Мотивированное апелляционное определение

изготовлено 18.08.2023

Председательствующий Ефимов К.В. дело № 22-5735/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Екатеринбург 15.08.2023

Судебная коллегия по уголовным делам Свердловского областного суда в составе: председательствующего Сивковой Н.О.

судей Кузнецовой М.Д., Хохловой М.С.

при помощнике судьи Соколовой Т.В.

с участием:

прокурора апелляционного отдела Жуковой Ю.В.,

осужденного ФИО1 /посредством системы видеоконференц-связи/,

его защитника – адвоката Ногай Н.П.

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам и дополнениям к ним осужденного ФИО1, его защитника – адвоката Тимоховой Г.Н. на приговор Верхнесалдинского районного суда Свердловской области от 14.04.2023, которым

ФИО1,

<дата> года рождения,

уроженец г. <адрес> <адрес>,

ранее судим:

- 14.11.2012 Нижнесалдинским городским судом Свердловской области по п. «а» ч.3 ст. 158 УК РФ к 2 годам лишения свободы в исправительной колонии общего режима, с ограничением свободы на срок 1 год;

- 22.02.2013 Верхнесалдинским городским судом Свердловской области по ч. 2 ст. 228 УК РФ к 3 годам 6 месяцам лишения свободы. На основании ч. 5 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенного наказания и наказания по приговору от 14.11.2012 окончательно назначено 4 года 6 месяцев лишения свободы в исправительной колонии общего режима с ограничением свободы на срок 1 года;

освобожден по отбытии основного наказания 13.04.2017;

снят с учета в связи с отбытием ограничения свободы 13.04.2018;

осужден: по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ к 1 году 8 месяцам лишения свободы;

по ч. 4 ст. 111 УК РФ к 9 годам лишения свободы.

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний окончательно назначено 10 лет лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

Мера пресечения ФИО1 в виде заключения под стражу до вступления приговора в законную силу оставлена без изменения.

Срок отбывания наказания исчислен со дня вступления приговора в законную силу.

В срок лишения свободы на основании п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ зачтено время задержания и содержания под стражей в период 27.12.2021 до дня вступления приговора в законную силу, из расчета один день за один день лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Приговором разрешена судьба вещественных доказательств, распределены процессуальные издержки.

Изучив материалы уголовного дела, заслушав доклад председательствующего о содержании обжалуемого приговоре, существе апелляционных жалобы осужденного и его защитника, дополнений к ним, возражений прокурора, судебная коллегия

установила:

приговором суда ФИО1 признан виновным в совершении в период с 01.03.2020 по 06.03.2020 кражи, то есть тайного хищения чужого имущества, принадлежащего Т.., с причинением ей значительного ущерба, а также в умышленном причинении в период с 15:00 24.12.2021 до 00:15 25.12.2021 тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего П.

Преступления, как установлено судом первой инстанции, совершены Ч-вым в г. Нижняя Салда Свердловской области при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В судебном заседании ФИО1 вину в совершении кражи признал полностью, в совершении умышленного причинения тяжкого вреда здоровью П. не признал.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней осужденный ФИО1 выражает несогласие с приговором суда, считает его несправедливым, неправосудным и противоречивым. Отмечает, что судом не было принято во внимание на оказанное на него психологическое давление со стороны сотрудников полиции, которые забирали его из дома 27.12.2021, воспользовались его шоковым состоянием в связи со смертью отца, с учетом того, в 2021 году умерли его бабушка, мать, другие родственники. Заявляет, что данные лица зафиксированы по делу как понятые Ф. и Ц.. Отмечает, что сотрудники полиции, допрошенные в судебном заседании в качестве свидетелей, не оказывали давление. Полагает, что судом необоснованно отказано в удовлетворении ходатайства защитника о назначении повторной судебно-медицинской экспертизы в г. Перми, ставит под сомнение правильность показаний эксперта из состава комиссии, допрошенной в судебном заседании, заявляет о ее подготовленности третьими лицами; ссылается на отсутствие следов на нем и в окружающей обстановке, которые бы подтверждали факт избиения им своего отца. Настаивает на своей непричастности к преступлению в отношении П., заявляет, что конфликтов с отцом не было, он (осужденный) оставался у него дома, чтобы помочь, приготовить пищу. Оспаривает показания соседей о совместном употреблении спиртного, заявляет, что работал в указанный период, а к отцу часто привозили внучек. Отмечает, что отец запрещал приходить домой в нетрезвом состоянии, заявляет, что пенсию у потерпевшего не брал, зная о его расходах. Ссылается на маленькие габариты кухни, что, по его мнению, исключает возможность нанесения ударов отцу, если при этом не будет нарушен порядок. Отмечает, что по делу не было проведено соответствующих экспертиз относительно следов крови, изъятых на месте происшествия. Заявляет, что потерпевший дважды падал, при первом падении он ударился о стойку и повредил ухо, височную область головы. Указывает, что после второго падения он обнаружил отца лежащим на правой стороне, в связи с чем, полагает, что во время второго падения на правую руку, потерпевший сломал и ребра. Ссылается на выводы эксперта Л., заявившего, что все травмы могли быть получены при падении с высоты человеческого роста. В этой связи оспаривает достоверность и обоснованность выводов комиссионной судебно-медицинской экспертизы и показаний эксперта Д. в судебном заседании о причинах смерти потерпевшего, исключивших возможность причинения повреждений, повлекших смерть, при падении с высоты собственного роста, заявляет о намеренной подготовленности эксперта. Просит приговор отменить, вынести по делу оправдательный приговор в виду отсутствия состава преступления.

В апелляционной жалобе адвокат Тимохова Г.Н. в защиту интересов осужденного ФИО1 выражает несогласие с приговором суда, заявляет о незаконности осуждения и строгости назначенного наказания. По преступлению, предусмотренному п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ, по факту кражи золотых изделий, принадлежащих Т., отмечает, что сама владелица имущества с заявлением о хищении в органы полиции не обращалась, по данному факту обратилась ее дочь – И., которая указала на причинение потерпевшей значительного ущерба. Оспаривая данный квалифицирующий признак, автор жалобы указывает на отсутствие доказательств, ссылается на материальное положение Т., которая имела в собственности жилой дом, квартиру, сад, при выходе на пенсию получила значительное выходное пособие, похищенные золотые изделия она не носила, они не представляли художественной ценности, с заявлением о краже не обращалась. При таких обстоятельствах просит переквалифицировать действия осужденного, который вину в хищении признал полностью, на ч.1 ст. 158 УК РФ. По преступлению, предусмотренному ч. 4 ст. 111 УК РФ, адвокат заявляет об отсутствии доказательств, подтверждающих виновность ФИО1. Ссылается на показания осужденного, заявившего о хороших отношениях с отцом и отсутствии мотивов для совершения преступления. Отмечает, что ФИО1 никогда не бил отца, полагает, что первоначальные признательные показания были даны им под психологическим давлением сотрудников полиции, поскольку после смерти отца он находился в состоянии растерянности, а потому согласился с предложенной полицией версией событий о том, что он нанес удары в живот и по лицу. Ссылается на показания осужденного, данные в судебном заседании, где он изложил события случившегося, рассказал о двух падениях отца. Отмечает, что соседи не слышали из их квартиры ни криков, ни ругани. Полагает, что суд необоснованно отказал в ходатайстве о предоставлении цветных фотографий с места происшествия, для подтверждения наличия крови на ножке пластикового ящика. Выражает сомнения в объективности и обоснованности выводов комиссии судебно-медицинских экспертов. Просит приговор отменить, ФИО1 по ч. 4 ст.111 УК РФ оправдать.

В возражении на апелляционные жалобы прокурор г. Нижняя Салда ФИО2 просит приговор оставить без изменения, а жалобы – без удовлетворения.

Проверив представленные материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, заслушав осужденного ФИО1 и его защитника адвоката Ногай Н.П., просивших об изменении приговора в части осуждения по ч. 2 ст. 158 УК РФ и оправдании по ч. 4 ст.111 УК РФ, прокурора Жуковой Ю.В., полагавшей приговор не подлежащим изменению, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Несмотря на позицию осужденного ФИО1, заявленную в судебном заседании, о непричастности к нанесению потерпевшему П. телесных повреждений, повлекших смерть последнего, и помимо признания им обстоятельств хищения имущества Т., вывод суда о виновности осужденного в инкриминируемых ему преступлениях, за которые он осужден, соответствует фактическим обстоятельствам, установленным судом первой инстанции, подтверждается совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, подробно приведенных в приговоре, в том числе: показаниями подсудимого ФИО1, данными в ходе предварительного расследования при участии защитников, в том числе адвоката Тимоховой Г.Н. и оглашенными в силу положений ст. 276 УПК РФ, согласно которым в марте 2020 года в одной из комнат он обнаружил коробочку с изделиями из серебра и золота, принадлежащими его матери, умершей в апреле 2021 года. Реализуя возникший умысел на хищение из корыстных побуждений, используя, что за его действиями никто не наблюдает, без разрешения матери, он похитил 3 кольца и один перстень, которые заложил в ломбард, денежные средства потратил на личные нужды. Заявляет о том, что в хищении признался матери, которая его простила, стоимость и характеристики похищенного не оспаривает, при этом полагает, что причиненный ущерб не являлся для матери значительным, исходя из ее доходов и наличия недвижимого имущества. По обстоятельствам 24.12.2021 пояснил, что находился в квартире вместе с отцом, находясь на кухне, они распивали спиртные напитки, в ходе чего между ними возник конфликт, поскольку он (осужденный) высказал недовольство тем, что отец часто ходит на балкон курить, в ответ потерпевший стал на него кричать. Тогда он (осужденный) нанес отцу кулаком правой руки около 4-5 ударов по лицу и не менее одного удара в область туловища в правый бок. У потерпевшего от ударов образовался кровоподтек под глазом, из носа пошла кровь. Потерпевший сходил в ванную, умылся и вернулся на кухню, где они продолжили распивать спиртное. Затем потерпевший ушел в комнату. Через некоторое время он (осужденный) прошел в комнату, где обнаружил отца, лежащим на полу у окна, тот был в сознании. Осужденный перетащил отца на диван, однако через некоторое время вновь обнаружил его лежащим на полу на животе без признаков жизни, а изо рта были потеки крови. Осужденный заявил, что осознает, что причинил отцу телесные повреждения, от которых тот скончался, в содеянном раскаивался.

Указанные обстоятельства ФИО1 неоднократно и последовательно заявлял в ходе допросов в качестве подозреваемого, обвиняемого, а также подтвердил в ходе проверки показаний на месте, проведенной с участием защитника Тимоховой Г.Н., в присутствии понятых.

Доводы осужденного о вынужденности дачи приведенных выше признательных показаний вследствие состояния растерянности из-за случившегося, оказанного морального воздействия лицами, присутствовавшими при его задержании, судом тщательно проверены и обоснованно признаны несостоятельными, поскольку опровергнуты совокупностью доказательств.

Так, свидетели Ч. и К., выезжавшие на место происшествия 24-25.12.2021, допрошенные в судебном заседании, сообщили обстоятельства обнаружения трупа потерпевшего, его месторасположение, наличие на нем следов крови и телесных повреждений, заявили о наличии следов крови на кухне и в коридоре, пояснили о состоянии опьянения П., его задержании, при этом настаивали, что никакого давления или воздействия на осужденного не оказывали, более того, причина смерти потерпевшего не была очевидна, П. давал пояснения добровольно.

Заявление осужденного о том, что признательные показания были даны под давлением сотрудников полиции, были предметом проверки в порядке ст. 144-148 УПК РФ, которая не подтвердила указанные Ч-вым обстоятельства, постановлением следователя от 05.09.2022 (т.2 л.д. 169) в возбуждении уголовного дела по ч.1 ст. 286 УК РФ отказано в связи с отсутствием состава преступления, указанное постановление осужденным и его защитником не обжаловано.

Об обстоятельствах добровольности показаний подсудимого при проверке показаний на месте в судебном заседании сообщили свидетели Н. и В., которые участвовали в данном следственном действии в качестве понятых. При этом свидетели настаивали, что ФИО1 добровольно и самостоятельно рассказывал о том, как произошла ссора, и как он нанес отцу на кухне несколько ударов кулаком в лицо и один удар в живот, после чего потерпевший ушел в комнату, где упал и умер. Свидетели заявляли, в том числе, отвечая на вопросы подсудимого, что никакого давления на него не оказывалось, он иллюстрировал свои действия с помощью манекена, в присутствии защитника, а составленный протокол был подписан участниками без замечаний.

Учитывая последовательность показаний свидетелей Ч., К., Н., В., отсутствие каких-либо оснований для оговора их осужденного, отсутствие заинтересованности в исходе дела, принимая во внимание, что данные показания согласуются с иными, в том числе письменными доказательствами по делу, они обоснованно признаны судом достоверными и положены в основу приговора в качестве доказательств виновности осужденного.

К доказательствам по делу суд отнес протокол явки с повинной ФИО1 (т. 2 л.д. 17-18), составленный без разъяснения положений ст. 51 Конституции РФ, что свидетельствует о нарушении требований ч. 1.1 ст. 144 УПК РФ. В связи с чем ссылку на данный протокол явки с повинной как на доказательство виновности надлежит исключить. Несмотря на исключение явки с повинной, совокупность иных, исследованных в судебном заседании доказательств, достаточна для установления обстоятельств совершенного преступления и виновности осужденного.

Так, виновность осужденного подтверждается показаниями потерпевшей И. и свидетеля И. об обстоятельствах обнаружения после 24.12.2021 пропажи золотых изделий, принадлежавших матери И. – П., их стоимости; а также об обстоятельствах взаимоотношений потерпевшего П. и осужденного ФИО1, являющегося братом И., сообщения им о смерти отца, заявивших о телесных повреждениях на трупе потерпевшего, следах крови на кухне, в туалете, в прихожей, охарактеризовавших осужденного как агрессивного человека, постоянно конфликтовавшего с близкими людьми.

Как следует из показаний свидетеля Б., 24.12.2021 после 20 час. вечера она, находясь дома, услышала, что в квартире Ч-вых упало что-то тяжелое, как тело, в связи с этим она поднялась к ним, постучала, однако ей никто не открыл, но в квартире был слышен мужской голос.

Согласно показаниям свидетелей Ю., Я., А., следует, что потерпевший П. после смерти супруг стал употреблять спиртные напитки, что участилось после того, как с ним стал проживать ФИО1, до 24.12.2021 потерпевший на здоровье не жаловался, повреждений на нем не видели. При этом свидетель Ю. пояснила, что 24.12.2021 после 23.00 к ней пришел осужденный и сообщил, что с отцом что-то случилось, придя к ним в квартиру, она обратила внимание на большое количество бутылок, потерпевший лежал на полу на животе без признаков жизни, после чего она позвонила И. и сообщила о смерти отца, а также вызвала скорую помощь.

Показания указанных свидетелей обоснованно признаны судом достоверными, которые в своей совокупности восстанавливают картину произошедшего, при этом оснований для оговора осужденного либо иной заинтересованности этих лиц в незаконном осуждении ФИО1 не установлено, а стороной защиты доказательств обратного - не представлено.

Более того, показания потерпевшей и свидетелей согласуются и подтверждаются письменными материалами уголовного дела, исследованными в судебном заседании.

Так, виновность осужденного в совершении хищения подтверждается, в том числе:

- заявлением потерпевшей И. о привлечении ФИО1 к уголовной ответственности за хищение золотых изделий;

- протоколом осмотра места происшествия, объектом которой является квартира по адресу <адрес>61 г. <адрес>, где расположены шкаф и шифоньер, деревянная коробка, откуда были похищены золотые изделия;

- копией договора займа, заключенного Ч-вым в ломбардах ООО «Драгоценности Урала», расположенных в <адрес> <адрес>, залоговыми билетами, на основании которых Ч-вым в период с 06.03.2020 по 18.03.2020 были заложены золотые изделия (4 кольца) с указанием массы чистого золота и полученных им денежных средств;

- справкой о стоимости 1 гр. золота по ставке ЦБ РФ на 06.03.20202, на основании которого установлен материальный ущерб, причиненный П., - 35500 рублей.

Виновность ФИО1 в совершении преступления 24.12.2021 подтверждается:

- рапортом оперативного дежурного о поступлении 25.12.2021 в 00:15 сообщения от фельдшера скорой помощи об обнаружении трупа П. по адресу <адрес>61;

- протоколом осмотра места происшествия, в ходе которого зафиксировано положение трупа П. – лежа на животе, в области лица на полу обнаружены следы вещества бурого цвета, на теле погибшего в области лица, грудной клетки – обнаружены и описаны телесные повреждения. При осмотре кухни на стене в 30 см от пола обнаружены следы вещества, похожего на кровь; такие же обнаружены в коридоре, на коврике в туалете, на двери в туалет;

- протоколом повторного осмотра места происшествия – осмотрен пластиковый ящик для хранения, имеющий незначительные повреждения;

- заключением эксперта установлено, что следы вещества, обнаруженные на наволочке, изъятой с места происшествия, являются кровью, произошедшей от потерпевшего.

Выводы суда о наличии у потерпевшего П. телесных повреждений, их локализации, механизме образования, тяжести и давности, а также о причинах смерти потерпевшего, основаны на исследовании и тщательном анализе заключения № 7-э от 25.01.2022 судебно-медицинской экспертизы, проведенной экспертом Л., а также заключения комиссионной судебной медицинской экспертизы № 110 от 15.06.2022. Совокупный анализ экспертиз, а также показаний допрошенных в судебном заседании экспертов Л. и Д., проводивших данные исследования, позволили суду объективно установить телесные повреждения головы и туловища, причиненные П., подробно описанные в приговоре, которые в своей совокупности были получены при едином механизме, в течение короткого промежутка времени, квалифицированные как причинившие тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни. Согласно выводам комиссии экспертов, от полученной механической травмы головы и туловища в виде совокупности повреждений, осложнившихся развитием жировой эмболии легких сильной степени и травматического шока, потерпевший П. в период с 15:00 24.12.2021 до 00:15 25.12.2021 скончался в месте происшествия.

Заявленные осужденным как сомнения в объективности выводов комиссии экспертов судом опровергнуты в приговоре, в том числе на основании допроса экспертов Л. и Д., пояснивших свои выводы и опровергших утверждения ФИО1 об ином механизме получения травм, повлекших смерть отца. Довод осужденного о получении травмы при падении с высоты собственного роста категорически опровергнут, с приведением соответствующего обоснования, основанного на локализации повреждений и развитием последствий от них, повлекших в итоге смерть пострадавшего. Выводы комиссии экспертов основаны на более детальном исследовании гистологических материалов, с привлечением врача-нейрохирурга. Эксперт Л. также подтвердил обоснованность комиссионной экспертизы, признав более высокий уровень экспертов, учитывавших результаты дополнительных исследований.

Вывод суда о признании в качестве допустимых доказательств заключений проведенных по делу экспертиз (в том числе экспертизы № 7 в части описания телесных повреждений), и достаточных в своей совокупности для разрешения юридически значимых вопросов, является обоснованным. При этом положенная в основу приговора комиссионная СМЭ № 110 проведена в соответствии со ст. 204 УПК РФ, исследование последовательно, подробно, ее выводы научно обоснованы, логичны, сомнений не вызывают, противоречий не содержат. В судебном заседании эксперт Д. обосновала выводы комиссии, ответила на вопросы стороны защиты, подтвердив выводы экспертов.

Оснований для проведения повторной судебно-медицинской экспертизы судебной коллегией не установлено.

Данных, свидетельствующих о неоднозначности либо противоречивости показаний эксперта Д., как об этом утверждает осужденный, не имеется. При этом данные показания эксперта Д. полностью согласуются с судебной экспертизой № 110 от 15.06.2022 и другими доказательствами по делу, приведенным в приговоре, которые позволили суду сделать обоснованный вывод о совершении осужденным Ч-вым инкриминируемого деяния по причинению тяжкого вреда здоровью П., повлекшего его смерть, при установленных судом обстоятельствах, а потому, данные показания эксперта Д. правильно положены судом в основу приговора.

Достоверность показаний допрошенных по делу свидетелей обвинения, потерпевшей и экспертов сомнений не вызывает, поскольку какой-либо заинтересованности со стороны указанных лиц при даче показаний в отношении ФИО1, как и оснований для его оговора судебной коллегией не установлено. При этом судебная коллегия отмечает, что каких-либо противоречий относительно обстоятельств, подлежавших доказыванию по настоящему уголовному делу, в их показаниях не имеется, поскольку, как усматривается из материалов дела, допрошенные свидетели и потерпевшая, эксперты давали последовательные и логичные показания относительно обстоятельств дела, которые полностью согласуются между собой, а также с материалами уголовного дела и не содержат в себе каких-либо существенных противоречий относительно обстоятельств содеянного осужденным.

Как следует из материалов уголовного дела, протоколов следственных действий, а также судебного заседания, дело расследовано и рассмотрено с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства Российской Федерации, в соответствии с принципами состязательности и равноправия сторон, нарушений норм уголовного и уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, по делу допущено не было. Все ходатайства, заявленные участниками процесса были рассмотрены, как в ходе предварительного расследования, так и судом, о чем свидетельствуют соответствующие, должным образом мотивированные постановления, имеющиеся в материалах дела, решения, зафиксированные в протоколе судебного заседания. Каких-либо данных, свидетельствующих о незаконном и необоснованном отклонении судом, либо следственным органом ходатайств, судебной коллегией не установлено.

Предварительное расследование и судебное следствие, вопреки доводам апелляционной жалобы осужденного, было проведено полно, всесторонне и объективно. Все обстоятельства, подлежащие доказыванию, как в ходе предварительного, так и в ходе судебного следствия, были подробнейшим образом в судебном заседании исследованы и оценены в итоговом судебном решении. Каких-либо нарушений, влекущих признание положенных в основу приговора доказательств недопустимыми, судебной коллегией не установлено. В ходе предварительного расследования было собрано достаточно доказательств для составления обвинительного заключения, рассмотрения настоящего дела по существу и вынесения обвинительного приговора.

Исследованные доказательства содержат исчерпывающие сведения относительно обстоятельств, подлежащих доказыванию по делу, позволяют должным образом оценить все возникшие у сторон версии, поэтому судебная коллегия соглашается с оценкой доказательств, данной судом первой инстанции и находит несостоятельными доводы жалоб о том, что ФИО1 осужден при недостаточном объеме доказательств, подтверждающих его причастность к причинению тяжкого вреда здоровью потерпевшего, повлекшего его смерть.

Данных, свидетельствующих об искусственном создании доказательств обвинения и оснований для отмены приговора, вопреки доводам защиты, исходя из установленных по делу фактических обстоятельств, судебная коллегия не усматривает.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, суд первой инстанции оценил и проанализировал все исследованные в суде доказательства, представленные и стороной обвинения и стороной защиты, в их совокупности. Все изложенные в приговоре доказательства суд, в соответствии с требованиями ст. ст. 87, 88 УПК РФ, проверил, сопоставив их между собой, и каждому из них дал оценку с точки зрения относимости, допустимости и достоверности. Суд первой инстанции тщательно проверил все показания всех свидетелей и потерпевшей, данные ими как в суде, так и в ходе предварительного расследования и оценил их в совокупности с другими доказательствами по делу, в связи с чем, выводы суда о виновности ФИО1 у судебной коллегии сомнений не вызывают.

При таких обстоятельствах, судебная коллегия приходит к выводу, что нарушений уголовно-процессуального закона, ограничивающих права участников судопроизводства и способных повлиять на правильность принятого в отношении ФИО1 судебного решения, нарушения права на защиту, на справедливое судебное разбирательство, либо принципа состязательности сторон, равно, как и обвинительного уклона, о чем фактически ставится вопрос в апелляционной жалобе осужденным, в ходе расследования настоящего дела и рассмотрения его судом не допущено.

Доводы об отсутствии у ФИО1 умысла на причинение тяжкого вреда здоровью П. и недоказанности его вины в совершении данного преступления, являлись предметом рассмотрения судом первой инстанции, были подробно исследованы и мотивированно отвергнуты, как противоречащие совокупности исследованных в ходе судебного разбирательства доказательств, объективно подтвержденных материалами уголовного дела, которым дана надлежащая оценка, не согласиться с которой у судебной коллегии оснований не имеется.

Отвергая данные доводы, основываясь на совокупности исследованных доказательств, судебная коллегия также приходит к выводу о том, что о виновности ФИО1 и наличии у него умысла, направленного именно на причинение тяжкого вреда здоровью П., повлекшего по неосторожности его смерть, свидетельствует совокупность его действий, достоверно установленная в ходе судебного следствия, когда в ходе словесного конфликта он нанес не менее 4 ударов кулаком в область лица П., а затем не менее 1 удара кулаком в область туловища, причинив ему кровоизлияния, кровоподтеки, раны в области лица и головы, переломы 6,7,8 ребер правой половины грудной клетки, кровоизлияния в мягких тканях (подкожно-жировой клетчатке и скелетных мышцах, задне-боковой поверхности правой половины) передней боковой поверхности правой половины клетки в проекции 6-8 ребер, которые в своей совокупности квалифицируются как тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, и состоит в прямой причинной связи с наступлением смерти П.

Выдвинутая осужденным версия, что он не наносил удары, а последний скончался от падения с высоты собственного роста, судебная коллегия считает несостоятельными, высказанными с целью избежания ответственности за содеянное, поскольку полностью опровергается всей совокупностью приведенных выше доказательств, в том числе выводами комиссии экспертов, приведенными в судебной экспертизе № 110, показаниями эксперта Д., согласно которым обнаруженные у П. повреждения головы и туловища в совокупности при падении и ударении о пластмассовый ящик исключается. Экспертная комиссия пришла к выводу об отсутствии прямой причинной связи между смертью П. и травмой головы пострадавшего в виде субдуральной гематомы и кровоподтека лица, полученных за период около 4-7 суток относительно момента смерти. Более того, согласно заключению, описанные в нем повреждения головы и туловища, в своей совокупности причинившие тяжкий вред здоровью и повлекшие смерть П., причинены ударными воздействиями тупых твердых предметов, возможно, частей тела человека, и получены в период до 1 суток перед наступлением смерти.

В целом, доводы стороны защиты о невиновности ФИО1 направлены на переоценку, данную судом исследованным доказательствам, оснований к чему судебная коллегия не усматривает.

При таких обстоятельствах, судебная коллегия приходит к выводу, что доводы о непричастности ФИО1 к причинению тяжкого вреда здоровью П., повлекшее по неосторожности его смерть, ни в ходе предварительного расследования, ни в ходе судебного следствия своего объективного подтверждения не нашли, высказаны в опровержение материалов дела и установленных фактических обстоятельств.

По уголовному делу было собрано достаточно доказательств, в связи с чем доводы стороны апелляционных жалоб осужденного и защитника о неполноте предварительного расследования, выразившемся в не установлении всех обстоятельств, подлежащих доказыванию в порядке ст. 73 УПК РФ, являются несостоятельными, поскольку предварительное расследование проведено в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, в ходе которого были установлены в порядке ст. 73 УПК РФ, время, место, способ и другие обстоятельства совершения преступления, по результатам которого было составлено обвинительное заключение и уголовное дело направлено в суд, в связи с чем данных, свидетельствующих об искусственном создании доказательств обвинения и оснований для отмены либо иной квалификации действий осужденного, исходя из установленных по делу фактических обстоятельств, судебная коллегия не усматривает.

Всесторонний анализ собранных по делу доказательств, добытых в установленном законом порядке, полно и объективно исследованных в судебном заседании, получивших оценку в соответствии с требованиями УПК РФ, позволил суду правильно установить фактические обстоятельства и квалифицировать действия осужденного ФИО1 по ч. 4 ст. 111 УК РФ, как совершение умышленного причинения тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего.

Оснований для постановления оправдательного приговора, о чем просила сторона защиты, исходя из установленных по делу фактических обстоятельств содеянного, судебная коллегия не усматривает.

Судебная коллегия находит приведенные судом первой инстанции в приговоре мотивы оценки доказательств виновности ФИО1 в тайном хищении имущества у Т. в период с 01.03.2020 по 06.03.2020, совершенном без разрешения потерпевшей, из корыстных побуждений, убедительными. Факт хищения имущества П. осужденным и его защитником в апелляционном порядке также не оспаривается.

Вместе с тем, судебная коллегия приходит к выводу об отсутствии объективных доказательств наличия в действиях осужденного квалифицирующего признака тайного хищения имущества П., а именно как причинившего значительный ущерб потерпевшей.

При этом судебная коллегия учитывает показания И., согласно которым указанные золотые изделия (3 кольца и 1 перстень) ее мать Т. в последнее время не носила, хранила в шкатулке, намеривалась передать по наследству, пропажа была обнаружена после смерти матери в апреле 2021 года, с заявлением о привлечении к уголовной ответственности по факту хищения собственник Т. не обращалась, такое заявление было подано только после смерти отца – 29.12.2021. Отвечая на вопросы, И. пояснила, что не знает, являлся ли для матери материальный ущерб от хищения данных золотых изделий, значительным или нет (т.3 л.д. 45), ее мнение, высказанное в последующем, что ущерб значительный, основано на предположении. Более того, судом в ходе судебного разбирательства обсуждалось материальное положение Т., ее доходы, размер пенсии и выплаты, семейное положение, наличие в собственности объектов недвижимости, другие источники доходов.

При таких, установленных судом, фактических обстоятельств, исходя из отношения к факту хищения этого имущества в марте 2020 самого собственника, с учетом данных о ее материальном положении, принимая во внимание значение данного имущества и его влияния на уровень жизни семьи, судебная коллегия, руководствуясь требованиями ст. 14 УК РФ, считает необходимым исключить из осуждения ФИО1 по ст. 158 УК РФ квалифицирующий признак преступления – причинение значительного ущерба гражданину.

В связи с этим, судебная коллегия квалифицирует действия ФИО1 по событиям 01.03.2020-06.03.2020 по ч. 1 ст. 158 УК РФ как кража, то есть тайное хищение чужого имущества.

Также судом верно установлено, что осужденный ФИО1 в период совершения инкриминируемых ему деяний, мог отдавать отчет своим действиям и руководить ими, то есть совершил данные деяния в состоянии вменяемости, в связи с чем, в соответствии со ст. 19 УК РФ, подлежит уголовной ответственности.

При назначении наказания ФИО1, исходя из положений ст. ст. 6, 60 УК РФ, суд в полной мере учел характер и степень общественной опасности совершенных им преступлений, данные о личности осужденного, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

В качестве смягчающих наказание обстоятельств суд по каждому преступлению учел явки с повинной ФИО1 и его активное способствование раскрытию и расследованию преступлений (по п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ); по ч. 2 ст. 61 УК РФ учтены полное признание вины в ходе расследования, раскаяние в содеянном, состояние здоровья осужденного. Кроме того, в качестве смягчающего обстоятельства по ч. 2 ст. 158 УК РФ учтено признание вины в судебном заседании.

Новых данных о смягчающих обстоятельствах, которые бы не были известны суду первой инстанции, либо которые, в силу требований закона могли бы являться безусловным основанием к снижению назначенного осужденному наказания, в материалах дела не имеется.

Правильно установлено судом наличие в действиях осужденного отягчающего наказание обстоятельства, в соответствии с п. «а» ч. 1 ст. 63 УК РФ, в виде рецидива преступлений. При этом вид рецидива по ч. 4 ст.111 УК РФ определен как опасный на основании п. «б» ч. 2 ст. 18 УК РФ. Судом обоснованно применены требования ч. 2 ст. 68 УК РФ при назначении наказания.

Наличие отягчающего обстоятельства, а также вид рецидива (по ч. 4 ст.111 УК РФ) является правовым препятствием для применения положений ч. 6 ст. 15, ч. 1 ст. 62, ст. 53.1, ст. 73 УК РФ.

Между тем, с учетом характера и степени общественной опасности совершенных преступлений, данных о личности виновного, суд обоснованно пришел к выводу об отсутствии оснований для применения положений ч. 3 ст. 68 и ст. 64 УК РФ. Выводы суда о возможности исправления осужденного только в условиях изоляции от общества убедительно мотивированы в приговоре, не согласиться с ними оснований у судебной коллегии не имеется.

Данных, что по состоянию здоровья ФИО1 не может отбывать наказание в местах лишения свободы в суд как первой, так и апелляционной инстанции представлено не было.

Вместе с тем, с учетом переквалификации в апелляционном порядке действий осужденного ФИО1 с п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ на ч.1 ст. 158 УК РФ приговор суда подлежит изменению, исходя из данных о времени совершения данного преступления и положений Общей части Уголовного закона о сроках давности привлечения к уголовной ответственности.

В соответствии с п. «а» ч. 1 ст. 78 УК РФ лицо освобождается от уголовной ответственности, если со дня совершения преступления истекло 2 года после совершения преступления небольшой тяжести.

Согласно ч. ч. 2 и 3 ст. 78 УК РФ сроки давности исчисляются со дня совершения преступления и до момента вступления приговора суда в законную силу. Течение сроков давности приостанавливается, если лицо, совершившее преступление, уклоняется от следствия или суда. В этом случае течение сроков давности возобновляется с момента задержания указанного лица или явки его с повинной.

Судом первой инстанции установлено, что преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 158 УК РФ, и отнесенное по закону к преступлениям небольшой тяжести, ФИО1 совершил в период 01.03.2020 – 06.03.2020.

При таких обстоятельствах, сроки давности, предусмотренные п. «а» ч. 1 ст. 78 УК РФ, на момент вступления приговора в законную силу истекли. В этом случае осужденный подлежит освобождению от назначенного ему за данное преступление наказания.

Данных о том, что ФИО1 уклонялся от органов следствия или суда, материалы уголовного дела не содержат.

Вид исправительного учреждения - исправительная колония строгого режима назначена в соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ.

Судебная коллегия не находит оснований для смягчения назначенного по ч. 4 ст. 111 УК РФ наказания, поскольку назначенная ему мера наказания, а также вид исправительного учреждения отвечают общим началам назначения наказания, являются справедливыми и соразмерными содеянному, в полном объеме согласуются с нормами уголовного закона, отвечают целям исправления осужденного и предупреждения совершения им новых преступлений, а также принципам справедливости и гуманизма.

С учетом изложенного, ввиду того, что ФИО1 подлежит освобождению от наказания за преступление, предусмотренное ч.1 ст. 158 УК РФ, в связи с истечением срока давности уголовного преследования, из приговора суда подлежит исключению указание на применение правил, предусмотренных ч. 3 ст. 69 УК РФ, при назначении ему окончательного наказания.

Требования ст. 72 УК РФ о зачете в срок лишения свободы периода содержания ФИО1 под стражей до вступления приговора в законную силу выполнены правильно.

Вопрос о распределении процессуальных издержках и взыскании их с осужденного ФИО1 разрешен в соответствии с требованиями ст. 131-132 УПК РФ, с соблюдением процедуры обсуждения сторонами, с учетом позиции подсудимого, его материального положения, состояния здоровья и трудоспособности, возможности получения дохода, в том числе при отбывании наказания в местах лишения свободы. Оснований для освобождения осужденного от уплаты процессуальных издержек судебной коллегией не установлено.

Нарушений норм уголовного и уголовно-процессуального закона, влекущих отмену либо внесения их, кроме указанных выше, изменений приговора, в том числе и по доводам апелляционным жалобам, судебной коллегией не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.13, ст. 389.20, ст. 389.28, ст. 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

определила:

приговор Верхнесалдинского районного суда Свердловской области от 14.04.2023 в отношении ФИО1 изменить.

Исключить явку с повинной ФИО1 (т.2 л.д. 17-18) из числа доказательств, подтверждающих выводы о его виновности в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ.

Исключить из осуждения ФИО1 по преступлению, совершенному в отношении Т., квалифицирующий признак "с причинением значительного ущерба гражданину".

Переквалифицировать действия ФИО1 с п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ на ч. 1 ст. 158 УК РФ, по которой назначить наказание в виде 8 месяцев лишения свободы.

На основании п. «а» ч. 1 ст. 78 УК РФ освободить ФИО1 от наказания за преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 158 УК РФ, в связи с истечением срока давности уголовного преследования.

Исключить из приговора указание на применение при назначении окончательного наказания ФИО1 правил, предусмотренных ч. 3 ст. 69 УК РФ.

Считать ФИО1 осужденным по ч. 4 ст. 111 УК РФ к 9 годам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

В остальном этот же приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу осужденного - без удовлетворения, апелляционную жалобу защитника Тимоховой Г.Н. удовлетворить частично.

Апелляционное определение вступает в законную силу немедленно после оглашения и может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу приговора, а осужденным, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения копии приговора, вступившего в законную силу. Осужденный вправе заявить ходатайство об участии в судебном заседании при рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий

Судьи