РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
30 июня 2025 года г. Шелехов
Шелеховский городской суд Иркутской области в составе председательствующего судьи Николаевой Л.В., при секретаре Кутузовой А.П., с участием истца ФИО2, ответчика ФИО3, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-1198/2025 по иску ФИО2 к ФИО3, ФИО4 о признании сделки недействительной, прекращении права собственности, возврате имущества
Установил:
В обосновании исковых требований истец указала, что является матерью ответчиков, которые на момент совершения сделки были несовершеннолетними. В <данные изъяты> г. она купила дом в *адрес скрыт*. Во время расторжения брака, т.е. на момент заключения оспариваемого договора дарения. Она находилась в конфликтных отношениях с бывшим супругом, который пригрозил ей разделом совместно нажитого имущества. Считая, что приобретенный дом подлежит разделу при расторжении брака между супругами и, испугавшись, что лишится своего имущества, приняла решение оформить договор дарения на своих несовершеннолетних детей, полагая, что таким образом земельный участок и жилом дом не будут разделены при расторжении брака в связи с передачей своей доли в имуществе детям. По договору дарения она передала в дар ФИО4 ? доли в праве общей долевой собственности на земельный участок и жилой дом по адресу *адрес скрыт*, ФИО5 <данные изъяты> доли в праве общей долевой собственности на земельный участок и жилой дом по адресу *адрес скрыт*. Однако в дальнейшем она осознала, что поступила опрометчиво, т.к. одна из дочерей по решению суда была передана отцу и до настоящего времени проживает с ним по адресу: *адрес скрыт* фактически не приняла в дар долю в имуществе, жилым домом не пользуется, в доме не проживает. Став совершеннолетней, находится под влиянием отца, который убедил ее продать долю в имуществе, о чем направил дочери ФИО6 уведомление. С целью недопущения продажи доли третьим лицам, признает, что данная сделка была притворной и совершена с целью вывода из совместно нажитого имущества супругов. Фактически оспариваемый истцом договор не выражает его действительную волю на утрату права собственности безвозмездно. На основании ст. 170 ГК РФ просит признать договор дарения от *дата скрыта* 2/3 доли земельного участка и 2/3 доли жилого дома ничтожным, применив правила двусторонне реституции: прекратить право собственности ФИО4 ? доли в праве общей долевой собственности на земельный участок и жилой дом по адресу *адрес скрыт*А, ФИО5 1/6 доли в праве общей долевой собственности на земельный участок и жилой дом по адресу *адрес скрыт* возвратить ФИО2 имущество 2/3 доли в праве общей долевой собственности на земельный участок и жилой дом по адресу *адрес скрыт*
В судебном заседании истец требования по иску поддержала, дала пояснения, аналогичные доводам иска. Суду дополнила, что состояла в браке с *дата скрыта* г., от брака имеют двух детей ФИО6 и ФИО4. Семейные отношения прекращены в *дата скрыта* г. От своей матери в порядке наследования она получила в собственность квартиру по адресу *адрес скрыт* 1/3 доли в квартире по адресу *адрес скрыт* (1/3 в указанной квартире принадлежала истцу и 1/3 доли дочери ФИО6 в порядке приватизации). Указанные квартиры были проданы, на вырученные деньги она купила жилой дом и земельный участок по адресу *адрес скрыт* в которых 1/3 доли перешла в собственность дочери ФИО6 (от продажи доли ФИО6 в квартире по адресу *адрес скрыт*) и 2\3 доли перешли в ее собственность. После смерти матери она осталась беззащитной. В период брака совместно нажитым имуществом были два автомобиля. Один автомобиль, оформленный на бывшего супруга, был им продан. Второй автомобиль был оформлен на нее и после расторжения брака остался в ее пользовании. С целью сохранения имущества на жилой и дом и земельный участок, оформила договор дарения на своих несовершеннолетних детей. Однако бывший супруг не успокоился и направил дочери ФИО6 СМС-сообщение с предложением выкупа доли дочери ФИО4, в связи с чем она обратилась в суд с настоящим иском, т.к. хочет оставить жилой дом и земельный участок своим детям.
Ответчик ФИО7 с иском согласна, пояснила, что на момент заключения договора дарения ей было 15 лет и о заключении договора дарения она знала, ее отец также знал об этом. В семье были скандалы, ссоры, вызывали милиции, отец наносил телесные повреждения матери.
Дело рассматривается в отсутствие ответчика ФИО4, извещенной судом заказной корреспонденцией о месте, дате, времени рассмотрения дела. Почтовая корреспонденция возвращена с отметкой - истек срок хранения.
По смыслу п. 1 ст. 165.1 ГК РФ юридически значимое сообщение, адресованное гражданину, должно быть направлено по адресу его регистрации по месту жительства или пребывания либо по адресу, который гражданин указал сам (например, в тексте договора), либо его представителю.
Согласно разъяснениям, содержащимся в пунктах 63, 67, 68 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", судам необходимо учитывать, что гражданин, индивидуальный предприниматель или юридическое лицо несут риск последствий неполучения юридически значимых сообщений, доставленных по адресам, перечисленным в абзацах первом и втором пункта 1 статьи 165.1 ГК РФ, а также риск отсутствия по указанным адресам своего представителя.
Юридически значимое сообщение считается доставленным и в тех случаях, если оно поступило лицу, которому оно направлено, но по обстоятельствам, зависящим от него, не было ему вручено или адресат не ознакомился с ним (пункт 1 статьи 165.1 ГК РФ).
Статья 165.1 ГК РФ подлежит применению также к судебным извещениям и вызовам, если гражданским процессуальным или арбитражным процессуальным законодательством не предусмотрено иное.
Суд, заслушав истца, ответчика ФИО3, исследовав письменные материалы дела, оценив представленные доказательства в совокупности и каждое в отдельности, считает, что исковые требования удовлетворению не подлежат
Судом установлено и материалами дела подтверждено, что *дата скрыта* был расторгнут брак истца с ФИО1. Из текста договора дарения от *дата скрыта* доли ФИО5 установлено, что жилой дом, расположенный по адресу *адрес скрыт* принадлежал истцу на праве собственности на основании договора купли-продажи земельного участка от *дата скрыта* и кадастрового паспорта от *дата скрыта*; земельный участок по тому же адресу принадлежал истцу на основании договора купли-продажи земельного участка от *дата скрыта* По договору дарения от *дата скрыта* истец, действующая за себя и как законный представитель своей несовершеннолетней дочери ФИО5, подарила последней 1/3 долю в праве общей долевой собственности на жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу *адрес скрыт*
Как собственник 2/3 доли на жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу *адрес скрыт* истец *дата скрыта* заключила договор дарения 1/6 доли ФИО5; ? доли ФИО4. При заключении данного договора Истец действовала в интересах своей несовершеннолетней дочери ФИО4 *дата скрыта* г.р. и дала согласие как законный представитель несовершеннолетней дочери ФИО5 *дата скрыта* г.р. на заключение договора дарения своей дочерью ФИО5
Согласно выписки из ЕГРН от *дата скрыта* собственниками жилого дома и земельного участка, расположенные по адресу *адрес скрыт* являются в равных долях ФИО5, ФИО4 (по ? доли каждой)
Правовым основанием для признания договора дарения истцом указаны требования ст. 170 ГК РФ как заключение мнимой и притворной сделки.
Позиция истца основана на том, что она желала вывести жилой дом и земельный участок из раздела имущества супругов, считая данное имущество своей единоличной собственностью.
Согласно пункту 1 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.
В соответствии со статьей 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом (пункт 1).
Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом (пункт 2).
Пунктом 2 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.
В соответствии со статьей 153 Гражданского кодекса Российской Федерации сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.
В пункте 50 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - постановление Пленума N 25) разъяснено, что по смыслу статьи 153 Гражданского кодекса Российской Федерации при решении вопроса о правовой квалификации действий участника (участников) гражданского оборота в качестве сделки для целей применения правил о недействительности сделок следует учитывать, что сделкой является волеизъявление, направленное на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (например, гражданско-правовой договор, выдача доверенности, признание долга, заявление о зачете, односторонний отказ от исполнения обязательства, согласие физического или юридического лица на совершение сделки).
Сделки могут быть двух- или многосторонними (договоры) и односторонними (пункт 1 статьи 154 Гражданского кодекса Российской Федерации).
По договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом (пункт 1 статьи 572 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Согласно пункту 1 статьи 130 Гражданского кодекса Российской Федерации к недвижимым вещам (недвижимое имущество, недвижимость) относятся земельные участки, участки недр и все, что прочно связано с землей, то есть объекты, перемещение которых без несоразмерного ущерба их назначению невозможно, в том числе - здания, сооружения, объекты незавершенного строительства.
В пункте 38 постановления Пленума N 25 разъяснено, что вещь является недвижимой либо в силу своих природных свойств (абзац первый пункта 1 статьи 130 Гражданского кодекса Российской Федерации), либо в силу прямого указания закона, что такой объект подчинен режиму недвижимых вещей (абзац второй пункта 1 статьи 130 Гражданского кодекса Российской Федерации).
По смыслу статьи 131 Гражданского кодекса Российской Федерации закон в целях обеспечения стабильности гражданского оборота устанавливает необходимость государственной регистрации права собственности и других вещных прав на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение.
Согласно статье 223 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности у приобретателя вещи по договору возникает с момента ее передачи, если иное не предусмотрено законом или договором (пункт 1).
В случаях, когда отчуждение имущества подлежит государственной регистрации, право собственности у приобретателя возникает с момента такой регистрации, если иное не установлено законом (пункт 2).
Статьей 8.1 Гражданского кодекса Российской Федерации также предусмотрено, что в случаях, предусмотренных законом, права, закрепляющие принадлежность объекта гражданских прав определенному лицу, ограничения таких прав и обременения имущества (права на имущество) подлежат государственной регистрации (пункт 1).
Права на имущество, подлежащие государственной регистрации, возникают, изменяются и прекращаются с момента внесения соответствующей записи в государственный реестр, если иное не установлено законом (пункт 2).
Как разъяснено в пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 22 от 29 апреля 2010 г. "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", в силу пункта 2 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации права на имущество, подлежащие государственной регистрации, возникают с момента регистрации соответствующих прав на него, если иное не установлено законом.
Согласно ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).
Согласно ч. 1 ст. 170 ГК РФ мнимой является сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия.
Мнимость или притворность сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их главным действительным намерением. При этом сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но при этом стремятся создать не реальные правовые последствия, а их видимость. Поэтому факт такого расхождения волеизъявления с действительной волей сторон устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность их намерений.
Сложившаяся судебная практика исходит из того, что намерения одного участника заключить мнимый договор недостаточно для вывода о ничтожности сделки на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ. Данная норма подлежит применению при установлении порока воли всех сторон договора.
Бремя доказывания наличия пороков воли сторон договора и, соответственно, ее ничтожности возлагается на лицо, заявившее о таких пороках.
Следовательно, в силу действующего правового регулирования притворная сделка направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки.
В судебном заседании установлено, что несовершеннолетняя ФИО5 лично подписала договор дарения, никаких доказательств ее пороков воли суду не представлено.
Однако по настоящему делу установлена реальность намерений сторон договора на дарение квартиры, которая подтверждена заключением соответствующего договора между сторонами сделки, не содержащего никаких условий о встречных обязательствах одаряемого при получении в дар от матери принадлежащей ей квартиры, а также последующей регистрацией права собственности на квартиру за детьми.
Суд не может согласиться с доводами истца, что ФИО4 в спорном жилом доме не проживала и в дар свою долю не принимала. Данные доводы опровергаются показаниями истца, данными ею в ходе судебного разбирательства и пояснившей, что дочь ФИО4 стала проживать с отцом 9 лет назад, т.е. <данные изъяты>., тогда как договор дарения составлен в <данные изъяты> г. В соответствии со статьей 20 п.2 Гражданского кодекса РФ местом жительства несовершеннолетних, не достигших 14 лет, признается место жительства их законных представителей. В исковом заявлении истец указала, что дочь ФИО4 передана отцу по решению суда и до настоящего времени проживает с отцом. На момент определения места жительства с отцом несовершеннолетней было 10 лет и она самостоятельно не могла определять место своего жительства. Сам по себе тот факт, что после достижения совершеннолетнего возраста ФИО4 не проживает в спорном жилом доме о притворности договора дарения дома по мотиву прикрытия этой сделкой вывода имущества из режима совместной собственности супругов, не свидетельствует.
Применительно к положениям пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, с учетом разъяснений постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", изложенных в пункте 87, все стороны притворной сделки должны преследовать общую цель и достичь соглашения по всем существенным условиям той сделки, которую прикрывает юридически оформленная сделка.
Согласно статье 431 Гражданского кодекса Российской Федерации при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.
Из пункта 1 договора дарения усматривается, что истец подарила несовершеннолетним детям ФИО4, ФИО5 принадлежащую истцу 2/3 доли в праве общей долевой собственности на жилой дом и земельный участок, а одаряемые эти доли приняли.
Заключенный между сторонами договор дарения содержит все необходимые существенные условия для данного вида договоров, имущество фактически принято ответчиками, право собственности ответчиков на имущество зарегистрировано в установленном законом порядке. Указанное имущество передано истцом безвозмездно.
Следовательно, условия сделки соответствуют действительным намерениям сторон. Совершение сделки по дарению спорного имущества между близкими родственниками на ее недействительность не указывает.
Сам по себе возраст одаряемых на момент совершения сделки не препятствует ее заключению.
Кроме того, действия истца указывают на то, что ее воля была направлена на передачу в дар нажитого имущества своим детям, доли были определены таким образом, чтобы с учетом собственной доли ФИО3, доли детей стали равными.
Оплата налога на имущество истцом производится до настоящего времени в отношении обоих ответчиков и не свидетельствует о пороке воли ответчика ФИО4 Доводы истца о выводе имущества из совместной собственности супругов, наличии требований ФИО1 о разделе совместно нажитого имущества являются голословными, не подтвержденными никакими доказательствами по делу.
То обстоятельство, что по истечении длительного времени после заключения договора дарения от ФИО1 поступило уведомление о продаже доли ФИО4 и поступившее предложение о ее выкупе, не может служить основанием для признания данного договора недействительным по смыслу пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации. При этом данное уведомление не имеет никакой юридической силы, т.к. ФИО1 собственником спорного имущества не является.
Согласно пункту 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.
В пункте 87 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что притворной является такая сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом. В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки.
Таким образом, в предмет доказывания по требованиям о признании притворной сделки недействительной входят факт заключения сделки, действительное волеизъявление сторон на совершение прикрываемой сделки, обстоятельства заключения договора и несоответствие волеизъявления сторон их действиям.
Исходя из позиции истца о ее желании вывести спорное имущество из режима совестной собственности супругов не свидетельствует о прикрываемой сделке, т.к. раздел имущества супругов не является сделкой.
Если истец, заключая договор дарения и подписывая его за несовершеннолетнюю ФИО4 и давая согласие на подписание договора дарения несовершеннолетней дочерью ФИО6 не имела намерений передать в дар детям спорное имущество, фактически свидетельствует о злоупотреблении ею своим правом как законного представителя несовершеннолетних детей, действовала не в их интересах, а преследуя только свой собственный интерес.
По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.
Правовой результат по договору дарения сторонами достигнут, право собственности на объекты недвижимости перешло к ответчикам, необходимость фактического проживания одаряемого в переданном по договору недвижимом имуществе не предусмотрена законом, как условие действительности договора дарения, факт передачи имущества от дарителя к одаряемым и принятия имущества последним подтверждается подписанием договора дарения (п. 1, дар одаряемыми принят).
Истцом не представлено суду убедительных и достоверных доказательств, свидетельствующих о несовпадении волеизъявления сторон по договору с их действительными намерениями при заключении договора купли-продажи.
Оценивая позицию ответчика ФИО3, признавшей исковые требования, суд исходит из нижеследующего.
В соответствии с частью 2 статьи 39 ГПК РФ суд не принимает признание иска ответчиком, если это противоречит закону или нарушает права и законные интересы других лиц.
Принимая во внимание, что иск предъявлен к двум ответчикам, то признание иска одним из них, будет нарушать права ответчика ФИО4, которая свою позицию по иску суду не представляла.
При таких обстоятельствах. Суд не может принять признание иска ответчиком ФИО3
Суд, оценив доказательства по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации - по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, с учетом их относимости, допустимости, достоверности, как в отношении каждого доказательства в отдельности, а также достаточности и взаимной связи - в их совокупности, приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для признания договора дарения недействительным.
Исковые требования о применении правил двусторонней реституции, прекращении права собственности одаряемых, возврате имущества истцу производны от первоначальных требований о признании сделки недействительной. В связи с отказом в признании сделки недействительной, данные требования удовлетворению не подлежат.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ,
решил:
В исковых требованиях ФИО2 к ФИО3, ФИО4 о признании договора дарения от *дата скрыта* 2\3 доли жилого дома и земельного участка, расположенные по адресу *адрес скрыт* недействительным, прекращении права собственности, возврате имущества отказать.
Решение может быть обжаловано в Иркутский областной суд через Шелеховский городской суд Иркутской области в течение одного месяца со дня составления мотивированного текста решения, которое будет изготовлено 14.07.2025 г.
Судья Л.В. Николаева
Мотивированный текст решения суда изготовлен 14 июля 2025 г.