САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОРОДСКОЙ СУД

Рег. № 33-19587/2023

Судья: Никитин С.С.

УИД 78RS0017-01-2022-000648-56

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Санкт-Петербург

19 сентября 2023 года

Судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда в составе:

председательствующего

Савельевой Т.Ю.,

судей

ФИО1, ФИО2,

при секретаре

ФИО3,

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО4 на решение Петроградского районного суда Санкт-Петербурга от 29 марта 2023 года по гражданскому делу № 2-32/2023 по иску ФИО5 к индивидуальному предпринимателю ФИО4 о защите прав потребителей, взыскании убытков, компенсации морального вреда.

Заслушав доклад судьи Савельевой Т.Ю., объяснения представителя ответчика ФИО6, поддержавшей доводы апелляционной жалобы, истца ФИО5, её представителя ФИО7, возражавших относительно удовлетворения апелляционной жалобы, изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда,

УСТАНОВИЛА:

ФИО5 обратилась в Петроградский районный суд Санкт-Петербурга с иском к ИП ФИО4 о взыскании стоимости оплаченных, но невыполненных надлежащим образом работ в сумме 1 582 190 руб., компенсации морального вреда в размере 10 000 руб.

В обоснование заявленных требований истец указала, что 22 декабря 2020 года между ИП ФИО4, действующим в качестве подрядчика, и ООО «Региональная компания «Стройсервис» (заказчик) был заключен договор подряда № 121220 на выполнение внутренних отделочных и монтажных работ в квартире по адресу: <адрес>. Между тем, указанная сделка являлась притворной, поскольку фактическим заказчиком по данному договору выступала истец ФИО5, которая оплачивала и принимала все работы на объекте, ее адрес электронной почты в соответствии с п. 14 договора указан в качестве адреса для направления корреспонденции, связанной с исполнением договора.

ИП ФИО4 работы по договору были частично произведены, а ФИО8 приняты и оплачены работы в соответствии со сметой, являющейся приложением к договору, а также актами выполненных этапов работ в квартире. После оплаты этапов работ с первого по восьмой включительно истцом была проведена проверка качества выполненных работ. В ходе проведения технического исследования, выполненного специалистами ООО «ЛРК СТРОЙ НАДЗОР», были выявлены недостатки работ, указанные в техническом заключении указанной организации.

Всего по приходно-кассовым ордерам истцом было уплачено ответчику по договору 4 103 769 руб., в том числе, 1 582 190 руб. – стоимость некачественно выполненных работ, которая подлежит возмещению истцу на основании положений статьи 29 Закона «О защите прав потребителей». Направленная в адрес ответчика претензия о возмещении стоимости устранения недостатков работ была оставлена ответчиком без ответа. Полагая свои права потребителя нарушенными, истец обратилась в суд с настоящим иском.

Решением Петроградского районного суда Санкт-Петербурга от 29 марта 2023 года требования истца удовлетворены: с ИП ФИО4 в пользу ФИО5 взысканы убытки в связи с недостатками выполненных строительно-ремонтных работ в размере 1 582 310 руб., компенсация морального вреда в размере 10 000 руб., штраф за несоблюдение в добровольном порядке требований потребителя в размере 796 155 руб., а также расходы по уплате государственной пошлины в сумме 16 111 руб. 55 коп.

В апелляционной жалобе ответчик просит решение Петроградского районного суда Санкт-Петербурга от 29 марта 2023 года отменить, ссылаясь на недоказанность выводов суда первой инстанции, их несоответствие фактическим обстоятельствам дела.

С учётом требований ч. 2.1 ст. 113 ГПК РФ сведения о времени и месте судебного заседания размещены в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» на официальном сайте Санкт-Петербургского городского суда.

Ответчик ИП ФИО4, извещённый о времени и месте судебного разбирательства надлежащим образом (т.3, л.д. 194), в заседание суда апелляционной инстанции не явился, воспользовался правом, предоставленным ст. 48 ГПК РФ, на ведение дела через представителя, который поддержал доводы апелляционной жалобы.

В заседание суда апелляционной инстанции представитель третьего лица ООО «Региональная компания «Стройсервис» не явился, о времени и месте судебного разбирательства извещён с соблюдением требований ст. 113, 116 ГПК РФ (т.3, л.д.195), каких-либо заявлений, ходатайств об отложении заседания и доказательств наличия уважительных причин неявки в суд не направил.

На основании изложенного, руководствуясь положениями ч. 3 ст. 167, ст. 327 ГПК РФ, судебная коллегия определила рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие неявившихся лиц.

Ознакомившись с материалами дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в порядке ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ, п. 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 июня 2021 года № 16 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции» законность и обоснованность решения суда в пределах доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии со ст. 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями.

Согласно п. 1 ст. 310 ГК РФ односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами.

В соответствии со ст. 702 ГК РФ по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

В силу п. 1 ст. 730 ГК РФ по договору бытового подряда подрядчик, осуществляющий соответствующую предпринимательскую деятельность, обязуется выполнить по заданию гражданина (заказчика) определенную работу, предназначенную удовлетворять бытовые или другие личные потребности заказчика, а заказчик обязуется принять и оплатить работу.

К отношениям по договору бытового подряда, не урегулированным ГК РФ, применяются законы о защите прав потребителей и иные правовые акты, принятые в соответствии с ними (п. 3 ст. 730 ГК РФ).

Из преамбулы Закона Российской Федерации от 07 февраля 1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей» следует, что данный Закон регулирует отношения, возникающие между потребителями и изготовителями, исполнителями, импортерами, продавцами при продаже товаров (выполнении работ, оказании услуг), устанавливает права потребителей на приобретение товаров (работ, услуг) надлежащего качества и безопасных для жизни, здоровья, имущества потребителей и окружающей среды, получение информации о товарах (работах, услугах) и об их изготовителях (исполнителях, продавцах), просвещение, государственную и общественную защиту их интересов, а также определяет механизм реализации этих прав.

Недостаток товара (работы, услуги) представляет собой несоответствие товара (работы, услуги) или обязательным требованиям, предусмотренным законом либо в установленном им порядке, или условиям договора (при их отсутствии или неполноте условий обычно предъявляемым требованиям), или целям, для которых товар (работа, услуга) такого рода обычно используется, или целям, о которых продавец (исполнитель) был поставлен в известность потребителем при заключении договора, или образцу и (или) описанию при продаже товара по образцу и (или) по описанию.

В соответствии со ст. 4 Закона Российской Федерации от 07 февраля 1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей» продавец (исполнитель) обязан передать потребителю товар (выполнить работу, оказать услугу), качество которого соответствует договору (пункт 1).

При отсутствии в договоре условий о качестве товара (работы, услуги) продавец (исполнитель) обязан передать потребителю товар (выполнить работу, оказать услугу), соответствующий обычно предъявляемым требованиям и пригодный для целей, для которых товар (работа, услуга) такого рода обычно используется (пункт 2).

В п. 1 ст. 29 Закона Российской Федерации от 07 февраля 1992 года «О защите прав потребителей» потребитель при обнаружении недостатков выполненной работы (оказанной услуги) вправе по своему выбору потребовать: безвозмездного устранения недостатков выполненной работы (оказанной услуги); соответствующего уменьшения цены выполненной работы (оказанной услуги); безвозмездного изготовления другой вещи из однородного материала такого же качества или повторного выполнения работы; возмещения понесенных им расходов по устранению недостатков выполненной работы (оказанной услуги) своими силами или третьими лицами.

Потребитель вправе отказаться от исполнения договора о выполнении работы (оказании услуги) и потребовать полного возмещения убытков, если в установленный указанным договором срок недостатки выполненной работы (оказанной услуги) не устранены исполнителем. Потребитель также вправе отказаться от исполнения договора о выполнении работы (оказании услуги), если им обнаружены существенные недостатки выполненной работы (оказанной услуги) или иные существенные отступления от условий договора.

Потребитель вправе потребовать также полного возмещения убытков, причиненных ему в связи с недостатками выполненной работы (оказанной услуги). Убытки возмещаются в сроки, установленные для удовлетворения соответствующих требований потребителя.

Исходя из п. 4 ст. 13, п. 5 ст. 14 данного Закона и разъяснений, изложенных в п. 28 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года №17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», при разрешении требований потребителей необходимо учитывать, что бремя доказывания обстоятельств, освобождающих от ответственности за неисполнение либо ненадлежащее исполнение обязательства, в том числе и за причинение вреда, лежит на продавце (изготовителе, исполнителе, уполномоченной организации или уполномоченном индивидуальном предпринимателе, импортере).

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, что 22 декабря 2020 года между ИП ФИО4, действующим в качестве подрядчика, и ООО «Региональная компания «Стройсервис» (заказчик) был заключен договор подряда № 121220 на выполнение внутренних отделочных и монтажных работ в квартире по адресу: <адрес>.

Согласно данным ЕГРН квартира принадлежит на праве собственности матери истца ФИО9, что подтверждается выпиской от 17 июня 2022 года и свидетельством о рождении истца (т.2, л.д. 42, 57).

Работы в квартире выполнялись ответчиком в соответствии с дизайн-проектом, изготовленном ООО «Треугольник в круге» по заказу ФИО5 на основании договора от 01 июля 2020 года (т.2, л.д.45-54).

В п. 14 договора указан адрес электронной почты заказчика - ФИО5, с которой ответчиком осуществлялась переписка, связанная с исполнением договора, что подтверждается протоколом осмотра доказательств, произведенного 21 октября 2022 года на соответствующих интернет-ресурсах ФИО10, временно исполняющим обязанности нотариуса нотариального округа Санкт-Петербурга ФИО11

Согласно квитанциям к приходным кассовым ордерам о внесении наличных денежных средств поэтапная оплата работ, выполняемых ответчиком в квартире матери истца, производилась непосредственно истцом, всего истец уплатила ответчику по договору сумму в размере 4 103 769 руб. (т.1, л.д. 22-29)

Ввиду изложенных обстоятельств суд первой инстанции пришел к выводу, что фактически договор подряда № 121220 на выполнение внутренних отделочных и монтажных работ от 22 декабря 2020 года заключен между ИП ФИО4 и ООО «Региональная компания «Стройсервис», в силу ст. 170 ГК РФ является притворной сделкой, поскольку фактически стороной сделки является ФИО5, а не ООО «Региональная компания «Стройсервис», ввиду чего признал указанный договор заключенным между ФИО5 как заказчиком и ИП ФИО4 как исполнителем.

При этом учитывая, что одной из сторон сделки (заказчиком) является физическое лицо, другое лицо (подрядчик) осуществляет предпринимательскую деятельность, суд первой инстанции сделал вывод, что к сложившимся между сторонами отношениям подлежат применению положения Закона РФ «О защите прав потребителей».

Определением суда первой инстанции от 26 октября 2022 года в целях установления недостатков выполненных строительно-ремонтных работ в жилом помещения и стоимости их устранения судом по ходатайству ответчика была назначена судебная строительно-техническая экспертиза, производство которой поручено ЧЭУ «Городское учреждение судебной экспертизы».

Согласно заключению эксперта № 718/16 от 27 марта 2023 установлены следующие недостатки работ, выполненных ИП ФИО4 работ:

- отклонение расположения смонтированных межкомнатных перегородок от проектных данных, отсутствие прямых углов (90 градусов) в помещениях, несоблюдение сносности конструкций, в результате чего форма помещений в плане представляет собой произвольную трапецию (нарушение требований СП 70.13330.2012. а также дизайн-проекта);

- отклонение межкомнатных перегородок и откосов от вертикальной плоскости, наличие неровностей плавного очертания штукатурного слоя (нарушение требований СП 71.13330.2017, СП 70.13330.2012);

- дефекты оштукатуренных поверхностей в виде теней от бокового света, неровностей и.т.д. являются нарушением требований СП 21.13330.2017 (табл.7.5):

- отклонение от горизонтальной плоскости оштукатуренных поверхностей потолков помещений, а также простенков перегородок вокруг дверных проемов значения отклонений превышают нормативные по СП 71.13330.2017;

- усадочные разнонаправленные трещины шириной раскрытия до 1мм на поверхности цементно-песчаной стяжки пола в помещении гостиной, что не соответствует требованиям СП 71.13330.2017;

- в помещениях с мокрым режимом эксплуатации (санузлы) выявлено использование для отделки стеновых конструкций невлагостойких гипсокартонных листов (не соответствует п.6.1.7, п.6.2.8 СП 163.1325800.2014);

- крепление листов обшивки стеновых конструкций выполнено с нарушением требований - саморезы на локальных участках расположены не в разбежку, шаг креплений превышает допустимый, выявлено повторное крепление саморезов, что привело к разрывам и повреждением строительной бумаги, для плотного гипсокартона использованы обычные шурупы. Также установленные неровности поверхности смонтированных гипсокартонных перегородок, что является нарушением требований СПТ 163.1325800.2014;

- напольные конвекторы в помещениях установлены с отклонением от единой горизонтальной плоскости (нарушение нормативных требований и дизайн-проекта);

- недостатки производства работ по армированию потолков и стен штукатурной сеткой (нарушение СП 71.13330.2017, Типовых технологических карт, технологии Кнауф):

- в помещении 11 (общий санузел) трещины и отслоения на штукатурном слое стен (нарушение п.7.5.СП 71.13330.2017):

- отсутствие заделки стыков обшивки ГКЛ стен и потолков (является нарушением требований СП 163.1325800.2014);

- в помещении 8 (санузел), 11 (общий санузел), 15, 18 (детский санузел) монтажные шины для крепления сантехнических труб установлены поверх штукатурного слоя;

- в помещении 11 (общий санузел) для крепления листа фанеры на направляющие использованы шурупы для ГКЛ (фото 37), также фанера смонтирована вплотную к смежной стене (без зазора). Выявленные техническим специалистом дефекты являются нарушением нормативных требований, при расширении древесины в ходе эксплуатации приведут к деформации фанеры;

- некачественная прокладка труб внутри перегородки между помещениями 11 и 15 (нарушение СП 163.1325800.2014). Также при осмотре смонтированной перегородки между помещениями 11 и 15 техническим специалистом установлено, что обратный клапан после завершения отделочных работ будет скрыт внутри перегородки, без обеспечения к нему доступа.

Стоимость устранения недостатков, допущенных ИП ФИО4 при производстве работ по договору подряда, составляет 3 164 159 руб.

Разрешая спор в порядке ч. 3 ст. 196 ГПК РФ, суд первой инстанции оценил собранные по делу доказательства в их совокупности с учетом заключения судебной экспертизы и, установив, что часть работ по договору № 121220 от 22 декабря 2020 года была выполнена ответчиком с существенными недостатками, работы в полном объеме не выполнены при том, что истец направлял в адрес ответчика претензию по качеству работ, которая была оставлена последним без удовлетворения, признал, что истец вправе требовать с ответчика взыскания убытков в сумме 1 582 190 руб., составляющей стоимость работ и материалов, необходимых для устранения выявленных недостатков в проведенных работах по ремонту квартиры матери истца.

Установив факт нарушения прав истца как потребителя, учитывая требования разумности и справедливости, суд первой инстанции пришел к выводу о взыскании с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда в размере 10 000 руб. на основании ст. 15 Закона РФ «О защите прав потребителей».

В порядке п. 6 ст. 13 Закона РФ «О защите прав потребителей» суд первой инстанции взыскал с ответчика в пользу истца штраф за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя в размере пятидесяти процентов от взыскиваемой суммы, а именно, 796 155 руб.

На основании п. 1 ст. 103 ГПК РФ с ответчика в пользу истца судом взыскана государственная пошлина в размере 16 111,55 руб.

Судебная коллегия соглашается с данными выводами суда первой инстанции, поскольку они соответствуют собранным по делу доказательствам, установленным обстоятельствам и требованиям закона.

Проверяя доводы апелляционной жалобы ответчика, выражающие несогласие с проведенной по делу судебной экспертизой, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Вопреки тому, что заключение эксперта является одним из видов доказательств по делу, которое отличается использованием специальных познаний и научными методами исследования (ст. 55 ГПК РФ), суд при наличии в материалах рассматриваемого дела заключения эксперта не может пренебрегать иными добытыми по делу доказательствами, в связи с чем законодателем в ч. 2 ст. 67 ГПК РФ закреплено правило о том, что ни одно доказательство не имеет для суда заранее установленной силы, а в ч. 3 ст. 86 настоящего Кодекса отмечено, что заключение эксперта для суда необязательно и оценивается наряду с другими доказательствами.

Однако это не означает права суда самостоятельно разрешить вопросы, требующие специальных познаний в определенной области науки.

Следовательно, заключение эксперта оценивается судом по его внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании каждого отдельно взятого доказательства, собранного по делу, и их совокупности с характерными причинно-следственными связями между ними и их системными свойствами, с точки зрения соблюдения процессуального порядка назначения экспертизы, соблюдения процессуальных прав лиц, участвующих в деле, соответствия заключения поставленным вопросам, его ясности, полноты, обоснованности и достоверности в сопоставлении с другими доказательствами по делу.

Суд первой инстанции обоснованно принял заключение эксперта ЧЭУ «Городское учреждение судебной экспертизы» № 718/16 от 27 марта 2023 года в качестве относимого и допустимого доказательства, поскольку судебная экспертиза была проведена в полном соответствии с Федеральным законом от 31.05.2001 № 73-ФЗ 2 «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», а само заключение отвечает требованиям ст. 86 ГПК РФ, в частности: содержит подробное описание произведенных исследований, сделанные в результате их выводы и научно обоснованные ответы на поставленные вопросы; в обоснование сделанных выводов эксперт привел соответствующую информацию из имеющихся в его распоряжении документов, основывался на исходных объективных данных, учитывая имеющуюся в совокупности документацию, а также на использованную при проведении исследования научную и методическую литературу.

В заключении приведены сведения о квалификации эксперта ФИО12, её образовании (высшее техническое по специальности "Промышленное и гражданское строительство",) и стаже работы: по специальности – 15 лет, экспертной работы – 13 лет, необходимых для производства такой экспертизы, имеется подписка о предупреждении эксперта об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст. 307 УК РФ (т. 3, л.д. 8).

Как предусмотрено ч. 2 ст. 87 ГПК РФ, в связи с возникшими сомнениями в правильности или обоснованности ранее данного заключения, наличием противоречий в заключениях нескольких экспертов суд может назначить по тем же вопросам повторную экспертизу, проведение которой поручается другому эксперту или другим экспертам.

Исходя из правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 19 июля 2016 года N 1714-О, предусмотренное ч. 2 ст. 87 ГПК РФ правомочие суда назначить повторную экспертизу в связи с возникшими сомнениями в правильности или обоснованности ранее данного заключения либо наличием противоречий в заключениях нескольких экспертов вытекает из принципа самостоятельности суда, который при рассмотрении конкретного дела устанавливает доказательства, оценивает их по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, и на основании этих доказательств принимает решение.

Ответчик, оспаривая результаты судебной экспертизы, не представил доказательств недостоверности составленного заключения вследствие некомпетентности эксперта и (или) его заинтересованности в исходе дела, как и доказательств проведения экспертизы с нарушением требований Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», методик и норм процессуального права, способных поставить под сомнение выводы эксперта.

При этом как следует из протокола судебного заседания от 29 марта 2023 года (т. 3, л.д. 85-89), представитель ответчика был ознакомлен с заключением эксперта № 718/16 от 27 марта 2023 года, представил дополнительную позицию, в соответствии с которой заключение эксперта № 718/16 от 27 марта 2023 года является недопустимым доказательством (т. 3, л.д. 84), однако ходатайство об отложении слушания дела с целью представления дополнительных доказательств не заявлял, ходатайств о назначении повторной экспертизы также не заявлял, против окончания рассмотрения дела по существу по представленным доказательствам не возражал. При этом согласно протоколу судебного заседания от 29 марта 2023 года представитель ответчика сообщил суду, что «с экспертизой ознакомлены, в части недостатков экспертизу не оспариваем» (т.3, л.д. 87).

Кроме того судебная коллегия отмечает, что в своих дополнительных письменных и устных объяснениях (т 3, л. д. 84, л.д. 85-89), ответчик ссылается на неполноту заключения эксперта, выразившуюся в том, что экспертом не исследовался акт выполненных работ № 9, ранее приобщенный ответчиком к материалам дела, между тем, указанный акт подписан только ответчиком, но не истцом.

Данный акт, по мнению судебной коллегии, не повлиял на правильность выводов эксперта, поскольку вопрос о составе выполненных работ перед экспертом не ставился, спора по данному вопросу между сторонами не было.

Доводы апелляционной жалобы ответчика о том, что он фактически был лишен возможности сформировать свою позицию относительно изложенных в экспертном заключении выводов, представить свои возражения относительно результатов проведенной по делу экспертизы, а также ходатайствовал о вызове эксперта в судебное заседание для устранения неопределенности заключения, являются голословными, поскольку опровергаются протоколом судебного заседания от 29 марта 2023 года.

В этой связи, вопреки доводам жалобы, у суда первой инстанции не имелось оснований признавать заключение ГУСЭ (ЧЭУ) недопустимым доказательством.

При этом о назначении дополнительной или повторной судебной экспертизы ответчик не ходатайствовал ни в суде первой, ни в суде апелляционной инстанции.

Кроме того, коллегия отмечает, что заявленная истцом цена иска в два раза меньше суммы, определенной заключением эксперта ЧЭУ «Городское учреждение судебной экспертизы», однако после проведения судебной экспертизы об увеличении исковых требований истец не ходатайствовала, в связи с чем суд первой инстанции обоснованно рассмотрел дело в пределах заявленных требований.

Ссылка представителя ответчика в апелляционной жалобе на то, что суд первой инстанции сделал неправильный вывод относительно того, что спорный договор заключен между сторонами спора путем совершения конклюдентных действий подлежит отклонению, ввиду следующего.

В соответствии с п. 1 ст. 435 ГК РФ офертой признается адресованное одному или нескольким конкретным лицам предложение, которое достаточно определенно и выражает намерение лица, сделавшего предложение, считать себя заключившим договор с адресатом, которым будет принято предложение. Оферта должна содержать существенные условия договора.

Из представленной в материалы дела переписки (т. 2, л.д. 142-187) и последующего взаимодействия сторон следует, что до заключения договора подряда от 22 декабря 2020 года ФИО5 предложила ИП ФИО4 произвести ремонт в квартире (принадлежащей ее матери) по адресу: <адрес>, в объеме, предусмотренном в смете, по цене 5 221 840 руб., в срок 360 дней.

Исходя из того, что предложение истца содержит существенные условия договора - его предмет, а именно конкретный перечень и объем работ, а также их цену и срок выполнения, направлено истцом от своего имени ИП ФИО4, им получено, оно отвечает всем признакам оферты.

В соответствии с п. 1 ст. 438 ГК РФ акцептом признается ответ лица, которому адресована оферта, о ее принятии.

Акцепт должен быть полным и безоговорочным.

На основании п. 3 ст. 438 ГК РФ совершение лицом, получившим оферту, в срок, установленный для ее акцепта, действий по выполнению указанных в ней условий договора (отгрузка товаров, предоставление услуг, выполнение работ, уплата соответствующей суммы и т.п.) считается акцептом, если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или не указано в оферте.

В соответствии с п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» акцепт, в частности, может быть выражен путем совершения конклюдентных действий до истечения срока, установленного для акцепта. В этом случае договор считается заключенным с момента, когда оферент узнал о совершении соответствующих действий, если иной момент заключения договора не указан в оферте и не установлен обычаем или практикой взаимоотношений сторон (п. 1 ст. 433, п. 3 ст. 438 ГК РФ).

По смыслу п. 3 ст. 438 ГК РФ для целей квалификации конклюдентных действий в качестве акцепта достаточно того, что лицо, которому была направлена оферта, приступило к исполнению предложенного договора на условиях, указанных в оферте, и в установленный для ее акцепта срок. При этом не требуется выполнения всех условий оферты в полном объеме.

Как следует из материалов дела, ответчик приступил к исполнению договора на предложенных истцом условиях, что квалифицируется как акцепт и свидетельствует о возникновении между сторонами договорных отношений, при этом работы были оплачены истцом от своего имени, что подтверждается приходно-кассовыми ордерами, то есть ответчик принимал от истца встречное исполнение по договору.

Кроме того, как указал представитель ответчика в суде апелляционной инстанции, именно истец осуществляла приемку работ, выполненных ответчиком, что указывает на признание им истца стороной договора подряда.

На основании п. 1 ст. 441 ГК РФ когда в письменной оферте не определен срок для акцепта, договор считается заключенным, если акцепт получен лицом, направившим оферту, до окончания срока, установленного законом или иными правовыми актами, а если такой срок не установлен, - в течение нормально необходимого для этого времени.

Законом для договоров подряда такой срок не установлен.

Таким образом, договор подряда, предметом которого являются ремонтно-отделочные работы в квартире по адресу: <адрес>, перечисленные в Смете (Приложении № 1 к договору № 121220 от 15 декабря 2020 года), собственноручно подписанной сторонами по делу, между истцом и ответчиком заключен в порядке, предусмотренном действующим законодательством.

Отклоняя доводы ответчика о том, что при разрешении спора судом первой инстанции неправомерно были применены нормы закона «О защите прав потребителей», в том числе при взыскании с ответчика штрафа, судебная коллегия исходит из следующего.

Как было указано выше, между истцом и ответчиком сложились отношения, вытекающие из договора подряда.

При этом заказчиком по договору является физическое лицо - ФИО5, договор заключен истцом с ИП ФИО4 для личных нужд, не связанных с предпринимательской деятельностью, что подтверждается материалами дела, квитанциями к приходным кассовым ордерам о внесении ФИО5 оплаты по этапам работ, актами выполненных работ, подписанными со стороны заказчика ФИО5 (т.1, л.д. 22-29), а также перепиской сторон посредством электронной почты, осмотр которой зафиксирован протоколом осмотра доказательств, произведенного 21 октября 2022 года ФИО10, временно исполняющим обязанности нотариуса нотариального округа Санкт-Петербурга ФИО11

Как было указано выше, согласно сведениям из ЕГРН квартира, в которой ответчик производил выполнение ремонтных работ, принадлежит матери истца ФИО9 (т. 2, л.д. 42,57). Работы в квартире выполнялись в соответствии с дизайн-проектом, выполненным ООО «Треугольник в круге», по заказу ФИО5 на основании договора от 01 июля 2020 года (т. 2, л.д. 45-54).

В ходе рассмотрения дела истец, представитель истца поясняли, что указание в договоре подряда в качестве заказчика не истца, а ООО «Региональная компания «Стройсервис», с руководством которого истец находилась в дружеских отношениях, было обусловлено желанием сэкономить на приобретении строительных материалов, так как указанная организация занималась их продажей.

Как указано в преамбуле Закона «О защите прав потребителей», настоящий Закон регулирует отношения, возникающие между потребителями и изготовителями, исполнителями, импортерами, продавцами, владельцами агрегаторов информации о товарах (услугах) при продаже товаров (выполнении работ, оказании услуг), устанавливает права потребителей на приобретение товаров (работ, услуг) надлежащего качества и безопасных для жизни, здоровья, имущества потребителей и окружающей среды, получение информации о товарах (работах, услугах) и об их изготовителях (исполнителях, продавцах), о владельцах агрегаторов информации о товарах (услугах), просвещение, государственную, и общественную защиту их интересов, а также определяет механизм реализации этих прав.

При этом потребителем является гражданин, имеющий намерение заказать или приобрести либо заказывающий, приобретающий или использующий товары (работы, услуги) исключительно для личных, семейных, домашних и иных нужд, нё связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, а исполнитель - организация независимо от ее организационно-правовой формы, а также индивидуальный предприниматель, выполняющие работы или оказывающие услуги потребителям по возмездному договору.

Таким образом, поскольку истец является физическим лицом, работы заказывала для личных нужд, не связанных с предпринимательской деятельностью, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о применении к спорным правоотношениям положений Закона РФ «О защите прав потребителей».

Согласно материалам дела 27 декабря 2021 года истцом в адрес ответчика была направлена претензия, которую он оставил без ответа и удовлетворения.

В соответствии с ч. 6 ст. 13 Закона РФ от 07.02.1992 № 2300-1 «О защите прав потребителей» при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

Таким образом, исходя из того, что ответчиком не были в добровольном порядке удовлетворены законные требования потребителя, судом первой инстанции правомерно взыскан штраф, предусмотренный вышеуказанной нормой права.

Ссылка ответчика в жалобе на то, что, заключая договор подряда с ООО «Региональная компания «Стройсервис», а не с гражданином, он не рассчитывал, что к нему могут быть применены меры ответственности, предусмотренные Законом РФ «О защите прав потребителей», не свидетельствует о неправильной квалификации судом спорных правоотношений, не может служить основанием для выполнения работ с недостатками и освобождения ответчика от уплаты истцу штрафа, предусмотренного ч. 6 ст. 13 Закона РФ от 07.02.1992 № 2300-1 «О защите прав потребителей».

Отклоняя указанный довод жалобы, коллегия отмечает, что в случае добровольного удовлетворения ответчиком обоснованных требований истца в досудебном порядке, размер которых составлял половину суммы, определенной заключением эксперта ЧЭУ «Городское учреждение судебной экспертизы», ему не пришлось бы уплачивать вышеуказанный штраф.

Каких-либо доводов в части взыскания в пользу истца компенсации морального вреда в размере 10 000 руб. на основании ст. 15 Закона РФ «О защите прав потребителей» апелляционная жалоба не содержит, в связи с чем решение суда не подлежит проверке судебной коллегией в данной части.

В целом, доводы апелляционной жалобы сводятся к несогласию ответчика с выводами суда первой инстанции, их переоценке и иному толкованию действующего законодательства, при этом не свидетельствуют об их незаконности, не содержат ссылок на новые обстоятельства, которые не были предметом исследования или опровергали бы выводы решения и на наличие оснований для его отмены или изменения (ст. 330 ГПК РФ).

Нарушений норм процессуального права, которые привели или могли привести к принятию неправильного решения, а также безусловно влекущих за собой отмену судебного акта, судом первой инстанции не допущено.

Руководствуясь положениями ст. 328-330 ГПК РФ, судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Петроградского районного суда Санкт-Петербурга от 29 марта 2023 года оставить без изменения, апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО4 - без удовлетворения.

Председательствующий:

Судьи:

Мотивированное апелляционное определение составлено 16 октября 2023 года.