Производство № 2-1-365/2025

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

18 декабря 2025 года г. Калининск

Калининский районный суд Саратовской области в составе председательствующего судьи Астафьевой Е.В.,

при секретаре Архиповой А.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ООО «СпецМонтажГрупп» о признании в части недействительным соглашения о расторжении трудового договора по соглашению сторон и порядка расчета, взыскании выплат при увольнении и компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1 обратился в суд с вышеназванным исковым заявлением, мотивируя свои требования тем, что с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ состоял в трудовых отношениях с ООО «СпецМонтажГрупп» в должности производителя работ вышкостроения. ДД.ММ.ГГГГ с ним заключен договор о полной индивидуальной материальной ответственности, согласно которому он принял на себя полную материальную ответственность за обеспечение сохранности вверенных ему материальных ценностей, а также за ущерб, возникший у работодателя, в том числе в результате возмещения ущерба иным лицам. ДД.ММ.ГГГГ на КП №Н2 Пякяхинского месторождения, где работала его бригада, совершено хищение кабелей из металлического контейнера, которые были необходимы для эксплуатации буровой установки. В это время его на территории объекта не было, он находился в командировке на другом объекте. Охрана территории работодателем не осуществлялась. О хищении работники сообщили в полицию и работодателю. Однако объяснения по данному факту у истца были отобраны только ДД.ММ.ГГГГ в день увольнения. При этом он направил ДД.ММ.ГГГГ заявление об увольнении по собственному желанию, но приехав к Работодателю ему предъявили претензию на ущерб в размере 179366,36 рублей. В объяснении он указал на непризнание вины в хищении и причинении материального ущерба, указал, что хищение произошло по вине работодателя ввиду необеспечения им охраны кабелей. Однако учитывая необходимость трудоустройства на иное место работы и боязнь увольнения по другому основанию, он вынужден был подписать соглашение с работодателем о прекращении трудового договора, где было указано на признание им вины и согласии возместить причиненный ущерб в размере 179 366 рублей. Такая же сумма должна была быть выплачена ему при увольнении в качестве компенсации за неиспользованный отпуск и переработку, данная сумма с его согласия удержана в счет возмещения ущерба. Однако он не согласен с данным фактом, поскольку его вины в хищении кабелей не имеется, а материальная ответственность по договору возникает у него только при наличии его вины в утрате вверенного имущества. Полагает, что был введен в заблуждение работодателем, считал, что если заключил договор о полной материальной ответственности, обязан возместить ущерб и при отсутствии вины. Каких-либо объяснений от него до ДД.ММ.ГГГГ не истребовалось, с материалами проверки факта хищения его не знакомили, о наличии претензий он узнал только ДД.ММ.ГГГГ. Просил с учетом уточнений признать недействительными пункты 3, 3.1, 3.2, 3.3., 3.4, 3.5, 4 соглашения о расторжении трудового договора по соглашению сторон и порядке расчета (в части возложения на него ответственности за причиненный ущерб и удержание данной суммы в качестве возмещения ущерба); взыскать с ответчика невыплаченную при увольнении компенсацию за неиспользованные дни отпуска и доплату за переработку в размере 179366 рублей, проценты за задержку выплат при увольнении в соответствии ст. 236 ТК РФ за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 24 422 рублей, а также за период с ДД.ММ.ГГГГ до даты вынесения решения суда, компенсацию морального вреда в размере 300 000 рублей; расходы на оплату юридических услуг в размере 30 000 рублей.

Дело рассмотрено в отсутствие истца, просившего об этом в соответствующем заявлении.

В судебном заседании представитель истца исковые требования поддержала. Также пояснила, что в момент хищения ФИО1 отсутствовал на объекте, взлом контейнера обнаружил его отец ФИО1, который работает там же, объяснения также были отобраны от него, от самого истца ФИО1 отобраны объяснения только ДД.ММ.ГГГГ, когда тот решил уволиться. ФИО1 предпринял все зависящие от него меры для сохранности имущества – обвязывал контейнер металлическим тросом, закрывал на замок. Осуществление охраны контейнера и всей территории объекта не входило в его должностные обязанности, а обеспечение условия для сохранности имущества является прямой обязанностью работодателя.

Представитель ответчика с иском не согласилась, в первоначальных отзывах (в период рассмотрения дела с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ) указывала, что:

- ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ составлены акты, согласно которым ФИО1 принял под свою материальную ответственность буровую установку и кабели, необходимые для ее надлежащего функционирования; ДД.ММ.ГГГГ составлен акт о повреждении оборудования, которым установлен факт хищения кабельной продукции; ДД.ММ.ГГГГ составлен акт о невозможности использования буровой установки без кабелей, а ДД.ММ.ГГГГ он принял недостающее количества кабелей, восполняющие похищенные, для функционирования буровой установки. При подписании актов ФИО1 не высказывал несогласия с утратой кабелей, о необходимости обеспечения дополнительных средств охраны имущества руководству не сообщал, при этом, будучи материально ответственным лицом, обязан был осуществлять охрану имущества;

- какого-либо давления при подписании соглашения ДД.ММ.ГГГГ на него не оказывалось, соглашение он подписал добровольно, где указал, что признает вину в утрате имущества и согласен на удержание из его заработка суммы ущерба;

- пропущен месячный срок давности обращения в суд, поскольку данный спор является спором об увольнении, согласно ст. 392 ТК РФ. Приказ об увольнении издан ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 обратился в суд ДД.ММ.ГГГГ.

В последующем ДД.ММ.ГГГГ ответчиком представлен отзыв на иск, в котором указывает, что:

- буровая установка принадлежит на праве собственности заказчику работ ООО «Спецпромсервис», которое после хищения кабелей неоднократно направляло в адрес ООО «СпецМонтажГрупп» требование о предоставлении имущества взамен утраченного, ООО «СпецМонтажГрупп» гарантировало заказчику возмещение ущерба. При этом утраченный кабель может быть приобретен только на заводе-изготовителе на заказ с минимальной партией 300 м., что подтверждается спецификацией от ДД.ММ.ГГГГ к договору поставки. До ДД.ММ.ГГГГ ООО «СпецМонтажГрупп» не предъявлял требований ФИО1 о возмещении ущерба, поскольку до июля 2025 года от заказчика не поступило претензий, заказчику не было известно о ходе производства по уголовному делу;

- ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 предъявлены претензии заказчика работ, произведен расчет полагающихся выплат при увольнении, отобраны объяснения, предложено получить приказ о взыскании с него суммы ущерба и подписать соглашение о расторжения трудового договора с возмещением ущерба, от подписания приказа он отказался, соглашение заключил добровольно, давление на него не оказывалось;

- вина ФИО1 в утрате вверенного ему имущества подтверждается договором о полной материальной ответственности;

- факт утраты имущества в результате хищения не подтвержден, приговор об установлении виновного лица и события представления отсутствует, поэтому именно ФИО1 несет ответственность за утрату кабелей.

Указанные обстоятельства представитель ответчика поддержала в судебном заседании, указала также, что с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ работодателем была проведана проверка, по результатам которой составлен акт, установлен размер ущерба в сумме 4 935 416,40 рублей на основании коммерческого предложения ООО «Атом», производящее кабели в минимальном размере 300 м. Лицом ответственным за причинение ущерба является ФИО1, которым нарушены условия договора о полной материальной ответственности, в частности им не сообщено работодателю о необходимости усиления охраны материальных ценностей. Вынесен приказ о взыскании с ФИО1 указанной суммы, от подписи в приказе он отказался.

Заслушав участников процесса, исследовав письменные материалы дела, оценив доказательства в их совокупности, суд находит исковые требования подлежащими удовлетворению частично по следующим основаниям.

Согласно ст. 233 ТК РФ, материальная ответственность стороны трудового договора наступает за ущерб, причиненный ею другой стороне этого договора в результате ее виновного противоправного поведения (действий или бездействия), если иное не предусмотрено настоящим Кодексом или иными федеральными законами. Каждая из сторон трудового договора обязана доказать размер причиненного ей ущерба.

Работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб.

В силу ст. 238 ТК РФ, под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам.

Согласно ч. 1 ст. 246 ТК РФ, с учетом п. 13 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю», при утрате и порче имущества ущерб определяется по фактическим потерям, исчисляемым исходя из рыночных цен, действующих в данной местности на день причинения ущерба, но не ниже стоимости имущества по данным бухгалтерского учета с учетом степени износа этого имущества.

Согласно ст. 247 ГК РФ, до принятия решения о возмещении ущерба конкретными работниками работодатель обязан провести проверку для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения. Для проведения такой проверки работодатель имеет право создать комиссию с участием соответствующих специалистов.

Согласно ст. 242 ТК РФ полная материальная ответственность работника состоит в его обязанности возмещать причиненный работодателю прямой действительный ущерб в полном размере. Материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба может возлагаться на работника лишь в случаях, предусмотренных этим кодексом или иными федеральными законами.

Перечень оснований для привлечения работника к полной материальной ответственности установлен ст. 243 ТК РФ, которой установлена ответственность в случае, когда на работника возложена материальная ответственность в полном размере за ущерб, причиненный работодателю при исполнении работником трудовых обязанностей.

В соответствии со ст. 239 ТК РФ материальная ответственность работника исключается в случаях возникновения ущерба вследствие непреодолимой силы, нормального хозяйственного риска, крайней необходимости или необходимой обороны либо неисполнения работодателем обязанности по обеспечению надлежащих условий для хранения имущества, вверенного работнику.

Как установлено в судебном заседании и следует из материалов дела, на основании трудового договора №К-ПР от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 принят в ООО «СПЕЦМОНТАЖГРУПП» на должность производителя работ вышкостроения в обособленном подразделении в <адрес>, а с ДД.ММ.ГГГГ в <адрес> с режимом работы (ежедневной смены) с 08:00 ч. до 20:00 ч. с перерывами на обед с 12:00 до 12:30, с 16:00 до 16:30 ч. (л.д. 27-33).

В его обязанности согласно должностной инструкции от ДД.ММ.ГГГГ входит, в том числе, организация приобъектного складского хозяйства и охрана материальных ценностей (п. 2.16), в связи с производственной необходимостью может выезжать в служебные командировки (в т.ч. местного значения). Подчиняется непосредственно руководителю Обособленного подразделения Компании в <адрес>, генеральному директору (л.д. 37-42).

ДД.ММ.ГГГГ с ним также заключен договор №К-ПР о полной индивидуальной материальной ответственности, по условиям которого ФИО1 принял на себя полную материальную ответственность за обеспечение сохранности имущества, вверенного ему, а также за ущерб, возникший у работодателя в результате возмещения им ущерба иным лицам, для чего согласно п.п. «б» п. 1 обязуется своевременно сообщать Обществу либо непосредственному руководителю обо всех обстоятельствах, угрожающих обеспечению сохранности вверенных ему материальных ценностей, а работодатель обязуется создать ФИО1 условия, необходимые для надлежащего исполнения принятых обязательств по договору, а также проводить в установленном порядке инвентаризацию, ревизии и другие проверки сохранности и состояние материальных ценностей (п. 2).

ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ ФИО1, осуществляя трудовую деятельность на месторождении Пякяхинское куст 18Н2, получил от представителя заказчика ООО «БКЕ» буровую установку «ZJ 50 DBS» заводской №F с выявленными замечаниями и дефектами, среди которых указано на наличие повреждений изоляции и скрутки по кабельной линии на кабельной продукции по ВЖК.

Комплектность буровой установки, в том числе дефектно-комплектовочная ведомость технического состояния кабельной продукции являлась приложением к акту от ДД.ММ.ГГГГ, однако суду сторонами не представлена (л.д. 13-14).

ДД.ММ.ГГГГ комиссией, в составе которой принимал участие представитель собственника буровой установки ООО «БКЕ», и в которой ФИО1 не участвовал, составлен акт о повреждении оборудования, в частности установлено, что ДД.ММ.ГГГГ в 08:00 ч. обнаружено повреждение и хищение кабельной продукции из металлического контейнера (взломан замок на входной двери): 1) кабели IEEE-45-125P-50°С1?271 от модуля VFD до электродвигателя ротора; 2) кабели IEEE-45-125P-50°С1?185 от модуля VFD до электродвигателя буровой лебедки. Указано, что список является предварительным, поскольку кабельная продукция складирована в контейнере навалом, для полного выявления ущерба требуется полная выемка кабелей с их переборкой и измерением метража для составления акта осмотра оборудования и дефектной ведомости (л.д. 15).

ДД.ММ.ГГГГ составлен акт № осмотра оборудования с участием ФИО1 и представители ООО «Спецпромсервис» и ООО «БКЕ», согласно которому установлено механическое повреждение силового кабеля, делающее невозможным эксплуатацию буровой установки (л.д. 16).

ДД.ММ.ГГГГ на основании акта ФИО1 от заказчика ООО «БКЕ» переданы кабели взамен утраченных (о чем указал ответчик в отзыве): 1) Кабель ELKAFLEX SERVO КГНЭ 1?300-ТУ №2015 – 0,33 км (330 м); 2) Кабель ELKAFLEX КГН-ХЛ 3?50+1?25-0,86 – 0,075 км (75м); Кабель ELKAFLEX КГН-ХЛ 3?50+1?10-0,86 – 0,015 км (15 м) (л.д. 17).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 также передан комплект кабельной продукции для буровой установки 1) кабель КГХЛ 4*50 – 100 м.; 2) КВВГ 25*1,5 – 100 м.; КВВГ 18*2,5 – 100м. (л.д. 18).

ДД.ММ.ГГГГ представителем ООО «СпецМонтажГрупп» передана представителю ООО «Спецпромсервис» кабельная продукция (л.д. 19).

Как указал представитель ответчика в первоначальных судебных заседаниях, размер ущерба определен в сумме 4935417,30 руб., которая основана на коммерческом предложении ООО «Атом» о продаже кабелей ELKAFLEX SERVO КГНЭ 1?300-ТУ №2015, ELKAFLEX КГН-ХЛ 3?50+1?25-0,86; ELKAFLEX КГН-ХЛ 3?50+1?10-0,86, которые поставляются заводом-изготовителем только в размерах по 330 метров каждый, в меньшем размере продажа кабелей не осуществляется (л.д. 20).

Согласно материалам уголовного дела № ДД.ММ.ГГГГ старшим следователем СО ОМВД России «Тазовское» на основании заявления представителя Сибирского филиала буровой компании Евразия от ДД.ММ.ГГГГ возбуждено уголовное дело по факту хищения неустановленным лицом кабельной продукции СФ ООО «БКЕ» на территории КУСТ-18Н2 месторождения «Пякяхинское» на сумму 2265116,27 руб.

Согласно фотоматериалам протокола осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ к территории названной площадки имеется свободный доступ (открытые ворота), на территории расположена буровая установка, техника и металлический контейнер для складирования кабельной продукции, который закрывался при помощи металлического троса и замка.

Из объяснений работников данной площадки от ДД.ММ.ГГГГ – прораба ФИО7, Руководителя проекта ФИО8, вышкомонтажника ФИО1 ча (отца истца), в 08:00 ч. обнаружена кража кабелей из данного контейнера, контейнер был закрыт ФИО1 в 16:30 ч. ДД.ММ.ГГГГ на трос и замок, за несколько дней до этого на территорию площадки заезжал местный житель тундры на снегоходе, который искал собаку.

Согласно сведениям ООО «БКЕ» стоимость фактически похищенного кабеля составляет 2718 140,61 рублей.

Постановление от ДД.ММ.ГГГГ производство по делу приостановлено в связи с не установлением лица, причастного к совершению преступления (л.д. 100-114).

ДД.ММ.ГГГГ работодателем ООО «СпецМонтажГрупп» от ФИО1 получена телефонограмма с заявлением об увольнении по собственному желанию ДД.ММ.ГГГГ направлением трудовой книжки по адресу места жительства.

ДД.ММ.ГГГГ в адрес ФИО1 направлено уведомление о переносе даты увольнения на ДД.ММ.ГГГГ (на две недели с момента извещения), а также о необходимости явки для дачи пояснений в головной офис в <адрес> в связи с вновь открывшимися обстоятельствами, кражей материальных ценностей (л.д. 79-86).

ДД.ММ.ГГГГ от ФИО1 отобрано объяснение, в котором он указал, что подтверждает принятие буровой установки, несет материальную ответственность за нее. ДД.ММ.ГГГГ в утреннее время прораб ФИО2 сообщил по телефону о краже кабелей из закрытого металлического контейнера в ночное время при неблагоприятных погодных условиях. Сам ФИО1 находился на другом объекте, где производил монтаж данной буровой установки с частью бригады. Для организации охраны вверенного имущество он проинструктировал весь личный состав, о мерах безопасности и необходимости сохранности кабельной продукции, также неоднократно устно доводил до руководства о необходимости охраны объекта, в чем ему было отказано. О возможном хищении кабелей им проинформированы руководитель проекта, руководитель ОП <адрес> и непосредственно напарник. В момент убытия на другой объект контейнер был зафиксирован металлическим тросом и амбарными замками. Работники личного состава также отказались осуществлять охрану, о чем он также доложил руководителю проекта ФИО8, Руководителю ОП ФИО9 Указал также, что вину в утрате кабелей не признает, сделал все возможное для обеспечения ее сохранности, учитывая, что в его должностные обязанности не входило охранять данный объект сутками, а на момент хищения он отсутствовал на объекте. Личный состав работников находился в жилом поселке, и не имели возможности предотвратить хищение. Полагает, что работодатель виновен в необеспечении охраны на объекте. Указал о согласии возместить ущерб в сумме 179000 рублей (л.д. 22-26).

В этот же день ДД.ММ.ГГГГ между ООО «СпецМонтажГрупп» в лице генерального директора ФИО10 и Курочкиным ВА.В. заключено соглашение о расторжении трудового договора по соглашению сторон и порядке расчетов, по условиям которого:

«п. 1. Трудовой договор расторгнут на основании п. 1 ч. 1 ст. 77, ст. 78 ТК РФ (по соглашению сторон).

п. 2 Работнику при увольнении полагается компенсация за 14,66 неиспользованных дней отпуска и доплата за 237 часов переработки при суммированном учете рабочего времени, всего в размере 179366,36 рублей (п. 1).

п.п. 3, 3.1 Работник признает, что в период исполнения трудовых обязанностей в марте 2025 года по его вине (в результате его противоправных действий (бездействия) Работодателю причинен материальный ущерб в связит с хищением кабеля, принадлежащего Заказчику и находившегося под материальной ответственностью Работника на общую сумму 179366,36 рублей (п. 3, 3.1).

п. 3.2 Факт причинения ущерба и его размер подтверждается следующими документами (приложения к соглашению):

- Акт выявленных замечаний и дефектов при приемке БУ ZJ 50 DBS» заводской №F на к.п. №Н Пякяхинское м-р от ДД.ММ.ГГГГ;

- Акт о передаче буровой установки в демонтаж от ДД.ММ.ГГГГ;

- Акт о повреждении оборудования от ДД.ММ.ГГГГ;

- Акт № осмотра оборудования от ДД.ММ.ГГГГ;

- Акт приема-передачи оборудования от ДД.ММ.ГГГГ;

- Акт о приеме-передаче оборудования от ДД.ММ.ГГГГ;

- Акт приема-передачи кабельной продукции от БУ ZJ 50 DBS заводской №F;

- Договор о полной индивидуальной материальной ответственности от ДД.ММ.ГГГГ №К-ПР;

- Расчет суммы ущерба (Анализ предложений Претендентов на поставку) от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 4935417,30 руб.;

- Объяснительная записка ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ.

п. 3.3 Работник добровольно в полном объеме и без претензий возмещает Работодателю причиненный ущерб в размере 179366,36 руб.

п. 3.4 Сумма ущерба удерживается Работодателем из суммы окончательного расчета, причитающаяся Работнику в соответствии с п. 2 Соглашения.

п. 3.5 После окончательного возмещения ущерба (путем удержания и/или внесения недостающей суммы) претензий Работодателя к Работнику по данному инциденту считаются погашенными в полном объеме.

п. 4 Работник подтверждает, что не имеет к Работодателю никаких имущественных или иных претензий, связанных с исполнением трудовых обязанностей, за исключением обязательств, предусмотренных п.п. 2,3.».

Перечисленные в п. 3.2 Соглашения документы, подтверждающие факт причинения ущерба и его размер, были представлены ответчиком с первоначальными отзывами. Иных документов в подтверждение размера ущерба и проведения проверки по факту утраты имущества стороной ответчика не представлялось до ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ ответчиком представлены следующие документы:

1. Переписка между ООО «Спецпромсервис» (Заказчик) и ООО «СпецМонтажГрупп» (подрядная организация), согласно которой с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ стороны ведут переговоры относительно укомплектования буровой установки недостающей кабельной продукцией (ДД.ММ.ГГГГ заказчик указал на материальную ответственность подрядной организации за кабельную продукцию, и что затраты по укомплектованию на кустовой площадке № Южно-Мессояхтского месторождения будут выставлены в адрес подрядчика. Подрядчик указал на возмещение затрат в случае предоставления Заказчиком необходимой кабельной продукции).

При оценке данных документом суд обращает внимание на то, что деятельность по монтажу буровой установки в указанное время проводилась, в том числе, на 7 Южно-Мессояхтском месторождении, в своей объяснительной ФИО1 указал, что в момент хищения именно там осуществлял монтаж буровой установки, что подтверждает его разъездной характер работы и отсутствие на объекте, где находилась кабельная продукция.

Кроме того, согласно акту от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 от ООО «БКЕ» (собственника кабельной продукции и Заказчика работа (со слов представителя ответчика) был передан комплект кабельной продукции для буровой установки в 7 ФИО3 месторождения (300 м.). Данные документы подтверждают, что возможность эксплуатации буровой установки после ее доукомплектования кабелями взамен похищенных, восстановлена.

2. Договор поставки от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ООО «СпецМонтажГрупп» и ООО «Атом» с приложенной спецификацией от ДД.ММ.ГГГГ о стоимости кабелей ELKAFLEX SERVO КГНЭ 1?300-ТУ №2015, ELKAFLEX КГН-ХЛ 3?50+1?25-0,86; ELKAFLEX КГН-ХЛ 3?50+1?10-0,86 по 330 м. каждый общей стоимостью 4935 416,40 руб.

Также к договору были представлены спецификация от ДД.ММ.ГГГГ, где указано на возможность продажи указанных кабелей длиной 346, 312, 293 м. на сумму 5086611,52 руб., коммерческое предложение той же организации от ДД.ММ.ГГГГ о реализации кабелей длиной 330 – 300 м. на сумму 4935417 руб., а также уведомление ООО «Атом» о минимальной партии кабеля размером 300 м. (ввиду изготовления на заказ).

Данные документы были представлены ответчиком в качестве подтверждения размера ущерба, представитель указал на невозможность покупки кабельной продукции в меньшем размере (в недостающей части). Однако иных доказательств невозможности закупки кабелей в недостающей части, размеры которых установлены заказчиком согласно материалам уголовного дела, а также отсутствие иных поставщиков, в суд не представлено.

3. Приказ №.1 от ДД.ММ.ГГГГ о проведении проверки для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения, согласно которому ООО «СпецМонтажГрупп» создана комиссия в составе заместителя генерального директора, главного бухгалтера и ведущего бухгалтера, поручено провести проверку в срок до ДД.ММ.ГГГГ, выводы оформить актом до ДД.ММ.ГГГГ, отобрать письменные объяснения от материально ответственного работника, в случае его отказа от дачи объяснений составит акт.

4. Приказы №№.1, 11.1 от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ о продлении срока проверки до ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ в связи с отсутствием сведений из правоохранительных органов.

5. Акт № от ДД.ММ.ГГГГ проверки установления размера причиненного ущерба, согласно которому:

- проверкой установлено, что в период до 08:00 ч. ДД.ММ.ГГГГ на КП №Н Пякяхинского месторождения работодателю ООО «СпецМонтажГрупп» причинен материальный ущерб в виде повреждения и хищения кабельной продукции, данное имущество являлось частью буровой установки ZJ 50 DBS заводской №F, переданной под ответственность ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ;

- причиной возникновения ущерба является хищение кабеля;

- размер ущерба составляет 4935416,40 руб.;

- лицом, ответственным за причинение ущерба, является ФИО1, которым нарушены условия договора о полной материальной ответственности от ДД.ММ.ГГГГ (в том числе п.п. «б» п. 1 договора).

6. Приказ №.0 от ДД.ММ.ГГГГ о взыскании с ФИО1 суммы причиненного ущерба, а также акт об отказе ФИО1 в получении данного приказа. От получения приказа ФИО1 отказался, о чем составлен акт (от ознакомлении с которым ФИО1 также отказался).

Оценивая представленные документы, суд обращает внимание на то, что акт №, который отражает результаты проверки, содержит сведения о сумме ущерба 4935416,40 руб., однако в подтверждение данной суммы представлена спецификация к договору поставки с ООО «Атом», датированная ДД.ММ.ГГГГ, то есть спустя два месяца после даты составления акта от ДД.ММ.ГГГГ.

При этом имеющиеся иные документы от ДД.ММ.ГГГГ (коммерческое предложение ООО «Атом»), от ДД.ММ.ГГГГ (анализ предложений, который указан в соглашении о расторжении трудового договора как расчет суммы ущерба), спецификация от ДД.ММ.ГГГГ не содержат названной суммы ущерба в размере 4935416,40 руб., что свидетельствует о составлении названного акта № позднее ДД.ММ.ГГГГ и его отсутствии на дату составления Соглашения о расторжении трудового договора. Доказательств, опровергающих данное обстоятельство, суду не представлено.

Данный вывод также согласуется с тем, что в соглашении в качестве документов, подтверждающих факт причинения ущерба, указаны только документы, представленные истцом при подаче иска и ответчиком с первоначальными отзывами, а в подтверждение расчета суммы ущерба приведен анализ предложений поставщиков с иной стоимостью кабелей, представленные в судебное заседание иные документы не поименованы в соглашении.

Сведений об ознакомлении ФИО1 с результатами проверки (актом от ДД.ММ.ГГГГ), с размером причиненного ущерба и обоснованием его суммы ответчиком не представлено.

Более того, несмотря на указание ФИО1 в объяснительной на несогласие с наличием его вины в утрате материальных ценностей, наличие ссылки на вину Работодателя в необеспечении надлежащих условий для охраны объекта, ответчиком не представлено доказательства обратного, в частности доказательств надлежащего выполнения Работодателем обязанностей по охране материальных ценностей, а также сведений о том, какие меры по охране имущества должны были быть приняты ФИО1.

Необходимо отметить, что согласно объяснениям руководителя проекта ФИО4, прораба ФИО2, вышкомонтажника ФИО1, непосредственно обнаруживших факт хищения кабелей, данным ими в рамках проверки сообщения о преступлении, за несколько дней до хищения на территорию объекта заезжал незнакомый местный житель на снегоходе, что свидетельствует о свободном доступе к объекту и расположенном на нем имуществе, а также об осведомленности присутствующего руководящего работника ФИО4 об угрозе хищения имущества ввиду отсутствия охраны, в связи с чем суд критически относится к доводам ответчика о не доведении ФИО1 до руководства предложений по усилению охраны, а также на необходимость такого уведомления в письменном виде.

Согласно должностной инструкции, ФИО1 организует приобъектное складское хозяйство и охрану материальных ценностей.

Учитывая, что материальные ценности, вверенные ФИО1, находились в металлическом контейнере, закрытом на амбарный замок, под металлическим тросом, о соблюдении данных мер по обеспечению охраны имущества в ночь на ДД.ММ.ГГГГ свидетельствуют объяснения ФИО4, ФИО1, ФИО2, а также учитывая отсутствие сведений в представленных документах о том, каким иным образом ФИО1 обязан был организовать охрану материальных ценностей в ночное время, учитывая отсутствие в его должностной инструкции обязанности по круглосуточной охране имущества с личным присутствием возле имущества, суд критически относится к доводам ответчика о нарушении ФИО1 обязанности по охране имущества.

Кроме того, трудовым договором ФИО1 установлен 11-ти часовой рабочий день с 08:00 до 20:00 часов. Следовательно, ответственность за исполнение должностных обязанностей ФИО1 мог нести только в рабочее время, тогда как установлен факт хищения в ночное время и в период отсутствия ФИО1 на данном объекте, опровержения чему ответчиком не представлено.

Также, вопреки указанным требованиям законодательства, ответчиком не представлено доказательств, свидетельствующих о факте совершения ФИО1 каких-либо противоправных действий (хищение, нецелевое их расходование), при этом лишь тот факт, что с ФИО1 заключен договор о полной материальной ответственности, не может являться основанием для возложения на него материальной ответственности.

Кроме того, суд принимает во внимание, что по факту хищения кабелей, принадлежащих ООО «БКЕ», возбуждено уголовное дело, следовательно, ущерб ответчику причинен преступными действиями неустановленных лиц, а не действиями ФИО1

При этом отсутствие приговора суда, которым установлено событие преступления и лицо, совершившее преступление, не является основанием для возложения ответственности за хищение на материально ответственное лицо без установления факта неправомерности его действий/бездействия и причинно-следственной связи с хищением.

Согласно ст. 239 ТК РФ работник не может быть привлечен к материальной ответственности, если ущерб возник вследствие непреодолимой силы, нормального хозяйственного риска, крайней необходимости или необходимой обороны либо неисполнения работодателем обязанности по обеспечению надлежащих условий для хранения имущества, вверенного работнику.

К нормальному хозяйственному риску могут быть отнесены действия работника, соответствующие современным знаниям и опыту, когда поставленная цель не могла быть достигнута иначе, работник надлежащим образом выполнил возложенные на него должностные обязанности, проявил определенную степень заботливости и осмотрительности, принял меры для предотвращения ущерба, и объектом риска являлись материальные ценности, а не жизнь и здоровье людей (абз. 1, 2 п. 5 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ №).

Из приведенных норм следует, что работник обязан добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, бережно относиться к имуществу работодателя, незамедлительно сообщать работодателю о возникновении ситуации, представляющей угрозу сохранности имущества работодателя. В целях выполнения работником названных трудовых обязанностей трудовое законодательство предписывает работодателю помимо прочего обеспечивать работников инструментами и иными средствами, необходимыми для исполнения ими трудовых обязанностей, а также наделяет его правом привлекать работников к дисциплинарной и материальной ответственности в порядке, установленном ТК РФ, иными федеральными законами.

В настоящем деле ответчиком не представлено доказательств обеспечения Работодателем надлежащих условий для хранения имущества, вверенного ФИО1, в том числе, не представлено сведений о наличии созданных им каких-либо условий для охраны имущества, кроме предоставления металлического контейнера, доступ к которому имели посторонние лица, о чем были осведомлены присутствующие на объекте должностные лица, в том числе руководитель проекта, а также учитывая отсутствие сотрудников охраны и расположение буровой установки и контейнера вне поля зрения работников в ночное время (как указал ФИО1, работники находятся в свободное от работы время в жилом поселке).

Таким образом, представленные материалы не содержат сведений о наличии вины ФИО1 в утрате вверенных материальных ценностей (его неправомерных действиях (бездействии) и причинной связи с наступившим ущербом), как и сведений об установленном размере ущерба, а также о соблюдении процедуры привлечения к материальной ответственности.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от ДД.ММ.ГГГГ №-П, если достижение договоренности о расторжении трудового договора по соглашению его сторон сопровождается добровольным принятием сторонами каких-либо дополнительных по сравнению с предусмотренными законом обязательств по отношению друг к другу, то такое соглашение, помимо даты и основания увольнения, включает и соответствующие обязательства сторон, установление и исполнение которых – в силу единства правовой природы трудового договора и соглашения сторон о его расторжении – подчиняются тому же правовому режиму, который действует в отношении условий самого трудового договора. Соответственно, соглашение о расторжении трудового договора может содержать любые условия, не противоречащие предусмотренному Трудовым кодексом Российской Федерации требованию не ухудшать положение работника по сравнению с установленным трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами (ч. 4 ст. 57). Исполнение же обязательств сторон, вытекающих из условий такого соглашения, являющегося результатом взаимного согласования воль работника и работодателя, – притом что такие условия не противоречат закону – должно в полной мере обеспечиваться судебной защитой (ч. 1 ст. 46 Конституции РФ).

Учитывая, что в соглашение о расторжении трудового договора с ФИО1 работодателем ООО «СпецМонтажГрупп» включены пункты 3, 3.1, 3.2, 3.3., 3.4, 3.5, 4, содержащие сведения о виновности ФИО1 в утрате материальных ценностей, признании им вины в утрате, взыскании с него суммы ущерба и отсутствии у него претензий к работодателю относительно самого факта ответственности за хищение имущества, что, учитывая в том числе, наличие письменных объяснений ФИО1 о непризнании вины, которые не опровергнуты Работодателем надлежащим образом, данные пункты не отвечают требованиям вышеуказанных положений закона, нарушают право ФИО1 на получение полагающихся ему при увольнении выплат, являются недействительными, не могли быть включены в текст соглашения как условия увольнения, в связи с чем исковые требования о признании указанных пунктов недействительными подлежат удовлетворению.

Поскольку судом установлена неправомерность установления названных пунктов в соглашение, неправомерность привлечения ФИО1 к материальной ответственности, соответственно неправомерными являются действия Работодателя по удержанию с ФИО1 суммы ущерба в размере 179366, 36 рублей.

Согласно ст. 140 ТК РФ в день увольнения работодатель обязан выплатить все причитающиеся работнику суммы, в том числе зарплату и премии, начисленные за отработанный период; компенсацию за неиспользованный отпуск.

В соглашении пунктом 2 определено, что ФИО1 при увольнении подлежит выплата в размере 179 366,36 рублей в качестве компенсации за неиспользованный отпуск и переработку, аналогичные сведения изложены в его расчетном листке за август 2025 года. Данная сумма не оспаривалась сторонами, сведений о выплате данных денежных средств работодателем не представлено.

Таким образом, учитывая, что удержание денежных средств произведено неправомерно, они подлежали выплате ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ, соответственно требование о взыскании с работодателя суммы в размере 179 366 рублей подлежат удовлетворению.

В соответствии с ч. 1 ст. 236 ТК РФ при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от не выплаченных в срок сумм за каждый день задержки начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно. При неполной выплате в установленный срок заработной платы и (или) других выплат, причитающихся работнику, размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных в срок сумм.

Учитывая, что причитающиеся Курочкину вышеуказанные выплаты должны были быть выплачены в день увольнения ДД.ММ.ГГГГ, суд считает подлежащими удовлетворению требования о взыскании денежной компенсации за нарушение сроков их выплаты за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в заявленном размере 24422 рублей, а с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (поскольку заявлено требование до дня вынесения решения суда) в размере 2564,93 рублей, рассчитанной в соответствии со ст. 236 ТК РФ.

В соответствии со ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Разрешая спор в части требований о компенсации морального вреда, суд исходит из доказанности факта нарушения ответчиком трудовых прав истца незаконным включением в соглашение об увольнении недоподтвержденных и неустановленных в надлежащем порядке сведений о вине ФИО1 в утрате вверенного имущества, конкретных обстоятельств по делу, степени вины ответчика и наступивших для истца последствий, связанных с переживанием утраты дохода, а также принципа соразмерности, полагает возможным взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 30 000 рублей.

Вопреки доводам представителя ответчика, ссылавшегося на положения ч. 1 ст. 392 ТК РФ, предусматривающей месячный срок для обращения в суд по спорам об увольнении, срок для обращения в суд ФИО1 не пропущен, поскольку в соответствии с. ч. 2 ст. 392 ТК РФ за разрешением спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм.

В силу ч. 1 ст. 88, ч. 1 ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя, которые относятся к судебным расходам, в разумных пределах.

В подтверждение фактического характера несения истцом судебных расходов по оплате услуг представителя в материалы дела представлены договор от ДД.ММ.ГГГГ на оказание юридических услуг на сумму 30 000 рублей, которые оплачены истцом ДД.ММ.ГГГГ.

Из материалов дела усматривается, что представитель истца участвовал в судебных заседаниях, заявлял ходатайства, занимал активную позицию.

Учитывая объем правовой помощи, оказанной истцу, категорию и сложность рассматриваемого спора, удовлетворение требований истца в результате рассмотрения дела, не представление ответчиком доказательств чрезмерности заявленных представительских расходов, суд считает, что разумной к взысканию в счет возмещения понесенных расходов на оплату услуг представителя является сумма 30000 руб., данная сумма подлежит взысканию с ответчика в пользу истца.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Признать недействительными пункты 3, 3.1, 3.2, 3.3., 3.4, 3.5, 4 Соглашения о расторжении трудового договора по соглашению сторон и порядке расчета, заключенного 04.08.2025 в г. Москве между работодателем ООО «СпецМонтажГрупп» и работником ФИО1.

Взыскать с ООО «СпецМонтажГрупп» ИНН <***> в пользу ФИО1 паспорт <...>:

- невыплаченную при увольнении компенсацию за неиспользованные дни отпуска и доплату за переработку в общей сумме 179366 рублей;

- проценты за задержку выплат при увольнении за период с 05.08.2025 по 04.12.2025 в размере 24 422 рублей, за период с 05.12.2025 по 17.12.2025 в размере 2564,93 рублей;

- компенсацию морального вреда в размере 30 000 рублей;

- расходы на оплату юридических услуг в размере 30 000 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Саратовский областной суд в течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме путем подачи жалобы через Калининский районный суд Саратовской области.

Судья: подпись.

Копия верна. Судья:

Мотивированное решение изготовлено 13.01.2026.