Дело № 10-5543/2023

Судья Александрова Ю.Н.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Челябинск 20 сентября 2023 г.

Челябинский областной суд в составе:

председательствующего – судьи Антоновой Е.Ф.,

судей Домокуровой И.А. и Рочева А.С.,

при ведении протокола помощником судьи Малетиной Т.Ю.,

с участием прокурора Марининой В.К.,

осужденного ФИО47,

адвоката Сафиной Г.Р.

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению прокурора г. Касли Челябинской области Филатова Е.И., апелляционным жалобам адвоката Чувильского А.А. и осужденного ФИО47 на приговор Каслинского городского суда Челябинской области от 25 марта 2014 года, которым

ФИО47, родившийся ДД.ММ.ГГГГ, судимый:

1) 08 октября 2003 года Каслинским городским судом Челябинской области (с учетом изменений, внесенных постановлениями президиума Челябинского областного суда от 30 ноября 2005 года и от 13 сентября 2006 года) по ч. 4 ст. 111 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы сроком на 6 лет.

Освобожденный из мест лишения свободы 19 июня 2009 года по отбытии срока наказания;

2) 12 августа 2009 года тем же судом (с учетом изменений, внесенных постановлением Озерского городского суда Челябинской области от 29 апреля 2011 года) по п. «в» ч. 2 ст.158 УК РФ (в ред. ФЗ РФ от 07 марта 2011 года № 26-ФЗ) к наказанию в виде лишения свободы сроком на 1 год 5 месяцев;

3) 24 декабря 2009 года Каслинским городским судом Челябинской области (с учетом изменений, внесенных постановлением Озерского городского суда Челябинской области от 29 апреля 2011 года) по ч. 1 ст. 162 УК РФ (в ред. ФЗ РФ от 07 марта 2011 года № 26-ФЗ) с применением ч. 5 ст. 69 УК РФ (приговор от 12 августа 2009 года) к наказанию в виде лишения свободы сроком на 3 года 9 месяцев.

Освобожденный из мест лишения свободы 07 мая 2013 года по отбытии срока наказания,

осужден по ч. 4 ст. 111 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы сроком на 11 лет, с отбыванием наказания в исправительной колонии особого режима.

Решен вопрос об оставлении без изменения в отношении ФИО47 меры пресечения в виде заключение под стражу. Срок наказания постановлено исчислять с 25 марта 2014 года. В срок отбывания наказания зачтено время содержания ФИО47 под стражей с 09 июня 2013 года по 24 марта 2014 года.

Этим же приговором частично удовлетворены исковые требования потерпевшей ФИО2 с ФИО47 в пользу потерпевшей ФИО1 в счет компенсации морального вреда взыскано 250 000 руб., в счет возмещения материального ущерба 24 144 руб., в счет возмещения судебных расходов по оплате услуг представителя 30 000 руб.

Приговором разрешена судьба вещественных доказательств по делу.

Заслушав доклад судьи Домокуровой И.А., выступления прокурора Марининой В.К., поддержавшей доводы апелляционного представления; выступления осужденного ФИО47, принимавшего участие в судебном заседании посредством системы видеоконференц-связи и адвоката Сафиной Г.Р., поддержавших доводы апелляционных жалоб, изучив материалы уголовного дела, суд апелляционной инстанции

установил:

ФИО47 признан виновным и осужден за причинение тяжкого вреда здоровью ФИО3., опасного для жизни человека, повлекшего по неосторожности смерть последнего.

Преступление совершено в период с 08 июня по 09 июня 2013 года на территории г. Касли Челябинской области при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В апелляционном представлении прокурор г. Касли Челябинской области Филатов Е.И. считает приговор незаконным и несправедливым, в связи с несоответствием выводов суда, фактическим обстоятельствам уголовного дела, неправильным применением уголовного закона, назначением чрезмерно мягкого наказания. Просит приговор изменить.

В обоснование доводов прокурор указывает на то, что судом в качестве доказательств, подтверждающих виновность ФИО47, были положены выводы судебно-медицинской экспертизы № 234 от 16 декабря 2011 года, и рапорт об обнаружении признаков преступления, датированный 09 июня 2014 года. Между тем, в материалах уголовного дела указанной судебно-медицинской экспертизы нет, она не исследовалась в судебном заседании; а рапорт об обнаружении признаков преступления, на который сослался суд в приговоре фактически датирован- 09 июня 2013 года, а не 09 июня 2014 года, как указал суд в приговоре. В этой связи прокурор полагает, что судом нарушены требования ст. 240 УПК РФ.

Кроме того, прокурор считает, что в нарушение положений ст. 307 УПК РФ, выводы суда связанные с назначением ФИО47 наказания, должным образом не мотивированы. Суд назначил ФИО47 чрезмерно мягкое наказание, не отвечающее целям, предусмотренным ст. 43 УК РФ, не в полной мере учел характер и степень общественной опасности совершенного осужденным преступления, а также обстоятельства, характеризующие личность виновного.

В суде апелляционной инстанции прокурор Маринина В.К., поддержав доводы апелляционного представления, также просила исключить из приговора показания свидетеля ФИО4 в части сведений, ставших ему известными со слов ФИО47

В апелляционной жалобе адвокат Чувильский А.А., действуя в интересах осужденного, выражает несогласие с приговором, считает его незаконным, необоснованным и несправедливым, вследствие несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела, неправильного применения уголовного закона, несправедливости назначенного наказания. Просит приговор изменить, назначить ФИО47 более мягкое наказание.

Указывает, что в нарушение требований ст. 73 УПК РФ суд неправильно установил время и обстоятельства совершения преступления. Так в судебном заседании ФИО47 пояснял, что в избиении потерпевшего происходило 07 июня и в ночь с 07 на 08 июня 2013 года, а не 08 июня 2013 года. Кроме него в избиении потерпевшего принимали участие свидетели ФИО5 08 июня и тем более в ночь с 08 на 09 июня 2013 года ФИО47 телесных повреждений ФИО6 не причинял. Данные обстоятельства в судебном заседании подтвердили свидетели- ФИО7 а также подтверждается дополнительным заключением эксперта № 108 от 14 марта 2014 года, из которого следует, что <данные изъяты> ФИО8 была причинена 08 июня 2013 года, когда ФИО47 с ФИО9 не находился.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО47, выражает несогласие с приговором в связи с его несправедливостью, просит приговор изменить, смягчить наказание.

Кроме того, в кассационной жалобе (с дополнением) осужденный ФИО47, доводы которой с учетом кассационного определения Судебной коллегии по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции от 25 июля 2023 года, также подлежат проверке в апелляционном порядке, указывает на несогласие с приговором суда, просит его изменить и снизить срок наказания, считая его чрезмерно суровым.

В обоснование доводов осужденный указывает на то, что во вводной части приговора излишне указана судимость по приговору от 12 августа 2009 года, поскольку окончательное наказание по приговору от 24 декабря 2009 года назначено в соответствии с ч. 5 ст. 69 УК РФ, что образует одну судимость. Кроме того, осужденный полагает, что в неверно указанные в обвинительном заключении сведения о судимостях 2003 года, по которым к нему применена амнистия, могло повлиять на назначение ему столь сурового наказания.

Осужденный также обращает внимание на то, что суд в обосновании своего вывода о его виновности в нарушение требований закона сослался на показания свидетеля ФИО10 который является сотрудником полиции, и не может быть допрошен о содержании показаний, данных в ходе досудебного производства подозреваемым, обвиняемым.

Кроме того, по мнению осужденного, подлежат исключению из приговора показания свидетеля ФИО11 поскольку содержание ее показаний не приведено в судебном решении.

При назначении наказания суд располагал неверными данными о его личности, что повлияло на размер назначенного наказания. Ссылаясь на приговоры от 07 мая 2014 года, 08 октября 2014 года, 14 января 2015 года и 25 апреля 2017 года, осужденный указывает на то, что вопреки изложенным в приговоре сведениям, по месту жительства он характеризовался положительно.

Также судом необоснованно признана в качестве отягчающего обстоятельства его судимость.

Осужденный обращает внимание на допущенные судом нарушения норм УПК РФ при рассмотрении уголовного дела по существу. Автор жалобы считает, что уголовное дело было рассмотрено по существу неправосудным составом суда. По мнению осужденного, судья, которая в ходе предварительного расследования по уголовному делу рассматривала вопрос об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу, не могла впоследствии рассматривать уголовное дело по существу, поскольку в нарушении закона сделала вывод о совершении им преступления.

Также осужденный в жалобе приводит доводы, связанные с нарушениями норм УПК РФ, допущенными в ходе предварительного расследования по делу. Так, в постановлении о привлечении его в качестве обвиняемого в нарушение положений УПК РФ не указаны конкретные данные, которые ему вменяются в вину, данные о характере совершенного деяния, месте составления постановления.

Все версии преступления в ходе предварительного расследования не были проверены. На его одежде крови не обнаружено, а на рубашке пострадавшего обнаружена кровь, не принадлежащая ни ему, ни пострадавшему, что, по мнению осужденного, свидетельствует об избиении потерпевшего другими лицами. Данные обстоятельства также подтверждаются показаниями свидетеля ФИО12 оценка которым судом не дана.

Кроме того, судом не дана оценка тем обстоятельствам, что у него на теле имелись повреждения, образовавшиеся 08 июня 2013 года, что подтверждается выводами экспертов в заключениях № 149 от 11 июня 2013 года и № 591 от 21 июля 2013 года. Указанные обстоятельства, по мнению осужденного, свидетельствует о драке между ним и пострадавшим, произошедшей из-за противоправных действий последнего.

Осужденный также ссылается на то, что в томе 1 не все листы дела пронумерованы и изменена нумерация листов дела, так как опись документов в деле не соответствует л.д.160, поскольку должна быть нумерация л.д. 169.

В постановлениях о назначении экспертиз отсутствуют подписи эксперта и сведения о разъяснения ему прав и обязанностей, предупреждения об ответственности.

Осужденный также обращает внимание на то, что проверка показаний на месте совершения преступления, а именно в квартире, не проводилась, однако в суде сторона обвинения ссылалась на проверку показаний, как на доказательство нанесения им ударов потерпевшему, как на берегу озера, так и в квартире.

Также автор жалобы обращает внимание на то, что в протоколе судебного заседания отсутствуют сведения о периоде нахождения председательствующего в совещательной комнате, времени окончания судебного заседания, что не позволяет установить соблюдение тайны совещательной комнаты.

Выслушав мнение участников процесса, обсудив доводы апелляционного представления и апелляционных и кассационных жалоб (с дополнением), изучив материалы уголовного дела, суд апелляционной инстанции находит приговор подлежащим изменению по следующим основаниям.

Так, вопреки доводам жалобы осужденного, суд апелляционной инстанции не усматривает нарушений уголовно-процессуального закона при производстве предварительного расследования по уголовному делу в отношении ФИО47, которые ставили бы под сомнение законность возбуждения, расследования дела, передачу на стадию судопроизводства и в дальнейшем - саму процедуру судебного разбирательства.

Как следует из представленных материалов, уголовное дело в отношении ФИО47 возбуждено уполномоченным должностным лицом в соответствии с требованиями ст. ст. 140, 146 УПК РФ, при наличии достаточных повода и оснований для возбуждения уголовного дела. Предварительное расследование по данному уголовному делу проведено в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, с соблюдением прав, гарантированных сторонам. Порядок привлечения ФИО47 в качестве обвиняемого и порядок предъявления ему обвинения, предусмотренные ст. ст. 171, 172 УПК РФ, органом следствия соблюдены. Следователем ФИО47 были разъяснены существо предъявленного обвинения, а также его права, предусмотренные ст. 47 УПК РФ, о чем свидетельствуют подписи ФИО47 (т.1 л.д. 146-148; 171-174). При этом ссылки осужденного на то, что в постановлении о привлечении его в качестве обвиняемого от 10 июня 2013 года не указаны конкретные данные, которые ему вменяются в вину, данные о характере совершенного деяния, не свидетельствуют о допущенных нарушениях норм УПК РФ со стороны органов следствия, в частности права ФИО47 на защиту. Как следует из дела, в дальнейшем 29 августа 2013 года, обвинение ФИО47 было предъявлено в окончательно виде. В постановлении о привлечении ФИО47 в качестве обвиняемого указаны- описание преступления, в котором ФИО47 обвинялся, с указанием времени, места его совершения, а также иных значимых обстоятельств, подлежащих доказыванию, части и статьи УК РФ, предусматривающей ответственность за данное преступление, а также данные о личности обвиняемого и иные сведения, приведенные в ч.2 ст. 171 УПК РФ. То обстоятельство, что следователем при предъявлении обвинения не было указано место составления обвинения, вопреки доводам осужденного, не свидетельствует о незаконности предъявленного ему обвинения, а также о нарушении его права на защиту.

Также, не свидетельствует о нарушении права на защиту осужденного и его ссылки на то, что в томе 1 не все листы дела пронумерованы и изменена нумерация листов дела. Как видно из дела, осужденный ФИО47 с материалами уголовного дела знакомился неоднократно, в том числе при выполнении требований ст. 217 УПК РФ. Согласно протоколу ознакомления обвиняемого и его защитника с материалами уголовного дела от 31 августа 2013 года, ФИО47 и его защитнику было предоставлено для ознакомления уголовное дело в подшитом и пронумерованном виде. По окончании ознакомления с материалами уголовного дела, каких-либо заявлений или замечаний, ни ФИО47, ни его защитником, не делалось (т 1 л.д. 234-238).

По окончанию предварительного расследования составлено обвинительное заключение, соответствующее требованиям ст. 220 УПК РФ. Обстоятельств, которые являлись бы препятствием для рассмотрения дела в суде и являлись бы основанием для возвращения уголовного дела прокурору, по делу не установлено.

Учитывая изложенное, общие доводы осужденного о допущенных в ходе предварительного расследования по делу нарушениях норм УПК РФ, как несостоятельные подлежат отклонению.

Также, в материалах уголовного дела не имеется объективных данных об односторонности и обвинительном уклоне судебного разбирательства, а также данных, подтверждающих доводы о предвзятом отношении судьи к стороне защиты и иной заинтересованности судьи.

Рассмотрение дела судом, имело место в соответствии с положениями глав 36-39 УПК РФ, определяющих общие условия судебного разбирательства в пределах, предусмотренных ст. 252 УПК РФ.

Нарушений принципа состязательности сторон, нарушений процессуальных прав участников процесса, повлиявших или которые могли повлиять на постановление законного, обоснованного приговора, по делу не допущено. Суд не ограничивал прав участников процесса по исследованию материалов дела. В судебном заседании проверены все существенные для установления истины по делу доказательства. Каких-либо данных, свидетельствующих об одностороннем или неполном судебном следствии, не имеется.

Не имеется в материалах уголовного дела данных, свидетельствующих о наличии обстоятельств, перечисленных в ст.ст. 61, 63 УПК РФ, исключающих участие в производстве по уголовному делу судьи Александровой Ю.Н.

Доводы осужденного о недопустимости рассмотрения настоящего дела судьей Александровой Ю.Н., поскольку до вынесения приговора она высказала свою позицию о совершении им инкриминируемого деяния при решении вопроса об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу, являются несостоятельными. Действительно, председательствующий по делу судья Александрова Ю.Н. рассматривала ходатайство об избрании в отношении ФИО47 меры пресечения в виде заключения под стражу, однако, в соответствии с требованиями закона она не входила в обсуждение вопросов о совершении осужденным инкриминируемого деяния, не обсуждались вопросы доказанности его вины в совершении инкриминируемого преступления, не давалась оценка собранным по уголовному делу доказательствам, своей позиции по данному вопросу не высказывала. Само по себе рассмотрение судьей ходатайства о мере пресечения на стадии предварительного расследования не является препятствием для рассмотрения уголовного дела по существу.

Постановленный в отношении ФИО47 обвинительный приговор, вопреки доводам, как стороны обвинения, так и стороны защиты, соответствует требованиям уголовно-процессуального закона, предъявляемым к его содержанию, которое не вызывает какого-либо двоякого толкования, стиль изложения соответствует предъявляемым требованиям. В приговоре отражены обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст. 73 УПК РФ, проанализированы подтверждающие их доказательства, получившие надлежащую оценку с приведением ее мотивов, аргументированы выводы, относящиеся к вопросу квалификации преступления, мере наказания осужденного, а также приведена позиция ФИО47 относительно предъявленного ему обвинения. Кроме того, в приговоре разрешены иные вопросы, имеющие отношение к данному делу, из числа предусмотренных ст. 299 УПК РФ.

Исходя из содержания приговора, описание деяния, признанного судом доказанным, содержит все необходимые сведения о месте, времени, способе его совершения, форме вины, целях и об иных данных, позволяющих судить о событиях преступления, причастности к нему осужденного и его виновности, а также об обстоятельствах, достаточных для правильной правовой оценки содеянного. В этой связи доводы стороны защиты в указанной части подлежат отклонению, как несостоятельные.

Также, не свидетельствует о незаконности судебного акта и нарушения со стороны суда тайны совещательной комнаты доводы осужденного о том, что в протоколе судебного заседания отсутствуют сведения о периоде нахождения председательствующего в совещательной комнате, времени окончания судебного заседания. Согласно протоколу судебного заседания, провозглашение приговора производилось в соответствии с требованиями, предусмотренными ст. 310 УПК РФ. Сведений о нарушении тайны совещательной комнаты при постановлении приговора, в материалах уголовного дела нет.

Осужденный ФИО47 в суде первой инстанции виновным себя в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью потерпевшему ФИО13 повлекшего по неосторожности смерть последнего признал полностью, воспользовавшись правом, предусмотренным ст. 51 Конституции Российской Федерации от дачи показаний отказался, в связи с чем в судебном заседании были оглашены его показания, данные в ходе предварительного расследования на основании ст. 276 УПК РФ. Согласно оглашенным показаниям, ФИО47 в ходе предварительного расследования подробно рассказывал, когда, где и при каких обстоятельствах он наносил удары руками, ногами по <данные изъяты>. Также он не исключал, что от его действий могла наступить смерть потерпевшего.

В суде апелляционной инстанции ФИО47, не отрицая нанесение им ударов потерпевшему, при этом пояснил, что кроме него телесные повреждения потерпевшему наносили другие лица, которые в судебном заседании подтвердили данные обстоятельства. Кроме того, события, когда между ним и потерпевшим был конфликт, происходили 07 июня 2013 года, 08 июня 2013 года его в компании вместе с потерпевшим не было.

Несмотря на такую позицию осужденного, анализ материалов уголовного дела подтверждает правильность выводов суда о его виновности ФИО47 в причинении тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни потерпевшего, повлекшего по неосторожности смерть ФИО14 в период времени, установленный судом и указанный в приговоре.

Все обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст. 73 УПК РФ, в том числе событие преступления, а также время и место его совершения, виновность ФИО47 в содеянном, вопреки доводам адвоката Чувильского А.А. и осужденного, судом установлены, с приведением в приговоре оснований принятого решения.

Выводы суда о доказанности вины осужденного в совершении преступления, описанного в приговоре, не содержат противоречий и предположений, вопреки доводам стороны обвинения и стороны защиты, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на допустимых доказательствах, оценка которым дана в соответствии с требованиями ст. 88 УПК РФ. При этом суд учел все обстоятельства, в том числе позицию осужденного, которые могли бы существенно повлиять на выводы суда о виновности осужденного. Суд в приговоре убедительно и полно обосновал свои выводы об этом с приведением мотивов, правильность которых не вызывает сомнений у суда апелляционной инстанции.

Так, виновность осужденного в совершении инкриминируемого преступления, кроме его признательных показаний, данных в ходе предварительного расследования, подтверждается показаниями -представителя потерпевшей ФИО15 свидетелей ФИО16 данных ими в суде первой инстанции и в ходе предварительного расследования, подробный анализ и оценка которых содержится в приговоре.

Объективно виновность ФИО47 в инкриминируемом ему преступном деянии подтверждается письменными доказательствами, исследованными в суде, а именно- протоколами осмотра места происшествия, протоколами иных следственных действий, заключениями экспертиз, а также иными письменными доказательствами, исследованными в суде, подробно приведенными в судебном акте.

Согласно заключению эксперта №108 от 28 июня 2013 года, причиной смерти ФИО17 явилась <данные изъяты>. Образование указанной травмы не исключается от нанесения ударов кулаком либо обутой ногой.

Свои выводы в суде первой инстанции подтвердил эксперт ФИО18 который проводил исследование трупа ФИО19 пояснив, что повреждения, обнаруженные им на <данные изъяты> были причинены в одно время. Причиной смерти явилась <данные изъяты>. Между получением телесных повреждений и наступлением смерти ФИО20 прошел промежуток времени в пределах суток, в который пострадавший мог совершать самостоятельные действия, разговаривать, передвигаться. Смерть ФИО21 наступила в начале суток 09 июня 2013 года.

Все приведенные судом в приговоре доказательства относятся к настоящему уголовному делу, подробно и полно изложены в приговоре, вопреки доводам осужденного, получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона. Показания представителя потерпевшего и указанных выше свидетелей, приведенные в приговоре, являются непротиворечивыми, последовательными, логичными, согласуются между собой, дополняют друг друга в той части, в которой каждый из указанных лиц был очевидцем событий. Протоколы допросов свидетелей составлены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона. Кроме того, показания указанных лиц подтверждаются объективными доказательствами по делу, о чем обоснованно указано в приговоре.

Каких-либо данных, свидетельствующих об оговоре осужденного указанными свидетелями и представителем потерпевшего, а также об их заинтересованности в исходе дела, не установлено, о чем суд первой инстанции обоснованно указал в приговоре.

Содержание исследованных судом доказательств, в том числе показаний свидетеля ФИО22, данных в судебном заседании и в ходе предварительного расследования, изложено в приговоре в той части, которая имеет значение для подтверждения либо опровержения значимых для дела обстоятельств. В этой связи доводы осужденного в указанной части, как несостоятельные подлежат отклонению.

Вместе с тем заслуживают внимания доводы, как стороны защиты, так и стороны обвинения о нарушении судом норм уголовно-процессуального закона при приведении показаний свидетеля ФИО23 данных им в судебном заседании.

Так, по смыслу ст. 56 УПК РФ сотрудники полиции не могут быть допрошены о содержании показаний, данных в ходе досудебного производства подозреваемым, обвиняемым.

Однако суд, приводя доказательства виновности осужденного, изложил показания свидетеля ФИО24.- сотрудника полиции, в том числе, об обстоятельствах совершения преступления, ставших ему известными со слов ФИО47, что в силу п.1 ч.2 ст. 75 УПК РФ, является недопустимым.

Учитывая изложенное, обжалуемый приговор на основании п. 9 ч.2 ст. 389.17 УПК РФ, подлежит изменению в указанной части, с исключением из него показаний свидетеля ФИО25 данных в судебном заседании, в части обстоятельств совершения преступления, ставших ему известными со слов ФИО47, как доказательства его вины. При этом внесение таких изменений в обжалуемый приговор не влияет на допустимость показаний указанного свидетеля в целом.

Всем доказательствам судом дана надлежащая оценка, соответствующая требованиям ст. 88 УПК РФ, с учетом обстоятельств, которые могли существенно повлиять на выводы суда.

Не влияет на оценку заключений экспертов, как на доказательства относительно его допустимости, доводы осужденного о том, что в постановлениях о назначении экспертиз отсутствует подписи эксперта о предупреждении его об уголовной ответственности и сведений о разъяснении ему прав и обязанностей. Вместе с тем, как следует из материалов уголовного дела, эксперты, выполняющие в рамках настоящего уголовного дела экспертные исследования, вопреки доводам осужденного, предупреждались об уголовной ответственности по ст. 307 УПК РФЮ, а также им разъяснялись права и обязанности эксперта, предусмотренные ст. 57 УПК РФ (т.1, л.д. 86-95; 102-103; 110-112; 124-130).

Таким образом, оснований сомневаться в достоверности показаний указанных лиц, у суда первой инстанции не имелось, не находит таких оснований и суд апелляционной инстанции. В этой связи доводы стороны защиты о недопустимости ряда доказательств, о которых указано в апелляционной жалобе адвоката Чувильского А.А. и осужденного, являются несостоятельными и подлежат отклонению.

Несогласие стороны защиты с приведенной судом первой инстанции оценкой достоверности доказательств и с выводами о фактических обстоятельствах дела, не являются основаниями для переоценки доказательств в апелляционном порядке.

Кроме того, как уже указывалось выше, осужденным ФИО47, ни в ходе предварительного расследования, ни в суде первой инстанции не оспаривалось нанесение им телесных повреждений потерпевшему ФИО26 повлекших тяжкий вред здоровью потерпевшего. Свои показания в части событий, которые происходили на берегу озера 08 июня 2013 года, ФИО47 подтвердил при проверке его показаний на месте. При этом судом дана оценка этим показаниям осужденного, данным в присутствии защитника, то есть полученным в соответствии с требованиями норм УПК РФ, которые подтверждаются свидетельскими показаниями, а также письменными доказательствами, приведенными судом в приговоре.

Также, судом дана оценка показаниям свидетелей ФИО27. Суд обоснованно указал в приговоре на то, что показания ФИО28 являются противоречивыми, несостоятельными, поскольку опровергаются показаниями иных свидетелей, а также показаниями самого ФИО47, данными в ходе предварительного расследования. Что касается показаний ФИО29 то она лишь охарактеризовала погибшего ФИО30 с удовлетворительной стороны, по существу уголовного дела, никаких показаний не давала.

Обоснованно судом отвергнуты, как несостоятельные, показания свидетеля ФИО31 данные в судебном заседании, о том, что ее показания в ходе предварительного расследования изложены неверно. Как указал суд в приговоре, эти показания опровергаются показаниями свидетеля ФИО33 который непосредственно осуществлял допрос ФИО32 на следствии, о чем с ее слов им был составлен протокол допроса. ФИО34 давала показания самостоятельно, без каких-либо подсказок и давления на нее, по окончании допроса ФИО35 ознакомилась с ним и подписала его без замечаний.

Совокупность доказательств, исследованных судом и приведенных в приговоре, вопреки доводам осужденного и его защитника, является достаточной для разрешения уголовного дела по существу и установления виновности осужденного в совершении преступного деяния, за которое он осужден.

Ссылки осужденного в суде апелляционной инстанции на то, что в ходе предварительного расследования проверка его показаний на месте, осуществлялась только на берегу озера, а проверка показаний в квартире ФИО36 не проводилась, не свидетельствуют о неполноте предварительного расследования по делу. Как следует из дела, обстоятельства, которые происходили в квартире ФИО37 с 08 на 09 июня 2013 года, были установлены на основании иных допустимых доказательствах, в дальнейшем исследованных в суде первой инстанции.

Таким образом, правильно установив фактические обстоятельства дела, суд верно квалифицировал действия ФИО47 по ч. 4 ст. 111 УК РФ, как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего.

Выводы суда об умышленном характере действий ФИО47 направленных именно на причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего, повлекшего по неосторожности смерть ФИО38 основаны на оценке фактических действий осужденного, описанных в приговоре, который умышленно, на почве личных неприязненных отношений, нанес ФИО39 множество ударов руками и ногами в жизненно-важные части человека- <данные изъяты> потерпевшего. От комплекса полученных повреждений в области <данные изъяты> потерпевший скончался. Между причинением ФИО47 телесных повреждений потерпевшему и наступлением смерти последнего, имеется причинно-следственная связь. Такие выводы, вопреки доводам стороны защиты, не являются предположениями и домыслом, не содержат противоречий. Мотивы принятого решения не вызывают сомнений у суда апелляционной инстанции.

Те ссылки осужденного на то, что на одежде потерпевшего обнаружена не его кровь, а на его одежде крови потерпевшего, не обнаружено, не влияют на правильность выводов суда о виновности ФИО47 в умышленном причинении потерпевшему ФИО40 тяжкого вреда здоровью, повлекшего по неосторожности смерть потерпевшего.

Выводы суда о том, что тяжкий вред здоровью потерпевшему, повлекший по неосторожности смерть последнего, был причинен именно ФИО47, подтверждаются его же показаниями, данными на предварительном следствии, а также заключениями судебно-медицинских экспертиз. При этом доводы осужденного и его защитника на то, что на берегу озера телесные повреждения потерпевшему также наносили свидетели ФИО41 а в квартире удары потерпевшему также наносил свидетель ФИО42 не опровергает правильности выводов суда о причастности и виновности осужденного. Как следует из заключения экспертов, все повреждения, в том числе причинившие <данные изъяты> от которой наступила смерть потерпевшего, были прижизненными и причинены в одно и то же время, один за другим, разграничить которые, исходя из выводов эксперта, не представляется возможным.

Не имеется в материалах уголовного дела сведений о наличии в действиях ФИО47 необходимо обороны, превышениях ее пределов, а также противоправности поведения потерпевшего. Напротив, из показаний свидетелей следует, что потерпевший ударов ФИО47 не наносил, а только защищался от его ударов. Сам ФИО47 в ходе предварительного расследования пояснил, что когда они находились в квартире, после высказанных им в адрес потерпевшего претензий, последний оскорбил его и нанес ему несколько ударов в лицо и грудь. Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы у ФИО47 действительно имелись кровоподтеки <данные изъяты>. Однако данные обстоятельства, а также учитывая предыдущие события, которые происходили на берегу озера, где ФИО47 наносил удары потерпевшему, а также нанесение им ударов уже после прихода в квартиру ФИО43 не свидетельствуют о противоправности поведения потерпевшего по отношению к ФИО47, которое бы являлось причиной совершения ФИО47 преступного деяния, а также не свидетельствуют о необходимой обороне и превышении ее пределов.

Получили в приговоре должную оценку и доводы осужденного и его защитника о том, что избиение потерпевшего происходило не 08 июня, а 07 июня, а также в ночь с 07 июня на 08 июня 2013 года. Данные доводы являлись предметом тщательной проверки суда первой инстанции и обоснованно были отвергнуты, как несостоятельные. Как указал суд в приговоре, такая позиция стороны защиты опровергается признательными показаниями ФИО47, данными им в ходе предварительного расследования, а также показаниями свидетелей ФИО44 данных в ходе предварительного расследования, согласно которым именно ФИО47 нанес потерпевшему ФИО45 множественные телесные повреждения 08 июня 2013 года и в ночь с 08 на 09 июня 2013 года. При этом не доверять показаниям указанных лиц, у суда первой инстанции не имелось оснований, поскольку они, как уже указывалось ранее, были получены в соответствии с требованиями норм УПК РФ. Кроме того, показании указанных лиц и самого ФИО47 согласуются с выводами эксперта, согласно которым телесные повреждения, повлекшие <данные изъяты> были причинены в пределах суток между получением потерпевшим телесных повреждений и наступлением его смерти (начало суток 09 июня 2013 года), что фактически исключает причинение такой травмы 07 июня 2013 и в ночь с 07 на 08 июня 2013 года.

Таким образом, с учетом изложенного, оснований для иной квалификации действий осужденного, у суда первой инстанции не имелось. По этим же мотивам не имеется таких оснований и у суда апелляционной инстанции.

Решая вопрос о назначении наказания, суд первой инстанции в полной мере выполнил требования ст.ст. 6, 43, 60 УК РФ, учел характер и степень общественной опасности совершенного ФИО47 преступления, которое относится к особо тяжким преступлениям, данные о личности, обстоятельства смягчающие наказание и обстоятельство отягчающее наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Обоснованно приняты судом во внимание иные сведения характеризующие личность осужденного, в том числе бытовая характеристика на осужденного, что соответствует ч.3 ст. 60 УК РФ. Несогласие осужденного с этими данными, не свидетельствует об их недостоверности. При этом вопреки доводам осужденного, из приговора не следует, что судом при назначении наказания учтены отдельно какие-то отрицательные данные о личности ФИО47, в том числе в качестве отягчающего наказание обстоятельства.

В качестве смягчающих наказание обстоятельств суд учел- признание своей вины, явку с повинной, активно способствование раскрытию и расследованию преступления, <данные изъяты>.

Иных обстоятельств, прямо предусмотренных уголовным законом в качестве смягчающих, достоверные данные о которых имеются в материалах уголовного дела, но не учтенных судом, не установлено.

Суд обоснованно признал в качестве отягчающего наказание ФИО47 обстоятельства наличие в его действиях рецидива преступлений, который по своему виду является особо опасным. Как следует из материалов уголовного дела, ФИО47 на день совершения преступления (08 июня 2013 года и с 08 на 09 июня 2013 года), имел непогашенную и неснятую в установленном законом порядке судимость по приговору Каслинского городского суда Челябинской области от 08 октября 2003 года за совершение в совершеннолетнем возрасте особо тяжкого преступления. Данная судимость, вопреки доводам осужденного, образует в его действиях рецидив преступлений, что на основании п. «а» ч.1 ст. 63 УК РФ признается отягчающим наказание обстоятельством. При этом сама по себе судимость по приговору от 08 октября 2003 года судом при назначении наказания ФИО47, отдельно не учитывалась, что следует из приговора суда, а учитывалась только при установлении рецидива преступления и его вида. В этой связи доводы осужденного о необоснованном учете судом судимости, как несостоятельные подлежат отклонению.

Наличие отягчающего наказание обстоятельства в силу закона исключает возможность изменения категории преступления на менее тяжкую применительно к ч.6 ст. 15 УК РФ, а также применить положения ч.1 ст. 62 УК РФ. При наличии в действиях ФИО47 особо опасного рецидива преступлений, не имелось суда законных оснований для применения ст. 73 УК РФ.

Совокупность обстоятельств, установленных судом и указанных в приговоре, позволила суду назначить ФИО47 наказание в виде лишения свободы, без назначения дополнительного наказания в виде ограничения свободы, с учетом положений ч.2 ст. 68 УК РФ. Выводы суда о назначении именно такого наказания, вопреки доводам апелляционного представления, достаточно мотивированы в приговоре, не вызывают сомнений у суда апелляционной инстанции.

При этом, вопреки доводам осужденного, никак не влияет на вид и размер назначенного наказания, приведение в обвинительном заключении сведений о погашенных судимостях ФИО47, поскольку только суд вправе назначить наказание, руководствуясь при этом положениями ст.ст. 6,43 и 60 УК РФ.

Правильными и достаточно мотивированными являются выводы суда об отсутствии оснований для применения положений ст. 64 УК РФ, а также ч.3 ст. 68 УК РФ. Данные, свидетельствующие о наличии исключительных обстоятельств по делу, материалы уголовного дела не содержат. Не находит таких оснований и суд апелляционной инстанции ввиду отсутствия какой-либо совокупности обстоятельств для этого, существенно снижающих степень общественной опасности содеянного. Не имеется оснований и для применения положений ст. 53.1 УК РФ.

Таким образом, назначенное ФИО47 наказание, по своему виду и размеру полностью отвечает целям восстановления социальной справедливости, является соразмерным содеянному, направлено на исправление осужденного и на предупреждение совершения им новых преступлений. В этой связи нельзя согласиться с доводами прокурора о несправедливости назначенного ФИО47 наказания, вследствие чрезмерной мягкости, о чем указано в апелляционном представлении, а также с доводами осужденного и его защитника о несправедливости приговора ввиду назначения чрезмерно сурового наказания. Оснований, как для усиления наказания, так и для смягчения наказания, с учетом установленных судом обстоятельств, у суда апелляционной инстанции не имеется.

Вид исправительного учреждения для отбывания наказания осужденному судом назначен в соответствии с п. «г» ч. 1 ст. 58 УК РФ, правильно, а именно в исправительной колонии особого режима.

Срок исчисления наказания в виде лишения свободы и зачет времени нахождения осужденного под стражей в срок лишения свободы, судом произведены правильно, в соответствии со ст. 72 УК РФ.

Постановленный в отношении ФИО47 приговор отвечает требованиям законности, обоснованности и справедливости, оснований для его отмены не имеется.

Вместе с тем, приговор подлежит изменению по следующим основаниям.

Так во вводной части приговора указана дата постановления Президиума Челябинского областного суда, которым были внесены изменения в приговор Каслинского городского суда Челябинской области от 08 октября 2003 года -30 ноября 2003 года. Однако, как следует из представленных материалов уголовного дела, указанное постановление Президиума Челябинского Областного суда было вынесено 30 ноября 2005 года.

Кроме того, в описательно-мотивировочной части приговора при изложении письменных доказательств, подтверждающих виновность осужденного, суд сослался на рапорты об обнаружении признаков преступления от 09 июня 2014 года, и указал, что признаки преступления были обнаружены 09 июня 2014 года. Однако, как следует из представленных материалов уголовного дела, признаки преступления были обнаружены 09 июня 2013 года и рапорты датированы 09 июня 2013 года.

Также, суд в описательно-мотивировочной части приговора сослался на выводы судебно-медицинской экспертизы № 234 от 16 декабря 2011 года. Однако в материалах уголовного дела такое заключение экспертов отсутствует, и оно не исследовалось в суде первой инстанции.

Допущенные судом неточности, суд апелляционной инстанции расценивает, как технические ошибки, подлежащие устранению путем внесения во вводную и описательно-мотивировочную части приговора соответствующих изменений. Вносимые изменения не влияют на правильность выводов суда о виновности ФИО47 и квалификации его действий, и не влекут отмену приговора в целом.

Оснований для внесения в приговор иных изменений, в том числе в части возмещения процессуальных издержек потерпевшей ФИО46 не имеется.

Таким образом, апелляционное представление прокурора г. Касли Челябинской области, а также апелляционные жалобы осужденного ФИО47 и его адвоката Чувильского А.А. подлежат частичному удовлетворению.

Руководствуясь ст.ст.389.13, 389.15, 389.20, 389.28, ч. 2 ст. 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

определил:

приговор Каслинского городского суда Челябинской области от 25 марта 2014 года в отношении ФИО47 изменить:

- во вводной части указать дату постановления Президиума Челябинского областного суда - 30 ноября 2005 года;

- из описательно-мотивировочной части исключить указание на выводы судебно-медицинской экспертизы №234 от 16 декабря 2011 года; а также из числа доказательств исключить показания свидетеля <данные изъяты> в части обстоятельств, которые ему стали известными со слов ФИО47;

в описательно-мотивировочной части указать дату обнаружения признаков преступления и составления рапортов - 09 июня 2013 года;

В остальной части этот же приговор оставить без изменения, апелляционное представления и апелляционные жалобы адвоката Чувильского А.А. и осужденного ФИО47 - без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции путем подачи кассационной жалобы через суд первой инстанции в течение 6 месяцев со дня вступления в законную силу данного судебного решения, а для осужденного, содержащегося под стражей, в тот же срок,- со дня получения им копии решения, вступившего в законную силу, с соблюдением требований ст. 401.4 УПК РФ.

В случае пропуска срока кассационного обжалования или отказа в его восстановлении, кассационные жалоба, представление подаются непосредственно в суд кассационной инстанции и рассматриваются в порядке, предусмотренном ст. ст. 401.10-401.12 УПК РФ.

В случае подачи кассационной жалобы, представления лица, участвующие в деле, вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Пропущенный по уважительной причине срок кассационного обжалования может быть восстановлен судьей суда первой инстанции по ходатайству лица, подавшего кассационные представление, жалобы.

Председательствующий судья

Судьи: