УИД03RS0005-01-2022-011983-87
дело № 2-3210/2023
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
12 июля 2023г. город Уфа
Октябрьский районный суд г.Уфы Республики Башкортостан в составе: председательствующего судьи Проскуряковой Ю.В.,
при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Тупиковой К.К.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 о признании договора недействительным, взыскании уплаченной суммы по недействительной сделке,
УСТАНОВИЛ:
ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2 о признании недействительным договора дарения от 23.06.2015 г. квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, применении последствий недействительности сделки.
В обосновании заявленных требований указано, что истец являлся собственником квартиры, расположенной по адресу: <адрес> на основании договора долевого участия от 17.06.2013. Стороны зарегистрировали брак ДД.ММ.ГГГГ
23.06.2015 года между истцом и ответчиком заключен договор дарения спорной квартиры. Полагает, что договор является недействительным, в момент его заключения истец находился в стрессовом состоянии, так как ответчик настраивала против него сына, препятствовала общению, периодически выгоняла из квартиры, то есть вынуждала его подарить ей квартиру. Когда истец предложил оформить дарение квартиры на сына, ответчик возразила, и он решил, что сын все равно станет наследником ФИО2, у которой других детей нет, и в последующем будет жить в спорной квартире. После подписания договора дарения ответчик выставила истца из квартиры, куда он не стал возвращаться, надеясь, что в квартире будет жить сын. После трагическорй гибели сына истец понял, что совершил ошибку, подарив квартиру ответчику.
В уточненном иске истец указал, что после подачи иска ответчик продала спорную квартиру. Ссылаясь на ст.167 ГК РФ просит применить последствия недействительности сделки, взыскав с ответчика сумму от продажи квартиры 5 000 000 руб.
В судебном заседании истец ФИО1, его представитель ФИО3 уточненные требования поддержали, просили их удовлетворить. Срок исковой давности полагают не пропущенным, так как о своем нарушенном праве истец узнал после смерти сына.
Ответчик ФИО2, ее представители Войцех А.М., ФИО4 в судебном заседании иск не признали по доводам, изложенным в отзыве, заявили о пропуске срока исковой давности.
Представитель третьего лица ПАО "Сбербанк России" в лице филиала Уральский банк ПАО Сбербанк ПАО "Сбербанк России", третье лицо ФИО5 в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом о месте и времени судебного заседания. От ФИО5 поступило ходатайство о рассмотрении дела в его отсутствии, ранее в судебном заседании он пояснил, что приобрел спорный объект недвижимости у ФИО2 с использованием кредитных средств, полученных в ПАО «Сбербанк».
Выслушав стороны, проанализировав имеющиеся в деле доказательства в их совокупности и взаимосвязи, суд приходит к следующему.
На основании ст.1 ГК РФ граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора. При установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.
В силу п.1 ст.9 ГК РФ граждане по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.
Согласно п.2 ст.218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственник, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.
Согласно ст.572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.
В силу ч. 1 ст. 167 ГК РФ, недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно. За исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (ст.168 ГК РФ).
В силу ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.
В соответствии со ст.179 ГК РФ, сделка, совершенная под влиянием насилия или угрозы, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.
В соответствии со ст.178 ГК РФ, сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.
При наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если: 1) сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.; 2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные; 3) сторона заблуждается в отношении природы сделки; 4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой; 5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.
Если сделка признана недействительной как совершенная под влиянием заблуждения, к ней применяются правила, предусмотренные статьей 167 настоящего Кодекса.
Сторона, по иску которой сделка признана недействительной, обязана возместить другой стороне причиненный ей вследствие этого реальный ущерб, за исключением случаев, когда другая сторона знала или должна была знать о наличии заблуждения, в том числе, если заблуждение возникло вследствие зависящих от нее обстоятельств.
Сторона, по иску которой сделка признана недействительной, вправе требовать от другой стороны возмещения причиненных ей убытков, если докажет, что заблуждение возникло вследствие обстоятельств, за которые отвечает другая сторона.
Как следует из материалов дела и установлено судом, истец ФИО1 являлся собственником квартиры, расположенной по адресу: <адрес> с 22.08.2014. Право собственности возникло на основании договора уступки права требования от 17.06.2013 к договору долевого участия в строительстве от 5.09.2012.
Между ФИО1 и ФИО2 зарегистрирован брак ДД.ММ.ГГГГ.
В соответствии со ст.34 СК РФ имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью.
Таким образом, спорная квартира являлась личной собственностью истца, которой он был вправе распорядиться по своему усмотрению.
На основании договора дарения квартиры от 23.06.2015 года, заключенного между истцом и ответчиком, собственником указанной квартиры стала ФИО2
Пунктом 7 договора дарения, заключенного между сторонами, предусмотрено, что договор считается заключенным с момента его подписания сторонами. После государственной регистрации перехода права собственности одаряемый становится собственником квартиры, расположенной по адресу: <адрес>.
Переход права собственности на ответчика в отношении спорной квартиры по договору дарения зарегистрирован в Управлении Росреестра по РБ 13.07.2015 года.
В материалы дела ответчиком представлено соглашение о разделе имущества супругов от 11.03.2015, подписанное сторонами, согласно которому они договорились разделить нажитое в период брака имущество, а именно квартиру по адресу: <адрес> которая будет являться исключительно собственностью ФИО2
Данное соглашение каких-либо правовых последствий не порождает, поскольку оно государственную регистрацию не прошло. Его содержание не опровергает установленного судом факта, что спорная квартира совместной собственностью супругов не являлась, поскольку приобретена истцом до брака. Ответчик ходатайствовала о приобщении указанного соглашения к материалам дела, в подтверждении того, что даже после того, как они перестали совместно проживать с супругом из-за того, что у ФИО1 появилась новая семья, у них были хорошие взаимоотношения и они пришли к обоюдному согласию, что ФИО1 подарит ей эту квартиру с целью обеспечения ее жильем как и обещал раньше.
Истец полагает договор дарения недействительным, указывая в исковом заявлении, что при его заключении находился в стрессовом состоянии, так как ответчик настраивала против него сына, периодически выгоняла из квартиры. При этом исковые требования истец основывал на вышеприведенных положениях ст. 177 ГК РФ.
Вместе с тем суду не представлено доказательств, подтверждающих, что ФИО1 находился в момент совершения сделки в таком состоянии, что не был способен понимать значение своих действий или руководить ими; неприязненные отношения супругов на тот момент о таковом не свидетельствует. Допрошенные судом 16 мая 2023 года свидетели не привели каких-либо обстоятельств, подтверждающих невозможность истца на тот момент понимать значение своих действий.
Свидетель ФИО6 пояснила, что сын истца и ответчика приходился ей зятем. Между сыном и отцом всегда были хорошие отношения, ответчик никогда не настраивала сына против отца.
Свидетель ФИО7 пояснила, что ответчик ее родная сестра. Сначала Гулам и Гульнара жили в общежитии, потом в сьемной квартире, затем купили квартиру на <адрес> там не жили никогда, делали ремонт, покупали мебель по вкусу сестры. Разногласий между ними не было, после дарения квартиры они также продолжали общаться. До заключения договора дарения в 2012 году у Гулама появилась вторая семья, сестра знала его вторую жену, она не препятствовала. Гулам всегда обещал подарить квартиру Гульнаре, как старшей жене, он сестре подарил квартиру, а второй жене купил дом.
Свидетель ФИО8 пояснила, что является коллегой ответчика, ей знаком и истец. О конфликтах между ними Гульнара никогда не рассказывала, были хорошие взаимоотношения. Известно, что Гулам подарил квартиру Гульнаре.
Приведенный истцом довод о том, что он рассчитывал, что подаренная ответчику квартира по наследству достанется их сыну, который впоследствии умер, не свидетельствует о наличии заблуждения относительно природы сделки дарения, лица, с которым он вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой, относительно обстоятельства, которое упоминается в волеизъявлении дарителя.
Применительно к положениям статьи 56 ГПК РФ именно истец, обратившийся в суд с требованиями о признании сделки недействительной, обязан представить суду соответствующие доказательства, в данном случае - доказательства заключения сделки под влиянием угрозы, давления, заблуждения, а также нахождения на момент заключения сделки в состоянии, при котором не понимал значение своих действий.
Анализируя вышеуказанный договор, судом установлено, что договор дарения спорной квартиры оформлен в виде письменного документа и подписан непосредственно сторонами, содержит все существенные для соответствующего вида сделок условия, соответствует установленным законом требованиям его заключения, а потому соответствует требованиям действующего законодательства. При этом между сторонами было достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора, о чем свидетельствуют их подписи в договоре.
Обращение в регистрационный орган, подписанное истцом, как стороной договора дарения, подача в орган государственной регистрации заявления о регистрации перехода права собственности свидетельствуют о совершении ФИО1 ряда последовательных и целенаправленных действий по отчуждению квартиры на условиях договора дарения.
Кроме того, суд учитывает, что ФИО1, лично подписывая договор дарения, находился в состоянии полной дееспособности, ни на какие заболевания, либо плохое самочувствие не жаловался, хорошо понимал какой именно договор подписывает, что истцом не оспаривается.
Соответственно смысл, суть, значение, юридические последствия сделки дарения истцу были понятны и соответствовали его намерениям. Доказательств обратного суду не представлено.
Доказательств, подтверждающих факт того, что истец заблуждался относительно природы сделки, а именно: относительно совокупности свойств сделки, характеризующих ее сущность, а также доказательств отсутствия его воли на совершение сделки дарения, либо того, что воля сформировалась под влиянием факторов, нарушающих нормальный процесс такого формирования, не представлено.
С учетом вышеуказанных норм права, а также положений ст. ст. 158, 160, 163, 422, 434 ГК РФ, сомнений в действительности данной сделки у суда не возникает.
Доводы истца о том, что взамен подаренной квартиры ответчик обещала ему комнату, сами по себе не свидетельствуют о том, что воля ФИО9 при дарении недвижимого имущества ответчику была деформирована введением его в заблуждение, обманом, либо стечением тяжелых обстоятельств, которыми воспользовалась другая сторона сделки. Намерений сторон прикрыть дарением договор мены судом не установлено.
Каких-либо злоупотреблений со стороны ответчика при совершении сделки дарения не установлено.
Кроме того, как следует из материалов дела, именно ответчик была зарегистрирована в спорной квартире, проживала в ней, то есть ФИО2 вступила во владение подаренным имуществом, переход права собственности от истца к ответчику состоялся как юридически, так и фактически.
Ответчик реализовала свое право собственника на распоряжение принадлежащим ей имуществом – 26.09.2022 ФИО2 продала спорную квартиру ФИО5, переход права собственности прошел государственную регистрацию, что подтверждается выпиской из ЕГРН. Данные обстоятельства также не являются основанием для признания договора дарения недействительным.
Таким образом, судом не установлено каких-либо обстоятельств, свидетельствующих о недействительности спорной сделки.
В соответствии со ст.167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.
В связи с отчуждением спорного имущества иному лицу, истцом выбран способ применения последствий недействительности сделки в виде взыскания суммы, уплаченной ответчику при отчуждении спорного имущества.
Ответчиком заявлено о применении пропуска срока исковой давности.
В силу ч.2 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применения последствий её недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка, либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.
Истец полагает, что срок исковой давности следует исчислять с момента смерти сына сторон ФИО10 – ДД.ММ.ГГГГ. С данной позицией суд согласиться не может. Время смерти ФИО10 могло иметь юридическое значение при определении начала течения срока исковой давности только в случае, если бы он являлся лицом, связанным со сделкой, чего в данном случае не установлено. Предположение истца о возможном наследовании сыном спорной квартиры от своей матери является лишь одним из возможных вариантов распоряжения данным имуществом его собственником – ответчицей ФИО2, которая при жизни могла произвести отчуждение предмета дарения любому иному лицу, а не ФИО10
Поскольку судом не установлены факты насилия или угрозы со стороны ответчика, а также иные обстоятельства, влекущие недействительность сделки, имевшие место в течение года до подачи настоящего иска в суд – 13.12.2022- следует признать, что срок исковой давности для признании оспоримой сделки от 23.06.2015 недействительной и применения последствий её недействительности истцом пропущен, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении иска.
Учитывая отсутствие оснований для признания спорного договора недействительным, а также пропуск срока исковой давности, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении требований ФИО1 о признании договора дарения квартиры недействительным, применении последствий недействительности сделки в виде взыскания суммы, уплаченной при отчуждении спорного предмета оспариваемой сделки.
Руководствуясь ст.ст.194 – 198 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 о признании договора недействительным, взыскании уплаченной суммы по недействительной сделке – отказать.
Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Башкортостан в течение месяца через Октябрьский районный суд г. Уфы Республики Башкортостан с момента вынесения решения в окончательной форме.
Судья Ю.В. Проскурякова
Решение в окончательной форме изготовлено 19.07.2023 г.