Судья: Лопутнев В.В. Гр. дело №33-4233/2023
№2-258/2022
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
31 августа 2023 г. г.о. Самара
Судебная коллегия по гражданским делам Самарского областного суда в составе:
председательствующего Желтышевой А.И.,
судей Житниковой О.В., Евдокименко А.А.,
при помощнике судьи Давыдовой А.А.,
рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе ФИО3 на решение Нефтегорского районного суда Самарской области от 28 декабря 2022 года, которым постановлено:
«В удовлетворении иска ФИО3 (паспорт №) отказать.».
Заслушав доклад судьи Самарского областного суда Житниковой О.В., судебная коллегия
УСТАНОВИЛА:
ФИО3 обратился в суд с иском к ФИО4 о признании недействительными сделок, указав, что является сыном и наследником первой очереди по закону ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умершей ДД.ММ.ГГГГ, которая являлась собственником квартиры по адресу: <адрес>9. ДД.ММ.ГГГГ она подарила ее ответчику. Кроме того при ее жизни неизвестное лицо на основании выданной ею доверенности сняло с ее счетов в АО КБ «Солидарность» денежные средства в сумме более 1 миллиона рублей, хотя по его сведениям мать оформила завещательные распоряжения на родную сестру отца, чтобы та могла распоряжаться ими в его интересах, т.к. в это время он отбывал наказание в местах лишения свободы. Считает указанную сделку дарения и доверенность на право распоряжения денежными средствами недействительными, т.к. в тот момент мать не могла понимать значение своих действий и руководить ими, поскольку с января 2018 года наблюдалась у психиатра, в январе-феврале 2019 года перенесла инсульт, а с 8 по 18 мая 2019 года проходила лечение в психиатрической больнице с диагнозом «сосудистая деменция». Просил признать недействительным договор дарения квартиры по адресу: <адрес> применить последствия недействительности сделки, аннулировать запись о регистрации права собственности ответчика на квартиру, включить квартиру в наследственную массу после смерти наследодателя ФИО1; признать недействительной доверенность на распоряжение денежными средствами, на основании которой со счетов наследодателя были сняты денежные средства.
Судом постановлено изложенное выше решение.
В апелляционной жалобе ФИО3 просит отменить решение суда первой инстанции и принять новое решение, ссылаясь на то, что судом не дана надлежащая оценка доказательствам, представленным стороной истца, которые подтверждают нахождение ФИО5 в момент совершения сделки в таком состоянии, когда она не была способна понимать значение своих действий или руководить ими, необоснованно отказано в назначении по делу повторной посмертной психиатрической экспертизы.
В заседании судебной коллегии ФИО3 доводы апелляционной жалобы поддержал.
ФИО4 возражал против удовлетворения апелляционной жалобы, ссылался на пропуск истцом срока исковой давности, о чем ответчиком было заявлено в суде первой инстанции.
Другие лица, участвующие в деле, в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились, о месте и времени судебного заседания извещены надлежащим образом.
В силу требований ст.ст. 167, 327 ГПК РФ судебная коллегия полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.
Рассмотрев дело в пределах доводов апелляционной жалобы в соответствии со статьей 327.1 ГПК РФ, судебная коллегия приходит к следующему.
В силу статей 153, 154, 420 Гражданского кодекса Российской Федерации сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.
Согласно статье 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.
В силу пунктов 1, 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.
В силу п. 1 ст. 572 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.
Согласно пункту 1 статьи 185 Гражданского кодекса Российской Федерации доверенностью признается письменное уполномочие, выдаваемое одним лицом другому лицу или другим лицам для представительства перед третьими лицами.
Доверенность может быть признана недействительной по общим требованиям о недействительности сделок.
В соответствии с п.п. 1,3 ст. 177 ГК РФ, сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения. Если сделка признана недействительной на основании настоящей статьи, соответственно применяются правила, предусмотренные абзацами вторым и третьим пункта 1 статьи 171 настоящего Кодекса.
Согласно абзацам 2 и 3 п. 1 ст. 171 ГК РФ, каждая из сторон такой сделки обязана возвратить другой все полученное в натуре, а при невозможности возвратить полученное в натуре - возместить его стоимость. Дееспособная сторона обязана, кроме того, возместить другой стороне понесенный ею реальный ущерб, если дееспособная сторона знала или должна была знать о недееспособности другой стороны.
Из материалов дела усматривается, что по договору дарения от 27.02.2019 года ФИО5 подарила своему внуку ФИО4 квартиру по адресу: <адрес>. Квартира передана одаряемому по акту приема-передачи в тот же день, 27.02.2019. Право собственности ФИО4 на квартиру зарегистрировано 12.03.2019 года.
Также 08.05.2019 года ФИО5 выдала ФИО4 доверенность №, удостоверенную нотариусом <адрес> ФИО2, которой уполномочила ФИО4 пользоваться и распоряжаться денежными вкладами, хранящимися в ПАО «Сбербанк России», АК КБ «Солидарность» на любых счетах, в т.ч. с правом получать деньги в любой сумме, сроком на 3 года.
Согласно выписке по счету ФИО5 № ххх6181, открытому в АО КБ «Солидарность», 13.05.2019 года со счета по доверенности № были выданы наличные денежные средства в сумме 1297366,92 рублей.
18.05.2019 ФИО1 умерла.
Обращаясь с иском в суд о признании недействительными договора дарения квартиры и доверенности, ФИО3 ссылался на то, что в момент совершения данных сделок ФИО5 находилась в таком состоянии, когда она не была способна понимать значение своих действий и руководить ими. Истец ФИО3 является отцом ФИО4 и сыном умершей ФИО5, а также наследником по закону, принявшим наследство, соответственно, является лицом, чьи права и охраняемые законом интересы нарушены в результате совершения оспариваемых сделок.
Судом первой инстанции по делу была назначена посмертная судебно-психиатрическая экспертиза, проведение которой поручено ГБУЗ «Самарская областная клиническая психиатрическая больница».
Согласно заключению судебно-психиатрической комиссии экспертов от 17.11.2022 №, экспертная комиссия пришла к заключению об отсутствии фактических оснований для установления у ФИО5 на период заключения договора дарения 27.02.2019 года и подписания доверенности 08.05.2019 года какого-либо психического расстройства и, соответственно, оценки его влияния (с учетом психического состояния и соматических заболеваний) на способность ФИО5 понимать значение своих действий и руководить ими. Экспертами указано, что экспертной оценке подвергается лицо, не лишенное дееспособности на момент юридически значимых действий, в связи с чем эксперты имеют право исходить из презумпции сохранности подэкспертной способности понимать значение своих действий и руководить ими на момент заключения договора дарения от 27.02.2019 и подписания доверенности от 08.05.2019.
Сославшись на указанное заключение, суд первой инстанции отказал в удовлетворении заявленных ФИО3 исковых требований.
В соответствии со статьей 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (часть 1).
Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими (часть 4).
Согласно части 1 статьи 195 этого же кодекса решение суда должно быть законным и обоснованным.
Частью 4 статьи 198 данного кодекса установлено, что в мотивировочной части решения суда должны быть указаны фактические и иные обстоятельства дела, установленные судом; выводы суда, вытекающие из установленных им обстоятельств дела, доказательства, на которых основаны выводы суда об обстоятельствах дела и доводы в пользу принятого решения, мотивы, по которым суд отверг те или иные доказательства, принял или отклонил приведенные в обоснование своих требований и возражений доводы лиц, участвующих в деле; законы и иные нормативные правовые акты, которыми руководствовался суд при принятии решения, и мотивы, по которым суд не применил законы и иные нормативные правовые акты, на которые ссылались лица, участвующие в деле.
Как разъяснено в пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 г. N 23 "О судебном решении", решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59 - 61, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.
Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 7 названного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, заключение эксперта, равно как и другие доказательства по делу, не является исключительным средством доказывания и должно оцениваться в совокупности со всеми имеющимися в деле доказательствами (статья 67, часть 3 статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). Оценка судом заключения должна быть полно отражена в решении.
Данные требования процессуального закона судом соблюдены не были, суд не дал надлежащей правовой оценки экспертному заключению, ограничившись лишь формальным его изложением в судебном постановлении. Иные доказательства, собранные по делу, в решении суда отражения и оценки не получили.
При этом эксперты в заключении от 17.11.2022 № указали на невозможность дать однозначную оценку психическому состоянию ФИО5 на момент заключения договора дарения и подписания доверенности, ее способности понимать значение своих действий и руководить ими, в связи с отсутствием медицинской документации, характеризующей состояние здоровья ФИО5 в период с 14.02.2019 по 07.05.2019, тогда как доверенность подписана ФИО5 08.05.2019, при этом экспертам была предоставлена медицинская документация о нахождении ФИО5 на лечении в ГБУЗ Самарской области «Нефтегорская центральная районная больница» с 31.01.2019 по 14.02.2019 и в ГБУЗ «Самарская областная клиническая психиатрическая больница» с 08.05.2019 до момента смерти 18.05.2019.
Таким образом, эксперты не смогли дать категорические ответы по вопросам, поставленным судом, из заключения экспертов усматриваются внутренние противоречия, в связи с чем, судебной коллегией по делу была назначена повторная посмертная судебно-психиатрическая экспертиза, проведение которой поручено ГБУЗ «Оренбургская областная клиническая психиатрическая больница №».
Согласно заключению судебно-психиатрической комиссии экспертов от 05.07.2023 №.23, на момент составления договора дарения от 27.02.2019 и подписания доверенности от 08.05.2019 ФИО5 страдала сосудистой деменцией с параноидальными включениями, а следовательно по психическому состоянию была лишена способности понимать значение своих действий и руководить ими.
Кроме того, как следует из материалов дела, ФИО5 с января 2018 года наблюдалась консультативно у врача-психиатра ГБУЗ Самарской области «Нефтегорская центральная районная больница» ФИО6, согласно показаниям которого, ФИО5 страдала органическим психопатическим расстройством с когнитивными нарушениями, имела проблемы с памятью, мышлением, нарушения сна, с февраля 2019 года отмечалось грубое интеллектуальное снижение, с нарушением ориентировки в месте, времени, эмоционально-волевыми нарушениями, слабодушие.
В период с 31.01.2019 по 14.02.2019 ФИО5 находилась на лечении в ГБУЗ Самарской области «Нефтегорская центральная районная больница» с диагнозом «энцефалопатия смешанного генеза 2-3 ст. Последствия острого нарушения мозгового кровообращения неуточненной давности в бассейне правой средней мозговой артерии в виде левостороннего гемипареза, сенсорные нарушения. Церебральный атеросклероз, когнитивные и эмоционально-волевые нарушения». На момент выписки отмечалось улучшение, рекомендовано диспансерное наблюдение терапевта и невролога, указано, что нуждается в постоянном постороннем уходе.
Согласно направлению на госпитализацию № без даты, выданному врачом ФИО6, ФИО5 с диагнозом сосудистой деменции с параноидальным синдромом была направлена на госпитализацию в ГБУЗ «Самарская областная клиническая психиатрическая больница», в направлении указано на недоступность продуктивного контакта, отсутствие критики и грубое интеллектуально-мнестическое снижение, указано на получение ФИО5 лечения психотропными препаратами в связи с агрессией по отношению к родственникам и соседям, высказыванием бредовых идей преследования.
Данный диагноз, согласно медицинской карте стационарного больного №, подтверждается врачом приемного отделения ГБУЗ «Самарская областная клиническая психиатрическая больница» ФИО7, при осмотре ФИО5 08.05.2019 при поступлении, и осмотром врача отделения ФИО8, совместно с заведующей отделения ФИО9 от 13.05.2019.
Согласно медицинской карте, ФИО5 получала в ГБУЗ «Самарская областная клиническая психиатрическая больница» медикаментозное лечение, несмотря на которое, состояние ФИО5 ухудшилось и 18.05.2019 наступила смерть.
Согласно выписке из протокола №340 от 20.05.2019 патологоанатомического исследования трупа ФИО5, патологоанатомический диагноз: Церебральный атеросклероз. Атрофия коры головного мозга. Сосудистая деменция с острым началом со смешанными симптомами. Отек, вклинение головного мозга.
Согласно показаниям свидетелей ФИО10 (соседки), ФИО11 (подруги), ФИО12 (сестры), ФИО13 (родственницы), у ФИО5 при жизни имелись странности в поведении, забывчивость, несостоятельность в самообслуживании.
Согласно показаниям свидетеля ФИО14 – матери ответчика, ФИО5 нарушениями психики не страдала.
Согласно показаниям нотариуса ФИО15, ФИО5 она не помнит, однако, поскольку доверенность была удостоверена, дееспособность ФИО5 не вызвала у нотариуса сомнений.
Оценивая доказательства по делу в их совокупности, судебная коллегия приходит к выводу о том, что на момент составления договора дарения от 27.02.2019 и подписания доверенности от 08.05.2019 ФИО5 по своему психическому состоянию была лишена способности понимать значение своих действий и руководить ими. Указанное обстоятельство подтверждается заключением повторной судебной экспертизы, данными медицинской документации, показаниями свидетелей ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13
Заключение судебной экспертизы, составленное ГБУЗ «Самарская областная клиническая психиатрическая больница», судом апелляционной инстанции оценивается критически, поскольку, как указано выше, в заключении имеются внутренние противоречия, эксперты не смогли дать категорические ответы по вопросам, поставленным судом, заключение противоречит совокупности иных доказательств по делу, в том числе заключению повторной судебной экспертизы. Оснований не доверять заключению повторной судебной экспертизы судебная коллегия не усматривает, поскольку оно составлено экспертами, имеющими соответствующую экспертную специальность, квалификацию, опыт и профессиональную подготовку, являющимися независимыми по отношению к сторонам судебного процесса, предупрежденными об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ, содержание экспертного заключения соответствует требованиям ст. 86 ГПК РФ, экспертами учтены данные имеющихся медицинских документов на ФИО5, показания незаинтересованных в исходе дела свидетелей, и показания врача психиатра ФИО16, который лично наблюдал ФИО5 с января 2018 года.
Показания свидетеля ФИО14 судебная коллегия оценивает критически, поскольку ФИО14 является матерью ФИО4, в связи с чем, заинтересована в исходе дела.
На основании изложенного, судебная коллегия полагает, что имеются предусмотренные законом основания для признания договора дарения квартиры и доверенности недействительными сделками, применения последствий недействительности договора дарения квартиры в виде исключения записи в ЕГРН о праве собственности ФИО4 на квартиру, и восстановления записи о праве собственности на указанную квартиру ФИО5, включения квартиры в наследственную массу после смерти наследодателя ФИО5
В нарушение требований закона судом первой инстанции не рассмотрено сделанное ФИО4 заявление о пропуске истцом срока исковой давности.
В силу пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.
С учетом указанной нормы соблюдение срока исковой давности является юридически значимым и подлежащим установлению по делу обстоятельством.
Согласно части 1 статьи 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции повторно рассматривает дело в судебном заседании по правилам производства в суде первой инстанции с учетом особенностей, предусмотренных главой 39 данного кодекса.
Повторное рассмотрение дела в суде апелляционной инстанции предполагает проверку и оценку фактических обстоятельств дела и их юридическую квалификацию (пункт 37 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.06.2021 N 16 "О применении норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции").
Рассматривая заявление ФИО4 о пропуске истцом срока исковой давности, судебная коллегия приходит к следующему.
Согласно пункту 2 ст. 181 ГК РФ, срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.
Согласно справке об освобождении № от 26.10.2021, ФИО3 с 22.04.2015 по 26.10.2021 содержался в местах лишения свободы.
Из пояснений ФИО3 следует, что о состоявшихся сделках и основаниях их недействительности он узнал при обращении к нотариусу после освобождения. Сведений об обратном в материалах дела не имеется.
Поскольку с иском в суд ФИО3 обратился 23.05.2022, судебная коллегия полагает, что годичный срок исковой давности по требованию о признании недействительными оспоримых сделок истцом не пропущен.
На основании изложенного, решение суда подлежит отмене, с вынесением нового решения об удовлетворении заявленных ФИО3 исковых требований.
Руководствуясь ст.ст.328-330 ГПК РФ, судебная коллегия
ОПРЕДЕЛИЛА:
Решение Нефтегорского районного суда Самарской области от 28 декабря 2022 года отменить.
Принять по делу новое решение, которым признать недействительным договор дарения ФИО5 квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, от 27 февраля 2019 года.
Решение суда является основанием для исключения записи в Едином государственном реестре недвижимости о праве собственности ФИО4 на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, и восстановления записи о праве собственности на указанную квартиру ФИО5.
Включить в наследственную массу после смерти наследодателя ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умершей ДД.ММ.ГГГГ, жилое помещение – квартиру, расположенную по адресу: <адрес>.
Признать недействительной доверенность от 8 мая 2019 года, выданную ФИО5, удостоверенную нотариусом ФИО15, реестровый №.
Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его вынесения и может быть обжаловано в Шестой кассационный суд общей юрисдикции в течение трех месяцев через суд первой инстанции.
Председательствующий:
Судьи: