собственных интересах, поскольку квартира по адресу: <адрес>, являющаяся предметом договора ренты от 15.02.2021, заключенного между ФИО2 и Е.., умершей 18.02.2025, была подарена истцу на основании устного договора дарения от 13.03.2012.

На указанную истцом дату дарения спорная квартира находилась в долевой собственности Е.. и Е.., по ? доли у каждого.

Согласно ч. 2 ст. 218 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества. В случае смерти гражданина право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

Согласно ч. 1 ст. 432 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Статьей 425 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что договор вступает в силу и становится обязательным для сторон с момента его заключения.

В соответствии со ст. 572 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

В силу п. 3 ст. 574 Гражданского кодекса Российской Федерации, в редакции действующей по состоянию на 13.03.2012, договор дарения недвижимого имущества подлежит государственной регистрации.

Согласно п. 3 ст. 433 Гражданского кодекса Российской Федерации, в редакции действующей по состоянию на 13.03.2012, договор, подлежащий государственной регистрации, считается заключенным с момента его регистрации, если иное не установлено законом.

Оценив представленные в материалы дела доказательства, суд приходит к выводу о том, что истцом в нарушение положений ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не представлено доказательств заключения с Е.. и Е.. 13.03.2012 договора дарения спорной квартиры, в письменной форме такой договор отсутствует, государственная регистрация договора не произведена, что свидетельствует в силу вышеуказанных норм права о незаключении договора.

Ссылки истца на то обстоятельство, что дарение, сопровождаемое передачей дара одаряемому, может быть совершено устно, основаны на неверном толковании норм права, поскольку данное правило в силу положений ст. 574 Гражданского кодекса Российской Федерации, в вышеуказанной редакции, не распространяется на договор дарения недвижимого имущества.

Доводы истца о том, что стороны договора дарения не успели произвести государственную регистрацию договора дарения до смерти дарителей, при этом истец просит признать за собой право собственности на спорную квартиру с даты смерти Е.., являются несостоятельными, не свидетельствуют о заключении договора дарения в установленном порядке, кроме того в силу ч. 3 ст. 572 Гражданского кодекса Российской Федерации договор, предусматривающий передачу дара одаряемому после смерти дарителя, ничтожен.

На основании вышеизложенного, представленные истцом в материалы дела доказательства о передаче ей предыдущими собственниками документов в отношении спорной квартиры /л.д. 89-108/, выданная Е.. на имя истца доверенность от 26.01.2011 на право принятия наследства и ведение от его имени наследственного дела /л.д. 42/, заключение истцом с Е.. 25.09.2009 договора купли-продажи в отношении иного объекта недвижимости (квартиры по адресу: <адрес>) /л.д. 110-111/, наличие у Е.. регистрации в данной квартире, принадлежащей истцу, до момента её смерти /л.д. 50/, документы о несении истцом расходов по захоронению родственников Е.. /л.д. 133-157/, не подтверждают обстоятельство возникновения правоотношений по договору дарения спорной квартиры.

Кроме того, обстоятельство дарения истцу спорной квартиры на основании устного договора дарения от 13.03.2012 опровергается фактом включения ? доли спорной квартиры в состав наследственной массы после умершего 20.07.2020 Е.. и переход права собственности на указанную долю квартиры в порядке наследования к Е.., данное право истцом в установленном порядке не оспаривалось.

Таким образом, оснований полагать, что на момент заключения оспариваемого договора ренты от 15.02.2021 между ФИО2 и Е.. собственником спорной квартиры являлась истец, не имеется.

В соответствии с пунктом 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В силу ст. 179 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием обмана, является оспоримой и может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Согласно ч. 2 ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

ФИО1 не является стороной оспариваемого договора ренты от 15.02.2021, недобросовестность ответчика истцом вопреки ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не доказана, как и не доказано нарушение прав истца и законных интересов заключением данной сделки, поскольку истец не является ни предыдущим собственником спорной квартиры, ни наследником имущества Е..

В связи с изложенным доводы истца относительно ее мнения о недействительности сделки, заключенной между Е.. и ответчиком, по мотиву порока воли не имеют правового значения, так как заявлены ненадлежащим лицом.

В данном случае Е.. распорядилась своей собственностью по своему усмотрению, заключив договор ренты с ответчиком, тем самым реализовала свои полномочия собственника, предусмотренные пунктом 2 статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации, договор ренты содержит существенные условия такого договора, нотариально удостоверен, на основании данного договора произведена государственная регистрация перехода права собственности к ответчику.

При таком положении оснований для признания сделки недействительной по требования истца и применении последствий недействительности сделки не имеется, поскольку отсутствует право (законный интерес) третьего лица - не стороны сделки (истца), защита которого будет обеспечена в результате возврата каждой из сторон всего полученного по сделке.

С учетом изложенного, оценив представленные в материалы дела доказательства их совокупности, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований ФИО1 к ФИО2 о признании недействительным договора пожизненного содержания с иждивением от 15.02.2021, заключенного между ФИО2 и Е.., исключении из Единого государственного реестра недвижимости записи об ипотеки в силу закона, признании за истцом права собственности на квартиру по адресу: <адрес>.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 56, 67, 68, 71, 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ :

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 о признании сделки недействительной, признании права собственности отказать.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца путем подачи апелляционной жалобы через Красногвардейский районный суд Санкт-Петербурга.

Судья /подпись/

Мотивированное решение изготовлено 30 января 2026 года.