Дело №
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
21 июня 2022 года
Пермский районный суд в составе:
Председательствующего судьи Овчинниковой Е.В.,
при секретаре ФИО6,
с участием законного представителя ФИО2 – ФИО5, представителя ответчиков ФИО4 и ФИО3 – ФИО12 по доверенности, третьего лица ФИО5,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО2 к ответчикам ФИО3, ФИО4 о признании недействительной сделки по отчуждению в в собственность ФИО3, применении последствий недействительности сделки,
установил:
ФИО2 обратился в суд с исковым заявлением к ответчикам ФИО3, ФИО4 о признании недействительной сделки по отчуждению в в собственность ФИО1; применении последствий недействительности сделки.
В обосновании заявленных требований указано, что в 2020 году ФИО3 ограничил доступ истцу в квартиру, расположенную по адресу: которой он проживал и был зарегистрирован со своей мамой и бабушкой ФИО4, и был вселен в указанную квартиру в 2017 году как член семьи. Истец узнал, что ДД.ММ.ГГГГ между ФИО3 и ФИО4 был заключен договор дарения на указанную квартиру. ФИО4 почти 90 лет, она инвалид 2 группы, она плохо понимает что происходит, плохо передвигается, плохо слышит, страдает многими хроническими заболеваниями, в том числе гипертонией, в 2017 году перенесла операцию под наркозом. На протяжении последних 4-х лет ФИО4 практически утратила возможность ухаживать за собой, замедлилась ее реакция на происходящие события, она резко ограничила свое общение с людьми. С апреля 2020 года состояние ФИО4 заметно ухудшилось, поведение стало неадекватным, стали характерны резкие перепады настроения, могла несколько дней отказываться от еды, стала забываться, заговариваться, перестала узнавать знакомых людей, путала их, не могла самостоятельно принимать лекарства. Ей необходим был постоянный уход и контроль за ней, она не могла себя обслуживать и контролировать. Первоначально помощь и уход за ФИО4 осуществляла ФИО5, затем вынуждена была прибегнуть к помощи сиделки. ФИО3 общался с сестрой ФИО4 крайне редко, до последнего времени не принимал участия в жизни сестры, был за нее спокоен, так как знал, что она проживает с ФИО5 Узнав об ухудшении состояния ее здоровья, ФИО3 приехал в помочь в уходе, позднее забота о сестре вылилась в ее полную изоляцию от окружающих включая сиделку. В сентябре 2020 года ФИО3 забрал ФИО4 в , не сообщив ничего никому. Истец полагает, что появившийся в этот период времени договор дарения не является свободным и осознанным волеизъявлением ФИО4, считает, что она подписала его под влиянием брата. Подписание договора дарения квартиры было вызвано расстройством её эмоцонально-волевой сферы, исходя из состояния её здоровья летом 2020 года, ФИО4 заключила сделку не осознавая ее существа, под прессингом ФИО3 ФИО4 изолирована от всех родных и близких, семья ФИО3 пресекает возможность любого общения с ней родственников и друзей, у нее нет в собственности своего жилья, она находится в полной зависимости от брата. Совершенная сделка по отчуждению спорной квартиры привела к нарушению законных прав и интересов истца, у которого возникло право на проживание в спорной квартире. В договоре на отчуждение квартиры должны быть указаны лица, которые сохраняют право на проживание в жилом помещении при переходе права собственности на жилье к иному лицу. Истец предполагает, что оформляя квартиру ФИО4 на себя в дар, осознавал беспомощное состояние своей сестры, понимал, что в силу имеющегося у нее расстройства эмоционально – волевой сферы, ФИО4 на момент заключения сделки по отчуждению ему своей квартиры не была способна понимать значение своих действий и руководить ими. Считает, что ФИО4 было непонятно содержание подписываемых ей документов, а также какие последствия повлекло их подписание. На основании изложенного просит признать договор дарения квартиры недействительной сделкой и применить последствия недействительной сделки.
Определением Кудымкарского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ гражданское дело по иску ФИО2 к ФИО3, ФИО4 о признании договора дарения квартиры недействительным, применении последствий недействительности сделки передано по подсудности в Пермский районный суд (л.д. 82-83).
Истец ФИО2 в судебном заседании участия не принимал, о дне судебного заседания извещен, представлены дополнительные письменные пояснения по заявленным требованиям.
Законный представитель истца ФИО2 и как третье лицо – ФИО5 в судебном заседании на заявленных требованиях настаивала, по доводам, изложенным в исковом заявлении. Также пояснила, что она была зарегистрирована в спорной квартире на основании явления ФИО4 в апреле-мае 2017 года, а в дальнейшем она зарегистрировала в данной квартире своего сына. С сентября 2020 года в спорной квартире она с сыном проживать не может, так как ФИО3 ограничен доступ в квартиру. В договоре дарения от ДД.ММ.ГГГГ не отражено, что ФИО5 и ФИО2 зарегистрированы в указанной квартире, что не соответствует действительности и является недобросовестным поведением со стороны ФИО3 Полагает, что права ее сына нарушены на проживание в данной квартире и пользование квартирой. До июня 2020 года сын проживал в этой квартире. Так же указала, что ФИО4 в силу своего возраста и юридической безграмотности не могла дать оценку последствиям своих действий при заключении договора дарения квартиры, не отражение всех условий сделки в письменном виде свидетельствует о несогласованности всех условий договора дарения и достаточного понимания со стороны ФИО4 значения совершенной сделки. Считает, что она как член семьи собственника жилого помещения может требовать устранения нарушений ее прав на жилое помещение в силу положений пункта 3 статьи 292 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Законный представитель истца ФИО2 – ФИО13 в судебное заседание не явился, направил письменные пояснения по делу.
Ответчики ФИО4 и ФИО3 в судебное заседание не явились, надлежащее извещены, направили в суд заявление о рассмотрении дела в их отсутствии.
Представитель ответчиков ФИО4 и ФИО3 – ФИО12 в судебном заседании с заявленными требованиями не согласилась пояснила, что ФИО4 ни когда не считала ФИО2 и ФИО5 членом совей семьи. Она зарегистрировала в свою квартиру ФИО5, а ФИО5 уже сама зарегистрировала своего сына ФИО7 Фактически ни ФИО7 ни ФИО5 не проживали в принадлежащей квартире ФИО4, а только приходили, навещали ФИО4, приносили продукты. Вещей истца в квартире не имелось. Состоялось решение суда по оспариванию сделки дарения данной квартиры по аналогичным основаниям, которое вступило в законную силу, что имеет значение для рассмотрения заявленных требований. Так же пояснила, что ФИО4 осознано заключила договор дарения квартиры.
Выслушав участников процесса, исследовав материалы гражданского дела, оценив фактические обстоятельства, исследовав представленные суду письменные доказательства в их совокупности и взаимосвязи, суд приходит к следующему.
Согласно ст. 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.
Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.
В соответствии со ст. 235 ГК РФ право собственности прекращается при отчуждении собственником своего имущества другим лицам, отказе собственника от права собственности, гибели или уничтожении имущества и при утрате права собственности на имущество в иных случаях, предусмотренных законом.
В соответствии со статьей 218 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки по отчуждению этого имущества.
Согласно п.2 ст. 292 ГК РФ следует, что переход права собственности на жилой дом или квартиру к другому лицу является основанием для прекращения права пользования жилым помещением членами семьи прежнего собственника, если иное не установлено законом.
Члены семьи собственника жилого помещения могут требовать устранения нарушений их прав на жилое помещение от любых лиц, включая собственника помещения.
В силу статьи 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.
Согласно пункту 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).
В силу пункта 2 статьи 166 ГК РФ требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.
Согласно статье 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.
Положениями пункта 1 статьи 177 ГК РФ предусмотрено, что сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.
Согласно пункту 1 статьи 420 ГК РФ договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.
Как следует из положений статьи 421 ГК РФ, граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.
Согласно пункту 1 статьи 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами в требуемой в подлежащих случаях форме достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для данного вида договоров, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.
Согласно пункту 1 статьи 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.
В силу пункта 3 статьи 574 ГК РФ договор дарения недвижимого имущества подлежит государственной регистрации.
Судом установлено, что квартира по адресу: принадлежала ФИО4 на основании договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, свидетельства о праве на наследство по закону от ДД.ММ.ГГГГ.
Из актовой записи о рождении ФИО13 от ДД.ММ.ГГГГ № следует, что его родителями являются ФИО13 и ФИО5 (ФИО14) Н.А. (л.д. 134).
ДД.ММ.ГГГГ на основании заявления ФИО4 ФИО5 зарегистрирована в квартире по адресу: . Затем ФИО5 обратилась с заявлением в отдел по вопросам миграции ОМВД России по о регистрации своего сына по адресу: . В дальнейшем ФИО2 был зарегистрирован по вышеуказанному адресу.
Согласно справке ООО «ДЕЗ» от ДД.ММ.ГГГГ в квартире по адресу: зарегистрированы ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (л.д. 98,99).
Из материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ между ФИО4 (даритель) и ФИО3 (одаряемый) заключен договор дарения квартиры, общей площадью 33,2 кв.м., расположенной по адресу: , согласно которому право собственности от дарителя к одаряемому переходит после государственной регистрации перехода к нему права собственности. В пункте 1.6 договора отражено, что квартира правами третьих лиц не обременена. Актом приема-передачи от ДД.ММ.ГГГГ квартира передана ФИО3 Договор дарения зарегистрирован в Управлении Росреестра по (л.д. 57-58,59).
Из материалов регистрационного дела на указанный объект недвижимости следует, что вышеуказанная сделка зарегистрирована Управлением Росреестра по , в том числе на основании подписанных заявлений ФИО3 и ФИО4
Согласно выписке из ЕГРН квартира с кадастровым номером 59:32:0680001:6379 принадлежит на праве собственности ФИО3 на основании договора дарения с (л.д. 16).
ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 составлено завещание, согласно которому все имущество, которое ко дню ее смерти окажется ей принадлежащим, где бы оно ни находилось и в чем бы не заключалось, она завещает ФИО8, ДД.ММ.ГГГГ г. удостоверено нотариусом нотариального округа ФИО9 (л.д. 68).
Согласно справке ГБУЗ ПК «вая клиническая психиатрическая больница» от ДД.ММ.ГГГГ ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ г.р., на диспансерном наблюдении по поводу психических расстройств не состоит, на момент осмотра без психических расстройств (л.д. 62).
Из справки психиатра от ДД.ММ.ГГГГ следует, что психическое состояние ФИО4 в сознании. Ориентирована в месте, знает, что находится под присмотром брата в , собственной личности ориентирована правильно, назвала полное имя, отчество, фамилию, во времени, дату назвала правильно, без подсказки. При осмотре моторно спокойна, сидит на кровати, читает корреспонденцию. Контакту доступна. Речь тихая, спокойная, в беседе проявляет активность, мышление в замедленном темпе, последовательное. Память грубо не нарушена. Психопродуктивной симптоматики на момент осмотра нет. Органическое поражение ГМ сосудистого генеза (ЦВБ, ГБ) с умеренно выраженным когнитивным снижением. Нуждается в уходе со стороны (л.д. 63).
Согласно справке врачебной комиссии № от ДД.ММ.ГГГГ ГБУЗ ПК «Больница », ФИО4 зарегистрированная и проживающая по адресу: , по состоянию своего здоровья является нетранспортабельной, принимать участие в судебном заседании лично не может (л.д. 64).
Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам вого суда от ДД.ММ.ГГГГ решение Пермского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ отменено, по делу принято новое решение, согласно которому ФИО5, ФИО10 признаны прекратившими право пользования жилым помещением, расположенным по адресу: . Решение является основанием для снятия ФИО5 и ФИО2 с регистрационного учета по адресу: .
Встречные требования ФИО5 к ФИО3, ФИО4 об устранении препятствий в пользовании квартирой по адресу: , передаче ключей от квартиры, восстановлении работы сантехнического оборудования и газовой плиты, признании недействительной сделки по отчуждению указанной квартиры в собственность ФИО3, применении последствий недействительности сделки оставить без удовлетворения.
ФИО2 заявлены требования о признании сделки дарения квартиры недействительной и применении последствий недействительности сделки. В обоснование заявленных требований приведены доводы о том, что договор дарения не является свободным и осознанным волеизъявлением ФИО4, которая не могла понимать значение своих действий в следствии расстройств эмоционально-волевой сферы; ФИО4 в силу своего возраста и юридической безграмотности не могла дать оценку последствиям своих действий при заключении договора дарения квартиры; как член семьи собственника жилого помещения ФИО2 может требовать устранения нарушений его прав на жилое помещение.
В соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
В соответствии с пунктом 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).
В силу статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.
Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.
Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия (абзац 1 и 2 пункта 2 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Из содержания пункта 78 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 25 "О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" следует, что требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо. Исходя из системного толкования пункта 1 статьи 1, пункта 3 статьи 166 и пункта 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации иск лица, не являющегося стороной ничтожной сделки, о применении последствий ее недействительности может также быть удовлетворен, если гражданским законодательством не установлен иной способ защиты права этого лица и его защита возможна лишь путем применения последствий недействительности ничтожной сделки. В исковом заявлении такого лица должно быть указано право (законный интерес), защита которого будет обеспечена в результате возврата каждой из сторон всего полученного по сделке.
Истец ФИО2 стороной оспариваемой сделки не является, соответственно, в силу закона, он должен доказать наличие охраняемого законом его интереса в признании сделки недействительной и применении последствий недействительности ничтожной сделки, а также отсутствие иного способа защиты его права.
Заинтересованным в судебной защите является лицо, имеющее законное право или охраняемый законом интерес, а предъявленный этим лицом иск выступает средством защиты его нарушенного права и законных интересов. Под заинтересованным лицом следует понимать лицо, имеющее юридически значимый интерес в данном деле. Такая юридическая заинтересованность может признаваться за участниками сделки либо за лицами, чьи права и законные интересы прямо нарушены оспариваемой сделкой. Критерием наличия заинтересованности является обусловленность защиты законного имущественного интереса признанием сделки недействительной. Лицом, имеющим право на оспаривание сделки, признаются не только ее непосредственные участники, но и иные лица, чьи имущественные права и охраняемые законом интересы прямо нарушены оспариваемой сделкой, и могут быть восстановлены в результате признания такой сделки недействительной. То есть лицо, не участвующее в договоре, и заявляющее иск о признании такого договора недействительным, должно подтвердить свое право на иск и доказать наличие материально-правового интереса в удовлетворении иска. Материально-правовой интерес в применении последствий недействительности сделки имеют лица, чьи имущественные права или охраняемые законом интересы будут непосредственно восстановлены в результате приведения сторон сделки в первоначальное положение.
Сделками признаются действия, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.
Предметом сделки дарения является безвозмездная передача вещи в собственность другой стороны. Речь в данном случае идет об отчуждении имущества, т.е. о реализации правомочий собственника вещи (в данном случае, правомочия на распоряжение вещью). В результате сделки дарения прекращается право собственности дарителя в отношении предмета сделки, тогда как у одаряемого, наоборот, возникает право собственности в отношении предмета дарения.
При этом учитывается положения статьи 209 ГК РФ о том, что только собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. То есть статья 209 ГК РФ предусматривает необходимость учитывать охраняемый законом интерес иного лица именно в связи с действиями собственника в отношении принадлежащего ему имущества.
Признание сделки дарения недействительной и применение последствий недействительности такой сделки выражается в возвращении имущества в собственность дарителя, то есть в восстановлении вещного права собственности дарителя в отношении предмета дарения.
Соответственно, законный интерес лица, оспаривающего сделку, в признании сделки дарения недействительной и применении последствий ее недействительности должен быть непосредственно связан с действиями собственника в отношении предмета сделки дарения. В результате оспаривания сделки должны восстанавливаться имущественные права лица, оспаривающего сделку.
Однако, истец ФИО2, имея регистрацию в спорной квартире, каких-либо имущественных прав в отношении спорной квартиры не приобрел, поскольку право пользования жилым помещением реализуется на условиях, предусмотренных жилищным законодательством (пункт 1 статьи 292 ГК РФ).
Действительно, в силу пункта 3 статьи 292 ГК РФ члены семьи собственника жилого помещения могут требовать устранения нарушений их прав на жилое помещение от любых лиц, включая собственника помещения.
Вместе с тем, указанная правовая норма не свидетельствует о том, что собственник жилого помещения, в котором проживают иные лица, не вправе распорядиться принадлежащим ему имуществом и осуществить его отчуждение по основаниям, предусмотренным законом, в том числе в результате сделки дарения. Действующее законодательство таких ограничений не содержит. Наоборот, собственник жилого помещения вправе подарить его иному лицу, независимо от того, как относятся к такой сделке лица, проживающие в жилом помещении. Вместе с тем, охраняемый законом интерес лица, оспаривающего сделку, как было указан выше, должен быть непосредственно связан с действиями собственника в отношении предмета сделки. При этом понятие охраняемого законом интереса в оспаривании сделки не тождественно понятию мотива к оспариванию сделки.
Пункт 3 статьи 292 ГК РФ предоставляет право требовать устранения нарушений прав на жилое помещение от любых лиц, включая собственника помещения. Речь в данном случае идет о реализации права пользования жилым помещением (о реализации жилищных прав), но не о реализации правомочий собственника имущества.
В данном случае, иск ФИО2 о признании сделки дарения недействительной направлен не на устранение нарушений его прав на жилое помещение, а затрагивает сферу имущественных интересов дарителя и одаряемого, что не предусмотрено нормой пункта 3 статьи 292 ГК РФ.
По сути, доводы исковых требований ФИО2 о том, что совершенная ФИО4 сделка по отчуждению квартиры привела к нарушению законных прав на проживание и пользование спорной квартиры. При этом ФИО2 указывает на нарушение его прав в результате действий ФИО4, т.е. в результате того, что собственником квартиры принято обоснованное решение об отчуждении этой квартиры иному лицу. Суд считает, что указанные доводы оспариваемой сделкой права ФИО2 не нарушают, поскольку самостоятельных прав на спорное жилое помещение он не имеет. Поэтому, факт нарушения оспариваемой сделкой прав ФИО2, подлежащих восстановлению путем признания недействительным договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ не доказан. Применение последствий недействительности сделки не может повлечь для ФИО2 каких-либо правовых последствий.
Действующее законодательство четко регламентирует правоотношения, связанные с реализацией жилищных прав лиц, проживающих в жилом помещении, в случае отчуждения права собственности на жилое помещение к иному лицу, а именно: переход права собственности на жилой дом или квартиру к другому лицу является основанием для прекращения права пользования жилым помещением членами семьи прежнего собственника.
Реализация ФИО4 и ФИО3 своих правомочий собственника жилого помещения является законным действием, при этом осуществление законных действий по распоряжению вещью (квартирой) не влечет нарушения прав ФИО2 в результате совершения таких действий, соответственно, отсутствуют основания для судебной защиты прав, которые не нарушены.
При этом регистрация его в спорной квартире не свидетельствует о наличии у него права на спорное жилое помещение. У ФИО2 не сохранилось право пользования спорной квартирой, поскольку произошел переход права собственности на квартиру к другому лицу, в данном случае ФИО3
Проживание истца в спорном жилом помещении, вытекает из его права пользования жилым помещением и не свидетельствует о сохранении за истцом права собственности на недвижимое имущество.
Таким образом, оснований для удовлетворения исковых требований ФИО2 о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки не имеется.
Как истец, так и его законный представитель ФИО5 заявляла неоднократно ходатайство о назначении по делу комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы в отношении ФИО4, в удовлетворении которого судом отказано. Факт нарушения оспариваемой сделкой прав и законных интересов ФИО2 не установлен, в связи с этим оснований для назначения по делу комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы у суда не имелось. Доводы о том, что ФИО4 заблуждалась относительно природы сделки дарения и не понимала ее правовых последствий являются неосновательными, поскольку в материалы дела представлены справки и копии из медицинской карты от врачей специалистов, которые осматривали ее как в период совершения сделки, так и после и не нашли существенных отклонений, которые давали бы повод усомниться в ее умственной недееспособности.
Представленное в материалы дела законным представителем истца заключение специалиста №-К от ДД.ММ.ГГГГ ООО «Независимой Консалтинговой Компании», где сделаны выводы о том, что подписи ФИО4, расположенные в договоре дарения от ДД.ММ.ГГГГ и в заявлении о рассмотрении дела в отсутствии ответчика от ДД.ММ.ГГГГ, выполнены, вероятно, в необычных естественных условиях с патологическими изменениями письма, которые могли быть образованы под воздействием «сбивающего» фактора – психопатолигического состояния в том числе заболевания головного мозга (органическое поражение ГМ сосудистого генеза) суд принять не может, поскольку данное заключение не делает выводов о не понимании ФИО4 своих действий по заключению договора дарения в ДД.ММ.ГГГГ.
Кроме того, требования ФИО5 об оспаривании сделки дарения от ДД.ММ.ГГГГ по аналогичным основаниям разрешены вым судом ДД.ММ.ГГГГ, данное определение вступило в законную силу.
Данным Апелляционным определением прекращено право ФИО5 и ФИО2 пользования жилым помещением по адресу: . Апелляционное определение вступило в законную силу. Поскольку право пользования жилым помещением у ФИО2 прекращено, по и права его не могут быть нарушены оспариваемой сделкой.
На основании вышеизложенного и руководствуясь ст. 194 - 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
решил:
Исковые требования ФИО2 к ответчикам ФИО3, ФИО4 о признании недействительной сделки по отчуждению в в собственность ФИО1, примени последствий недействительности оставить без удовлетворения.
На решение может быть подана апелляционная жалоба в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме, в вой суд, через Пермский районный суд .
Мотивированное решение составлено ДД.ММ.ГГГГ.
Судья:/подпись/
Копия верна
Судья Пермского районного суда: Е.В. Овчинникова
подлинник подшит
в гражданском деле №
Пермского районного суда
уникальный идентификатор дела
59RS0№-41