Решение по делу № 2-310/2023 от 18.01.2023.

Дело № 2-310/23

21RS0025-01-2022-003671-39

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

18 января 2023 года г. Чебоксары

Московский районный суд города Чебоксары Чувашской Республики в составе председательствующего судьи Мамуткиной О.Ф., при секретаре судебного заседания Алиевой Н.С., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о взыскании убытков в порядке регресса

Установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к директору (учредителю) общества с ограниченной ответственностью «Альянс» ФИО2 о взыскании задолженности по договорам займа. Требования мотивированы тем, что ДАТА и ДАТА между ней (Займодавец) и ООО «Благодать» (ООО «Альянс») (Заемщик) были заключены договоры №01, по условиям которых займодавец предоставил обществу заем в общем размере 151 000 руб. на срок 12 месяцев под 36% годовых, а Заемщик обязался возвратить Займодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, установленных договором. Решением суда с общества в пользу истца была взыскана сумма долга, но решение суда не исполнено, а общество ликвидировано. Истец просит взыскать с ответчика убытки в виде суммы займа в общем размере 151 000 руб., процентов по договору на ДАТА. в размере 2 808,32 руб., а также расходы по уплате государственной пошлины.

Истец ФИО1, надлежащим образом извещенная о рассмотрении дела, в судебное заседание не явилась, реализовала свое право на участие в суде через представителя.

Представитель истца ФИО3, действующий на основании доверенности, иск поддержал и показал, что решение суда о взыскании долга по договору займа не исполнено. ФИО2 являлась учредителем и директором ООО «Альянс», само общество ликвидировано.

Ответчик ФИО2, представитель ответчика ФИО4, допущенный судом в порядке ст. 53 ч.6 ГПК РФ, иск не признали и показали, что компания была ликвидирована налоговым органом, сведения в налоговый орган ФИО2 не могла представить из-за нахождения под арестом. Договоры займа с ФИО1 ФИО2 не подписывала, деньги в кассу общества не поступали. Производство по уголовному делу не завершено.

Выслушав объяснение сторон, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В силу п. 2 ст. 56, ст. 419 ГК РФ учредитель (участник) юридического лица или собственник его имущества не отвечает по обязательствам юридического лица, за исключением случаев, предусмотренных ГК РФ или другим законом.

Соответственно, обязательство прекращается ликвидацией юридического лица (должника или кредитора), кроме случаев, когда законом или иными правовыми актами исполнение обязательства ликвидированного юридического лица возлагается на другое лицо (по требованиям о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью, и др.).

В частности, как следует из п. 3.1 ст. 3 Федерального закона от 8 февраля 1998 года № 14- ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» исключение общества из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные ГК РФ для отказа основного должника от исполнения обязательства. В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в п. 1 - 3 ст. 53.1 ГК РФ, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

К числу таких лиц относятся лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (п. 1 ст. 53.1 ГК РФ), члены коллегиальных органов юридического лица, за исключением тех из них, кто голосовал против решения, которое повлекло причинение юридическому лицу убытков, или, действуя добросовестно, не принимал участия в голосовании (п. 2 ст. 53.1 ГК РФ), лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным в п. 1 и 2 ст. 53.1 ГК РФ (п. 3 ст. 53.1 ГК РФ).

Кроме того, в силу п. 1, 2 ст. 399 ГК РФ до предъявления требований к лицу, которое в соответствии с законом, иными правовыми актами или условиями обязательства несет ответственность дополнительно к ответственности другого лица, являющегося основным должником (субсидиарную ответственность), кредитор должен предъявить требование к основному должнику.

Если основной должник отказался удовлетворить требование кредитора или кредитор не получил от него в разумный срок ответ на предъявленное требование, это требование может быть предъявлено лицу, несущему субсидиарную ответственность.

Кредитор не вправе требовать удовлетворения своего требования к основному должнику от лица, несущего субсидиарную ответственность, если это требование может быть удовлетворено путем зачета встречного требования к основному должнику либо бесспорного взыскания средств с основного должника.

Пункт 3.1 ст. 3 Федерального закона № 14- ФЗ был предметом проверки на предмет его соответствия Конституции РФ, по результатам которой без проведения слушания Конституционный Суд РФ принял постановление от 21 мая 2021г. № 20- П.

Данным решением Конституционный Суд РФ признал, что Конституции Российской Федерации названная норма не противоречит, поскольку при привлечении лиц, контролировавших общество, исключенное из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном законом для недействующих юридических лиц, к субсидиарной ответственности по его долгам по иску кредитора- физического лица, обязательство общества перед которым возникло не в связи с осуществлением кредитором предпринимательской деятельности, если на момент исключения общества из реестра соответствующие исковые требования кредитора удовлетворены судом, положения, содержащиеся в п. 3.1 ст. 3 Федерального закона № 14- ФЗ, по своему конституционно- правовому смыслу в системе действующего правового регулирования предполагают, пока на основе фактических обстоятельств дела не доказано иное, их применение судами исходя из предположения о том, что именно бездействие этих лиц привело к невозможности исполнения обязательств перед истцом- кредитором общества.

Принимая такое решение, Конституционный Суд РФ помимо прочего исходил из того, что по смыслу п. 6 ст. 61, п. 2, 4 ст. 62, п. 3 ст. 63, п. 4 ст. 65. 2 ГК РФ, ст. 9, п. 2, 3 ст. 224 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127- ФЗ " О несостоятельности (банкротстве)" участие в корпоративной организации (к числу которых относятся и общества с ограниченной ответственностью) приводит к возникновению не только прав, но и обязанностей ее участников, в том числе обязанности по надлежащему проведению ликвидации юридического лица, включая случаи фактического прекращения его деятельности.

В частности учредители (участники) юридического лица независимо от оснований, по которым принято решение о его ликвидации, обязаны совершить за счет имущества юридического лица действия по ликвидации юридического лица; при недостаточности имущества юридического лица учредители (участники) юридического лица обязаны совершить указанные действия за свой счет. А в случае недостаточности имущества организации для удовлетворения всех требований кредиторов на учредителей (участников) должника, его руководителя и ликвидационную комиссию (ликвидатора) (если таковой назначен) возложена обязанность по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом.

Что касается исключения недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц, то это является вынужденной мерой, приводящей к утрате правоспособности юридическим лицом, минуя необходимые, в том числе для защиты законных интересов его кредиторов, ликвидационные процедуры. Она не может служить полноценной заменой исполнению участниками организации обязанностей по ее ликвидации, в том числе в целях исполнения организацией обязательств перед своими кредиторами, тем более в случаях, когда исковые требования кредитора к организации уже удовлетворены судом и, соответственно, включены в исполнительное производство.

Распространенность случаев уклонения от ликвидации обществ с ограниченной ответственностью с имеющимися долгами и последующим исключением указанных обществ из единого государственного реестра юридических лиц в административном порядке побудила федерального законодателя предусмотреть в п. 3. 1 ст. 3 Федерального закона № 14- ФЗ положения, компенсирующие негативные последствия прекращения общества с ограниченной ответственностью без предваряющих его ликвидационных процедур правовой механизм, выражающийся в возможности кредиторов привлечь контролировавших общество лиц к субсидиарной ответственности, если их недобросовестными или неразумными действиями было обусловлено неисполнение обязательств общества.

Предусмотренная оспариваемой нормой субсидиарная ответственность контролирующих общество лиц является мерой гражданско- правовой ответственности, функция которой заключается в защите нарушенных прав кредиторов общества, восстановлении их имущественного положения. При этом долг, возникший из субсидиарной ответственности, подчинен тому же правовому режиму, что и иные долги, связанные с возмещением вреда имуществу участников гражданского оборота (ст. 1064 ГК РФ).

При реализации этой ответственности не отменяется и действие общих оснований гражданско- правовой ответственности- для привлечения к ответственности необходимо наличие всех элементов состава гражданского правонарушения: противоправное поведение, вред, причинная связь между ними и вина правонарушителя.

По смыслу п. 3.1 ст. 3 Федерального закона № 14- ФЗ, рассматриваемого в системной взаимосвязи с положениями п. 3 ст. 53, ст. 53. 1, 401 и 1064 ГК РФ, образовавшиеся в связи с исключением из единого государственного реестра юридических лиц общества с ограниченной ответственностью убытки его кредиторов, недобросовестность и (или) неразумность действий (бездействия) контролирующих общество лиц при осуществлении принадлежащих им прав и исполнении обязанностей в отношении общества, причинная связь между указанными обстоятельствами, а также вина таких лиц образуют необходимую совокупность условий для привлечения их к ответственности. Соответственно, привлечение к ней возможно только в том случае, если судом установлено, что исключение должника из реестра в административном порядке и обусловленная этим невозможность погашения им долга возникли в связи с действиями контролирующих общество лиц и по их вине, в результате их недобросовестных и (или) неразумных действий (бездействия).

Неосуществление контролирующими лицами ликвидации общества с ограниченной ответственностью при наличии на момент исключения из единого государственного реестра юридических лиц долгов общества перед кредиторами, тем более в случаях, когда исковые требования кредитора к обществу уже удовлетворены судом, может свидетельствовать о намеренном, в нарушение предписаний ч. 3 ст. 17 Конституции РФ, пренебрежении контролирующими общество лицами своими обязанностями, попытке избежать рисков привлечения к субсидиарной ответственности в рамках дела о банкротстве общества, приводит к подрыву доверия участников гражданского оборота друг к другу, дестабилизации оборота.

Конституционный Суд РФ неоднократно обращал внимание на недобросовестность предшествующего исключению юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц поведения тех граждан, которые уклонились от совершения необходимых действий по прекращению юридического лица в предусмотренных законом процедурах ликвидации или банкротства, и указывал, что такое поведение может также означать уклонение от исполнения обязательств перед кредиторами юридического лица.

Согласно п. 2- 4 ст. 21.1 Федерального закона от 8 августа 2001 года № 129- ФЗ "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей" лицам, чьи права и законные интересы затрагиваются в связи с исключением недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц, законом предоставляется возможность подать мотивированное заявление, при подаче которого решение об исключении недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц не принимается, что, в частности, создает предпосылки для инициирования кредитором в дальнейшем процедуры банкротства в отношении должника. Во всяком случае, решение о предстоящем исключении не принимается при наличии у регистрирующего органа сведений о возбуждении производства по делу о банкротстве юридического лица, о проводимых в отношении юридического лица процедурах, применяемых в деле о банкротстве. Это дает возможность кредиторам при наличии соответствующих оснований своевременно инициировать процедуру банкротства должника.

Однако само по себе то обстоятельство, что кредиторы общества не воспользовались подобной возможностью для пресечения исключения общества из единого государственного реестра юридических лиц, не означает, что они утрачивают право на возмещение убытков на основании п. 3.1 ст. 3 Федерального закона № 14- ФЗ. Во всяком случае, если от профессиональных участников рынка можно разумно ожидать принятия соответствующих мер, предупреждающих исключение общества- должника из реестра, то исходить в правовом регулировании из использования указанных инструментов гражданами, не являющимися субъектами предпринимательской деятельности, было бы во всяком случае завышением требований к их разумному и осмотрительному поведению.

При обращении в суд с соответствующим иском доказывание кредитором неразумности и недобросовестности действий лиц, контролировавших исключенное из реестра недействующее юридическое лицо, объективно затруднено. Кредитор, как правило, лишен доступа к документам, содержащим сведения о хозяйственной деятельности общества, и не имеет иных источников сведений о деятельности юридического лица и контролирующих его лиц.

Соответственно, предъявление к истцу- кредитору (особенно когда им выступает физическое лицо, хотя и не ограничиваясь лишь этим случаем) требований, связанных с доказыванием обусловленности причиненного вреда поведением контролировавших должника лиц, заведомо влечет неравенство процессуальных возможностей истца и ответчика, так как от истца требуется предоставление доказательств, о самом наличии которых ему может быть неизвестно в силу его невовлеченности в корпоративные правоотношения.

По смыслу названного положения ст. 3 Федерального закона № 14- ФЗ, если истец представил доказательства наличия у него убытков, вызванных неисполнением обществом обязательств перед ним, а также доказательства исключения общества из единого государственного реестра юридических лиц, контролировавшее лицо может дать пояснения относительно причин исключения общества из этого реестра и представить доказательства правомерности своего поведения. В случае отказа от дачи пояснений (в том числе при неявке в суд) или их явной неполноты, не предоставления ответчиком суду соответствующей документации бремя доказывания правомерности действий контролировавших общество лиц и отсутствия причинно- следственной связи между указанными действиями и невозможностью исполнения обязательств перед кредиторами возлагается судом на ответчика.

Таким образом, ст. 3 Федерального закона № 14- ФЗ предполагает его применение судами при привлечении лиц, контролировавших общество, исключенное из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном законом для недействующих юридических лиц, к субсидиарной ответственности по его долгам по иску кредитора- физического лица, обязательство общества перед которым возникло не в связи с осуществлением кредитором предпринимательской деятельности и исковые требования кредитора к которому удовлетворены судом, исходя из предположения о том, что именно бездействие этих лиц привело к невозможности исполнения обязательств перед истцом- кредитором общества, пока на основе фактических обстоятельств дела не доказано иное.

Само по себе исключение общества с ограниченной ответственностью из единого государственного реестра юридических лиц- учитывая различные основания, при наличии которых оно может производиться, возможность судебного обжалования действий регистрирующего органа и восстановления правоспособности юридического лица, а также принимая во внимание принципы ограниченной ответственности, защиты делового решения и неизменно сопутствующие предпринимательской деятельности риски - не может служить неопровержимым доказательством совершения контролирующими общество лицами недобросовестных действий, повлекших неисполнение обязательств перед кредиторами, и достаточным основанием для привлечения к ответственности в соответствии с положениями, закрепленными в п. 3. 1 ст. 3 Федерального закона № 14- ФЗ.

Соответственно, лицо, контролирующее общество, не может быть привлечено к субсидиарной ответственности, если докажет, что при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по обычным условиям делового оборота и с учетом сопутствующих деятельности общества с ограниченной ответственностью предпринимательских рисков, оно действовало добросовестно и приняло все меры для исполнения обществом обязательств перед своими кредиторами.

Конституционный Суд РФ также постановил, что конституционно- правовой смысл п. 3. 1 ст. 3 Федерального закона № 14- ФЗ, выявленный в указанном постановлении, является общеобязательным, что исключает любое иное его истолкование в правоприменительной практике.

По смыслу ст. 47.1, 79 Федерального конституционного закона от 21 июля 1994 года № 1- ФКЗ «О Конституционном Суде Российской Федерации» постановление Конституционного Суда РФ, принятое без проведения слушания, вступает в силу со дня его опубликования.

Акты или их отдельные положения, признанные неконституционными, утрачивают силу. При этом с момента вступления в силу постановления Конституционного Суда РФ, которым отдельные положения нормативного акта признаны не соответствующими Конституции Российской Федерации, либо постановления Конституционного Суда Российской Федерации о признании нормативного акта либо отдельных его положений соответствующими Конституции Российской Федерации в данном Конституционным Судом Российской Федерации истолковании не допускается применение либо реализация каким- либо иным способом нормативного акта или отдельных его положений, признанных таким постановлением Конституционного Суда Российской Федерации не соответствующими Конституции Российской Федерации, равно как и применение либо реализация каким- либо иным способом нормативного акта или отдельных его положений в истолковании, расходящемся с данным Конституционным Судом Российской Федерации в этом постановлении истолкованием.

Суды общей юрисдикции при рассмотрении дел после вступления в силу постановления Конституционного Суда Российской Федерации (включая дела, производство по которым возбуждено до вступления в силу этого постановления Конституционного Суда Российской Федерации) не вправе руководствоваться нормативным актом или отдельными его положениями, признанными этим постановлением Конституционного Суда Российской Федерации не соответствующими Конституции Российской Федерации, либо применять нормативный акт или отдельные его положения в истолковании, расходящемся с данным Конституционным Судом РФ в этом постановлении истолкованием.

Таким образом, указанные законоположения, правовая позиция Конституционного Суда РФ, изложенная в постановлении от 21 мая 2021 года № 20- П, применительно к спорной ситуации означают, что на ФИО2 как на руководителя общества и его единственного учредителя может быть возложена субсидиарная ответственность при наличии совокупности условий: наличие у истца убытков, образовавшихся в связи с исключением Общества из Реестра; недобросовестность и (или) неразумность действий (бездействия) ответчика при осуществлении принадлежащих ему прав и исполнении им обязанностей в отношении Общества; причинная связь между указанными обстоятельствами; вина ответчика.

Соответственно, если будет установлено, что исключение Общества из Реестра в административном порядке и обусловленная этим невозможность погашения им долга перед ФИО1 возникли в связи с недобросовестными и (или) неразумными действиями (бездействием) ФИО2 и по ее вине, последняя может быть привлечена к указанной мере гражданско- правовой ответственности.

При этом по этой категории дела истец должен представить доказательства наличия у нее убытков, вызванных неисполнением Обществом обязательств перед ней (ФИО1), исключения Общества из Реестра, а ответчик- доказательства правомерности своих действий (бездействия) и отсутствия причинно- следственной связи между указанными действиями (бездействием) и невозможностью исполнения обязательств перед истцом. Пока ФИО2 не доказано иное, предполагается, что именно ее действия (бездействие) привели к невозможности исполнения обязательств перед ФИО1

Следовательно, именно она должна доказать, что при той степени заботливости и осмотрительности, какая от нее требовалась по характеру обязательства, обычным условиям делового оборота и с учетом предпринимательских рисков, сопутствующих деятельности Общества, действовала добросовестно и разумно, равно как приняла все меры для исполнения Обществом обязательств перед своим кредитором (истцом).

Заочным решением Московского районного суда г. Чебоксары от ДАТА, вступившим в законную силу, постановлено: взыскать с ООО «Альянс» в пользу ФИО1 по договорам займа 151 000 руб., проценты по договорам на ДАТАг. – 2 808,32 руб., расходы по уплате государственной пошлины в размере 4 476 руб.

Принимая такое решение, районный суд среди прочего исходил из того, что данные сделки заключены между ФИО1 - займодавцем и ООО «Благодать», изменившим с ДАТА свое наименование на ООО «Альянс»- заемщиком. В соответствии с ними истец передал обществу деньги в общем размере 151 000 руб. под 30% и 36% годовых сроком на 12 месяцев.

Согласно ч. 2 ст. 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных ГПК РФ.

Таким образом, исходя из этой гражданской процессуальной нормы упомянутые обстоятельства, в том числе о том, что ООО «Благодать» изменило свое наименование на ООО «Альянс», установленные по вышеуказанному гражданскому делу, имеют для настоящего дела преюдициальное значение.

Кроме того, судом установлено, что как ООО «Благодать», так и ООО «Альянс» имеют одни и те же реквизиты: идентификационный номер налогоплательщика (ИНН) 2130200710, код причины постановки на учет (КПП) 213001001, основной государственный регистрационный номер (ОГРН) 1182130005034.

А учредителем и одновременно лицом, имеющим право без доверенности действовать от имени этого юридического лица, зарегистрированного ДАТА, являлась ФИО2, которая и приняла решение от ДАТА об изменении наименования организации, в связи с чем ДАТА в Реестр внесена соответствующая запись.

Для принудительного исполнения заочного решения суда от ДАТА судебный пристав- исполнитель возбудил в отношении Общества исполнительное производство, о чем вынес постановление от ДАТА.

На основании постановления от ДАТА данное исполнительное производство окончил, исполнительный лист возвратил взыскателю (ФИО1) без исполнения ввиду отсутствия у должника имущества, на которое может быть обращено взыскание, и все принятые судебным приставом- исполнителем меры по отысканию его имущества оказались безрезультатными ( п. 4 ч. 1 ст. 46, п. 3 ч. 1 ст. 47 Федерального закона от 2 октября 2007 года № 229- ФЗ « Об исполнительном производстве»).

Кроме того, из настоящего дела усматривается, что ДАТА налоговый орган принял решение о предстоящем исключении Общества из Реестра как недействующего юридического лица.

Решение об этом, а также сведения о порядке и сроках направления заявлений недействующим юридическим лицом, кредиторами и иными лицами, чьи права и законные интересы при этом затрагиваются, опубликовал в журнале «Вестник государственной регистрации» от 14 июля 2021 года № 27.

В силу п. 1- 4 ст. 21. 1 Федерального закона от 8 августа 2001 года № 129- ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» юридическое лицо, которое в течение последних двенадцати месяцев, предшествующих моменту принятия регистрирующим органом соответствующего решения, не представляло документы отчетности, предусмотренные законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, и не осуществляло операций хотя бы по одному банковскому счету, признается фактически прекратившим свою деятельность.

Такое юридическое лицо может быть исключено из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, предусмотренном Федеральным законом № 129- ФЗ.

При наличии одновременно всех вышеуказанных признаков недействующего юридического лица регистрирующий орган принимает решение о предстоящем исключении юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц, за исключением случаев, если у регистрирующего органа имеются сведения о возбуждении в отношении данного юридического лица производства по делу о его банкротстве, о проводимых в отношении него процедурах, применяемых в деле о банкротстве.

Решение о предстоящем исключении должно быть опубликовано в органах печати, в которых публикуются данные о государственной регистрации юридического лица, в течение трех дней с момента принятия такого решения. Одновременно с решением о предстоящем исключении должны быть опубликованы сведения о порядке и сроках направления заявлений недействующим юридическим лицом, кредиторами или иными лицами, чьи права и законные интересы затрагиваются в связи с исключением недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц, с указанием адреса, по которому могут быть направлены заявления.

Заявления должны быть мотивированными и могут быть направлены или представлены в регистрирующий орган способами, указанными в п. 6 ст. 9 Федерального закона № 129- ФЗ, в срок не позднее, чем три месяца со дня опубликования решения о предстоящем исключении. В таком случае решение об исключении недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц не принимается.

Если в течение этого срока заявления не направлены и не представлены, регистрирующий орган исключает юридическое лицо из единого государственного реестра юридических лиц путем внесения в него соответствующей записи за исключением случаев, если у регистрирующего органа имеются сведения о возбуждении в отношении данного юридического лица производства по делу о его банкротстве, о проводимых в отношении него процедурах, применяемых в деле о банкротстве ( п. 7 ст. 22 Федерального закона № 129- ФЗ).

Исключение недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц, как следует из п. 2 ст. 64. 2 ГК РФ, влечет правовые последствия, предусмотренные ГК РФ, другими законами применительно к ликвидированным юридическим лицам, и в силу п. 8 ст. 22 Федерального закона № 129- ФЗ может быть обжаловано кредиторами или иными лицами, чьи права и законные интересы затрагиваются в связи с исключением юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц, в течение года со дня, когда они узнали или должны были узнать о нарушении своих прав.

Таким образом, мотивированные заявления (возражения) против исключения недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц могут быть поданы не только кредиторами данного юридического лица, но и самим недействующим юридическим лицом, иными лицами, чьи права и законные интересы затрагиваются в связи с исключением недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц, равно как лица, чьи права и законные интересы затрагиваются в связи с исключением юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц, могут обжаловать такое исключение.

Поскольку в налоговый орган в трехмесячный срок от заинтересованных лиц соответствующие заявления (возражения) не поступили, то ДАТА данный регистрирующий орган принял решение об исключении Общества из Реестра, о чем в него внес соответствующую запись.

Ответчик ФИО2 и ее представитель в суде объяснили, что ФИО2 не могла предотвратить исключение Общества из Реестра ввиду избрания по уголовному делу в отношении нее такой меры пресечения как домашний арест.

Между тем из правовой позиции Конституционного Суда РФ, изложенной выше, следует, что отсутствие обращения кредитора в налоговый орган для пресечения исключения Общества из Реестра не лишает его (истца) права на возмещение убытков на основании п. 3. 1 ст. 3 Федерального закона № 14- ФЗ, а ожидать от нее (ФИО1), <данные изъяты>, не являющегося субъектом предпринимательской деятельности, использования данной меры, предупреждающей исключение должника из Реестра, во всяком случае является завышением требований к его (истца) разумному и осмотрительному поведению.

Кроме того, ответчик, будучи руководителем и единственным учредителем Общества, в установленный срок также мог представить в регистрирующий орган мотивированное заявление, изложив свои возражения против исключения Общества из Реестра, и располагал для этого реальной возможностью.

Так, ДАТА возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 Уголовного кодекса РФ (мошенничество, совершенное организованной группой либо в особо крупном размере или повлекшее лишение права гражданина на жилое помещение).

В одно производство с данным уголовным делом соединены несколько уголовных дел, возбужденных ДАТА в отношении ФИО2, ее представителя- ФИО4 по признакам преступлений, предусмотренных п. «а» ч. 3 ст. 174. 1, п. «б» ч. 4 ст. 174. 1 УК РФ (легализация ( отмывание) денежных средств или иного имущества, приобретенных лицом в результате совершения им преступления).

При этом ФИО2 предъявлено обвинение в совершении преступлений, в том числе предусмотренных ч. 4 ст. 159, п. «а» ч. 4 ст. 174. 1, п. «а», «б» ч. 4 ст. 174. 1 УК РФ.

А именно в том, что с ДАТА по ДАТА она совместно с ФИО4, осуществляющим руководство созданной им группой, являясь с ним учредителями и руководителями аффилированных друг другу организаций, включая Общество, выполняя управленческие функции в указанных организациях, не ведущих какую- либо инвестиционную или иную законную предпринимательскую деятельность, используя свое служебное положение и реквизиты указанных организаций, включая Общество, по предварительному сговору между собой организовали принятие денежных средств от граждан под видом совершения с ними договоров займа с выплатой процентов за пользование денежными суммами в размере от 4 % до 60 % годовых. Однако намерения выполнить взятые на себя обязательства не имели, а их действия фактически были направлены на хищение денежных средств граждан.

После чего ФИО2 и ФИО4, действуя по сговору с неустановленными следствием лицами, осознавая фактический характер своих преступных действий, предвидя и желая наступления общественно опасных последствий в виде материального ущерба, путем обмана и злоупотребления доверием похитили денежные средства граждан на общую сумму не менее 350 000 000 рублей, т.е. в особо крупном размере.

Кроме того, ФИО2, действуя согласованно с ФИО4, заведомо зная, что совершение финансовых операций и других сделок с денежными средствами или иным имуществом, приобретенным в результате совершения преступления, запрещено уголовным законодательством Российской Федерации, осознавая, что высокие преступные доходы от незаконной деятельности по принятию денежных средств от граждан под предлогом заключения договоров займа с процентами от имени созданных ими организаций, включая Общество, могут вызвать подозрения у контролирующих и правоохранительных органов, вступили в преступный сговор, направленный на придание правомерного вида владению, пользованию и распоряжению указанными денежными средствами. Для этого совершили финансовые операции и другие сделки с ними, направленные на приобретение автотранспортных средств и недвижимого имущества, легализовав таким образом с ДАТА по ДАТА денежные средства на общую сумму 22 661 004,80 руб.

В рамках расследования данного уголовного дела ФИО2, являющаяся учредителем и директором нескольких организаций, включая Общество, ДАТА задержана, с ДАТА по ДАТА в отношении нее избрана мера пресечения в виде домашнего ареста, а ДАТА- в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

При этом в период нахождения под домашним арестом ФИО2 установлены следующие ограничения:

запрет выходить из помещения, в котором она проживает, без письменного разрешения лиц, осуществляющих предварительное расследование по уголовному делу, за исключением случаев посещения медицинских учреждений при наличии соответствующих оснований, а также за исключением времени ежедневных прогулок с 14 часов до 15 часов в пределах населенного пункта по месту проживания;

запрет менять указанное место проживания без разрешения следователя;

запрет общения со всеми лицами, за исключением защитника и лиц, осуществляющих предварительное следствие и оперативное сопровождение по уголовному делу;

запрет отправки и получения почтово- телеграфных отправлений;

запрет на использование средств связи и информационно- коммуникационной сети «Интернет», за исключением случаев, связанных с вызовом скорой медицинской помощи, сотрудников МЧС, правоохранительных органов, а также для общения с контролирующим органом, следователем, защитником и информировать контролирующий орган о каждом таком звонке.

В период нахождения под домашним арестом (а именно ДАТА) ФИО2 обратилась в следственное управление с ходатайством о предоставлении ей возможности посетить Московский районный суд г. Чебоксары для получения решений судов, принятых с ДАТА по ДАТА, для исполнения которых в отношении нее (ФИО2) возбуждены исполнительные производства, для подачи соответствующих заявлений.

Постановлением руководителя следственной группы от ДАТА в удовлетворении этого ходатайства ФИО2 отказано со ссылкой на то, что с учетом запретов и ограничений, наложенных на нее (обвиняемого), посещение государственных учреждений является нецелесообразным.

Вместе с тем доказательств, подтверждающих обращение самостоятельно либо через своего адвоката к следователю или в органы, на которые возложена обязанность контролировать соблюдение наложенных ограничений и запретов, за разрешением посетить налоговый орган, либо обратиться туда, воспользовавшись почтовой связью, иными средствами связи, а также информационно- коммуникационной сетью «Интернет», с целью представления налоговой отчетности, подачи заявления в связи с предстоящим исключением Общества из реестра как недействующего юридического лица, ФИО2 не представила.

С жалобой на решение налогового органа от ДАТА. она обратилась только ДАТА, в которой просила отменить запись об исключении Общества из Реестра, внесенную в него ДАТА.

Требование мотивировала тем, что заочными решениями суда, принятыми с ДАТА по ДАТА, с Общества в пользу физических лиц взысканы денежные суммы, но никто из них свои требования в налоговый орган, являющийся ликвидатором организации, не предъявил. В ситуации, когда к юридическому лицу предъявляются денежные требования, оно исключению из Реестра не подлежит.

Решением Управления от ДАТА эта жалоба оставлена без удовлетворения. При этом налоговый орган исходил из того, что лица, чьи права и законные интересы затрагиваются исключением недействующего юридического лица из Реестра, включая ФИО2, которая, проявляя должную степень заботливости и осмотрительности, могла и должна была отслеживать указанную информацию, с соответствующими заявлениями в течение трехмесячного срока, предусмотренного законом, в регистрирующий орган не обращались.

А выявлять у недействующей организации признаки ведения хозяйственной деятельности либо какую- либо кредиторскую задолженность в обязанности налогового органа не входит. При этом на момент принятия решения об исключении Общества из Реестра какими- либо сведениями о наличии у этой организации такой задолженности перед физическими лицами налоговый орган не располагал.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что в связи с невыплатой Обществом, исключенным из Реестра в административном порядке, денежных сумм, присужденных заочным решением от ДАТА, вступившим в законную силу, ФИО1 причинены убытки, складывающиеся из денежных сумм, переданных указанному юридическому лицу в долг по договорам займа НОМЕР от ДАТА и НОМЕР от ДАТАг. в общем размере 151 000 руб. процентов по договорам на ДАТАг. в размере 2 808,32 руб., расходов по уплате государственной пошлины в размере 4 476 руб., понесенных по ранее рассмотренному делу.

Под домашним арестом ФИО2 находилась с ДАТА по ДАТА, тогда как решение о предстоящем исключении Общества из Реестра как недействующего юридического лица налоговый орган принял ДАТА, необходимые сведения, связанные с этим, в журнале опубликовал ДАТА, а соответствующую запись о государственной регистрации прекращения юридического лица (об исключении Общества как недействующего юридического лица) в Реестр внес ДАТА.

Следовательно, как минимум, начиная с ДАТА, ответчик, будучи руководителем и единственным учредителем Общества, а также осведомленным об удовлетворении судом исков граждан о взыскании с Общества денежных сумм, переданных в долг данному юридическому лицу по договорам займа, проявив должную степень заботливости и осмотрительности, мог и должен был самостоятельно, либо через своего представителя выяснить, ведется ли хозяйственная деятельность учрежденным и руководимым им Обществом; исполняются ли им (юридическим лицом) принятые на себя обязательства, в том числе по представлению отчетности в налоговый орган; если обязательства не исполняются, то не требуется ли совершение необходимых действий по прекращению юридического лица в предусмотренных законом процедурах ликвидации или банкротства; принималось ли в отношении него (Общества) решение о предстоящем исключении как недействующего юридического лица; а если такое решение принято, то представить в регистрирующий орган свои мотивированные возражения в установленный законом срок.

Поскольку доказательства правомерности своих действий (бездействия) и отсутствия причинно- следственной связи между указанными действиями (бездействием) и невозможностью исполнения обязательств перед истцом ФИО2 не представила, то предполагается, что именно ее действия (бездействие) привели к невозможности исполнения Обществом своих обязательств перед ФИО1

Таким образом, ФИО2 не проявила той степени заботливости и осмотрительности, какая от нее требовалась по обычным условиям делового оборота и с учетом предпринимательских рисков, сопутствующих деятельности Общества, действовала недобросовестно и неразумно, не приняла все меры для исполнения Обществом обязательств перед ФИО1

Соответственно, с ответчика в пользу истца подлежат взысканию убытки в размере невозвращенных сумм займа, процентов по договору, расходов на уплату государственной пошлины, присужденных вышеуказанным решением суда.

В силу статьи 98 ГПК РФ с ответчика в пользу истца также подлежат взысканию в солидарном порядке расходы по уплате государственной пошлины.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-198 ГПК РФ, суд

решил:

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 убытки в виде суммы займа по договору НОМЕР от ДАТА и договору НОМЕР от ДАТАг. в общем размере 151 000 руб., процентов за пользование займом на ДАТА в размере 2 808,32 руб., а также расходов по уплате государственной пошлины в размере 4 476 руб., возврат государственной пошлины в размере 4 366 руб.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд ЧР в течение одного месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Председательствующий: судья Мамуткина О.Ф.

Решение принято в окончательной форме ДАТАг.

Решение20.01.2023