Дело № 2-402/2022
УИД 25RS0022-01-2022-000960-83
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
с. Покровка 7 ноября 2022 г.
Октябрьского округа
Приморского края
Октябрьский районный суд Приморского края в составе:
председательствующего судьи Севостьяновой Е.Н.,
при секретаре Слепченко Е.В.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Б.Е. к В.Р., С.А. о возмещении ущерба, причиненного дорожно – транспортным происшествием и компенсации морального вреда,
установил:
Истец Б.Е. обратился в суд с вышеуказанным иском к ответчикам В.Р. и С.А., в обоснование которого указал следующее.
08.06.2019 в районе <адрес> произошло дорожно – транспортное происшествие, в результате которого водитель автомашины марки «Тойота Сурф», государственный регистрационный знак №, совершил столкновение с автомашиной марки «Тойота Харриер», государственный регистрационный знак №, под управлением водителя Б.Е., а автомашина «Тойота Харриер», государственный регистрационный знак № соответственно совершила столкновение с автомашиной марки «Митсубиси Паджеро», государственный регистрационный знак №, под управлением водителя Г.И. Водитель автомашины марки «Тойота Сурф», государственный регистрационный знак №, скрылся с места ДТП. Истцу при дорожно – транспортном происшествии причинены телесные повреждения в виде ушиба мягких тканей головы и шеи, сотрясение головного мозга. ОГИБДД ОМВД России по г. Уссурийск по факту ДТП было возбуждено производство по материалу проверки, и в ходе оперативно – розыскных мероприятий установлено, что автомашиной «Тойота Сурф», государственный регистрационный знак № управлял С.А., а В.Р. является собственником данного автомобиля. 12.08.2019 ОГИБДД ОМВД России по г. Уссурийск вынесено постановление об окончании административного расследования по факту ДТП от 08.06.2019 и прекращении производства по делу в виду истечения сроков давности привлечения к административной ответственности. По сведениям, полученным от Российского Союза автостраховщиков Представительство в Дальневосточном федеральном округе, договор обязательного страхования автогражданской ответственности на автомашину «Тойота Сурф», государственный регистрационный знак № не заключался и отсутствуют в автоматизированной информационной системе обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств. Полагает, что, нарушая требования законодательства, собственник транспортного средства «Тойота Сурф» передал машину во владение ФИО1 образом, С.А. пользовался источником повышенной опасности без наличия законных на то оснований. За повреждение автомашины «Митсубиси Паджеро», государственный регистрационный знак № истец возместил Г.И. материальный ущерб в сумме 72000 рублей. Согласно экспертному заключению от 04.12.2019 № независимой технической экспертизы транспортного средства, поврежденного в результате дорожно – транспортного происшествия, сумма причиненного материального ущерба в результате дорожно – транспортного происшествия, составляет 808 149 рублей. На восстановление здоровья истцу потребовалось лечение, кроме того, испытал моральные и нравственные страдания.
Определением от 11.08.2022 в соответствии со ст. 43 ГПК РФ к участию в деле в качестве третьего лица привлечена Н.Е..
В судебном заседании истец Б.Е. исковые требования поддержал в объеме доводов, изложенных в исковом заявлении, дополнительно пояснив, что на момент дорожно – транспортного происшествия собственником автомобиля «Тойота Харриер», государственный регистрационный знак № являлась его супруга Н.Е.. На момент ДТП договор страхования автогражданской ответственности заключен не был. После дорожно – транспортного происшествия автомобиль продал в июле-августе 2020 года в неисправном состоянии за 300 000 рублей. Автомобиль продавал по доверенности, выданной Н.Е.. Обратился в суд иском как супруг собственника автомобиля, которым он управлял в момент дорожно – транспортного происшествия, кроме того он вписан в полис ОСАГО. Просит взыскать с В.Р. и С.А. солидарно материальный ущерб в сумме 808 149 рублей, причиненный повреждением автомобиля; взыскать с С.А. моральный ущерб в сумме 500 000 рублей, причиненный тем, что после ДТП он (истец) на полтора года лишился транспортного средства; взыскать с С.А. в порядке регресса сумму, выплаченную Г.И. за повреждение транспортного средства «Митсубиси Паджеро» в сумме 72 000 рублей, размер данного ущерба подтверждает экспертизой; взыскать с В.Р. и С.А. компенсацию морального вреда в сумме 500 000 рублей за нанесенные в результате ДТП телесные повреждения в виде сотрясения головного мозга, ушиба грудной клетки и шеи.
Представитель истца Б.И. в полном объеме поддержала доводы и требования истца, указав, что Б.Е. обратился с иском о возмещении ущерба, поскольку также как и Н.Е. является собственником совместно нажитого имущества – автомобиля, поврежденного в результате ДТП.
Ответчик С.А. в судебном заседании пояснил, что 5 декабря 2018 года по договору купли-продажи приобрел у В.Р. автомобиль «Тойота Сурф», государственный регистрационный знак № Передал В.Р. денежные средства за автомобиль, а тот передал автомобиль и ключи от него. Перерегистрацию автомашины в органах ГИБДД не произвел. Налоги за транспортное средство оплачивал В.Р., а он (С.А.) возвращал ему такую же сумму. После покупки автомобиль из его владения не выбывал, в пользование никому его не предоставлял. Фактов угона данного автомобиля не было. Исковые требования Б.Е. не признает, поскольку 8 июня 2019 года участником дорожно – транспортного происшествия не являлся.
Ответчик В.Р. иск не признал, пояснив, что автомобиль «Тойота Сурф», государственный регистрационный знак № продал 5 декабря 2018 года С.А., получил от него денежные средства, после чего передал автомобиль и ключи. Осуществлять перерегистрацию в органах ГИБДД и заключать договор ОСАГО должен был С.А.. Поскольку он этого не делал, то квитанции на уплату налога поступила ему (В.Р.). Оплачивал налоги, а С.А. возвращал денежные средства. В июне 2019 г. позвонил инспектор по розыску и спросил, принадлежит ли ему (В.Р.) автомобиль «Тойота Сурф», государственный регистрационный знак №. Ответил, что продал машину С.А. и направил в ГИБДД копию договора купли-продажи. Иск не признает, поскольку 8 июня 2019 г. собственником данного автомобиля не был и в ДТП не участвовал.
Третье лицо Н.Е. полагала иск подлежащим удовлетворению, пояснив, что с 8 июля 2015 года состоит в браке с Б.Е.. 9 июля 2017 года приобрели автомобиль «Тойота Сурф», государственный регистрационный знак № который в ГИБДД оформили на её имя. Данным автомобилем пользовался супруг Б.Е.. На момент ДТП договор ОСАГО заключен не был. Обстоятельства ДТП узнала от супруга. После ДТП автомобиль «Тойота Сурф» не подлежал восстановлению, поэтому был продан. В результате ДТП Б.Е. получил сотрясение головного мозга, ушиб шеи и грудной клетки. По этой причине испытывал недомогание около полутора месяцев.
Оценив заявленные требования, выслушав стороны, изучив письменные доказательства, суд приходит к следующему.
Судом установлено, что 08.06.2019 в 22 часа 16 минут в <адрес>, произошло дорожно-транспортное-происшествие по <адрес> в районе <адрес>, в результате которого водитель автомобиля «Тойота Сурф», государственный регистрационный знак № совершил столкновение с автомашиной марки «Тойота Харриер», государственный регистрационный знак №, которой управлял Б.Е.. После получения удара автомобиль «Тойота Харриер», государственный регистрационный знак №, совершил столкновение с автомашиной марки «Митсубиси Паджеро», государственный регистрационный знак №, под управлением водителя Г.И.. Водитель автомобиля марки «Тойота Сурф», государственный регистрационный знак № скрылся с места дорожно-транспортного происшествия.
Пунктом 2 статьи 218 Гражданского кодекса установлено, что право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.
По общему правилу, закрепленному в пункте 1 статьи 223 Гражданского кодекса, моментом возникновения права собственности у приобретателя вещи по договору является момент ее передачи, если иное не предусмотрено законом или договором.
В случаях, когда отчуждение имущества подлежит государственной регистрации, право собственности у приобретателя возникает с момента такой регистрации, если иное не установлено законом (пункт 2 статьи 223 Гражданского кодекса).
Транспортные средства не отнесены законом к объектам недвижимости, следовательно, при отчуждении транспортного средства действует общее правило относительно момента возникновения права собственности у приобретателя - момент передачи транспортного средства.
Положениями пункта 3 статьи 15 Федерального закона от 10 декабря 1995 года N 196-ФЗ «О безопасности дорожного движения», пункта 3 постановления Правительства Российской Федерации от 12 августа 1994 года N 938 «О государственной регистрации автомототранспортных средств и других видов самоходной техники на территории Российской Федерации» предусмотрена регистрация самих автомототранспортных средств, обусловливающая их допуск к участию в дорожном движении.
При этом регистрация указанных транспортных средств носит учетный характер и не служит основанием для возникновения на них права собственности.
Гражданский кодекс Российской Федерации и другие федеральные законы не содержат норм, ограничивающих правомочия собственника по распоряжению транспортным средством в случаях, когда это транспортное средство не снято им с регистрационного учета или не поставлено на такой учет.
Отсутствуют в законодательстве и нормы о том, что у нового приобретателя транспортного средства по договору не возникает на него право собственности, если сохраняется регистрационный учет на отчужденное транспортное средство за прежним собственником либо отсутствует у нового собственника страховой полис обязательного страхования гражданской ответственности.
Согласно договору купли – продажи транспортного средства от 05.12.2018 В.Р. продал С.А. автомашину Тойота Хайлюкс Сурф», государственный регистрационный знак № (л.д.131-132).
Из сообщения врио начальника отделения № (дислокация <адрес>) Межрайонного отдела регистрации автотранспортных средств Государственной инспекции безопасности дорожного движения следует, что согласно данным Федеральной информационной системы Госавтоинспекции в период с 08.06.2022 по 27.10.2022 транспортное средство марки Тойота Хайлюкс Сурф», государственный регистрационный знак №, зарегистрировано на имя В.Р..
Таким образом, судом установлено, что на момент ДТП собственником транспортного средства «Тойота Хайлюкс Сурф», государственный регистрационный знак № являлся С.А..
В судебном заседании С.А. подтвердил, что с момента покупки транспортного средства 5 декабря 2018 года автомобиль «Тойота Сурф», государственный регистрационный знак № не выбывал из его владения, не был угнан; в пользование иным лицам передан не был.
Данные пояснения С.А. в совокупности с рапортами старшего инспектора ИАЗ ОР ДПС ГИБДД ОМВД России по <адрес>, отдельным поручением и ориентировкой на установление местонахождения скрывшейся автомашины «Тойота Сурф», государственный регистрационный знак № и на задержание С.А., объяснениями К.Д. позволяют прийти к выводу о подтверждении факта управления С.А. транспортным средством – автомобилем марки «Тойота Сурф», государственный регистрационный знак № в момент вышеуказанного ДТП.
При этом суд учитывает, что пояснения К.Д. были даны инспектору ГИБДД после разъяснения положений ст.51 Конституции РФ, прав и обязанностей, предусмотренных ст.25.1 КоАП РФ, а также после предупреждения об административной ответственности за дачу заведомо ложных показаний по ст.17.9 КоАП РФ.
В ходе судебного заседания лицами, участвующим в деле, не было заявлено о наличии заинтересованности К.Д. в исходе дела и не заявлено ходатайство о его вызове в суд.
В силу изложенного, у суда отсутствуют основания сомневаться в достоверности пояснений К.Д., указавшего, что 8 июня 2019 года около 22 часов 10 минут во время ДТП в <адрес> столкновение с автомашиной «Тойота Хариер» государственный регистрационный знак № совершил автомобиль «Тойота Сурф», государственный регистрационный знак №, после чего данный автомобиль совершил разворот и быстро уехал с места ДТП в сторону <адрес>, обогнал автомобиль К.Д., и повернул в сторону МРО.
В установленные законом сроки привлечь к административной ответственности водителя, виновного в ДТП, не представилось возможным. В силу этого, в соответствии с п. 6 ч.1 ст. 24.5 КоАП РФ (в виду истечения сроков давности привлечения к административной ответственности) 12.08.2019 прекращены административные расследования и производства по делу об административном правонарушении по ч.2 ст.12.27 КоАП РФ, ст. 12.24 КоАП РФ, ч.1 ст.12.15 КоАП РФ.
Вместе с тем, обстоятельства ДТП, нашедшие отражение в определении о возбуждении дела об административном правонарушении, схеме ДТП, протоколе осмотра места совершения административного правонарушения, объяснении Г.И., Б.Е., К.Д., позволяют суду прийти к выводу о том, что С.А., управляя 8 июня 2019 г. автомобилем «Тойота Сурф», государственный регистрационный знак №, нарушил пункт 10.1 Правил дорожного движения, в соответствии с которым водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения; скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил; при возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства, и совершил столкновение с автомобилем «Тойота Хариер» государственный регистрационный знак №, который после получения удара, двигаясь по инерции, совершил столкновение с впереди находящимся автомобилем «Митсубиси Паджеро», государственный регистрационный знак №
Экспертным заключением № (л.д.45-105) подтверждается, что рыночная стоимость автомобиля «Тойота Хариер» государственный регистрационный знак № на 8 июня 2019 г. составляла 921 500 рублей (л.д.59), стоимость годных остатков по состоянию на данную дату могла составлять 113 3512 руб.; сумма причиненного материального ущерба составляет 808 149 рублей (л.д.63).
Согласно экспертному заключению №, в результате ДТП транспортному средству «Митсубиси Паджеро», государственный регистрационный знак № причинен ущерб в размере 70400 рублей (л.д.21-44).
Данные заключения экспертов в судебном заседании не были оспорены лицами, участвующими в деле.
В соответствии с п.1 ст.454 ГК РФ по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).
Согласно ст.432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.
Пунктом 2 статьи 433 ГК РФ предусмотрено, что если в соответствии с законом для заключения договора необходима также передача имущества, договор считается заключенным с момента передачи соответствующего имущества (статья 224 ГК РФ).
Поскольку 5 декабря 2018 года В.Р. и С.А. заключили договор купли-продажи автомобиля «Тойота Сурф», государственный регистрационный знак №; В.Р.Р.В. передал С.А. данное транспортное средство и ключи от него, суд считает, что с указанной даты собственником автомобиля «Тойота Сурф», государственный регистрационный знак № является С.А..
Из материалов дела не следует, что договор купли-продажи транспортного средства от 05.12.2018 был оспорен и признан в установленном законом порядке недействительными либо незаключенным.
Исходя из вышеизложенного, суд считает, что исковые требования, заявленные к В.Р., удовлетворению не подлежат, как заявленные к ненадлежащему ответчику.
Надлежащим ответчиком является С.А., как лицо, виновное в совершении дорожно-транспортного происшествия и причинении ущерба.
Свидетельством о заключении брака (л.д.160) подтверждается, что Б.Е. и Н.Е. состоят в браке с 8 июля 2015 года.
Из Паспорта транспортного средства (л.д.10) и свидетельства о регистрации транспортного средства (л.д.11), следует, что автомобиль «Тойота Харриер», государственный регистрационный знак №, приобретен ДД.ММ.ГГГГ по договору, совершенному в простой письменной форме, и на момент совершения дорожно – транспортного происшествия (08.06.2019) был зарегистрирован на имя Н.Е. (л.д.160).
Таким образом, указанное транспортное средство было приобретено в период брака Б.Е. и Н.Е. и в соответствии со ст.ст.33-34 СК РФ находилось в их совместной собственности как имущество, нажитое супругами во время брака.
Согласно ст.35 СК РФ владение, пользование и распоряжение общим имуществом супругов осуществляются по обоюдному согласию супругов (ч.1). При совершении одним из супругов сделки по распоряжению общим имуществом супругов предполагается, что он действует с согласия другого супруга (ч.2).
Н.Е. в судебном заседании полагала исковые требования Б.Е. подлежащими удовлетворению. При этом Н.Е. не заявила о том, что автомобиль был получен ею во время брака в дар, в порядке наследования или по иным безвозмездным сделкам. Каких-либо доказательств раздела имущества супругов, определения долей в совместном имуществе, суду представлено не было.
Исходя из изложенного, суд считает, что Б.Е., являющийся собственником имущества, нажитого супругами во время брака и находящегося в их совместной собственности, является надлежащим истцом по настоящему делу.
В соответствии со статьей 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред (пункт 1). Лицо, причинившее вред, освобождается от его возмещения, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2).
Согласно ст.1079 ГК РФ граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих, обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса. Обязанность возмещения вреда возлагается на гражданина, который владеет источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании.
В силу статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере (пункт 1). Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (пункт 2).
Как следует из разъяснений, данных в п.13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. №25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", при разрешении споров, связанных с возмещением убытков, необходимо учитывать, что уменьшение стоимости имущества истца по сравнению с его стоимостью до нарушения ответчиком обязательства или причинения им вреда является реальным ущербом даже в том случае, когда оно может непосредственно проявиться лишь при отчуждении этого имущества в будущем (например, утрата товарной стоимости автомобиля, поврежденного в результате дорожно-транспортного происшествия).
Из приведенных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что уменьшение рыночной стоимости автомобиля в результате его повреждения является прямым (реальным) ущербом. При этом реальное уменьшение стоимости вещи является прямым ущербом независимо от того, имел ли собственник намерение продать ее либо нет.
Принимая во внимание, что на момент ДТП рыночная стоимость автомобиля «Тойота Харриер», государственный регистрационный знак <***> составляла 921 500 рублей, а после ДТП автомобиль не восстанавливался и был продан в неисправном состоянии за 300 000 рублей, суд считает подлежащими частичному удовлетворению требования истца о возмещении ущерба, причиненного повреждением транспортного средства, и взыскивает с С.А. в пользу Б.Е. 621 500 рублей (921500 руб. – 300 000 руб.).
Пунктом 1 статьи 1081 ГК РФ предусмотрено, что лицо, возместившее вред, причиненный другим лицом, в том числе лицом, управляющим транспортным средством, имеет право обратного требования (регресса) к этому лицу в размере выплаченного возмещения, если иной размер не установлен законом.
ФИО2 (л.д.20) подтверждается, что Б.Е. возместил ему причиненный в результате ДТП ущерб в размере 72 000 рублей в связи с необходимостью ремонта транспортного средства с государственным регистрационным знаком <***> Rus.
Экспертным заключением № (л.д.21-44) подтверждена величина ущерба, причиненного повреждением автомобиля «Митсубиси Паджеро», государственный регистрационный знак № – 70 400 рублей. В судебном заседании Б.Е. указал, что выплатил Г.И. ущерб, причиненный С.А. в результате ДТП, а также расходы на оплату услуг эксперта, оплатив в общей сумме 72 000 рублей. Учитывая обоснованность экспертного заключения №, перечень и количество вопросов, поставленных на разрешение эксперта, объем экспертного исследования, а также отсутствие возражений С.А. относительно затрат Г.И. на оплату услуг эксперта, суд приходит к выводу об удовлетворении требований Б.Е. о взыскании с ответчика С.А. 72 000 рублей в порядке регресса.
Разрешая требования истца Б.Е. о компенсации причиненного ему морального вреда, суд приходит к следующему.
Из административного материала по факту дорожно – транспортного происшествия от 08.06.2019 (КУСП №) следует, что в результате дорожно – транспортного происшествия с участием транспортных средств «Тойота Сурф», государственный регистрационный знак №, «Тойота Харриер», государственный регистрационный знак № и «Митсубиси Паджеро», государственный регистрационный знак №, водителю Б.Е. причинены телесные повреждения.
Из находящейся в деле об административном правонарушении справки травмпункта усматривается, что Б.Е. обращался за медицинской помощью в 14 часов 30 минут 9 июня 2019 года и ему выставлен диагноз :СГМ?, ушиб мягких тканей головы, шеи.
Как следует из заключения эксперта №, в представленной на судебно – медицинскую экспертизу амбулаторной карточке травмпункта на имя Б.Е. какие – либо телесные повреждения у него не описаны. Ушиб мягких тканей головы, шеи не относится к категории телесных повреждений, поэтому судебно – медицинской оценке не подлежит. Дать судебно-медицинскую оценку диагнозу «Сотрясение головного мозга?» на основании амбулаторной карточки травмпункта не представляется возможным в виде её мало эффективности.
Согласно п. 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания; потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда.
Суд считает, что истец Б.Е., безусловно испытал нравственные и физические страдания, вызванные физической болью, причиненной при вышеуказанных обстоятельствах дорожно-транспортного происшествия.
Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
В силу ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.
В соответствии с требованиями ст.151 ГК РФ, ст. 1101 ГК РФ, размер компенсации морального вреда определяется судом с учетом характера причиненных Б.Е. физических и нравственных страданий, степень вины С.А., как причинителя вреда, а также учитывает требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред.
Исходя из вышеизложенного, суд взыскивает с С.А. в пользу Б.Е. компенсацию морального вреда в размере 30 000 рублей.
Суд не находит оснований для удовлетворения требований Б.Е. о взыскании компенсации морального вреда в размере 500 000 рублей, обоснованных тем, что по вине ответчика после ДТП истец в течение полутора лет не имел возможности пользоваться транспортным средством. При этом суд исходит из того, что законом не предусмотрено взыскании компенсации морального вреда по указанному основанию.
Таким образом, суд приходит к выводу о частичном удовлетворении исковых требований.
В соответствии со ст.98 ГПК РФ суд взыскивает с С.А. в пользу истца государственною пошлину пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований, что составляет 10 135 рублей.
Руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ, суд
решил :
Иск Б.Е. к С.А. о возмещении ущерба, причиненного дорожно – транспортным происшествием и компенсации морального вреда- удовлетворить частично.
Взыскать с С.А., <данные изъяты> в пользу Б.Е., <данные изъяты>) материальный ущерб в сумме 621 500 рублей, в порядке регресса сумму возмещения в размере 72000 рублей, компенсацию морального вреда в размере 30 000 рублей, государственную пошлину 10135 руб., а всего взыскать 668 835 рублей.
В удовлетворении остальной части требований к С.А. - отказать.
В удовлетворении исковых требований к ответчику В.Р. - отказать.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Приморский краевой суд через Октябрьский районный суд Приморского края в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.
Решение в окончательной форме принято 10 ноября 2022 года.
Судья Е.Н.Севостьянова