Дело № 2-294/2022 <****>

УИД 69RS0013-01-2022-000102-94

РЕШЕНИЕ

И М Е Н Е М Р О С С И Й С К О Й Ф Е Д Е Р А Ц И И

28 ноября 2022 года г. Кимры

Кимрский городской суд Тверской области в составе

председательствующего судьи Смирновой Г.М.,

при секретаре судебного заседания Лагутиной С.В.,

с участием:

истца ФИО1,

представителя истца ФИО1 – ФИО2,

ответчика ФИО3,

ответчика ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 ФИО10 к ФИО3 ФИО11, ФИО4 ФИО12 о признании договора купли-продажи транспортного средства недействительным в силу ничтожности, о взыскании в солидарном порядке материального ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием, компенсации морального вреда, судебных расходов,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в Кимрский городской суд Тверской области с исковым заявлением к ФИО3 о взыскании ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием, компенсации морального вреда.

Исковые требования мотивированы тем, что постановлением мирового судьи судебного участка № 26 Тверской области Коваленко Е.В. ФИО3 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.27 КоАП РФ.

Указанным постановлением установлено, что ФИО3, управляя автомашиной ВАЗ-2120, государственный знак №* в нарушение п. 2.5, 2.6.1 ПДД РФ оставил место совершения дорожно-транспортного происшествия, имевшего место 30 сентября 2021 г. в 18:00 часов у дома № 3 по ул. Вагжанова г. Кимры. ФИО3 совершил столкновение с автомашиной «КИА Спортейдж» и автомашиной «Рено Сандеро», государственный регистрационный знак №*, после чего скрылся с места дорожно-транспортного происшествия.

ФИО3 лишен права управления транспортными средствами по 25 мая 2019 г., экзамен на знание правил дорожного движения не сдан.

Согласно имеющимся записям камер видеонаблюдения факт столкновения с автомашинами для ФИО3 очевиден.

В соответствии с указанным постановлением мирового судьи, а также протоколом по делу об административном правонарушении от 04 ноября 2021 г., составленными ОГИБДД МО МВД России «Кимрский», ФИО3 осуществлял управление заведомо неисправным транспортным средством ВАЗ-2120, государственный регистрационный знак №*, с заведомо отсутствующим страховым полисом ОСАГО и заведомо отсутствующим правом на управление транспортным средством.

В результате действий ФИО3 принадлежащему истцу на праве собственности транспортному средству «Рено Сандеро Степвей», государственный регистрационный номер №*, 2020 года выпуска, причинены механические повреждения, а именно деформирована задняя правая дверь, разбито стекло двери, разрушен стеклоподъемник, деформировано заднее правое крыло, перекошен проем двери, а также частичные повреждения передней правой двери и другие.

Ремонт с заменой необходимых элементов произведен за собственный счет в ООО «Норд-Авто-Центр», который является официальным дилером компании Renaut. Размер понесенных затрат составляет 170317,77 руб.

Данная сумма является для семьи истца значительной, для оплаты расходов взят потребительский кредит в ПАО «Сбербанк».

ФИО1, кроме материального ущерба, указанного выше, был нанесен моральный вред, который выразился в причиненных физических и нравственных страданиях, так как несмотря на отсутствие вреда здоровью истец испытал сильное нервное потрясения и стресс. После дорожно-транспортного происшествия качество жизни его семьи ухудшилось, приходится выплачивать кредит и проценты по нему. Размер нанесенного ему морального вреда оценивает в 50000,00 руб.

Истец 15 декабря 2021 г. направил в адрес ФИО3 досудебную претензию, содержащую требования о выплате вышеуказанных сумм, однако, получив претензию 18 декабря 2021 г., что подтверждается уведомлением о вручении почтового отправления, ФИО3 на нее никоим образом не отреагировал ни в установленные претензией сроки, ни на момент составления истцом настоящего иска. В сложившейся ситуации он, ФИО1, вынужден защищать свои права и интересы через подачу искового заявления в суд.

На основании вышеизложенного, ст. 15, 151, 1064, 1072, 1079, 1099, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации просит взыскать с ФИО3 в его, ФИО1, пользу в счет возмещения материального ущерба 170317,77 руб., морального вреда 50000,00 руб., расходов на отправку претензии 479,48 руб., всего – 220797,25 руб., а также расходы на уплату государственной пошлины в размере 4615,94 руб. и 300,00 руб.

В процессе рассмотрения гражданского дела истец ФИО1 исковые требования уточнил в соответствии со ст. 39 Гражданского процессуального кодекс Российской Федерации, просит признать договор купли-продажи транспортного средства от 02 сентября 2021 г., заключенный между ФИО4 и ФИО3, недействительным в силу ничтожности; взыскать солидарно с ФИО4 и ФИО3 в его пользу в счет возмещения материального ущерба по фактически понесенным расходам на восстановительный ремонт автомобиля 159478,44 руб., утраты товарной стоимости автомобиля 27000,00 руб., морального вреда 50000,00 руб., расходов на отправку претензии 479,48 руб., расходов на проведение экспертизы в размере 6500,00 руб., судебных расходов на уплату государственной пошлины в размере 4615,94 руб. и 300,00 руб., на проведение судебной автотехнической экспертизы по счету от 02 августа 2022 г. № 123 35000,00 руб., всего – 283373,86 руб.

Также от истца поступили дополнительные письменные пояснения по делу, в которых указал, что ФИО4 является родственницей ФИО3 (мать гражданской жены, бабушкой ребенка ФИО3), которая просила перегнать машину в сервис. В день дорожно-транспортного происшествия ФИО3 перегонял машину в сервис. Между ФИО3 и ФИО4 составлен формальный договор купли продажи автомашины.

ФИО4 передала автомобиль ФИО3, зная, что он лишен права на управление транспортным средством, не имеет полиса ОСАГО.

ФИО4 действий по приостановлению регистрации автомобиля в связи с продажей не предпринимала, в ГИБДД не обращалась. ФИО3 также не предпринял действий по постановке машины ВАЗ-2120, государственный знак №*, на учет. Полагает, что договор купли-продажи автомобиля является мнимым, так как не имел целью передать автомашину во владение ФИО3, и является ничтожным. На основании ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Считает, что, передавая машину ФИО3, ФИО4 полностью осознавала общественную опасность своих действий.

Заключение договора между ФИО4 и ФИО3 лишает истца права на возмещение вреда, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия.

Договор заключен с нарушениями требований законодательства и является мнимой сделкой.

Отсутствие регистрации автомобиля ВАЗ-2120 ФИО3 лишает возможности применения обеспечительных мер и обращения взыскания на автомобиль, в случае удовлетворения исковых требований.

Полагает, что защита прав истца возможна только путем признания сделки по продаже автомобиля ВАЗ-2120 от 27 сентября 2021 г. между ФИО4 и ФИО3 ничтожной.

В соответствии с заключением судебной автотехнической экспертизы размер материального ущерба по фактически понесенным расходам на восстановительный ремонт автомобиля составил 159478,44 руб.

Также определен размер утраты товарной стоимости автомобиля на сумму 27000,00 руб., который может включаться в размер причиненного ущерба.

В обоснование требования о взыскании с ответчика компенсации морального вреда дополнил, что их ребенок неделю боялся садиться в машину, хотя не находился в ней на момент аварии.

Определением Кимрского городского суда Тверской области, занесенным в протокол судебного заседания от 24 февраля 2022 г., к участию в рассмотрении дела в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены САО «ВСК», АО «Альфастрахование», ФИО5

Определением суда, занесенным в протокол судебного заседания от 22 марта 2022 г., к участию в рассмотрении дела в качестве соответчика привлечена ФИО4

В судебное заседание извещенные надлежащим образом третье лицо, не заявляющее самостоятельные требования относительно предмета спора, ФИО5, представители третьих лиц, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, САО «ВСК», АО «Альфастрахование» не явились.

В соответствии с ч. 3 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд счел возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

В судебном заседании истец ФИО1, представитель истца ФИО1 – ФИО2 уточненные исковые требования поддержали в полном объеме, настаивали на их удовлетворении по доводам, изложенным в исковом заявлении, уточненном исковом заявлении и письменных пояснениях истца. Представитель истца ФИО1 – ФИО2 дополнила, что считают сделку купли-продажи автотранспортного средства мнимой, поскольку продажа транспортного средства фактически не осуществлялась, деньги за покупку транспортного средства ответчик ФИО3 ФИО4 не передавал, права владения на транспортное средство у ФИО3 не возникло. В обоснование требования о взыскании с ответчика компенсации морального вреда дополнил, что их ребенок неделю боялся садиться в машину, хотя не находился в ней на момент аварии.

Ответчик ФИО3 исковые требования признал в части суммы материального ущерба в размере 159378,00 руб. Пояснил, что купля-продажа транспортного средства осуществлялась официально. Все документы оформлены и заверены в страховой компании. Деньги ФИО4 он передал, но не 27 сентября 2021 г., а 30 сентября 2021 г.

Во время дорожно-транспортного происшествия он, ФИО3, являлся собственником транспортного средства, но из – за аварии не смог оформить автомашину на себя. В настоящее время он не является собственником транспортного средства ВАЗ – 2120.

Ответчик ФИО4 исковые требования не признала, так как участником дорожно-транспортного происшествия не являлась. Автомашину продала ФИО3 в связи с болезнью супруга. Считает, что не должна возмещать ущерб, так как не являлась собственником транспортного средства. Денежные средства за продажу автомобиля от ФИО3 получила, кроме договора купли-продажи, иного документа о получении денежных средств не составлялось. Считает, что не обязана была интересоваться при продаже транспортного средства, есть ли у ФИО3 страховой полис.

Суд, заслушав истца ФИО1, представителя истца ФИО1 – ФИО2, ответчиков ФИО3, ФИО4, проанализировав материалы дела, обозрев дело № 5-415/2021 об административном правонарушении, предусмотренном ч. 2 ст. 12.27 Кодекса РФ об административном правонарушении, в отношении ФИО3, дело № 5-58/2016 об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 12. 26 Кодекса РФ об административных правонарушениях, в отношении ФИО3, материал проверки по факту дорожно-транспортного происшествия, имевшего место 30 сентября 2022 г., исследовав собранные по делу доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, приходит к следующим выводам.

В соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельность, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

В соответствии со ст. 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают, в том числе, вследствие причинения вреда другому лицу.

По общему правилу, установленному п. 1 и 2 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. В случаях, специально предусмотренных законом, вред возмещается независимо от вины причинителя вреда.

В силу абз. 2 п. 1 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Согласно абз. 2 п. 3 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (ст. 1064).

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 19 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности).

В соответствии с п. 1 ст. 4 Федерального закона от 25 апреля 2002 г. № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» владельцы транспортных средств обязаны на условиях и в порядке, которые установлены настоящим Федеральным законом и в соответствии с ним, страховать риск своей гражданской ответственности, которая может наступить вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц при использовании транспортных средств.

В силу п. 6 ст. 4 Федерального закона от 25 апреля 2002 г. № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» владельцы транспортных средств, риск ответственности которых не застрахован в форме обязательного и (или) добровольного страхования, возмещают вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу потерпевших, в соответствии с гражданским законодательством.

Согласно ст. 1082 Гражданского кодекса Российской Федерации удовлетворяя требование о возмещении вреда, суд в соответствии с обстоятельствами дела обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить причиненные убытки (п. 2 ст. 15).

Согласно п. 1 и 2 ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии с п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» при разрешении споров, связанных с возмещением убытков, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации). Если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использованы новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то, что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения.

Как установлено судом и следует из материалов дела, 30 сентября 2021 г. в 18:00 у дома № 3 по улице Вагжанова в г. Кимры Тверской области произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобилей: ВАЗ-2120, государственный регистрационный знак №* под управлением ответчика ФИО3, «КИА Спортейдж», государственный регистрационный знак №*, под управлением собственника ФИО5, и Рено Сандеро, государственный регистрационный знак №*, под управлением собственника ФИО1

Согласно материалу по факту дорожно-транспортного происшествия, произошедшего по вине ответчика ФИО3, гражданская ответственность которого на момент дорожно-транспортного происшествия не была застрахована, последний с места совершения дорожно – транспортного происшествия скрылся.

В отношении ФИО3 04 ноября 2021 г. вынесены постановления по делам об административных правонарушениях № 18810069190001206073 по ч. 2 ст. 1237 КоАП РФ и № 18810069190001206049 по ч. 2 ст.125 КоАП РФ, ФИО3 привлечен к административной ответственности в виде штрафа в размере 800,00 руб. и 500,00 руб.

Постановлением мирового судьи судебного участка № 26 Тверской области от 05 ноября 2021 г. ФИО3 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.27 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, назначено наказание в виде лишения права управления транспортными средствами сроком на 1 год 6 месяцев.

Указанными документами подтверждается факт управления ФИО3 в момент дорожно-транспортного происшествия автомашиной марки ВАЗ-2120, государственный регистрационный знак №*, и не оспаривается самим ФИО3

В соответствии с независимым экспертным заключением ООО «КВ –ТЕХНО», проведенным по заказу истца, восстановительный ремонт поврежденного транспортного средства Рено Сандеро Степвей, государственный регистрационный знак №*, составляет 95900,00 руб., утрата товарной стоимости составляет – 24800,00 руб., стоимость причиненного ущерба автомобилю – 120700,00руб.

15 декабря 2021 г. истец направил ответчику ФИО3 досудебную претензию с предложением возместить материальный ущерб в размере 170317,77 руб. и моральный вред на сумму 50000,00 руб., всего в размере 220317,77 руб., которая была получена ответчиком.

До настоящего времени ущерб истцу не возмещен.

Определением суда от 19 апреля 2022 г. по ходатайству стороны истца по делу назначена судебная автотехническая экспертиза.

Согласно выводам экспертного заключения судебной автотехнической экспертизы ООО «ЭЮА «Норма плюс» № 79059 все выявленные повреждения автомобиля Рено Сандеро Степвей, государственный регистрационный знак №* кроме петель дверей, находятся в причинной связи с произошедшим 30 сентября 2021 г. дорожно –транспортным происшествием; работы и материалы на сумму 10839,33 руб. по ремонту двери передней правой, багажного отсека, арки колеса, замене наклейки, и перестановки колес автомобиля, указанные в заказ-наряде № НАЦ006589 ООО «Норд-авто-центр», не связаны с устранением повреждений, вызванных дорожно-транспортным происшествием 30 сентября 2021 г., остальные работы и материалы, указанные в заказ-наряде № НАЦ006589 ООО «Норд-авто-центр», были необходимы для устранения последствий рассматриваемого дорожно –транспортного происшествия; стоимость ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, произошедшего 30 сентября 2021 г., с учетом фактически понесенных затрат на восстановительный ремонт автомобиля составляет 159478,44 руб.; в размер ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, произошедшего 30 сентября 2021 г., может входить также утрата товарной стоимости автомобиля на сумму 27000,00 руб.; стоимость восстановительного ремонта транспортного средства Рено Сандеро Степвей, государственный регистрационный знак №*, по механическим повреждениям, причиненным в результате дорожно-транспортного происшествия, произошедшего 30 сентября 2021 г., с учетом износа на заменяемые детали указанного транспортного средства, рассчитанная по Единой методике определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства, составляет 107100,00 руб.; соимость восстановительного ремонта транспортного средства Рено Сандеро Степвей, государственный регистрационный знак №*, по механическим повреждениям, причиненным в результате дорожно-транспортного происшествия, произошедшего 30 сентября 2021 г., без учета износа на заменяемые детали указанного транспортного средства, рассчитанная по Единой методике определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства, составляет 111500, 00 руб.; водитель автомобиля ВАЗ-2120, регистрационный знак №*, ФИО3 в рассматриваемой дорожной ситуации должен был руководствоваться следующими требованиями ПДД РФ: П.1.3; 1.4; 1.5; 9.1; 10.1; 10.2; 13.9; требованиями дорожного знака 2.4 «Уступите дорогу», водители автомобилей Киа Спортейдж, регистрационный знак №*, ФИО5, и Рено Сандеро, регистрационный знак №*, ФИО1 должны были руководствоваться следующими требованиями ПДД РФ: П.1.3; 1.5; 12.1; 12.2; 12.4; 12.8; действия водителей автомобилей Киа Спортейдж, регистрационный знак №*, ФИО5, и Рено Сандеро, регистрационный знак №* ФИО1 не соответствовали требованиям п. 12.2 ПДД РФ в части постановки транспортного средства для стоянки на проезжей части у ее края не параллельно краю проезжей части; действия водителя автомобиля ВАЗ не соответствовали требованиям п. 10.1 ПДД РФ – при возникновении опасности для движения в виде стоящих в неподвижном положении у края проезжей части транспортных средств, водитель не стал вовремя снижать скорость своего движения вплоть до остановки, допустив наезд на стоящие транспортные средства. Кроме того, обстановка в месте ДТП, в т.ч. ширина проезжей части, позволяла водителю автомобиля ВАЗ совершить объезд стоявших автомобилей слева без совершения наезда на стоявшие транспортные средства.

В ответе на восьмой вопрос эксперт указал, что непосредственной причиной дорожно-транспортного происшествия, имевшего место 30 сентября 2021 г., являются действия водителя автомобиля №*, регистрационный знак №*, ФИО3, не соответствовавшие требованиям п. 10.1 ПДД РФ.

Принимая во внимание правовую позицию, изложенную в п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 г. № 23 «О судебном решении» и п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 июня 2008 г. № 13 «О применении норм Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении и разрешении дел в суде первой инстанции», заключение эксперта, равно как и другие доказательства по делу, не являются исключительными средствами доказывания и должны оцениваться в совокупности со всеми имеющимися в деле доказательствами (ст. 67, ч. 3 ст. 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). При исследовании заключения эксперта суду следует проверять его соответствие вопросам, поставленным перед экспертом, полноту и обоснованность содержащихся в нем выводов.

Оснований не доверять заключению судебной автотехнической экспертизы у суда не имеется, поскольку экспертиза проведена в соответствии с требованиями ст. 84 – 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, Федеральный закон от 31 мая 2001 г. № 73-ФЗ (редакция от 08 марта 2015 г.) «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации». Заключение содержит полные, мотивированные выводы и их обоснование, эксперту были разъяснены права и обязанности, предусмотренные ст. 85 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, он также предупрежден об уголовной ответственности, предусмотренной ст. 307 Уголовным кодексам Российской Федерации, имеет необходимую квалификацию и стаж экспертной работы.

Проанализировав содержание экспертного заключения ООО «ЭЮА «Норма плюс», суд приходит к выводу о том, что оно в полном объеме отвечает требованиям ст. 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, так как содержит подробное описание произведенных исследований, сделанные в результате их выводы и научно обоснованные ответы на поставленные вопросы, в обоснование сделанных выводов эксперт приводит соответствующие данные из имеющихся в распоряжении эксперта документов, основывается на исходных объективных данных, учитывая имеющуюся в совокупности документацию, а также на использованной при проведении исследования научной и методической литературе.

Заключение экспертизы ответчиками не опровергнуто и не оспорено ответчиками иными средствами доказывания в порядке ч. 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Учитывая изложенное, суд считает необходимым принять заключение судебной автотехнической экспертизы в качестве относимого и допустимого доказательства, положить в основу принятого решения по делу.

Рассматривая требования истца о признании недействительным в силу ничтожности договора купли-продажи транспортного средства от 27 сентября 2021 г., заключенного между ФИО4 и ФИО3, недействительным в силу ничтожности и взыскании с ответчиков в солидарном порядке материального вреда, суд исходит из следующего.

Согласно п. 2 ст. 218 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

Право собственности у приобретателя вещи по договору возникает с момента ее передачи, если иное не предусмотрено законом или договором (п. 1 ст. 223 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с п. 1 ст. 454 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

Согласно ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Согласно ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Из разъяснений, указанных в п. 87 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», следует, что согласно п. 2 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (п. 2 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Притворной сделкой считается также та, которая совершена на иных условиях. Например, при установлении того факта, что стороны с целью прикрыть сделку на крупную сумму совершили сделку на меньшую сумму, суд признает заключенную между сторонами сделку как совершенную на крупную сумму, то есть применяет относящиеся к прикрываемой сделке правила.

Прикрываемая сделка может быть также признана недействительной по основаниям, установленным Гражданским кодексом Российской Федерации или специальными законами.

Судом установлено, что на основании договора купли-продажи транспортного средства от 27 сентября 2021 г., заключенного между ФИО4 и ФИО3, последний приобрел транспортное средство ВАЗ – 21120, 2004 года выпуска, государственный регистрационный знак №*

Стоимость транспортного средства составляет 20000,00 руб. (п. 3 договора купли-продажи транспортного средства от 27 сентября 2021 г.).

Согласно п. 6 указанного договора покупатель оплачивает продавцу стоимость транспортного средства, указанную в п. 3 договора, на основании чего продавец передает покупателю транспортное средство и необходимые для дальнейшей эксплуатации данного транспортного средства документы: ПТС и СОР.

Пунктом 9 вышеназванного договора предусмотрено, что право собственности на транспортное средство и ответственность, включая риск случайной гибели и порчи транспортного средства, переходят от продавца к покупателю в момент заключения настоящего договора.

Отклоняя доводы стороны истца о том, что автомобиль ВАЗ – 21120, государственный регистрационный знак №* не принадлежал ответчику ФИО3 на момент дорожно-транспортного происшествия, суд исходит из того, что регистрация транспортного средства на момент дорожно-транспортного происшествия на прежнего владельца ФИО4 не свидетельствует о том, что участвовавший в дорожно-транспортном происшествии автомобиль ВАЗ – 21120, государственный регистрационный знак №*, не принадлежал ответчику ФИО3 Право собственности ответчика ФИО3 подтверждено договором купли-продажи от 27 сентября 2021 г., заключенного между ФИО4 и ФИО3 В договоре купли-продажи стороны предусмотрели условие о том, что транспортное средство считается переданным продавцом и принятым покупателем с момента подписания договора (пункт 9).

Транспортные средства не отнесены законом к объектам недвижимости и признаются движимым имуществом, и в силу положений ст. 218, 223 Гражданского кодекса Российской Федерации при отчуждении транспортного средства действует общее правило относительно момента возникновения права собственности у приобретателя – момент передачи транспортного средства.

Таким образом, владельцем транспортного средства на момент дорожно-транспортного происшествия являлся ФИО3

Материалы дела не содержат достоверных доказательств того, что договор купли-продажи транспортного средства от 27 сентября 2021 г. является недействительным в силу ничтожности, законность перехода права собственности по рассматриваемому договору установлена на основании намерения сторон заключить соответствующую сделку, совершения конклюдентных действий после заключения такого договора, направленных на исполнение сделки.

Давая оценку правомерности владения ответчиком ФИО3 автомобилем ВАЗ-21120, государственный регистрационный знак №*, суд исходит из того, что спорный автомобиль выбыл из владения ФИО4 с ее согласия, что следует, в частности из показаний, данных последней в судебном заседании.

Таким образом, оснований для признания сделки купли-продажи транспортного средства недействительной и применении последствий недействительности сделки судом не установлено, поскольку истцом доказательств в нарушение ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в суд не представлено, в материалах дела таких сведений не содержится.

Поскольку судом установлено, что виновником дорожно-транспортного происшествия, имевшего место 30 сентября 2021 г., и владельцем источника повышенной опасности – транспортного средства ВАЗ-2120, государственный регистрационный знак №* являлся ФИО3, то он и является надлежащий ответчик по делу, законных оснований для удовлетворения исковых требований к ответчику ФИО4 у суда не имеется.

Определяя размер ущерба, суд руководствуется заключением судебной автотехнической экспертизы, которую принимает в качестве относимого и допустимого доказательства по делу и приходит к выводу о взыскании с ответчика ФИО3 в пользу истца стоимости ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия в размере 159478,44 руб., утраты товарной стоимости автотранспортного средства на сумму 27000,00 руб.

Заключение судебной автотехнической экспертизы ответчиком ФИО3 не оспорено, доказательств иного размера ущерба не представлено.

Рассматривая требования истца о взыскании компенсации морального вреда, суд руководствуется следующим.

Согласно п. 1 ст. 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания компенсации гражданину морального вреда определяются ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

На основании ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Как разъяснено в п. 1 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации № 33 от 15 ноября 2022 г. «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» права и свободы человека и гражданина признаются и гарантируются согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации, каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом (статьи 17 и 45 Конституции Российской Федерации).

Одним из способов защиты гражданских прав является компенсация морального вреда (статьи 12, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, далее также – Гражданского кодекса Российской Федерации).

Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Согласно п. 12 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации № 33 от 15 ноября 2022 г. «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Потерпевший – истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

В соответствии с ч. 4 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Каких-либо действий ответчика ФИО3, непосредственно направленных на нарушение личных неимущественных прав истца либо посягающих на принадлежащие ему нематериальные блага, судом не установлено.

Действующим гражданским законодательством для рассматриваемого случая возможность компенсации морального вреда, причиненного в конечном итоге нарушением ответчиком – физическим лицом правил дорожного движения, в результате чего произошло дорожно-транспортное происшествие, не предусмотрена.

Истцом не предоставлено доказательств причиненного ему морального и иного вреда от действий ответчика ФИО3

Обязанность доказывания факта наступления морального вреда в силу статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации возложена на истца.

Каких-либо доказательств причинения ответчиком физических или моральных страданий, повлиявших на ухудшение здоровья истца, суду также не представлено. Каких – либо телесных повреждений у участников дорожно-транспортного происшествия, в том числе у истца, не зафиксировано.

Наличие причинной – следственной связи между действиями ответчика ФИО3, являющего виновником дорожно-транспортного происшествия, и поведением малолетнего ребенка ФИО1, не присутствовавшего на месте дорожно-транспортного происшествия 30 сентября 2021 г., стороной истца не доказано.

Таким образом, требование истца о взыскании компенсации морального вреда является необоснованным, в связи с чем правовых оснований для его удовлетворения не имеется.

Судом также установлено, что истцом понесены почтовые расходы по направлению ответчику ФИО3 досудебной претензии в сумме 479,48 руб., что подтверждается двумя квитанциями от 15 декабря 2021 г. каждая на сумму 239,74 руб., расходы на проведение независимой экспертизы в сумме 6500,00 руб., что подтверждается квитанцией от 27 октября 2021 г. № 001457, расходы по оплате судебной автотехнической экспертизы в размере 35000,00 руб., что подтверждается платежным поручением от 02 августа 2022 г. № 824984.

Также истцом в материалы дела представлены квитанции об оплате государственной пошлины при подаче искового заявления и заявления об уточнении исковых требований на суммы 300,00 руб., 4615,94 руб., 300, 00 руб. и 718,64 руб., на общую сумму 5934,58 руб.

Согласно ст. 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к судебным расходам относятся государственная пошлина и издержки, связанные с рассмотрением дела.

В соответствии со ст. 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе, расходы на оплату услуг представителей, другие признанные судом необходимыми расходы.

Согласно ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерацуии стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных ч. 2 ст. 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

В соответствии со ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации почтовые расходы в сумме 479,48 руб., признанные судом необходимыми, расходы на проведение независимой экспертизы ООО «КВ-ТЕХНО» и судебной автотехнической экспертизы ООО «ЭЮА «Норма Плюс», которые связаны с рассмотрением дела и подтверждены документально, подлежат взысканию с ответчика ФИО3 в пользу истца.

Исходя из суммы материального ущерба подлежащей взысканию с ответчика 186478,44 руб., с ФИО3 в пользу истца ФИО1 подлежит взысканию сумма государственной пошлины в размере 4929,57 руб.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО4 следует отказать в полном объеме.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 ФИО15 к ФИО3 ФИО16 о взыскании материального ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием, судебных расходов удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО3 ФИО18 в пользу ФИО1 ФИО17 в возмещение ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, в размере 159478 (сто пятьдесят девять тысяч четыреста семьдесят восемь) рублей 44 копейки, утрату товарной стоимости автотранспортного средства в сумме 27000 (двадцать семь тысяч) рублей 00 копеек, почтовые расходы по направлению досудебной претензии в сумме 479 (четыреста семьдесят девять) рублей 48 копеек, расходы на проведение независимой экспертизы в сумме 6500 (шесть тысяч пятьсот) рублей 00 копеек, расходы по оплате судебной автотехнической экспертизы в размере 35000 (тридцать пять тысяч) рублей 00 копеек, расходы по оплате государственной пошлины в размере 4929 (четыре тысячи девятьсот двадцать девять) рублей 57 копеек, всего – 233387 (двести тридцать три тысячи триста восемьдесят семь) рублей 49 копеек.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 ФИО19 к ФИО3 ФИО20 о взыскании материального ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием, а также требований о взыскании судебных расходов, превышающих 233387 (двести тридцать три тысячи триста восемьдесят семь) рублей 49 копеек, отказать.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 ФИО21 к ФИО3 ФИО22 о признании договора купли-продажи транспортного средства недействительным в силу ничтожности, компенсации морального вреда отказать.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 ФИО23 к ФИО4 ФИО24 о признании договора купли-продажи транспортного средства недействительным в силу ничтожности, о взыскании материального ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием, компенсации морального вреда, а также требований о взыскании судебных расходов отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Тверской областной суд через Кимрский городской суд Тверской области в течение одного месяца со дня принятия его в окончательной форме.

Решение в окончательной форме принято 19 декабря 2022 года.

Судья: Г.М. Смирнова

Копия верна. Подлинный документ находится в деле № 2-294/2022 (УИД 69RS0013-01-2022-000102-94) в Кимрском городском суде Тверской области.

Судья Г.М. Смирнова