Дело № 2-704/2022

42RS0023-01-2022-000859-05

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Новокузнецк 10 июня 2022 года

Новокузнецкий районный суд Кемеровской области в составе:

председательствующего судьи Шлыкова А.А.,

с участием старшего помощника прокурора Лепиховой К.А.,

при секретаре Лучшевой М.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к АО «ОУК «Южкузбассуголь» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в связи с профессиональным заболеванием,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к АО «ОУК «Южкузбассуголь» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в связи с профессиональным заболеванием, в котором просит суд взыскать с АО «ОУК «Южкузбассуголь» в его пользу компенсацию морального вреда в связи с профессиональным заболеванием в размере 483 481 рубль 23 копейки, а также судебные расходы за составление искового заявления в размере 7000 рублей и по оплате услуг представителя в размере 18 000 рублей.

Требования мотивированы тем, что ФИО1 длительное время работал на предприятиях угольной промышленности в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов в профессиях Воздействие вредных и неблагоприятных производственных факторов в течение длительного времени повлияло на развитие у него профессионального заболевания, а именно, ДД.ММ.ГГГГ ему установлено профессиональное заболевание о чем был составлен акт о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ Причиной профессионального заболевания послужило Вина в возникновении профессионального заболевания со стороны истца отсутствует. В связи с указанным заболеванием ФИО1 было установлено №% утраты профессиональной трудоспособности на период с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ Степень вины ответчика в возникновении у истца указанного профессионального заболевания составляет №% (как правопреемника ,). Наличие данного профессионального заболевания причиняет ФИО1 физические и нравственные страдания, выражающиеся ДД.ММ.ГГГГ ответчик произвел выплату в счет компенсации морального вреда в размере № рублей № копеек, которую истец считает несоразмерной переносимым им нравственным и физическим страданиям, в связи с чем, возникла необходимость обращения в суд с настоящим иском.

В судебном заседании истец ФИО1, его представитель ФИО2, действующий на основании доверенности, на исковых требованиях настаивали, просили удовлетворить их в полном объеме, дали объяснения, аналогичные доводам иска, дополнительно суду объяснили, что истец длительный период времени работал на предприятиях угольной промышленности, в том числе на предприятиях ответчика. В № г. у истца было установлено профессиональное заболевание, вина ФИО1 в установлении данного заболевания отсутствует. В последующем истцу было установлено №% утраты профессиональной трудоспособности. В связи с наличием у истца профзаболевания ответчик произвел выплату в счет компенсации морального вреда. Выплаченная сумма минимально гарантирована отраслевым соглашением, однако, она не компенсирует истцу в полной мере те нравственные и физические страдания, которые он испытывает. Полагал, что ответчик является правопреемником в связи с чем, несет обязанности по выплате компенсации морального вреда.

Представитель АО «ОУК «Южкузбассуголь» ФИО3, действующая на основании доверенности, в судебном заседании против удовлетворения исковых требований возражала, просила отказать в их удовлетворении, суду объяснила, что АО «ОУК «Южкузбассуголь» не является правопреемником в связи с чем, обязательства по возмещению вреда за указанное предприятие по отношению к истцу со стороны ответчика отсутствуют. Истцу ФИО1 была выплачена компенсация морального вреда в соответствии с положениями Федерального отраслевого соглашения, в связи с чем, полагала исковые требования необоснованными. Также полагала, что требуемая истцом компенсация морального вреда не соответствует принципу разумности, справедливости и соразмерности, нарушает баланс интересов работодателей.

Свидетель ФИО6 в судебном заседании показала, что истец является . До развития у него профессионального заболевания, ФИО1 вел активный образ жизни, Около № лет назад его стали беспокоить боли , в связи с чем, истец постепенно стал отказываться от своих увлечений. В настоящее время заболевание приносит ему сильные физические и нравственные страдания, поскольку

Свидетель ФИО7 в судебном заседании показал, что истец является . . Из-за заболевания истец

Суд, выслушав в судебном заседании объяснения участников процесса, показания свидетелей, заслушав заключение старшего помощника прокурора Новокузнецкого района, полагавшего необходимым исковые требования удовлетворить частично, исследовав письменные доказательства по делу, приходит к следующему.

В соответствии со ст. 21 ТК РФ работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

Согласно ч. 8 ст. 220 и ст. 237 ТК РФ работодатель обязан компенсировать моральный вред, причиненный повреждением здоровья работника, в порядке и на условиях, предусмотренных федеральными законами.

В соответствии с положением ст.ст. 227-231 ТК РФ связь повреждения здоровья работника с исполнением трудовых обязанностей подтверждается оформленными в установленном порядке актом о несчастном случае на производстве или актом о случае профессионального заболевания.

Согласно ст. 3 Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», профессиональное заболевание - хроническое или острое заболевание застрахованного, являющееся результатом воздействия на него вредного (вредных) производственного (производственных) фактора (факторов) и повлекшее временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности и (или) его смерть.

В силу ст. 1064 ГК РФ общими условиями ответственности за причиненный вред являются наличие вреда, неправомерные действия (бездействие) лица, его причинившего, и причинная связь между такими действиями и наступившим вредом. Вина причинителя вреда предполагается.

В соответствии с п. 1 ст. 1099 ГК РФ, основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса.

Статья 151 ГК РФ содержит понятие морального вреда, под которым законодатель понимает физические и нравственные страдания и указывает, что если моральный вред причинен действиями, нарушающими личные неимущественные права, посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (ст. 1101 ГК РФ).

Как установлено судом и следует из материалов дела, ФИО1 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ работал в в профессии ; в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ работал в в профессии ; в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ работал в в профессии ; в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ работал в в профессии . Указанные обстоятельства подтверждаются трудовой книжкой ФИО1 /л.д. 32-34/

ДД.ММ.ГГГГ Управлением Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Кемеровской области составлена санитарно-гигиеническая характеристика условий труда работника ФИО1, по профессии (должности) при установлении предварительного диагноза профессионального заболевания – из которой следует, что общий стаж работы ФИО1 составил № лет № месяцев, стаж работы в условиях воздействия опасных, вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов, которые могли вызвать профзаболевание – № лет № месяцев. /л.д. 20-25/

Медицинским заключением Государственного автономного учреждения Кемеровской области «Новокузнецкая городская клиническая больница №» Центр профессиональной патологии от ДД.ММ.ГГГГ № ФИО1 впервые установлен заключительный диагноз хронического профессионального заболевания согласно которому имеется причинно-следственная связь заболевания с профессиональной деятельностью. /л.д. 12/

ДД.ММ.ГГГГ составлен акт о случае профессионального заболевания ФИО1, из которого усматривается, что ДД.ММ.ГГГГ истцу установлен диагноз , возникло при обстоятельствах и в условиях длительного воздействия на его организм производственного фактора – являющегося причиной профессионального заболевания, наличие вины работника – 0%. /л.д. 13-18/

Согласно справке ФКУ «ГБ МСЭ по Кемеровской области – Кузбассу» Минтруда России серии № № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 было установлено № утраты профессиональной трудоспособности на срок с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ /л.д. 26/

Согласно выписному эпикризу ГАУЗ КО «НГКБ №» Центр профессиональной патологии, в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 проходил лечение с диагнозом /л.д. 19/

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 назначена программа реабилитации, в которую входит

Заключением врачебной экспертной комиссии Федерального государственного бюджетного научного учреждения «Научно-исследовательский институт комплексных проблем гигиены и профессиональных заболеваний» № от ДД.ММ.ГГГГ определена степень вины предприятий, на которых осуществлял свою трудовую деятельность ФИО1, в получении им профессионального заболевания, с учетом стажа его работы и составляет: для

Анализируя представленные доказательства, суд приходит к выводу о наличии у ФИО1 профессионального заболевания – связанного с тяжелыми условиями труда, которое возникло в результате длительного стажа работы. Непосредственной причиной заболеваний послужило

Отмеченные факторы имели место в период работы истца, в том числе и на предприятиях ответчика, что подтверждается актом о случае профессионального заболевания, который ответчиком не оспорен и не признан недействительным.

Довод представителя ответчика АО «ОУК «Южкузбассуголь» о том, что Общество не является правопреемником предприятия – и не несет обязательства по выплате компенсации морального вреда указанного реорганизованного предприятия, суд находит необоснованным на основании следующего.

Согласно п. п. 3, 4 ст. 58 ГК РФ при разделении юридического лица его права и обязанности переходят к вновь возникшим юридическим лицам в соответствии с разделительным балансом. При выделении из состава юридического лица одного или нескольких юридических лиц к каждому из них переходят права и обязанности реорганизованного юридического лица в соответствии с разделительным балансом.

В соответствии с п. 1 ст. 59 ГК РФ, передаточный акт должен содержать положения о правопреемстве по всем обязательствам реорганизованного юридического лица в отношении всех его кредиторов и должников, включая обязательства, оспариваемые сторонами, а также порядок определения правопреемства в связи с изменением вида, состава, стоимости имущества, возникновением, изменением, прекращением прав и обязанностей реорганизуемого юридического лица, которые могут произойти после даты, на которую составлен передаточный акт.

В соответствии с п. 5 ст. 60 ГК РФ, если передаточный акт не позволяет определить правопреемника по обязательству юридического лица, а также если из передаточного акта или иных обстоятельств следует, что при реорганизации недобросовестно распределены активы и обязательства реорганизуемых юридических лиц, что привело к существенному нарушению интересов кредиторов, реорганизованное юридическое лицо и созданные в результате реорганизации юридические лица несут солидарную ответственность по такому обязательству.

Согласно п. 6 ст. 15 Федерального закона от 26.12.1995 N 208-ФЗ "Об акционерных обществах", если разделительный баланс или передаточный акт не дает возможности определить правопреемника реорганизованного общества, юридические лица, созданные в результате реорганизации, несут солидарную ответственность по обязательствам реорганизованного общества перед его кредиторами.

В силу п. 1 ст. 1093 ГК РФ в случае реорганизации юридического лица, признанного в установленном порядке ответственным за вред, причиненный жизни или здоровью, обязанность по выплате соответствующих платежей несет его правопреемник. К нему же предъявляются требования о возмещении вреда.

Решением общего собрания акционеров от ДД.ММ.ГГГГ реорганизовано путем выделения и образования новых юридических лиц – которые являются правопреемниками в части, предусмотренной передаточными актами и разделительными балансами.

реорганизовано путем слияния в от ДД.ММ.ГГГГ

ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» внесено в единый государственный реестр юридических лиц ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается выпиской ЕГРЮЛ от ДД.ММ.ГГГГ

В связи с приведением наименования юридического лица в соответствие с нормами ГК РФ и внесением изменений в учредительные документы, ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» переименовано в АО «ОУК «Южкузбассуголь».

В соответствии с п. 1.3 Устава АО «ОУК «Южкузбассуголь», Общество является правопреемником, в том числе, а следовательно и по всем правам и обязанностям последних в соответствии с передаточными актами. /л.д. 56-65/

Поскольку на период реорганизации профзаболевание у истца установлено не было, соответственно, обязательства перед ним на момент реорганизации указанного предприятия еще не возникло, в связи с чем, данные обязательства не могли быть включены в разделительный баланс и соответственно, в передаточный акт.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что работодатель ФИО1 - является правопредшественником АО «ОУК «Южкузбассуголь».

Таким образом, судом установлено, что работодателями ФИО1 - являющимися правопредшественниками АО «ОУК «Южкузбассуголь», не были обеспечены безопасные условия труда, в результате чего здоровью истца был причинён вред, поскольку при исполнении им своих трудовых обязанностей он в течение длительного промежутка рабочего времени находился по вине ответчика под воздействием вредных производственных факторов, которые вызвали профессиональное заболевание и, как следствие, причинили ему моральный вред.

Моральный вред истца выразился в его физических и нравственных страданиях.

Поскольку причиненные истцу повреждения здоровья и связанные с этим физические и нравственные страдания обусловлены виновным ненадлежащим исполнением работодателями возложенных Трудовым кодексом Российской Федерации обязанностей, суд признает материальную обязанность ответчика АО «ОУК «Южкузбассуголь» по заявленному предмету и основанию иска установленной.

Согласно ст. 237 ТК РФ, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1).

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (часть 2).

Согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», в соответствии со статьей 237 названного Кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Аналогичные критерии определения размера компенсации морального вреда содержатся и в пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда».

Из содержания данных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что в случае спора размер компенсации морального вреда определяется судом по указанным выше критериям вне зависимости от размера, установленного соглашением сторон, и вне зависимости от имущественного ущерба, которым в случае трудового увечья или профессионального заболевания является утраченный средний заработок работника.

На основании соглашения о компенсации морального вреда, АО «ОУК «Южкузбассуголь» произвело выплату ФИО1 компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием – в сумме № рублей № копеек. Однако суд, считает, что данная выплата недостаточна для полного возмещения вреда, причиненного истцу. /л.д. 53-55/

Определяя размер компенсации морального вреда в соответствии с требованиями статей 151, 1101 ГК РФ, суд проанализировав медицинское заключение, характер профессионального заболевания, установленного у ФИО1, периодичность лечения, характер физических и нравственных страданий работника, его индивидуальные особенности, учитывая, что истец суд, в соответствии с требованиями разумности и справедливости, с учетом степени вины ответчика, отсутствии вины потерпевшего в развитии профессионального заболевания, с учетом произведенной АО «ОУК «Южкузбассуголь» выплаты истцу, и иных заслуживающих внимание обстоятельств, определяет подлежащую к взысканию компенсацию морального вреда с АО «ОУК «Южкузбассуголь» в размере 350 000 рублей.

Согласно ч. 1 ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В соответствии с ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса.

В связи с рассмотрением гражданского дела истцом понесены судебные расходы по оплате услуг представителя в размере 18 000 рублей, составлению искового заявления в размере 7000 рублей.

В соответствии со ст. 98, 100 ГПК РФ суд, исходя из сложности дела и фактической занятости представителя в процессе, учитывая объем оказанных услуг представителем, количество судебных заседаний, требования разумности и справедливости, полагает возможным взыскать с ответчика в пользу истца судебные расходы по оплате составления искового заявления в размере 7 000 рублей, по оплате услуги представителя в размере 18 000 рублей. Понесенные истцом расходы подтверждены документально, оснований для их снижения суд не усматривает.

В оставшейся части исковые требования ФИО1 удовлетворению не подлежат.

Государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается в соответствующий бюджет с ответчика, если он не освобожден от уплаты государственной пошлины, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований (ч. 1 ст. 103 ГПК РФ, пп. 8 п. 1 ст. 333.20 Налогового кодекса Российской Федерации).

В связи с чем, с АО «ОУК «Южкузбассуголь» подлежит взысканию в доход местного бюджета государственная пошлина в размере 300 рублей.

Руководствуясь ст. ст. 98, 100, 103, 191-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к АО «ОУК «Южкузбассуголь» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в связи с профессиональным заболеванием удовлетворить, частично.

Взыскать с АО «ОУК «Южкузбассуголь» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда, причиненного в связи с профессиональным заболеванием в сумме 350 000 рублей, а также судебные расходы по оплате услуг представителя в сумме 25 000 рублей.

Взыскать с АО «ОУК «Южкузбассуголь» в доход местного бюджета государственную пошлину в сумме 300 рублей.

Решение может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Кемеровский областной суд через Новокузнецкий районный суд в течение месяца с момента составления решения в окончательной форме.

Решение в окончательной форме составлено 20.06.2022 года.

Председательствующий судья А.А. Шлыков