Дело №2-в394/2022

УИД: 36RS0022-02-2022-000371-70

Строка 2.146

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

07 ноября 2022 года

Новоусманский районный суд Воронежской области в составе:

председательствующего - судьи Беляевой И.О.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Фатеевой И.В., помощником судьи Кальментьевым А.А.,

с участием представителя истца ФИО1 – адвоката Захаровой Э.В.,

представителя ответчика ФИО2 – по доверенности ФИО3, участвующего в судебном заседании посредством видеоконференц-связи на базе Смольнинского районного суда г.Санкт-Петербурга,

рассмотрев в открытом судебном заседании в с.Верхняя Хава гражданское дело по исковому заявлению ФИО5 к ФИО2 о признании договора дарения жилого дома и земельного участка недействительным и применении последствий недействительности сделки, признании недействительным свидетельства о праве на наследство, погашении записей в ЕГРН о государственной регистрации права собственности на земельный участок и жилой дом,

УСТАНОВИЛ:

ФИО5 обратилась в суд с иском к ФИО2 о признании договора дарения жилого дома и земельного участка недействительным и применении последствий недействительности сделки, признании недействительным свидетельства о праве на наследство, погашении записей в ЕГРН о государственной регистрации права собственности на земельный участок и жилой дом.

В обоснование заявленных требований указав на то, что 30.05.2016 г. между, ФИО5 и ее братом ФИО10 заключен договор дарения, по условиям которого сестра «Даритель» передала, а «Одаряемый» брат принял в дар жилой дом, расположенный по адресу: <адрес>, кадастровый №, назначение жилое, площадь 66,8 кв.м. и земельный участок, расположенный по адресу: <адрес>, кадастровый №, категория земель – земли населенных пунктов, для ведения личного подсобного хозяйства, площадь 3 326 кв.м. По данному Договору произведена государственная регистрация права собственности в Едином государственном реестре недвижимости.

По утверждению истца, несмотря на заключенный и зарегистрированный в установленном порядке договор, у сторон в действительности не было намерения по передаче прав собственности на указанный объект недвижимости. Подписание договора носило фиктивный характер и фактическая передача объектов не производилась, ни истец, ни ее брат не намерены были исполнять данную сделку. ФИО10 постоянно проживал и работал в г. Санкт-Петербург, интереса во владении данным имуществом не имел, в свою очередь истец, постоянно пользовалась домом и земельным участком, а с 2017 года преимущественно проживала там, платила налоги за недвижимость, поддерживала дом в надлежащем техническом состоянии, возделывала земельный участок.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО10 умер, было открыто наследственное дело № 13/2021 в г. Санкт-Петербург нотариусом ФИО12 и в отношении спорного имущества было выдано свидетельство о праве на наследство по закону его жене - ФИО2.

На основании изложенного истец просит суд признать Договор дарения от 30.05.2016 г. жилого дома, расположенного по адресу: <адрес>, кадастровый №, назначение жилое, площадь 66,8 кв.м. и земельного участка, расположенного по адресу: <адрес>, кадастровый №, категория земель – земли населенных пунктов, для ведения личного подсобного хозяйства, площадь 3 326 кв.м, недействительной сделкой, расторгнуть ее и привести стороны в первоначальное положение. Признать недействительным Свидетельство о праве на наследственное имущество, расположенное по адресу: <адрес>, выданное на имя ФИО2. Погасить в ЕГРН запись о регистрации права собственности ФИО2 на земельный участок № 36:07:2400001:16-36/077/2022-4 и жилой дом №36:07:2400001:302-36/077/2022-4.

Истец ФИО1, надлежащим образом извещенная о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явилась, просила рассмотреть дело в ее отсутствие.

Представителя истца ФИО1 – адвокат Захарова Э.В. в судебном заседании поддержала заявленные исковые требования, просила суд их удовлетворить, соответственно полагала заявление о взыскании судебных расходов не подлежащим удовлетворению.

Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явилась, уведомлена о времени и месте судебного заседания надлежащим образом, просила рассмотреть дело в ее отсутствие.

Представитель ответчика ФИО2 – по доверенности ФИО3, участвующий в судебном заседании посредством видеоконференц-связи, просил отказать в удовлетворении исковых требований, по основаниям, указанным в отзыве на исковое заявление, указал на то, что истцом пропущен срок исковой давности, поэтому также просил в удовлетворении исковых требований ФИО5 к ФИО2 отказать в полном объёме (т. 1 л.д. 37-39, 75-76).

Представитель третьего лица Новоусманского межмуниципального отдела Управления Росреестра по Воронежской области в судебное заседание не явился, о слушании дела извещен надлежащим образом, суду представлено заявление о рассмотрении дела в его отсутствие.

Суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся сторон, с участием их представителей.

Изучив материалы дела, выслушав представителей сторон и разрешая требования истца по существу, руководствуясь ст.ст. 56, 60, 67 ГПК РФ, суд исходит из следующего.

Статья 46 Конституции Российской Федерации гарантирует каждому судебную защиту его прав и свобод.

В соответствии со статьей 2 ГПК РФ задачами гражданского судопроизводства являются правильное и своевременное рассмотрение и разрешение гражданских дел в целях защиты нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов граждан, организаций, прав и интересов Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований, других лиц, являющихся субъектами гражданских, трудовых или иных правоотношений.

Статьей 3 ГПК РФ предусмотрено право заинтересованного лица в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов.

Способы защиты права установлены статьей 12 Гражданского кодекса РФ либо иным федеральным законом.

Таким образом, действующим законодательством установлено, что предметом судебной защиты могут являться нарушенные или оспариваемые права, свободы и законные интересы.

Согласно части 1 статьи 55 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

Принцип состязательности, являясь одним из основных принципов гражданского судопроизводства, предполагает, в частности, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Именно это правило распределения бремени доказывания закреплено в части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Каждое лицо, участвующее в деле, должно раскрыть доказательства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений, перед другими лицами, участвующими в деле, в пределах срока, установленного судом, если иное не установлено настоящим Кодексом (ч.3 ст. 56 ГПК РФ).

Согласно части 1 статьи 8 Гражданского кодекса РФ гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

Из статьи 9 ГК РФ следует, что граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

Не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом) (ст. 10 ГК РФ).

Из материалов гражданского дела следует, что 30.05.2016 между, ФИО5 «Даритель», и ее братом ФИО10 «Одаряемый» заключен договор дарения (т. 1 л.д. 12, 41-42).

Согласно п.1 договора дарения, «Даритель» сестра передала, а «Одаряемый» брат принял в дар, жилой дом, расположенный по адресу: <адрес>, кадастровый №, назначение: жилое, площадь 66,8 кв.м. и земельный участок, расположенный по адресу: <адрес>, кадастровый №, категория земель – земли населенных пунктов, для ведения личного подсобного хозяйства, площадь 3 326 кв.м

Одаряемый в дар от Дарителя жилой дом и земельный участок принимает (п.3 договора дарения).

Одаряемый приобретает право собственности на жилой дом и земельный участок с момента государственной регистрации перехода права собственности в Верхнехавском отделе Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Воронежской области (п.4 договора дарения).

Факт государственной регистрации перехода права собственности подтверждается соответствующими штампами на договоре дарения, а именно 02.06.2016 года произведена государственная регистрация права собственности на жилой дом под № 36-36/008-36/008/005/2016-371/2, а также 02.06.2016 года произведена государственная регистрация права собственности на земельный участок под № 36-36/008-36/008/005/2016-372/2.

В соответствии со ст. 578 п. 4 ГК РФ, Даритель не вправе отменить настоящий договор в случае смерти Одаряемого ранее Дарителя (п.6 договора дарения).

Стороны заявляют, что они действуют сознательно, добровольно, не вынужденно, на обоюдно выгодных условиях, понимают значение своих действий, не страдают заболеваниями, в том числе психическими, лишающими их возможности понимать значение своих действий или руководить ими (п.7 договора дарения).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО10 умер, что подтверждается справкой о смерти №С-14358 от 18.10.2021 года (т. 1 л.д. 40).

В судебном заседании установлено, что после смерти ФИО10 было открыто наследственное дело № 13/2021 в г. Санкт-Петербург нотариусом ФИО12 и в отношении спорного имущества было выдано свидетельство о праве на наследство по закону его жене - ФИО2.

Данный факт сторонами не оспаривается, обратного суду не представлено.

В материалах дела представлены Выписки из ЕГРН, согласно которым, собственником недвижимых объектов: жилой дом, расположенный по адресу: <адрес>, кадастровый №, назначение: жилое, площадь 66,8 кв.м. и земельный участок, расположенный по адресу: <адрес>, кадастровый №, категория земель – земли населенных пунктов, для ведения личного подсобного хозяйства, площадь 3 326 кв.м, является ФИО2, номер государственной регистрации права на земельный участок № 36:07:2400001:16-36/077/2022-4, на жилой дом №36:07:2400001:302-36/077/2022-4, дата государственной регистрации права 27.04.2022 года и 26.04.2022 года, соответственно (т. 1 л.д. 13-16).

Истец в обоснование требования о признании договора дарения недействительным указывает на то обстоятельство, что у сторон в действительности не было намерения по передаче прав собственности на указанный объект недвижимости. Подписание договора носило фиктивный характер и фактическая передача объектов не производилась, ни истец, ни ее брат не намерены были исполнять данную сделку.

В соответствии с пунктом 2 статьи 218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

Из статьи 572 ГК РФ следует, что по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

При наличии встречной передачи вещи или права либо встречного обязательства договор не признается дарением. К такому договору применяются правила, предусмотренные пунктом 2 статьи 170 настоящего Кодекса.

Обещание безвозмездно передать кому-либо вещь или имущественное право либо освободить кого-либо от имущественной обязанности (обещание дарения) признается договором дарения и связывает обещавшего, если обещание сделано в надлежащей форме (пункт 2 статьи 574) и содержит ясно выраженное намерение совершить в будущем безвозмездную передачу вещи или права конкретному лицу либо освободить его от имущественной обязанности.

Обещание подарить все свое имущество или часть всего своего имущества без указания на конкретный предмет дарения в виде вещи, права или освобождения от обязанности ничтожно.

Договор, предусматривающий передачу дара одаряемому после смерти дарителя, ничтожен.

К такому рода дарению применяются правила гражданского законодательства о наследовании.

В соответствие со статьей 574 ГК РФ дарение, сопровождаемое передачей дара одаряемому, может быть совершено устно, за исключением случаев, предусмотренных пунктами 2 и 3 настоящей статьи.

Передача дара осуществляется посредством его вручения, символической передачи (вручение ключей и т.п.) либо вручения правоустанавливающих документов (п.1).

Договор дарения движимого имущества должен быть совершен в письменной форме в случаях, когда:

дарителем является юридическое лицо, и стоимость дара превышает три тысячи рублей;

договор содержит обещание дарения в будущем.

В случаях, предусмотренных в настоящем пункте, договор дарения, совершенный устно, ничтожен (пункт 2 статьи 574 ГК РФ).

Договор дарения недвижимого имущества подлежит государственной регистрации (пункт 3 статьи 574 ГК РФ).

Истцом в ходе рассмотрения дела указано, что у сторон в действительности не было намерения по передаче прав собственности на указанный объект недвижимости, подписание договора носило фиктивный характер.

Как указано в статье 166 ГК РФ, сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

В случаях, когда в соответствии с законом сделка оспаривается в интересах третьих лиц, она может быть признана недействительной, если нарушает права или охраняемые законом интересы таких третьих лиц.

Сторона, из поведения которой явствует ее воля сохранить силу сделки, не вправе оспаривать сделку по основанию, о котором эта сторона знала или должна была знать при проявлении ее воли (пункт 2 статьи 166 ГК РФ).

Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166 ГК РФ).

Суд вправе применить последствия недействительности ничтожной сделки по своей инициативе, если это необходимо для защиты публичных интересов, и в иных предусмотренных законом случаях (пункт 4 статьи 166 ГК РФ).

Заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки (пункт 5 статьи 166 ГК РФ).

В статье 167 ГК РФ указано, что недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

За исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 1 статьи 168 ГК РФ).

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 2 статьи 168 ГК РФ).

Согласно пунктам 1, 2 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Из пункта 86 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" следует, что мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

В силу положений статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации бремя доказывания притворности сделки лежит на лице, заявившем о ее притворности.

Исходя из установленных судом обстоятельств, доказательств того, что у сторон в действительности не было намерения по передаче прав собственности на указанный объект недвижимости, подписание договора носило фиктивный характер и фактическая передача объектов не производилась, ни истец, ни ее брат не намерены были исполнять данную сделку, отвечающих критериям относимости и допустимости истцом в материалы дела не представлено.

Судом установлено, что договор дарения был заключен в установленной письменной форме, содержит все существенные условия, подписан (что не оспаривалось сторонами) и передан сторонам на руки.

Каких-либо нарушений при оформлении договора дарения спорного недвижимого имущества допущено не было.

Правовые последствия договора дарения наступили - право собственности на дом и земельный участок за Одаряемым зарегистрировано в установленном законом порядке.

В судебном заседании так же было установлено, что Одаряемый осуществлял во исполнение договора дарения права владения, пользования, распоряжения жилым домом и земельным участком, нес расходы, связанные с оформлением данного договора, расходы по содержанию имущества, по 3-4 месяца в году проживал в спорном домовладении.

При определении того, был ли между сторонами заключен договор, каким является содержание его условий и как они соотносятся между собой, совпадает ли волеизъявление сторон с их действительной общей волей, а также является ли договор мнимой или притворной сделкой, суду необходимо применить правила толкования договора, установленные статьей 431 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно указанной статье при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Суд, оценив спорный договор дарения квартиры по правилам статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации, полагает, что содержание спорного договор дарения прямо свидетельствует о воле дарителя на безвозмездную передачу принадлежащего ему имущества.

Из него прямо следует, что Даритель подарил, а Одаряемый принял в дар дом и земельный участок, Даритель в действительности имел намерение подарить одаряемому данные объекты недвижимости, так как подписывая договор дарения, в пункте 7, стороны оговорили, что они действуют сознательно, добровольно, не вынужденно, на обоюдно выгодных условиях, понимают значение своих действий, не страдают заболеваниями, в том числе психическими, лишающими их возможности понимать значение своих действий или руководить ими.

Кроме того, пунктом 6 договора дарения, стороны договора определили, что в соответствии со ст. 578 п. 4 ГК РФ, Даритель не вправе отменить настоящий договор в случае смерти Одаряемого ранее Дарителя.

Данное обстоятельство, по мнению суда, указывает на то, у сторон как раз были намерения о передаче собственности на указанный объект недвижимости от Дарителя к Одаряемому, воля сторон в момент совершения сделки была направлена на заключение договора дарения.

В подтверждение юридически значимых обстоятельств по делу, а именно того, что Одаряемый по Договору дарения от 30.05.2016 года ФИО10 действительно принял в дар земельный участок, расположенный по адресу: <адрес>, кадастровый № и дом, расположенный на указанном земельном участке, кадастровый № и в дальнейшем владел ими как собственник, нес расходы, связанные с владением объектами недвижимости, осуществлял переводы истцу как лично, так и через сына ФИО9 денежных средств на оплату налогов, коммунальных платежей и текущих расходов на содержание домовладения, стороной ответчика в материалы дела были представлены письменные доказательства, а именно переписка истца с ответчиком в мессенджере Вотсап от 16.03.2022 года и чеки о банковских переводах со счёта ответчика истцу от 10.02.2022 года и 16.03.2022 года, квитанции от 31.05.2019 года на 25 000 руб., от 11.06.2019 года на 15 000 руб., от 22.05.2021 года на 5 000 руб. на общую сумму 45 000 рублей, кассовые чеки от 01.07.2017 года, от 01.07.2017 года, от 24.07.2017 года, накладная № 21 от 07.08.2017 года, товарные чеки № 00012626 oт 13.07.2018 года с кассовыми чеками, № ОС002030 от 19.07.2018 года, накладная на возврат № 286 от 19.07.2018 года с кассовым чеком, товарные чеки № 00013069 от 19.07.2018 года с кассовыми чеками, б/н от 20.07.2018 года, № 00013536 от 25.07.2018 года, № ОС002090 от 25.07.2018 года, № 25177-1 от 25.07.2018 года, № 00011813 от 02.07.2018 года, накладная на возврат № 348 от 07.08.2018 года, № 00014479 от 07.08.2018 года, товарный чек № 00014478 от 07.08.2018 года с кассовым чеком, накладная на возврат № 349 от 07.08.2018 года с кассовым чеком, всего на общую сумму 217 263 рубля (т. 1 л.д. 43-44, 45, 46, 102, 103, 104, 105-132).

Указанные платёжные и отгрузочные документы подтверждают, что ФИО10 был реальным собственником объектов недвижимости, н?с существенные затраты, связанные с улучшением своей собственности, осуществляя строительство на земельном участке как нового жилого дома, бани, гаража, так и ремонт старого дома, в котором он проживал, когда приезжал в свое домовладение.

Также суду представлен договор об оказании услуг связи от 12.05.2011 года, который заключен ФИО10, договор об оказании услуг связи от 24.08.2014 года, заявление на добавление услуг от 05.06.2015 года. Указанные документы подтверждают, осуществление ФИО10 во исполнение договора дарения прав владения, пользования жилым домом и земельным участком регулярно и достаточно длительное время. Так им было приобретено оборудование для мобильной связи и доступа в информационно-телекоммуникационную сеть Интернет на территории с. Малая Приваловка (т. 1 л.д. 132, 133, 134, 135, 136, 137).

На обозрение суда стороной истца предоставлены платежные поручения из «Сбербанк-онлайн», свидетельствующие об оплате коммунальных услуг за 2019-2021гг. ФИО5 :«Газпром межрегионгаз Воронеж» на сумму 59 391,04 руб., ПАО «ТНС энерго Воронеж» на сумму 24 706,10 руб., ПАО «Ростелеком» на сумму 4 623,70 руб., ООО «Вега» на сумму 2 372,34 руб. общая сумма, оплаченная за три года, составила 91 093,18 руб. данные обстоятельства не оспаривались стороной ответчика. При этом в ходе судебного разбирательства было установлено, что ФИО10 был состоятельным человеком, владельцем бизнеса на протяжении многих лет, имел 80% уставного капитала в ООО «Типография», 75 % уставного капитала в ЗАО «Остров», которая являлась его основной организацией, в которой он являлся генеральным директором, имел большой по площади земельный участок в собственности, расположенный на Васильевском острове, данные обстоятельства не оспаривались стороной истца. Из пояснений свидетелей ФИО4, ФИО9, ФИО26, ФИО28, ФИО8, следует, что финансированием строительства занимался всегда только ФИО15, денежные средства на содержание всего домовладения в крупных суммах Клочков привозил лично или передавал через сына, иногда делал безналичные переводы, но как человек старой формации предпочитал наличные денежные средства, что подтверждается вышеуказанными доказательствами, представленными стороной ответчика, а именно чеками о банковских переводах от 31.05.2019 года на 25 000 руб., от 11.06.2019 года на 15 000 руб., от 22.05.2021 года на 5 000 руб. на общую сумму 45 000 рублей. Суд, оценивая указанные доказательства, отмечает, что переводы сделаны в значительных суммах в течение месяца (май 2019г., июнь 2019г. на сумму 40 000 руб. при этом при осуществлении перевода указано «на дачу»). Судом установлено, что передача денежных средств на содержание всего домовладения осуществлялась ФИО10 систематически, регулярно, данное обстоятельство не оспорено стороной истца. Также свидетели пояснили, что проживал ФИО10 всегда в старом доме, отремонтировал комнату, поддерживал его в пригодном для проживания состоянии, а новый дом строил для детей, называл его «гостевым». Все допрошенные свидетели пояснили, что ФИО5 занималась на территории домовладения исключительно огородом, садоводством, иногда решала мелкие бытовые вопросы (починка крана и т.д.), проживала в старом доме. Истец, утверждая, что по договоренности с братом ФИО10 является реальным владельцем старого дома и земельного участка, что впоследствии они собирались узаконить, разделив домовладение, в ходе судебного разбирательства не представила ни одного доказательства несения расходов на содержание старого дома, осуществление в нем ремонта, приобретение мебели и т.д., несмотря на то, что дом приобретен в 90-е годы и несомненно требовал определенных вложений. Сам факт оплаты коммунальных, налоговых платежей (в 2020г.), получение посылок в 2020-2022г. ФИО5 по адресу спорного домовладения и наличие дохода (пенсия в размере 25 586,12 руб. и согласно справки 2-НДФЛ за 2018г. среднемесячный заработок составил 20 833 руб., за 2017г. - 15 000 руб.) не является бесспорным доказательством того, что ФИО5 является реальным владельцем спорного домовладения и регулярно несла расходы по коммунальным платежам за счет собственных денежных средств.

Судом установлено, что фактически между истцом и ФИО10 после заключения договора дарения сложились отношения безвозмездного пользования земельным участком, расположенным по адресу: <адрес>, кадастровый № и домом, расположенным на указанном земельном участке, кадастровый № на неопределённый срок, заключённым в устной форме, в соответствии с пп. 1, 2 ст. 689 ГК РФ. Учитывая близкие родственные отношения, по данному договору истец могла безвозмездно проживать в доме и пользоваться земельным участком, при этом частично несла бремя содержания объектов недвижимости, иногда оплачивала коммунальные платежи из собственных средств, мелкий ремонт в быту и пр. Взамен ФИО10 мог быть уверен в том, что в его отсутствие за домом и земельным участком осуществляется надлежащий контроль. При этом, ФИО10 систематически передавал лично истцу денежные суммы, связанные с содержанием домовладения, осуществлял переводы самостоятельно и через сына ФИО9, по меньшей мере по 3-4 месяца в году проживал в доме в с.Малая Приваловка и все близкие родственники, соседи знали о его намерении переехать в спорное домовладение на постоянное место жительства, планировал провести в нем старость, о чем он неоднократно заявлял. Он постоянно проводил работы по улучшению данных объектов недвижимости, осуществляя крупные материальные вложения в спорное домовладение до даты смерти. Суд также отмечает, что даже после завершения строительства нового дома ФИО10 продолжал проживать в старом доме. При этом, местом смерти ФИО10 является г. Воронеж, куда он был доставлен на машине скорой помощи из собственного дома, из с. Малая Приваловка.

При этом, в судебном заседании установлено, что отношения между братом ФИО10 и сестрой ФИО5 были родственные, теплые, неприязненных, конфликтных отношений не было, обе стороны договора дарения образованы, каждый из них в сфере своей деятельности достиг профессионального роста. Так, ФИО10 являлся генеральным директором крупной компании, имел свой бизнес, ФИО5 на протяжении многих лет работала главным бухгалтером, находясь на пенсии, продолжает осуществлять трудовую деятельность по специальности. Стороны договора находились в пенсионном возрасте. В связи с чем суд полагает надуманным довод представителя истца о том, что стороны оспариваемого договора дарения не понимали и не придавали значения его правовым последствиям. Данный довод не нашел своего подтверждения в ходе судебного разбирательства.

Указанные выше обстоятельства подтверждаются пояснениями свидетелей, которые являются соседями ФИО10 по домовладению, расположенному в с. Малая Приваловка и близкими родственниками - детьми умершего ФИО10: ФИО4 и ФИО9, допрошенными в ходе судебного разбирательства.

Так, свидетель ФИО4 суду пояснила, что ФИО10 - ее отец, ответчик ФИО2 – это ее мама, а истец ФИО14 – это сестра отца. В Малой Приваловке она бывала с рождения, отец с мамой рассказали, что приобрели дачу в середине 90-х, отец купил участок для себя и своей семьи, дополнительно он преследовал цель улучшить условия своим родителям, т.к. они жили в г. Воронеж на улице Кольцовской, на пятом этаже, под металлической крышей, в квартире летом было очень душно. Они семьей из Санкт-Петербурга ездили на дачу постоянно, на все лето, отец ездил чаще, месяцами там пребывал. Меньше месяца он никогда не бывал, приезжал по два-три раза в году. После смерти бабушки и дедушки, отец спросил у них с братом, будем ли мы приезжать к нему в Малую Приваловку, если он построит новый дом, они ответили согласием. Отец постоянно выражал свое желание провести старость в доме в Приваловке, в своем домовладении, ему очень нравилось место, природа, у него здесь было много друзей, он готовился к этому, осуществлял строительство бани, нового дома. Сам отец любил жить в старом доме, там были замечательные условия, он саманный, там летом в жару прохладно, а зимой он сохраняет тепло, у него там была своя комната, а новый дом он строил для них - детей, внуков, он был гостевым. Старый дом и земельный участок был приобретен отцом, но оформлен был на дедушку, потому что в те времена так ФИО10 было удобно, что-то с налогами связано (с налоговым вычетом). Семья была дружная, все это знали и никто не претендовал. Отношения с тетей ФИО5 всегда были хорошие. В отношении домовладения в с.Малая Приваловка между тетей и отцом свидетеля никакой договоренности не было. После смерти бабушки, поскольку отец находился в Санкт-Петербурге, другая сестра отца – тетя Вера проживала на Украине, оформить наследство на ФИО5 просто было проще, потому что она проживала в Воронежской области. А потом, по договору дарения, имущество, которое принадлежало всегда отцу свидетеля, вернулось к своему владельцу. Изначально после покупки дома, туда приезжала вся их семья, отец подготавливал дом для бабушки и дедушки, родители его приводили в состояние, чтобы там можно было проживать круглый год, оплачивал все отец. ФИО5 приезжала поначалу только в гости. Потом умер дедушка, они продолжали ездить к бабушке, нанимали сиделок для нее, у нее были больные ноги, т.к. она попадала в аварию, у нее были переломы ног, она нуждалась в уходе. Любовь Евгеньевна помогала, так как была территориально близка, могла с ними общаться, а из Санкт-Петербурга трудно ездить, материальные расходы отец всегда брал на себя, помогал регулярно. Она сама лично привозила денежные средства от папы наличными и передавала их бабушке и дедушке. При этом помощь тети - ФИО5 была не постоянной, т.к. она проживала в городе и работала там, только последние лет 5 она работает дистанционно. После смерти дедушки и бабушки через какое-то время, с согласия отца, Любовь Евгеньевна стала проживать постоянно в этом доме, присматривала за ним, когда не было отца, такая у них была договоренность. Любови Евгеньевне нравилось там, а отец не возражал, т.к. это его родная сестра. После смерти бабушки и дедушки наследство поделили между тремя детьми. У дедушки был еще участок на Дальних садах, там был дом, но условия гораздо хуже, чем в Приваловке. Домовладение в с.Малая Приваловка оформила на себя тетя ФИО5, а в 2016г. переоформила на отца, потому что все в семье знали, что это его имущество. У нашей семьи это был единственный участок (дача) и нам хотелось проводить время с отцом, а ему нравилось в Приваловке, он душу туда вкладывал, свидетель с братом выросли там, знают всех соседей. Когда умер отец, свидетель с братом отказались от наследства в пользу мамы - ФИО2 Решать вопросы втроем сложнее, чем одному человеку. И у них не возникало вопроса о том, чтобы вернуть имущество Дроздовой, т.к. это всегда принадлежало отцу, а после его смерти их матери и им самим - детям. Истец хотела получить часть участка, так как она ухаживала за бабушкой и дедушкой. Они готовы предоставить ей возможность проживать в доме, как и раньше, что и происходит сейчас. После смерти отца, их мать - ФИО2 переводила денежные средства на оплату коммунальных услуг, разбиралась с электричеством. Когда рухнул колодец, они с братом приезжали и самолично засыпали его, заказывали песок.

Свидетель ФИО6 пояснил, что знал семью ФИО33, их отец – его хороший друг, его детей он знал с детства, 23 года назад познакомились с семьей. Общались каждый год с 1996 года, ФИО33 приезжали в Приваловку каждый год, он живет в Желдаевке и они встречались. Всякие насущные жизненные проблемы обсуждали. Кому принадлежит домовладение ему неизвестно, но приезжал ФИО10 каждый год летом на месяц-полтора, иногда чаще, занимался строительством дома нового, гаража и бани. Он ему помогал бревна поднимать, когда он строил. ФИО10 был очень обеспеченным человеком и мог закончить строительство за один год, но ему нравилось самому всем заниматься, он делал с душой для себя, для детей, собирался на пенсии переехать на постоянное проживание в Приваловку, старался все сделать с душой своими руками, каждое бревнышко сам шлифовал. Ему это известно, потому что он рассказывал и он сам видел, т.к. помогал ему в строительстве бани. Знал родителей ФИО10, с сестрой редко общался. Также свидетелю известно, что Люба - сестра там жила после смерти родителей, занималась огородом. Кому принадлежал и принадлежит спорное домовладение ему неизвестно.

Свидетель ФИО7 дала аналогичные показания свидетелю ФИО6, дополнив тем, что когда они в 1995 году подбирали себе земельный участок для дачи, то хотели купить изначально участок №18, но когда приехали, то опоздали и продавец им пояснил, что земельный участок уже купил молодой человек из г. Ленинграда, под это описание подходил ФИО10, они (ФИО32) впоследствии купили участок №22 и стали соседями, дружили потом, дети вместе росли. Они сразу переехали в этот дом и стали общаться. Потом родители ФИО10 стали там проживать, а когда родители стали беспомощными, Любовь Евгеньевна стала приезжать, ухаживать за ними, а после их смерти стала проживать там и присматривать за домовладением, занималась огородом. ФИО10 приезжал постоянно, хотя на участке не было бани, не было хорошего дома. И он решил, с согласия детей, начать строительство нового дома гостевого, потом начал строительство бани. У ФИО10 и Любови были разногласия по управлению и содержанию домовладения в связи с тем, что ФИО10, действуя как собственник домовладения, выражал недовольства Любови о действиях, предпринятых ею по содержанию домовладения. Других конфликтов не было. В разговоре ФИО10 никогда не упоминал о том, что этот участок на самом деле принадлежит Любови Евгеньевне, потому что он был собственником, вел себя как хозяин и он приезжал к себе домой, а не в гости и делал все как считал нужным. Это его по праву. Любовь Евгеньевна стала приезжать в 2005 г., ухаживала за родителями, но не жила в доме постоянно, были сиделки. Ей известно, что на сиделок денежные средства передавал ФИО10. После 2005г. ФИО5 постоянно приезжала, длительными наездами, летом жила и зимой приезжала, могла уехать на несколько дней в город. Все эти обстоятельства ей известны от самого ФИО10 и с Дроздовой у нее хорошие отношения, этих обстоятельств никто не скрывал. Но ей известно, что приезжала ФИО5 в домовладение брата, он содержал дом, дети его приезжали постоянно, осуществлял строительство дома, гаража, бани. Она видела как устанавливалась им сантехника, проводилась канализация, выкапывалась траншея, он делал это сам. ФИО10 часто делился тем, что планирует жить в Приваловке, в доме, на пенсии, а потом передать детям. Ей известно, что он передавал Любе денежные средства сам и сын присылал. Если бы не смерть, ФИО10 довел бы строительство до конца.

Свидетель ФИО8 суду пояснил, что с семьей ФИО33 он познакомился в середине 1990-ых гг. в с.Малая Приваловка. Дети ФИО33 и его играли вместе, приходили в гости, потом познакомились с супругой ФИО10 – Галиной, потом с ФИО10. Каждое лето ФИО33 приезжали в с. Малая Приваловка. Где-то в 2007-2008 году ФИО10 обратился к нему за помощью в строительстве гостевого дома для детей. Он хотел, чтобы он сделал проект, поскольку являлся художником. Он сделал проект, нашел бригаду и вел авторский надзор за бригадой и строительством нового дома, следил за качеством работ. Все работы оплачивал ФИО10, это его домовладение, его идея, его мечта. Планы у него были провести старость именно в домовладении в с.Малая Приваловка. Он для родителей улучшал условия проживания, когда они были живы, сам планировал жить в старом доме. Новый дом он строил для детей, которые любили летом гостить у него. Также он ему помогал с проектом бани. Все оплачивал ФИО10, также он просил его контролировать процесс строительства в его отсутствие. Его сестра - ФИО5 не имела к строительству никакого отношения, соответственно расходов на строительство не несла. О договоре дарения между ФИО10 и его сестрой ему ничего неизвестно. Постоянно в доме никто не проживал, приезжали то ФИО10, то Люба. ФИО10 приезжал каждый год, в основном летом и осенью, меньше месяца не был никогда. Вопрос о разделе земельного участка на два домовладения никогда не ставился.

Свидетель ФИО9 суду пояснил, что является сыном умершего ФИО10 и ответчика ФИО2, по существу дал показания, аналогичные пояснениям свидетеля ФИО4, дополнив тем, что отец строил новый дом и гараж, в 2011-2013 году привозили сруб бани, последние года два-три он активно занимался баней, планировал завершить строительство, заказал и оборудовал купель в бане. Отец мог и любил многое делать своими руками. Ему известно, что отец регулярно передавал денежные средства Любови Евгеньевне, он говорил об этом, один раз он переводил деньги по его указанию и тогда он просил указать в переводе – «на дачу». Суммы были разные. Безналичный расчет не любил, предпочитал передавать наличными. Зачастую он просто с собой деньги привозил. Проживала его тетя - ФИО5 в домовладении отца, т.к. это нормальные человеческие отношения. Был момент, когда домовладение было оформлено на ФИО5, отец переживал и высказывал недовольство и тревогу из-за возникшей заминки на целый год по переоформлению домовладения на него. Все родственники и близкие знали, что собственником и владельцем домовладения в с.Малая Приваловка является отец. Разбирая отцовские документы, он обнаружил черновики договора дарения, датированные 2015 годом, и только спустя год он был оформлен.

В судебном заседании обозревался мобильный телефон, принадлежавший ФИО10, телефон является носителем информации, а именно переписки ФИО10 со строительной бригадой в бизнес-аккаунте, а именно с ФИО35, имеются фотографии процесса строительства, фотографии бассейна-купели, который ФИО10 планировал оборудовать в связи со строительством бани, согласовал чертежи, оплатил купель, договорился о доставке купели в <адрес> (т. 1 л.д.169-179). Также в памяти телефона содержится многочисленное количество фотографий, на которых ФИО10 в кругу семьи: детей и внуков находится в домовладении в с.Малая Приваловка. При этом, согласно геолокации возможно установить местоположение, где делались эти фотографии, что подтверждает нахождение ФИО15 несколько месяцев в году в своем домовладении в с.Малая Приваловка (т. 1 л.д.138-168).

При этом довод представителя истца о том, что эти фотографии содержатся в памяти телефона как пересланные сообщения является несостоятельным, поскольку при пересылке изображений местоположение, флажок геолокации не фиксируется.

Стороной ответчика предоставлены чертежи бани, фотографии, на которых изображена купель на стадии оборудования, внутреннее обустройство бани (т. 1 л.д.180-192).

Доводы истца о том, что одаряемый ФИО10 постоянно проживал и работал в г. Санкт Петербурге, интереса во владении данным имуществом не имел, являются необоснованными и опровергается совокупностью представленных по делу доказательств.

Доводы представителя истца о том, что показания свидетелей ФИО4 и ФИО9 не могут быть приняты в качестве допустимого доказательства, т.к. он являются лицами, заинтересованными в исходе дела, судом не могут быть приняты как обоснованные, поскольку свидетели дали последовательные показания, подробно пояснив обстоятельства относительно предмета спора, их показания согласуются как с иными письменными доказательствами, так и показаниями других свидетелей, основания, позволяющие сомневаться в их правдивости, у суда отсутствуют, неприязненных отношений с истцом нет, свидетели предупреждались об уголовной ответственности.

Показания свидетелей ФИО11, ФИО13, ФИО28, ФИО27, допрошенных судом по ходатайству истца, также не подтверждают обстоятельства, на которые ссылается истец ФИО5.

Так, свидетель ФИО11, суду пояснила, что является соседкой истца ФИО5, проживает по адресу <адрес> 1998 года и примерно с этого времени знакома с семьей. Неоднократно была у них в гостях, была знакома и с ее родителями. Люба сначала ухаживала за пожилыми родителями и приезжала из города к ним. После смерти родителей Люба стала проживать в доме постоянно и там же работала. Насколько ей известно, занималась садоводством, ухаживала за участком. Кто материально обеспечивал содержание домовладения, ей не известно. ФИО16 непостоянно проживал в доме, но приезжал регулярно, занимался строительством. Кто оплачивал коммунальные платежи, ей достоверно не известно. Брата истца она знает хорошо. О том, что дом оформлен на ФИО10 она узнала только, когда Люба обратилась в суд, узнала об этом со слов соседей, ничего конкретного никто не сообщал, просто говорили, что будут суды. Также ей известно, что на земельном участке два дома: старый и новый, постройки: гараж, баня. Кто управлял, финансировал строительство, ей неизвестно. Известно лишь то, что ФИО5 последнее время проживала в домовладении.

Свидетель ФИО13 суду пояснила, что семья Дроздовых ей знакома с 1996 года, так как ее семья живет по соседству, дома находятся напротив друг друга. Она часто заходила к ним в гости. Родителей ФИО5 и ФИО10 хорошо помнит. Кому принадлежит домовладение, ей неизвестно, потому что таких разговоров между ними никогда не было. Кто осуществлял строительство нового дома, производил улучшения, ей неизвестно. ФИО10 приезжал регулярно, 1-2 раза в год, примерно на месяц, навещал родителей, дети его тоже приезжали и уезжали, а ФИО10 оставался и занимался стройкой. Относительно настоящего судебного спора ей известно со слов истца и ее сына, что дом оформлен на ФИО10, но он обещал Любе поделить домовладение и что-то оформить на сына истца – Юрия, вроде должен передать часть земельного участка, на котором расположена баня, ФИО36. Когда между ними была договоренность об этом, бани там еще не было. Кто оплачивал коммунальные услуги и за чьи денежные средства, достоверно ей неизвестно, но поскольку своего почтового ящика у них не было, то квитанции клали в ее почтовый ящик, а она передавала их ФИО5 Со слов ФИО5, когда начался спор в суде, ей стало известно, что домовладение оформлено на ФИО10.

Свидетель ФИО28 суду пояснил, что под руководством и полным финансированием ФИО10 производил строительные работы с 2012 до 2017гг. на территории домовладения в <адрес> поляна, 18. Строительные работы проводились сезонно с весны до осени. С ФИО10 согласовывался объем работ, обсуждалась смета, он нанимал рабочих, проверял работу, контролировал ход строительства, он производил оплату сам, либо передавал через кого-то. Строился новый дом, баня, на первом этаже нового дома расположен гараж. Строительством бани он (свидетель) не занимался, только внутренние работы, отделка в 2021году, до смерти ФИО10. Сам ФИО10 приезжал в основном летом на 1-1,5 месяца, последний раз в 2021г. приезжал. После смерти ФИО10 он на территорию домовладения не приезжал, строительством не занимался. ФИО5 он видел на территории домовладения, в основном она занималась огородом, строительством она не занималась, материального участия не принимала. Кому принадлежит домовладение ему неизвестно.

Свидетель ФИО27 суду пояснила, что подрабатывала сиделкой с сентября по март или апрель 2010-2011гг. в домовладении в <адрес>, ухаживала за бабушкой - матерью ФИО5 и ФИО10 Она давала объявление в газете, что оказывает услуги сиделки, ей позвонила ФИО5 ФИО14 приезжала на выходные, проживала она в г.Воронеж, денежные средства за оплату ее услуг ей давала ФИО5 Со слов ФИО17, их трое детей в семье, есть брат - ФИО10, которого она видела после похорон их бабушки. Слышала от ФИО17, что в этом доме жили их родители. После этого она на территории домовладения была один раз примерно в 2013 году, помогала Любе в огороде. Про договор дарения ничего не знает.

Свидетель ФИО29 суду пояснила, что является близкой подругой ФИО5, знает семью ФИО33 более 20-ти лет. Супруг ФИО17 работал на одном предприятии с ее супругом, ее сын и сын ФИО17 – ФИО37 ровесники, отношения дружеские, проживали в одном доме, т.к. квартиры получили от одного предприятия. С 2014 года постоянно проживают семьей в с. Малая Приваловка, купили как дачу 20 лет назад, с тех пор построен новый дом. Является соседкой через участок по домовладению в с.Малая Приваловка с ФИО34, знала родителей ФИО17 и ФИО10, с ФИО10 тоже знакома. С 2014 года общались с Любой по вопросам садоводства. Отношения дружеские, общаются по телефону каждый день. Ей известно, что на территории домовладения находятся два дома: новый и старый. Новый дом достроен в 2017-2018гг., баня не достроена. Раньше домовладение было оформлено на ФИО5, переоформили на ФИО10 из-за новых строений, потом должны были разделить домовладение. ФИО5 ухаживала за земельным участком, в денежные вопросы свидетель не вникала. Видела ФИО10 в летнее время, приезжал примерно на месяц.

Суд критически относится к показаниям свидетеля ФИО29, т.к. они противоречат показаниям иных свидетелей, материалам дела, а также пояснениям самого свидетеля ФИО29 Так, из ее пояснений следует, что она знает семью Дроздовых 40 лет, общается с ФИО5 каждый день по телефону, ей якобы известно со слов ФИО5 и самого ФИО10 о мнимости договора дарения. Из окон ее дома хорошо было видно строительство на территории домовладении <адрес>, свидетель часто была в гостях в <адрес>, общалась и с ФИО10, и с Любой. Однако, на вопрос суда, кем осуществлялось строительство нового дома, бани, кто осуществлял финансирование строительства, пояснила, что не знает. При этом, ей точно известно о мнимости договора дарения, дату, год его заключения не назвала. Пояснив, что со слов ФИО5 ей известно, что целью было оформление новых строений на ФИО10, а потом участок планировали разделить. Кем приобреталось домовладение свидетелю неизвестно, т.к. на момент покупки дома ФИО34, их семья еще не проживала в с. Малая Приваловка. На вопрос о логичности оформления документов таким образом, пояснить не смогла. При этом суд отмечает, что договор дарения заключен 30.05.2016г., новый дом достроен в 2017-2018 гг. Что препятствовало разделить и оформить домовладение в последующие годы, свидетель обоснованных и убедительных доводов не привела.

Также, в ходе рассмотрения дела ответчиком было заявлено о применении последствий пропуска срока исковой давности.

Согласно статье 195 ГК РФ исковой давностью признается срок защиты права по иску лица, право которого нарушено.

На основании ст. 196 ГК РФ общий срок исковой давности устанавливается в три года.

В силу части 1 статьи 200 ГК РФ течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

В соответствии с положениями статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации требование о защите нарушенного права принимается к рассмотрению судом независимо от истечения срока исковой давности. Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Согласно части 1 статьи 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (ч. 2 ст. 181 ГК РФ).

В пункте 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 года № 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" разъяснено, что в соответствии с п. 2 ст. 199 ГК РФ исковая давность применяется только по заявлению стороны в споре, которая в силу положений статьи 56 ГПК РФ несет бремя доказывания обстоятельств, свидетельствующих об истечении срока исковой давности.

Учитывая, что истец обратился в суд с иском 26.07.2022 года, что подтверждается соответствующим штампом на почтовом конверте (т. 1 л.д. 19), а основанием для предъявления иска указывает договор дарения, подписанный сторонами 30.05.2016 года, запись государственной регистрации права по договору произведена 02.06.2016г. (т. 1 л.д. 41-42), что не оспаривалось в ходе рассмотрения дела, суд приходит к выводу, что срок исковой давности пропущен, и вопреки статье 56 Гражданского процессуального кодекса РФ, стороной истца не представлено доказательств уважительности причин пропуска срока исковой давности, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении исковых требований.

Поскольку в ходе судебного разбирательства правовых оснований для признания оспариваемой сделки недействительной не установлено, производные требования истца о применении последствий недействительности сделки, признании недействительным свидетельства о праве на наследство, погашении записей в ЕГРН о государственной регистрации права собственности на земельный участок и жилой дом, также не подлежат удовлетворению.

Руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО5 к ФИО2 о признании договора дарения жилого дома и земельного участка недействительным и применении последствий недействительности сделки, признании недействительным свидетельства о праве на наследство, погашении записей в ЕГРН о государственной регистрации права собственности на земельный участок и жилой дом – отказать.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме в Воронежский областной суд через Новоусманский районный суд.

Судья И.О. Беляева

мотивированное решение суда изготовлено 14.11.2022г.