Дело № 2-99/2025

УИД 507RS0026-01-2024-013548-23

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

28 марта 2025 года г. Люберцы Московской области

Люберецкий городской суд Московской области в составе:

председательствующего судьи Никитенко Е.А.,

при секретаре Шолтояну А.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, действующей в интересах недееспособных ФИО2, ФИО2 к ФИО3 о признании недействительным договора дарения,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1, действующая в интересах недееспособных ФИО2, ФИО2, обратилась в суд с исковым заявлением к ответчику ФИО3 о признании недействительным договора дарения, заключенного между ФИО3, умершим 16.02.2024 г., и ФИО3, на основании п. 1 ст. 177 ГК РФ. В обоснование заявленных требований ФИО1 указала, что после смерти ФИО3 было открыто наследственное дело, 26.02.2024 истцы приняли наследство, после чего им стало известно, что в состав наследственной массы не вошло жилое помещение по адресу: <адрес>, кадастровый №. Выяснилось, что указанное помещение, ранее принадлежащее умершему ФИО3 на праве собственности, принадлежит ответчику по договору дарения. Истцы отмечают, что наследодатель длительное время злоупотреблял спиртными напитками, состоял на учете в Московском областном клиническом наркологическом диспансере, проходил лечение в Люберецком наркологическом диспансере, то есть не был способен осознавать юридические последствия заключаемых им сделок.

Истец ФИО1, действующая в интересах недееспособных ФИО2, ФИО2, и её представители по доверенности ФИО4, ФИО5, в судебном заседании исковые требования поддержали по доводам, изложенным в исковом заявлении и в письменных пояснениях к иску, просили удовлетворить иск в полном объеме.

Ответчик ФИО3 и ее представитель по доверенности ФИО6 в судебном заседании исковые требования не признали, просили в их удовлетворении отказать ввиду отсутствия законных на то оснований. В письменных возражениях на исковое заявление ответчик пояснял, что 11.08.2023 с ответчиком заключен договор дарения жилого помещения, расположенного по адресу: <адрес>, и прилегающих к этой квартире земельных участков. В соответствии с п. 7 договора дарения стороны подтверждают, что они не ограничены в дееспособности, под опекой, попечительством и патронажем не состоят, по состоянию здоровья могут самостоятельно осуществлять свои права и исполнять обязанности, не страдают заболеваниями, препятствующими осознавать суть подписываемого договора и обстоятельства его заключения, что у них отсутствуют обстоятельства, вынуждающие их заключить данный договор на крайне невыгодных для себя условиях. Ответчик полагает, что ФИО3 подарил свое имущество по доброй воле в своем интересе, в здравом уме и твердой памяти. Согласно справкам медицинских учреждений ФИО3 за медицинской и психоневрологической помощью не обращался, на учете не состоял. При жизни наследодатель ФИО3 работал электриком, на протяжении всего периода работы имел поощрения за хорошую работу, похвальные грамоты. По роду своей деятельности ФИО3 постоянно пользовался транспортным средством, имел водительское удостоверение с открытием категорий и подкатегорий транспортных средств В, В1, С, С1, М. Ответчик указал, что ФИО3 вел нормальный образ жизни, не состоял на учете у психиатра и нарколога, при подписании договора дарения понимал и осознавал свои действия. Кроме того из заключения судебно-медицинского исследования трупа следует, что смерть наследодателя наступила от декомпенсации хронической сердечной недостаточности, в результате крупноочагового постинфарктного кардиосклероза, развившегося на фоне гипертонической болезни; в крови и моче трупа этиловый спирт не установлен. Ответчик указал, что договор дарения составлен в соответствии с требованиями гражданского законодательства, его содержание является четким и понятным, подписан ФИО3 собственноручно и зарегистрирован в установленном законом порядке. В связи с изложенным ответчик в иске просил отказать.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, УФСГРК и К по Московской области в судебное заседание не явился, о дате, времени и месте судебного заседания по существу извещены надлежащим образом.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельные требования относительно предмета спора, нотариус ФИО7, в судебное заседание не явилась, о дате, времени и месте судебного заседания по существу извещена надлежащим образом, просила суд рассмотреть дело в ее отсутствие, представила суду выписку из наследственного дела №, открытого к имуществу ФИО3

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, Министерства социального развития Московской области в судебное заседание не явился, о дате, времени и месте судебного заседания по существу извещены надлежащим образом, в судебном наседании 13.03.2025 года представитель Министерства социального развития Московской области ФИО8 просила удовлетворить исковые требования, так как они предъявлены в защиту интересов недееспособных лиц.

Руководствуясь положениями статьи 167 ГПК РФ, с учетом документов, подтверждающих надлежащее извещение истца, ответчика, третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, суд считает возможным рассмотреть дело при состоявшейся явке сторон.

Выслушав объяснения участников судебного заседания, свидетелей, исследовав письменные материалы дела, оценив относимость, допустимость и достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения заявленных исковых требований в связи со следующим.

В соответствии с пунктом 2 статьи 218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества. В случае смерти гражданина право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

В пункте 1 статьи 160 ГК РФ указано, что сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, или должным образом уполномоченными ими лицами.

В силу пункта 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно пункту 2 статьи 166 ГК РФ требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия. В случаях, когда в соответствии с законом сделка оспаривается в интересах третьих лиц, она может быть признана недействительной, если нарушает права или охраняемые законом интересы таких третьих лиц.

В соответствии с положениями статьи 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью и недействительна с момента ее совершения. Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Согласно статье 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения (пункт 1). Если сделка признана недействительной на основании настоящей статьи, соответственно применяются правила, предусмотренные абзацами вторым и третьим пункта 1 статьи 171 настоящего Кодекса (пункт 3).

В силу пункта 1 статьи 171 ГК РФ ничтожна сделка, совершенная гражданином, признанным недееспособным вследствие психического расстройства.

В соответствии с абзацем вторым пункта 1 статьи 171 ГК РФ, каждая из сторон такой сделки обязана возвратить другой все полученное в натуре, а при невозможности возвратить полученное в натуре - возместить его стоимость.

В соответствии с абзацем третьим пункта 1 статьи 171 ГК РФ дееспособная сторона обязана, кроме того, возместить другой стороне понесенный ею реальный ущерб, если дееспособная сторона знала или должна была знать о недееспособности другой стороны.

Согласно статьям 420, 421 ГК РФ договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей. Граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами.

Договор вступает в силу и становится обязательным для сторон с момента его заключения (пункт 1 статьи 425 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 432 ГПК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

В силу положений пункта 1 ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Согласно пункту 3 статьи 574 ГК РФ договор дарения недвижимого имущества подлежит государственной регистрации.

В судебном заседании установлено, что ФИО3, ДД.ММ.ГГ года рождения, умер ДД.ММ.ГГ; место смерти – <адрес>, д. Полушкино (повторное свидетельство о смерти от ДД.ММ.ГГ Х-ИК №).

Причины смерти ФИО3: декомпенсация хронической сердечной недостаточности, в результате крупноочагового постинфарктного кардиосклероза, развившиеся на фоне гипертонической болезни. При судебно-химическом исследовании крови и мочи этиловый, метиловый, пропиловые и бутиловые спирты, ацетон не обнаружены. Основное заболевание: крупноочаговый (постинфарктный кардиосклероз задней стенки левого желудочка сердца; атеросклероз коронарных артерий сердца (3 степень, стеноз до 56%). Фоновое заболевание: гипертоническая болезнь. Осложнение: отек легких, застойное венозное полнокровие печени, двусторонний гидроторакс, асцит, гидроперикард, периферические отеки нижних конечностей. Сопутствующие заболевания: жировой гепатоз (акт судебно-медицинского исследования трупа № 252 ГБУЗМО «Бюро СМЭ», акт начат 17.02.2024, акт окончен 19.03.2024).

Судом установлено, что истцы ФИО2, ДД.ММ.ГГ года рождения, и ФИО2, ДД.ММ.ГГ года рождения, являются детьми умершего ФИО3 (свидетельства о рождении).

Решением Люберецкого городского суда Московской области от ДД.ММ.ГГ ФИО2, ДД.ММ.ГГ г.р., признана недееспособной.

Решением Люберецкого городского суда Московской области от ДД.ММ.ГГ ФИО2, ДД.ММ.ГГ г.р., признан недееспособным.

ФИО1 согласно распоряжению Люберецкого окружного управления социальной защиты населения Министерства социального развития Московской области от 19.07.2021 является опекуном истцов.

Судом изучалась выписка из наследственного дела №, открытого к имуществу ФИО3, ДД.ММ.ГГ года рождения, проживавшего по адресу: <адрес>, г.о. Люберцы, р.<адрес>, умершего ДД.ММ.ГГ, предоставленная по запросу нотариусом Московской областной Нотариальной палаты ФИО9

Как следует из материалов наследственного дела, наследственное дело к имуществу умершего 16 февраля 2024 года ФИО3 было заведено по заявлению истцов от 26.02.2024 года.

Нотариусом выданы свидетельства о праве на наследство по закону от 20.08.2024 г. имущества ФИО3:

- в ? доле сыну ФИО2, ДД.ММ.ГГ г.р., на денежные средства, находящиеся на счете в ПАО Сбербанк;

- в ? доле сыну ФИО2, ДД.ММ.ГГ г.р., на денежные средства, находящиеся на счете в Банк ВТБ (ПАО);

- в ? доле сыну ФИО2, ДД.ММ.ГГ г.р., на автомобиль марки Toyota ECHO, 2000 года выпуска;

- в ? доле дочери ФИО2, ДД.ММ.ГГ г.р., на денежные средства, находящиеся на счете в ПАО Сбербанк;

- в ? доле дочери ФИО2, ДД.ММ.ГГ г.р., на денежные средства, находящиеся на счете в Банк ВТБ (ПАО);

- в ? доле дочери ФИО2, ДД.ММ.ГГ г.р., на автомобиль марки Toyota ECHO, 2000 года выпуска.

Суд установил, что квартира по адресу: <адрес>, г.о. Люберцы, р.<адрес>, в которой проживал ранее умерший, принадлежала наследодателю ФИО3 на основании решения Люберецкого городского суда Московской области о ДД.ММ.ГГ, апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Московского областного суда от ДД.ММ.ГГ. Свидетельство о государственной регистрации права выдано ДД.ММ.ГГ.

В деле представлен договор дарения квартиры от 11.08.2023 года, согласно которому ФИО3 подарил ФИО3 принадлежащие ему по праву собственности:

- 1/3 долю в праве общей собственности на земельный участок, площадью 36 кв.м с кадастровым номером 50:22:0040206:9, находящийся по адресу: местоположение установлено относительно ориентира, расположенного в границах участка. Почтовый адрес ориентира: <адрес>, р.<адрес>, расположенный на землях населенных пунктов, предоставленных при домовладении;

- ? долю в праве общей собственности на земельный участок, площадью 120 кв.м, с кадастровым номером 50:22:0040206:10, находящийся по адресу: местоположение установлено относительно ориентира, расположенного в границах участка. Почтовый адрес ориентира: <адрес>, р.<адрес>, расположенный на землях населенных пунктов, предоставленных при домовладении;

- земельный участок, площадью 30 кв.м, с кадастровым номером 50:22:0040206:11, находящийся по адресу: местоположение установлено относительно ориентира, расположенного в границах участка. Почтовый адрес ориентира: <адрес>, р.<адрес>, расположенный на землях населенных пунктов, предоставленных при домовладении;

- земельный участок, площадью 60 кв.м, с кадастровым номером 50:22:0040206:12, находящийся по адресу: местоположение установлено относительно ориентира, расположенного в границах участка. Почтовый адрес ориентира: <адрес>, р.<адрес>, расположенный на землях населенных пунктов, предоставленных при домовладении;

- квартиру, находящуюся по адресу: <адрес>, р.<адрес>, общей площадью 19,4 кв.м; квартира расположена на 1-м этаже жилого дома; кадастровый номер объекта 50:22:0040206:1129.

В соответствии с п. 4.1 договора дарения ФИО3 подарил, а ФИО3 приняла в дар по настоящему договору доли в праве общей собственности на земельные участки, земельные участки и квартиру свободными от любых имущественных прав и претензий третьих лиц, о которых в момент заключения договора они не могли не знать.

Согласно пункту 2.8 договора дарения ФИО3 гарантировал, что он заключает настоящий договор не вследствие стечения тяжелых обстоятельств на крайне невыгодных для себя условиях и настоящий договор не является для него кабальной сделкой.

Из договора дарения следовало, что в указанной квартире зарегистрированы: ФИО3, ФИО3 (п. 3.3 договора дарения).

В соответствии с п. 7 договора дарения стороны, подписавшие настоящий договор, подтверждают, что они не ограничены в дееспособности, под опекой, попечительством и патронажем не состоят, по состоянию здоровья могут самостоятельно осуществлять свои права и исполнять обязанности, не страдают заболеваниями, препятствующими осознавать суть подписываемого договора и обстоятельства его заключения, что у них отсутствуют обстоятельства, вынуждающие их заключить данный договор на крайне невыгодных для себя условиях.

Согласно тексту договора дарения содержание настоящего договора его участникам зачитано нотариусом вслух.

Даритель и одаряемый подтвердили своими собственноручными подписями, что они как участники сделки понимают разъяснения нотариуса о правовых последствиях совершаемой сделки; условия сделки соответствуют их действительным намерениям.

Договор дарения удостоверен ФИО10, нотариусом Люберецкого нотариального округа Московской области. Нотариус удостоверил, что содержание договора соответствует волеизъявлению заявителей, договор подписан в присутствии нотариуса, личности заявителей установлены, дееспособность проверена, принадлежность имущества проверена.

Заявляя требование о признании вышеуказанного договора дарения от 11.08.2023 года недействительным, истец указывает, что наследодатель ФИО3, ДД.ММ.ГГ года рождения, при составлении и подписании договора дарения хотя и не был лишен дееспособности, но находился в таком состоянии, что не способен был понимать значение своих действий или руководить ими, поскольку регулярно злоупотреблял спиртными напитками, неоднократно проходил лечение в наркологических отделениях медицинских учреждений.

Истцом в обоснование своих требований представлены: справка от 21.05.2013 г. о том, что ФИО3 с 18.05.2013 по 21.05.2013 находился на стационарном лечении в Раменском районном психоневрологическом диспансере; справка от 08.06.2013 г. Брянского областного наркологического диспансера, выданная ФИО3, о том, что он прошел курс специального лечения от алкоголизма по методу Эспераль сроком на 1 год, с распиской ФИО3, где указано, что в связи с тем, что он страдает хроническим алкоголизмом, просит провести ему специальное лечение методом Эспераль, о возможных последствиях в случае нарушения требований режима предупрежден. Также истцом представлен договор на оказание платных медицинских услуг от 30.06.2013 г., заключенный ГБУЗ «Брянский областной наркологический диспансер» и ФИО3

Ответчиком ФИО3 в обоснование своих возражений по иску были представлены суду следующие документы:

- справка от 17.07.2024 г. ГБУЗ Московской области «ЦКПБ им. Ф.А.Усольцева» филиал «Люберецкий психоневрологический диспансер» о том, что ФИО3, ДД.ММ.ГГ года рождения за время регистрации с 25.05.2016 по 16.02.2024 не обращался в ЛПНД за медицинской помощью;

- справка от 17.07.2024 г. ГБУЗ Московской области «<адрес> клинический наркологический диспансер – филиал № (наркологический диспансер №) о том, что сведения о наличии наркологических расстройств у ФИО3, данные об обращении за наркологической помощью отсутствуют;

- заключение ГУЗ МО «ЛПНД» от 06.11.2018 г. о том, что ФИО3, №., в связи с обращением по поводу водительской комиссии, кат. В, С, освидетельствован врачом-психиатром. При однократном амбулаторном осмотре признаков психического заболевания или временного расстройства психической деятельности не обнаружено. Противопоказаний к управлению автотранспортом не имеет;

- медицинское заключение ГАУЗ МО «Люберецкий наркологический диспансер» от 17.11.2018, согласно которому по результатам обследования врачом-психиатром-наркологом у ФИО3 не выявлены медицинские противопоказания к управлению транспортными средствами, на диспансерном наблюдении в ГАУЗ МО «Люберецкий наркологический диспансер» не состоит;

- медицинское заключение от 17.11.2018 г., выданное ООО «Астра Лайн» ФИО3, согласно которому выявлено отсутствие медицинских противопоказаний, медицинских показаний или медицинских ограничений к управлению транспортными средствами (категории В, С, В1, С1);

- водительское удостоверение ФИО3, категории В, В1, С, С1, М; срок действия – с 23.11.2018 по 23.11.2028;

- трудовая книжка ФИО3, согласно которой он имел среднее образование, профессию - электромонтер контактной сети; был постоянно трудоустроен с 1973 г. по 2023 г.; в течение трудовой деятельности имел многочисленные поощрения и награждения за хорошую работу; уволен 20.04.2023 г. по собственному желанию (ч. 1 ст. 77 ТК РФ) в возрасте 68 лет.

На запрос суда ГБУЗ Московской области «ЦКПБ им. Ф.А.Усольцева» филиал «ЛПНД» в письме от 19.09.2024 г. сообщило, что ФИО3, ДД.ММ.ГГ года рождения не обращался в ЛПНД за медицинской помощью врача-психиатра.

На запрос суда ГБУЗ Московской области «Московский областной клинический наркологический диспансер – филиал № 6 (наркологический диспансер № 6) письмом от 17.10.2024 г. сообщили, что ФИО3 на диспансерном наблюдении в учреждении не состоит, фактов обращения за наркологической помощью не зарегистрировано, стационарное лечение не проходил, за медицинской помощью не обращался.

По запросу суда ГБУЗ «Брянский областной наркологический диспансер» сообщил письмом от 07.11.2024 г. о том, что ФИО3, №. в списках граждан, зарегистрированных (проживающих) на территории Брянской области и состоящих (в т.ч. ранее состоящих) на диспансерном наблюдении у врача-нарколога, не значится.

По запросу суда ООО «Таора Медикал» 19.11.2024 г. направило протокол МРТ головного мозга от 01.03.2012 г., распечатанного из электронной базы документов, ФИО3, ДД.ММ.ГГ г.р. Как следует из протокола, врачом дано заключение: МР-картина кистозно-глиозных изменений в правой лобной и височной долях (последствия травматической контузии) на фоне смешанной заместительной гидроцефалии.

В ходе рассмотрения дела были допрошены свидетели ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО18

К показаниям свидетелей ФИО11, ФИО16 суд относится критически, поскольку они испытывают личные неприязненные отношения к ответчику, о чем сообщили суду.

Свидетель ФИО13, ФИО18, ФИО12, видели ФИО3 11.08.2023 года в трезвом адекватном состоянии, пояснив, что он находился за рулем автомобиля.

Свидетель ФИО14, ФИО15, не видела ФИО3 в нетрезвом состоянии, знают его как хорошего электрика.

Свидетель ФИО17 показали, что ФИО3 злоупотреблял алкоголем, летом 2023 года видела его 2-3 раза, ФИО3 приезжал на автомобиле в нормальном состоянии, 11 августе 2023 года она его не видела.

Представители истцов заявили ходатайство о назначении по делу судебной посмертной психиатрической экспертизы в целях установления психического состояния умершего на период оспариваемой сделки, поскольку экспертами не учтены результаты тогографических исследований, проведенных 01.03.2012 года.

Согласно ч. 1 ст. 79 ГПК РФ при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу. Проведение экспертизы может быть поручено судебно-экспертному учреждению, конкретному эксперту или нескольким экспертам.

Определением суда от 09.12.2024 года назначена по делу посмертная судебная психолого-психиатрическая экспертиза в отношении умершего ФИО3, проведение экспертизы поручено экспертам ГБУЗ «ЦКПБ им. Ф.А. Усольцева» отделение «Центр амбулаторной судебно-психиатрической экспертизы».

Согласно заключению комиссии экспертов № 204/п от 18.12.2024 года, выполненному ГБУЗ «ЦКПБ им. Ф.А. Усольцева» отделение «Центр амбулаторной судебно-психиатрической экспертизы», ФИО3 приблизительно с 2003 года и на момент подписания договора дарения недвижимого имущества 11.08.2023 г. обнаруживал синдром зависимости от алкоголя (по МКБ-10 F10.2). Об этом свидетельствуют материалы гражданского дела, сведения из медицинской документации о длительном злоупотреблении подэкспертным спиртными напитками со сформировавшейся психофизической зависимостью, патологическим влечением, запоями, абстинентным синдромом, ростом толерантности, продолжением употребления, несмотря на негативные последствия, что послужило причиной обращения к врачу-наркологу, госпитализации в наркологический стационар для купирования абстинентных расстройств, проведение ему барьерной методики лечения алкогольной зависимости. В интересующий суд период у ФИО3 не отмечалось острой психопродуктивной симптоматики (бреда, галлюцинаций), грубых нарушений памяти, интеллекта, отсутствуют сведения об активном употреблении алкоголя (запое), в связи с чем можно сделать вывод, что ФИО3, несмотря на имевшееся наркологическое заболевание на момент подписания договора дарения недвижимого имущества 11.08.2023 г. не был лишен способности понимать значение своих действий и руководить ими. На момент подписания договора дарения недвижимого имущества 11.08.2023 г., как следует из медицинской документации и показаний свидетелей, ФИО3 не обнаруживал грубых нарушений памяти, мышления, снижения интеллекта, критических способностей, выраженных эмоционально-волевых расстройств, психотических нарушений и мог понимать значение своих действий и руководить ими.

Суд принимает в качестве допустимого и достоверного доказательства указанное заключение экспертов, поскольку отсутствуют основания не доверять данному заключению, полученному по результатам назначенной судом экспертизы, где суждения экспертов являются полными, объективными и достоверными, а также изложены в соответствии требованиями законодательства. Выводы экспертов не имеют разночтений, противоречий и каких-либо сомнений, не требуют дополнительной проверки. Кроме того, судебные эксперты были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, предусмотренной ст. 307 УК РФ, что в совокупности с содержанием данного заключения свидетельствует о том, что исследования были проведены объективно, на строго нормативной основе, всесторонне и в полном объеме. Квалификация лиц, проводивших экспертизу, сомнений не вызывает, эксперты имеют специальное образование, большой опыт работы и право осуществлять экспертную деятельность. Протокол МРТ исследования, проведенного 01.03.2012 года ООО Таора Медикал», экспертами при дачи заключения учтен, о чем указано в заключении.

Каких-либо объективных и обоснованных доказательств, опровергающих правильность выводов, содержащихся в экспертном заключении, стороной истца не представлено, а само по себе несогласие истца с результатами экспертизы не свидетельствует о ее недостоверности, неполноте либо неясности и не является основанием для проведения дополнительной или повторной экспертизы в порядке ст. 87 ГПК РФ, в связи с чем суд отказывает представителям истцов в удовлетворении ходатайства о назначении по делу повторной и дополнительной судебной экспертизы.

Исследовав в совокупности представленные доказательства, суд приходит к выводу, в ходе рассмотрения дела доводы истца о том, что в юридически значимый период 11.08.2023 года умерший ФИО3 при составлении и подписании договора дарения на имя ответчика ФИО3 не понимал значение своих действий и не мог руководить ими, не подтвердились. Между тем бремя доказывания наличия обстоятельств, которые являются основанием для признания завещания недействительным, в соответствии с положениями ч. 1 ст. 56 ГПК РФ лежит на истце.

Руководствуясь вышеприведенными положениями действующего законодательства, оценив представленные по делу доказательства в их совокупности и взаимосвязи в соответствии с положениями ст. 67 ГПК РФ (в том числе, медицинские документы, наследственное дело, заключение посмертной судебной экспертизы, показания свидетелей), учитывая установленные фактические обстоятельства дела, суд полагает, что заявленные исковые требования о признании договора дарения недействительным не подлежат удовлетворению.

При этом суд учитывает, что представленные в материалы дела медицинские документы не содержат данных о наличии психических заболеваний у ФИО3, препятствующих ему в юридически значимый период, на момент заключения договора дарения 11.08.2023 г., не понимать характер своих действий, руководить ими или не осознавать их последствия. Данных о признании ФИО3 при жизни недееспособным (ограниченно дееспособным) материалы дела также не содержат, не приведено таких доказательств и стороной истца.

Свидетели ФИО13, ФИО18, ФИО12 видели ФИО3 ДД.ММ.ГГ, т.е. в день составления договора дарения, в трезвом адекватном состоянии.

При этом суд обращает внимание, что договор дарения составлен и удостоверен нотариусом, полностью прочитан до подписания в присутствии нотариуса, личности дарителя и одаряемого установлены, дееспособность проверена, договор собственноручно подписан ФИО3 в присутствии нотариуса, нотариус при его удостоверении разъяснил дарителю смысл и значение сделки, проверил, соответствует ли содержание договора действительным намерениям ФИО3, в связи с чем, исходя из всех в совокупности доказательств по делу, оснований полагать, что на момент подписания договора дарения даритель не понимал значение своих действий, не имеется, соответственно, не имеется оснований для признания договора дарения недействительным по заявленным требованиям.

Кроме того при жизни ФИО3 был вправе распорядиться своим имуществом по своему усмотрению.

Исходя из изложенного выше, суд приходит к выводу о том, что доводы истцов в обоснование заявленных требований о том, что ФИО3 при составлении и подписании оспариваемого договора дарения от 11.08.2023 года не понимал значение своих действий и не мог руководить ими, не нашли своего подтверждения в ходе судебного разбирательства.

Каких-либо иных доказательств в обоснование своих доводов о недействительности договора дарения истцы суду не представили.

При таких обстоятельствах, оценив в совокупности представленные доказательства, суд приходит к выводу о том, что правовых оснований для признания договора дарения от 11.08.2023 года недействительным по заявленным требованиям не имеется, и в удовлетворении требований суд полагает необходимым истцам отказать в полном объеме.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст.194- 199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1, действующей в интересах недееспособных ФИО2, ФИО2 к ФИО3 о признании недействительным договора дарения от 11.08.2023 года, - отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Московский областной суд через Люберецкий городской суд Московской области в течение одного месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Решение в окончательной форме изготовлено 07.05.2025 года.

Судья Никитенко Е.А.