УИД 11RS0001-01-2022-003440-23 дело № 33а-6609/2023

(дело в суде первой инстанции № 2а-41/2023)

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Судебная коллегия по административным делам Верховного Суда Республики Коми в составе председательствующего Колесниковой Д.А.,

судей Баранова А.Н., Пешкина А.Г.,

при секретаре судебного заседания Розовой А.Г.,

рассмотрев в открытом судебном заседании 31 июля 2023 года в городе Сыктывкаре Республики Коми административное дело по апелляционной жалобе административных ответчиков ФСИН России, УФСИН России по Республике Коми и ФКУЗ МСЧ-11 ФСИН России на решение Сыктывкарского городского суда Республики Коми от 04 апреля 2023 года по административному делу по административному иску ФИО1 к ФКУЗ МСЧ-11 ФСИН России, ФСИН России, УФСИН России по Республике Коми, ФКУ ИК-1 УФСИН России по Республике Коми о признании действий незаконными, взыскании компенсации за ненадлежащее оказание медицинской помощи, обязании провести обследование, лечение, направить на медико-социальную экспертизу, предоставить продуктовую передачу.

Заслушав доклад материалов административного дела судьи Колесниковой Д.А., судебная коллегия по административным делам

установила:

ФИО1 обратился в Сыктывкарский городской суд Республики Коми с административным исковым заявлением к ФКУЗ МСЧ-11 ФСИН России, УФСИН России по Республике Коми, ФСИН России о признании действий незаконными, взыскании компенсации за ненадлежащее оказание медицинской помощи в размере ... рублей, обязании провести обследование, лечение, направить на медико-социальную экспертизу, предоставить продуктовую передачу. В обоснование заявленных требований указал, что, находясь в местах лишения свободы, имел заболевание «... при наличии которого ему не оказывалась надлежащая медицинская помощь, не забирались анализы, хотя истец сообщал врачам о наличии заболевания .... С 2016 года был отправлен отбывать наказание в ФКУ ИК-1 УФСИН России по Республике Коми. В 2021 году установлен диагноз ..., при этом регулярные клинические лабораторные обследования по ... ..., а также инструментальные методы обследования в отношении истца не производились. Также указывает, что обращался в медицинскую часть исправительного учреждения с заявлением о направлении его на медико-социальную экспертизу, в чём ему было отказано. Кроме того, в исковом заявлении ссылался на непредоставление возможности получения продуктовой передачи, а также отсутствие возможности питаться по специализированной диете, назначенной врачом стоматологом в виде протёртого стола. Полагая, что данные обстоятельства свидетельствуют о ненадлежащем оказании медицинских услуг, административный истец просит взыскать в его пользу денежную компенсацию в размере ... рублей.

Судом первой инстанции к участию в деле в качестве административного соответчика привлечено ФКУ ИК-1 УФСИН России по Республике Коми.

По итогам рассмотрения дела Сыктывкарским городским судом Республики Коми 04 апреля 2023 года постановлено решение, в соответствии с которым административное исковое заявление ФИО1 удовлетворено частично. Признаны незаконными действия (бездействие) ФКУЗ МСЧ-11 ФСИН России, выразившиеся в ненадлежащем оказании медицинской помощи ФИО1 С Российской Федерации в лице ФСИН России за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 взыскана компенсация за ненадлежащее оказание медицинских услуг в размере 15 000 рублей. В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФКУЗ МСЧ-11 ФСИН России, УФСИН России по Республике Коми, ФКУ ИК-1 УФСИН России по Республике Коми о взыскании компенсации за ненадлежащее оказание медицинской помощи, к ФСИН России, ФКУ ИК-1 УФСИН России по Республике Коми, УФСИН России по Республике Коми о признании действий незаконными отказано.

Не соглашаясь с постановленным судебным актом, административные ответчики ФСИН России, УФСИН России по Республике Коми, ФКУЗ МСЧ-11 ФСИН России обратились в Верховный Суд Республики Коми с апелляционной жалобой, в которой, требуя отмены решения суда и принятия по делу нового решения об отказе в удовлетворении требований иска в полном объеме, ссылаются на неверное применение судом первой инстанции норм материального права, определяющих в рамках рассматриваемых правоотношений необходимость установления причинно-следственной связи между виновным поведением стороны ответчика и наступившими последствиями в виде вреда, что оставлено судом первой инстанции без внимания. Поскольку в рамках проведенной судебной медицинской экспертизы эксперты пришли к выводу о том, что выявленные дефекты оказания медицинской помощи ФИО1 по заболеванию «... С»», выразившиеся в непроведении своевременной диагностики заболевания и обследования в полном объеме, что не привело к неблагоприятным последствиям для здоровья истца, ухудшения состояния его здоровья и иных осложнений не выявлено, постольку у суда первой инстанции отсутствовали основания для взыскания компенсации за надлежащее оказание лишенному свободы лицу медицинской помощи, размер которой определен без учета принципа разумности и справедливости, чрезмерно завышен и несоразмерен фактическим обстоятельствам административного дела. Также, в случае признания судом апелляционной инстанции оснований для удовлетворения иска, с учетом требований разумности и законности, просила снизить сумму взысканной компенсации до 1 500 рублей.

Возражений доводам апелляционной жалобы административных ответчиков материалы дела не содержат.

Административный истец ФИО1, надлежащим образом извещенный о времени и месте судебного заседания, в судебное заседание не явился, об отложении рассмотрения дела не ходатайствовал.

Иные лица, участвующие в рассмотрении дела, надлежащим образом извещенные о месте и времени рассмотрения апелляционной жалобы, участие своих представителей в судебном заседании суда апелляционной инстанции не обеспечили.

Согласно статьям 150 (часть 2), 226 (часть 6), 307 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации неявка лиц, участвующих в деле, извещенных о времени и месте рассмотрения дела, и не представивших доказательства уважительности своей неявки, не является препятствием к разбирательству дела в суде апелляционной инстанции, судебная коллегия полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив законность и обоснованность постановленного решения по правилам статьи 308 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации в полном объеме, судебная коллегия по административным делам не усматривает оснований для отмены правильного решения суда.

В силу части 2 статьи 21 Конституции Российской Федерации и статьи 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.

Частью 2 статьи 10 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации при исполнении наказаний осужденным гарантированы права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации.

Возможность ограничения федеральным законом прав человека и гражданина как средства защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства регламентирована в статье 55 Конституции Российской Федерации.

Согласно статье 4 Федерального закона от 21 ноября 2011 года №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», основными принципами охраны здоровья являются: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; социальная защищенность граждан в случае утраты здоровья; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья и др.

В силу статьи 10 Федерального закона Российской Федерации от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», доступность и качество медицинской помощи обеспечиваются, в том числе: применением порядков оказания медицинской помощи и стандартов медицинской помощи; предоставлением медицинской организацией гарантированного объема медицинской помощи в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи.

Согласно статье 11 приведенного Федерального закона Российской Федерации от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ отказ в оказании медицинской помощи в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи и взимание платы за ее оказание медицинской организацией, участвующей в реализации этой программы, и медицинскими работниками такой медицинской организации не допускаются.

Также в силу статьи 19 Федерального закона Российской Федерации от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ каждый имеет право на медицинскую помощь. Каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи.

Согласно статье 37 Федерального закона Российской Федерации от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» медицинская помощь организуется и оказывается в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями, а также на основе стандартов медицинской помощи, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации. Порядки оказания медицинской помощи и стандарты медицинской помощи утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти. Назначение и применение лекарственных препаратов, медицинских изделий и специализированных продуктов лечебного питания, не входящих в соответствующий стандарт медицинской помощи, допускаются в случае наличия медицинских показаний (индивидуальной непереносимости, по жизненным показаниям) по решению врачебной комиссии (части 1, 2, 5).

В соответствии с частью 2 статьи 70 указанного Федерального закона Российской Федерации от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ лечащий врач организует своевременное квалифицированное обследование и лечение пациента, предоставляет информацию о состоянии его здоровья, по требованию пациента или его законного представителя приглашает для консультаций врачей-специалистов, при необходимости созывает консилиум врачей для целей, установленных частью 4 статьи 47 настоящего Федерального закона. Рекомендации консультантов реализуются только по согласованию с лечащим врачом, за исключением случаев оказания экстренной медицинской помощи.

Право осужденных, отбывающих наказание в виде лишения свободы, на охрану здоровья, включая оказание медицинской помощи, закреплено статьёй 26 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», а также частью 6 статьи 12 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 4 статьи 13 Закона Российской Федерации от 21 июля 1993 года № 5473-1 «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы» учреждения, исполняющие наказания, обязаны обеспечивать охрану здоровья осужденных.

Согласно статье 101 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации лечебно-профилактическая и санитарно-профилактическая помощь осужденным к лишению свободы организуется и предоставляется в соответствии с Правилами внутреннего распорядка исправительных учреждений и законодательством Российской Федерации.

В уголовно-исполнительной системе для медицинского обслуживания осужденных организуются лечебно-профилактические учреждения (больницы, специальные психиатрические и туберкулезные больницы) и медицинские части.

Порядок оказания осужденным медицинской помощи, организации и проведения санитарного надзора, использования лечебно-профилактических и санитарно-профилактических учреждений органов здравоохранения и привлечения для этих целей их медицинского персонала устанавливается законодательством Российской Федерации, нормативными правовыми актами федерального органа исполнительной власти, осуществляющего функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере исполнения уголовных наказаний, и федерального органа исполнительной власти, осуществляющего функции по выработке государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере здравоохранения.

Судом первой инстанции установлено, что ФИО1 в период с <Дата обезличена> содержался в ФКУ ИК-22 УФСИН России по <Адрес обезличен>, с <Дата обезличена> по <Дата обезличена>, а также с <Дата обезличена> по <Дата обезличена> отбывал наказание в ФКУ ИК-1 УФСИН России по <Адрес обезличен>, в период с <Дата обезличена> по <Дата обезличена> убывал на лечение в ФКЛУБ-18 УФСИН России по <Адрес обезличен>.

Медицинское обслуживание исправительных учреждений Республики Коми осуществляет ФКУЗ МСЧ-11 ФСИН России.

В рассматриваемый период спорных правоотношений действовал Порядок оказания медицинской помощи лицам, заключенным под стражу или отбывающим наказание в виде лишения свободы, регламентируемый Приказом Минюста России от 28 декабря 2017 года <Номер обезличен>, согласно пункту 2 которого оказание медицинской помощи лицам, заключенным под стражу, или осужденным осуществляется структурными подразделениями (филиалами) медицинских организаций, подведомственных ФСИН России, и СИЗО УИС, подчиненных непосредственно ФСИН России (далее - медицинские организации УИС), а при невозможности оказания медицинской помощи в медицинских организациях УИС - в иных медицинских организациях государственной и муниципальной системы здравоохранения.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 17 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания», при рассмотрении административных дел, связанных с непредоставлением или ненадлежащим оказанием лишенному свободы лицу медицинской помощи, судам с учетом конституционного права на охрану здоровья и медицинскую помощь следует принимать во внимание законодательство об охране здоровья граждан, а также исходить из того, что качество необходимого медицинского обслуживания, предоставляемого в местах принудительного содержания, должно быть надлежащего уровня с учетом режима мест принудительного содержания и соответствовать порядкам оказания медицинской помощи, обязательным для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями, и стандартам медицинской помощи (статья 41 Конституции Российской Федерации, статья 4, части 2, 4 и 7 статьи 26, часть 1 статьи 37, часть 1 статьи 80 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Суд, оценивая соответствие медицинского обслуживания лишенных свободы лиц установленным требованиям, с учетом принципов охраны здоровья граждан может принимать во внимание, в частности, доступность такого обслуживания (обеспеченность лекарственными препаратами с надлежащими сроками годности), своевременность, правильность диагностики, тождественность оказания медицинской помощи состоянию здоровья, лечебную и профилактическую направленность, последовательность, регулярность и непрерывность лечения, конфиденциальность, информированность пациента, документированность, профессиональную компетентность медицинских работников, обеспечение лишенного свободы лица техническими средствами реабилитации и услугами, предусмотренными индивидуальной программой реабилитации или реабилитации инвалида (статья 4 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», часть 7 статьи 101 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации).

В целях определения наличия у Задеева Н..А. заболевания «...» при его поступлении в ФКУ ИК-1 УФСИН России по Республике Коми (с сентября 2016 года), своевременности и надлежащего (ненадлежащего) оказания административному истцу медицинской помощи в связи с имеющимися у него заболеваниями, а также для установления недостатков в оказании медицинской помощи и наличия причинно-следственной связи между действиями ответчика и наступившими неблагоприятными последствиями определением суда первой инстанции от 14 апреля 2022 года назначена судебно-медицинская экспертиза.

Согласно выводам комиссионной судебно-медицинской экспертизы <Номер обезличен> (п), проведенной на основании данных представленной медицинской документации, установлено, что на дату поступления ФИО1 в ФКУ ИК-1 УФСИН России по Республике Коми (27 сентября 2016 года) заболевание «... установлено не было.

Одновременно экспертами отмечено, что истец относится к контингенту лиц, подлежащих обязательному обследованию на ... .... ... должны были быть проведены истцу при поступлении в исправительное учреждение (то есть 27 сентября 2016 года). Вместе с тем, впервые исследование на маркеры ... было проведено истцу через 3 года после поступления в пенитенциарное учреждение, то есть 22 ноября 2019 года, получен положительный результат на антитела к ... После получения положительного результата подтверждающее исследование должно было быть проведено в течение 14 суток, фактически же проведено через 1,5 месяца (13 января 2020 года).

Экспертная комиссия пришла к выводу, что имели место несвоевременное обследование пациента и диагностика заболевания «...» при поступлении в исправительное учреждение. Также установлено, что с момента подтверждения истцу диагноза «...», то есть с 13 января 2020 года в течение 3 дней он должен был быть направлен врачом или медицинским персоналом, назначившим обследование, к врачу-инфекционисту. Однако инфекционистом осмотрен однократно через 1,5 месяца 29 февраля 2020 года.

Экспертами отмечено, что в настоящее время разработан Стандарт оказания медицинской помощи при ... только при наличии обострения заболевания. В медицинской документации на момент нахождения истца в исправительных учреждениях УФСИН России по Республике Коми объективных клинико-лабораторных признаков обострения со стороны печени и желчевыводящих путей не зафиксировано, таким образом, вышеуказанный Стандарт оказания медицинской помощи в данной клинической ситуации не применим.

Экспертной комиссией также установлено, что клинико-биохимических признаков неблагоприятных последствий ВГС у административного истца не выявлено (биохимическое исследование крови от 20 февраля, 01 июня, 17 декабря 2020 года и 04 марта 2021 года в норме.) Признаки ... в представленной медицинской документации не описаны. Отмечено, что все больные с ... подлежат диспансерному наблюдению в медицинских организациях по месту жительства, в данном случае, по месту отбывания наказания. Объем обследования в рамках диспансерного наблюдения нормативными документами не установлен, и определяется лечащим врачом. Определение объема и периодичности выполнения диагностических мероприятий, а также определения необходимого конкретному пациенту лечения не входит в компетенцию судебно-медицинской экспертной комиссии.

Эксперты пришли к выводу, что, несмотря на выявленные дефекты оказания медицинской помощи в части несвоевременного обследования пациента, объективных признаков ухудшения состояния здоровья ФИО1 за период с 27 сентября 2016 года по день подачи искового заявления не выявлено: состояние пациента соответствует характеру и тяжести имеющихся хронических заболеваний, выявленные дефекты оказания медицинской помощи не повлекли за собой развития каких-либо осложнений, новых заболеваний и состояний, следовательно, неблагоприятные последствия для здоровья истца не наступили, поэтому степень тяжести вреда здоровью оценке не подлежит в связи с отсутствием сущности вреда.

В целях установления заболеваний истца и качества оказания истцу медицинских услуг в период отбытия наказания с 2012 года по сентябрь 2016 года определением суда первой инстанции от 18 октября 2022 года по делу назначена дополнительная судебно-медицинская экспертиза.

Из заключения эксперта <Номер обезличен> (п) следует, что на дату поступления ФИО2 в исправительное учреждение ФКУ ИК-22 УФСИН России по Республике Коми (06 июля 2012 года) заболевание «...» установлено не было.

В заключении отмечено, что истец относится к контингенту лиц, подлежащих обязательному обследованию на ... должны были быть проведены истцу при поступлении в исправительное учреждение (то есть 06 июля 2012 года).

Вместе с тем, установлено, что впервые исследование на маркеры ... было проведено истцу через 7 лет после поступления в пенитенциарное учреждение, то есть 22 ноября 2019 года, в результате которого получен положительный результат на антитела к ....

Экспертной комиссией заключено, что за период амбулаторного наблюдения у ФИО1 не выявлено признаков обострения .... В настоящее время «Стандарт...» медицинской помощи в амбулаторных условиях при ... вне обострения не разработан, действующий «Стандарт...» действует только в случаях обострения заболевания и в данном случае неприменим.

Эксперты пришли к выводу, что, несмотря на выявленные дефекты оказания медицинской помощи в части обследования пациента, объективных признаков ухудшения состояния здоровья ФИО1 за период с 06 июля 2012 года по 27 сентября 2016 года не выявлено: состояние пациента соответствует характеру и тяжести имеющихся хронических заболеваний, выявленные дефекты оказания медицинской помощи не повлекли за собой развития каких-либо осложнений, новых заболеваний и состояний; признаки портальной ... в представленной медицинской документации не зафиксированы, следовательно, неблагоприятные последствия для здоровья истца не наступили, поэтому степень тяжести вреда здоровью оценке не подлежит в связи с отсутствием сущности вреда.

Оценив установленные по делу обстоятельства применительно к приведенным нормам права, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что в период отбывания административным истцом наказания в виде лишения свободы ФКУЗ МСЧ-11 ФСИН России ему оказана медицинская помощь по имеющемуся заболеванию с нарушением действующего порядка оказания медицинской помощи, что неизбежно причинило истцу физические и нравственные страдания, связанные с болью, переживаниями за здоровье.

Установив, что медицинская помощь ФИО1 была оказана не в полном объеме, а равно ненадлежащим образом, что выразилось в несвоевременном обследовании административного истца и диагностике заболевания «...», суд первой инстанции правомерно признал действия (бездействие) ФКУЗ МСЧ-11 ФСИН России в части ненадлежащего оказания медицинских услуг ФИО1 незаконными и посчитал правильным присудить истцу компенсацию за ненадлежащие условия содержания.

Такие выводы суда первой инстанции судебная коллегия признает правильными, поскольку нарушение прав ФИО1 на своевременное обследование и диагностику заболевания свидетельствует о незаконности действий (бездействия) ФКУЗ МСЧ-11 ФСИН России в части ненадлежащего оказания медицинских услуг ФИО1 и подразумевает наличие у него нравственных и физических страданий.

Разрешая спорные правоотношения в части оказания медицинской помощи, суд первой инстанции дал надлежащую оценку компетенции административных ответчиков по оказанию медицинской помощи, проверил представленные административными ответчиками доказательства в подтверждение отсутствия с их стороны бездействия в виде неоказания требуемой медицинской помощи и с учетом выводов, к которым пришли эксперты, пришел к правомерному выводу о ненадлежащем оказании медицинской помощи ФИО1, достоверная оценка которому может быть дана только специалистами, какими в данном случае выступали в рамках проведенной судебной экспертизы врачи-эксперты.

Судебная коллегия не находит оснований ставить под сомнение достоверность заключений судебных экспертиз, положенных в основу своего решения судом первой инстанции, поскольку они подготовлены в соответствии с требованиями действующих норм и правил, компетентными специалистами в соответствующей области знаний, при даче заключений приняты во внимание имеющиеся в материалах дела документы, проведенный экспертный анализ основан на специальной литературе, даны ответы на поставленные судом вопросы.

У суда первой инстанции отсутствовали основания ставить под сомнение выводы экспертов, изложенные в заключениях, поскольку экспертизы проведены с соблюдением установленного процессуального порядка лицами, обладающими специальными познаниями для разрешения поставленных перед ними вопросов. Экспертному исследованию был подвергнут необходимый и достаточный материал, методы, использованные при экспертном исследовании, и сделанные на основе исследования выводы обоснованы. Эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации. Выводы экспертов являются ясными и понятными.

Выводы суда о допущенном нарушении права ФИО1 на охрану здоровья ненадлежащей медицинской помощью, выразившемся в несвоевременном обследовании административного истца и диагностике заболевания «Хронический вирусный гепатит С», иными доказательствами не опровергнуты.

Разрешая административные исковые требования ФИО1 в части ненаправления истца на медико-социальную экспертизу, суд первой инстанции исходил из следующего.

Согласно данным медицинской карты амбулаторного больного на имя ФИО1, последним 08 сентября 2021 года на имя начальника ФКУЗ МСЧ-11 ФСИН России подписано согласие на госпитализацию в терапевтическое отделение филиала «Больница» ФКУЗ МСЧ-11.

Как следует из выписки из амбулаторной карты ФИО1, 08 сентября 2021 года врачом-терапевтом филиала МЧ-1 сделан запрос в филиал «Больница» с целью согласования госпитализации осуждённого ФИО1 в терапевтическое отделение для предоставления на МСЭ с диагнозом «...». Врачом-терапевтом филиала МЧ-1 29 сентября 2021 года сделан повторный запрос в филиал «Больница» с целью согласования госпитализации осуждённого ФИО1 в терапевтическое отделение для предоставления на медико-социальную экспертизу с диагнозом «...». Далее, 03 ноября 2021 года врачом-терапевтом филиала МЧ-1 вновь сделан запрос в филиал «Больница» с целью согласования госпитализации осуждённого ФИО1 в терапевтическое отделение для предоставления на медико-социальную экспертизу с диагнозом «...». Из филиала «Больница» 07 ноября 2021 года получен ответ о возможности госпитализации осужденного ФИО1 в терапевтическое отделение в период с 01 по 15 апреля 2022 года. Однако в указанный период осуждённый ФИО1 отказался от госпитализации по семейным обстоятельствам. После 15 апреля 2022 года ФИО1 повторное согласие на госпитализацию в больницу для предоставления на медико-социальную экспертизу не давал, в связи с чем, повторный запрос после указанной даты не направлялся.

В силу части 6 статьи 101 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации порядок и сроки направления на освидетельствование и переосвидетельствование осужденных, являющихся инвалидами и находящихся в исправительных учреждениях, подачи указанными лицами заявлений на проведение освидетельствования или переосвидетельствования, обжалования решения федерального учреждения медико-социальной экспертизы, а также порядок организации охраны и надзора за осужденными, находящимися в исправительных учреждениях, при проведении их освидетельствования или переосвидетельствования в федеральных учреждениях медико-социальной экспертизы определяется федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере исполнения уголовных наказаний, по согласованию с федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере социальной защиты населения.

Порядок и сроки направления на освидетельствование и переосвидетельствование осужденных, являющихся инвалидами и находящихся в исправительных учреждениях, подачи указанными лицами заявлений на проведение освидетельствования или переосвидетельствования, обжалования решения федерального учреждения медико-социальной экспертизы, а также порядок организации охраны и надзора за осужденными, находящимися в исправительных учреждениях, при проведении их освидетельствования или переосвидетельствования в федеральных учреждениях медико-социальной экспертизы (далее - Порядок) утверждены приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 2 октября 2015 года № 233.

Согласно пункту 3 Порядка осужденный направляется на медико-социальную экспертизу медицинской организацией уголовно-исполнительной системы либо органом, осуществляющим пенсионное обеспечение, либо органом социальной защиты населения.

В силу пункта 4 Порядка медицинская организация уголовно-исполнительной системы направляет осужденного на медико-социальную экспертизу после проведения необходимых диагностических, лечебных и реабилитационных мероприятий при наличии данных, подтверждающих стойкое расстройство функций организма, обусловленное заболеваниями, последствиями травм или дефектами.

В соответствии с пунктом 8 Порядка медико-социальная экспертиза проводится по заявлению осужденного (его законного представителя), которое подается в федеральное учреждение медико-социальной экспертизы через администрацию исправительного учреждения.

Суд первой инстанции, исходя из того, что каких-либо препятствий административному истцу со стороны администрации исправительного учреждения ФКУ ИК-1 УФСИН России по Республике Коми по направлению на госпитализацию для предоставления на медико-социальную экспертизу при производстве по делу установлено не было, пришел к обоснованному выводу об отсутствии оснований для удовлетворения требований иска в данной части.

Судебная коллегия также соглашается с выводами суда первой инстанции относительно доводов административного истца об обязании предоставить возможность получения продуктовой передачи.

Как следует из пункта 1 примечаний к Приложению № 5 к Приказу Министерства юстиции Российской Федерации от 17 сентября 2018 года <Номер обезличен> повышенная норма питания для больных, осужденных к лишению свободы, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, содержащихся в учреждениях Федеральной службы исполнения наказаний, на мирное время устанавливается следующим категориям лиц:

а) больные, находящиеся на стационарном лечении в учреждениях Федеральной службы исполнения наказаний;

б) больные, находящиеся на амбулаторном лечении по поводу язвенной болезни, злокачественных новообразований, дистрофии, авитаминоза, анемии, сахарного диабета;

в) больные ВИЧ-инфекцией вне зависимости от места содержания;

г) больные, наблюдающиеся по поводу туберкулеза 0, I, II, V групп диспансерного учета, вне зависимости от места содержания;

д) лица, наблюдающиеся по поводу туберкулеза III группы диспансерного учета, вне зависимости от места содержания;

е) лица, наблюдающиеся по поводу туберкулеза IV группы диспансерного учета, на период проведения химиотерапии вне зависимости от места содержания;

ж) больные сахарным диабетом вне зависимости от места содержания.

В соответствии с пунктом 151 Порядка организации питания осужденных, подозреваемых и обвиняемых, содержащихся в учреждениях уголовно-исполнительной системы, утвержденного приказом ФСИН России от 02 сентября 2016 года № 696, больным осужденным, подозреваемым и обвиняемым, страдающим болезнями, указанных в приложение к утвержденной Министерством юстиции Российской Федерации, повышенной норме питания, больных, выдается лечебное питание. Назначение на лечебное питание производится по заключению медицинского подразделения и приказа, издаваемого в учреждении УИС, на период нахождения больного на лечении.

Согласно статье 90 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации осуждённым к лишению свободы разрешается получение посылок, передач и бандеролей мужчинам - в количестве, установленном статьями 121, 123, 125 и 131 УИК РФ. Максимальный вес одной передачи или посылки не должен превышать 20 килограммов, одной бандероли - 5 килограммов. Больные осужденные, осужденные, являющиеся инвалидами первой или второй группы, могут получать дополнительные посылки и передачи в количестве и ассортименте, определяемых в соответствии с медицинским заключением. Порядок получения осужденными посылок, передач и бандеролей и порядок их досмотра определяются федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере исполнения уголовных наказаний.

Пунктом 104 Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений, утвержденных Приказом Минюста России от 16 декабря 2016 года № 295 предусмотрено, что больные осужденные, осужденные, являющиеся инвалидами первой или второй группы, могут получать дополнительные посылки и передачи в количестве и ассортименте, определяемом в соответствии с заключением врачебной комиссии или лечащего врача медицинского подразделения УИС.

Аналогичные требования содержатся в пункте 123 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений и Правил внутреннего распорядка исправительных центров уголовно-исполнительной системы, утвержденных приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 04 тюля 2022 года № 110, действующим в настоящее время.

Из представленной административным ответчиком справки, подписанной заместителем начальника - врачом ФКУЗ МСЧ-11 ФСИН России по Республике Коми, следует, что осуждённому ФИО1 28 мая 2020 года в связи с отсутствием большого количества зубов стоматологом филиала МЧ-1 ФКУЗ МСЧ-11 ФСИН России дана рекомендация по специализированному питанию в виде протёртого стола. Однако сведений об обращениях административного истца с заявлением к администрации ФКУ ИК-1 УФСИН России по Республике Коми у ФКУЗ МСЧ-11 ФСИН России о предоставлении возможности дополнительной посылки и передачи не имеется. Поскольку медицинские показания для получения дополнительных продуктовых посылок и передач у ФИО1 отсутствовали, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что права административного истца отказом в получении таких посылок нарушенные были, в связи с чем, отказал в удовлетворении требований иска в данной части.

Также суд первой инстанции, учитывая, что на момент рассмотрения настоящего административного дела административный истец освободился из мест лишения свободы, пришел к обоснованному выводу о том, что оснований для удовлетворения административного искового заявления в части возложения обязанности на ответчика в установленный срок провести в отношении ФИО1 надлежащее медицинское обследование и назначить медицинское лечение, не имеется.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции, поскольку они являются верными, основанными на фактических обстоятельствах дела, на всестороннем, полном и объективном исследовании имеющихся в деле доказательств, получивших надлежащую правовую оценку в соответствии с требованиями статей 62 и 84 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, а также на нормах действующего законодательства с учетом разъяснений высшей судебной инстанции Российской Федерации.

Доводы апелляционной жалобы административных ответчиков о том, что взысканный размер компенсации является завышенным и несоразмерен фактическим обстоятельствам административного дела, подлежат отклонению, поскольку определяя размер компенсации за ненадлежащее оказание лишенному свободы лицу медицинской помощи, суд принял во внимание характер допущенного административным ответчиком нарушения и перенесенных в связи с этим страданий административного истца, его продолжительность и последствия и, исходя из принципов разумности и справедливости, определил к взысканию в пользу последнего сумму, равную 15 000 рублей.

Оснований полагать размер указанной компенсации не отвечающим требованиям разумности и справедливости, не способствующим восстановлению нарушенных в результате ненадлежащих условий содержания в исправительном учреждении прав административного истца, суд апелляционной инстанции не находит.

Судом первой инстанции по настоящему спору учтены все предусмотренные законом критерии определения размера компенсации и заслуживающие внимания обстоятельства, а также требования разумности и справедливости. По доводам жалобы несоответствия компенсации, взысканной в пользу административного истца, установленным законом критериям ее определения, в том числе требованиям разумности и справедливости, не усматривается.

Настаивая на отмене судебного постановления по мотивам неустановления причинно-следственной связи между виновным поведением стороны ответчика и наступившими последствиями в виде вреда, податели апелляционной жалобы не учитывают следующее.

В силу пункта 2 части 2 статьи 1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации суды в порядке, предусмотренном этим кодексом, рассматривают и разрешают подведомственные им административные дела о защите нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов граждан, возникающие из административных и иных публичных правоотношений, в том числе административные дела об оспаривании бездействия органов государственной власти, органов местного самоуправления, должностных лиц, государственных и муниципальных служащих.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в абзаце 4 пункта 1 постановления от 27 сентября 2016 года № 36 «О некоторых вопросах применения судами Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации» разъяснил, что к административным делам, рассматриваемым по правилам Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, относятся дела, возникающие из правоотношений, не основанных на равенстве, автономии воли и имущественной самостоятельности их участников, в рамках которых один из участников правоотношений реализует административные и иные публично-властные полномочия по исполнению и применению законов и подзаконных актов по отношению к другому участнику.

Как указывалось выше, задачами уголовно-исполнительного законодательства Российской Федерации являются регулирование порядка и условий исполнения и отбывания наказаний, определение средств исправления осужденных, охрана их прав, свобод и законных интересов, оказание осужденным помощи в социальной адаптации (часть 2 статьи 1 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации).

На момент рассмотрения настоящего дела действует статья 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, устанавливающая особенности рассмотрения требований о присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей, содержания в исправительных учреждениях введенная в действие с 27 января 2020 года Федеральным законом от 27 декабря 2019 года № 494-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» в главу 22 названного Кодекса, регламентирующую производство по административным делам об оспаривании решений, действий (бездействия) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями.

По общему правилу процессуального законодательства судопроизводство ведется в соответствии с федеральными законами, действующими во время рассмотрения и разрешения дела, совершения отдельных процессуальных действий (часть 3 статьи 1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, часть 5 статьи 2 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации).

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания», под условиями содержания лишенных свободы лиц следует понимать условия, в которых с учетом установленной законом совокупности требований и ограничений (далее - режим мест принудительного содержания) реализуются закрепленные Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами Российской Федерации, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации права и обязанности указанных лиц, в том числе право на личную безопасность и охрану здоровья.

В силу статьи 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условием содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном главой 22 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством РФ и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.

Согласно статье 12.1 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации лицо, осужденное к лишению свободы и отбывающее наказание в исправительном учреждении, в случае нарушения условий его содержания в исправительном учреждении, предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации, имеет право обратиться в суд в порядке, установленном Кодексом административного судопроизводства Российской Федерации, с административным исковым заявлением к Российской Федерации о присуждении за счет казны Российской Федерации компенсации за такое нарушение.

Компенсация за нарушение условий содержания осужденного в исправительном учреждении присуждается исходя из требований заявителя, с учетом фактических обстоятельств допущенных нарушений, их продолжительности и последствий и не зависит от наличия либо отсутствия вины органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих.

Судебная коллегия полагает, что доводы апелляционной жалобы сторон по делу сводятся к несогласию с выводами городского суда и не содержат фактов, которые не были проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного решения либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными, основанными на неправильном применении норм материального и процессуального права, и не могут служить основанием для отмены решения городского суда.

Судом первой инстанции обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения административного дела, определены верно, нарушения норм процессуального права при распределении бремени доказывания допущено не было.

Учитывая изложенное, судебная коллегия находит решение суда правильным, оснований, предусмотренных статьей 310 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации для отмены или изменения решения и удовлетворения апелляционной жалобы, не усматривает.

Руководствуясь статьёй 309 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, судебная коллегия по административным делам

определила:

решение Сыктывкарского городского суда Республики Коми от 04 апреля 2023 года оставить без изменения, апелляционную жалобу административных ответчиков ФСИН России, УФСИН России по Республике Коми и ФКУЗ МСЧ-11 ФСИН России – без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Третий кассационный суд общей юрисдикции путем подачи кассационной жалобы через суд первой инстанции в течение шести месяцев, который начинает исчисляться на следующий день после принятия апелляционного определения, из которого исключается срок составления мотивированного определения суда апелляционной инстанции.

Председательствующий –

Судьи: