Приговор по делу № 1-67/2023 от 21.07.2023

ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

21 июля 2023 года <адрес>

Красноглинский районный суд г.Самары в составе председательствующего судьи Напреенко И.В., при помощнике ФИО1, при секретаре Батраковой В.Ю., с участием государственных обвинителей – помощниках прокурора Красноглинского района г.Самара – Ениной Е.А., ФИО2, и.о заместителя прокурора Красноглинского района г.Самары Хайбрахманова Р.М., потерпевшей ФИО3, подсудимого – ФИО4, защитника – адвоката Шишук А.Б., действующей по ордеру №069677 от 01.02.2023 и предъявившей удостоверение №3590, рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в общем порядке №1-67/2023 по обвинению

ФИО4, <дата> года рождения, уроженца <адрес>, гражданина Российской Федерации, имеющего полное среднее образование, женатого, занимающего строительными работами, зарегистрированного по адресу: <адрес>, с/з Шумовский, <адрес>1, проживающего по адресу: <адрес>42, судимого:

- <дата> Советским районным судом <адрес> по ч.1 ст.105 (3 преступления), на основании ч.3 ст.69 УК РФ, к лишению свободы сроком на 15 лет с отбытием наказания в ИК строгого режима; <дата> Волжским районным судом <адрес> на основании постановления от <дата> условно-досрочно освобожден на 3 года 6 месяцев 2 дня (наказание отбыто <дата>);

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

ФИО4 совершил умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, с применением предметов, используемых в качестве оружия, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего, при следующих обстоятельствах.

<дата>, в период времени с 18 часов 40 минут до 20 часов 17 минут, более точное время не установлено, ФИО4, будучи в состоянии алкогольного опьянения, находился по месту жительства Свидетель №5 в коммунальной квартире в комнате №, расположенной по адресу: <адрес>, где также находились его знакомые Свидетель №4, Свидетель №2, Свидетель №1, Г.В.МА., Свидетель №3 и ФИО5

В указанный период времени в указанном месте, между ФИО4 и ФИО5, на почве ранее возникших личных неприязненных отношений произошел словесный конфликт, в ходе которого у ФИО4 возник преступный умысел, направленный на причинение тяжкого вреда здоровью ФИО5, опасного для жизни последнего, совершить которое он решил с применением предмета, используемого в качестве оружия - кухонного ножа.

Реализуя задуманное, ФИО4, находясь в указанный период времени в указанном месте, во исполнение своего преступного умысла, направленного на причинение тяжкого вреда здоровью ФИО5, опасного для его жизни, осознавая общественную опасность и противоправный характер своих действий, предвидя возможность наступления общественно-опасных последствий для потерпевшего, в виде причинения тяжкого вреда его здоровью и желая этого, относясь легкомысленно и безразлично к последствиям своих действий, в виде возможного наступления смерти ФИО5, действуя умышленно, взял со стола, в свою правую руку кухонный нож и используя его в качестве оружия, нанес последнему один удар ножом в область левого бедра.

После получения ранения ножом, ФИО5 от указанного колото-резанного ранения <дата>, примерно в 22 часа 30 минут скончался.

ФИО4 своими преступными умышленными действиями причинил ФИО5, согласно заключению эксперта № от <дата> следующее телесное повреждение:

- слепое ранение левого бедра с повреждением бедренных вен и артерии, мягких тканей по ходу раневого канала: кожная рана левого бедра по передней поверхности в средней трети в 66 см от полости подошв, явившееся, в соответствии с п. <дата> «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденных Приказом МЗ и СР РФ <дата> №н, опасным для жизни, следовательно, имеющее признаки тяжкого вреда, причиненного здоровью ФИО5 и находящее в прямой причинно-следственной связи со смертью последнего.

Смерть ФИО5 последовала от слепого колото-резанного ранения левого бедра с повреждением бедренных артерии и вен, мягких тканей левого бедра, сопровождавшегося наружным кровотечением с последующей острой кровопотерей.

Таким образом, своими действиями ФИО4 совершил преступление, предусмотренное ч. 4 ст. 111 УК РФ.

Выражая свое отношение к предъявленному обвинению, подсудимый ФИО4 пояснил, что вину в совершении инкриминируемого ему преступления он признает частично, с обвинением не согласен. Признает себя виновным в том, что он взял нож в руку с целью запугивания потерпевшего ФИО5, подойдя к нему на близкое расстояние, и продолжая свои действия по запугиванию потерпевшего, держал нож в руке на близком расстоянии от бедра потерпевшего, однако ФИО5 резко дернулся и нож случайно вошел в его бедро. По существу показал, что в <дата> году он помог ФИО5 найти работу, после выполнения которой, он (ФИО4) расплатился с ФИО5 из средств работодателя, остальные деньги в размере № руб. находились при нем в пакете, а также в пакете находилось пиво. Он отошел в туалет, вернувшись, не обнаружил ни ФИО5, ни пакета. На следующий день ФИО5 вернул ему № руб., остальное сказал, что вернет позже. До <дата> он с ним не встречался. <дата> вечером он пришел по месту проживания ФИО11 (<адрес>6), где находились ФИО18, Свидетель №4, Богословский, Свидетель №3, ФИО6, он там немного выпил и сказал, что более сидеть с ФИО5 не будет, поскольку тот «крыса, так как своровал у него». ФИО5 уже находился в тот момент в сильном алкогольном опьянении. Свидетель №4 отвел его в подъезд, где он ему рассказал про ФИО5, после они зашли обратно в квартиру, где Свидетель №4 стал угрожать ФИО5 ножом, проводя им по горлу, и спрашивал брал ли тот пакет с пивом. При этом ФИО5 показал кивком головы на то, что пакет с пивом забрал ФИО18, однако последний этот факт отрицал. После он встал с дивана, на котором сидел сам, а также ФИО6, и при попытке взять нож, Свидетель №4 его схватил за руку, в которой находился нож, но ФИО4 сказал, что просто напугает ФИО6, тогда Свидетель №4 положил нож на стол, который он взял и проследовал уже с ножом, который держал в правой руке, ближе к потерпевшему, присел на корточки перед ним и хотел воткнуть нож в диван, но воткнул его в ногу ФИО5 После Свидетель №4 стал наносить удары ФИО4 и он «вырубился». Фраз «я знал куда бить» им не произносилось.

Из письменных показаний подозреваемого ФИО4, данных на стадии предварительного следствия <дата> (т.1, л.д.103-105), оглашенных на стадии судебного следствия, следует, что ранее отбывал наказание в местах лишения свободы, где в 2010 году вступил в брак с ФИО7, с которой после освобождения в 2016 году стал проживать в <адрес>42. Спиртными напитками он злоупотребляет. Когда находится в состоянии алкогольного опьянения, то ведет себя средне агрессивно, если его не трогать и не ругать он будет спокоен. Также пояснил, что при задержании ему никакого физического и психологического давления со стороны сотрудников полиции применено не было. На его теле были незначительные повреждения, которые он получил сам по неосторожности, когда спускался с лестницы и упал. Вину по подозрению его в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ, он признает в полном объеме и в содеянном раскаивается.

В ходе судебного следствия письменные показания подсудимый ФИО4 подтвердил письменные показания частично, указав, что вину признавал только в том, что взял нож в руку и случайно нанес им удар в ногу потерпевшего. Показания в части наличия у него телесных повреждений, которые он получил по неосторожности, не подтвердил, указав на то, что их наличие связано с тем, что <дата> Свидетель №4 наносил ему удары. Также отрицал, что злоупотребляет спиртными напитками.

Несмотря на позицию подсудимого, его виновность в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ, подтверждается совокупностью исследованных в суде доказательств.

Из показаний потерпевшей Потерпевший №1 следует, что ФИО5 ее сын, которого она охарактеризовала с положительной стороны, несмотря на то, что он страдал алкогольной зависимостью, от которой проходил лечение. <дата> ее сын находился со своим другом у нее дома, откуда они должны были уехать в реабилитационный центр, с утра она ушла на работу, а сын перестал выходить на связь, позже ей стало известно, что в реабилитационный центр сын не приехал. Около 22.00 часов ей позвонили из полиции и сообщили о смерти сына. Знает, что он умер от ножевого ранения.

Из показаний эксперта ГБУЗ «Самарское областное бюро судебно-медицинской экспертизы» ФИО8, следует, что ею проведена в ноябре 2022 года экспертиза по причине установления смерти потерпевшего ФИО5 Для проведения экспертизы ей было достаточно материалов, подтвердила, что у ФИО5 обнаружено повреждение: слепое ранение левого бедра с повреждением бедренных вены и артерии, мягких тканей по ходу раневого канала: кожная рана левого бедра по передней поверхности. При этом вопрос о последовательности образования не решался ввиду у потерпевшего одного ранения, указала, что ей ошибочно указано на то, что количество травмирующих воздействий предметом со свойствами колюще –режущего: на шею -1. При составлении экспертизы ею допущена описка в указанной части экспертизы, причиной которой возможно написания экспертизы по иному образцу. Подтвердила, что причину смерти ФИО5, указанную в экспертизе, а также, что ФИО5 находился в состоянии алкогольного опьянения. Также показала, что кровопотеря у человека возникает после повреждения сосуда. Потерпевшие при ранениях с повреждением артерий, вен способны к совершению сознательных действий, но дальнейшее их состояние зависит от индивидуальных особенностей человека, а состояние человека зависит от восполнения кровопотери, шок всегда наступает по мере нарастания кровопотери. Также экспертом указано на то, что ею исследовалась карта вызова скорой медицинской помощи, ей известно, что вызов поступил 20.13 часов, бригада выехала 20.15 часов и прибыла на место в 20.45 часов, а в 21.05 ФИО6 был транспортирован на карету скорой помощи, доставлен в больницу в 21.45 часов.

Из показаний свидетеля Свидетель №4 следует, что осенью <дата> года он, Свидетель №3 и Богословский находились у последнего по месту его жительства в <адрес>, после Богословский ушел за ребенком в детский сад, а они остались у него в квартире. Он и Богословский в тот день пили пиво, Свидетель №3 готовил еду, спиртные напитки не выпивал, после он и Свидетель №3 решили пойти в гости к В. (ФИО11), который проживает недалеко на <адрес> в квартиру к В. около 20.00 часов. По указанному адресу находились, кроме В., ФИО18 и ФИО6, которые распивали спиртные напитки – водку, а он также продолжил пить пиво. Потом пришел ФИО4, который был сильно пьян, прошел в комнату, сел на диван и сказал, что он с «крысами сидеть не будет», он отвел ФИО4 в подъезд, где тот ему рассказал, что ранее ФИО5 взял у него пакет с пивом. После они вновь проследовали в квартиру к В., куда также пришел Богословский с ребенком. В квартире началась перепалка ФИО4 стал руками наносить ФИО6 удары, на, что Богословский дал «подзатыльник» ФИО4, конфликт был исчерпан. При этом ФИО6 отрицал, что он виновен в краже. В течение 15 минут все общались между собой, потом он увидел, как ФИО4 замахнулся на ФИО6 ножом, который держал в правой руке, и последовал удар ножом в ногу потерпевшего. Под ФИО6 сразу образовалась лужа крови около 30 см, потерпевший сразу перестал разговорить, потерял сознание. В тот день в сознание ФИО6 приходил ненадолго, когда была поставлена капельница сотрудниками скорой помощи. После он и ФИО18 стали оказывать помощь ФИО6, перетянули рану сначала наволочкой, потом шнурком и вызвали скорую помощь, которая прибыла на место происшествия спустя два часа. При этом ФИО4 хотел уйти из квартиры, но Богословский его не отпускал из квартиры. ФИО4 сидел на диване и говорил: «что зря стараетесь, я знал куда бил». После 22 часов ФИО6 забрала карета скорой помощи, он видел, что медицинские сотрудники оказывали помощь ФИО6 в квартире, но медицинский жгут расстегнулся, и ФИО6 обратно завязали рану шнурком. Дополнил, что он наносил в тот день ФИО4 удары руками, от которых он потерял сознание

Из письменных показаний свидетеля Свидетель №4, данных на стадии предварительного следствия 09.11.2022 (том 1 л.д. 166-169), частично оглашенных на стадии судебного следствия, следует, что он все время пока они пытались перетянуть ногу ФИО5, а это примерно 10-15 минут, наносил беспорядочные удары ногами по голове, лицу и туловищу, лежавшему на полу ФИО4 ФИО9 по нему он нанес очень много. Бил его он со всей силы, так как его поступок очень сильно возмутил его, потому что он считал, что тот не вправе был лишать жизни ФИО5 и он продолжал наносить ФИО4 удары пока к ним не приехала полиция. Кроме него никто больше ФИО4 не избивал. Кто-то из них сразу после произошедшего вызвал скорую и полицию. Скорая помощь приехала примерно через 2 часа. Они помогли загрузить ФИО5 машину скорой помощи, а сами остались на месте с сотрудниками полиции. Когда скорая помощь забирала ФИО5, то тот находился в сознании.

В судебном заседании свидетель Свидетель №4 данные показания подтвердил, фразу «что зря стараетесь, я знал куда бил» на допросе следователю говорил, по какой причине тот это не записал ему неизвестно.

Из показаний свидетеля Свидетель №2 следует, что <дата> с утра встретился с ФИО6 и они пошли в гости к общему знакомому В. (ФИО11), который проживал по адресу: <адрес>, квартира расположена на первом этаже. В квартире они втроем распивали спиртное, потом они все уснули, а после вечером в гости домой к В. пришли Свидетель №4 и Свидетель №3, которые с собой принесли пиво. Они стали общаться на разные темы и вместе распивать пиво. После в окно комнаты постучался ФИО4, который ранее ему знаком, как житель <адрес>. ФИО4 запустили в квартиру, где он выпил пива и стал говорить, что «он с крысой сидеть за одним столом не будет». Сначала всем было не понятно, кого именно ФИО4 имел в виду под словом «крыса» и в связи с чем, для выяснения недопонимания Свидетель №4 попросил ФИО4 объяснить кого именно из присутствующих тот считает «крысой» и по какому поводу. Свидетель №4 и ФИО4 вышли в коридор для прояснения ситуации, а после, когда пришли то ФИО4 пояснил, что «крысой» в его понимании является ФИО5, так как тот летом <дата> года украл у него пакет с пивом. ФИО6 этот факт отрицал, оправдывался. Потом он увидел, что ФИО4 взял в правую руку со стола кухонный нож и после этого повернулся в сторону ФИО5 и нанес ФИО5 удар ножом в область левой ноги, чуть выше колена. Под ФИО6 образовалась лужа крови. Свидетель №4 сразу же отобрал нож у ФИО4, а ногу сразу перетянули наволочкой, а потом шнурком, кровь перестала течь, а только капала. Свидетель №3 вызвал скорую помощь, потом он видел как Свидетель №4 и Богословский наносили удары ФИО4. При этом, когда ФИО6 оказывалась помощь, ФИО4 говорил, что «зря стараетесь, я знал куда бил». Карета скорой помощи приехала спустя два часа, врачи оказывали помощь, он видел как у них развалился жгут, наложенный на ногу, потом врачи также перевязали ногу шнурком, когда ФИО6 погрузили в карету скорой помощи он был без сознания.

Из показаний свидетеля Свидетель №1 следует, что осенью <дата>, примерно в днем он, Свидетель №3 и Свидетель №4 находились у него дома по адресу: <адрес>12. Он и Свидетель №4 употребляли спиртные напитки, после он пошел в детский сад за сыном, а друзья остались в квартире. После ему позвонили и сказали, что Свидетель №4 и Свидетель №3 пошли в гости и сказали приходить в квартиру на <адрес> он и направился с сыном. В квартире находились Свидетель №3, Свидетель №4, он, ребенок, ФИО4, ФИО6 и В., все между собой общались. Ребенок его находился в квартире, сидел на диване, а он в это время выходил на 20 минут на улицу, и когда вновь зашел в квартиру то увидел, как Свидетель №4 держит ногу ФИО6, перевязывает ее шнурком, под ФИО6 была лужа крови и говорит, чтобы ФИО4 не выпускали из квартиры, так как тот нанес удар ножом ФИО6. Потом вызвали скорую помощь, которая приехала спустя два часа.

Из письменных показаний свидетеля Свидетель №3, данных на стадии предварительного следствия <дата> (т.1, л.д.181-184), оглашенных на стадии судебного следствия, следует, что <дата>, примерно в 16 часов 00 минут он вместе с его другом Свидетель №4 пришли в гости к общему знакомому Богословскому, который проживает, по адресу: <адрес>, где Свидетель №4 и ФИО10 пили пиво. Он спиртное в этот день не употреблял. Они общались. Пиво они принесли с собой, а именно 5 бутылок объемом по 1,2 литра. Примерно в 17 часов 00 минут Свидетель №1 пошел в детский сад за ребенком, а он и Свидетель №4 остались в его квартире, где по предварительной между ними договоренности дожидались его возвращения, где готовили еду. После этого Свидетель №4 предложил пойти в гости к общему знакомому по имени В.. Он согласился. После этого Свидетель №4 позвонил Богословскому и сказал, что они решили пойти к В., который проживает по адресу: <адрес>. С В., как с жителем <адрес>, он знаком на протяжении длительного времени, но общаться стал только на протяжении последнего месяца. Из квартиры ФИО10 он и Свидетель №4 ушли примерно в 17 часов 20 минут. Входную дверь квартиры они захлопнули на защелку дверного замка. До дома В. они шли примерно 5 минут. Когда они подошли к дому В., то Свидетель №4 постучался в окно его комнаты. В. выглянул в окно, и они попросили его открыть им дверь. При этом у них с собой было 4 бутылки пива, объемом 1,2 литра, которые они забрали с собой из квартиры ФИО10 этот момент в комнате В., кроме него находились ранее знакомые ему Свидетель №2 и ФИО5. Те распивали спиртное. Он и Свидетель №4 присоединились к тем. Они стали общаться с ними на разные темы. При этом все, кроме него выпивали спиртное. Примерно через 20-30 минут, в окно комнаты постучался ФИО4, который ранее ему знаком, как житель <адрес>. Он сходил и открыл входную дверь для ФИО4, который пройдя в комнату, сел на диван. ФИО4 вместе с остальными выпил несколько глотков пива. После этого ФИО4 обратился к нему за столом со словами: «он с крысой сидеть за одним столом не будет». Сначала всем было не понятно, кого именно ФИО4 имел в виду под словом «крыса» и в связи с чем, для выяснения недопонимания Свидетель №4 попросил ФИО4 объяснить, кого именно из присутствующих тот считает «крысой» и по какому поводу. ФИО4 пояснил, что «крысой» в его понимании является ФИО5, так как тот летом <дата> года украл у него пакет с пивом. В ответ на это ФИО5 ничего вразумительного ответить не смог, стал теряться в своих ответах, но потом совсем отказался признаваться в данной краже. Свидетель №4 и ФИО4 продолжали задавать ФИО5 различные провокационные вопросы, но ФИО5 так и не признался. ФИО5 в этот момент сидел на диване и продолжал оправдываться, доказывая, что тот этого не совершал. В какой-то момент Свидетель №4 своей правой рукой, лежащий на столе нож, который перевернув лезвием в свою сторону «противоположной» стороной в сторону ФИО5 указанном положении, то есть «тупой стороной» Свидетель №4 поднес нож к горлу ФИО5 и сказал, что если ФИО5 не признается, то тот порежет его. На это ФИО5 ответил, что не совершал кражу пива у ФИО4 После этого Свидетель №4 сделал жест рукой, в которой находился нож, тем самым имитируя порез горла ФИО5 Указанный жест ФИО5 воспринял в серьез, подумав о том, что Свидетель №4 действительно перерезал ему горло и сразу заплакал, повторив о том, что не совершал кражу пива. После этого, как ему показалось. Свидетель №4 поверил ФИО5, а нож, который находился у него руке, тот положил обратно на стол. Нож был с деревянной ручкой светло-коричневого цвета с двумя или тремя клепками, длина лезвия составляла примерно 13-15 см. После этого Свидетель №4 сказал, что больше с ними общаться по поводу кражи пива не будет и чтобы те дальше разбирались сами между собой. Они продолжали общение. В этот момент в комнату пришел Богословский вместе с его пятилетним сыном Максимом. В этот момент ФИО6 сидел на диване на том же месте. Свидетель №4 сидел на диване слева от ФИО5, а справа от ФИО5 на диване сидел ФИО4. Справа от Свидетель №4 на диване сидел Максим. В свою очередь, ФИО4, возмущаясь и оскорбляя ФИО5, обвиняя последнего в краже, встал с дивана и стал своей правой рукой наносить удары ФИО5 в область лица и головы. Сколько точно было ударов он не считал, но как ему показалось тот ударил его не менее 7 раз. ФИО5 в ответ ему ничего не отвечал и с дивана не встал. В этот момент ФИО4 взял своей правой рукой со стола тот же самый нож, который брал ранее Свидетель №4 и после этого повернулся в сторону ФИО5 этот момент Свидетель №4 своей рукой схватил ФИО4 за правую руку, в которой находился нож, тем самым остановив последнего. В ответ на это ФИО4 сказал, что тот ничего делать не собирается, а хочет только напугать ФИО5 После этих слов Свидетель №4 отпустил руку ФИО4, который мгновенной нанес ФИО5 удар ножом в область левой ноги, чуть выше колена. Как ему показалось, удар был один. Свидетель №4 сразу же после этого схватил ФИО4 за руку, в которой находился нож, выхватил указанный нож руками и положил его на стол. После этого Свидетель №4 оттолкнул ФИО4 в сторону, и после того, как ФИО4 упал на пол, то Свидетель №4 стал наносить ФИО4 беспорядочные удары ногой, но куда именно он не видел, так как в этот момент пытался перевязать ФИО5 ногу. После удара ножом из раны ноги ФИО5 обильно потекла кровь. Свидетель №4 подошел к нему стал помогать перетягивать ФИО5 ногу, а его тот попросил вызвать скорую помощь. Свидетель №1 достал свой телефон и стал вызывать скорую помощь, но дозвониться не смог. Тогда Свидетель №4 сказал ему, чтобы он побежал в пункт скорой помощи <адрес>. Примерно через 10-15 минут он добежал до скорой помощи, но там никого не было. После этого он у одного из прохожих попросил сотовый телефон, с которого вызвал скорую помощь. Потом он пошел обратно в квартиру, где все произошло, куда вернулся примерно через 40-50 минут. Что происходило в квартире за время его отсутствия ему неизвестно, но когда он вернулся, то там уже находились сотрудники полиции. Он не видел, чтобы кроме ФИО4 кто-то еще наносил удары ФИО5

Из показаний свидетеля ФИО11 следует, что в тот день он, Свидетель №4, Богословский, ФИО4 и ФИО6 находились по месту его жительства в <адрес>6. Все кроме ФИО4, распивали спиртные напитки. Он ничего не понял, увидел только как ФИО4, который сидел на диване слева от ФИО6, воткнул кухонный нож в левую ногу ФИО6, а потом все стали оказывать помощь ФИО5, затянули ногу шнурком, кровь немного после данной манипуляции остановилась, и стали дожидаться скорой помощи, которая приехала спустя два часа. Видел как парни избивали ФИО4 после нанесенного им удара. Когда приехала карета скорой помощи ФИО6 был жив, но истек кровью.

Из письменных показания свидетеля Свидетель №5, данных на стадии предварительного следствия <дата> (том 1 л.д. 149-152), оглашенных на стадии судебного следствия, следует, что он проживает по адресу: <адрес>6. <дата>, примерно в 17 ч. 00 мин. к нему в гости пришел Свидетель №4, который принес с собой 6 бутылок пива. После чего они стали употреблять спиртное. Примерно через 30 мин. к ним пришел ФИО4, прозвище «Монах», с ним он знаком около года. Пришел он к нему без спиртного. После О. к нему пришел в гости ФИО5, который принес с собой два флакона спирта, который впоследствии разбавил их с водой и все стали выпивать. Затем в какой-то точно очередности пришли Свидетель №3 Владислав и Свидетель №2. После чего все стали пить спиртное. В ходе распития спиртных напитков у О. с ФИО6 произошел словесный конфликт, в ходе которого О. взял в свою правую руку нож и нанес ФИО6 данным ножом один удар в область левого бедра. Удар он наносил сверху вниз. Затем О. оттащили от ФИО6, чтобы его утихомирить. Затем все стали оказывать ФИО6 помощь, пытались остановить кровь, при этом вызвали скорую помощь. По приезду сотрудники скорой помощи увезли ФИО5 в больницу. Когда его увозили, то ФИО6 был жив.

В ходе судебного следствия свидетель Свидетель №5 полностью подтвердил письменные показания, указав на то, что ранее события помнил лучше.

Из показаний свидетеля фельдшера скорой помощи ФИО12 следует, что <дата> в 20.13 часов поступил вызов о ножевом ранении. Бригада скорой помощи, в состав которой входила она, фельдшер ФИО13 и водитель, выехала в 20.15 часов из <адрес> на место происшествия и прибыла в 20.45 часов. Таким образом, бригада прибыла на место через полчаса после вызова, что в данном случае допустимо с учетом дальности месторасположения населенных пунктов (выехала бригада из <адрес> в <адрес>). По прибытию увидели мужчину ФИО5, который находился без сознания, с перевязанной шнурком ногой, вокруг него была кровь, а также весь диван был в крови, что свидетельствует о сильной острой кровопотери, кровь в это время уже не текла, а капала. В отношении ФИО6 сделаны медицинские манипуляции, а именно, нога была перевязана жгутом, пациент был прокапан лекарственными препаратами для восполнения кровопотери, при этом давление у ФИО6 сразу было низкое, что свидетельствует о том, что пациент находился в шоке. После проведенных манипуляций в карете пациент находился в возбужденном состоянии, это допустимо при оказании медицинской помощи.

Из показаний свидетеля фельдшера скорой помощи ФИО13 следует, что <дата> после вызова скорой помощи бригада выехала в <адрес> по факту ножевого ранения. По прибытию минут через 20-25 он увидел в квартире потерпевшего, сотрудников полиции, а также иных лиц. Пациенту сразу стали оказывать медицинская помощь, произведена обработка раны, наложен кровоостанавливающий жгут, кровь в это время уже текла не массивно, но диван при этом был пропитан кровью, прокапан лекарственными препаратами для восполнения кровоснабжения, после чего пациент прибывал в возбужденном состоянии. Состояние у пациента было стабильно тяжелое. За его трехлетнюю практику это первый случай наступления смерти от ножевого ранения в область бедра.

Также в ходе судебного следствия допрошены ФИО14, ФИО15 и ФИО16 в качестве свидетелей, которые охарактеризовали подсудимого с положительной стороны.

Также вина подсудимого ФИО4 в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ подтверждается следующими исследованными судом доказательствами:

- протоколом осмотра места происшествия от <дата>, согласно которому в реанимационном зале СГБ № осмотрен труп ФИО5 На трупе повреждение: в области левого бедра средней трети зияющая рана(том 1 л.д. 4-12);

- протоколом осмотра места происшествия от <дата>, согласно которому осмотрена <адрес>. 4 по <адрес> (том 1 л.д. 13-24);

- заключением эксперта № от <дата>, согласно которому при судебно-медицинской экспертизе трупа ФИО5 обнаружено повреждение:

- слепое ранение левого бедра с повреждением бедренных вены и артерии, мягких тканей по ходу раневого канала: кожная рана левого бедра по передней поверхности в средней трети в 66 см от плоскости подошв.

Слепое ранение левого бедра с повреждением бедренных вены и артерии было опасной для жизни человека, по своему характеру непосредственно создавало угрозу для жизни, что соответствии с п. <дата> «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденных Приказом МЗ и СР РФ <дата> №н, имеет признак тяжкого вреда, причиненного здоровью ФИО5

- заключением эксперта № от <дата>, согласно которому на куртке ФИО4, фрагментах ногтевых пластин с рук ФИО4 обнаружена кровь человека, исследованием ДНК которой установлено, что она произошла от ФИО4 На паре галош ФИО4, одежде и обуви Свидетель №4 (штаны, пара кроссовок), ноже №, фрагменте марли, фрагменте ногтевых пластин с рук ФИО5, двух фрагментов марли (смывы с рук ФИО5) обнаружена кровь человека, исследованием ДНК которой установлено, что она произошла от ФИО5 На кофте ФИО4 футболке ФИО4 обнаружены смешные следы крови человека. Исследованием ДНК которой установлено, что смешные следы крови произошли от Свидетель №4 и ФИО5 (том 1 л.д. 59-81);

- протоколом выемки от <дата>, согласно которому у ФИО4 изъята одежда: куртка, кофта, джинсы, футболка, галоши (том 1 л.д. 143-148);

- протоколом выемки от <дата>, согласно которому у Свидетель №4 изъяты кроссовки и штаны (том 1 л.д. 137-141);

- протоколом выемки от <дата>, согласно которому в ГБУЗ СОБСМЭ изъят образец крови с трупа ФИО5 (том 1 л.д. 153-165);

-протоколом осмотра предметов от <дата>, согласно которому осмотрены: куртка ФИО4, кофта ФИО4 футболка ФИО4, джинсы ФИО4, галоши ФИО4, штаны Свидетель №4, кроссовки Свидетель №4, ножи в количестве 4-х шт. (том 1 л.д. 199-207).

Иные исследованные судом доказательства, не опровергающие и не доказывающие вины подсудимого, судом в приговоре не приводятся.

Анализируя показания подсудимого в суде, суд кладет их основу приговора в части не противоречащей показаниям свидетелей, данных на стадии предварительного следствия и в ходе судебного следствия.

Совокупностью исследованных по делу доказательств, суд считает вину подсудимого ФИО4 в предъявленном обвинении, установленной и доказанной.

Оценивая исследованные в судебном заседании доказательства, суд находит правильной квалификацию действий ФИО4 по ч. 4 ст. 111 УК РФ, как совершение умышленного причинения тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, с применением предметов, используемых в качестве оружия, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего.

Оценив в совокупности собранные по делу доказательства, представленные стороной обвинения, суд в соответствии со ст.87 УПК РФ и ст.88 УПК РФ каждое из доказательств считает относимым, допустимым, достоверным, а все собранные доказательства в совокупности сопоставимыми между собой, источник каждого из доказательств установлен судом и все доказательства являются достаточными для вывода о виновности ФИО4 в совершении инкриминируемого ему преступления.

Таким образом, время, место совершения преступления, способ и другие обстоятельства причинения телесного повреждения ФИО5 подсудимым установленные в судебном заседании не только не находятся в противоречии, но и дополняют друг друга, в результате чего сложилась полная картина совершенного преступления. Виновность подсудимого в совершении преступления при фактических обстоятельствах дела, установленных судом, подтверждена совокупностью исследованных по делу доказательств, которые согласуются между собой и дополняют друг друга – показаниями свидетелей, письменными материалами уголовного дела, заключением экспертов.

Собранные по делу и исследованные судом доказательства: показания свидетелей в судебном заседании и на предварительном следствии, протоколы следственных действий, а также иные доказательства, изложенные в приговоре, получены в соответствии с требованиями закона, нарушений при их составлении судом не установлено, все доказательства содержат сведения, относящиеся к обстоятельствам рассматриваемого уголовного дела, согласуются друг с другом, в том числе и с признательными показаниями самого подсудимого, в связи с чем, суд находит их достоверными и допустимыми, а в совокупности достаточными и подтверждающими виновность подсудимого в совершении инкриминируемого ему деяния.

В связи с чем, показания свидетелей Свидетель №1, Свидетель №2, данные в суде, показания свидетелей Свидетель №4 и Свидетель №5, данные в суде и на стадии предварительного следствия, показания Свидетель №3, данные на стадии предварительного следствия, показания свидетелей ФИО12 и ФИО17, данные в суде, суд, признавая достоверными, кладет в основу обвинительного приговора.

Незначительные противоречия в показаниях свидетелей Свидетель №4 и ФИО18, данные в суде, показаниям данным в ходе предварительного следствия, суд связывает с давностью происходящих событий, в связи с чем, за основу принимает показания, данные в ходе предварительного следствия, а показания, данные им в суде, принимает в части, не противоречащей показания, данным в ходе предварительного следствия.

Подсудимый в ходе предварительного следствия, никому не заявлял о применении к нему физической силы, специальных средств, психологического давления, данное обстоятельство судом так же не установлено.

Таким образом, нарушений закона и прав подсудимого, влияющих на допустимость доказательств и препятствующих суду вынести решение по делу, при производстве по делу не установлено.

Таким образом, суд квалифицирует содеянное ФИО4 по ч. 4 ст. ст. 111 УК РФ, как совершение умышленного причинения тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, с применением предметов, используемых в качестве оружия, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего и не находит оснований для иной квалификации действий подсудимого, в том числе по ч. 1 ст. 109 УК РФ.

Доводы защиты о неправильной квалификации органами следствия действий ФИО4, необходимости расценивать их как неосторожные действия при нанесении удара ножом в ногу потерпевшего, убедительными признать нельзя. Данные утверждения ФИО4 и его защитника опровергаются показания свидетелей Свидетель №4 и Свидетель №2, которые подтвердили, что ФИО4 <дата> говорил, что знал куда он нанес удар. Это подтверждает, что ФИО4 взял нож в руки не с целью его демонстрации потерпевшему, а для нанесения удара, вследствие чего удар ножом был нанесен с прямым умыслом.

Ссылка защиты на то, что удар был нанесен ножом в ногу потерпевшего, а не в жизненно-важные органы (шею, голову, грудную клетку, живот), не может опровергать того, что умысла у подсудимого на причинение вреда здоровья у ФИО4 не имелось. В силу возраста, дееспособности, жизненного опыта ФИО4 не мог не понимать, что в ноге в области бедра имеются вены и артерии, повреждение которых может повлечь смерть человека.

Также суд не находит оснований для признания недопустимыми доказательствами по делу заключения экспертов.

Все экспертизы были назначены и проведены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства в государственных экспертных учреждениях, экспертами, компетенция которых не вызывает сомнений, которые были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных заключений и у которых была отобрана подписка о разъяснении прав и обязанностей, предусмотренных ст. 57 УПК РФ.

Эксперты ответили на все поставленные перед ними вопросы, подробно мотивировав и аргументировав свои выводы. Оснований не доверять заключениям экспертов у суда не имеется.

Судом установлено, что подсудимый умышленно нанес ФИО5 слепое ранение левого бедра с повреждением бедренных вен и артерии, мягких тканей по ходу раневого канала, причинив ФИО5 повреждение, квалифицированное как тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, повлекший по неосторожности его смерть и состоящие в причинной связи с наступившими последствиями. О силе нанесенного подсудимым удара неоспоримо свидетельствует характер причиненного ФИО5 повреждения.

Умысел ФИО4 на причинение потерпевшему тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни, установлен на основании фактических обстоятельств совершенных действий подсудимого и характера телесного повреждения ФИО5, нанося с достаточной силой удар по ноге в области бедра, то есть в область, где расположены вены и артерии, ФИО4 не мог не осознавать, что совершает действия, опасные для здоровья потерпевшего, и не мог не предвидеть возможности наступления тяжких последствий, поэтому суд считает, что ФИО4 действовал с прямым умыслом на причинение потерпевшему ФИО5 тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека.

Таким образом, оценивая имеющиеся в деле доказательства, суд считает, что они являются допустимыми, поскольку получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства, относимыми и достоверными, а их совокупность достаточной для вывода о том, что ФИО4 совершил инкриминируемое ему деяние. Действия ФИО4 суд квалифицирует поч.4ст.111 УК РФ,как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, с применением предметов, используемых в качестве оружия, повлекшего по неосторожности смерть потерпевшего.

При этом квалифицирующий признак «применение предметов, используемых в качестве оружия» нашел свое подтверждение, поскольку удар был нанесен потерпевшему кухонным ножом, что не отрицалось и самим подсудимым.

Причинение ФИО5 тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшего по неосторожности смерть потерпевшего состоит в прямой причинной связи с действиями подсудимого ФИО4 и наступившими последствиями.

Решая вопрос о квалификации действий подсудимого, суд исходит из следующего.

По смыслу уголовного закона преступление, предусмотренноеч. 4ст.111 УК РФсовершается с двумя формами вины по отношению виновного к содеянному, о котором говорится в ст.27 УК РФ.

Суд, исходя из совокупности всех фактических обстоятельств содеянного и учитывая, в частности, способ совершения преступления, характер и локализацию телесного повреждения, а также предшествующие преступлению взаимоотношения потерпевшего и подсудимого, приходит к выводу, что ФИО4, нанося ФИО5 в ногу – в бедро, действовал умышленно, он предвидел и должен был предвидеть, что результатом его действий является наступление тяжких последствий, то есть его умысел был направлен на причинение ФИО5 именно тяжкого телесного повреждения.

Наряду с этим, исследованные в суде доказательства свидетельствуют о том, что подсудимый не желал лишать жизни ФИО5, поскольку после нанесения последнему телесного повреждения, ФИО4, осознавая, что потерпевший жив, больше никаких действий, направленных на причинение ему смерти не предпринимал, хотя имел такую возможность. Такой исход (наступление смерти потерпевшего) не охватывался умыслом ФИО4 и по отношению к наступившим последствиям в виде смерти в его действиях усматривается неосторожная вина в виде легкомыслия, поскольку ФИО4 предвидел возможность наступления общественно опасных последствий своих действий, но без достаточных к тому оснований самонадеянно рассчитывало на предотвращение этих последствий.

Данное описание относится к совершению преступления с косвенным умыслом согласно положениям ст. 25 УК РФ.

При этом между совершенным подсудимым деянием и наступившими последствиями в виде тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшего по неосторожности смерть потерпевшего ФИО5, имеется прямая причинно-следственная связь.

Преступление, совершенное подсудимым, является оконченным.

Суд приходит к выводу, что в ходе конфликта ФИО4 был абсолютно свободен в выборе своего поведения, имел реальную возможность остановить конфликт, однако конфликт не прекратил, а напротив стал развивать его, наносил удары ФИО5, а потом через незначительный промежуток времени нанес один удар ножом. При этом, согласно обстоятельствам дела, и свидетельских показаний, в момент причинения ФИО5 телесного повреждения (ножевое ранение), какой-либо реальной угрозы для жизни и здоровью ФИО4 либо других лиц, не было. Подсудимый сознательно прибегнул к таким средствам и способам, которые явно не вызывались реальной обстановкой.

Наличия в действиях ФИО4 признаков необходимой обороны либо превышение ее пределов суд не усматривает, поскольку никаких объективных доказательств, указывающих на то, что пострадавший ФИО5 совершал на личное и общественно опасное посягательство, сопряженное с насилием, опасным для жизни и здоровья ФИО4, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия, судом не установлено.

Суд не находит оснований для квалификации действий ФИО4 по статье109 УК РФ(причинение смерти по неосторожности), или по статье118 УК РФ(причинение тяжкого вреда здоровью по неосторожности), поскольку по обстоятельствам дела телесное повреждение в результате нанесения ножом ФИО4, находящийся в причинно-следственной связи со смертью потерпевшего, подсудимым был нанесен умышленно.

На нахождение в состоянии аффекта ФИО4 не ссылался ни входе предварительного, ни судебного следствий.

Суд принимает во внимание совокупность всех обстоятельств содеянного, учитывает не только способ преступления, характер телесного повреждения, но и обстановку в квартире, предшествующую преступлению, поведение потерпевшего, других лиц, находившихся в квартире, подсудимого, их сложившиеся взаимоотношения и последующее поведение виновного. В судебном заседании достоверно установлено, что конфликт между подсудимым и потерпевшей возник на почве личного неприязненного отношения ФИО4 к ФИО5, а не по причине неправомерного поведения потерпевшего.

Вместе с тем, анализируя обстановку на момент конфликта, суд приходит к однозначному выводу об отсутствии со стороны потерпевшего непосредственно перед причинением ему тяжкого вреда здоровью каких-либо противоправных действий, способных привести подсудимого в состояние необходимой обороны либо превышении пределов необходимой обороны и судом не усмотрены достаточные основания для оправдания подсудимого и переквалификации его действий, в том числе и по основаниям, указанным стороной защиты.

В целом позицию подсудимого, суд оценивает, как форму защиты.

При этом суд считает необходимым исключить из обвинения указание на то, что удар ножом был в область расположения жизненно важных органов, поскольку ранение нанесено в область левого бедра, где находятся бедренные вены и артерии. Вместе с тем, это исключение не может повлиять на квалификацию действий подсудимого.

Доводы защиты о том, что по делу не производилась комиссионная судебная медицинская экспертиза по установлению факта оказания медицинской помощи по критериям своевременности, полноты и технической правильности, не могут быть приняты во внимание, поскольку данное обстоятельство не может повлиять на вывод суда о виновности подсудимого в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст. 111 УК РФ, исходя из представленной совокупности доказательств, которую суд признает достаточной для постановления такого вывода.

Доводы адвоката Шишук А.Б., поддержанные подсудимым ФИО4 о том, что смерть ФИО5 наступила по причиненекачественногооказаниямедицинскойпомощи, не обоснованы.

С целью проверки данной версии судом по ходатайству стороны защиты допрошены специалисты ФИО19 и ФИО20, которые изготовили заключение специалиста в медицинской области от <дата>, которое приобщено к материалам уголовного дела. Исходя из их показаний и выводов заключения, следует, что вопрос правильности и своевременности оказания скорой медицинской помощи и медицинской помощи в стационаре, касающиеся оценки качества оказания медицинской помощи, своевременности прибытия бригады СМП, возможен только в рамках комиссионной медицинской экспертизы с изучением нормативных документов, регламентирующих время «доезда» бригады СМП до места вызова от момента поступлении вызова. Время вызова, время оказания медицинской помощи бригадой СМП, время госпитализации зафиксировано в медицинских документах. Устранение сомнений в правильности и достоверности данной информации разрешается следственным путем. Специалисты в заключении отметили, в судебном заседании подтвердили, что согласно данным медицинской карты стационарного больного, изложенным в заключении эксперта, пострадавший поступил в стационар в состоянии клинической смерти, то есть в состоянии, когда применение реанимационных мероприятий еще может возвратить человека к жизни. Продолжительность клинической смерти составляет несколько минут, после чего наступает биологическая смерть, то есть необратимое состояние, при котором никакие реанимационные мероприятия не могут вернуть человека к жизни. Из этого можно предположить, что в случае поступления пострадавшего в стационар на несколько минут раньше, имелся реальный шанс предотвратить развитие клинической смерти либо реанимационными мероприятиями вернуть пострадавшего к жизни.

Между тем ни само заключение специалистов, ни их показания не опровергают и не подтверждают виновность подсудимого в совершении преступления. Надо учитывать, что смерть ФИО5 последовала от слепого колото-резанного ранения левого бедра с повреждением бедренных артерии и вен, мягких тканей левого бедра, сопровождавшегося наружным кровотечением с последующей острой кровопотерей. При чем острая кровопотеря у ФИО5 наступила сразу после ранения, что подтверждается показаниями свидетелей Свидетель №4, Свидетель №2, фельдшеров ФИО12, ФИО13, которые подтвердили, что крови возле ФИО5 было много, диван был пропитан кровью, при этом свидетели Свидетель №4, Свидетель №2, Свидетель №3, ФИО11, Свидетель №1 подтвердили, что сразу после ножевого ранения стали оказывать потерпевшему помощь, затянув шнурок на ноге пострадавшего, и после этого кровь перестала интенсивно не вытекать.

Доводы защитника о несвоевременности прибытия скорой помощи спустя более двух часов и неоднократности ее вызова, как на основание изменение квалификации действий подсудимого, не могут быть приняты во внимание. Само утверждение о прибытии на место происшествия бригады СПМ спустя два часа после вызова и о неоднократности вызова бригады СМП, не соответствует материалам уголовного дела, поскольку согласно карте вызова скорой медицинской помощи, бригада прибыла спустя 30 минут с момента поступления вызова о помощи, и, согласно ответу ГБУЗ Самарская СМП» № от <дата>, вызов СМП зафиксирован в 20.13 часов <дата>, иных вызовов не имелось. Несмотря на показания свидетелей, которые указывали на прибытие кареты скорой помощи спустя два часа, из материалов дела следует, что карета СМП прибыла к пострадавшему спустя 30 минут. В этой связи показания свидетелей в указанной части не принимаются судом во внимание, поскольку они противоречат письменным материалам уголовного дела. При этом суд считает, что в остальной части показания свидетелей являются правдивыми и достоверными. Кроме того, необходимо учитывать причину смерти ФИО5

В силу требований ч. ч. 1, 3 ст. 60 УК РФ лицу, признанному виновным в совершении преступления, назначается справедливое наказание в пределах, предусмотренных соответствующей статьей Особенной части УК РФ, и с учетом положений Общей части УК РФ.

Назначая наказание, суд руководствуется принципом справедливости (ст. 6 УК РФ), а также ст.ст.43, 60 УК РФ, учитывает характер, степень общественной опасности совершенного преступления, личность подсудимого, обстоятельства смягчающие и отягчающие наказание, влияние наказания на его исправление, на условия жизни его семьи и на достижение целей наказания.

Согласно заключению судебно-психиатрической комиссии экспертов от <дата> за № (том 1 л.д. 94-95), ФИО4 не страдает и в период совершения преступления не страдал хроническим психическим расстройством, временным психическим расстройством, слабоумием, либо иным болезненным состоянием психики. ФИО4 может отдавать себе отчет в своих действиях и руководить ими и мог в период совершения преступления осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В принудительных мерах медицинского характера не нуждается. ФИО4 не страдает наркоманией, не нуждается в обязательном лечении и медико-социальной реабилитации у врача-нарколога, показаний не имеет.

Так, ФИО4 состоит в зарегистрированном браке, на учетах в наркологическом и психоневрологическом диспансере не состоит (т.1 231,227,229), по месту жительства характеризуется удовлетворительно (т.1, л.д. 233).

Исходя из данных о личности подсудимого и его поведения на стадии предварительного расследования и в судебном заседании, учитывая вышеизложенное заключение, оснований сомневаться в его вменяемости в момент совершения преступления и в настоящее время, а также способности нести ответственность за содеянное, у суда не имеется.

Обстоятельствами, смягчающими наказание подсудимому по ч. 2 ст. 61 УК РФ суд признает: частичное признание вины в ходе предварительного следствия и судебного следствия, раскаяние в содеянном, принесение публичных извинений перед потерпевшей Потерпевший №1, положительную характеристику соседями с места жительства, положительные характеристики его личности, данные супругой ФИО7 и свидетелями ФИО14, ФИО15 и ФИО16, состояние здоровья подсудимого и его супруги, которая страдает тяжелым заболеванием, оказание супруге помощи в уходе за ней, оказание материальной помощи супруги.

Ни о каких иных, имеющих значение для назначения наказания, обстоятельствах подсудимый суду не сообщил, и учесть их в качестве обстоятельства смягчающего его ответственность не просил.

При этом факт нахождения ФИО5 в состоянии алкогольного опьянения не может быть признано в качестве смягчающего обстоятельства наказания по п. «з» ч.1 ст. 61 УК РФ, несмотря на обнаружение этилового алкоголя в крови пострадавшего, поскольку сам по себе факт нахождения гражданина в состоянии алкогольного опьянения в помещении не может свидетельствовать о противоправном или аморальном поведении. При этом суд учитывает, что аморальное же поведение потерпевшего состоит в нарушении моральных норм и правил поведения в обществе, что спровоцировало преступление. Судом таких обстоятельств не усмотрено.

Обстоятельством, отягчающим ответственность подсудимого, в силу ч.1 ст.18, п. «а» ч.1 ст. 63 УК РФ, признается рецидив преступления.

Поскольку ФИО4 совершил особо тяжкое преступление, а ранее был осужден за особо тяжкое преступление и отбывал наказание в виде лишения свободы, в его действиях имеет место особо опасный рецидив.

Иных отягчающих наказание обстоятельств не установлено, в том числе и нахождение ФИО4 в состоянии алкогольного опьянения. Несмотря на то, что подсудимый в ходе судебного следствия не отрицал, что употреблял спиртные напитки, но при этом подсудимый не подтверждал факт влияния состояние алкогольного опьянения на совершение преступления.

Учитывая характер и степень общественной опасности содеянного, степени реализации преступления, данные о личности подсудимого ФИО4, влияние назначенного наказания на исправление осужденного на условия жизни его семьи, в целях предупреждения совершения новых преступлений, восстановления социальной справедливости, руководствуясь принципом законности и гуманизма, суд приходит к убеждению о назначении подсудимому ФИО4 наказания в виде лишения свободы. С учетом конкретных обстоятельств дела, обстоятельств, смягчающих наказание, данных о личности подсудимого, суд считает, что исправление ФИО4 невозможно без реального отбытия назначенного ему наказания в виде лишения свободы, соответственно оснований для применения ст. 73 УК РФ. Суд не находит оснований для применения к ФИО4 положений ст. 73 УК РФ и по той причине, что наказание назначается свыше 8 лет. Именно такое наказание, по мнению суда, будет соответствовать целям восстановления социальной справедливости, а также исправлению осужденного и предупреждению совершения им новых преступлений. Оснований для назначения подсудимому иного вида наказания не имеется.

Каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью виновного, его поведением во время или после совершения преступления и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, судом не установлено, в связи с чем, суд не усматривает оснований для применения при назначении наказания ст. 64 УК РФ, ч. 3 ст. 68 УК РФ и ч. 2 ст. 53.1 УК РФ. Правовых оснований для применения ст. 72.1 УК РФ у суда так же не имеется.

Правовых оснований для изменения категории преступления, на менее тяжкую на основании п. 6 ст. 15 УК РФ суд не усматривает в связи с наличием отягчающего обстоятельства.

При назначении конкретного вида и срока наказания суд учитывает наличие смягчающих обстоятельств, требования ч.ч.1,2 ст. 68 УК РФ, а также п. «г» ч. 1 ст. 58 УК РФ и определяет наказание ФИО4 в виде реального лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии особого режима.

Учитывая характер совершенного преступления, личность подсудимого, суд считает назначение дополнительных наказаний нецелесообразным, полагая, что основное наказание будет достаточно для исправления подсудимого.

Мера пресечения в виде содержания под стражей подлежит оставлению без изменения до вступления приговора в законную силу с целью его исполнения и направления осужденного в места отбывания наказания.

Поскольку <дата> в отношении ФИО4 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, но фактически он был лишен возможности передвижения с <дата>, то суд считает необходимым зачесть в счет отбытия наказания период с <дата> до дня вступления приговора в законную силу.

Отмена условно-досрочного освобождения возможна лишь в случае, если лицо в течение оставшейся не отбытой части наказания совершает преступления. В данном случае с учетом того, что ФИО4 снят с учета по приговору от <дата> в 2019 году, а преступление совершил в 2022 году, то оснований для такой отмены не имеется.

Судьбу вещественных доказательств суд полагает необходимым разрешить в порядке ст. 81,82 УПК РФ.

С учетом того, что свидетелем Свидетель №4 подано заявление о возврате ему вещей и обуви, изъятых на стадии предварительного следствия, то суд считает необходимым предметы одежды и обувь вернуть свидетелю, а остальные вещественные доказательства подлежат уничтожению.

Гражданский иск по делу не заявлен.

На основании вышеизложенного и руководствуясь ст. 307-309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОР И Л:

ФИО4 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ, и назначить ему наказание в виде 08 (восьми) лет 06 (шести) месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии особого режима.

Срок наказания ФИО4 исчислять с момента вступления приговора в законную силу. Зачесть в срок отбытия наказания ФИО4 время содержания под стражей по настоящему делу в соответствии с требованиями ч. 3.2 ст. 72 УК РФ с <дата> до дня вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в колонии особого режима.

Меру пресечения ФИО4 до вступления приговора в законную силу оставить прежнюю – заключение под стражей.

Вещественные доказательства по вступлению приговора суда в законную силу: одежду ФИО4 (кофта, футболка, куртка, джинсы, галоши), нож №; образец буккального эпителия ФИО4, свидетелей: Свидетель №4, Свидетель №2, Свидетель №1 и Свидетель №3; образец буккального эпителия Свидетель №5; образец крови трупа ФИО5, хранящиеся в камере вещественных доказательств СО по <адрес>, - уничтожить.

Вещественные доказательства - одежда Свидетель №4 (штаны с карманами темного цвета, кроссовки «Пума»), хранящиеся в камере вещественных доказательств СО по <адрес>, - вернуть Свидетель №4 по вступлении приговора в законную силу, а в случае отказа в получении либо не обращении в течение 6 (шести) месяцев со дня вступления приговора в законную силу – уничтожить.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Самарский областной суд в течение 15 суток со дня его вынесения через Красноглинский районный суд <адрес>, осужденными, содержащимися под стражей, в тот же срок со дня получения его копии.

В случае принесения апелляционных представления или жалоб, осужденный вправе в тот же срок со дня вручения ему их копий подать свои возражения в письменном виде, а также в тот же срок ходатайствовать о своем участии в суде апелляционной инстанции, поручить осуществление своей защиты избранному им защитнику либо ходатайствовать перед судом о назначении защитника, указав об этом в своей жалобе или возражениях.

Председательствующий И.В. Напреенко