Решение по делу № 2-1628/2022 от 31.01.2023 | Белгородский районный суд (Белгородская область)

31RS0002-01-2022-001939-93 № 2-41/2023

(2-1628/2022)

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Белгород 31 января 2023 года

Белгородский районный суд Белгородской области в составе:

председательствующего судьи Бушевой Н.Ю.

при ведении протокола секретарем судебного заседания Поляковой М.В.

с участием представителя истца-ответчика ФИО1, представителя ответчика-истца ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к ФИО4 о защите прав потребителей, встречному иску ФИО4 к ФИО3 о взыскании задолженности по договору, процентов за пользование чужими денежными средствами, судебных расходов,

УСТАНОВИЛ:

22.04.2021 ФИО3 и ФИО4 заключен договор купли-продажи №29, по условиям которого продавец (ФИО4) приняла на себя обязательства поставить в жилое помещение покупателя (ФИО3) мебель (кухонный гарнитур), произвести монтаж.

Общая стоимость товара, в которую включена стоимость упаковки и затраты по хранению товара на складе продавца определена сторонами в размере 269 000 руб.

При подписании договора покупателем произведена предварительная оплата стоимости товара в размере 170 000 руб.

В соответствии с п. 2.4 договора оставшаяся сумма подлежала оплате после проведения монтажных работ.

П. 3.11 установлен срок исполнения продавцом обязательств по договору в течение 90 дней до 2021 г. включительно.

П. 4.3 договора предусмотрено, что требования, связанные с недостатками товара, могут быть предъявлены, если недостатки обнаружены и в течении гарантийного срока, который составляет 12 месяцев с момента доставки, на фурнтиру гарантийный срок не распространяется.

П. 6.1 договора определена ответственность продавца за нарушение сроков передачи товара в виде неустойки в размере 0,5% от стоимости не переданного товара за каждый календарный день просрочки.

14.04.2022 ФИО3 в адрес ФИО4 направлена письменная претензия о возврате уплаченных за товар денежных средств в сумме 269 000 руб. и неустойки в том же размере за период с 23.07.2021 по 15.12.2021, которая оставлена без ответа.

ФИО3 обратился с иском к ФИО4, в котором, с учетом увеличения заявленных исковых требований в порядке ст. 39 ГПК Российской Федерации, просил:

-расторгнуть договор купли-продажи от 22.04.2021 № 29;

-взыскать с ФИО4 в свою пользу стоимость кухонного гарнитура (товара) в размере 269 000 руб., компенсацию морального вреда в размере 20 000руб., неустойку за нарушение сроков удовлетворения требования потребителя в размере 2 690 руб. за каждый день нарушения срока до фактического исполнения решения суда, неустойку за нарушение срока передачи товара в размере 269 000 руб. за период с 24.07.2021 по 15.12.2021, штраф в размере 50% от присужденной судом суммы.

В обоснование заявленных исковых требований ссылался на то, что договорные обязательства по поставке и монтажу кухонного гарнитура исполнены продавцом с существенным нарушением установленного договором 90-дневного срока (на 146 дней), фактически монтаж кухни завершен 15.12.2021. При этом у товара в течение гарантийного срока выявились недостатки, которые влияют на возможность эксплуатации кухонного гарнитура, а именно: произошло отслаивание материала на лицевой части фасадов. Указал, что оплата по договору ФИО3 произведена в полном объеме. Полагал, что при таких обстоятельствах, с учетом неисполнения продавцом в добровольном порядке требований о возврате денежных средств за кухонный гарнитур и выплате неустойки за нарушение сроков поставки товара, а также отказе покупателя от договора, имеются основания для расторжения договора купли-продажи и взыскания уплаченных по нему денежных средств, неустоек, компенсации морального вреда и штрафа.

ФИО4 обратилась со встречным иском к ФИО3, в котором, с учетом увеличения заявленных требований в порядке ст. 39 ГПК Российской Федерации, ссылаясь на то, что покупателем не произведена доплата по договору купли-продажи в размере 99 000 руб., а также выражая несогласие с доводами истца-ответчика о сроках поставки и монтажа кухни, указав, что гарнитур был доставлен и смонтирован 04.09.2021, просила взыскать с ФИО3 в свою пользу: задолженность по договору купли-продажи от 22.04.2021 № 29 в сумме 99 000 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 04.09.2021 по дату вынесения решения, с последующим начислением процентов до фактического исполнения обязательств истцом-ответчиком, а также расходы по оплате государственной пошлины в сумме 3378 руб.

В обоснование встречных требований ссылалась на то, что ФИО3 не произведена доплата по договору, несмотря на исполнение договорных обязательств со стороны продавца в сентябре 2021 года.

В письменных возражениях и дополнениях к ним на исковое заявление ФИО3 ФИО4 указывала на недоказанность истцом-ответчиком оплаты по договору в полном объеме, несогласие с доводами ФИО3 о нарушении сроков поставки и монтажа кухонного гарнитура, недоказанность ненадлежащего качества мебели, отсутствие оснований для взыскания компенсации морального вреда, неустоек и штрафа.

Определением Белгородского районного суда Белгородской области от 19.08.2022 с целью установления наличия/отсутствия недостатков кухонного гарнитура, характера их возникновения, возможности их устранения по делу назначена судебная товароведческая экспертиза, производство которой поручено эксперту АНО «Комитет Судебных Экспертов» ФИО5

Сопроводительным письмом от 11.11.2022 директор АНО «Комитет Судебных Экспертов» уведомил суд о невозможности проведения экспертизы в связи с повторной неявкой стороны истца-ответчика.

В судебном заседании представитель истца-ответчика ФИО1 исковые требования ФИО3 поддержала в полном объеме, встречный иск не признала.

Представитель ответчика-истца ФИО2 поддержал доводы встречного искового заявления и возражений с дополнениями на иск ФИО3, который не признал.

Выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав обстоятельства дела по представленным доказательствам, оценив их в совокупности и взаимосвязи, суд приходит к выводу об удовлетворении исковых требований ФИО3 и встречных требований ФИО4 в части по следующим основаниям.

В силу ст. 420 ГК Российской Федерации договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей. К обязательствам, возникшим из договора, применяются общие положения об обязательствах (статьи 307 - 419), если иное не предусмотрено правилами настоящей главы и правилами об отдельных видах договоров, содержащимися в настоящем Кодексе.

Как следует из содержания ст. 421 ГК Российской Федерации, граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.

Согласно ст. 730 ГК Российской Федерации по договору бытового подряда подрядчик, осуществляющий соответствующую предпринимательскую деятельность, обязуется выполнить по заданию гражданина (заказчика) определенную работу, предназначенную удовлетворять бытовые или другие личные потребности заказчика, а заказчик обязуется принять и оплатить работу. Договор бытового подряда является публичным договором (статья 426). К отношениям по договору бытового подряда, не урегулированным настоящим Кодексом, применяются закон о защите прав потребителей и иные правовые акты, принятые в соответствии с ними.

Положениями ст.4 Закона Российской Федерации от 07.02.1992 № 2300-1 «О защите прав потребителей» установлено, что продавец (исполнитель) обязан передать потребителю товар (выполнить работу, оказать услугу), качество которого соответствует договору. При отсутствии в договоре условий о качестве товара (работы, услуги) продавец (исполнитель) обязан передать потребителю товар (выполнить работу, оказать услугу), соответствующий обычно предъявляемым требованиям и пригодный для целей, для которых товар (работа, услуга) такого рода обычно используется. При продаже товара по образцу и (или) описанию продавец обязан передать потребителю товар, который соответствует образцу и (или) описанию.

Исполнитель обязан осуществить выполнение работы (оказание услуги) в срок, установленный правилами выполнения отдельных видов работ (оказания отдельных видов услуг) или договором о выполнении работ (оказании услуг). В договоре о выполнении работ (оказании услуг) может предусматриваться срок выполнения работы (оказания услуги), если указанными правилами он не предусмотрен, а также срок меньшей продолжительности, чем срок, установленный указанными правилами (ч.1 ст.27 Закона РФ «О защите прав потребителей»).

Исходя из разъяснений, изложенных в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2012 года № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», при рассмотрении гражданских дел судам следует учитывать, что отношения, одной из сторон которых выступает гражданин, использующий, приобретающий, заказывающий либо имеющий намерение приобрести или заказать товары (работы, услуги) исключительно для личных, семейных, домашних, бытовых и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, а другой - организация либо индивидуальный предприниматель (изготовитель, исполнитель, продавец, импортер), осуществляющие продажу товаров, выполнение работ, оказание услуг, являются отношениями, регулируемыми ГК РФ, Законом РФ от 07.02.1992 № 2300-1 «О защите прав потребителей», другими федеральными законами и принимаемыми в соответствии с ними иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

По смыслу ст.23 ГК Российской Федерации гражданин, осуществляющий предпринимательскую деятельность без образования юридического лица в нарушение требований, установленных пунктом первым данной статьи, не вправе ссылаться в отношении заключенных им при этом сделок на то, что он не является предпринимателем. К таким сделкам суд применяет законодательство о защите прав потребителей.

Как следует из материалов дела, 22.04.2021 ФИО3 и ФИО4 заключен договор купли-продажи №29, по условиям которого продавец (ФИО4) приняла на себя обязательства поставить в жилое помещение покупателя (ФИО3) мебель (кухонный гарнитур), произвести монтаж.

При подписании договора покупателем произведена предварительная оплата стоимости товара в размере 170 000 руб., что подтверждается письменной отметкой ФИО4 на договоре, и ответчиком-истцом не оспаривалось.

В соответствии с п. 2.4 договора оставшаяся сумма подлежала оплате после проведения монтажных работ.

П. 3.11 установлен срок исполнения продавцом обязательств по договору в течение 90 дней до 2021 г. включительно.

Данные обстоятельства подтверждаются текстом договора купли-продажи от 22.04.2021.

Из буквального толкования содержания представленного договора следует, что между сторонами был заключен договор оказания услуг, предметом которого явилось изготовление мебели (кухонного гарнитура) в жилое помещение ФИО3, поставка по адресу и монтаж таковой за счет исполнителя – ФИО4

Кроме того, как следует из пояснений представителя истца-ответчика, представленного в материалы дела решения суда по ранее рассмотренному аналогичному спору между теми же сторонами, ответчик-истец неоднократно оказывала аналогичные услуги, что также подтверждается распечаткой интернет-сайта Студии дизайна и интерьера «JULIA SEMENYUK», согласно которой, последней предлагаются услуги по созданию авторского дизайна интерьера, ремонта «под ключ», за плату.

Ссылка представителя ответчика-истца о том, что ФИО4 только рекламирует оказание таких услуг, поскольку сайт принадлежит ООО «Высота», где работает ответчик-истец, судом признается несостоятельной с учетом совокупности имеющихся в материалах дела доказательств.

Исходя из выписки из ЕГРИП, на момент заключения договора от 22.04.2021 ФИО4 прекратила предпринимательскую деятельность.

Вместе с тем, принимая во внимание вышеприведенные разъяснения Пленума Верховного Суда Российской Федерации, данное обстоятельство на свидетельствует о том, что к спорным правоотношениям не могут быть применены положениями Главы III «Защита прав потребителей при выполнении работ (оказании услуг)» Закона Российской Федерации от 07.02.1992 №2300-1 «О защите прав потребителей».

В обоснование заявленных исковых требований о расторжении договора, взыскании уплаченных по нему денежных средств, неустоек за нарушение срока поставки и монтажа кухонного гарнитура, отказ в удовлетворении требования о возврате денежных средств, компенсации морального вреда и штрафа, ФИО3 ссылался на то, что товар был поставлен с нарушением срока, имеет недостатки, что свидетельствует о существенном нарушении ФИО4 договорных обязательств.

В данной претензии ФИО3 также указывает на отказ от договора купли-продажи в связи с существенным нарушением ФИО4 договорных обязательств, а именно нарушение сроков поставки товара и нарушение требований к надлежащему качеству товара.

Доводы истца-ответчика о доказанности нарушения ФИО4 сроков поставки и монтажа товара судом признаются убедительными.

Так, согласно п. 3.11 договора сторонами оговорен срок исполнения продавцом обязательств по нему, а именно в течение 90 дней до 2021 г. включительно.

В силу ч.1 ст.431 ГК Российской Федерации при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Двусмысленное толкование условий не допускается.

С учетом данной правовой нормы суд приходит к выводу о доказанности того обстоятельства, что ФИО4 приняла на себя обязательства поставить и смонтировать кухонный гарнитур в течение 90 дней с даты подписания договора.

В данном случае доводы представителя ответчика-истца о том, что срок исполнения ФИО4 договорных обязательств предполагал возможность их исполнения до конца 2021 года ввиду проведения в квартире ФИО3 ремонтных работ, от срока окончания которых зависела возможность установки и монтажа кухни, являются неубедительными, поскольку направлены на двусмысленное толкование условий договора в нарушение ст. 431 ГК Российской Федерации. При этом буквальное толкование п. 3.11 до 2021 г. не позволяет сделать вывод о том, что срок исполнения договорных обязательств может быть продлен до окончания 2021 года в зависимости от тех или иных обстоятельств, включая завершение ремонтных работ в квартире истца-ответчика.

Таким образом, последним днем исполнения ФИО4 договорных обязательств являлось 23.07.2021.

В указанную дату кухонный гарнитур поставлен и смонтирован не был, что сторона ответчика-истца не отрицала.

Вместе с тем, вопреки доводам представителя истца-ответчика ФИО1, убедительных доказательств, подтверждающих, что в полном объеме договорные обязательства были исполнены ФИО4 15.12.2021, в материалы дела не представлено.

В частности, акт приема-передачи мебели сторонами не подписывался, что никто не оспаривал.

При этом ответчик-истец в своих возражениях и дополнениях к ним ссылался на то, что фактически поставка и монтаж гарнитура произведены 04.09.2021.

Исходя из представленной в материалы дела переписки сторон в мессенджере, в том числе, фотографий, датированных 06.09.2021, усматривается, что в указанную дату кухонный гарнитур был поставлен и смонтирован.

Данное обстоятельство подтверждается и пояснениями представителя ФИО3 ФИО1, а также показаниями свидетелей ФИО6 и ФИО7, данными в судебном заседании в процессе рассмотрения гражданского дела № 2-569/2022 по иску ФИО3 к ФИО4 о расторжении договора, взыскании уплаченных по нему денежных средств, неустойки, процентов, компенсации морального вреда, штрафа, в подтверждение чего представлен протокол судебного заседания по указанному гражданскому делу от 14.03.-31.03.2022.

Так, представитель ФИО3 ФИО1 в своих пояснениях указала на то, что на момент истечения 90-дневного срока на исполнение иного договора от 20.05.2021 договор на поставку и монтаж кухни № 29 был уже исполнен, по нему претензий нет.

Свидетель С.Д.Н. дал показания о том, что в последний раз он был в квартире ФИО3 в августе-сентябре 2021 года при осмотре экспертом. На тот момент в квартире был установлен кухонный гарнитур, частично без фасадов.

При этом точную дату посещения квартиры свидетель не называл.

Свидетель Л.Т.В.. дала показания о том, что кухню доделали в сентябре.

Судом свидетели были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний.

По ходатайству стороны истца-ответчика судом при рассмотрении настоящего спора Л.Т.В. ((информация скрыта) ФИО3) также была опрошена в качестве свидетеля, однако дала показания о том, что кухня была доделана в декабре 2021 года, что отличается от ранее данных ею показаний.

Суд, принимая во внимание, что Л.Т.В. является супругой ФИО3, а также с учетом вышеизложенных показаний, данных в процессе рассмотрения иного спора, отличающихся от тех, которые даны в процессе рассмотрения настоящего дела, критически оценивает таковые, поскольку усматривает заинтересованность свидетеля в результате разрешения спора, их несоответствие иным доказательствам, представленным в материалы дела, в том числе, фотографиям смонтированной кухни, датированным 06.09.2021.

Доводы представителя истца-ответчика ФИО1 о том, что на одной из фотографий видно, что в одном месте нижнего шкафа кухонного гарнитура отсутствует фасад, несостоятельны, поскольку данных о том, в какое конкретное время было сделана такая фотография 06.09.2021, т.е. по завершении работ по монтажу кухни в этот день или в процессе таковых, в материалах дела не имеется.

Более того, из имеющихся в материалах дела доказательств, в том числе, фотографий, представляющих собой дизайн-проект кухни, не следует, что в указанном месте фасад должен быть закрыт.

В связи с чем, судом не принимаются в качестве доказательств того, что 06.09.2021 работы по монтажу кухни не были завершены, и изготовленные 13.09.2021 в процессе осмотра экспертами ООО «СП «Гарант» фотоматериалы, а также акт осмотра, учитывая также, что в акте осмотра перечислены иные недостатки помещения кухни, в частности зазоры у навесных шкафов кухонной мебели, отсутствие потолочного плинтуса, невертикальность стены и пр., что к предмету спора не относится, поскольку истец-ответчик не ссылался на наличие иных недостатков кухонного гарнитура, кроме отслоения материала.

Иных доказательств, достоверно свидетельствующих, что 06.09.2021 не были завершены работы по монтажу кухни, суду стороной истца-ответчика не представлено.

Принимая во внимание вышеизложенное, суд приходит к выводу о том, что фактически ФИО4 договорные обязательства по поставке и монтажу кухни исполнены 06.09.2021, т.е. с нарушением установленного по договору срока на период с 24.07.2021 по 06.09.2021 (45 дней).

Ч. 5 ст. 28 Закона о защите прав потребителя предусмотрена ответственность исполнителя за нарушение установленных сроков выполнения работы (оказания услуги) или назначенных потребителем на основании пункта 1 настоящей статьи новых сроков в размере трех процентов цены выполнения работы (оказания услуги), а если цена выполнения работы (оказания услуги) договором о выполнении работ (оказании услуг) не определена - общей цены заказа.

Вместе с тем, исходя из содержания заявления ФИО3 об увеличении исковых требований, в частности, расчета неустойки за нарушение сроков исполнения ФИО4 обязательств по поставке и монтажу кухни, усматривается, что истец-ответчик производит расчет такой неустойки в размере 1% за каждый день просрочки.

Поскольку в силу норм действующего гражданско-процессуального законодательства именно истец формулирует исковые требования, а суд рассматривает дело в пределах таких требований, суд приходит к выводу о наличии оснований для расчета неустойки, подлежащей взысканию с ФИО4 в пользу ФИО3 за нарушение срока поставки и монтажа товара, исходя из указанного истцом-ответчиком размера неустойки (1%) за период с 24.07.2021, т.е. со дня, следующего за последним днем срока поставки и монтажа кухонного гарнитура, до 06.09.2021.

Таким образом, размер неустойки за указанный период составляет 2269 (1% от стоимости товара) ?45 дней просрочки=121 050 руб.

В отношении доводов истца-ответчика о наличии недостатков поставленного товара, что в совокупности с нарушением ФИО4 срока поставки и монтажа кухонного гарнитура, согласно позиции ФИО3, подтверждает существенное нарушение ответчиком-истцом договорных обязательств и является основанием для расторжения договора купли-продажи, суд полагает необходимым исходить из следующего.

В подтверждение наличия дефектов кухонного гарнитура истцом-ответчиком представлены фотографии, из содержания которых усматривается отслоение части материала, однако не представляется возможным достоверно установить, в какой момент произошло такое отслоение, а также что явилось причиной возникновения таких недостатков, являются ли такие недостатки устранимыми, какова стоимость их устранения по сравнению со стоимостью кухонного гарнитура.

Представленные стороной истца-ответчика цветные фотографии кухонного гарнитура, из содержания которых также усматривается отсутствие заглушек на отверстиях некоторых элементов шкафов, не подтверждают ненадлежащее качество товара.

Как указано ранее, определением Белгородского районного суда Белгородской области от 19.08.2022 с целью установления наличия/отсутствия недостатков кухонного гарнитура, характера их возникновения, возможности их устранения по делу назначена судебная товароведческая экспертиза, производство которой поручено эксперту АНО «Комитет Судебных Экспертов» ФИО5

К сопроводительному письму приложены данные об извещении сторон о времени проведения осмотра экспертом объекта исследования – кухонного гарнитура – 26.10.2022 и 11.11.2022. Факт извещения, в том числе истца-ответчика, о назначении осмотра на указанные даты, его представителем в судебном заседании не оспаривался.

Согласно актам осмотра от 26.10.2022 и 11.11.2022 в указанные даты осмотр не состоялся по причине отсутствия представителя истца-ответчика, при этом представитель ответчика-истца являлся на осмотр.

При этом представитель истца-ответчика ФИО1 суду пояснила, что ее доверитель не имел возможности в указанные даты обеспечить доступ к объекту исследования, однако доказательств, объективно подтверждающих уважительность причин непредоставления эксперту и второй стороне доступа к объекту исследования не представлено.

Вместе с тем, судом в определении о назначении судебной товароведческой экспертизы сторонам разъяснены положения ч. 3 ст. 79 ГПК Российской Федерации, согласно которым, при уклонении стороны от участия в экспертизе, непредставлениии экспертам необходимых материалов, документов для исследования, суд вправе признать факт, для выяснения которого экспертиза была назначена, установленным или опровергнутым.

Данное определение, согласно сопроводительному письму суда, было направлено в адрес лиц, участвующих в деле.

В данном случае, с учетом непредставления истцом-ответчиком доказательств наличия уважительных причин необеспечения эксперту и стороне ответчика-истца доступа к объекту исследования дважды при доказанности надлежащего уведомления сторон о времени проведения осмотра, суд приходит к выводу о том, что уклонение ФИО3 от предоставления объекта исследования повлекло невозможность установления факта как наличия недостатков, так и характера их возникновения, а также возможности устранения.

Иных убедительных доказательств, бесспорно подтверждающих наличие таких недостатков, причины их возникновения и пр., истцом-ответчиком суду не представлено.

При таких обстоятельствах суд признает недоказанными факт наличия недостатков кухонного гарнитура и возникновение их по вине ответчика-истца, и, следовательно, не усматривает оснований для установления нарушения прав потребителя в виде продажи ему товара ненадлежащего качества.

Доводы представителя истца-ответчика о том, что эксперт также приходил на осмотр кухонного гарнитура 12.09.2021 и 18.10.2022, однако в указанные даты осмотр не состоялся, поскольку 12.09.2021 явившийся на осмотр представитель ФИО4 не представил истцу-ответчику документов, подтверждающих его полномочия, а 18.10.2022 не явился на осмотр, не опровергают факт уклонения именно ФИО3 от предоставления эксперту объекта исследования.

Так, из представленных истцом-ответчиком видеозаписей посещения квартиры ФИО3 экспертом ФИО5 12.09.2021 и 18.10.2021, следует, что 12.09.2021 ФИО3 отказался предоставить допуск представителю ФИО4 в квартиру, причем свое нежелание допускать его он мотивировал тем, что представитель не имеет права на доступ в его жилище, он готов допустить только эксперта, что противоречит пояснениям представителя истца-ответчика в судебном заседании о недопуске представителя ответчика-истца ввиду отсутствия у него подтверждающих полномочия документов.

Данное обстоятельство подтверждается и содержанием акта осмотра от 12.09.2021, в котором указано на то, что осмотр проведен не был в связи с непредоставлением доступа представителю ответчика в помещение.

Что касается неявки представителя ответчика-истца на осмотр 18.10.2021, то, согласно пояснениям представителя ФИО4 ФИО2, о времени осмотра, назначенного на 18.10.2021, он не был извещен.

Стороной истца-ответчика данное обстоятельство не опровергнуто.

Экспертом в материалы дела представлены уведомления сторон об осмотре квартиры 26.10.2021 и 11.11.2021, а сведений об уведомлении, в том числе, стороны ответчика-истца, об осмотре 18.10.2021 у суда не имеется.

В силу п. 2 ст. 450 ГК Российской Федерации по требованию одной из сторон договор может быть изменен или расторгнут по решению суда только:

1) при существенном нарушении договора другой стороной;

2) в иных случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или договором.

Существенным признается нарушение договора одной из сторон, которое влечет для другой стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора.

В соответствии с п. 2 ст. 452 ГК Российской Федерации требование об изменении или о расторжении договора может быть заявлено стороной в суд только после получения отказа другой стороны на предложение изменить или расторгнуть договор либо неполучения ответа в срок, указанный в предложении или установленный законом либо договором, а при его отсутствии - в тридцатидневный срок.

В претензии от 14.04.2021 ФИО3 указал на отказ от договора купли-продажи ввиду нарушения ФИО4 сроков поставки и монтажа товара и наличия недостатков товара, однако конкретного требования о расторжении договора не предъявил.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в п. 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2012 года № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», исходя из преамбулы и пункта 1 статьи 20 Закона о защите прав потребителей под существенным недостатком товара (работы, услуги), при возникновении которого наступают правовые последствия, предусмотренные статьями 18 и 29 Закона, следует понимать:

а) неустранимый недостаток товара (работы, услуги) - недостаток, который не может быть устранен посредством проведения мероприятий по его устранению с целью приведения товара (работы, услуги) в соответствие с обязательными требованиями, предусмотренными законом или в установленном им порядке, или условиями договора (при их отсутствии или неполноте условий - обычно предъявляемыми требованиями), приводящий к невозможности или недопустимости использования данного товара (работы, услуги) в целях, для которых товар (работа, услуга) такого рода обычно используется, или в целях, о которых продавец (исполнитель) был поставлен в известность потребителем при заключении договора, или образцом и (или) описанием при продаже товара по образцу и (или) по описанию;

б) недостаток товара (работы, услуги), который не может быть устранен без несоразмерных расходов, - недостаток, расходы на устранение которого приближены к стоимости или превышают стоимость самого товара (работы, услуги) либо выгоду, которая могла бы быть получена потребителем от его использования.

В отношении технически сложного товара несоразмерность расходов на устранение недостатков товара определяется судом исходя из особенностей товара, цены товара либо иных его свойств;

в) недостаток товара (работы, услуги), который не может быть устранен без несоразмерной затраты времени, - недостаток, на устранение которого затрачивается время, превышающее установленный соглашением сторон в письменной форме и ограниченный сорока пятью днями срок устранения недостатка товара, а если такой срок соглашением сторон не определен, - время, превышающее минимальный срок, объективно необходимый для устранения данного недостатка обычно применяемым способом;

г) недостаток товара (работы, услуги), выявленный неоднократно, - различные недостатки всего товара, выявленные более одного раза, каждый из которых в отдельности делает товар (работу, услугу) не соответствующим обязательным требованиям, предусмотренным законом или в установленном им порядке, либо условиям договора (при их отсутствии или неполноте условий - обычно предъявляемым требованиям) и приводит к невозможности или недопустимости использования данного товара (работы, услуги) в целях, для которых товар (работа, услуга) такого рода обычно используется, или в целях, о которых продавец (исполнитель) был поставлен в известность потребителем при заключении договора, или образцу и (или) описанию при продаже товара по образцу и (или) по описанию;

д) недостаток, который проявляется вновь после его устранения, - недостаток товара, повторно проявляющийся после проведения мероприятий по его устранению.

Фактически истец воспользовался правом, предоставленным ст. 18 Закона о защите прав потребителя в случае обнаружения недостатков товара, на отказ от исполнения договора купли-продажи и потребовал возврата уплаченной за товар суммы, однако достоверных доказательств наличия недостатков товара не представил, а само по себе обращение к продавцу с претензией о возврате денежных средств за товар ненадлежащего качества в течение гарантийного срока таким доказательством не является.

Более того, по мнению суда, поскольку поведение истца-ответчика, уклонившегося от предоставления эксперту объекта исследования, повлекло невозможность установления факта наличия недостатков, причин их возникновения, возможности устранения, бесспорных доказательств существенного нарушения ответчиком-истцом договорных условий в части предоставления истцу-ответчику товара надлежащего качества, ФИО3 не представлено, а его нарушенное право на поставку и монтаж товара в установленный договором срок восстановлено путем взыскания с ФИО4 неустойки, достаточных правовых оснований для расторжения договора купли-продажи суд не усматривает.

В данном случае готовность ФИО3 вернуть покупателю кухонный гарнитур также не свидетельствует о наличии оснований для расторжения договора купли-продажи, учитывая период, в течение которого гарнитур находился в эксплуатации потребителя (на момент вынесения решения суда – год и три месяца).

В соответствии с положениями ст. 15 Закона о защите прав потребителей моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2012 года № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», при решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя.

Размер компенсации морального вреда определяется судом независимо от размера возмещения имущественного вреда, в связи с чем размер денежной компенсации, взыскиваемой в возмещение морального вреда, не может быть поставлен в зависимость от стоимости товара (работы, услуги) или суммы подлежащей взысканию неустойки. Размер присуждаемой потребителю компенсации морального вреда в каждом конкретном случае должен определяться судом с учетом характера причиненных потребителю нравственных и физических страданий исходя из принципа разумности и справедливости.

Поскольку судом установлен факт нарушения прав потребителя в части нарушения срока поставки и монтажа товара, с учетом периода просрочки, степени вины ответчика-истца, принципов разумности и справедливости, суд полагает необходимым определить размер компенсации морального вреда, подлежащей взысканию в пользу ФИО3, в размере 3000 руб.

Согласно п.6 ст. 13 Закона о защите прав потребителей при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

С учетом изложенного с ФИО4 в пользу ФИО3 подлежит взысканию штраф в размере 62 025 руб. ((121 050+3000)?50%).

Поскольку ФИО3 при подаче иска был освобожден от уплаты государственной пошлины на основании пп. 4 п. 2 ст. 333.36 НК Российской Федерации, в силу ст. 103 ГПК Российской Федерации государственная пошлина в размере, пропорциональном удовлетворенным требованиям ФИО3, подлежит взысканию с ФИО4 в доход бюджета муниципального района «Белгородский район» Белгородской области в сумме 3 921 руб. (3621 руб. по требованиям имущественного характера+300 руб. по требованию о компенсации морального вреда).

При разрешении встречных исковых требований ФИО4 о взыскании задолженности по договору купли-продажи, процентов за пользование чужими денежными средствами, судебных расходов, суд признает таковые обоснованными.

В силу положений п. 4 ст. ст. 28 Закона о защите прав потребителей при отказе от исполнения договора о выполнении работы исполнитель не вправе требовать возмещения своих затрат, произведенных в процессе выполнения работы, а также платы за выполненную работу, за исключением случая, если потребитель принял выполненную работу.

В данном случае в ходе рассмотрения судом настоящего дела несмотря на отсутствие акта приема-передачи выполненных работ нашел свое подтверждение факт приемки ФИО3 выполненных работ 06.09.2021, следовательно, таковые подлежат оплате в полном размере.

Согласно п.1 ст. 746 ГК Российской Федерации оплата выполненных подрядчиком работ производится заказчиком в размере, предусмотренном сметой, в сроки и в порядке, которые установлены законом или договором строительного подряда. При отсутствии соответствующих указаний в законе или договоре оплата работ производится в соответствии со статьей 711 настоящего Кодекса.

Сторонами при заключении договора согласованы порядок и сроки оплаты работ по поставке и монтажу кухонного гарнитура.

В частности, п. 2.3-2.5 договора купли-продажи товара от 22.04.2021 № 29 предусмотрено, что после подписания настоящего договора покупатель обязан внести предоплату в размере 161 400 руб., оставшуюся сумму в размере 107 600 руб. покупатель вносит после проведения монтажных работ, при этом сумма договора, указанная в п. 2.1 (269 000 руб.), является фиксированной и изменению не подлежит.

В соответствии с пп 2 п. 1 ст. 161 ГК Российской Федерации сделки граждан между собой на сумму, превышающую десять тысяч рублей, а в случаях, предусмотренных законом, - независимо от суммы сделки, должны совершаться в простой письменной форме.

Несоблюдение простой письменной формы сделки лишает стороны права в случае спора ссылаться в подтверждение сделки и ее условий на свидетельские показания, но не лишает их права приводить письменные и другие доказательства (п.1 ст. 162 ГК Российской Федерации).

Сторонами не оспаривалось и подтверждается письменной отметкой ФИО4 на договоре, что после его подписания ФИО3 внесена предоплата в размере 170 000 руб.

В силу ст. 56 ГПК Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые ссылается как на основание своих требований и возражений.

Доказательств осуществления ФИО3 доплаты по договору в размере 99 000 руб. в материалы дела не представлено.

Представитель истца-ответчика ФИО1 ссылалась на то, что оставшаяся денежная сумма по договору была передана ее доверителем ФИО4, которая в письменном виде отказалась подтвердить данное обстоятельство (предоставить расписку о получении денежных средств, проставить отметку в договоре).

Аналогичные показания дала суду свидетель Л.Т.В. при этом суд обращает внимание, что свидетель ссылалась на факт передачи ФИО4 100 000 руб., т.е. в размере, большем, чем предусмотрено договором, в то время как п. 2.5 договора предусмотрено, что стоимость товара изменению не подлежит.

Допрошенный судом по ходатайству стороны истца-ответчика свидетель П.И.П (приятель ФИО3) дал показания о том, что примерно 25.06.2021 он приезжал в квартиру ФИО3, чтобы забрать инструменты, которые одалживал истцу-ответчику. В квартире на момент его посещения мебели не было, в том числе, и кухонного гарнитура. В квартире присутствовали он, ФИО3, ФИО7 и строители. После того, как ФИО7 поступил звонок на телефон, они втроем спускались в лифте, ФИО3 в разговоре разговора пояснил, что приехала дизайнер Юля, чтобы забрать остаток денежных средств за кухню в размере 100 000 руб. У подъезда стояла девушка со светлыми волосами, которой ФИО7 передала конверт с деньгами, а она их пересчитывала. п.и.п. стоял на отдалении, насколько он помнит, купюры были пятитысячные. Он не слышал, просили ли супруги ФИО8 написать им расписку о получении денежных средств, отказывался ли дизайнер от написания таковой. Размер переданной суммы и ее назначение ему известны со слов ФИО3

В подтверждение факта передачи денежных средств (доплаты по договору) стороной истца-ответчика также представлены переписка сторон в мессенджере и голосовые сообщения.

Вместе с тем, из содержания таких голосовых сообщений следует, что стороны договариваются о встрече для передачи доплаты по договору, при этом ФИО4 просит ФИО3 взять собой договор купли-продажи, чтобы проставить на нем отметку о внесении доплаты.

Бесспорных письменных доказательств того, что стороны действительно встретились, и ФИО3 произвел доплату по договору в полном объеме, в том числе, последующей переписки в мессенджере, подтверждающей данное обстоятельство, сведений о перечислении денежных средств, расписки о получении денежных средств, истцом-ответчиком суду не представлено.

Ссылка представителя истца-ответчика ФИО1 о том, что у ФИО4 были арестованы счета, она просила не переводить ей денежные средства, голословна и ничем не подтверждена.

Более того, даже в случае отсутствия возможности безналичного перевода данное обстоятельство не может подтверждать факт передачи денежных средств.

Иных доказательств, достоверно подтверждающих внесение ФИО3 доплаты по договору купли-продажи, в материалы дела не представлено.

Представитель ответчика-истца ФИО2 категорически отрицал факт осуществления ФИО3 доплаты по договору.

Принимая во внимание, что договор купли-продажи заключен в письменной форме, при этом письменных доказательств осуществления покупателем оплаты по договору в полном объеме суду не представлено, свидетельские показания по смыслу положений пп 2 п. 1 ст. 161 и п. 1 ст. 162 ГК Российской Федерации надлежащим доказательством передачи денежных средств являться не могут.

Согласно положениям ст. 307 ГК Российской Федерации в силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное действие, как то: передать имущество, выполнить работу, оказать услугу, внести вклад в совместную деятельность, уплатить деньги и т.п., либо воздержаться от определенного действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности.

Обязательства возникают из договоров и других сделок, вследствие причинения вреда, вследствие неосновательного обогащения, а также из иных оснований, указанных в ГК РФ.

При установлении, исполнении обязательства и после его прекращения стороны обязаны действовать добросовестно, учитывая права и законные интересы друг друга, взаимно оказывая необходимое содействие для достижения цели обязательства, а также предоставляя друг другу необходимую информацию.

В силу ст. 309 ГК Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями.

Принимая во внимание отсутствие доказательств осуществления ФИО3 доплаты по договору купли-продажи в размере 99 000 руб. и с учетом установления факта исполнения договорных обязательств со стороны продавца, суд приходит к выводу о наличии оснований для взыскания с него в пользу ФИО4 задолженности по договору в указанном размере.

В соответствии с п. 6.3 договора купли-продажи от 22.04.2021 за нарушение условий настоящего договора стороны несут ответственность в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации, возмещая потерпевшей стороне убытки в размере прямого ущерба и неполученной прибыли. Бремя доказывания наличия убытков лежит на потерпевшей стороне.

Как следует из содержания встречного иска, ФИО4 заявлены требования о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 04.09.2021 по дату вынесения решения с последующим их начислением до даты фактического исполнения ФИО3 обязательства по уплате задолженности по договору.

Согласно п. 1 ст. 395 ГК Российской Федерации в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

Проценты за пользование чужими средствами взимаются по день уплаты суммы этих средств кредитору, если законом, иными правовыми актами или договором не установлен для начисления процентов более короткий срок (п. 3 ст. 395 ГК РФ).

Исходя из п. 4 ст. 395 ГК Российской Федерации, в случае, когда соглашением сторон предусмотрена неустойка за неисполнение или ненадлежащее исполнение денежного обязательства, предусмотренные настоящей статьей проценты не подлежат взысканию, если иное не предусмотрено законом или договором.

Ввиду того, что договором купли-продажи от 22.04.2021 не предусмотрен размер неустойки за несвоевременное внесение покупателем оплаты по договору, суд признает обоснованными требования ответчика-истца о взыскании с истца-ответчика процентов за пользование чужими денежными средствами, однако полагает необходимым скорректировать расчет таковых.

В частности, судом установлено, что поставка и монтаж кухонного гарнитура произведены 06.09.2021, а в соответствии с п. 2.4 доплата по договору подлежит внесению после проведения монтажных работ.

Следовательно, проценты за пользование чужими денежными средствами подлежат начислению с 07.09.2021 по 31.01.2023 в сумме 13 432 руб. 81 коп. с продолжением их начисления, начиная с 01.02.2023, до фактического исполнения ФИО3 обязательства по уплате задолженности по договору.

Расчет процентов по правилам статьи 395 ГК РФ

Задолженность,руб.

Период просрочки

Процентнаяставка

Днейвгоду

Проценты,руб.

по

дни

[1]

[2]

[3]

[4]

[5]

[6]

[1]?[4]?[5]/[6]

99 000

07.09.2021

12.09.2021

6,50%

365

105,78

99 000

13.09.2021

24.10.2021

6,75%

365

768,95

99 000

25.10.2021

19.12.2021

7,50%

365

1 139,18

99 000

20.12.2021

13.02.2022

8,50%

365

1 291,07

99 000

14.02.2022

27.02.2022

9,50%

365

360,74

99 000

28.02.2022

10.04.2022

20%

365

2 278,36

99 000

11.04.2022

03.05.2022

17%

365

1 060,52

99 000

04.05.2022

26.05.2022

14%

365

873,37

99 000

27.05.2022

13.06.2022

11%

365

537,04

99 000

14.06.2022

24.07.2022

9,50%

365

1 056,45

99 000

25.07.2022

18.09.2022

365

1 215,12

99 000

19.09.2022

31.01.2023

135

7,50%

365

2 746,23

Итого:

512

9,67%

13 432,81

В соответствии со ст. 98 ГПК Российской Федерации с ФИО3 в пользу ФИО4 подлежат взысканию расходы по оплате государственной пошлины в размере 3 378 руб., факт несения которых подтвержден документально (в размере, указанном во встречном иске).

Руководствуясь статьями 194-199 ГПК Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО3 к ФИО4 о защите прав потребителей, встречному иску ФИО4 к ФИО3 о взыскании задолженности по договору, процентов за пользование чужими денежными средствами, судебных расходов – удовлетворить в части.

Взыскать с ФИО4 ((информация скрыта)) в пользу ФИО3 неустойку за нарушение сроков исполнения обязательств по договору купли-продажи от 22.04.2021 № 29 за период с 24.07.2021 по 06.09.2021 в размере 121 050 руб., компенсацию морального вреда в сумме 3000 руб., штраф в размере 62 025 руб.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО3 – отказать.

Взыскать с ФИО3 ((информация скрыта) в пользу ФИО4 задолженность по договору купли-продажи мебели от 22.04.2021 № 29 в размере 99 000 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 07.09.2021 по 31.01.2023 в сумме 13 432 руб. 81 коп., продолжив их начисление, начиная с 01.02.2023 до фактического исполнения обязательства по уплате задолженности по договору, исходя из ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации, действующей в соответствующие периоды, а также расходы по оплате государственной пошлины в сумме 3 378 руб.

В удовлетворении остальной части встречных исковых требований ФИО4 – отказать.

Взыскать с ФИО4 в доход бюджета муниципального района «Белгородский район» Белгородской области государственную пошлину в размере 3 921 руб.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Белгородского областного суда в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Белгородский районный суд Белгородской области.

Судья Н.Ю. Бушева

Мотивированный текст решения суда изготовлен 09 февраля 2023 года.