Решение по делу № 2-409/2025 от 24.10.2025 - о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, взыскании судебных расходов.

Дело № 2-409/2025

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

09 октября 2025 года с. Раевский РБ

Альшеевский районный суд Республики Башкортостан в составе председательствующего судьи Кондрашова М.С., при секретаре судебного заседания Мухаметшиной Р.М., с участием представителя истца ФИО1 – ФИО2 (по доверенности от 03.04.2025), ответчика ФИО3, его представителя ФИО4 (по доверенности от 24.04.2025), третьего лица ФИО5, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3, ФИО6 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, взыскании судебных расходов,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском (с учетом уточнений) к ФИО3, ФИО6, в котором просит взыскать солидарно стоимость восстановительного ремонта транспортного средства в размере 378 400 рублей, стоимость утраты товарной стоимости транспортного средства в размере 29 367 рублей, судебные расходы в виде оплаты стоимости услуг представителя в размере 50 000 рублей, стоимость услуг нотариуса в размере 2 900 рублей, расходы по оплате государственной пошлины в размере 13 794 рублей, почтовые расходы в размере 601 рублей 28 копеек.

В обоснование иска указано, что 11 марта 2025 г. в 08 часов 30 минут на перекрестке улиц <адрес> произошло дорожно-транспортное происшествие с участием двух транспортных средств: <данные изъяты> гос. рег. знак № под управлением ФИО3, принадлежащим на праве собственности ФИО6 и <данные изъяты> гос. рег. знак № под управлением ФИО5, принадлежащим на праве собственности ФИО1 Постановлением № по делу об административном правонарушении ФИО3 привлечен к административной ответственности за нарушении Правил дорожного движения РФ. На момент дорожно-транспортного происшествия ответственность ФИО3 не была застрахована. Согласно заключению эксперта, стоимость восстановительного ремонта транспортного средства <данные изъяты> гос. рег. знак № по среднерыночным ценам без учета износа комплектующих деталей составляет 378 400 рублей. Утрата товарной стоимости составляет 29 367 рублей. Истец неоднократно пытался урегулировать спор в досудебном порядке, однако ответчик ущерб так и не возместил.

Истец ФИО1 в судебное заседание не явился, о рассмотрении дела извещен надлежащим образом.

Представитель истца ФИО2 в судебном заседании уточненные исковые требования поддержал в полном объеме, просил удовлетворить. Пояснил, что согласно объяснениям участников ДТП можно сделать реальные выводы, что дорога, куда намеривался съехать ФИО3 и по фотографии это видно заснежена, и было затруднительно совершить маневр, таким образом он притормозил, чтобы убедиться сможет или не сможет съехать, поэтому он налево ушел и притормозил, ввиду того, что там сложный съезд, дорога заснежена, и тем самым он не обеспечил безопасность маневра, чем создал помеху со своей стороны. Судебный эксперт пишет, что не соблюден пункт правил 8.5 и 8.7. В действиях ФИО5, какие либо нарушения отсутствуют. ФИО3 обжаловал постановления, но суды двух инстанций, оставили штраф без изменения, то есть в его действия присутствуют нарушения.

Ответчик ФИО3 пояснил, что с иском не согласен, 11.03.2025 года в мкр. <адрес> он поехал на <адрес> на работу. Он ехал в свое фермерское хозяйство не по главной улице, это бывший скотопрогон, где никаких знаков нет. Не доезжая до перекрестка, заблаговременно включил сигнал поворота и начал поворачивать, в это время услышал короткий звуковой сигнал и почувствовал удар в машину, от чего его отбросило на 1,5 метра. Он вышел из машины, в это время вышла ФИО5 и сказала, что она растерялась. Тормозного пути от ее машины не было, хотя можно было притормозить или уйти направо, снег был не глубокий. После того как его машину отбросило, она осталась носом на обочине, где он поворачивал направо, а ее машина осталась стоять на его месте.

Сотрудник ГАИ неверно составил схему, так как его автомобиль наполовину стоял на обочине. Изначально когда он ехал, поворачивал немного левее, но на встречную полосу не выезжал, стал немного поворачивать, скорость была почти нулевая.

Представитель ответчика ФИО4 в судебном заседании исковые требования не признал, пояснил, что исходя из пояснений ФИО3, скоростной режим он не нарушал, на полосу встречного движения не выезжал, то есть, он руководствовался п. 8.6. ПДД, он принял ближе к центру своей полосы. Эксперт, в своем техническом описании указывает, что он нарушил данный пункт. Если 2 полосы дороги в одном направлении, тогда нужно принимать крайнюю правую сторону, в данном случае одна полоса и он по ней двигался. Исходя из угла поворота, он принял чуть ближе к центру, чтобы совершить поворот. Однако, второй участник ДТП, должен был руководствоваться п. 9.10, то есть соблюдать безопасную дистанцию, также руководствоваться п. 10.1, это не значит, что нужно ехать с предельно допустимой скоростью, а ехать с такой скоростью, чтобы она могла избежать ДТП, и предвидеть такие ситуации, тем более на дороге имеется снежный накат, дорога скользкая, впереди нее едет автомобиль, как она говорит, что сигнал поворота ответчик не включал, нужно было дать закончить совершить маневр впереди идущему автомобилю, что она не сделала и совершила ДТП, как нарисовано ближе к обочине. Исходя из иллюстраций, которые сделал судебный эксперт, автомобиль, если смотреть по его иллюстрации будет находиться в центре дороги, но не полностью на встречной полосе. Также по судебной экспертизе хотелось бы пояснить, что эксперт использовал непонятный продукт, в котором, в принципе, не предусмотрено составлять схемы. Он не предоставил лицензию, согласно которой он может использовать данный продукт для измерения ширины дороги. Ширина дороги по замерам 8.4 метра, тогда как у нас допустимая ширина, которая в поселках 6 метров, а он каким то образом делает ее 8.4 метра, ссылаясь на летние фотографии, но при выезде на судебную экспертизу само дорожное полотно не мерил, то есть там действительно сужение, не указывает, где едет, где обочина, не указывает, что она допустима. У них были пояснения двух сторон, он не исследуют оба обстоятельства, имел ли техническую возможность автомобиль «Ларгус» повернуть налево, а потом полностью изменить свой поворот, исходя, из пояснений ФИО3 и повернуть направо. Он ни чего этого не исследовал, но пришел к выводу, что нарушений п.10.1 нет, а также исключил п. 9.10, соблюдение безопасной дистанции, что непосредственно должна была делать ФИО5.

Ответчик ФИО6 в судебное заседание не явилась, о рассмотрении дела извещена надлежащим образом.

В отзыве, представленном на исковое заявление, указано, что в исковом заявлении истец ссылается на постановление о привлечении ответчика ФИО3 к административной ответственности за нарушение расположения транспортного средства на проезжей части. Однако, как неоднократно разъяснял Верховный Суд РФ, сотрудниками ГИБДД не устанавливается вина в ДТП, ими устанавливается лишь нарушение правил дорожного движения, вина в ДТП устанавливается только судом и только в гражданском судопроизводстве. Сотрудники ГИБДД не обладают специальными познаниями, не являются специалистами, которые определяют обстоятельства ДТП. Они лишь в случае если усматривают нарушение ПДД, то привлекают к административной ответственности. В рамках дела об административном правонарушении были допущены нарушения. А именно, суд первой инстанции при рассмотрении дела об административном правонарушении не принял во внимание существенные обстоятельства, свидетельствующие об отсутствии в действиях ответчика состава административного правонарушения. Схема ДТП была составлена с нарушениями, составлена сотрудниками ГИБДД исключительно со слов второго участника ДТП, без учета пояснений ответчика и объективных данных. Инспектор при составлении схемы ДТП не учел фактическое расположение транспортных средств, как это следует из приобщенных к материалам дела фотографий с места ДТП. На фотографиях отчетливо видно, что автомобиль ответчика находился за пределами проезжей части, что противоречит указанному на схеме расстоянию в 1,5 метра от края дороги. Более того, автомобиль истца находится сзади автомобиля ответчика, а не в указанном на схеме месте. Указанный на схеме Т-образный перекресток, также не соответствует фактическим обстоятельствам дела. Утверждение суда о том, что подпись ФИО3 на схеме свидетельствует о согласии с ней, является необоснованным. Его подпись отсутствует в схеме, факт отказа от подписи, указывает на его несогласие со схемой. Суд сослался на факт выезда ответчика полосу встречного движения перед поворотом направо, не указав, на каких доказательствах, основан данный вывод. Сотрудники ГИБДД не были свидетелями ДТП, составляли схему только со слов второго участника, никакие следы на схеме не отмечены, более того отсутствие следов поворота налево автомобиля ответчика, также подтверждается представленными им фотоснимками. Суд не учел, что водитель <данные изъяты> имел возможность избежать столкновения, проявив большую внимательность и снизив скорость движения. На схеме ДТП тормозной путь отсутствует, а характер повреждения автомобилей, подтверждает высокую скорость автомобиля <данные изъяты>. Все это свидетельствует о невнимательности водителя и нарушении п. 10.1 ПДД РФ. Считает, что постановление об административном правонарушении, не может являться безусловным доказательством вины ответчика.

Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора: ФИО5 пояснила, что она ехала по улице <адрес> в сторону дома. Впереди нее по ул. <адрес> ехал автомобиль марки <данные изъяты> Он говорит, что он не выезжал на полосу встречного движения, это не правда. Он выехал, остановился, и она поняла, что он уступает дорогу, она подумала, что он поворачивает на <адрес>, налево, чем он и ввел ее в заблуждение. Если бы он включил сигнал поворота, или ехал по своей полосе, то конечно она бы притормозила, ехала не быстро. То, что ответчик говорит, что он поворачивал со своей полосы, если было так, то и удар был бы совсем другой. Он ехал впереди, выехал на полосу встречного движения, практически остановился и потом резко начал поворачивать направо. Она пыталась уйти от удара, нажала на тормоз, но ничего не получилось, она ехала со скоростью не более 40 км\ час. После ДТП вызвали сотрудников ГАИ и она пояснила, что ответчик ехал впереди, выехал на встречную полосу. Он сразу сказал, что он был неправ, никто не входит в поворот под таким углом.

Представитель СПАО «Ингосстрах» в судебное заседание не явились, о рассмотрении дела извещены надлежащим образом.

Участвующие по делу лица также извещались публично путем заблаговременного размещения информации о времени и месте рассмотрения гражданского дела на интернет-сайте Альшеевского районного суда Республики Башкортостан в соответствии со ст. 14 и 16 Федерального закона от 22.12.2008 № 262-ФЗ «Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации».

В соответствии со ст. 167 ГПК РФ, дело рассмотрено в отсутствии не явившихся лиц.

Выслушав представителя истца, ответчика, представителя ответчика, третье лицо, изучив материалы дела, оценив в совокупности все имеющиеся доказательства, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный вред), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В силу ч. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Из материалов дела усматривается и судом установлено, что 11 марта 2025 г. в 08 часов 30 минут на перекрестке улиц <адрес> и <адрес> села <адрес> произошло дорожно-транспортное происшествие с участием двух транспортных средств: <данные изъяты> гос. рег. знак № под управлением ФИО3, принадлежащим на праве собственности ФИО6 и <данные изъяты> гос. рег. знак № под управлением ФИО5, принадлежащим на праве собственности ФИО1.

Согласно объяснению ФИО5, 11 марта 2025 г. в 08.30 ч. на автомашине <данные изъяты> гос. рег. знак № ехала со стороны <адрес> в сторону дома по <адрес> Перед ней ехала автомашина марки <данные изъяты> синего цвета гос. номер №, не включая поворотник, машина повернула налево, в сторону <адрес>, а затем резко начала поворачивать направо. Она применила экстренное торможение, но избежать столкновения не удалось, автомобили получили механические повреждения, пострадавших нет.

Согласно объяснению ФИО3, 11 марта 2025 г. на автомобиле марки <данные изъяты> гос. рег. знак № ехал по улице <адрес> в сторону <адрес> РБ. Ехал прямо, хотел повернуть направо, получил удар в правую часть автомашины. Данное столкновение произошло с автомашиной <данные изъяты> гос. рег. знак №. Автомобили получили механические повреждения, пострадавших нет. Перед поворотом он включил сигнал правого поворота и начал поворачивать.

Протоколом № об административном правонарушении от 11 марта 2025 г., составленным ИДПС ОГИБДД ОМВД России по Альшеевскому району РБ ФИО7, установлено, что 11 апреля 2015 года, в 08 часов 30 минут, на ул. <адрес> РБ водитель ФИО3, управлявший транспортным средством <данные изъяты> с государственными регистрационными знаками № нарушил правила расположения транспортного средства на проезжей части дороги при повороте направо, выехал на полосу встречного движения и начал осуществлять поворот направо, где допустил столкновение с сзади движущимся транспортным средством <данные изъяты> с государственными регистрационными знаками №

Постановлением № от 11 марта 2025 г. ОГИБДД ОМВД России по Альшеевскому району РБ ФИО3 привлечен к административной ответственности, предусмотренной ч. 1 ст. 12.15 КоАП РФ, и ему назначено административное наказание в виде штрафа в размере 2250 руб..

Решением Альшеевского районного суда РБ от 16 апреля 2025 г. постановление ДПС ОГИБДД ОМВД России по Альшеевскому району об административном правонарушении № от 11 марта 2025 г. в отношении ФИО3, которым он признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.15 КоАП РФ и ему назначено административное наказание в виде штрафа в размере 2 250 руб., оставлено без изменения, а жалоба ФИО3 без удовлетворения.

Решением Верховного Суда Республики Башкортостан от 19 мая 2025 г. решение Альшеевского районного суда РБ от 16 апреля 2025 г., которым постановление ДПС ОГИБДД ОМВД России по Альшеевскому району об административном правонарушении № от 11 марта 2025 г. в отношении ФИО3, которым он признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.15 КоАП РФ и ему назначено административное наказание в виде штрафа в размере 2 250 руб., оставлено без изменения, а жалоба ФИО3 без удовлетворения, изменено, исключено из решения указание судьи о том, что ФИО3 был согласен с содержанием схемы дорожно-транспортного происшествия от 11 апреля 2025 г., в остальной части решение оставлено без удовлетворения, а жалоба ФИО3 без удовлетворения.

В соответствии с ч. 2 ст. 67 ГК РФ, обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом.

Определением Альшеевского районного суда Республики Башкортостан от 10.07.2025 г. по ходатайству ответчика назначена транспортно-трассологическая, автотехническая экспертиза.

В соответствии с заключением эксперта № от 16 сентября 2025 г., представленного ООО «Адастра» установлено, что транспортное средство <данные изъяты> двигалось в направлении перекрестка, действия водителя регламентированы пунктами 9.1, 10.1 ПДД РФ, начало маневра поворота направо – движение ТС вправо в перекрестном направлении, действия водителя регламентированы пунктами 8.1, 8.5, 8.7 ПДД РФ, продолжение маневра поворота направо, действия водителя регламентированы пунктами 8.1, 8.5, 8.7 ПДД РФ, столкновение с ТС <данные изъяты>, перемещение вперед и влево (относительно ТС <данные изъяты>), остановка. Транспортное средство <данные изъяты> двигалось в направлении перекрестка, действия водителя регламентированы пунктами 9.1, 10.1 ПДД РФ, сближение с местом столкновения, действия водителя регламентированы пунктом 10.1 ПДД РФ, сближение с местом столкновения, действия водителя регламентированы пунктом 10.1 ПДД РФ, столкновение с ТС Лада Ларгус, перемещение вперед и вправо (относительно ТС <данные изъяты>), остановка (ответ на вопрос №1).

Оценка схемы дорожно-транспортного происшествия, ее допустимость и соответствие фактическим обстоятельствам дела, не входит в компетенцию судебного эксперта. Эксперт-автотехник, как технический специалист, указывает на следующие обстоятельства, которые отражены недостаточно или не отражены вовсе на схеме происшествия: на схеме ДТП отсутствует указание наличия дороги, расположенной справа по ходу движения, столкнувшихся транспортных средств, и на которую намеревался совершить поворот водитель ТС <данные изъяты>; на схеме имеются исправления расстояний, которые не позволяют однозначно установить удаление транспортных средств от стационарного объекта – угла дома по <адрес> (ответ на вопрос №2).

Водитель транспортного средства <данные изъяты> должен был руководствоваться пунктами 8.1, 8.5, 8.7, 9.1, 10.1 ПДД РФ, действия водителя <данные изъяты>, с технической точки зрения, не соответствовали п. 8.5, 8.7 ПДД РФ (ответ на вопрос №3).

Водитель транспортного средства <данные изъяты> должен был руководствоваться п. 9.1, 9.10, 10.1 ПДД РФ. Установить несоответствии (равно как и соответствие) п. 10.1 ПДД РФ действий водителя транспортного средства марки <данные изъяты>, не представляется возможным. Несоответствие п. 9.1, 9.10 ПДД РФ в действиях водителя транспортного средства <данные изъяты>, с технической точки зрения, не усматривается (ответ на вопрос №4).

Возможность избежать столкновения водителем транспортного средства марки <данные изъяты>, зависело не от технических характеристик дорожно-транспортного происшествия, а от следования требованиям п. 8.5 и 8.7 ПДД РФ (ответ на вопрос №5).

Установить имел ли водитель транспортного средства <данные изъяты> техническую возможность избежать дорожно-транспортного происшествия, не представляется возможным, по причинам, указанным в исследовательской части настоящего заключения (ответ на №6).

Согласно письменным ответам судебного эксперта, в ходе исследования была проведена фрагментарная реконструкция дорожно-транспортного происшествия (моделирование). Место проведения – парковка без сквозного проезда между домами № и № по <адрес> место было предложено стороной ответчика и согласовано обеими сторонами в день экспертизы. Что касается моделирования непосредственно на месте происшествия, то в ходе выездного исследования было установлено, что существующие на момент осмотра условия не соответствуют обстановке на момент осмотра рассматриваемого дорожно-транспортного происшествия: в частности, на проезжее части отсутствовало снежное покрытие, а следы транспортных средств были безвозвратно утрачены. Указанные обстоятельства, свидетельствующие о полной утрате аутентичной дорожной и вещной обстановки, объективно не позволяют восстановить картину механизма происшествия путем реконструкции на первоначальном этапе.

При определении местоположения транспортного средства <данные изъяты> относительно проезжей части и последующем составлении схемы дорожного полотна с шириной 8,4 метра, расположение указанного транспортного средства под углом к оси проезжей части было учтено. Данный факт подтверждается результатами проведенных измерений, а именно зафиксированными расстояниями от заднего левого колеса (4,2 метра) и переднего левого колеса (1,5 метра) до ближайшей границы проезжей части, различие между которыми объективно свидетельствует об его угловой ориентации. Таким образом, при составлении схемы расположении транспортного средства под углом, было принято во внимание.

При установлении ширины проезжей части в 8,4 м в качестве опорного (исходного) размера, использовались справочные габаритные размеры по колесной базе ТС <данные изъяты>.

Установление ширины проезжей части и обочин на момент дорожно-транспортного происшествия 11.03.2025 г., по результатам осмотра от 03.09.2025 г. невозможно, поскольку представленные фотоснимки места ДТП, не содержат объективных признаков (углублений, границ отсыпки), позволяющих определить эти параметры на иную дату, отличную от даты происшествия.

Судебным экспертом вопрос о замере ширины проезжей части в ходе выездного осмотра не рассматривался, поскольку значительный временной интервал между моментом ДТП и датой проведения экспертизы, привел к существенным изменениям в вещной обстановке места происшествия, что исключает корреляцию между текущими параметрами проезжей части и ее фактическим состоянием на момент дорожно-транспортного происшествия.

В связи с тем обстоятельством, что вещная обстановка от 11.03.2025 г. на месте происшествия на дату исследования 03 сентября 2025 г., была безвозвратно утеряна, а её воссоздание физически невозможно, то любые измерения, выполненные на дату осмотра, не могут соответствовать фактическим дорожным условиям на дату происшествия.

Автомобиль Ларгус находился передней частью кузова у границы правого края проезжей части по ходу своего первоначального движения. Правилами дорожного движения РФ не регламентировано право преимущественного проезда (движения) сзади движущегося транспортного средства. Преимущество транспортного средства Чери в данном случае обусловлено не самим фактом его нахождения сзади, а совокупностью действий, противоречащих Правилам, со стороны водителя транспортного средства Лада Ларгус, совершавшего маневр.

Согласно п. 8.5 ПДД РФ - перед поворотом направо, налево или разворотом водитель обязан заблаговременно занять соответствующее крайнее положение на проезжей части, предназначенной для движения в данном направлении, кроме случаев, когда совершается поворот при въезде на перекресток, где организовано круговое движение.

Как следует из п. 8.7 ПДД РФ - если транспортное средство из-за своих габаритов или по другим причинам не может выполнить поворот с соблюдением требований пункта 8.5 Правил, допускается отступать от них при условии обеспечения безопасности движения и если это не создаст помех другим транспортным средствам.

При рассмотрении дела судом установлено, что ФИО3 перед поворотом направо в нарушении п. 8.5 ПДД РФ не занял крайнее правое положение на проезжей части, а сместился влево, выехав на полосу встречного движения, после чего в нарушении п. 8.7 ПДД РФ начал совершать маневр порота направо, создав помеху в движении автомобилю под управлением ФИО5 которая продолжила движение автомобиля в прямом направлении, в свою очередь не изменяя траекторию движения и не совершая дополнительный маневр, в связи с чем в действиях ФИО5 не усматривается нарушение ПДД РФ.

Маневром влево ФИО3, так как имелась возможность повернуть по накатанной дороге налево на <адрес>, ввел в заблуждение водителя ФИО5. Каких либо, объективных доказательств о включении сигнала поворота, стороной ответчика суду не представлено.

Учитывая изложенные обстоятельства, суд приходит к выводу, что именно действия ФИО3 по нарушению п. 8.5, 8.7 ПДД РФ несут в себе причинно-следственную связь к возникновению дорожно-транспортного происшествия, в связи с чем виновником дорожно-транспортного происшествия является ФИО3.

В результате столкновения (наезда) транспортное средство истца получило механические повреждения.

Согласно экспертному заключению № от 25 марта 2025 г. ООО «Центр независимой оценки», стоимость ремонта (устранения) повреждений транспортного средства <данные изъяты>, составляет с учетом износа, узлов, агрегатов и деталей, заменяемых при восстановительном ремонте транспортного средства – 411 379,68 рублей; стоимость ремонта (устранения) повреждений транспортного средства составляет 422 410,90 рублей; величина утраты товарной стоимости составляет 29 367 рублей. по методу годных остатков, составляет 553 800 рублей.

Определением Альшеевского районного суда Республики Башкортостан от 10.07.2025 г. по ходатайству ответчика назначена транспортно-трассологическая, автотехническая экспертиза.

В соответствии с заключением эксперта №-АТ от 16 сентября 2025 г., представленного ООО «Адастра», размер расходов на восстановительный ремонт в отношении повреждений транспортного средства <данные изъяты>, возникших в результате ДТП, по среднерыночным ценам по Республике Башкортостан на дату дорожно-транспортного происшествия, составляет 378 400 рублей (ответ на №7).

В части величины утраты товарной стоимости в размере 29367 руб., размер ущерба стороной ответчика не оспаривался.

Суд считает заключение эксперта ООО «Адастра» № от 30 мая 2025 г., как и дополнительные пояснения эксперта, допустимыми доказательствами, на которых суд основывает свои выводы. У суда нет оснований сомневаться в достоверности выводов, поскольку заключение дано экспертом, не заинтересованным в исходе дела, а так же судебный эксперт был предупрежден об уголовной ответственности по ст.307 УК РФ об ответственности за дачу заведомо ложного заключения. На основании изложенного суд оценивает указанное заключение как достоверное, допустимое, относимое и достаточное доказательство стоимости ущерба.

Судом установлено и не оспаривается сторонами, что собственником автомобиля являющегося источником повышенной опасности, которым управлял в момент ДТП непосредственный причинитель вреда ФИО3, является ФИО6, что подтверждается договором купли-продажи автомобиля <данные изъяты>.

Понятие владельца транспортного средства приведено в статье 1 Федерального закона от 25 апреля 2002 г. № 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств", в соответствии с которым им является собственник транспортного средства, а также лицо, владеющее транспортным средством на праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (право аренды, доверенность на право управления транспортным средством, распоряжение соответствующего органа о передаче этому лицу транспортного средства и тому подобное).

Не является владельцем транспортного средства лицо, управляющее транспортным средством в силу исполнения своих служебных или трудовых обязанностей, в том числе на основании трудового или гражданско-правового договора с собственником или иным владельцем транспортного средства.

Под владением в гражданском праве понимается фактическое господство лица над вещью. Такое господство может быть владением собственника, а также обладателя иного вещного права, дающего владение; владением по воле собственника или для собственника (законное владение, которое всегда срочное и ограничено в своем объеме условиями договора с собственником или законом в интересах собственника); владением не по воле собственника (незаконное владение, которое возникает в результате хищения, насилия, а также вследствие недействительной сделки).

Для признания того или иного субъекта владельцем источника повышенной опасности необходимо установить наличие одновременно как факта юридического владения, так и факта физического владения вещью.

В силу статьи 210 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не установлено законом или договором.

В соответствии с абзацем 2 пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Согласно пункту 2 этой же статьи Кодекса законный владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц.

Из взаимосвязи указанных правовых норм следует, что гражданско-правовой риск возникновения вредных последствий при использовании источника повышенной опасности возлагается применительно к спорным правоотношениям на собственника даже при отсутствии вины такого собственника в непосредственном причинении вреда, как на лицо, несущее бремя содержания принадлежащего ему имущества.

Таким образом, собственник транспортного средства, принявший риск причинения вреда таким источником, несет обязанность по возмещению причиненного этим источником вреда, если не докажет, что право владения источником передано им иному лицу в установленном законом порядке или же источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц.

Несмотря на предусмотренное пунктом 1 статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственника распоряжаться своим имуществом, использование транспортного средства предполагает необходимость соблюдения условий, предусмотренных законодательством в сфере безопасности дорожного движения.

Так в соответствии с пунктом 2.1.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных постановлением Совета Министров - Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 г. N 1090, водитель транспортного средства обязан иметь при себе и по требованию сотрудников полиции передавать им для проверки страховой полис обязательного страхования гражданской ответственности владельца транспортного средства.

В соответствии с пунктом 1 статьи 4 Федерального закона от 25 апреля 2002 г. N 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" обязанность страховать риск своей гражданской ответственности, которая может наступить вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц при использовании транспортных средств, лежит на владельцах транспортных средств, под которыми согласно абзацу 4 статьи 1 этого же Закона поднимаются собственник транспортного средства, а также лицо, владеющее транспортным средством на праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании.

Из системного толкования вышеприведенных норм права в их совокупности следует, что передача собственником ключей и регистрационных документов на автомобиль для управления им третьему лицу без полиса ОСАГО, подтверждает лишь волеизъявление собственника (владельца) на передачу данного имущества в пользование и не свидетельствует о передаче права владения имуществом в установленном законом порядке, также как и управление автомобилем водителем без полиса ОСАГО не может свидетельствовать о его владении на законном основании, учитывая, что такое управление образует состав административного правонарушения, предусмотренного частью 2 статьи 12.37 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, и, следовательно, не освобождает собственника от обязанности по возмещению вреда, причиненного этим источником повышенной опасности.

В ответ на запрос суда СПАО «Ингосстрах» представило информацию по действию полиса ОСАГО серии ХХХ №, в соответствии с которым ФИО3 заключил договор обязательного страхования гражданской ответственности транспортного средства <данные изъяты> на срок действия с 26.04.2024 г. по 25.04.2025 г.

В соответствии с договором купли-продажи транспортного средства от 27 апреля 2024 г., ФИО3 продал ФИО6 транспортное средство <данные изъяты>.

07 мая 2024 г. ФИО3 обратился в СПАО «Ингосстрах» с заявлением о досрочном прекращении договора обязательного страхования гражданской ответственности транспортного средства <данные изъяты>, в связи с заменой собственника транспортного средства.

Как следует из общедоступных сведений базы РСА на момент дорожно-транспортного происшествия 11.03.2025 года, договор обязательного страхования гражданской ответственности в отношении транспортного средства <данные изъяты> собственником ФИО6 не был заключен.

Таким образом, в судебном заседании установлено и не оспаривается сторонами, что на момент дорожно-транспортного происшествия собственник автомобиля ФИО6 и водитель ФИО3 не выполнили обязанность, возложенную на основании ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» по страхованию гражданской ответственности владельца транспортного средства.

В соответствии с п. 6 ст. 4 Федерального закона от 25.04.2002 N 40-ФЗ (ред. от 03.02.2025) "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" (с изм. и доп., вступ. в силу с 01.03.2025), владельцы транспортных средств, риск ответственности которых не застрахован в форме обязательного и (или) добровольного страхования, возмещают вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу потерпевших, в соответствии с гражданским законодательством. При этом вред, причиненный жизни или здоровью потерпевших, подлежит возмещению в размерах не менее чем размеры, определяемые в соответствии со статьей 12 настоящего Федерального закона, и по правилам указанной статьи.

Лица, нарушившие установленные настоящим Федеральным законом требования об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств, несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Учитывая, что ни собственник ни водитель транспортного средства не исполнили обязанности по страхованию гражданской ответственности, суд приходит к выводу, что не представлено доказательств, что ФИО3 в момент ДТП управлял транспортным средством на законных основаниях и являлся владельцем транспортного средства.

Таким образом, с учетом, установленных в судебном заседании обстоятельств, суд приходит к выводу о наличии правовых оснований для взыскания с владельца транспортного средства ответчика ФИО6 в пользу истца ФИО1 материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия в размере 378 400 рублей, а также утрату товарной стоимости автомобиля 29 367 рублей.

Доводы стороны ответчика о том, что экспертиза проведена ненадлежащим образом и неправильно установлены обстоятельства ДТП, суд находит несостоятельным, так как на данные доводы эксперт ответил в своих письменных пояснениях по экспертному заключению, которые также были исследованы судом.

Согласно ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесённые по делу судебные расходы.

В силу ч. 1 ст. 100 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Согласно договору оказания услуг от 10 апреля 2025 г., заключенного между истцом и ФИО2, расходы истца на представителя составили 50 000 рублей. Согласно акту приема-передачи денежных средств от 10 апреля 2025 г. истец передал представителю за оказание юридических услуг 50 000 рублей.

В соответствии с пунктом 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Исходя из характера и сложности спора, конкретных обстоятельств дела, а также объема оказанных истцу юридических услуг, суд приходит к выводу о взыскании с ответчика ФИО6 в пользу истца расходов на оплату услуг представителя в размере 30 000 руб.

При подаче искового заявления истцом оплачена государственная пошлина в размере 13 794 рублей, что подтверждается чеком по операции от 10 апреля 2025 года. Данные расходы подлежат взысканию с ответчика ФИО6 в пользу истца, соразмерно взысканной сумме ущерба в размере 12694 руб..

Истцом понесены расходы по оплате досудебного заключения о размере причиненного ущерба в размере 10 000 рублей, что подтверждается кассовым чеком от 24 марта 2025 г., данные расходы подлежат взысканию с ответчика ФИО6 в пользу истца.

Истцом понесены почтовые расходы в размере 601 рублей 28 копеек, по отправлению ответчикам копии искового заявления с приложенными документами, что подтверждается кассовыми чеками от 10 апреля 2025 г., данные расходы подлежат взысканию с ответчика ФИО6 в пользу истца.

Истцом заявлено требование о взыскании с ответчика расходов за составление нотариально удостоверенной доверенности в размере 2 900 рублей. Данное требование не подлежит удовлетворению, поскольку доверенность является общей, выдана не на ведение конкретного гражданского дела.

Руководствуясь ст.194-199 ГПК Российской Федерации,

решил:

исковые требования ФИО1 к ФИО3, ФИО6 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, взыскании судебных расходов, удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО6 (паспорт № в пользу ФИО1 (паспорт №) материальный ущерб причиненный в результате дорожно-транспортного происшествия в размере 378400 рублей, утрату товарной стоимости автомобиля 29367 руб., стоимость услуг по составлению досудебного заключения в размере 10000 руб., расходы по оплате услуг представителя в размере 30000 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 12694 руб., почтовые расходы в размере 601,28 руб., всего взыскать 4461062 (четыреста сорок шесть тысяч шестьдесят два) рублей 28 копеек.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 к ФИО3, ФИО6 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, взыскании судебных расходов, отказать.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Башкортостан в течение месяца, со дня принятия решения суда в окончательной форме, через Альшеевский районный суд Республики Башкортостан.

Судья: подпись М.С. Кондрашов

Копия верна судья: М.С. Кондрашов

Мотивированное решение суда изготовлено 24 октября 2025 года.