РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

....... 29 октября 2025 года

Городецкий городской суд ....... в составе

председательствующего судьи Сергеевой М.В.,

при секретаре судебного заседания Люлиной Н.В.,

с участием представителя истца ФИО1, ФИО2, ответчика ФИО3, представителей ответчика ФИО4, ФИО5,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ООО «КиТ» к ФИО3 о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав,

УСТАНОВИЛ:

ООО «КиТ» обратилось в суд к ответчику ФИО3, с учетом заявления * * (Приложение *) и Выпиской из реестра зарегистрированных товарных знаков * (Приложение *).

*** сотруднику ООО «КиТ» стало известно, что ранее не знакомый человек (ответчик) несет коробку с надписью головка блока * синего цвета, и заметил, что данная коробка не является оригинальной по причине того, что в правом нижнем углу расположена надпись * которая на оригинальной коробке отсутствует.

Истец не состоит с ответчиком в договорных отношениях, связанных с предоставлением *

*

*

Поскольку из объяснений ответчика следует, что его целью бы именно перепродажа трех единиц товара, у истца остается право на предъявление требований к ответчику о выплате компенсации за незаконное использование товарного знака и дизайна упаковки.

*** в адрес ответчика была направлена претензия, которая оставлена ответчиком без рассмотрения.

Определением суда к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено Управление Роспотребнадзора по ........

В судебном заседании представители истца доводы, изложенные в исковом заявлении и дополнительных отзывах, подержали, просили иск удовлетворить в полном объеме. Дополнили, что постановление об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении не имеет преюдициального значения, отсутствие состава правонарушения не свидетельствует об отсутствии нарушения исключительных прав. Ссылка стороны ответчика на п. 4 ст. 1359 ГК РФ является неправомерной, поскольку данная норма регулирует исключительные права на изобретения, полезные модели и промышленные образца. Спор же касается нарушения прав на товарный знак и объект дизайна (произведение), к которым применяются ст. 1484,1259 ГК РФ. Сам факт наличия у ответчика контрафактных изделий и их предложение к продаже (размещение на «Авито», доставка покупателю) образуют использование товарного знака без согласия правообладателя. *** правообладателем товарного знака «Tanaki» был зарегистрирован Патент на изобретение – «Головка блока цилиндров двигателя внутреннего сгорания с жидкостным охлаждением» (*) с приоритетом от 01.12.2023г. ссылка на информацию о патенте на сайте ФИПС- https://www1.fips.ru/registers-doc-view/fips_servlet?DB=RUPAT&DocNumber=2822336& TypeFile=htm. Во второй половине 2024 на рынке автомобильных запчастей активно стала реализовываться контрафактная продукция, о чем истец, с целью предупреждения своих покупателей, разместил на своем сайте https://www.keno-tanaki.ru/projects/ объявления об этом. Головка цилиндров, которая реализовывалась ответчиком, была впервые предложена истцом к продаже * изъятые у ответчика ГБЦ в количестве 3 шт. имеют артикул TKG -1003007-61 с применяемостью для двигателей ЗМЗ-406,405, экологический класс- 0-2. Данные головки блока цилиндров не предназначены для использования на двигателях ЗМЗ-40524 и конструктивно не могут быть установлены на двигатели экологического класса-3. Что подтверждает, что контрафактные экземпляры товара, предлагаемого ответчиком к продаже, приобретались не для собственных автомобилей, поскольку они не предназначены для данных моделей, а для перепродажи.

Ответчик ФИО3 в судебное заседание не явился, ранее в судебном заседании указал, что иск не признает, ранее в его собственности находились три автомобиля марки * благодарственные письма и дипломы за участие в общественной жизни школы и муниципальной системы образования. Ранее он был зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя, однако, не помнит когда прекратил деятельность и каким видами предпринимательской деятельности он занимался.

Представители ответчика иск не признали, доводы, изложенные в отзыве, поддержали, дополнили, что ГБЦ были приобретены 2023 или в 2024 г.г. ФИО3 для личного пользования, и они (ГБЦ) подходили для его автомобилей и ответчик не знал, что они являются контрафактными. Поскольку он расплачивался наличными денежными средствами, чек на приобретенные запчасти отсутствует. Александровский предлагал к продаже только одну головку блока цилиндров (ГБЦ), остальные две выдал добровольно сотрудникам полиции. При проведении проверки по материалу КУСП, Александровский себя оговорил в части покупки запчастей для перепродажи, поскольку на него оказывалось давление сотрудников полиции. Кроме того, постановление об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении имеет преюдициальное значение для разрешения данного спора. Поскольку в данной ситуации ФИО3 сам оказался жертвой, вину не признает, они не намерены ходатайствовать о снижении компенсации. Также, просили учесть, что ООО «КиТ» имеет огромные доходы, поэтому действиями ответчика не мог быть причинен ущерб истцу.

Специалист-руководитель управления маркетинга ООО «Кит» ФИО6, имеющий высшее техническое квалификацию «инженер по специальности «Двигатели внутреннего сгорания» с 2003 года, работает по специальности с 2000г., пояснил, что представленная на обозрение коробка *, выдана ФИО3 ***, коробка * имеет ряд отличий от оригинальной коробки *, а именно, на коробке * указана надпись «А3», которая отсутствует на оригинальной коробке *. На коробке * информация размещена «вверх ногами», также не соответствует цвет, деталь упакована в тонкий пакет. ГБЦ из коробки * также имеет ряд отличий от оригинальной детали ГБЦ, а именно, имеются технологические приливы при изготовлении детали, другие болты, номер на всех контрафактных деталях один и тот же и нанесен путем клейма. На оригинальных деталях нет технологических приливов, болты все одного размера под ключ «М8», номер наносится путем набивания номером точками- микроударами. Оригинальные детали упакованы в более плотный пакет, коробки имеют дин номер цвета, который не может различаться. Оригинальные ГБЦ не могут быть установлены на автомобили с экологическим классом Евро-3, без конструктивных изменений.

Иные лица, участвующие в деле, в суд не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом. Суд определил рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Изучив доводы представителей сторон, изучив материалы дела, дав оценку собранным по делу доказательствам, суд приходит к следующему.

Из материалов дела следует, что ООО «КиТ» (ИНН <***>, ОГРН <***>) является правообладателем товарных знаков * регистрационный * и регистрационный *. Наличие исключительных прав ООО «КиТ» на указанные товарные знаки подтверждается Выпиской из реестра зарегистрированных товарных знаков * (Приложение *) и Выпиской из реестра зарегистрированных товарных знаков * (Приложение *) (л.д.19-22, 24-26).

*** *

*

Поскольку ООО «КиТ» является обладателем прав на товарный знак и произведение дизайна, ему предоставлено право на использование произведения дизайна, то обращение ООО «КиТ» с иском за защитой указанного объекта исключительных прав является правомерным.

В определении Верховного Суда Российской Федерации от *** N 305-ЭС16-7224 сформулирована правовая позиция о том, что вопросы о наличии у истца исключительного права и нарушении ответчиком этого исключительного права являются вопросами факта, которые устанавливаются судами первой и апелляционной инстанций в пределах полномочий, предоставленных им процессуальным законодательством Российской Федерации, на основании исследования и оценки представленных сторонами в обоснование своих требований и возражений доказательств.

Статьей 1229 ГК РФ установлено, что гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом.

Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233 ГК РФ), если этим Кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных этим Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными этим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную настоящим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается ГК РФ.

В силу пункта 3 статьи 1228 ГК РФ исключительное право на результат интеллектуальной деятельности, созданный творческим трудом, первоначально возникает у его автора. Это право может быть передано автором другому лицу по договору, а также может перейти к другим лицам по иным основаниям, установленным законом.

Пунктом 1 статьи 1477 ГК РФ на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак.

Лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 названного Кодекса любым не противоречащим закону способом (пункт 1 статьи 1484 ГК РФ).

Пунктом 2 статьи 1484 ГК РФ предусмотрено, что исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: 1) на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; 2) при выполнении работ, оказании услуг; 3) на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; 4) в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; 5) в сети "Интернет", в том числе в доменном имени и при других способах адресации.

Согласно пункту 3 статьи 1484 ГК РФ никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Из названной нормы права следует, что обозначение, сходное до степени смешения или тождественное товарному знаку (статья 1477 ГК РФ), зарегистрированному в отношении определенных товаров и услуг (статья 1480 ГК РФ), перечень которых изложен в свидетельстве на товарный знак (статья 1481 ГК РФ), не может быть использован в отношении указанных товаров и услуг, или однородных с ним, без разрешения правообладателя (статья 1229 ГК РФ).

В силу пункта 1 статьи 1515 ГК РФ товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение, являются контрафактными.

По смыслу нормы указанной статьи нарушением исключительного права владельца товарного знака признается использование не только тождественного товарного знака, но и сходного с ним до степени смешения обозначения.

Из содержания приведенных норм следует, что под незаконным использованием товарного знака признается любое действие, нарушающее исключительные права владельцев товарного знака: несанкционированное изготовление, применение, ввоз, предложение о продаже, продажа, иное введение в хозяйственный оборот или хранение с этой целью товарного знака или товара, обозначенного этим знаком, или обозначения, сходного с ним до степени смешения, при этом незаконность воспроизведения чужого товарного знака является признаком контрафактности.

Согласно статье 1252 ГК РФ защита исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и на средства индивидуализации осуществляется, в частности, путем предъявления в порядке, предусмотренном этим Кодексом, требования о возмещении убытков - к лицу, неправомерно использовавшему результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без заключения соглашения с правообладателем (бездоговорное использование) либо иным образом нарушившему его исключительное право и причинившему ему ущерб (подпункт 3 пункта 1).

В случаях, предусмотренных Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков. Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных настоящим Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Согласно пункту 4 статьи 1252 ГК РФ в случае, когда изготовление, распространение или иное использование, а также импорт, перевозка или хранение материальных носителей, в которых выражены результаты интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации, приводят к нарушению исключительного права на такой результат или на такое средство, такие материальные носители считаются контрафактными.

В пункте 59 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от *** N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения.

Судом установлено и материалами дела подтверждается, что истец обладает исключительными правами на товарные знаки и объект авторского права - произведения дизайна, в отношении которых было зафиксировано их нарушение ответчиком.

*** правообладатель выявил факт нарушения исключительного права на указанный товарный знак и произведение дизайна, а именно размещение товарного знака на товарах и упаковках, что подтверждается проведенной в рамках проверки КУСП * от ***.

*** истец в адрес ответчика ФИО3 направлена претензия (ШПИ 60300007269304), получена ответчиком ***, но оставлена им без удовлетворения.

Факт использования ответчиком произведения дизайна и товарного знака подтверждается представленными в материалы дела доказательствами.

*

*

*

Определением МО МВЛ России «Городецкий» от ***, материалы проверки КУСП * от *** переданы по подведомственности в ТО Управления Роспотребнадзора по ....... в Городецком, Ковернинском, .......х.

Определением ТО Управления Роспотребнадзора по ....... в Городецком, Ковернинском, .......х от *** *, в возбуждении дела об административном правонарушении, предусмотренном ст.14.10 КоАП РФ в отношении ФИО3 отказано в связи с отсутствием состава административного правонарушения (в связи с отсутствием доказательств деятельности, направленной на систематическое получение прибыли).

Согласно статье 56 ГПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В соответствии с частью 2 статьи 56 ГПК РФ в качестве доказательств допускаются объяснения сторон и третьих лиц, показания свидетелей, письменные и вещественные доказательства, аудио- и видеозаписи, заключения экспертов.

Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности (часть 3 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Постановление МО МВД России «Городецкий» от *** об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО3 по ч.1 ст. 180 УК РФ, определение ТО Управления Роспотребнадзора по ....... в Городецком, Ковернинском, .......х от *** *, в которых изложены обстоятельства нарушения исключительных прав истца, ответчиком не обжаловались.

К доводам ответчика о том, что сотрудниками полиции на него оказывалось давление при проведении проверки по материалу КУСП, в связи с чем он испугался и сказал, что приобретал ГБЦ для перепродажи, суд относится критически, поскольку ответчик пояснил, что не обжаловал действия сотрудников полиции.

Ответчик не представил доказательств того, что он является правообладателем или автором спорных произведений дизайна, а также не опроверг принадлежность исключительного права на спорный товарный знак истцу. При этом следует отметить, что для рассмотрения настоящего дела не имеет значение, каким образом был выявлен факт нарушения исключительного права.

Как разъяснено в пункте 162 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от *** N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации", согласно пункту 3 статьи 1484 ГК РФ для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров.

При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак. Вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров для указанных лиц. При этом смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения.

Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается. Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется.

В соответствии с пунктом 43 Правил составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков (утв. приказом Министерства экономического развития РФ от *** N 482) (далее - Правила) изобразительные и объемные обозначения сравниваются с изобразительными, объемными и комбинированными обозначениями, в композиции которых входят изобразительные или объемные элементы.

Сходство изобразительных и объемных обозначений определяется на основании следующих признаков: 1) внешняя форма; 2) наличие или отсутствие симметрии; 3) смысловое значение; 4) вид и характер изображений (натуралистическое, стилизованное, карикатурное и тому подобное); 5) сочетание цветов и тонов.

Признаки, указанные в настоящем пункте, учитываются как каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях. При определении сходства изобразительных и объемных обозначений наиболее важным является первое впечатление, получаемое при их сравнении.

Все представленные доказательства являются исчерпывающими и не оставляющими каких-либо сомнений в виновности ответчика в нарушении исключительных авторских прав истца на произведения дизайна (изображения), а также на товарные знаки * и *.

Применительно к обстоятельствам настоящего дела сравнительному анализу подлежали контрафактная продукция и защищенные законом и принадлежащие истцу объекты интеллектуальной собственности: товарные знаки * и *, и произведение дизайна.

Так, согласно объяснениям специалиста ФИО7, коробка и деталь ГБЦ, изъятая у ответчика, имеет многочисленные отличия от оригинальных коробки и детали ГБЦ.

Суд учитывает влияние степени сходства обозначений, степени однородности товаров, иных обстоятельств на вероятность смешения, а не каждого из соответствующих обстоятельств друг на друга.

Сопоставив предлагаемый к реализации ответчиком товар со средством индивидуализации и объектами авторского права истца, суд приходит к выводу о том, что данные товары сходны до степени смешения с товарным знаком и произведениями дизайна, поскольку содержат визуальное и графическое сходство, сходство внешней формы, цвета одинаковое смысловое значение, в связи с этим, признает подтвержденным факт нарушения ответчиком исключительных прав товарный знак и произведение дизайна, принадлежащие истцу.

Сравнив изображение изъятых у ответчика товаров и товарные знаки * и *, произведение дизайна, суд приходит к выводу, что спорный товар, товарный знак и произведение дизайна истца, сходные до степени смешения.

Незначительное расхождение в деталях изображений не препятствуют восприятию у обычного потребителя данных изображений как изображений, принадлежащих истцам.

Указанное свидетельствует о сходстве до степени смешения используемого ответчиком обозначения с товарным знаком истца, а также с графическим изображением, исключительное правы на которые принадлежат истцу.

Доказательств, свидетельствующих о наличии у ответчика права на реализацию в предпринимательских целях спорных объектов интеллектуальной собственности, в деле не имеется. Осуществляя его продажу без согласия истца, тем самым ответчик нарушил исключительные права последнего.

С учетом изложенного, суд признает доказанным факт нарушения исключительных прав истца действиями ответчика по продаже контрафактного товара – «Головка блока цилиндров двигателя внутреннего сгорания с жидкостным охлаждением» TANAKI.

Верховный суд неоднократно указывал, что даже единичное введение контрафактного товара в оборот влечет гражданско- правовую ответственность (Постановление Президиума ВАС РФ от *** N 2384/12; постановление Суда по интеллектуальным правам от *** по делу N А40-40634/2012).

Исходя из разъяснений, изложенных в пунктах 57, 154, 162 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от *** N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации", в предмет доказывания по требованию о защите права на товарный знак входят факт принадлежности истцу указанного права и факт его нарушения ответчиком путем использования товарного знака либо обозначения, сходного с ним до степени смешения, в отношении товаров (услуг), для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров (услуг), одним из способов, предусмотренных пунктом 2 статьи 1484 ГК РФ. В свою очередь ответчик обязан доказать выполнение им требований закона при использовании товарного знака либо сходного с ними до степени смешения обозначения.

Установление указанных обстоятельств является существенным для дела, от них зависит правильное разрешение спора. При этом вопрос оценки представленных доказательств на допустимость, относимость и достаточность является компетенцией суда, разрешающего спор по существу.

Пунктом 7 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от *** N 122 "Обзора практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности" установлено, что действия лица по распространению контрафактных экземпляров произведения образуют самостоятельное нарушение исключительных прав. При этом сам по себе факт приобретения этих экземпляров у третьих лиц не свидетельствует об отсутствии вины лица, их перепродающего.

Ответчиком не доказано принятия всех необходимых мер для того, чтобы не допустить нарушение исключительных прав истца. Приобретая у контрагента товар, содержащий "общеизвестные обозначения", для его последующей розничной реализации ответчик обязан был выяснить обстоятельства правомерности использования изображений на приобретаемом им товаре, получить информацию о наличии разрешения на такое использование путем запроса у поставщика лицензионного договора. Доказательств, подтверждающих, что ответчик предпринимал попытки проверки товара на предмет нарушения исключительных прав третьих лиц, суду не представлено.

Доводы стороны ответчика об отсутствии правовых оснований для взыскания компенсации за нарушение исключительных прав истца, об отсутствии умысла на нарушение исключительных прав, об отсутствии доказательств со стороны истца об умышленном нарушении прав подлежат отклонению, как не основанные на установленных судом обстоятельствах дела и положениях ст. 1253.1 ГК РФ.

Как следует из письменных объяснений ответчика, данных в ходе проверки КУСП 6979, он указал род свой деятельности- грузоперевозки и перепродажа запасных частей. Согласно приложенным к материалу КУСП 6979 скриншотов с сайта «Авито», ответчик выставил от имени «Семен Семенович» объявление о продаже ГБЦ марки «Танаки» Евро-2 на 406 мотор ЗМЗ, указал наличие экземпляров- «несколько», что противоречит доводам ответчика о том, что он предлагал для продажи только один экземпляр.

Кроме того, согласно пояснениям представителя истца, головка *

*

Все три автомобиля ответчика были оборудованы двигателем модели *, поскольку они не предназначены для данных моделей и появились на рынке *

Доводы ответчика относительно оценки представленных скриншотов страниц сайта не свидетельствуют о недопустимости доказательств, поскольку в соответствии с пунктом 55 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от *** N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" допустимыми доказательствами являются, в том числе, сделанные и заверенные лицами, участвующими в деле, распечатки материалов, размещенных в информационно-телекоммуникационной сети (скриншот), с указанием адреса интернет-страницы, с которой сделана распечатка, а также точного времени ее получения. Такие распечатки подлежат оценке судом при рассмотрении дела наравне с прочими доказательствами.

Оценив представленные истцом скриншоты суд отмечает, что они содержат сведения о времени и дате их получения.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу, что ответчик должен был знать, что использование соответствующих результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, содержащихся в таком материале, является неправомерным.

Равно отклоняется судом и довод стороны ответчика о необходимости применения к спорным правоотношениям пункта 4 статьи 1359 ГК РФ, поскольку согласно п. 4 ст. 1359 ГК РФ, не являются нарушением исключительного права на изобретение, полезную модель или промышленный образец использование изобретения, полезной модели или промышленного образца для удовлетворения личных, семейных, домашних или иных не связанных с предпринимательской деятельностью нужд, если целью такого использования не является получение прибыли или дохода.

В данном иске рассматривается требование истца о нарушении прав на товарный знак и объект дизайна (произведение), к которым применяются ст.ст. 1259, 1484 ГК РФ.

*

*

*

*

*

*

*

Оценив размер заявленной ко взысканию компенсации, судом установлено следующее.

Согласно статье 1250 ГК РФ интеллектуальные права защищаются способами, предусмотренными Кодексом, с учетом существа нарушенного права и последствий нарушения этого права.

В соответствии с пунктом 3 статьи 1252 Кодекса в случаях, предусмотренных Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Статьей 1301 ГК РФ предусмотрено, что в случаях нарушения исключительного права на произведение автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных Кодексом (статьи 1250, 1252 и 1253), вправе в соответствии с пунктом 3 статьи 1252 Кодекса требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда; в двукратном размере стоимости экземпляров произведения или в двукратном размере стоимости права использования произведения, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование произведения.

Возможность взыскания компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак предусмотрена статьей 1515 ГК РФ.

Согласно абзацу второму пункта 61 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от *** N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации", заявляя требование о взыскании компенсации в двукратном размере стоимости права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров (товаров), истец должен представить расчет и обоснование взыскиваемой суммы (пункт 6 части 2 статьи 131, абзац восьмой статьи 132 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, пункт 7 части 2 статьи 125 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), а также документы, подтверждающие стоимость права использования либо количество экземпляров (товаров) и их цену.

Если правообладателем заявлено требование о выплате компенсации в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров (товаров), то при определении размера компенсации за основу следует принимать ту стоимость этих экземпляров (товаров), по которой они фактически продаются или предлагаются к продаже третьим лицам. Так, если контрафактные экземпляры (товары) проданы или предлагаются к продаже нарушителем на основании договоров оптовой купли-продажи, должна учитываться именно оптовая цена экземпляров (товаров) (абзац шестой пункта 61 постановления N 10).

Определенный таким образом размер является по смыслу пункта 3 статьи 1252 ГК РФ единственным (одновременно и минимальным, и максимальным) размером компенсации, предусмотренным законом, по правилам указанной нормы.

Компенсация за нарушение исключительных прав, как мера гражданско-правовой имущественной ответственности, подчинена общим принципам гражданского права.

Восстановительный характер гражданско-правовой ответственности, учет принципов недопустимости злоупотребления правом (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации), разумности и справедливости (статья 6 Гражданского кодекса Российской Федерации) обусловливают не только право, но и обязанность суда соизмерять соответствие заявленных требований правообладателя исключительных прав характеру и последствиям правонарушения.

Положение абзаца третьего п. 3 ст. 1252 ГК РФ применяются только при множественности нарушений и лишь в случае, если ответчиком заявлено о необходимости применения соответствующего порядка снижения компенсации.

Поскольку никаких доказательств, свидетельствующих об ином размере ущерба, в рамках производства по настоящему делу представлено не было, судом таких обстоятельств не установлено, суд, определяя размер компенсации, исходя из принципов разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения, с учетом характера допущенного правонарушения, учитывая высокий размер как вероятных убытков истца, считает заявленный размер компенсации соразмерным характеру нарушения. При этом, добровольная выдача ответчиком еще двух контрафактных ГБЦ, не является основанием для признания расчета компенсации неверным, поскольку компенсация рассчитывается в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, т.е. в данном случае- сходя из трех единиц товара.

Ответчиком не заявлялись доводы и не представлялись доказательства, свидетельствующие о наличии оснований для снижения размера заявленной истцом компенсации, в том числе не указывал на наличие обстоятельств, выделенных в Постановлении N 40-П в корреспонденции с правовой позицией о критериях (условиях) снижения компенсации, выраженной в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от *** N 28-П "По делу о проверке конституционности подпункта 1 статьи 1301, подпункта 1 статьи 1311 и подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросами Арбитражного суда .......", соответствующих таким критериям.

При этом суд учитывает, что суд не вправе снижать размер компенсации ниже минимального предела, установленного законом, по своей инициативе, обосновывая такое снижение лишь принципами разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения (Определение Верховного Суда РФ от *** N 305-ЭС21-26632 по делу N А40-244035/2020).

Ответчиком в порядке статьи 56 ГПК РФ доказательств необходимости применения судом такой меры в виде снижения размера компенсации в материалы дела не предоставлено. Представленные стороной ответчика грамоты за участие в школьной и общественной жизни свое ребенка, также не являются основаниями для снижения судом по собственной инициативе размера компенсации.

Кроме того, снижение размера компенсации ниже минимального предела, установленного законом, является экстраординарной мерой, должно быть мотивировано судом и обязательно подтверждено соответствующими доказательствами (пункт 21 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации ***).

Аналогичный правовой подход изложен в определении Верховного Суда Российской Федерации от *** N 305-ЭС16-13233.

Довод представителя ответчика о том, что, поскольку продажа ГБЦ осуществлена не была, прибыли ответчик не получил, соответственно, негативных последствий для правообладателя не наступило, так как все три ГБЦ были изъяты, судом признается необоснованным, поскольку то обстоятельство, что данная контрафактная продукция была изъята, не опровергает факт нарушения исключительных прав правообладателя товарных знаков и причинения ему ущерба.

Существенное значение для правообладателя товарного знака, а именно, для ООО «КиТ» имеет нарушение ответчиком исключительных прав на товарный знак, поскольку истец является коммерческой организацией и участником торговой деятельности, направленной, в том числе, на извлечение прибыли путем использования результатов интеллектуальной деятельности и товарных знаков.

Кроме того, в случае выпуска указанной нелегальной (контрафактной) автомобильной продукции в гражданский оборот, то есть в результате ее дальнейшей реализации, неограниченному кругу лиц на территории Российской Федерации, производителю и правообладателю (истцу), могли быть причинены убытки (упущенная выгода), которые выражаются в виде неполученного дохода, на который увеличилась бы имущественная масса компании при отсутствии нарушения со стороны ответчика.

При таких обстоятельствах, суд, руководствуясь позицией Конституционного суда Российской Федерации, выраженной в Постановлении от *** N 28-П, о возможности снижения размера компенсации ниже минимального предела, установленного абзацем вторым статьи 1301, абзацем вторым статьи 1311, подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 или подпунктом 1 пункта 2 статьи 1537 Гражданского кодекса Российской Федерации, принимая во внимание изложенное, наличие исчерпывающего перечня доказательств, содержащихся в материалах дела, позволяющих достоверно установить нарушение исключительных прав истца именно ответчиком, характер допущенного нарушения, степень вины нарушителя, пришел к выводу, что размер заявленной компенсации в общей сумме 456 000,00 руб. является разумным и справедливым, указанная сумма не превышает разумные пределы с учетом положений пункта 3 статьи 1252 ГК РФ, оснований для снижения размера компенсации судом не установлено.

В этой связи суд удовлетворяет исковые требования в части взыскания компенсаций в полном объеме.

В соответствии с пунктом 1 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

Согласно правовой позиции изложенной в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от *** N 18429/12 по делу N А41-10107/12, статьей 7 Федерального конституционного закона от *** N 1-ФКЗ "Об арбитражных судах в Российской Федерации" и частью 1 статьи 16 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что вступившие в законную силу судебные акты - решения, определения, постановления арбитражных судов обязательны для всех государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, организаций, должностных лиц и граждан и подлежат исполнению на всей территории Российской Федерации. Неисполнение судебных актов, а также невыполнение требований арбитражных судов влекут за собой ответственность, установленную этим Кодексом и другими федеральными законами (часть 2 статьи 16).

Поскольку обязательность исполнения судебных решений является неотъемлемым элементом права на судебную защиту, неисполнение судебного акта или неправомерная задержка его исполнения не обеспечивают кредитору компенсации потерь вследствие неправомерного удержания чужих денежных средств должником, и в свою очередь должник, обязанный уплатить денежные средства, необоснованно извлекает выгоду от неисполнения обязательства, что очевидно входит в противоречие с основными задачами судебной защиты.

Таким образом, неисполнение обязательства, предусмотренного судебным решением, выраженного в денежной форме, влечет невозможность использования взыскателем присужденных в его пользу денежных средств и, как следствие, несение им финансовых потерь, компенсирование которых неисполняемым или не полностью исполняемым судебным актом не предусмотрено.

В случае ненадлежащего исполнения должником судебного решения, возлагающего на него обязанность по выполнению денежного обязательства, взыскатель с целью компенсации вызванных действиями должника финансовых потерь вправе использовать меры судебной защиты путем обращения с иском о взыскании с должника в соответствии со статьей 395 ГК РФ процентов за пользование чужими денежными средствами, начисленными на сумму неисполненного обязательства.

Таким образом, обязанность ответчика оплатить взысканную решением суда денежную сумму представляет собой самостоятельное денежное обязательство, неисполнение которого влечет ответственность, установленную статьей 395 ГК РФ в связи с чем, заявленные истцом проценты подлежат начислению на сумму взысканной компенсации с даты вступления в законную силу настоящего решения и до фактической даты исполнения.

Распределяя судебные расходы, суд руководствуется положениями главы 7 ГПК РФ.

В соответствии со ст. 88 ГПК РФ, судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Истцом при подаче искового заявления была уплачена госпошлина в размере 14 500 руб. (исходя из суммы иска 480 000,00 руб.).

В ходе судебного следствия истец уменьшил исковые требования, в связи с чем поведение истца не является следствием злоупотребления своими правами, а также необоснованностью его требований в момент обращения в суд с настоящим иском, оснований для изменения порядка распределения судебных издержек, понесенных истцом и ответчиком, в связи с рассмотрением дела, в том числе по оплате государственной пошлины за рассмотрение дела судом, не имеется.

В связи с уменьшением истцом исковых требований (до 456 000,00 руб.) с ответчика, на основании пункта 1 статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации, с ответчика подлежит взысканию госпошлина в размере 13 900,00 руб., соответственно, на основании подпункта 1 пункта 1 статьи 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации, излишне уплаченная госпошлина в размере 600,00 руб. подлежит возвращению истцу.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ООО «КиТ» удовлетворить.

Взыскать с ФИО3 *) в пользу ООО «КиТ» (ИНН <***>, ОГРН <***>) компенсацию за нарушение исключительных прав на товарный знак в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, в сумме 228 000,00 руб., компенсацию за нарушение исключительных прав на произведение дизайна, принадлежащего ООО «КиТ», в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров произведения, в размере 228 000,00 руб., судебные расходы по уплате госпошлины в размере 13 900,00 руб., всего 469 900,00 руб.

Взыскать с ФИО3 *) в пользу ООО «КиТ» (ИНН <***>, ОГРН <***>) проценты за пользование чужими денежными средствами по ст. 395 ГК РФ, начисленные на сумму долга (456 000,00 руб.), со дня вступления решения суда в законную силу по день фактического исполнения обязательства.

Возвратить ООО «КиТ» (ИНН <***>, ОГРН <***>) излишне уплаченную платежным поручением * от *** государственную пошлину в размере 600,00 руб.

Решение может быть обжаловано в Нижегородский областной суд в апелляционном порядке в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме через Городецкий городской суд ........

Судья М.В. Сергеева

Мотивированное решение составлено ***.

Судья М.В. Сергеева