Приговор по делу № 1-126/2022 от 05.07.2023

дело № 1-18/2023

ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

город Тверь 5 июля 2023 года

Центральный районный суд города Твери в составе:

председательствующего судьи Барановой О.Н.,

при секретарях судебного заседания Фокиной Е.М., Анпилогове В.Ю.,

с участием: государственных обвинителей Лебедева К.А., Иванова Д.А., Дубровина В.А.,

представителей потерпевшего АО «ВНИИСВ» ФИО1, ФИО2,

подсудимого ФИО3,

защитника подсудимого адвоката Шушлебина Д.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении

ФИО3, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в <данные изъяты>, гражданина <данные изъяты>, с высшим образованием, женатого, несовершеннолетних детей не имеющего, не работающего, находящегося на пенсии, зарегистрированного и проживающего по адресу: <адрес>, не судимого, находящегося на подписке о невыезде и надлежащем поведении,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 222 УК РФ,

установил :

ФИО3 совершил незаконное хранение боеприпасов.

Преступление имело место в городе Твери при следующих обстоятельствах:

Согласно статьям 1, 2, 3, 6, 9, 10, 13, 20, 22 Федерального закона от 13 декабря 1996 года № 150-ФЗ «Об оружии» (в редакции федерального закона, действовавшей на момент совершения преступления) граждане Российской Федерации имеют право на приобретение, хранение, перевозку и ношение гражданского оружия, его основных частей и боеприпасов к ним, то есть оружия, предназначенного для самообороны, занятия спортом и охотой, которое подразделяется на оружие самообороны, спортивное, охотничье, сигнальное, холодное клинковое оружие и оружие, используемое в культурных и образовательных целях. Хранение гражданского оружия и патронов к нему осуществляется гражданами, получившими в федеральном органе исполнительной власти, уполномоченном в сфере оборота оружия, или его территориальном органе разрешение на хранение или хранение и ношение оружия. На территории Российской Федерации запрещается хранение патронов к гражданскому оружию лицами, не владеющими на законном основании таким гражданским оружием.

Не позднее одного из дней 2000 года, более точные дата и время следствием не установлены, у ФИО3, находящегося по адресу: <адрес>, возник прямой преступный умысел, направленный на незаконное хранение боеприпасов.

Реализуя свой прямой преступный умысел, ФИО3 в вышеуказанный период времени, действуя умышленно, осознавая общественную опасность своих действий и желая наступления общественно опасных последствий, выраженных в нарушении общественной безопасности в сфере оборота оружия, а также положений части 1 статьи 22 Федерального закона от 13 декабря 1996 года № 150-ФЗ «Об оружии» незаконно, обеспечивая их сохранность, хранил по адресу: <адрес>, то есть по месту своего жительства, 73 (семьдесят три) спортивно-охотничьих патрона кольцевого воспламенения калибра 5,6 мм, являющихся боеприпасами к спортивно-охотничьему нарезному огнестрельному оружию.

Не позднее 9 часов 30 минут 15 августа 2019 года при обыске указанные 73 (семьдесят три) патрона были обнаружены и изъяты сотрудниками правоохранительных органов в доме по месту жительства ФИО3 по вышеуказанному адресу.

Таким образом, в период не позднее одного из дней 2000 года по 9 часов 30 минут 15 августа 2019 года, ФИО3 совершил незаконное хранение 73 (семидесяти трех) спортивно-охотничьих патронов кольцевого воспламенения калибра 5,6 мм, являющихся боеприпасами к спортивно-охотничьему нарезному огнестрельному оружию.

В судебном заседании подсудимый ФИО3 вину в предъявленном обвинении не признал и пояснил, что с 1995-1996 годов проживает по адресу: <адрес>, на третьем этаже дома расположена мансарда, где располагаются его рабочий кабинет и спортивный зал. Патроны были обнаружены в его рабочем кабинете на третьем этаже в ходе обыска. Умысла на их хранение он не имел, поскольку не знал об их существовании. Видимо кто-то из его друзей охотников, которые часто бывали у него в гостях в начале 2000-х годов, забыл данные патроны, назвать конкретных лиц не может. При этом мог сам поднять пакет с патронами с первого этажа на третий этаж дома и убрать их в шкаф, так как в данном месте у него хранились ружье «ИЖ-27» и патроны, ранее он являлся охотником, имел охотничий билет и разрешение только на данное ружье (т. 37 л.д. 20-30).

В судебном заседании на основании пункта 1 части 1 статьи 276 УПК РФ в связи с существенными противоречиями в показаниях оглашены показания ФИО3, данные им в ходе предварительного следствия, которые были им подтверждены в полном объеме.

Будучи допрошенным в качестве обвиняемого ФИО3 пояснил, что патроны были обнаружены в ходе обыска в его доме на первом этаже в платяном шкафу для верхней одежды, в отсеке, предназначенном для гостей, которым он не пользовался. Видимо кто-то из его друзей охотников, которые часто бывали у него проездом в 2000 годах, забыл эти патроны. О существовании патронов узнал при проведении обыска, поэтому никаких действий по хранению патронов не выполнял ввиду того, что не мог хранить то, о чем не знал. После вопросов следователя о том, что патроны были обнаружены на третьем этаже, пояснил, что перепутал место обнаружения патронов, так как в ходе обыска в шкафу на первом этаже, о котором он говорил ранее, было обнаружено ружье в чехле. У него в кабинете хранится много разных пакетов с различными документами и другими необходимыми ему вещами, он знал, что в одном из пакетов хранятся охотничьи патроны, но не проверял его (т. 28 л.д. 187-194).

Несмотря на непризнание вины, вина ФИО4 в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 222 УК РФ, судом установлена и подтверждается совокупностью представленных доказательств:

- протоколом обыска от 15 августа 2019 года, согласно которому в период времени с 6 часов 35 минут по 9 часов 30 минут в жилище ФИО3 по адресу: <адрес> присутствии двух понятых, подозреваемого ФИО3, защитника, оперуполномоченного ФИО, кроме прочего на третьем этаже дома в кабинете у шкафа в левом углу обнаружен пакет, в котором находились, в том числе две коробки патронов 5,6 мм; в прихожей на первом этаже в шкафу ружье «ИЖ-27» в чехле (т. 15 л.д. 129-134);

- показаниями свидетеля ФИО, допрошенного в судебном заседании и в ходе предварительного расследования, подтвердившего оглашенные показания в полном объеме, согласно которым в ходе расследования уголовного дела, возбужденного в отношении бывшего генерального директора АО «ВНИИСВ» ФИО3, по месту жительства последнего 15 августа 2019 года после 6 часов 00 минут проводился обыск, в котором он принимал участие. В ходе проведения обыска помимо документов, электронных носителей информации и персональных компьютеров, были изъяты: ружье «ИЖ-27» в чехле, обнаруженное в шкафу, расположенном в прихожей на первом этаже дома ФИО3; газовый револьвер «ME.MAGNUM» в футляре, обнаруженный на полке в кабинете, расположенном на третьем этаже, а также 7 картонных коробок с охотничьими патронами 16 калибра и картонная коробка с 9 охотничьими патронами 16 калибра; картонная коробка с 30 патронами калибра 5,6 мм; картонная коробка с 43 патронами калибра 5,6 мм; картонная коробка с 4 сигнальными патронами; патронташ с 17 патронами 16 калибра. Изъятые коробки и патронташ с патронами упакованы в пакет и опечатаны (т. 12 л.д. 181-184, т. 31 л.д. 150-152);

- протоколом осмотра предметов от 13 сентября 2019 года, согласно которому с применением фотофиксации осмотрены предметы, обнаруженные и изъятые 15 августа 2019 года в ходе обыска в жилище ФИО3, в том числе: коробка с патронами калибра 5,6 мм, в коробке обнаружено 30 патронов; коробка с патронами калибра 5,6 мм, в коробке обнаружено 43 патрона (т. 15 л.д. 214-216);

- протоколом осмотра предметов от 10 ноября 2021 года, согласно которому в присутствии двух понятых осмотрены: две коробки с надписью: «калибр 5.6 мм спортивно-охотничьи», на момент осмотра коробки пустые, а также 73 гильзы цилиндрической формы, изготовленные из металла желтого цвета, на донной части гильз имеется вдавленное маркировочное обозначение «V» (т. 15 л.д. 218-219);

- заключением эксперта № 654 от 16 декабря 2019 года, согласно которому патроны в количестве 73 штук являются спортивно-охотничьими патронами кольцевого воспламенения калибра 5,6 мм, предназначенными для спортивно-охотничьего нарезного огнестрельного оружия: винтовок ТОЗ-8М, карабинов, ТОЗ-11,16,17,18, пистолетов ФИО5 и др., изготовлены заводским способом, пригодны для стрельб и являются боеприпасами. В ходе проведения экспертизы патроны в количестве 7 штук израсходованы (т. 14 л.д. 37-39);

- заключением эксперта № 56 от 20 января 2020 года, согласно которому патроны в количестве 66 штук являются спортивно-охотничьими патронами кольцевого воспламенения калибра 5,6 мм, предназначенными для спортивно-охотничьего нарезного огнестрельного оружия: винтовок ТОЗ-8М, карабинов, ТОЗ-11,16,17,18, пистолетов ФИО5 и др., изготовлены заводским способом, пригодны для стрельб и являются боеприпасами. В ходе проведения экспертизы патроны в количестве 66 штук израсходованы (т. 14 л.д. 46-48).

Проводя оценку исследованных доказательств, суд основывает свои выводы на письменных доказательствах, поскольку не имеется оснований для признания их недопустимыми, нарушений норм уголовно-процессуального закона, которые могли бы быть признаны существенными, влияющими на допустимость данных доказательств, не установлено.

Исследованные в судебном заседании процессуальные документы составлены в строгом соответствии с требованиями закона, надлежащим должностным лицом в пределах его компетенции, по результатам проведенных следственных действий составлены соответствующие протоколы, в необходимых случаях с участием ФИО3, его защитника, понятых, которые удостоверили своей подписью в соответствующих графах факт проведения того или иного следственного действия и правильность его отражения в протоколе, при этом замечаний, заявлений, дополнений от участвующих лиц не отражено, а также без участия понятых с применением технических средств фиксации хода и результатов следственного действия. Каких-либо существенных нарушений требований уголовно-процессуального закона при их получении и составлении следственным органом не допущено, судом не установлено оказание какого-либо давления на участвующих лиц в ходе проведения следственных действий.

Помимо письменных доказательств в основу обвинительного приговора суд считает необходимым положить показания свидетеля ФИО, пояснившего о проведении с его участием в жилище ФИО3 обыска, в ходе которого были обнаружены и изъяты, в том числе коробка с 30 патронами калибра 5,6 мм и коробка с 43 патронами калибра 5,6 мм.

Никаких оснований не доверять показаниям указанного свидетеля у суда не имеется, поскольку об обстоятельствах дела он дал подробные, логичные показания, согласующиеся между собой и с иными доказательствами, исследованными при рассмотрении уголовного дела, при даче показаний свидетелю разъяснялись права, а также ответственность за дачу заведомо ложных показаний. Суд не усматривает в показаниях указанного лица признаков оговора подсудимого ввиду отсутствия на это побудительных мотивов, личной заинтересованности в исходе дела. Доказательств, свидетельствующих об обратном, в материалах уголовного дела не имеется, в судебном заседании стороной защиты не представлено. Тем самым у суда отсутствуют основания для признания показаний свидетеля недопустимыми и недостоверными.

Оценивая показания ФИО3, суд считает необходимым положить в основу приговора показания последнего относительно места проживания, обнаружении патронов в ходе обыска, начала периода их хранения, обладания информации о наличии пакета, в котором хранились патроны. Оснований полагать, что данные показания являются ложными измышлениями, а ФИО3 оговаривает себя в преступлении, не имеется. Показания подсудимого согласуются с совокупностью других доказательств и фактическими обстоятельствами, установленными по уголовному делу, что свидетельствует о достоверности и обоснованности сделанных им признаний. ФИО3 допрашивался в присутствии защитника, при даче показаний ему были разъяснены права, предусмотренные статьями 46 и 47 УПК РФ, в том числе право отказаться от дачи показаний в соответствии со статьей 51 Конституции РФ.

На основании совокупности исследованных доказательств, судом установлено, что ФИО3 не позднее одного из дней 2000 года, более точные дата и время следствием не установлены, и до 15 августа 2019 года в нарушение положений пункта 9 статьи 6, части 1 статьи 22 Федерального закона РФ от 13 декабря 1996 года № 150-ФЗ «Об оружии», не имея соответствующего разрешения, незаконно хранил по месту своего жительства 73 (семьдесят три) спортивно-охотничьих патрона кольцевого воспламенения калибра 5,6 мм, являющихся боеприпасами к спортивно-охотничьему нарезному огнестрельному оружию.

Отнесение 73 спортивно-охотничьих патронов кольцевого воспламенения калибра 5,6 мм к боеприпасам спортивно-охотничьего нарезного огнестрельного оружия подтверждается заключениями экспертов № 654 от 16 декабря 2019 года и № 56 от 20 января 2020 года, согласно выводам, которых патроны в количестве 7 штук и 66 штук являются спортивно-охотничьими патронами кольцевого воспламенения калибра 5,6 мм, предназначенными для спортивно-охотничьего нарезного огнестрельного оружия, изготовлены заводским способом, пригодны для стрельб и являются боеприпасами.

Данные выводы обоснованы экспертом в письменных заключениях, с подробным описанием проведенного исследования поступивших объектов в соответствии с «Типовой методикой экспертного решения вопроса об отнесении патронов к боеприпасам», утвержденной решением Методического совета ЭКЦ МВД России от 22 мая 2008 года. Расхождений в количестве и наименовании изъятых, направленных на экспертизу и поступивших эксперту патронов не установлено. Описание проведенных в ходе экспертизы исследований патронов калибра 5,6 мм указывает на то, что исследованию на пригодность к стрельбе подвергались все 73 объекта. У суда нет оснований сомневаться в выводах экспертиз об отнесении к категории боеприпасов 73 патронов калибра 5,66 мм, экспертизы проведены в соответствии с требованиями действующего законодательства, выводы эксперта носят непротиворечивый характер, лицо, проводившие судебную экспертизу, имеет необходимую квалификацию и образование, стаж работы, при даче заключений предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, оснований не доверять заключениям эксперта у суда не имеется. Сведений о том, что эксперт лично, прямо или косвенно заинтересован в исходе данного уголовного дела, суду не предоставлено. Учитывая изложенное, оснований для признания недопустимым доказательством заключений экспертов № № 654 от 16 декабря 2019 года и № 56 от 20 января 2020 года, суд не находит.

При этом согласно разъяснениям, изложенным в пункте 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 12 марта 2002 года № 5 «О судебной практике по делам о хищении, вымогательстве и незаконном обороте оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств» к категории боеприпасов относятся все виды патронов к огнестрельному оружию независимо от калибра, изготовленные промышленным или самодельным способом, а также иные предметы вооружения и метаемое снаряжение, предназначенные для поражения цели и содержащие разрывной, метательный, пиротехнический или вышибной заряды либо их сочетание, тем самым патроны к спортивно-охотничьему нарезному огнестрельному оружию, относятся к боеприпасам и являются предметом преступления, предусмотренного частью 1 статьи 222 УК РФ.

Наличие у ФИО3 разрешения на владение гражданским огнестрельным оружием «ИЖ-27» калибра 16/70, срок действия которого на момент проведения обыска истек, не предоставляло ему права на хранение боеприпасов к спортивно-охотничьему нарезному огнестрельному оружию калибра 5,6 мм, предназначенных для спортивно-охотничьего нарезного огнестрельного оружия.

Об умысле, направленном на незаконное хранение боеприпасов, свидетельствует то, что ФИО3, понимая и осознавая противоправный характер своих действий, поскольку имел ранее разрешение на владение гражданским оружием, в нарушении требований Федерального закона от 13 декабря 1996 года № 150-ФЗ «Об оружии», запрещающих хранение боеприпасов к огнестрельному оружию без разрешения федерального органа исполнительной власти, уполномоченного в сфере оборота оружия, или его территориальном органе на хранение или хранение и ношение оружия, не имея соответствующего разрешения на хранение патронов (боеприпасов) к спортивно-охотничьему нарезному огнестрельному оружию, предвидя наступление общественно опасных последствий в виде нарушения установленного законом порядка хранения боеприпасов и желая этого, незаконно в течение длительного периода времени хранил их в рабочем кабинете по месту своего жительства.

Доводы подсудимого ФИО3 об отсутствии у него умысла, направленного на незаконное хранение боеприпасов, являются несостоятельными и не подтверждаются материалами дела.

Оснований полагать о том, что ФИО3 не знал о наличии в его рабочем кабинете патронов, не имеется. Из показаний последнего следует, что ему было известно о наличии пакета с патронами в рабочем кабинете. Согласно же протоколу обыска пакет, в котором находились патроны, был обнаружен в углу у шкафа в рабочем кабинете ФИО3, что, безусловно, свидетельствует об осведомленности последнего о наличии боеприпасов в его жилом помещении.

Ссылка стороны защиты на то, что ФИО3 защитником заранее предупреждался о возможном проведении обыска в связи с уголовным преследованием, а потому при наличии знаний о наличии патронов мог, не дожидаясь обыска, сдать их в правоохранительные органы, судом во внимание принята быть не может. Так, в ходе обыска в доме ФИО3 были обнаружены не только 73 боеприпаса к спортивно-охотничьему нарезному огнестрельному оружию калибра 5,6 мм, но и, например ружье «ИЖ-27», наличие которого в своем доме последний не отрицал, при этом данное ружье также хранилось по месту жительства последнего в нарушение соответствующих требований закона, в связи с чем он был привлечен к административной ответственности, штраф оплатил (т. 13 л.д. 249-250,258).

При таких обстоятельствах показания подсудимого ФИО3, отрицающего обстоятельства наличия умысла на хранение боеприпасов, суд считает недостоверными, направленными на желание подсудимого уйти от уголовной ответственности.

При таких обстоятельствах, проанализировав в совокупности положенные в основу обвинительного приговора доказательства, суд пришел к выводу, что они с достаточной полнотой подтверждают вину подсудимого ФИО3 в совершении инкриминируемого ему преступления, его действия образуют окоченный состав преступления.

Учитывая, что действующая в настоящее время редакция части 1 статьи 222 УК РФ ухудшает положение ФИО3, поскольку усиливает наказание, суд в силу требований части 1 статьи 10 УК РФ, совершенное ФИО3 преступление и оконченное 15 августа 2019 года, квалифицирует в редакции Федерального закона № 420-ФЗ от 7 декабря 2011 года.

Таким образом, суд квалифицирует действия ФИО3 по части 1 статьи 222 УК РФ (в редакции Федерального закона от 7 декабря 2011 года № 420-ФЗ), как незаконное хранение боеприпасов.

Оснований для освобождения подсудимого ФИО3 от уголовной ответственности согласно примечанию 1 к статье 222 УК РФ не имеется, поскольку патроны обнаружены и изъяты при производстве следственных действий по их обнаружению и изъятию.

Не усматривает суд и оснований для применения части 2 статьи 14 УК РФ, с учетом значительной степени общественной опасности, совершенного преступления, исходя из количества и вида незаконно хранимых боеприпасов к огнестрельному оружию; длительности периода их хранения лицом, осведомленным о порядке обращения боеприпасов и необходимости его сдачи компетентным органам, но проигнорировавшим данное требование закона. При этом данные боеприпасы ФИО3 добровольно не выдавал, они были обнаружены и изъяты сотрудниками правоохранительных органов в ходе обыска при отсутствии условий, препятствующих свободному доступу к ним со стороны других лиц. Действия ФИО3 создавали реальную угрозу причинения существенного вреда общественной безопасности, поэтому утверждать, что совершенное подсудимым деяние является малозначительным и в силу этого не представляет общественной опасности, оснований не имеется.

При изучении личности ФИО3 установлено, что последний женат, не имеет несовершеннолетних детей, является пенсионером, имеет регистрацию и постоянное место жительства, на учетах у врачей нарколога и психиатра не состоит, не судим, положительно характеризуется с предыдущих мест работы, имеет грамоты и благодарности.

При назначении наказания суд в соответствии с требованиями статей 60-62 УК РФ учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, относящегося к категории средней тяжести, личность виновного, в том числе обстоятельства, смягчающие наказание, конкретные обстоятельства дела, а также влияние назначенного наказания на исправление виновного и условия жизни его семьи.

В качестве смягчающих наказание ФИО3 обстоятельств суд признает: в соответствии с пунктом «и» части 1 статьи 61 УК РФ активное способствование раскрытию и расследованию преступления, выразившееся в добровольном сообщении обстоятельств, подлежащих доказыванию по делу, не известных правоохранительным органам, в частности начале периода хранения патронов; в соответствии с частью 2 статьи 61 УК РФ – состояние здоровья близких родственников виновного, его пенсионный возраст, привлечение к уголовной ответственности впервые, положительные характеристики, наличие грамот и благодарностей в связи с осуществлением трудовой деятельности.

Обстоятельств, отягчающих наказание ФИО3, в соответствии со статьей 63 УК РФ, по делу не установлено.

Исходя из характера, степени общественной опасности и конкретных фактических обстоятельств совершенного ФИО3 преступления, с учетом умышленного способа совершения преступления, степени реализации преступных намерений, личности виновного, суд не усматривает оснований для изменения категории преступления на менее тяжкое в соответствии с частью 6 статьи 15 УК РФ.

При определении размера наказания суд руководствуется принципом гуманизма, индивидуализации наказания, действует в целях исправления виновного, предупреждения совершения им новых преступлений, восстановления социальной справедливости.

Исключительных обстоятельств, связанных с мотивами и целями преступлений, поведением виновного, как во время совершения преступления, так и после его совершения, а также других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, даже с учетом установленных смягчающих наказание обстоятельств, которые позволяли бы при назначении наказания применить положения статьи 64 УК РФ по делу не установлено.

С учетом характера и степени общественной опасности, совершенного ФИО3 преступления, данных о его личности, обсуждая альтернативные виды наказаний, предусмотренные санкцией части 1 статьи 222 УК РФ, суд считает необходимым для достижения целей социальной справедливости и исправления виновного, назначить виновному наказание в виде лишения свободы, полагая, что применением менее строгого вида наказания не будут достигнуты цели наказания, предусмотренные частью 2 статьи 43 УК РФ.

При этом суд считает, что исправление ФИО3 возможно без назначения дополнительного вида наказания в виде штрафа ввиду достаточности воспитательного воздействия основного наказания.

Учитывая характер и степень общественной опасности совершенного ФИО3 преступления, данные о его личности в настоящее время, совокупность смягчающих наказание обстоятельств, суд приходит к выводу о возможности исправления виновного без изоляции от общества с применением положений статьи 73 УК РФ и назначения наказания условно.

Назначая ФИО3 условное осуждение, суд в соответствии с частью 5 статьи 73 УК РФ, возлагает на виновного обязанности, способствующие его исправлению, с учетом его возраста, трудоспособности и состояния здоровья.

Меру пресечения в отношении ФИО3 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора в законную силу оставить без изменения.

Разрешая судьбу 73 гильз от патронов, признанных вещественными доказательствами, суд учитывает, что положения пунктов 79 и 83 Правил оборота гражданского и служебного оружия и патронов к нему на территории Российской Федерации, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 21 июля 1998 года № 814 «О мерах по регулированию оборота гражданского и служебного оружия и патронов к нему на территории Российской Федерации», которыми установлено, что изъятые либо конфискованные оружие и патроны подлежат передаче в органы внутренних дел в порядке, установленном МВД РФ. При этом оружие и патроны, изъятые и признанные вещественными доказательствами по уголовным делам, передаются после окончания рассмотрения дел в судебном порядке. Изъятые оружие и патроны, технически непригодные для эксплуатации, самодельные или переделанные, а также запрещенные к обороту на территории Российской Федерации, уничтожаются органами внутренних дел в порядке, установленном МВД РФ. Кроме того, в соответствии с параграфом 18 Инструкции «О порядке изъятия, учета, хранения и передачи вещественных доказательств по уголовным делам, ценностей и иного имущества органами предварительного следствия, дознания и судами», утвержденной Генеральной прокуратурой СССР, МВД СССР, МЮ СССР, Верховным Судом СССР, КГБ СССР 18 октября 1989 года № 34/15, после разрешения дела оружие, пули, гильзы и патроны со следами оружия, признанные вещественными доказательствами, должны направляться в распоряжение соответствующего органа внутренних дел. Данный орган либо в соответствии с установленным порядком принимает решение об их уничтожении или реализации, либо об их использовании в надлежащем порядке, о чем должен быть составлен соответствующий акт, который подлежит направлению в суд.

Из этих положений следует, что суд не должен сам принимать решение об уничтожении вещественных доказательств, в связи с чем считает необходимым 73 гильзы от патронов передать для решения вопроса об их судьбе в Управление МВД России по Тверской области.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 299-300, 302, 303- 304, 307-310 УПК РФ, -

приговор и л :

ФИО3 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 222 УК РФ (в редакции Федерального закона от 7 декабря 2011 года № 420-ФЗ), и назначить наказание в виде лишения свободы на срок 1 (один) год.

На основании статьи 73 УК РФ назначенное ФИО3 наказание в виде лишения свободы считать условным с испытательным сроком 1 (один) год.

В соответствии с частью 5 статьи 73 УК РФ возложить на ФИО3 в период испытательного срока обязанности: не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденного, являться в данный орган на регистрацию один раз в месяц в дни, установленные этим же органом.

Вещественные доказательства по вступлению приговора в законную силу: гильзы в количестве 73 штук от патронов калибра 5,6 мм - для решения вопроса об их судьбе передать в Управление МВД России по Тверской области.

Приговор может быть обжалован с подачей жалобы или представления в Тверской областной суд через Центральный районный суд города Твери в течение 15 суток со дня его провозглашения.

Председательствующий О.Н. Баранова