Решение по делу № 2-1/2025 от 21.04.2025 - об истребовании документов на автомобиль, признании права собственности, встречному иску <ФИО> к <ФИО>, <ФИО>, <ФИО> о признании недействительным договора купли-продажи автомобиля, истребовании автомобиля из чужого незаконного владения.

Мотивированное решение изготовлено 21.04.2025.

УИД: 66RS0028-01-2024-000954-51

Дело № 2-1/2025

(2-772/2024)

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

07.04.2025 г. Ирбит

Ирбитский районный суд Свердловской области в составе:

председательствующего судьи Русаковой И.В.,

при секретаре судебного заседания Селезневой Т.А.,

с участием представителей истца по первоначальному иску, ответчика по встречному иску (ФИО1) ФИО2 и ФИО3,

представителя ответчика по первоначальному иску, истца по встречному иску (ФИО5) ФИО6,

третьего лица по первоначальному иску, ответчика по встречному иску ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО5 об истребовании документов на автомобиль, признании права собственности, встречному иску ФИО5 к ФИО1, ФИО7, ФИО3 о признании недействительным договора купли-продажи автомобиля, истребовании автомобиля из чужого незаконного владения,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с уточненным иском к ФИО5, указав в обоснование, что на основании договора купли – продажи от 05.07.2021 ФИО7, действуя на основании нотариальной доверенности от 30.06.2021 в интересах ФИО5, продала ей (истцу) автомобиль марки АУДИ Q5, VIN "номер", тип – легковой универсал, категория ТС-В, год изготовления 2010, госзнак "номер". Она на учет транспортное средство не поставила, поскольку ФИО5 не передала подлинник паспорта транспортного средства. 11.04.2024 она обратилась в ГИБДД за осуществлением регистрационных действий в отношении автомобиля, ей было отказано с указанием на то, что по заявлению ФИО5 26.03.2024 были выданы новые документы на автомобиль - паспорт транспортного средства и свидетельство о регистрации транспортного средства, по причине утраты. Просила признать за ней право собственности на указанный автомобиль, обязать ответчика передать паспорт транспортного средства "номер" от 26.03.2024 и свидетельство о государственной регистрации транспортного средства "номер" от 26.03.2024 на автомобиль, обратив решение к немедленному исполнению (том 1 л.д. 5-7, 135).

Определением от 31.05.2024 к участию в деле в качестве третьего лица привлечен ФИО3 (том 1 л.д. 51).

ФИО5 обратилась с исковыми требованиями к ФИО1, ФИО7 и ФИО3, указав, что она является единоличным собственником спорного автомобиля, намерения его продавать ФИО1 никогда не имела, денежные средства по договору купли – продажи не получала. Действительно, 30.06.2021 она оформила нотариальную доверенность на ФИО7, оговаривала с ней предварительно все условия сделки, была определена предварительная стоимость продажи автомобиля третьими лицами в размере 1 000 000 руб. Информацию о договоре купли – продажи от 05.07.2021 до нее никто не доводил. После оформления доверенности в течении года так и не был найден покупатель, она самостоятельно погасила кредитную задолженность. Все это время автомобилем пользовался ФИО3 и пользуется в настоящее время с ее разрешения. В начале 2024 года она стала требовать автомобиль обратно, ФИО3 ответил отказом. Не найдя ПТС, обратилась в ГИБДД за выдачей нового паспорта, который был получен 26.03.2024. Считает данный договор от 05.07.2021 мнимой сделкой, о существовании которой ей стало известно в мае 2024 года из требования, которое было направлено представителем ФИО3 – ФИО2, до обращения в суд. Поскольку ФИО1 денежные средства ФИО7 не передавала, с ФИО5 расчет не был произведен, просила признать договор купли – продажи автомобиля недействительным, истребовать автомобиль из чужого незаконного владения ФИО1 и ФИО3 и передать ей (том 2 л.д. 16-20).

Определением суда от 18.09.2024 гражданские дела объединены в одно производство для совместного рассмотрения (том 2 л.д. 45).

В судебном заседании представители истца по первоначальному иску, ответчика по встречному иску (ФИО1) ФИО2 и ФИО3 (действующий также от своего имени в качестве третьего лица по первоначальному иску и ответчика по встречному иску) исковые требования ФИО1 поддержали в полном объеме, встречный иск просили оставить без удовлетворения.

ФИО3 дополнил, что при разделе общего имущества супругов в 2018 году суду не была предоставлена информация о долговых обязательствах супругов, долги не были разделены, при этом по признанию иска, в единоличную собственность ФИО5 был передан спорный автомобиль, поскольку у него, как у предпринимателя, имелись исполнительные производства. По обоюдной договоренности он продолжал оплачивать кредит, оформленный на приобретение автомобиля на имя ФИО5 Ежемесячно им вносилось около 23 000 руб. через Банк «Связной», а также передавались наличные средства Екатерине. Данные денежные средства он брал у своей сожительницы ФИО7, всего за весь период около 900 000 руб., с учетом оплаты налоговых платежей и проведения ремонтных работ. ФИО7 отказалась перечислять денежные средства на оплату кредита непосредственно ФИО5 из-за ревности. Все это время автомобиль находился в его пользовании, при нем находилось и свидетельство о регистрации права. Подлинник ПТС Екатерина не передавала. Когда кредит был погашен, 22.06.2021, они договорились оформить доверенность от ФИО5 на имя ФИО7 в целях продажи автомобиля по своему усмотрению, с правом получения денежных средств. На него данную доверенность было невозможно оформить из-за долговых обязательств перед иными лицами. 05.07.2021 был заключен договор купли – продажи автомобиля между ФИО5, действующей через ФИО7, и ФИО1, которая передала ФИО7 900 000 руб., компенсируя тем самым расходы, затраченные им на оплату кредитных платежей. Денежные средства ФИО5 не передавались после сделки. Договор был подписан в <адрес>, в квартире матери, где присутствовал также он с ФИО7 Первое время автомобиль стоял во дворе у матери, а впоследствии был передан ему в пользование. С 2021 года они обращались в ГИБДД за постановкой транспортного средства на учет, однако получали устный отказ по причине отсутствия подлинного экземпляра ПТС. В 2023 году бывшая супруга заявила в суд иск о выселении, последствием чего и явилась конфликтная ситуация относительно автомобиля. Срок исковой давности по требованиям ФИО1 не истек, право последней нарушено с момента получения нового ПТС ФИО5 Екатерина после расторжения брака убедила его, что имущество остается на ней, а долговые обязательства на нем. После погашения долгов, у них была договоренность передачи спорного автомобиля в его собственность. Договор от 05.07.2021 хранился в квартире матери - ФИО1, на подоконнике, в течении двух лет под прямыми солнечными лучами.

В письменных возражениях представитель ФИО1 – ФИО2 указал, что со встречным иском не согласен, поскольку имела место нотариальная доверенность от 30.06.2021 на право продажи автомобиля, сроком один год. 05.07.2021 был заключен договор купли – продажи и автомобиль был передан ФИО1 и находится в ее владении по настоящее время, были переданы документы на авто, кроме подлинника ПТС. Из записи телефонных переговоров следует, что ФИО5 желала продажи автомобиля, на протяжении 3 лет она не обращалась за истребованием автомобиля. Считает действия ФИО5 недобросовестными (том 2 л.д. 47-49). В судебном заседании просил о применении срока исковой давности к требованиям ФИО5, поскольку она знала о заключенном договоре с 2021 года.

Представитель ответчика по первоначальному иску, истца по встречному иску (ФИО5) ФИО6 настаивала на удовлетворении требований о признании сделки не действительной, указала, что ФИО5 не имела намерения продать автомобиль ФИО1, она самостоятельно погасила кредитное обязательство. Платёжные документы за давностью не сохранились, однако имеется справка Банка о погашении кредита. О заключённом договоре 05.07.2021 ей стало известно в мае 2024 года. Считает сделку мнимой, договор купли –продажи автомобиля от 05.07.2021 фактически составлен и подписан сторонами после истечения срока доверенности, выданной от имени ФИО5 на имя ФИО7 ФИО3 договорился со своей матерью ФИО1, фактически денежные средства не передавались. В установленный срок новый собственник не обратился в РЭО для постановки на учет автомобиля. Просила в иске отказать, в том числе, применяя срок исковой давности по требованию о признании права собственности ФИО1

В соответствии со ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено в отсутствие истца (ответчика по встречному иску) ФИО1, ответчика (истца по встречному иску) ФИО5, чьи интересы в суде защищали представители по доверенности, третьего лица по первоначальному иску (ответчика по встречному иску) ФИО7, а также в отсутствие представителя третьего лица - МО МВД России "Ирбитский", о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом.

27.06.2024 от ФИО7 поступил отзыв на исковое заявление, в котором указано, что на основании нотариально удостоверенной доверенности от имени ФИО5 продала ФИО1 автомобиль по договору купли – продажи от 05.07.2021. Денежные средства в размере 900 000 руб. ФИО1 передала ей в полном объёме, а она ей - все документы на автомобиль, кроме подлинного экземпляра ПТС, который находился у ФИО5 ФИО1 также был передан автомобиль, который до сих пор находится в ее владении. С 2018 по 2021 ФИО3 полученными от нее (ФИО7) денежными средствами погасил кредитные обязательства ФИО5 за автомобиль, после чего была выдана доверенность на ее имя с правом продажи авто. Просила о рассмотрении дела в ее отсутствии, удовлетворении первоначальных требований (том 1 л.д. 107).

От представителя ГИБДД МО МВД России "Ирбитский" ФИО8 поступила телефонограмма о рассмотрении дела в их отсутствии, принятии решения на усмотрение суда (том 3 л.д. 92).

В судебном заседании по ходатайству стороны ФИО1 была допрошена свидетель ФИО14, которая показала, что знакома со всеми участниками процесса более 20 лет. Летом 2021 года она находилась во дворе своего дома по адресу <адрес>, встретила ФИО5, которая сообщила ей о продаже автомобиля АУДИ Q5 Зое Николаевне. Ей известно, что кредит оплачивал Алексей. Автомобиль находится у него.

Относительно данных показаний, ФИО5 в суд предоставлены письменные пояснения, из которых следует, что она с ними не согласна, в августе 2021 во дворе <адрес> с ФИО14 не встречалась, не поддерживает с ней отношения с лета 2016 года, узнав об ее участии в знакомстве бывшего супруга с ФИО7, следствием чего явилось расторжение брака. Личные вопросы с ФИО14 не обсуждала (том 2 л.д. 241).

По ходатайству представителя ФИО5 - ФИО6 была также допрошена свидетель ФИО15, которая пояснила, что ей известно о продаже автомобиля АУДИ без ведома Екатерины Юрьевны, о чем она узнала в мае 2024. ФИО5 самостоятельно оплачивала кредит за автомобиль. Ей знакома свидетель ФИО14, которая не общается с ФИО5 с 2016 года.

Заслушав участвующих в деле лиц, исследовав письменные доказательства, обозрев материалы гражданского дела № 2-586/2018, оценив имеющиеся доказательства в их совокупности, суд приходит к следующему.

Согласно ст. 153 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей. Сделки могут быть двух- или многосторонними (договоры) (ст. 154 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу ч. 1 ст. 454 Гражданского кодекса Российской Федерации, по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену). По смыслу ст. 454 Гражданского кодекса Российской Федерации, договор купли-продажи является возмездной сделкой.

Цена является существенным условием договора купли-продажи, при этом в силу ч. 1 ст. 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора, в том числе в определении цены реализуемого имущества.

В силу положений ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

В силу положений ст. 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Согласно п. 1 ст. 185 Гражданского кодекса Российской Федерации, доверенностью признается письменное уполномочие, выдаваемое одним лицом другому лицу или другим лицам для представительства перед третьими лицами.

Согласно п. 1 ст. 182 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка, совершенная одним лицом (представителем) от имени другого лица (представляемого) в силу полномочия, основанного на доверенности, указании закона либо акте уполномоченного на то государственного органа или органа местного самоуправления, непосредственно создает, изменяет и прекращает гражданские права и обязанности представляемого.

В соответствии со ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом) (п. 1).

Пунктом 2 ст. 168 указанного кодекса предусмотрено, что сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Пунктом 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу, п. 5 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное (абзац третий).

В п. 7 данного постановления указано, что, если совершение сделки нарушает запрет, установленный п. 1 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пп. 1 или 2 ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с п. 1 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимой является сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия.

Согласно разъяснениям, данным в п. 86 названного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, при разрешении спора о мнимости сделки следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение.

По смыслу приведенных норм Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации для признания сделки недействительной на основании ст. 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также для признания сделки мнимой на основании ст. 170 этого же кодекса необходимо установить, что стороны сделки действовали недобросовестно, в обход закона и не имели намерения совершить сделку в действительности.

Как установлено судом и подтверждается исследованными доказательствами, ФИО10 состояли в зарегистрированном браке с 25.02.2005 по 27.03.2018.

В период брачных отношений, 20.07.2016 на имя ФИО5 оформлен кредитный договор в ПАО «Балтинвестбанк» на сумму 750 000 руб. на покупку автотранспортного средства АУДИ Q5 (том 2 л.д. 95-101).

На основании договора купли-продажи транспортного средства от 20.07.2016 № 385 между ООО «ФортунаАвто» и ФИО5, на имя последней было приобретено транспортное средство марки АУДИ Q5, VIN "номер", год изготовления 2010, госзнак "номер" за 500 000 руб., выдан паспорт ТС серии "номер" (том 1 л.д. 10, 92). 21.07.2016 ею получено свидетельство о регистрации транспортного средства серии "номер" (том 1 л.д. 11). Право собственности зарегистрировано за ФИО5 в органах ГИБДД 21.07.2016 (том 1 л.д. 36).

Решением Ирбитского районного суда от 15.06.2018 по гражданскому делу № 2-586/2018 исковые требования ФИО5 к ФИО3 о признании имущества личной собственностью супруга, по признанию исковых требований последним, удовлетворены, признан личной собственностью ФИО5, в том числе, автомобиль AudiQ5, VIN"номер", 2010 года выпуска, регистрационный знак "номер". Решение вступило в законную силу 17.07.2018 (том 1 л.д. 46). Требования о разделе долговых обязательств при рассмотрении данного дела не были заявлены.

Согласно справке кредитного учреждения ФИО5 задолженность по кредитному договору погашена в полном объеме 22.06.2021 (том 1 л.д. 91, том 2 л.д. 93).

Сторонами не оспорено, что по договорённости между бывшими супругами, автомобиль временно был передан ФИО3

30.06.2021 ФИО5 выдала ФИО7 (сожительнице бывшего супруга - ФИО3) нотариально заверенную доверенность с полномочиями: управлять и распоряжаться транспортным средством AudiQ5, VIN"номер", 2010 года выпуска, регистрационный знак "номер", следить за его техническим состоянием, быть представителем в ГИБДД с правом замены номерных агрегатов, изменения цвета, регистрации, изменения регистрационных данных и прекращения регистрации (снятия с учета) в ГИБДД, получения регистрационных знаков, прохождения технического осмотра и инструментального контроля, внесения изменений в регистрационные документы, получения свидетельства о регистрации, паспортов, регистрационных знаков транспортные средств взамен утраченных, непригодных для пользования, не соответствующих действующим стандартам или утвержденным в установленном порядке образцам либо срок действия которых истек, в том числе ПТС; продажу за цену и на условиях по своему усмотрению, получение денег, оформления страховки, получения страхового возмещения и выезда за границу, подачи заявления, дачи согласия на обработку персональных данных, расписываться и совершать все действия, связанные с данным поручением. Доверенность выдана сроком на 1 год, право передоверия полномочий по настоящей доверенности другим лицам запрещалось (том 1 л.д. 8).

Данная доверенность не отменялась, что следует из ответа нотариуса нотариального округа г. Ирбит и Ирбитского района Свердловской области ФИО9 от 01.08.2024 "номер" (том 1 л.д.124).

В материалах дела имеется оспариваемый ФИО5 договор купли – продажи автомобиля от 05.07.2021, заключенный между ФИО7, действующей на основании нотариально удостоверенной доверенности от 30.06.2021 в интересах ФИО5, и ФИО1, согласно которому ФИО7 продала, а ФИО1 приобрела в собственность транспортное средство марки АУДИ Q5, VIN "номер", тип – легковой универсал, категория ТС-В, год изготовления 2010, госзнак "номер", за 900 000 руб., которые, согласно договора, оплачены продавцу полностью до подписания договора. Указано, что факт подписания договора подтверждает передачу денежных средств по договору в полном объеме. Согласно условиям договора продавец передал покупателю транспортное средство в момент подписания договора без составления акта приема – передачи, вместе с ТС продавец передал покупателю ключи от автомобиля, копию ПТС, свидетельство о регистрации (том 1 л.д. 9, том 2 л.д. 35).

Как указывает ФИО5, оспариваемый вышеуказанный договор купли-продажи транспортного средства был заключен задним числом после истечения срока действия нотариальной доверенности и фактически транспортное средство после его заключения осталось в распоряжении и пользовании ФИО3

Судом учитывается, что наличие доверенности на право распоряжения автомобилем само по себе не свидетельствует о законности сделки без учета всех обстоятельств передачи имущества и поведения участников сделки.

В материалах дела отсутствуют достаточные и бесспорные доказательства того, что спорное транспортное средство реально было передано ФИО1 по договору купли-продажи транспортного средства.

В соответствии со статьей 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Согласно п. 2 ст. 218 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

Согласно п. 3 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Согласно пункту 5 статьи 10 вышеназванного Кодекса, добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Приобретатель признается добросовестным, если докажет, что при совершении сделки, он не знал и не должен был знать о неправомерности отчуждения имущества продавцом, в частности принял все разумные меры для выяснения правомочий продавца на отчуждение имущества, проявил разумную осторожность, заключая сделку купли-продажи.

В силу пункта 2 статьи 218, пункта 1 статьи 223, пункта 2 статьи 130, пункта 1 статьи 454 Гражданского кодекса Российской Федерации при отчуждении транспортного средства действует общее правило относительно момента возникновения права собственности у приобретателя движимой вещи - момент передачи транспортного средства.

В материалах дела не имеется доказательств совершения юридически значимых действий, подтверждающих реальный характер возникновения права собственности на спорное транспортное средство и использование транспортного средства ФИО1

Так, в силу п. 1 ч. 3 ст. 8 Федерального закона от 03.08.2018 N 283-ФЗ "О государственной регистрации транспортных средств в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации", владелец транспортного средства обязан обратиться с заявлением в регистрационное подразделение для постановки транспортного средства на государственный учет в течение десяти дней со дня выпуска в обращение транспортного средства при изготовлении его для собственного пользования, со дня временного ввоза транспортного средства на территорию Российской Федерации на срок более одного года либо со дня приобретения прав владельца транспортного средства, ранее не состоявшего на государственном учете в Российской Федерации.

Кроме того, п. 2 ст. 4 Федерального закона от 25.04.2002 N 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" обязывает владельца транспортного средства застраховать свою гражданскую ответственность до регистрации транспортного средства, но не позднее чем через десять дней после возникновения права владения им.

Договор купли-продажи датирован 05.07.2021, на учет в ГИБДД транспортное средство приобретателем не было поставлено в установленный п. 1 ч. 3 ст. 8 Федерального закона от 03.08.2018 N 283-ФЗ "О государственной регистрации транспортных средств в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" десятидневный срок. Заявление ФИО3, действующего в интересах ФИО1 в Госавтоинспекцию ОГИБДД МО МВД России "Ирбитский" подано лишь 11.04.2024 (перед подачей иска в суд) (том 1 л.д.12), по итогам рассмотрения которого начальник РЭО предоставил ответ от 11.04.2024 № 424 об отказе в предоставлении государственной услуги по регистрации транспортного средства по причине не предоставления документов, идентифицирующих транспортное средство: паспорта транспортного средства, регистрационного документа – свидетельства о регистрации транспортного средства (том 1 л.д. 13).

В суде представителями ФИО1 – ФИО2 и ФИО3 не приведено сведений и не представлено доказательств о наличии объективных причин, препятствующих более двух с половиной лет поставить транспортное средство на учет в ГИБДД, несмотря на довод об отсутствии подлинного экземпляра ПТС, как обоснование невозможности оформить переход права собственности в пределах срока действия нотариальной доверенности – до 30.06.2022, поскольку право на получение ПТС закреплено в ней. Имея заключенный договор на дату, до истечения срока полномочий ФИО7, ничего объективно не препятствовало ей своевременно обратиться в органы ГИБДД в интересах ФИО1, несмотря на обоюдную договоренность между Барсуковыми в последующем оформить переход права, о чем указано ФИО3 Не разумно добросовестному приобретателю, имеющему реальную возможность оформить право, ожидать неопределенного срока для реализации данного полномочия.

Согласно сведениям, предоставленным Российским Союзом Автостраховщиков, в период времени с 26.02.2020 по 25.02.2021, 26.02.2021 по 25.02.2022, 05.03.2022 по 04.03.2023, 17.03.2023 по 16.03.2024, с 17.03.2024 по 16.03.2025 в отношении транспортного средства марки АУДИ Q5, госзнак "номер" действовали полисы ОСАГО, выданные АО «Альфастрахование», согласно которым собственником данного транспортного средства значилась ФИО5 29.03.2024 (в период действия предыдущего полиса ОСАГО) гражданская ответственность была застрахована в ПАО «Росгосстрах», с указанием в качестве собственника уже ФИО1 (том 1 л.д. 110, 127).

Таким образом, ФИО1 в период времени с 26.02.2021 по 29.03.2024 не была указана в качестве собственника транспортного средства, впервые ее гражданская ответственность, как собственника данного транспортного средства застрахована 29.03.2024, то есть спустя два с половиной года после подписания оспариваемого договора, перед подачей иска в суд и спустя три дня после обращения ФИО5 в Госавтоинспекцию ОГИБДД МО МВД России "Ирбитский" с заявлением о внесении изменений в регистрационные данные в связи с получением ПТС (том 1 л.д. 37-39). На основании заявления ФИО5, 26.03.2024 ею получены дубликаты регистрационных документов взамен утраченных.

Таким образом, суд приходит к выводу, что сделка купли-продажи транспортного средства была заключена ФИО7, проживающей совместно с ФИО3, от имени ФИО5 с матерью ФИО3, заинтересованным и подконтрольным лицом (ФИО1), которой фактически во владение и пользование транспортное средство не передавалось.

Доводы ФИО3 о том, что сделка была совершена в г. Полевской в квартире ФИО1, где присутствовали он, ФИО7 и ФИО1, о получении от ФИО3 и ФИО7 транспортного средства ФИО1, передаче последней в пользу ФИО7 денежных средств в размере 900 000 руб. в счет оплаты автомобиля, не могут быть приняты судом во внимание, так как не подтверждены надлежащими доказательствами, все указанные лица заинтересованы в исходе дела. Судом отмечается также, что в оспариваемом договоре местом его составления указан г. Ирбит.

Представленные в материалы дела платёжные документы, график передачи денег по кредиту, на основании которых, как указано ФИО3, он оплачивал деньгами ФИО7 кредит за спорный автомобиль (том 1 л.д. 60-77, том 2 л.д. 236), переписка в мессенджере WhatsApp, телефонные переговоры, сохраненные в телефоне ФИО3 в приложении Cube ACR между бывшими супругами (абоненты с номерами "номер" - ФИО3 и "номер" - ФИО5) (том 1 л.д. 59, 81-88, 234, 242, 250, том 2 л.д. 1-5, 50), также не могут быть приняты как доказательство оплаты стоимости автомобиля, так как ни ФИО3, ни ФИО7 не являются собственниками данного автомобиля. Взаимоотношения по долговым обязательствам ФИО5 перед ФИО3 и ФИО7, при наличии таковых, могут быть разрешены в соответствии с действующим законодательством.

Кроме того суд отмечает, что в переписке между Барсуковыми 17.10.2021 имеется сообщение следующего содержания: «По доверенности не получается переписать машину. И что с ПТС?» (том 1 л.д. 88), что подвергает сомнению наличие по состоянию на 17.10.2021 заключенного оспариваемого договора от 05.07.2021, поскольку на указанную дату (17.10.2021) доверенность была действующей, в ней было оговорено право оформления перехода права и получения нового ПТС, что указывает также на иные договоренности сторон.

В целом анализируя поведение сторон, суд также исходит из ранее сложившихся отношений между ними, которыми не было сообщено суду о наличии долговых обязательств при подаче иска в 2018 году о разделе совместно нажитого имущества. Суду была предоставлена информация о передаче денежных средств в долг матерью, о чем был составлен договор дарения денежных средств от 19.07.2016 (том 2 л.д. 234), однако при рассмотрении настоящего дела предоставлен кредитный договор на цели приобретения данного автомобиля. Исковые требования при рассмотрении гражданского дела № 2-586/2018 были признаны ФИО3 Фактически между бывшими супругами имелась договоренность о передаче в единоличную собственность ФИО5 автомобиля.

Суду не представлено доказательств того, что после заключения оспариваемого договора, то есть после 05.07.2021, ФИО1 передала или перечислила ФИО7, а та – ФИО5 денежные средства в размере 900 000 руб., которые она, как продавец, должна была получить от ФИО7 за реализованный товар - автомобиль.

Кроме того, суд, разрешая доводы сторон, учитывает тот факт, что ФИО5, передав ФИО3 и ФИО7 транспортное средство, и соответственно нотариально заверенную доверенность на право распоряжения этим транспортным средством, не утратила в последующие годы интереса к нему, поскольку в 2021-2024 годах продолжила страховать свою гражданскую ответственность как собственник транспортного средства, оплачивала налоги, о чем предоставлены налоговые уведомления на ее имя (том 1 л.д. 17), планировала распорядиться имуществом путем дарения дочери, что также никем не было оспорено. Представленные ФИО3 сведения о переводе ФИО7 денежных средств на оплату налога в сумме 10 700 руб. на счет бывшей супруги (том 1 л.д. 89-90) могут свидетельствовать о каких –либо долговых обязательствах ФИО5 перед ФИО7, вопрос о чем может быть решен в ином порядке и не свидетельствуют о возникновении права собственности ФИО1 на спорный автомобиль. По указанным же мотивам суд отвергает довод о материальной состоятельности ФИО7 для передачи денежных средств на оплату кредита; ФИО1, имеющей совместный бюджет с супругом ФИО17, и доход в виде пенсионного обеспечения обоих, для приобретения автомобиля за 900 000 руб. Материальное положение указанных лиц, а также ФИО5, проанализировано судом, при этом не установлено, что в период перед оформлением сделки, 05.07.2021, со счета ФИО1 были сняты денежные средства в значительной сумме 900 000 руб., а также, что указанная сумма поступила в последующем на счет ФИО7 (том 2 л.д. 123-230, 247-250).

Суд не может также и принять показания допрошенных свидетелей ФИО14 и ФИО15 в основу принимаемого по делу решения, поскольку указанные лица в большей или меньшей степени связаны или были связаны дружескими отношениями с Барсуковыми, и происходящее в их семье могло стать известным свидетелям в ракурсе, выгодном для одной из сторон. Указанные свидетели не являлись сторонами сделки и не присутствовали при ее заключении.

Проанализировав исследованные доказательства, суд приходит к убеждению, что совокупность косвенных доказательств, имеющихся в материалах дела, даже при отсутствии прямых доказательств, позволяет сделать вывод в категоричной форме о том, что сделка, совершенная ФИО7 от имени ФИО5, по продаже спорного транспортного средства является мнимой (недействительной) сделкой, поскольку была совершена без намерения создать последствия по приобретению и пользованию ФИО1 автомобилем. Заключая данную сделку, ФИО7 и ФИО1, подконтрольные лица ФИО3, бывшего супруга ФИО5, хотели создать видимость возникновения у ФИО1 гражданских прав и обязанностей на автомобиль, которые вытекают из этой сделки, лишь для того, чтобы создать у третьих лиц ложное представление о прекращении права собственности ФИО5 на автомобиль, оставив фактически транспортное средство во владении ФИО3, и сохранив за собой возможность распоряжаться им. Суду не представлено доказательств, что воля ФИО1 была направлена на приобретение автомобиля в собственность, лично в судебном заседании она не принимала участия, во всех процессуальных действиях решения за нее принимал ФИО3 по доверенности. Фактически машина ФИО1 не передавалась и она ею не пользовалась.

На момент рассмотрения дела в суде, спорное транспортное средство хранится у ФИО3, что свидетельствует не о реальном исполнении сделки, а о ее формальном исполнении, чтобы ввести в заблуждение суд, несмотря на довод ФИО3 о передаче транспортного средства его матерью в пользование.

Более того, значительный временной разрыв между датой, проставленной в договоре купли-продажи транспортного средства (05.07.2021), и датами, когда была произведена попытка поставить транспортное средство на учет в ГИБДД (11.04.2024) и был оформлен первый полис ОСАГО с указанием собственника ФИО1 (29.03.2024), свидетельствует о том, что указанная в договоре дата не соответствует действительности. Договор фактически оформлялся после истечения срока действия нотариальной доверенности от 30.06.2021 в период времени, когда собственник транспортного средства - ФИО5 предъявила к ФИО3 требование об его возврате.

В целях опровержения или подтверждения данного обстоятельства суд назначил судебную техническую экспертизу для определения давности изготовления оспариваемого договора, проведение которой поручил эксперту ФБУ «Уральский региональный центр судебной экспертизы» Министерства Юстиции Российской Федерации.

Согласно экспертному заключению от 06.03.2025 № 3731, 3732/07-2-24 установить соответствует ли время нанесения печатного текста и выполнения подписей с расшифровками от имени ФИО1 и ФИО7, расположенных в договоре купли – продажи от 05.07.2021 дате, указанной в документе, а также в какой период времени был нанесён печатный текст и выполнены подписи с расшифровкой от их имени не представилось возможным (том 3 л.д. 56-67).

Несмотря на то, что судебный эксперт по техническим причинам не установил время изготовления оспариваемого договора, данное экспертное заключение не опровергает вывод суда об изготовлении этого договора позже даты, указанной в нем.

Указанным экспертным заключением установлено, что договор от 05.07.2021 подвергался агрессивному термическому воздействию (ответ на вопрос № 3 экспертного заключения).

В судебном заседании была допрошена эксперт ФИО20, которая пояснила, что проводила экспертизу документа в период с 25.11.2024 по 06.03.2025, руководствовалась Методикой «Определение давности выполнения реквизитов в документах по относительному содержанию в штрихах летучих растворителей». Разграничивают тепловое, световое и химическое воздействие на документ. По итогам проведенной экспертизы, было установлено, что имело место агрессивное термическое (не световое) воздействие на документ, что предполагает влияние высоких температур на него, нагревание свыше 100°С. Такое не могло произойти в обычных условиях хранения, а также по причине нахождения документа в неподвижном состоянии на подоконнике в течении двух лет под прямыми солнечными лучами, учитывая континентальный климат региона, а также выявленным воздействием на обеих сторонах договора: разрушение оптического отбеливания бумаги, выцветание штрихов паст для шариковых ручек, которыми проставлены подписи, разрушение красителя паст, высокая оплавленность знаков штриха текстов (от 100°С и выше). Из практики привела пример агрессивного термического воздействия на документ – его нагревание при высокой температуре в духовом шкафу. Хромотография проводилась дважды - 27.11.2024 и 04.03.2025.

Указанное свидетельствует, что имело место умышленное воздействие на договор купли – продажи от 05.07.2021, что также подтверждает вышеуказанные выводы суда о несоответствии даты составления документа его фактическому подписанию.

Данное заключение эксперта подготовлено во исполнение определения суда, экспертиза проведена лицом, обладающим специальными познаниями для разрешения поставленных перед ними вопросов, с соблюдением требований ст. ст. 84-86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. В обоснование сделанных выводов эксперт приводит соответствующие данные из представленных в её распоряжение материалов дела, заключение содержит подробное описание произведённых исследований, сделанные выводы обоснованы, в обоснование сделанных выводов эксперт приводит соответствующие объективные данные, указывает на применение метода исследования. Эксперт предупреждена об уголовной ответственности по ст.307 Уголовного кодекса РФ за дачу заведомо ложного заключения по настоящему делу, в силу чего основания сомневаться в компетентности эксперта и достоверности заключения, у суда отсутствуют.

Ответчиками по встречному иску данное заключение не оспорено, не заявлено ходатайств о проведении дополнительной, либо повторной экспертизы.

По этим основаниям заключение судебной экспертизы суд признаёт относимым и допустимым доказательством, которое оценивает с учётом требований ч.2 ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в совокупности с иными имеющимися в деле доказательствами, оснований не доверять экспертному заключению у суда не имеется.

Стоить отметить также, что на момент обсуждения ходатайства о проведении экспертизы на предмет давности составления и подписания договора купли –продажи от 05.07.2021, представителями ФИО1 не представлялись доказательства заключения договора в указанный день, такие как скриншот с электронной почты ФИО2, с которой в адрес ФИО3 15.06.2021 был направлен «договор купли –продажи типовой» (том 3 л.д. 74-78), а также документ в формате WORD с наименованием «Договор_купли_продажи_Барукова_З.Н.», представленный ФИО3 на флэш-носителе в доказательство его создания 3 ?июля ?2021 ?г., ??13:59:25 (вкладка «свойства») (том 3 л.д. 91). Суду не представлено данных о невозможности ранее предоставить данные доказательства, до назначения по делу экспертизы, кроме того, они не свидетельствуют о подписании конкретного договора в конкретную дату - 05.07.2021. После проведенной экспертизы ФИО3 также был предоставлен второй экземпляр договора, о существовании которого не указывалось изначально, напротив, в судебном заседании 11.11.2024 ФИО2 было выдвинуто предположение о нахождении второго экземпляра у ФИО5 (том 3 л.д. 22).

При таких обстоятельствах у ФИО7 после истечения срока действия доверенности отсутствовали полномочия на отчуждение спорного транспортного средства, а ответчик ФИО1 должна была понимать, что, заключая договор купли-продажи с неуполномоченным лицом, не может быть признана добросовестным приобретателем, о чем первоначально она просила, обратившись в суд 21.02.2024 (том 3 л.д.2-4), после предъявления требований о возврате автомобиля. Факт истребования ФИО5 автомобиля в начале 2024 года не оспорен стороной ответчика по встречному иску. Желая приобрести автомобиль, следуя добросовестному поведению, ожидаемому и разумному в данной ситуации, ФИО1 должна была также и истребовать от собственника подлинный экземпляр паспорта транспортного средства.

Поскольку ФИО7 на момент заключения договора купли-продажи транспортного средства не являлась его собственником и не имела полномочий на его отчуждений, то данная сделка также не соответствует требованиям закона и подлежит признанию недействительной на основании ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В пункте 34 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 22 от 29 апреля 2010 года "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" разъяснено, что спор о возврате имущества, вытекающий из договорных отношений или отношений, связанных с применением последствий недействительности сделки, подлежит разрешению в соответствии с законодательством, регулирующим данные отношения. В случаях, когда между лицами отсутствуют договорные отношения или отношения, связанные с последствиями недействительности сделки, спор о возврате имущества собственнику подлежит разрешению по правилам статей 301, 302 ГК РФ. Если собственник требует возврата своего имущества из владения лица, которое незаконно им завладело, такое исковое требование подлежит рассмотрению по правилам статей 301, 302 ГК РФ, а не по правилам главы 59 ГК РФ.

Поскольку сделка купли-продажи транспортного средства от 05.07.2021 является недействительной и по делу установлено, что у ФИО5 отсутствовала воля на отчуждение спорного автомобиля путем его продажи ФИО1, то автомобиль марки АУДИ Q5, VIN "номер", тип – легковой универсал, категория ТС-В, год изготовления 2010, госзнак "номер", подлежит истребованию из чужого незаконного владения ФИО1, указанной в полисе ОСАГО в качестве собственника автомобиля, и ФИО3, у которого он находится в настоящее время, и передаче ФИО5, таким образом первоначальные исковые требования о признании права собственности на автомобиль за ФИО1 и истребование паспорта транспортного средства, свидетельства об его регистрации подлежат оставлению без удовлетворения, а встречные исковые требования ФИО5 о признании недействительным договора купли-продажи автомобиля, истребовании автомобиля из чужого незаконного владения необходимо удовлетворить.

Разрешая довод стороны ответчика по встречному иску о применении срока исковой давности суд учитывает, что по общему правилу срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной составляет 3 года (п. 1 ст. 181 Гражданского кодекса Российской Федерации). Срок начинает течь со дня, когда началось ее исполнение (п. 1 ст. 181 ГК РФ). Это день, когда одна сторона приступила к фактическому исполнению, а другая - к его принятию (п. 101 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25). Общие положения о начале течения срока исковой давности в данном случае не применяются, поскольку п. 1 ст. 181 ГК РФ является специальной нормой по отношению к ст. 200 ГК РФ (Определение Верховного Суда РФ от 05.07.2016 N 18-КГ16-63). Срок исковой давности по требованию о признании ничтожной сделки недействительной не течет, если она не исполнялась (п. 101 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25). Таким образом, срок давности по требованию о признании сделки недействительной в данном случае не может быть применим, поскольку сделка фактически не исполнялась.

Требование о взыскании судебных расходов, в том числе по оплате госпошлины, ФИО5 не заявлялось, в связи с чем судом не обсуждается данный вопрос, при этом учитывается право на последующее обращение в суд в порядке, предусмотренном ст. 88, 103.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь ст.ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ

Исковые требования ФИО1 к ФИО5 об истребовании документов на автомобиль, признании права собственности – оставить без удовлетворения.

Встречное исковое заявление ФИО5 к ФИО1, ФИО7, ФИО3 о признании недействительным договора купли-продажи автомобиля, истребовании автомобиля из чужого незаконного владения удовлетворить.

Признать недействительным договор купли-продажи транспортного средства марки АУДИ Q5, VIN "номер", тип – легковой универсал, категория ТС-В, год изготовления 2010, госзнак "номер" от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ФИО5, от имени которой действовала по доверенности ФИО7, и ФИО4.

Истребовать из чужого незаконного владения ФИО1 и ФИО3 и передать ФИО5 транспортное средство марки АУДИ Q5, VIN "номер", тип – легковой универсал, категория ТС-В, год изготовления 2010, госзнак "номер"

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда в течение месяца со дня изготовления решения суда в окончательной форме, путём подачи жалобы через Ирбитский районный суд Свердловской области.

Председательствующий /подпись/