УИД 66RS0001-01-2022-007509-21 Дело № 33а-13522/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Екатеринбург 07.09.2023

Судебная коллегия по административным делам Свердловского областного суда в составе:

председательствующего Федина К.А.,

судей Дорохиной О.А., Насыкова И.Г.,

при ведении протокола с использованием средств аудиозаписи хода судебного заседания помощником судьи Теплых М.М.,

рассмотрела в открытом судебном заседании административное дело № 2а-234/2023 по административному исковому заявлению ФИО1 к ФСИН России, ГУФСИН России по Свердловской области, ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Свердловской области, ФКУ ИК-2 ГУФСИН России по Свердловской области, ФКУ ИК-53 ГУФСИН Росси по Свердловской области, изолятору временного содержания МО МВД России «Сысертский», МО МВД России «Сысертский», МВД России о взыскании компенсации за ненадлежащие условия содержания под стражей и в исправительном учреждении

по апелляционным жалобам административных ответчиков ФСИН России, ГУФСИН России по Свердловской области, ФКУ ИК-53 ГУФСИН России по Свердловской области, ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Свердловской области

на решение Верх-Исетского районного суда г. Екатеринбурга от 25.01.2023.

Заслушав доклад судьи Дорохиной О.А., объяснения представителя административных ответчиков ФСИН России, ГУФСИН России по Свердловской области, ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Свердловской области ФИО2, судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратился в суд с вышеуказанным административным исковым заявлением, в котором просил признать незаконными действия, бездействия ГУФСИН России по Свердловской области, выразившиеся в нарушении условий содержания в местах лишения свободы с 18.08.2015 по 11.05.2022, взыскать с Российской Федерации в лице ФСИН России в свою пользу 10 000 000 рублей.

В обоснование административного искового заявления указано, что ФИО1 находился в местах лишения свободы с 18.08.2015 по 11.05.2022:

- с 18.08.2015 по 26.08.2015 в изоляторе временного содержания МО МВД России «Сысертский»;

- с 26.08.2015 по 11.04.2017 в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Свердловской области;

- с 11.04.2017 по 12.11.2019 ФКУ ИК-2 ГУФСИН России по Свердловской области;

- с 12.11.2019 по 11.05.2022 в участке колонии-поселения при ФКУ ИК-53 ГУФСИН Росси по Свердловской области.

Нарушение условий содержания в изоляторе временного содержания МО МВД России «Сысертский» выразились в отсутствие вентиляции в камерном помещении и возможности открыть окно, отсутствии приватности, поскольку туалет не был огорожен. В камере ИВС имелись антисанитарные условия: насекомые, бельевые вши, тараканы, клопы, мыши и крысы. Санитарная дезинфекция не проводилась. В камере ИВС было плохое освещение, отсутствовали горячая вода и душ. За десять дней содержания в ИВС не была обеспечена помывка, возможность стирать личные вещи.

Нарушение условий содержания в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Свердловской области выразилось в несоответствии нормы площади камеры в 4 кв.м. на одного человека количеству лиц, находящихся в камере, санитарно-эпидемиологические нормы не соблюдались, вентиляция в камере практически не работала, была постоянная влажность, антисанитария, водились насекомые. В камере с истцом содержались лица, больные ВИЧ-инфекцией и другими тяжелыми заболеваниями. В начале 2016 года в корпусе № 6 ФКУ СИЗО-1 произошло возгорание вещевой каптерки, при этом администрация следственного изолятора не предприняла никаких мер, направленных на эвакуацию подследственных и осужденных. На протяжении нескольких следующих дней истца тошнило и мучила головная боль из-за отравления угарными газами.

Нарушение условий содержания в ФКУ ИК-2 ГУФСИН России по Свердловской области выразилось в том, что в колонии истец систематически подвергался пыткам, побоям и истязаниям, по прибытии у него отобрали все личные вещи, включая предметы личной гигиены и нижнее белье, не разрешали самому бриться, практически не давали воды. Он работал по 12-14 часов в день, шесть дней в неделю без предоставления заработной платы, было нарушено его право на непрерывный восьмичасовой сон. Не соблюдались материально-бытовое и санитарно-гигиеническое обеспечение. За все время работы в производственной зоне ФКУ ИК-2 ни разу не выдавалась спецодежда. Находясь в ФКУ ИК-2, не получал положенные по закону вещи. Количество унитазов, писсуаров, прикроватных тумбочек, табуретов не соответствовало установленным нормативам, отсутствовали ножные ванны, тем самым условия содержания в ФКУ ИК-2 были существенно нарушены, что повлекло физические и нравственные страдания административного истца.

Нарушение условий содержания в участке колонии-поселения при ФКУ ИК-53 ГУФСИН России по Свердловской области выразилось в низком качестве пищи, выдаваемой осужденным, отсутствии разнообразия. В местах приема пищи водились грызуны. Периодически в помещении отряда отсутствовали электричество и водоснабжение, в результате чего истец и другие осужденные по нескольку дней проживали в антисанитарных условиях. Также в весеннее время (в период таяния снега) и в дождливое летнее время первый этаж помещения отряда заливала вода (около десяти сантиметров от уровня пола), в результате чего приходилось ходить в резиновых сапогах и дышать сырым спертым воздухом, опасаясь заболеть легочными заболеваниями.

Таким образом, на протяжении семи лет отбывания наказания истец находился в нечеловеческих условиях содержания, подвергался пыткам и истязаниям.

Решением Верх-Исетского районного суда г. Екатеринбурга от 25.01.2023 требования административного искового заявления удовлетворены частично, признаны незаконными действия, бездействие ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Свердловской области, ФКУ ИК-53 ГУФСИН Росси по Свердловской области, выразившиеся в нарушении условий содержания ФИО1 стражей и в исправительном учреждении, с Российской Федерации в лице ФСИН России за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 взыскана компенсация за нарушение условий содержания под стражей и в исправительном учреждении в размере 35 000 рублей. В остальной части административное исковое заявление ФИО1 оставлено без удовлетворения.

Не согласившись с решением суда, представителями административных ответчиков ФСИН России, ГУФСИН России по Свердловской области, ФКУ ИК-53 ГУФСИН Росси по Свердловской области, ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Свердловской области поданы апелляционные жалобы.

В апелляционной жалобе представитель ФСИН России, ГУФСИН России по Свердловской области, ФКУ ИК-53 ГУФСИН Росси по Свердловской области просит решение суда отменить, принять по делу новое решение об отказе в удовлетворении заявленных требований в полном объеме. В обоснование апелляционной жалобы указывает, что административным истцом пропущен срок на обращение в суд, незначительные нарушения в деятельности исправительного учреждения вызваны объективными обстоятельствами, независящими от должностных лиц учреждения.

В апелляционной жалобе представитель ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Свердловской области просит решение суда отменить, принять по делу новое решение об отказе в удовлетворении заявленных требований в полном объеме. В обоснование указывает, что наличие перелимита не является основанием для отказа в приеме лиц, которым судом избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, выражает несогласие с выводами суда о ненадлежащей вентиляции и необеспечении спальным местом. Также ссылается на пропуск административным истцом срока на обращение в суд относительно периода содержания с 26.08.2015 по 11.04.2017.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель административных ответчиков ФСИН России, ГУФСИН России по Свердловской области, ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Свердловской области ФИО2 доводы апелляционной жалобы поддержала, просил решение суда отменить, принять по делу новое решение об отказе в удовлетворении заявленных требований.

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения административного дела судом апелляционной инстанции извещены надлежащим образом, в том числе посредством публикации указанной информации на официальном сайте Свердловского областного суда, в судебное заседание не явились, в связи с чем, руководствуясь частью 4 статьи 272 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, судебная коллегия рассмотрела административное дело в отсутствие указанных лиц.

Изучив материалы административного дела, доводы апелляционных жалоб, заслушав объяснения представителя административных ответчиков, проверив законность и обоснованность решения суда в порядке статьи 308 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии с частью 2 статьи 46 Конституции Российской Федерации решения и действия (или бездействие) органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений и должностных лиц могут быть обжалованы в суд.

Согласно части 1 статьи 218 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации гражданин, организация, иные лица могут обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями, должностного лица, государственного или муниципального служащего, если полагают, что нарушены или оспорены их права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению их прав, свобод и реализации законных интересов или на них незаконно возложены какие-либо обязанности.

В силу пункта 1 части 2 статьи 227 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации суд удовлетворяет требование административного истца об оспаривании решения (постановления) в том случае, если установит, что оспариваемое решение (постановление) не соответствует закону, иным нормативным правовым актам, регулирующим спорные правоотношения, и нарушает права, свободы и законные интересы административного истца.

Как следует из материалов дела и установлено судом, в период с 18.08.2015 по 26.08.2015 ФИО1 содержался в изоляторе временного содержания МО МВД России «Сысертский».

В период с 26.08.2015 по 11.04.2017 ФИО1 содержался в ФКУ СИЗО-1 в следующих камерных помещениях:

- 418 с 26.08.2015 по 27.08.2015, площадью 18,3 кв.м., оборудованном 2 спальными местами, в котором содержалось 9 лиц;

- 637 с 27.08.2015 по 03.09.2015, площадью 14,5 кв.м., оборудованном 6 спальными местами, в котором содержалось от 6 до 7 лиц;

- 627 с 03.09.2015 по 07.09.2015, площадью 23,2 кв.м., оборудованном 10 спальными местами, в котором содержалось 27 лиц;

- 627 с 11.09.2015 по 11.11.2015, площадью 23,2 кв.м., оборудованном 10 спальными местами, в котором содержалось от 21 до 28 лиц;

- 627 с 13.11.2015 по 07.12.2015, площадью 23,2 кв.м., оборудованном 10 спальными местами, в котором содержалось от 18 до 27 лиц;

- 627 с 09.12.2015 по 23.03.2016, площадью 23,2 кв.м., оборудованном 10 спальными местами, в котором содержалось от 11 до 18 лиц;

- 627 с 25.03.2016 по 27.06.2016, площадью 23,2 кв.м., оборудованном 10 спальными местами, в котором содержалось от 10 до 16 лиц;

- 633 с 27.06.2016 по 08.11.2016, площадью 14,5 кв.м., оборудованном 6 спальными местами, в котором содержалось от 2 до 6 лиц, с 15 по 18.09.2016 – 7, с 20.10 по 26.10 – 7;

- карцер с 08.11.2016 по 09.11.2016;

- 633 с 09.11.2016 по 25.11.2016, площадью 14,5 кв.м., оборудованном 6 спальными местами, в котором содержалось от 3 до 6 лиц;

- карцер с 25.11.2016 по 02.12.2016;

- 633 с 02.12.2016 по 27.12.2016, площадью 14,5 кв.м., оборудованном 6 спальными местами, в котором содержалось от 2 до 5 лиц;

- 634 с 27.12.2016 по 10.01.2017, площадью 6,2 кв.м., оборудованном 2 спальными местами, в котором содержалось от 1 до 2 лиц;

- карцер с 10.01.2017 по 20.01.2017;

- 634 с 20.01.2017 по 21.01.2017, площадью 6,2 кв.м., оборудованном 2 спальными местами, в котором содержалось от 1 до 2 лиц;

- карцер с 21.01.2017 по 27.01.2017;

- 627 с 27.01.2017 по 28.01.2017, площадью 23,2 кв.м., оборудованном 8 спальными местами, в котором содержалось 10 лиц;

- карцер с 28.01.2017 по 02.02.2017;

- 627 с 02.02.2017 по 02.02.2017, площадью 23,2 кв.м., оборудованном 8 спальными местами, в котором содержалось 6 лиц;

- 625 с 02.02.2017 по 05.02.2017, площадью 30,6 кв.м., оборудованном 14 спальными местами, в котором содержалось от 12 до 14 лиц;

- карцер с 05.02.2017 по 10.02.2017;

- 625 с 10.02.2017 по 11.02.2017, площадью 30,6 кв.м., оборудованном 14 спальными местами, в котором содержалось от 11 до 15 лиц;

- карцер с 11.02.2017 по 21.02.2017;

- 625 с 21.02.2017 по 22.02.2017, площадью 30,6 кв.м., оборудованном 14 спальными местами, в котором содержалось от 13 до 14 лиц;

- карцер с 22.02.2017 по 25.02.2017;

- 625 с 25.02.2017 по 01.03.2017, площадью 30,6 кв.м., оборудованном 14 спальными местами, в котором содержалось от 13 до 14 лиц;

- 633 с 01.03.2017 по 03.03.2017, площадью 14,5 кв.м., оборудованном 4 спальными местами, в котором содержалось от 3 до 4 лиц;

- карцер с 03.03.2017 по 05.03.2017;

- 633 с 05.03.2017 по 16.03.2017, площадью 14,5 кв.м., оборудованном 4 спальными местами, в котором содержалось от 3 до 4 лиц;

- карцер с 16.03.2017 по 23.03.2017;

- 633 с 23.03.2017 по 25.03.2017, площадью 14,5 кв.м., оборудованном 4 спальными местами, в котором содержалось от 2 до 3 лиц;

- карцер с 25.03.2017 по 30.03.2017;

- 633 с 30.03.2017 по 31.03.2017, площадью 14,5 кв.м., оборудованном 4 спальными местами, в котором содержалось 2 лиц;

- карцер с 31.03.2017 по 11.04.2017.

В период с 11.04.2017 по 07.11.2019 административный истец содержался в ФКУ ИК-2.

В период с 08.11.2019 по 11.05.2022 истец содержался в ФКУ ИК-53, откуда был освобожден по отбытию срока наказания.

Отказывая в удовлетворении требований о признании незаконным бездействия ГУФСИН России по Свердловской области, выразившегося в нарушении условий содержания ФИО1 в изоляторе временного содержания МО МВД России «Сысертский», суд исходил из того, что все документы с информацией о содержании под стражей за 2015 год уничтожены в связи с истечением установленного законом срока хранения, который, согласно требованиям приказа МВД Российской Федерации от 30.06.2012 № 655 составляет 5 лет, что привело к невозможности предоставления ответчиком доказательств, опровергающих доводы истца. В свою очередь административным истцом также не представлено каких-либо доказательств, подтверждающих нарушение его прав в указанный спорный период.

Также судом при рассмотрении дела не установлено незаконного бездействия ФКУ ИК-2 в части ненадлежащих условий содержания ФИО1 в период с 11.04.2017 по 07.11.2019, поскольку доводы административного истца о ненадлежащей организации питания, применения к нему физической силы, издевательств со стороны других осужденных, нарушении его прав при осуществлении трудовой деятельности, непредоставлении ящика (ячейки) для хранения личных вещей и продуктов питания, места в комнате приема пищи, в столовой, невыдаче бритвенных станков, нательного и постельного белья, спецодежды, непредоставлении времени на утренний и вечерний туалет и пр. не нашли своего подтверждения в ходе рассмотрения административного дела, опровергаются представленными представителем административного ответчика доказательствами.

Судебная коллегия соглашается с данными выводам суда первой инстанции, решение суда в указанной части сторонами не оспаривается.

В свою очередь, суд, рассматривая требования административного истца и удовлетворяя их в части признания незаконным бездействия административных ответчиков, выразившегося в необеспечении надлежащих условий содержания ФИО1 в ФКУ СИЗО-1 в период с 26.08.2015 по 11.04.2017, ФКУ ИК-53 в период с 08.11.2019 по 11.05.2022, установив, что в ФКУ СИЗО-1 ФИО1 содержался в камерных помещениях с перелимитом количества осужденных, у него отсутствовало индивидуальное спальное место, из-за большого количества в ограниченном пространстве людей была ненадлежащая вентиляция, освещение, отсутствовали сантехнические удобства в камерах, в ФКУ ИК-53 в 2021 году в период таяния снега весной имело место затопление помещения первого этажа общежития отряда, где проживал истец, при этом со стороны администрации исправительного учреждения не предпринималось необходимых и достаточных мер к своевременной прочистке ливневой канализации в кратчайшие сроки, что создало угрозу повреждения имущества и ненадлежащие санитарно-бытовые условия, пришел к выводу о незаконных действиях со стороны ФКУ СИЗО-1, ФКУ ИК-53, выразившихся в необеспечении надлежащих условий содержания административного истца в период с 26.08.2015 по 11.04.2017, с 08.11.2019 по 11.05.2022 (соответственно), в связи с чем, учитывая срок пребывания в указанных условиях, взыскал в пользу административного истца компенсацию за нарушение условий содержания в размере 35 000 рублей.

В то же время, оценив представленные доказательства, суд первой инстанции нашел иные доводы административного истца о нарушении условий содержания в ФКУ СИЗО-1, выразившихся в ненадлежащем питании, наличии в камерах насекомых и грызунов, а также нарушении условий содержания в ФКУ ИК-53, выразившихся в низком качестве пищи, наличии в местах приема пищи грызунов, периодическом отсутствии в помещениях отряда электричества и водоснабжения, не нашедшими подтверждения, поскольку они опровергаются представленными в материалы дела доказательствами.

Судебная коллегия соглашается с указанными выводами суда первой инстанции, поскольку они основаны на нормах действующего законодательства, регулирующих возникшие правоотношения, сделаны на основании всестороннего исследования представленных сторонами доказательств в совокупности с обстоятельствами настоящего административного дела по правилам статьи 84 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации.

Мотивы, по которым суд первой инстанции пришел к вышеуказанным выводам, подробно со ссылкой на установленные судом обстоятельства и нормы права изложены в оспариваемом решении, и их правильность не вызывает у судебной коллегии сомнений.

Согласно статье 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, а также толкованиям Конвенции, содержащимся в постановлениях Европейского Суда по правам человека, условия содержания обвиняемых под стражей должны быть совместимы с уважением к человеческому достоинству. При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы с учетом практических требований режима содержания.

Условия содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений в изоляторах временного содержания, в том числе требования к этим помещениям, регламентированы Федеральным законом от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» (далее по тексту - Федеральный закон № 103-ФЗ) и конкретизированы в Правилах внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых, утвержденных Приказом МВД России от 22.11.2005 № 950 (далее по тексту - Правила).

Согласно статье 4 Федерального закона № 103-ФЗ содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией Российской Федерации, принципами и нормами международного права, и не должно сопровождаться действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым (обвиняемым), содержащимся под стражей.

Статьей 15 Федерального закона Федерального закона № 103-ФЗ предусмотрено, что в местах содержания под стражей устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию, а также выполнение задач, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации. Обеспечение режима возлагается на администрацию, а также на сотрудников мест содержания под стражей, которые несут установленную законом ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение служебных обязанностей.

В силу статьи 17 Федерального закона № 103-ФЗ подозреваемые и обвиняемые имеют право, в том числе получать бесплатное питание, материально-бытовое и медико-санитарное обеспечение.

Согласно Правилам в течение первых суток вновь прибывшие подозреваемые и обвиняемые проходят санитарную обработку (лица, имеющие признаки педикулеза, - незамедлительно) в санпропускнике ИВС, а при его отсутствии - в санпропускнике (бане) общего пользования населенного пункта. Одежда (иные носильные вещи) подлежат обработке в дезинфекционной камере (пункт 14); подозреваемые и обвиняемые, прошедшие санитарную обработку, получают постельные принадлежности (пункт 15); размещение подозреваемых и обвиняемых в камерах ИВС производится с учетом их личности и психологической совместимости. Курящие по возможности помещаются отдельно от некурящих (пункт 21); подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, пожарной безопасности, нормам санитарной площади в камере на одного человека, установленным Федеральным законом Подозреваемые и обвиняемые, содержащиеся в ИВС, обеспечиваются ежедневно бесплатным трехразовым горячим питанием по нормам, определяемым Правительством Российской Федерации (пункт 42); камеры ИВС оборудуются, в том числе, санитарным узлом с соблюдением необходимых требований приватности; краном с водопроводной водой; бачком для питьевой воды; светильниками дневного и ночного освещения закрытого типа; приточной и/или вытяжной вентиляцией (пункт 45); не реже одного раза в неделю подозреваемые и обвиняемые проходят санитарную обработку, им предоставляется возможность помывки в душе продолжительностью не менее 15 минут. Смена постельного белья осуществляется еженедельно после помывки в душе (пункт 47); при отсутствии в камере системы подачи горячей водопроводной воды горячая вода (температурой не более +50 °С), а также кипяченая вода для питья выдаются ежедневно с учетом потребности (пункт 48).

В соответствии с пунктом 2.1.1 СанПиН 2.2.1./2.1.1.1278-03 «Гигиенические требования к естественному, искусственному и совмещенному освещению жилых и общественных зданий», утвержденных постановлением Главного государственного санитарного врача Российской Федерации от 08.04.2003 № 34, помещения с постоянным пребыванием людей должны иметь естественное освещение.

Согласно пунктам 17.16, 17.12 Инструкции по проектированию объектов органов внутренних дел МВД России СП № 12-95, унитазы и умывальники в камерах, карцерах, изоляторах необходимо размещать в отдельных кабинах с дверьми, открывающимися наружу. Кабинка должна иметь перегородки высотой 1 м от пола санитарного узла.

Оконные переплеты в камерах, изоляторах и палатах должны выполняться створными и оборудоваться для вентиляции форточками.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пунктах 2 и 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» под условиями содержания лишенных свободы лиц следует понимать условия, в которых с учетом установленной законом совокупности требований и ограничений реализуются закрепленные Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами Российской Федерации, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации права и обязанности указанных лиц, в том числе, право на материально-бытовое обеспечение, обеспечение жилищно-бытовых, санитарных условий и питанием, прогулки (в частности, ч. 1, 2 ст. 27.6 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, ст. 7, 13 Федерального закона от 26.04.2013 № 67-ФЗ «О порядке отбывания административного ареста», ст. 17, 22, 23, 30, 31 Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», ст. 93, 99, 100 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, п. 2 ст. 8 Федерального закона от 24.06.1999 № 120-ФЗ «Об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних», ч. 5 ст. 35.1 Федерального закона от 25.07.2002 № 115-ФЗ «О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации», ст. 2 Федерального закона от 30.03.1999 № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения». Принудительное содержание лишенных свободы лиц в предназначенных для этого местах, их перемещение в транспортных средствах должно осуществляться в соответствии с принципами законности, справедливости, равенства всех перед законом, гуманизма, защиты от дискриминации, личной безопасности, охраны здоровья граждан, что исключает пытки, другое жестокое или унижающее человеческое достоинство обращение и, соответственно, не допускает незаконное - как физическое, так и психическое - воздействие на человека (далее - запрещенные виды обращения). Иное является нарушением условий содержания лишенных свободы лиц.

Материально-бытовое обеспечение осужденных к лишению свободы регламентировано статьей 99 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, нормативными правовыми актами Правительства Российской Федерации.

Минимальные стандартные правила обращения с заключенными (принятые в г. Женева 30.08.1955) (далее по тексту - Правила) предусматривают, что санитарные установки должны быть достаточными для того, чтобы каждый заключенный мог удовлетворять свои естественные потребности, когда ему это нужно, в условиях чистоты и пристойности (пункт 12 части 1).

Все помещения, которыми пользуются заключенные, особенно все спальные помещения, должны отвечать всем санитарным требованиям, причем должное внимание следует обращать на климатические условия, особенно на кубатуру этих помещений, на минимальную их площадь, на освещение, отопление и вентиляцию (пункт 10 части 1 Правил). В помещениях, где живут и работают заключенные: a) окна должны иметь достаточные размеры для того, чтобы заключенные могли читать и работать при дневном свете, и должны быть сконструированы так, чтобы обеспечивать доступ свежего воздуха, независимо от того, существует ли или нет искусственная система вентиляции; b) искусственное освещение должно быть достаточным для того, чтобы заключенные могли читать или работать без опасности для зрения (пункт 11 части 1 Правил).

Оценив указанные обстоятельства, суд обоснованно установил, что в нарушение положений статьи 23 Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» количество лиц, содержавшихся в камерах ФКУ СИЗО-1, в заявленный административным истцом период превышало норму площади на одного человека, индивидуальное спальное место не предоставлено, отсутствовали надлежащая вентиляция, освещение, сантехнические удобства в камерах; в ФКУ ИК-53 в 2021 году в период таяния снега весной имело место затопление помещения первого этажа общежития отряда, где проживал истец, при этом со стороны администрации исправительного учреждения не предпринималось необходимых и достаточных мер к своевременной прочистке ливневой канализации в кратчайшие сроки, что создало угрозу повреждения имущества и ненадлежащие санитарно-бытовые условия.

Оценивая размер компенсации, присужденной в пользу ФИО1, исходя из объема и характера нарушений условий содержания последнего под стражей, которые в целом связаны с материально-бытовым обеспечением заключенных под стражу лиц и не повлекли для административного истца наступления серьезных негативных последствий, а также учитывая период времени, в течение которых последний содержался в указанных условиях, судебная коллегия приходит к выводу о том, что размер компенсации, взысканной в пользу административного истца, является обоснованным, отвечающим требованиям принципов разумности и справедливости.

Доводы апелляционных жалоб административных ответчиков о том, что наличие перелимита не является основанием для отказа в приеме лиц, которым судом избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, и, как следствие, об отсутствии вины в превышении такого лимита, судебной коллегией отклоняются в связи с тем, что в соответствии со статьей 23 Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», положениями статьи 3 Конвенции на административных ответчиков как на государственные органы возложена обязанность по выполнению указанных требований законодательства.

Утверждения административных ответчиков об отсутствии вины следственного изолятора в указанных административным истцом нарушениях не имеют правового значения для разрешения административного спора, поскольку компенсация за нарушение условий содержания под стражей не зависит от наличия либо отсутствия вины этого учреждения.

Вопреки доводам апелляционной жалобы ФКУ СИЗО-1 выводы суда о ненадлежащей вентиляции в камерах СИЗО-1 и необеспечении ФИО1 спальным местом являются обоснованными в связи с доказанным фактом превышения в заявленный административным истцом период нормы площади в камере на одного человека.

Ссылки в апелляционной жалобе административных ответчиков на пропуск административным истцом срока на обращение в суд с административным исковым заявлением подлежат отклонению.

Так, в соответствии с частью 5 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации пропуск установленного срока обращения в суд не является основанием для отказа в принятии административного искового заявления к производству суда. Причины пропуска срока обращения в суд выясняются в предварительном судебном заседании или судебном заседании.

Федеральным законом от 27.12.2019 № 494-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», вступившим в силу 27.01.2020, в главу 22 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, регламентирующую производство по административным делам об оспаривании решений, действий (бездействия) органов и организаций, наделенных публичными полномочиями, должностного лица, государственного или муниципального служащего, введена статья 227.1 устанавливающая особенности рассмотрения требований о присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей, содержания в исправительных учреждениях (статья 3).

Учитывая, что ФИО1 в период с августа 2015 года и по 11.05.2022 непрерывно содержался в местах лишения свободы, в реализации своих прав был ограничен, в суд с настоящим иском обратился 11.08.2022, то есть в течение трех месяцев с момента освобождения из мест лишения свободы, судебная коллегия приходит к выводу о необоснованности доводов административных ответчиков о пропуске административным истцом срока на обращение в суд с настоящими требованиями.

По сути, доводы апелляционных жалоб направлены на переоценку выводов суда о фактических обстоятельствах дела и имеющихся в деле доказательств, они не опровергают выводов суда, а повторяют правовую позицию сторон, выраженную в суде первой инстанции, исследованную судом и нашедшую верное отражение и правильную оценку в судебном акте.

При таких обстоятельствах судебная коллегия приходит к выводу о том, что решение суда первой инстанции является законным и обоснованным, оснований для его отмены или изменения по доводам апелляционных жалоб не имеется.

Руководствуясь статьей 308, пунктом 1 статьи 309, статьей 311 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Верх-Исетского районного суда г. Екатеринбурга от 25.01.2023 оставить без изменения, апелляционные жалобы административных ответчиков ФСИН России, ГУФСИН России по Свердловской области, ФКУ ИК-53 ГУФСИН Росси по Свердловской области, ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Свердловской области – без удовлетворения.

Решение суда первой инстанции и апелляционное определение могут быть обжалованы в кассационном порядке в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции в течение шести месяцев со дня вынесения апелляционного определения через суд первой инстанции.

Председательствующий К.А. Федин

Судьи О.А. Дорохина

И.Г. Насыков