Дело № 33а-14205/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

19 сентября 2023 года город Екатеринбург

Судебная коллегия по административным делам Свердловского областного суда в составе:

председательствующего Шабалдиной Н.В.,

судей Бачевской О.Д., Григорьева И.О.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Ярковой И.Д.,

рассмотрела в открытом судебном заседании административное дело № 2а-2406/2022 по административному исковому заявлению ФИО1 к Федеральному казенному учреждению «Следственный изолятор № 1 Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Свердловской области», Федеральной службе исполнения наказаний о признании действий незаконными, взыскании компенсации морального вреда

по апелляционным жалобам административного истца ФИО1, административных ответчиков Федерального казенного учреждения «Следственный изолятор № 1 Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Свердловской области», Федеральной службы исполнения наказаний на решение Верх-Исетского районного суда города Екатеринбурга Свердловской области от 21 марта 2023 года.

Заслушав доклад судьи Бачевской О.Д., объяснения представителя административных ответчиков Федерального казенного учреждения «Следственный изолятор № 1 Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Свердловской области», Федеральной службы исполнения наказаний ФИО2, судебная коллегия

установила:

ФИО1, отбывающий наказание в виде пожизненного лишения свободы, обратился в суд с административным исковым заявлением к Федеральному казенному учреждению «Следственный изолятор № 1 Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Свердловской области» (далее – ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Свердловской области), в котором просил взыскать компенсацию морального вреда в размере 1 000000 рублей.

В обоснование заявленных требований ФИО1 указал на то, что с 22 августа по 27 декабря 2022 года он находился в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Свердловской области, где содержался ненадлежащих условиях. Указывает, что находился в камере № 21 пост № 17, в которой отсутствовала горячая вода; радио; окно было в решетке и сетке-рабице, естественное освещение не проникало; стоял неприятный запах; отсутствовала принудительная вентиляция; была нарушена норма санитарной площади, можно было дотянуться со спального места до унитаза; из мебели была только кровать, которая была очень узкая; отсутствовала приватность при отправлении естественных нужд. Кроме того, его содержали в одиночной камере, хотя заявление об одиночном содержании он не писал, неоднократно просил содержать его другим осужденным к пожизненному лишению свободы, который также находился в следственном изоляторе. Камера № 3 поста № 15 была аналогичной, составляло исключение то, что площадь была больше, присутствовала принудительная вентиляция.

Определением суда к участию в деле в качестве административного соответчика привлечена ФСИН России.

Решением Верх-Исетского районного суда города Екатеринбурга Свердловской области от 21 марта 2023 года административное исковое заявление ФИО1 удовлетворено частично, взыскана с Российской Федерации в лице ФСИН России за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсация морального вреда в размере 3000 рублей. В удовлетворении остальной части административных исковых требований ФИО1 отказано.

Не согласившись с решением суда, административный истец подал апелляционную жалобу, просит судебный акт изменить, указывает на несогласие с присужденной суммой компенсации, поскольку она не отвечает требованиям соразмерности и справедливости. Кроме того ему не выдавали дезинфицирующие средства. Также указывает, что одиночное содержание является пыткой.

Представитель административных ответчиков ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Свердловской области, ФСИН России также подал апелляционную жалобу, в которой просит отменить судебный акт, принять по административному делу новое решение об отказе в удовлетворении заявленных требований в полном объеме. 22 августа 2022 года ФИО1 прибыл в следственный изолятор на основании статьи 77.1 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации. В период нахождения содержался один в камерном помещении № 17/21 площадью 2,7 кв.м. Считает, что к осужденному применима норма статьи 99 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, следовательно, норма площади была соблюдена. Также указывает, что основания для взыскания компенсации морального вреда отсутствуют.

Представитель административных ответчиков ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Свердловской области, ФСИН России ФИО2 в судебном заседании суда апелляционной инстанции поддержала доводы апелляционной жалобы в полном объеме, по доводам апелляционной жалобы административного истца возражала.

Административный истец ФИО1, ходатайство о личном участии отклонено на стадии принятия дела к производству, в судебное заседание судебной коллегии не явился, извещен надлежащим образом о времени и месте рассмотрения административного дела судом апелляционной инстанции через администрацию исправительного учреждения, в том числе посредством размещения указанной информации на официальном сайте Свердловского областного суда, в связи с чем, руководствуясь статьей 150, частью 6 статьи 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, судебная коллегия рассмотрела административное дело в отсутствие указанного лица.

Заслушав объяснения представителя административных ответчиков, изучив материалы административного дела, доводы апелляционных жалоб сторон, проверив законность и обоснованность решения суда в порядке статьи 308 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, судебная коллегия приходит к следующему.

Согласно части 1 статьи 218 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации гражданин, организация, иные лица могут обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями, должностного лица, государственного или муниципального служащего, если полагают, что нарушены или оспорены их права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению их прав, свобод и реализации законных интересов или на них незаконно возложены какие-либо обязанности.

Суд удовлетворяет заявленные требования о признании оспариваемых решения, действия (бездействия) незаконными, если признает их не соответствующими нормативным правовым актам и нарушающими права, свободы и законные интересы административного истца (часть 2 статьи 227 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации).

В силу статьи 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном главой 22 названного Кодекса, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении (часть 1).

Требование о присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении рассматривается судом одновременно с требованием об оспаривании решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих по правилам, установленным главой 22 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, с учетом особенностей, предусмотренных данной статьей (часть 3).

При рассмотрении административного искового заявления, поданного в соответствии с частью 1 указанной статьи, суд устанавливает, имело ли место нарушение предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, а также характер и продолжительность нарушения, обстоятельства, при которых нарушение допущено, его последствия (часть 5).

При этом в соответствии с частью 11 статьи 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации обязанность доказать соответствует ли содержание совершенного оспариваемого действия (бездействия) нормативным правовым актам, регулирующим спорные отношения, возложена на орган, организацию, лицо, наделенные государственными или иными публичными полномочиями и совершившие оспариваемые действия (бездействие).

В силу статей 17 и 21 Конституции Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации.

Достоинство личности охраняется государством. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию.

Как следует из материалов административного дела и установлено судом первой инстанции, осужденный к пожизненному лишению свободы ФИО1, следовавший в ФКУ ИК-18 УФСИН России по Ямало-Ненецкому автономному округу для совершения следственных действий, содержался в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Свердловской области в период с 22 августа 2022 года по 27 декабря 2022 года.

В период нахождения в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Свердловской области ФИО1 содержался в следующих камерных помещениях:

- камера № 17/21 в период с 28 августа по 3 октября 2022 года, площадь камеры составляет 2,7 кв.м, оборудовано 1 спальное место, содержался один;

- камера № 15/3 в период с 3 октября по 27 декабря 2022 года, площадь составляет 5,4 кв.м, оборудовано 1 спальное место; содержался один.

Согласно предоставленной ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Свердловской области информации все камерные помещения оборудованы кроватями по количеству спальных мест, вешалкой для верхней одежды, полкой для туалетных принадлежностей, зеркалом, розеткой, бачком для питьевой воды, урной для мусора, тазом для стирки вещей, полкой для хранения продуктов, унитазом, который отгорожен перегородкой, раковиной, вызывной сигнализацией, радиодинамиком для вещания общегосударственных программ, светильниками дневного и ночного освещения.

В камерных помещениях имеется естественная вентиляция путем проветривания через окна камеры. Технические характеристики принудительной вентиляции соответствуют необходимому объему циркуляции воздуха в камерных помещениях. Принудительная вентиляция находится в коридорах отдельных корпусных блоков. В летнее время разрешено пользоваться вентиляторами заводского производства для проветривания помещений.

Камерные помещения оборудованы оконными проемами с остеклением для проветривания помещений, площадь оконных проемов составляет 1,2 кв.м.

Холодное водоснабжение в камерных помещениях централизованное, подача горячей воды не предусмотрена архитектурным проектом. Горячая вода выдается ежедневно в установленное количество времени с учетом количества человек в камере. Подача воды осуществляется централизовано ЕМУП «Водоканал», отключение подачи холодной воды производится строго по предупреждению и на время не более 30 минут. Качество воды соответствует всем санитарным нормам.

Санитарное состояние камер и других помещений удовлетворительное. В случае нарушения работы санитарного узла ремонт производится незамедлительно.

Для обеспечения порядка в камерных помещениях имеется уборочный инвентарь: савок, веник, бак для мытья полов, ветошь. Дератизация и дезинсекция проводится ежемесячно. Оставлять дезинфицирующие средства в камерных помещениях запрещено.

В соответствии с актом о результатах комиссионного обследования радиоточек, установленных в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Свердловской области от 22 февраля 2023 года на посту № 15 (12 камерных помещений) 1 радиоточка отсутствует в камерном помещении; остальные радиоточки в исправном состоянии; на посту № 17 (карцер, 26 камерных помещений) все радиоточки в исправном состоянии).

Согласно постановлениям начальника ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Свердловской области от 22 августа, 22 сентября, 22 октября, 21 ноября 2022 года ФИО1 водворялся в одиночную камеру с целью соблюдения статьи 80 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации.

Разрешая административный спор и частично удовлетворяя требования ФИО1, суд пришел к выводам о том, что условия содержания административного истца в период с 22 августа по 03 октября 2022 года в камерном помещении № 17/21 ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Свердловской области не отвечали установленным законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условиям содержания под стражей, которые выразились в нарушении ном санитарной площади.

Между тем, доводы административного истца относительно одиночного содержания, неудовлетворительного состояния камер, отсутствия радиоточки, невыдачи дезинфицирующих средств не нашли своего подтверждения.

Определяя размер компенсации за нарушение условий содержания под стражей, подлежащей присуждению в пользу ФИО1, суд принял во внимание отсутствие каких-либо доказательств значительности физических и нравственных страданий административного истца, учел его индивидуальные особенности, требования разумности и справедливости, длительность нарушений условий содержания под стражей, взыскав компенсацию морального вреда, исходя из конкретных обстоятельств данного дела, в сумме 3000 рублей.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции о наличии законных оснований для присуждения в пользу административного истца компенсации за нарушение условий его содержания под стражей, поскольку они соответствуют нормам действующего законодательства, регулирующего возникшие правоотношения, сделаны по результатам всестороннего исследования и оценки по правилам статьи 84 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации имеющихся в материалах административного дела доказательств.

Мотивы, по которым суд первой инстанции пришел к вышеуказанным выводам, подробно со ссылкой на установленные обстоятельства и нормы права изложены в обжалуемом решении, их правильность не вызывает у судебной коллегии сомнений.

В соответствии с частью 1 статьи 99 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации норма жилой площади в расчете на одного осужденного к лишению свободы в исправительных колониях не может быть менее двух квадратных метров, в тюрьмах - двух с половиной квадратных метров, в колониях, предназначенных для отбывания наказания осужденными женщинами, - трех квадратных метров, в воспитательных колониях - трех с половиной квадратных метров, в лечебных исправительных учреждениях - трех квадратных метров, в лечебно-профилактических учреждениях уголовно-исполнительной системы - пяти квадратных метров.

В силу статьи 23 Федерального закона от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» предусмотрено, что подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности. Подозреваемым и обвиняемым предоставляется индивидуальное спальное место. Подозреваемым и обвиняемым бесплатно выдаются постельные принадлежности, посуда и столовые приборы, туалетная бумага, а также по их просьбе в случае отсутствия на их лицевых счетах необходимых средств индивидуальные средства гигиены (как минимум мыло, зубная щетка, зубная паста (зубной порошок), одноразовая бритва (для мужчин), средства личной гигиены (для женщин). Норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в размере четырех квадратных метров с учетом требований, предусмотренных частью первой статьи 30 настоящего Федерального закона.

Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 22 мая 2023 года № 25-П часть 3 статьи 77.1 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации признана не противоречащей Конституции Российской Федерации в той мере, в какой она по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования применительно к судебному рассмотрению споров о компенсации морального вреда в связи с нарушением условий содержания в следственном изоляторе осужденных к лишению свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии, оставленных в следственном изоляторе или переведенных в него для участия в следственных действиях или судебном разбирательстве, предполагает, что размер приходящейся на таких лиц площади в камере следственного изолятора определяется не в соответствии с нормами жилой площади, установленными частью 1 статьи 99 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, а в соответствии с нормой санитарной площади, по крайней мере не меньшей, чем установленная частью 5 статьи 23 Федерального закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений».

Конституционно-правовой смысл части 3 статьи 77.1 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, выявленный в указанном Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации, является общеобязательным, что исключает любое иное истолкование этой нормы в связи с указанными правоотношениями в правоприменительной практике.

В соответствии со статьей 126 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации отдельно от других осужденных в исправительных колониях особого режима отбывают наказание осужденные к пожизненному лишению свободы, а также осужденные, которым смертная казнь в порядке помилования заменена пожизненным лишением свободы, при этом в соответствии со статьей 127 указанного Кодекса, осужденные к пожизненному лишению свободы размещаются в камерах, как правило, не более чем по два человека.

Исходя из приведенных выше обстоятельств и правовых норм, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о наличии оснований для взыскания компенсации морального вреда за нарушение условий содержания в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Свердловской области в камере № 17/21, поскольку учитывая то, что ФИО1 был этапирован из исправительного учреждения для совершения следственных действий.

Кроме того, в силу части 1 статьи 99 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации норма жилой площади в расчете на одного осужденного к лишению свободы в исправительных колониях не может быть менее двух квадратных метров, однако, установить точную норму жилой площади камеры № 17/21, общая площадь которой составляет 2,7 кв.м, не представляется возможным. Кроме того, учитывая действующее законодательство, в жилую площадь не входит площадь санитарных узлов, которую также определить невозможно.

Таким образом, суд первой инстанции верно пришел к выводу о нарушении норм санитарной площади в период содержания в камере № 17/21.

Судебная коллегия также считает, что выводы суда о недоказанности иных нарушений условий содержания, на которые указывает административный истец, также являются верными. Наличие радиоточки, материально-бытовое обеспечение камер, выдача средств для уборки подтверждено имеющимися в деле документами.

Довод апелляционной жалобы административного истца о том, что он незаконно содержался в одиночной камере, судебной коллегией признается несостоятельным, поскольку в одиночную камеру он бы водворен на основании постановлений начальника ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Свердловской области, которые им не оспаривались.

В соответствии с частью второй статьи 80 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации изолированно от других осужденных содержатся: осужденные при опасном рецидиве, осужденные при особо опасном рецидиве преступлений; осужденные к пожизненному лишению свободы; осужденные, которым смертная казнь заменена в порядке помилования лишением свободы на определенный срок.

Учитывая то, что ФИО1 осужден к пожизненному лишению свободы, при этом, доказательств того, что в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Свердловской области содержались иные осужденные к пожизненному лишению свободы, не имеется, поскольку ведение постатейного и пофамильного учета лиц, осужденных к пожизненному лишению свободы, не предусмотрено действующим законодательством. Кроме того, помещение ФИО1 в одиночную камеру являлось вынужденной мерой в силу отсутствия в учреждении категории осужденных, которые в соответствии со статьями 80, 131 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации подлежали содержанию в одной камере с административным истцом.

На основании вышеизложенного, суд первой инстанции при рассмотрении административного дела исследовал и в последующем оценил все представленные лицами, участвующими в деле, доказательства.

Судебная коллегия не находит оснований для переоценки выводов суда, изложенных в решении, и имеющихся в деле доказательств.

Доводы, изложенные в апелляционных жалобах административного истца и административных ответчиков, по существу спора повторяют правовую позицию, изложенную в суде первой инстанции, они являлись предметом исследования и также получили надлежащую оценку в обжалуемом судебном акте.

Таким образом, судебная коллегия приходит к выводу о наличии у ФИО1 права на присуждение компенсации морального вреда за нарушение условий содержания под стражей, которые признаны судом первой инстанции ненадлежащими.

Оценивая размер компенсации морального вреда, присужденной в пользу ФИО1, судебная коллегия исходит из совокупности заслуживающих внимание обстоятельств, влияющих на формирование такого порога унижения, который свидетельствует о неизбежности умаления человеческого достоинства.

Проанализировав объем и характер нарушений условий содержания ФИО1 в следственном изоляторе, признанных судом доказанными, которые не повлекли для него наступления серьезных негативных последствий, длительность периодов времени, в течение которых они были допущены, судебная коллегия приходит к выводу о том, что размер компенсации, присужденной в пользу административного истца, является соразмерным, отвечает принципам разумности и справедливости, изменению не подлежит.

Таким образом, доводы апелляционной жалобы административного истца судебная коллегия также находит несостоятельными.

Иные доводы апелляционных жалоб административного истца и административных ответчиков, представляют собой правовую позицию по делу, были предметом оценки суда первой инстанции, оснований не согласиться с которой судебная коллегия не усматривает.

Руководствуясь частью 1 статьи 308, пунктом 1 статьи 309, статьей 311 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Верх-Исетского районного суда города Екатеринбурга Свердловской области от 21 марта 2023 года оставить без изменения, апелляционные жалобы административного истца ФИО1, административных ответчиков Федерального казенного учреждения «Следственный изолятор № 1 Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Свердловской области», Федеральной службы исполнения наказаний – без удовлетворения.

Кассационная жалоба на апелляционное определение и решение суда первой инстанции может быть подана в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вынесения апелляционного определения.

Председательствующий

Н.В. Шабалдина

Судьи

О.Д. Бачевская

И.О. Григорьев