Судья Громова С.А. № 33-478/2022
УИД 44RS0004-01-2022-000693-05
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
«05» июля 2023 года
Судебная коллегия по гражданским делам Костромского областного суда в составе:
председательствующего Веремьевой И.Ю.,
судей Лепиной Л.Л., Ворониной М.В.,
при секретаре Боречко Е.И.,
рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе представителя ответчика ИП ФИО1 – ФИО2 на решение Мантуровского районного суда Костромской области от 01 декабря 2022 года, принятого по иску ФИО3 к ИП ФИО1 о взыскании уплаченных по договору денежных средств, неустойки, компенсации морального вреда, процентов за пользование чужими денежными средствами.
Заслушав доклад судьи Ворониной М.В., выслушав представителей ответчика ИП ФИО1 – ФИО2, ФИО4, представителя ФИО3 – ФИО5, судебная коллегия
установил а:
ФИО3 обратился в суд к ИП ФИО1 с вышеуказанным иском. Требования мотивированы тем, что 18 мая 2022 года и 06 июня 2022 года между ним и ИП ФИО1 были заключены договоры на изготовление двух памятников на имя С. и С., по которым уплачено 100 018 руб. При этом до заключения договора были утверждены макеты на изготовление памятников. 09 августа 2022 года памятники были изготовлены. Однако в ходе осмотра было установлено, что памятник по С. не соответствует утвержденному макету, левое плечо у С. короче правого, левая сторона пиджака приподнята, с левой стороны между пиджаком и лицом пятно, и лицо, изображенное на памятнике, не соответствует макету. При осмотре памятника С. был обнаружен скол на изображении в области носа. В этой связи 12 августа 2022 года ответчику была направлена претензия о расторжении договора в десятидневный срок и возврате денежных средств в сумме 100 018 руб., в удовлетворении которой отказано. На основании изложенного просил суд взыскать с ответчика уплаченные по договору денежные средства в размере 100 018 руб., штраф в размере 50% от суммы, присужденной судом в пользу потребителя за отказ в добровольном порядке удовлетворить требования потребителя, в размере 50 009 руб., компенсацию морального вреда в размере 75 000 руб., расходы на оплату юридических услуг в размере 50 000 руб., неустойку в размере 126 022,68 руб., почтовые расходы в сумме 224,44 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами на взысканные суммы со дня вступления решения в законную силу до дня фактического исполнения решения суда, исходя из ключевой ставки Банка России, действующей в соответствующие периоды просрочки, а так же сумму неустойки в размере 126 022,68 руб. со дня вступления в законную силу решения суда и по день фактического исполнения обязательства в размере 3%.
Решением Мантуровского районного суда Костромской области от 01 декабря 2022 года исковые требования ФИО3 к ИП ФИО1 удовлетворены частично.
Расторгнуты договоры на выполнение работ по изготовлению двух памятников, заключенные между ФИО3 и ИП ФИО1 18 мая 2022 года и 06 июня 2022 года.
С ИП ФИО1 в пользу ФИО3 взысканы предоплата по договору от 18 мая 2022 года в размере 50 000 руб., предоплата по договору от 06 июня 2022 года в размере 50 018 руб., неустойка за просрочку исполнения требований потребителя в размере 9 001,62 руб., компенсация морального вреда в размере 3 000 руб., штраф в размере 56 009,81 руб., расходы на оплату услуг представителей в размере 25 000 руб., почтовые расходы в размере 224,44 руб., а всего 193 253, 87 руб.
Также с ИП ФИО1 в пользу ФИО3 начиная со дня вступления решения в законную силу и до дня фактического его исполнения взысканы проценты за пользование чужими денежными средствами, исчисленные с взысканной суммы в размере 184 252, 25 руб., исходя из ключевой ставки Банка России, действующей в соответствующие периоды просрочки.
С ИП ФИО1 взыскана государственная пошлина 5 660, 59 руб. с зачислением в доход бюджета городского округа город Мантурово Костромской области.
В удовлетворении остальной части иска отказано.
В апелляционной жалобе представитель ответчика ИП ФИО1 – ФИО2 просит решение суда отменить и принять новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований. В обоснование жалобы указала на то, судом в решении сделаны противоречивые выводы относительно наличия или отсутствия договора и квалификации правоотношений сторон. Так, в решении суда речь идет то о договоре об оказании услуг, то о договоре подряда, то о бытовых услугах, и не учтено, что в настоящем случае ответчик является изготовителем товара, а, следовательно, должны быть применены нормы Закона «О защите прав потребителей» к изготовителям. Кроме того, судом не учтено и то, что форма договора соответствует п.4 Правил бытового обслуживания, т.к. в силу указанного пункта Правил подтверждением заключения договора является квитанция или иной документ. При этом обращает внимание на то, приведенные истцом в суде доводы относительно несоблюдения формы договора, отсутствовали в претензии, направленной ответчику, и данные доводы являлись лишь одним из оснований для расторжения договора, что недопустимо. Также указала на то, что истец вопреки выводам суда при обращении в пункт приема-выдачи заказов получил всю необходимую информацию, в том числе имел возможность с ней ознакомиться на стенде для потребителя, имеющемся в пункте. То, что вся информация была доведена до истца в полном объеме подтверждает и направление истцом претензии не в пункт приема-выдачи заказов, а на адрес ИП ФИО1 в г.<адрес> Ссылаясь на ст. 10 Закона «О защите прав потребителей», указывает, что обязательные требования к данной продукции не установлены, природный камень не подлежит обязательному подтверждению соответствия, а истцом выбран тот вид камня, который соответствовал его пожеланиям. Кроме того, сослалась на то, что обнаруженные недостатки памятников нигде и никем не зафиксированы. Так, истец увидев памятники, решил от них отказаться, не потребовав составить акт обнаружения недостатков, а затем изменив в суде свои доводы, указанные в претензии. К показаниям же свидетеля С. следует отнестись критически, поскольку она не имеет специального образования, работала в пункте приема заказов не по месту нахождения мастерской, и между ней и ответчиком имеются неприязненные отношения. Допрошенные же с их стороны свидетели, в том числе художник, доводы истца опровергали. При таких обстоятельствах проведение экспертизы в отсутствие зафиксированных недостатков было невозможно. Указала и на то, что первоначально выполненное изображение С. на памятнике соответствовало тому фото, которое было представлено истцом. В дальнейшем художник исправлял портрет по желанию истца, дорисовывая часть фигуры. В этой связи в указанной части недостаток был устранен. Также истцом не представлено доказательств наличия скола на памятнике С. и его отсутствие подтверждено свидетелями с их стороны. И поскольку в суде первой инстанции ответчик не отказывался от проведения экспертизы, а говорил об отсутствии оснований для ее проведения до тех пор пока истец не сформулирует предмет экспертного исследования, то в настоящее время ходатайствует о назначении по делу технической и портретной экспертизы. Кроме того, выражает несогласие с определенным судом сроком изготовления памятников, поскольку при оформлении заказа конкретная дата не была определена, и имелась лишь устная договоренность об изготовлении памятников к началу августа. При этом дата изготовления памятника, которую назвал истец – 1 августа, была навязана истцу его представителем, тогда как сам истец не хотел называть конкретную дату. Полагает, что в данном случае суд неверно оценил показания свидетеля К. который дал пояснения лишь по сроку выполнения им заказа после принятия его в работу, и не учел, что при наличии большого количества заказов сроки могут сдвигаться. На основании вышеизложенного полагает, что решение суда в части расторжении договоров незаконно и необоснованно в связи с чем и иные требования о взыскании неустойки, морального вреда, процентов по ст. 395 ГП РФ, расходов по оплате госпошлины не подлежали удовлетворению. Сослалась также на несогласие с размером взысканных расходов на оплату услуг представителя, указав, что с учетом заявленной цены иска, который судом удовлетворен на 41 %, судебные расходы не могут превышать 20 500 руб. (50 000 руб. х 41%=20 500 руб.). Также и почтовые расходы, взысканные судом, могли быть удовлетворены лишь частично, с учетом процента удовлетворенных требований.
В суде апелляционной инстанции представители ответчика ИП ФИО1 – ФИО2, ФИО4 поддержали жалобу по изложенным в ней основаниям.
Представитель ФИО3 – ФИО5 считала решение суда законным и обоснованным.
Иные лица, участвующие в деле, в заседание суда апелляционной инстанции не явились, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом.
Проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе ответчика, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.
Как установлено судом и следует из материалов дела, 18 мая 2022 года и 06 июня 2022 года между ФИО3 и ИП ФИО1 были заключены договоры подряда на изготовление 2 памятников – его отцу С. и бабушке С. в связи с чем ФИО3 были выданы бланки заказов на сумму 124 542 руб. и 118 635 руб. соответственно (л.д. 12, 13).
В этой связи ФИО3 была внесена предоплата: 18 мая 2022 года - в размере 50 000 руб. и 06 июня 2022 года - в размере 50 018 руб., что подтверждается приобщенными к материалам дела кассовыми чеками (л.д. 26, 27).
17 июня 2022 года между сторонами были утверждены макеты на изготовление указанных памятников (л.д. 97).
09 августа 2022 года памятники были предъявлены к приемке.
Однако ФИО3, ссылаясь на имеющиеся недостатки, их не принял.
В направленной в адрес ответчика 12 августа 2022 года претензии (л.д. 19-24), указал на то, что памятник его отцу С. не соответствует утвержденному макету, левое плечо короче правого, левая сторона пиджака приподнята, с левой стороны между пиджаком и лицом пятно, лицо, изображенное на памятнике, не соответствует макету.
В отношении памятника бабушке С. указал на то, что был обнаружен скол на изображении в области носа.
В этой связи и ссылаясь на положения Закона РФ» О защите прав потребителей» о необходимости передачи товара в сроки, установленные договором, а также о необходимости предоставления потребителю полной и достоверной информации, и об ответственности за ее не предоставление, просил в 10-дневный срок со дня получения претензии расторгнуть договор на изготовление 2 памятников и вернуть денежные средства в сумме 100 018 руб.
В ответе на указанную претензию, датированную 14 сентября 2022 года, ИП ФИО1 отказал в расторжении договоров и возврате уплаченных по ним денежных средств (л.д. 25).
Не согласившись с данным отказом, истец обратился в суд настоящим иском.
Разрешая спор, суд первой инстанции исходил из того, что между сторонами были заключены договоры подряда на изготовление памятников.
И, установив, что ответчиком были нарушены требования закона о своевременном предоставлении необходимой и достоверной информации о работе и услуге, о заключении договора в письменной форме, а также об оказании таких работ и услуг ненадлежащего качества, пришел к выводу о наличии оснований о расторжении договоров подряда и уплаченной по договорам предоплаты в общей сумме 100 018 руб.
Также судом в пользу истца взыскана неустойка за просрочку исполнения требований потребителя, размер которой определен с учетом периода действия моратория, установленного постановлением Правительства Российской Федерации от 28 марта 2022 года № 497 в размере 9 001,62 руб., компенсация морального вреда, размер которой снижен судом с 75 000 руб. до 3 000 руб., а также штраф за несоблюдение в добровольном порядке требований потребителя в размере 56 009,81 руб.
Кроме того, судом взысканы в пользу истца понесенные им почтовые расходы в размере 224,44 руб., а также расходы на оплату услуг представителя, размер которых снижен судом с 50 000 руб. до 25 000 руб.
Также с ответчика в пользу истца судом взысканы проценты за пользование чужими денежными средствами со дня вступления в законную силу решения до дня его фактического исполнения.
Решение суда обжалуется только ответчиком, а потому в соответствии с положениями ст.327.1 ГПК РФ проверяется в пределах доводов его жалобы.
В соответствии со ст. 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями.
Согласно п. 1 ст. 702 ГК РФ по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.
В силу положений ст. 723 ГК РФ в случаях, когда работа выполнена подрядчиком с отступлениями от договора подряда, ухудшившими результат работы, или с иными недостатками, которые делают его не пригодным для предусмотренного в договоре использования либо при отсутствии в договоре соответствующего условия непригодности для обычного использования, заказчик вправе, если иное не установлено законом или договором, по своему выбору потребовать от подрядчика:
безвозмездного устранения недостатков в разумный срок;
соразмерного уменьшения установленной за работу цены;
возмещения своих расходов на устранение недостатков, когда право заказчика устранять их предусмотрено в договоре подряда (ст. 397).
Подрядчик вправе вместо устранения недостатков, за которые он отвечает, безвозмездно выполнить работу заново с возмещением заказчику причиненных просрочкой исполнения убытков. В этом случае заказчик обязан возвратить ранее переданный ему результат работы подрядчику, если по характеру работы такой возврат возможен.
Если отступления в работе от условий договора подряда или иные недостатки результата работы в установленный заказчиком разумный срок не были устранены либо являются существенными и неустранимыми, заказчик вправе отказаться от исполнения договора и потребовать возмещения причиненных убытков.
В п. 1 ст. 29 Закона о защите прав потребителей указано, что потребитель вправе отказаться от исполнения договора о выполнении работы (оказании услуги) и потребовать полного возмещения убытков, если в установленный указанным договором срок недостатки выполненной работы (оказанной услуги) не устранены исполнителем. Потребитель также вправе отказаться от исполнения договора о выполнении работы (оказании услуги), если им обнаружены существенные недостатки выполненной работы (оказанной услуги) или иные существенные отступления от условий договора. Потребитель вправе потребовать также полного возмещения убытков, причиненных ему в связи с недостатками выполненной работы (оказанной услуги).
Кроме того, отказаться от исполнения договора потребитель может и в случае если исполнитель нарушил сроки выполнения работы (оказания услуги) - сроки начала и (или) окончания выполнения работы (оказания услуги) и (или) промежуточные сроки выполнения работы (оказания услуги) или во время выполнения работы (оказания услуги) стало очевидным, что она не будет выполнена в срок (ст. 28 Закона о защите прав потребителей)
Еще одним основанием для отказа от исполнения договора является нарушение изготовителем (исполнителем, продавцом) установленной в п. 1 ст. 10 Закона о защите прав потребителей о своевременном предоставлении потребителю необходимой и достоверной информации о товарах (работах, услугах), обеспечивающей возможность их правильного выбора.
Так, в силу ст. 12 Закона о защите прав потребителей, если потребителю не предоставлена возможность незамедлительно получить при заключении договора информацию о товаре (работе, услуге), он вправе потребовать от продавца (исполнителя) возмещения убытков, причиненных необоснованным уклонением от заключения договора, а если договор заключен, в разумный срок отказаться от его исполнения и потребовать возврата уплаченной за товар суммы и возмещения других убытков.
Продавец (исполнитель), не предоставивший покупателю полной и достоверной информации о товаре (работе, услуге), несет ответственность, предусмотренную п.п. 1 - 4 ст.18 или п.1 ст.29 настоящего Закона, за недостатки товара (работы, услуги), возникшие после его передачи потребителю вследствие отсутствия у него такой информации (ч. 2 ст. 12).
В соответствии с ч.2 ст.732 ГК РФ заказчик вправе требовать расторжения заключенного договора бытового подряда без оплаты выполненной работы, а также возмещения убытков в случаях, когда вследствие неполноты или недостоверности полученной от подрядчика информации был заключен договор на выполнение работы, не обладающей свойствами, которые имел в виду заказчик.
Подрядчик, не предоставивший заказчику информации о работе, указанной в пункте 1 настоящей статьи, несет ответственность и за те недостатки работы, которые возникли после ее передачи заказчику вследствие отсутствия у него такой информации.
Как видно по делу, удовлетворяя заявленные требования истца и расторгая договоры на изготовление памятников, суд первой инстанции исходил из того, что истцу не была в полном объеме предоставлена установленная положениями ст. 10 Закона о защите прав потребителей информация о товаре, а работа по изготовлению памятников выполнена с недостатками и с нарушением срока.
Однако с выводами суда о наличии оснований для расторжения договоров согласиться нельзя.
Так, суд, удовлетворяя исковые требования, исходил из того, что ФИО3 при заключении договора подряда в бланке заказа не была указана информация о государственной регистрации индивидуального предпринимателя, идентификационном номере налогоплательщика; не указаны вид услуги (работы); даты приема и исполнения заказа; гарантийные сроки на результаты работы, должность лица, принявшего заказ, и его подпись, а также подпись потребителя, сдавшего заказ.
Кроме того, судом было указано и на то, что ответчик не предоставил истцу информацию о качестве гранита, из которого изготовлены памятники.
Однако с указанным выводом согласиться нельзя, поскольку вышеприведенные нормы обязывают подрядчика предоставить потребителю своевременно (т.е. до заключения соответствующего договора) такую информацию о товаре, которая обеспечивала бы возможность свободного и правильного выбора товара, исключающего возникновение у потребителя какого-либо сомнения не только относительно потребительских свойств и характеристик товара, правил и условий его эффективного использования, но и относительно юридически значимых фактов о товаре, услуге.
Приведенные же судом недостатки при предоставлении информации таких последствий не повлекли, истцу оказана услуга по изготовлению памятников, которая отвечает свойствам, для которых данная услуга заказывается.
В этой связи у суда не имелось оснований для расторжения договоров в связи с предоставлением истцу неполной информации о товаре.
При этом судебная коллегия считает необходимым отметить и то, что истец ни в претензии, ни в иске, ни при даче пояснений не приводил конкретных обстоятельств, свидетельствующих о предоставлении ему неполной информации и о последствиях ее не предоставления.
Также судебная коллегия не может согласиться с выводом суда о наличии оснований для расторжения договоров подряда в связи с нарушением исполнителем сроков выполнения работ.
Суд первой инстанции, приходя к выводу о том, что ИП ФИО1 был нарушен срок изготовления памятников, исходил из того, что ответчик должен был изготовить памятники к 1 августу 2022 года, сославшись на то, что указанное следует из пояснений истца и его жены.
Между тем данный вывод суда не может быть признан соответствующим обстоятельствам дела и нормам действующего законодательства.
Как установлено судом, при заключении договоров подряда в бланках заказов сторонами не был указан срок изготовления памятников.
Соответственно, применению подлежали положения ч.2 ст.314 ГК РФ, предусматривающей, что в случаях, когда обязательство не предусматривает срок его исполнения и не содержит условия, позволяющие определить этот срок, а равно и в случаях, когда срок исполнения обязательства определен моментом востребования, обязательство должно быть исполнено в течение семи дней со дня предъявления кредитором требования о его исполнении, если обязанность исполнения в другой срок не предусмотрена законом, иными правовыми актами, условиями обязательства или не вытекает из обычаев либо существа обязательства.
Таким образом, в случае когда обязательство не предусматривает срок его исполнения и не содержит условия, позволяющие определить этот срок, оно должно быть исполнено в течение семи дней со дня предъявления кредитором требования о его исполнении.
Однако как видно по делу, истец требования об исполнении обязательства не направлял, а потому срок исполнения обязательства не может считаться пропущенным.
На основании изложенного выводы суда о том, что срок исполнения обязательства следует определить на основании показаний истца и его супруги не может быть признан обоснованным.
Более того, данный вывод противоречит и материалам дела, из которых следует, что первоначально сам истец ФИО3 указывал при даче пояснений на то, что конкретный срок изготовления памятников не определялся.
Кроме того, судебная коллегия отмечает, что о нарушении срока изготовления памятников истец не говорил ни в претензии, ни в иске.
При таких обстоятельствах оснований для расторжения договоров на изготовление памятников в связи с нарушением сроков их изготовления у суда первой инстанции также не имелось.
Также судебная коллегия не может согласиться с выводом суда о наличии оснований для удовлетворения требований в связи с наличием в памятниках недостатков ввиду следующего.
Так, исходя из смысла вышеприведенных ст. 702, п. 3 ст. 723 ГК РФ, ст. 29 Закона о защите прав потребителей отказ от исполнения договора подряда возможен лишь при наличии существенных и неустранимых недостатков, а также если в установленный договором срок недостатки выполненной работы (оказанной услуги) не устранены исполнителем.
При этом из преамбулы Закона о защите прав потребителей следует, что под существенным недостатком товара (работы, услуги) понимается неустранимый недостаток или недостаток, который не может быть устранен без несоразмерных расходов или затрат времени, или выявляется неоднократно, или проявляется вновь после его устранения, или другие подобные недостатки.
Как следует из искового заявления, 09 августа 2022 года при осмотре истцом памятников были обнаружены следующие недостатки:
- памятник по С. не соответствовал утвержденному макету, в частности левое плечо короче правого, левая сторона пиджака приподнята, с левой стороны между пиджаком и лицом пятно, лицо, изображенное на памятнике не соответствует макету.
- на памятнике С. обнаружен скол на изображении в области носа.
В указанный день истец ФИО3 отказался принимать данные памятники, заявив о выявленных недостатках. Спустя 3 дня, т.е. 12 августа 2022 года истцом в адрес ответчика направлена претензия, в которой он просил расторгнуть договоры на изготовление памятников и возвратить уплаченные по договорам денежные средства.
Однако из материалов дела следует, что после того, как ФИО3 отказался принимать памятники, они были возвращены на доработку. При этом истец указал, что 04 сентября 2022 года ему позвонили сотрудники ИП ФИО1 и предложили приехать осмотреть памятники. После осмотра памятников у истца не осталось ранее заявленных претензий по памятнику С. по плечам и пиджаку.
Однако истцом были предъявлены новые требования и указано на то, что изображение на памятниках было нечетким, а именно на памятнике изображен не его отец, а другой человек, а также волосы на лбу изображены седыми (л.д. 113 об.).
Относительно недостатка, выявленного на памятнике С. истец пояснил, что при осмотре 04 сентября 2022 года, недостаток в виде скола устранен не был.
С целью установления наличия недостатков на памятниках С. и С. а также возможности их устранения, определением судебной коллегии была назначена по делу судебная комплексная товароведческо-портретная экспертиза, проведение которой было поручено ИРОО «Общество защиты прав потребителей».
В ходе проведения экспертизы судебными экспертами было установлено, что изображение, нанесенное на памятник С. не соответствует изображению на фотографии, предоставленной для нанесения портрета на памятник. Так, при техническом переносе изображения на памятник, изображение частично утеряно, не адаптировано, не сбалансирована цветопередача, в результате которой на памятнике обнаружены недостатки:
- искажен объем лица: лицо стало плоским, потерялась массивность;
- искажен овал лица: лицо стало вытянутым, появился «провал» подбородка, т.е. отсутствует его четкий контур;
- отсутствует часть изображения ушной раковины и мочки левого уха;
- на обоих глазах не выделены слезные каналы, отсутствуют веки;
- не выделены уголки губ;
- искажена форма носа: кончик носа на изображении на памятнике – тупой, на исходной фото – острый, выделенный;
- утеряна фактура лица в виде его детализации: щетина, мимические морщины;
- линии плеч не совпадают: правое на фото выше, чем на памятнике, левое – ниже, на памятнике слева отсутствует изображение воротника пиджака;
- не совпадают контуры волос прически.
- отсутствуют тени.
Экспертами указано, что данные недостатки связаны с некачественной подготовкой изображения после сканирования исходной фотографии С. для внесения цифрового изображения в ЧПУ ударно-гравировального станка.
Однако экспертами установлено, что данные недостатки носят устранимый характер.
При исследовании экспертами изображения, нанесенного на памятник С. было установлено отсутствие скола в области кончика носа изображения лица, и выявлено наличие в указанной области природной прожилки камня, что недостатком, по-их мнению, не является.
Также экспертами указано на то, что не является недостатком контур белого цвета, выполненный над головами С. и С. который служит для отделения изображения волос, от темного цвета гранита.
Таким образом, проведенной по делу судебной экспертизой были выявлены недостатки нанесенного изображения лишь в отношении памятника С. которые носят устранимый характер. Заявленного же истцом недостатка в отношении памятника С. в виде скола на носу экспертами выявлено не было.
При таких обстоятельствах и учитывая, что доказательств, опровергающих сделанные экспертами выводы, сторонами не представлено, и оснований не доверять данным выводам не имеется, поскольку эксперты имеют высшее профессиональное образования и длительный стаж работы по специальности, предупреждены об уголовной ответственности, судебная коллегия считает возможным положить в основу настоящего определения данное заключение.
И поскольку из указанного заключения следует, что выявленные истцом недостатки в памятнике С. являются устранимыми, не являются существенными, то выводы суда о наличии оснований для удовлетворения исковых требований в связи с наличием в памятниках недостатков выполненной работы не могут быть признаны законными и обоснованными.
Вместе с тем наличие данных недостатков дает истцу право на взыскание компенсации морального вреда, поскольку в силу ст. 15 Закона о защите прав потребителей моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины.
И поскольку недостатки выполненных работ имелись, и судом первой инстанции в этой связи в пользу истца была взыскана компенсации морального вреда по 2 памятникам в размере 3 000 руб., с чем согласился истец, то судебная коллегия, установив факт наличия недостатков по одному памятнику, считает возможным исходя из их объема, требований разумности и справедливости взыскать в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 2 500 руб.
Кроме того, на основании п. 6 ст. 13 Закона о защите прав потребителей в пользу ФИО3 также подлежит взысканию штраф за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя в размере 1 250 руб. (50 % от 2 500 руб.).
Также в соответствии с положениями ст.98 ГПК РФ, предусматривающей, что стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны понесенные по делу судебные расходы, в пользу ФИО3 должны быть частично взысканы понесенных им почтовые расходы в сумме 100 руб., а также расходы по оплате услуг представителя в сумме 5 000 руб.
Подлежат удовлетворению и требования истца о взыскании процентов на основании п.1 ст.395 ГК РФ на взысканные суммы компенсации морального вреда, штрафа и почтовых расходов.
Так, п.1 ст.395 ГК РФ в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.
Как следует из разъяснений, содержащихся в п.48 в постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 марта 2016 года №7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», сумма процентов, подлежащих взысканию по правилам ст.395 ГК РФ, определяется на день вынесения решения судом исходя из периодов, имевших место до указанного дня. Проценты за пользование чужими денежными средствами по требованию истца взимаются по день уплаты этих средств кредитору. Одновременно с установлением суммы процентов, подлежащих взысканию, суд при наличии требования истца в резолютивной части решения указывает на взыскание процентов до момента фактического исполнения обязательства (п.3 ст. 395 ГК РФ). При этом день фактического исполнения обязательства, в частности уплаты задолженности кредитору, включается в период расчета процентов.
Таким образом, проценты за пользование чужими денежными средствами подлежат начислению на взысканные судом апелляционной инстанции суммы компенсации морального вреда, штрафа и почтовых расходов, общий размер которых составляет 3 850 руб.
На взысканную сумму расходов по оплате услуг представителя проценты начислению не подлежат, поскольку в исковом заявлении ФИО3 не было заявлено требование о взыскании в его пользу указанных процентов, начисленных на сумму расходов по оплате услуг представителя.
Кроме того, с ИП ФИО1 в соответствии с положениями ст.98 ГПК РФ, подлежит взысканию государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, в размере 300 руб.
Руководствуясь ст. 328 ГПК РФ, судебная коллегия
определил а:
Решение Мантуровского районного суда Костромской области от 01 декабря 2022 года в части расторжения договора на выполнение работ по изготовлению памятников, взыскания предоплаты по ним, неустойки отменить.
Принять в указанной части новое решение, которым в удовлетворении исковых требований ФИО3 (паспорт №) к ИП ФИО1 (ИНН №) о расторжении договоров на выполнение работ по изготовлению памятников, возврате уплаченных по договорам предоплат, взыскании неустойки отказать.
То же решение суда в части взыскания компенсации морального вреда, штрафа, расходов на оплату услуг представителя, почтовых расходов, процентов за пользование чужими денежными средствами, госпошлины изменить.
Взыскать с ИП ФИО1 (ИНН №) в пользу ФИО3 (паспорт №) компенсацию морального вреда в размере 2 500 руб., штраф в размере 1 250 руб., расходы на оплату услуг представителя в размере 5000 руб., почтовые расходы в размере 100 руб.
Взыскать с ИП ФИО1 (ИНН № в пользу ФИО3 (паспорт №) начиняя со дня вступления в законную силу решения суда и до дня фактического его исполнения проценты за пользование чужими денежными средствами, исчисленные со взысканной суммы в размере 3850 руб., исходя из ключевой ставки Банка России, действующей в соответствующие периоды просрочки.
Взыскать с ИП ФИО1 (ИНН № в доход бюджета городского округа город Мантурово Костромской области государственную пошлину в размере 300 руб.
На апелляционное определение может быть подана кассационная жалоба во Второй кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции в течение трех месяцев со дня вынесения апелляционного определения.
Председательствующий:
Судьи:
Апелляционное определение в окончательной форме изготовлено 12 июля 2023 года.