Дело № 2-3088/2022
РЕШЕНИЕ
именем Российской Федерации
29 ноября 2022 года г. Липецк
Октябрьский районный суд г. Липецка в составе председательствующего судьи Курдюкова Р.В., при секретаре Плугаревой Т.Ю.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о возмещении материального ущерба, причиненного преступлением,
УСТАНОВИЛ:
ФИО1 обратился с иском к ФИО2 о возмещении материального ущерба, причиненного преступлением.
В обоснование исковых требований ссылался на то, что его деду ФИО4, умершему (дата), принадлежал на праве собственности жилой дом, площадью 53,2 кв.м., расположенный по адресу: <адрес>. После его смерти открылось наследство, состоящее из жилого дома, указанный выше. Наследником первой очереди после его смерти являлась его мать, ФИО5 Она надлежащим образом вступила в наследство после его смерти. В мае 2004 года в дом приехали неизвестные люди и предъявили договор купли-продажи, подписанный дедом и предложили его матери ФИО5 в добровольном порядке его покинуть. В феврале 2019 года она обратилась в полицию с заявлением по факту неправомерного завладения жилым домом ее отца. В ходе проведения проверки установлено, что после смерти его деда ФИО6 обратился к нотариусу нотариального округа г.Липецка, которым была удостоверена доверенность на продажу жилого дома, согласно которой ФИО4 уполномочивает ФИО6, продать принадлежащий ему жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: <адрес>. ФИО6, действуя по незаконной доверенности, продал дом своей жене ФИО2 В свою очередь ФИО2, спустя 4 месяца владения, продала данный жилой дом ФИО7 за 71461 рублей, что ниже реальной стоимости указанного имущества. Установлено совершение им преступления, предусмотренного ч.2 ст.159 УК РФ. По результатам проверки 24.01.2020 г. было вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела в связи с истечением сроков давности привлечения к уголовной ответственности. К тому же ФИО6 09.04.2012 года умер, что исключает его привлечение к уголовной ответственности. 09.03.2021 года ФИО5 умерла, ее единственным наследником является он. В связи с чем просит взыскать с ответчика ФИО2 в свою пользу стоимость жилого дома и земельного участка, которые он оценивает в сумме 3 500 000 руб.
В ходе рассмотрения данного дела истец в порядке статьи 39 ГПК РФ требования уточнил, просил взыскать с ФИО2 денежные средств в размере кадастровой стоимости дома и земельного участка в сумме 1 885 563,45 руб. К участию в данном деле в качестве соответчика судом привлечена ФИО3, в качестве третьих лиц – ФИО8, ФИО9, ФИО10
В судебном заседании истец ФИО1 требования поддержал, ссылаясь на доводы искового заявления.
Третьи лица - ФИО8, ФИО10 в судебном заседании полагали требования истца обоснованными и подлежащими удовлетворению.
Ответчики ФИО2, ФИО3 в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом.
Представитель ответчиков по ордеру – адвокат Ланин Д.В. в судебном заседании против удовлетворения исковых требований возражал, ссылаясь на то, что уголовное дело по факту действий ФИО6 не возбуждалось, его вина в установленном порядке не установлена, ФИО5, либо истец ФИО1 потерпевшими по уголовному делу не признавались, следовательно, оснований для возмещения ущерба, причиненного преступлением, в данном случае не имеется. Также просил применить срок исковой давности.
ФИО9 в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом.
Выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.
Пунктом 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.
В соответствии со статьей 1064 данного кодекса вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.
Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда (пункт 1). Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (пункт 2).
Таким образом, обязанность возместить причиненный вред как мера гражданско-правовой ответственности применяется к причинителю вреда при наличии состава правонарушения, включающего наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступлением вреда, а также его вину.
Согласно пункту 1 статьи 1175 Гражданского кодекса Российской Федерации наследники, принявшие наследство, отвечают по долгам наследодателя солидарно (статья 323). Каждый из наследников отвечает по долгам наследодателя в пределах стоимости перешедшего к нему наследственного имущества.
В силу статьи 1110 Гражданского кодекса Российской Федерации при наследовании имущество умершего (наследство, наследственное имущество) переходит к другим лицам в порядке универсального правопреемства, то есть в неизменном виде как единое целое и в один и тот же момент, если из правил настоящего Кодекса не следует иное.
В состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.
Не входят в состав наследства права и обязанности, неразрывно связанные с личностью наследодателя, в частности право на алименты, право на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, а также права и обязанности, переход которых в порядке наследования не допускается настоящим Кодексом или другими законами.
Для приобретения наследства наследник должен его принять. Принятие наследником части наследства означает принятие всего причитающегося ему наследства, в чем бы оно ни заключалось и где бы оно ни находилось (ст.1152 ГК РФ).
Принятие наследства осуществляется подачей по месту открытия наследства нотариусу или уполномоченному в соответствии с законом выдавать свидетельства о праве на наследство должностному лицу заявления наследника о принятии наследства либо заявления наследника о выдаче свидетельства о праве на наследство. Признается, пока не доказано иное, что наследник принял наследство, если он в течение шести месяцев с момента смерти наследодателя совершил действия, свидетельствующие о фактическом принятии наследства (ст.ст.1153, 1154 ГК РФ).
Судом установлено, что истец ФИО1 является сыном ФИО5, умершей (дата). Третьи лица – ФИО9, ФИО8, ФИО10 являются супругом, дочерью и матерью ФИО5 Наследственное дело после смерти ФИО5 не открывалось.
Решением Лебедянского районного суда Липецкой области от 29.05.2020 года ФИО5 отказано в удовлетворении исковых требований к ФИО2, ФИО7, администрации Лебедянского муниципального района Липецкой области о признании недействительными договоров купли-продажи жилого дома от 19.08.2004 года, от 17.12.2004 года, признании недействительным и отмене постановления главы администрации Лебедянского муниципального района от 03.02.2009 года №62, признании недействительным договора купли-продажи земельного участка №4 от 10.02.2009 года, прекращении права собственности ФИО7 на жилой дом, признании права собственности на жилой дом в порядке наследования.
Апелляционным определением Липецкого областного суда от 17.08.2020 года данное решение оставлено без изменения, апелляционная жалоба ФИО5 – без удовлетворения.
Из данных судебных решений следует, что ФИО4 принадлежал на праве собственности жилой дом №, площадью 53,4 кв.м, расположенный по <адрес> на основании завещания его матери ФИО11, удостоверенного государственным нотариусом ФИО12, что подтверждается копией свидетельства о праве на наследство по завещанию серии <адрес> от 17 декабря 2003 года. Из копии технического паспорта Лебедянского БТИ по состоянию на 14 декабря 2004 года следует, что общая площадь жилого дома, расположенного по адресу <адрес>, составляет 53,4 кв.м. Правообладателем указанного объекта недвижимости указана ФИО2 на основании договора купли-продажи от 19 августа 2004 года.
ФИО5 (ранее ФИО13, ФИО14) является дочерью ФИО4, умершего (дата).
Из копии домовой книги для прописки граждан, проживающих в <адрес>, следует, что истец Двуреченская (ФИО14, ФИО13) Н.А. была зарегистрирована по вышеуказанному адресу с 26 декабря 2003 года по 26 июля 2004 года.
Из постановления нотариуса нотариального округа Лебедянского района Липецкой области ФИО15 от 01 марта 2019 года № 217 следует, что ФИО5 отказано в совершении нотариального действия - выдаче свидетельства о праве на наследство по закону на жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу <адрес>, в связи с отсутствием доказательств, свидетельствующих о фактическом принятии наследства ФИО5 после смерти её отца ФИО4 (дата), в установленный законом срок.
Из ответа на запрос суда нотариуса нотариального округа Лебедянского района Липецкой области ФИО15 от 31 декабря 2019 года № 2195 следует, что наследственное дело к имуществу умершего (дата) ФИО4, не заводилось.
19 августа 2004 года между ФИО6, действующим от имени ФИО4 по доверенности от 06 мая 2004 года, и ФИО2 был заключен договор купли - продажи, согласно которому ФИО6, действуя от имени ФИО4, продал ФИО2 жилой дом, общей площадью 53,2 кв.м., расположенный на земельном участке, площадью 2 921,2 кв.м, находящийся по адресу: <адрес>, за 71 461 руб.
Согласно копии технического паспорта ОГУП «Липецкоблтехинвентаризация» ФИО16 филиал по состоянию на 14 декабря 2004 года общая площадь жилого дома, положенного по адресу <адрес>, составляет 53,2 кв.м. Правообладателем указана ФИО2 на основании свидетельства о государственной регистрации права № от (дата).
17 декабря 2004 года между ФИО2 и ФИО7 был заключен договор купли-продажи, согласно которому ФИО17 продала ФИО7 жилой дом, общей площадью 53,2 кв.м, расположенный на земельном участке, площадью 2921,2 кв.м., находящийся по адресу: <адрес>, за 71 461 руб. Из п.2 договора видно, что указанный жилой дом принадлежит ФИО17 на основании договора купли-продажи от 19 августа 2004 года.
Из копии технического паспорта ОГУП «Липецкоблтехинвентаризация» ФИО16 филиал по состоянию на 08 февраля 2019 года, следует, что общая площадь жилого дома, расположенного по адресу: <адрес>, составляет 104,3 кв.м, в доме произведена реконструкция, разрешение на которую не предъявлено. Правообладателем указана ФИО7 на основании свидетельства о государственной регистрации права № от (дата).
Из постановления главы администрации Лебедянского района Липецкой области от 03 февраля 2009 года № 62 «О предоставлении в собственность земельного участка Пятиной» следует, что ФИО7 предоставлен земельный участок, площадью 2 921 кв.м из категории земель населенных пунктов с кадастровым номером 48:11:0470132:7 для индивидуального домовладения, расположенного по адресу: <адрес> границах, указанных в кадастровом паспорте земельного участка.
Согласно договору купли-продажи земельного участка № от 10 февраля 2009 года, заключенному между администрацией Лебедянского района Липецкой области и ФИО7, ФИО7 купила, приняла и оплатила земельный участок, площадью 2921 кв.м, с кадастровым номером 48:11:0470132:7 для индивидуального домовладения, расположенного по адресу: <адрес>, для индивидуального домовладения за 4 890 рублей 09 копеек.
В феврале 2019 года истец обратилась в органы полиции с заявлением по факту неправомерного завладения третьими лицами спорным домом.
Постановлением старшего УУП МО МВД России «ФИО16» ФИО18 от 20 июня 2019 года отказано в возбуждении уголовного дела по сообщению о совершении вступления, предусмотренного статьей 159 УК РФ в связи с отсутствием события преступления. Постановлением следователя по особо важным делам СО по Октябрьскому району г. Липецка СК РФ по Липецкой области от 18 июля 2019 года по сообщению о халатных действиях нотариуса нотариального округа г. Липецка ФИО19 отказано в возбуждении уголовного дела в отношении нотариуса ФИО19 на основании п.2 ч.1 статьи 24 УПК РФ в связи с отсутствием в её действиях состава преступления, предусмотренного статьей 293 УК РФ. Опросить по существу проверки ФИО6 не представилось возможным в связи с его смертью 08 марта 2012 года.
Из решения суда первой инстанции и определения судебной коллегии Липецкого областного суда следует, что о наличии договора купли-продажи дома ФИО5 стало известно в мае 2004 года. У нее не имелось оснований сомневаться в подлинности предъявленного ей договора купли-продажи. С иском ФИО5 обратилась в суд лишь 17 декабря 2019 года, при этом каких-либо отвечающих требованиям относимости и допустимости доказательств уважительности причин пропуска срока исковой давности для оспаривания названного договора купли-продажи спорного жилого дома ни суду первой инстанции, ни суду апелляционной инстанции не представила, и, как следует из материалов дела, в течение практически 15 лет с 2004 года она не предпринимала каких-либо действий по оспариванию указанного договора купли-продажи. С заявлением о вступлении в права наследования истец в нотариальный орган обратилась лишь в 2019 году.
Также в апелляционном определении указано, что ФИО5 и ее несовершеннолетние дети на момент смерти ФИО4 фактически по адресу расположения спорного жилого дома в г. Лебедяни не проживали, а проживали в г.Липецке. Доказательств того, что ФИО5 в установленный законом шестимесячный срок фактически вступила в права наследования спорным объектом недвижимого имущества, суду не представила. Эти утверждения истца объективно какими-либо доказательствами не подтверждены.
Согласно статье 61 Гражданского процессуального кодекса РФ установленные указанными судебными решениями обстоятельства оспариванию не подлежат.
Из постановления об отказе в возбуждении уголовного дела старшего УУП МО МВД России «ФИО16» ФИО18 от 24.01.2020 года следует, что 14.01.2020 года в МОМВД России «ФИО16» из ОП № 3 УМВД России по Липецкой области, поступил проверочный материал по заявлению ФИО5 по факту неправомерного завладения домом №, расположенного по <адрес>, принадлежащим ее умершему отцу, ФИО4 В ходе проведенной проверки установлено, что ФИО6, в целях приобретения права на чужое имущество, путем обмана, выдав подставное лицо за ФИО4, предоставив ему паспорт на имя ФИО4, у нотариуса нотариального округа г. Липецка, ФИО19 6 мая 2004 года оформил доверенность <адрес> на свое имя на продажу <адрес>. На основании вышеуказанной доверенности 19.08.2004 года в г. Лебедяни у нотариуса ФИО20 удостоверил договор о продаже за 71 461 руб. вышеуказанного жилого дом своей жене ФИО2 (дата) ФИО2 в Лебедянском филиале «Учреждения юстиции по государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним на территории <адрес>» получила свидетельство о регистрации права за номером <адрес> и 17.12.2004 года продала данный жилой дом ФИО7 Таким образом, ФИО6 в целях приобретения права на чужое имущество, путем обмана, выдав подставное лицо за ФИО4 (умершего (дата)) при совершении нотариальных действий, 6 мая 2004 года незаконно получил доверенность на продажу <адрес>. После чего, имея незаконно полученную доверенность от имени ФИО4 продал дом своей жене. Указано, что ФИО6 совершил преступление, предусмотренное ч.2 ст.159 УК РФ, мошенничество, то есть приобретение права на чужое имущество путем обмана, совершенное с причинением значительного ущерба гражданину. В связи с тем, что срок давности привлечения к уголовной ответственности ФИО6 истек 19.08.2010 года, кроме того, ФИО6 умер (дата), в возбуждении уголовного дела по данному факту отказано по п.3, ч.1, ст.24 УПК РФ. Также в отношении ФИО6 отказано в возбуждении уголовного дела по ч.2 ст.325 УК РФ по факту хищения паспорта ФИО4 (по основаниям п.2 ч.1 ст. 24 УПК РФ – в связи с отсутствием в его действиях состава преступления).
Как следует из указанного выше постановления, вывод о совершении ФИО6 преступления сделан на основании того, что 06.05.2004 года ФИО4 не мог уполномочить ФИО6 на совершение действий по продаже дома, поскольку умер (дата), а также на основании пояснений ФИО5, ФИО10, ФИО2, ФИО7, письменных материалов.
Из постановления об отказе в возбуждении уголовного дела следователя по особо важным делам следственного отдела по Октябрьскому округу г.Липецка СУ СК РФ по Липецкой области от 18.07.2019 года следует, что в рамках проведения проверки была опрошена нотариус ФИО19, которая пояснила, что при совершении нотариального действия присутствовало лицо, которое представилось ФИО4 и прошло процедуру удостоверения личности, сомнений в том, что присутствует иное лицо у нее не возникло.
Согласно материалам наследственного дела, открытого после смерти ФИО6, наследниками, принявшими наследство, являются: супруга - ФИО2, дочь - ФИО3, наследство состоит из ? доли автомобиля Мазда 626 (стоимость автомобиля 178011 руб.), ? доли в праве общей долевой собственности на земельный участок с кадастровым номером №:7, находящегося по адресу: <адрес> (кадастровая стоимость 830995 руб.), ? денежных вкладов в ПАО Сбербанк (остаток на момент смерти 6339,2 руб.).
Проанализировав представленные в дело доказательства и оценив их по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований по следующим основаниям.
Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 8 декабря 2017 г. N 39-П по делу о проверке конституционности положений статей 15, 1064 и 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации, подпункта 14 пункта 1 статьи 31 Налогового кодекса Российской Федерации, статьи 199.2 Уголовного кодекса Российской Федерации и части первой статьи 54 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобами ряда граждан отметил, что привлечение физического лица к ответственности за деликт в каждом случае требует установления судом состава гражданского правонарушения, - иное означало бы необоснованное смешение различных видов юридической ответственности, нарушение принципов справедливости, соразмерности и правовой определенности вопреки требованиям статьи 19 (части 1 и 2), 34 (часть 1), 35 (части 1 - 3), 49 (часть 1), 54 (часть 2) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации.
В пункте 6 этого постановления также указано, что, обращаясь к вопросу о правовой природе прекращения уголовного преследования по нереабилитирующим основаниям, гарантиях прав и законных интересов лиц, в отношении которых принимается такое решение, Конституционный Суд Российской Федерации пришел к следующим выводам: решение о прекращении уголовного дела не подменяет собой приговор суда и, следовательно, не является актом, которым устанавливается виновность обвиняемого в том смысле, как это предусмотрено статьей 49 Конституции Российской Федерации; суд, рассматривающий по заявлению потерпевшего гражданское дело о возмещении вреда, причиненного преступлением, не может быть связан принятым органом предварительного расследования или судом решением о прекращении уголовного преследования в части определения размера причиненного преступлением ущерба и должен основывать свое решение на собственном исследовании обстоятельств дела; применительно к случаям прекращения уголовного дела в связи с истечением сроков давности уголовного преследования суд при рассмотрении в порядке гражданского судопроизводства иска о возмещении вреда, причиненного лицом, подвергнутым уголовному преследованию, в силу части первой статьи 67 и части первой статьи 71 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации должен принять данные предварительного расследования, включая сведения об установленных органом предварительного расследования фактических обстоятельствах совершенного деяния, содержащиеся в решении о прекращении уголовного дела, в качестве письменных доказательств, которые суд обязан оценивать наряду с другими имеющимися в деле доказательствами по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании. При этом оценка судом в гражданском деле материально-правовых оснований возмещения причиненного преступлением вреда не может ограничиваться выводами осуществлявших уголовное судопроизводство органов, изложенными в постановлении о прекращении уголовного дела.
В соответствии со ст.52 Конституции РФ права потерпевших от преступлений охраняются законом. Государство обеспечивает потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба.
На основании ст.42 УПК РФ потерпевшим является физическое лицо, которому преступлением причинен физический, имущественный, моральный вред, а также юридическое лицо в случае причинения преступлением вреда его имуществу и деловой репутации. Потерпевшему обеспечивается возмещение имущественного вреда, причиненного преступлением.
Применительно к личности потерпевшего это конституционное предписание предполагает обязанность государства не только предотвращать и пресекать в установленном законом порядке какие бы то ни было посягательства, способные причинить вред, но и обеспечивать пострадавшему от преступления возможность отстаивать свои права и законные интересы, любым, не запрещенным законом способом.
Истцом заявлены требования о возмещении ущерба, причиненного преступлением.
Согласно статье 49 Конституции Российской Федерации каждый обвиняемый в совершении преступления считается невиновным, пока его виновность не будет доказана в предусмотренном федеральным законом порядке и установлена вступившим в законную силу приговором суда. Обвиняемый не обязан доказывать свою невиновность.
В силу п.3 ч.1 ст.24 УПК РФ уголовное дело не может быть возбуждено, а возбужденное уголовное дело подлежит прекращению в числе прочего в случае истечение сроков давности уголовного преследования.
Судом установлено, что ФИО5 знала о продаже дома с мая 2004 года. Вместе с тем обратилась с заявлением в полицию только в 2019 году, объяснив в ходе проведения проверки это тем, что в ее адрес поступали угрозы от неизвестных ей людей. Однако по данному факту в правоохранительные органы она не обращалась.
Таким образом, заявление о возбуждении уголовного дела в отношении ФИО6 было подано по истечении 15 лет после совершения сделки, о которой ФИО5 было достоверно известно, и после истечения срока давности привлечения к уголовной ответственности (19.08.2010 года), а также смерти ФИО22 ((дата)).
В связи с чем в данной ситуации уголовное дело не могло быть возбуждено, предварительное расследование в установленном уголовно-процессуальным законом порядке не производилось, ФИО5 потерпевшей по уголовному делу не признавалась.
Следовательно, наличие постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 24.01.2020 года в отношении ФИО6, в том числе с учетом того, что причастность ФИО6 к хищению паспорта ФИО4, в ходе проверки не установлена, само по себе не может подтверждать его виновность в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст.159 УК РФ, и в причинении ущерба ФИО5 (ее наследникам).
При этом факт оформления доверенности на имя ФИО6 и последующая продажа дома ФИО2 не может являться достаточным основанием для вывода о наличии в действиях ФИО6 состава правонарушения и возмещении ущерба.
Кроме того, определением Липецкого областного суда от 17.08.2020 года преюдициально установлено, что ФИО5 не представила доказательств, подтверждающих принятие наследства после смерти ФИО4, равно как и истец не представил таких доказательств в отношении ФИО5
Также суд приходит к выводу о пропуске срока исковой давности для подачи иска о защите нарушенного права, о чем заявлено в установленном порядке.
В соответствии с ч.2 ст.199 Гражданского кодекса РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны, сделанному до вынесения судом решения.
Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.
В соответствии со ст.200 Гражданского процессуального кодекса РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.
Согласно ст.196 Гражданского кодекса РФ общий срок исковой давности устанавливается в три года.
Доводы истца о том, что срок исковой давности подлежит исчислению с момента вынесения постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 24.01.2020 года суд находит не обоснованными, поскольку особые правила исчисления сроков давности подлежат применению к ситуациям вынесения приговора или прекращения уголовного дела по нереабилитирующим основаниям, в данном случае такие основания отсутствуют, при этом ФИО5 достоверно знала о продаже дома с 2004 года и могла своевременно реализовать свое право на судебную защиту.
При таких обстоятельствах исковые требования удовлетворению не подлежат.
Руководствуясь ст.ст.194-198 Гражданского процессуального кодекса РФ,
РЕШИЛ:
В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о возмещении материального ущерба, причиненного преступлением, отказать.
Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Липецкий областной суд через Октябрьский районный суд г.Липецка в течение одного месяца с момента изготовления в окончательной форме.
Председательствующий Р.В.Курдюков
Мотивированное решение изготовлено 06.12.2022 года