Дело № 2-284/2022

42RS0009-01-2021-009393-58

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Центральный районный суд города Кемерово

В составе председательствующего Е.И. Исаковой

При секретаре О.В. Югай

Рассмотрев в открытом судебном заседании

в г. Кемерово «21» июня 2022года

Дело по иску ФИО1 к ФИО2 о признании недействительными договоров дарения недвижимого имущества, прекращении права собственности на объекты недвижимости и включении их в наследственную массу,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился с иском к ФИО2 о признании недействительными договоров дарения квартиры и гаража от **.**.****, мотивируя тем, что наследодатель ФИО3 на дату составления и подписания указанных договоров был не способен понимать значение своих действий и руководить ими в силу преклонного возраста, а также наличия имевшихся заболеваний.

Просит признать недействительными по ст. 177 ГК РФ договоры дарения квартиры, расположенной по адресу ..., кадастровый ###, нежилого помещения (гараж), расположенного по адресу ..., кооператив «Турбо», бокс ###, кадастровый ###, заключенных **.**.**** между ФИО4 и ФИО2; прекратить права собственности ФИО2 на квартиру, расположенную по адресу ..., кадастровый ###, нежилое помещение (гараж), расположенный по адресу ..., кооператив «Турбо», бокс ###, кадастровый ### и включить указанные объекты в наследственную массу после смерти ФИО4, умершего **.**.****.

В судебном заседании истец и его представитель ФИО5 действующая на основании доверенности, исковые требования поддержали в полном объеме, заявили ходатайство о проведении дополнительной посмертной судебно-психиатрической экспертизы.

ФИО2, извещенная надлежащим образом, в судебное заседание не явилась, ранее исковые требования не признавал, просила рассмотреть дело в свое отсутствие.

Представитель ответчика адвокат Клюева Л.Н., действующая на основании ордера, исковые требования не признала.

Суд, выслушав участников процесса, допросив свидетелей, изучив материалы дела, считает требования истца не подлежащими удовлетворению.

Судом установлено, что ФИО4, умерший **.**.****, приходился отцом ФИО1 (истец) и ФИО2 (ответчик).

**.**.**** ФИО4 заключены договоры дарения, согласно которым ФИО4 подарил ФИО2 квартиру, расположенную по адресу ..., кадастровый ### и гараж, расположенный по адресу ..., кооператив «Турбо», бокс ###, кадастровый ### (т. 1 л.д. 41-48).

Переход права собственности на основании указанных договоров зарегистрирован в установленном законом порядке.

Оспаривая действительность указанных договоров, сторона истца ссылается на то, что на дату подписания договоров дарения ФИО4 находился в таком состоянии, что не мог понимать в полной мере значение своих действий и руководить ими, по медицинским показаниям принимал такие лекарственные препараты, которые могли повлиять на действительное его волеизъявление по распоряжению принадлежащим ему имуществом.

Сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения (ч. ст. 177 ГК РФ).

Необходимым условием действительности сделки является соответствие волеизъявления лица воле лица, совершающего сделку.

Неспособность гражданина понимать значение своих действий и руководить ими является юридическим критерием недействительности сделки.

В пункте 13 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.06.2008 г. N 11 "О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству" указано, что во всех случаях, когда по обстоятельствам дела необходимо выяснить психическое состояние лица в момент совершения им определенного действия, например, при рассмотрении дел о признании недействительными сделок по мотиву совершения их гражданином, не способным понимать значение своих действий или руководить ими (статья 177 ГК РФ), должна быть назначена судебно-психиатрическая экспертиза.

По ходатайству стороны истца для разрешения заявленных требований по существу судом назначена посмертная комплексная психолого-психиатрическая экспертиза в отношении ФИО4 с целью установления: оказали ли влияние на волеизъявление ФИО4 имевшиеся у него заболевания и получаемое лечение в оспариваемый период составления и подписания договоров дарения квартиры и гаража от **.**.****; имелись ли у ФИО4 такие индивидуально-психологические особенности, как внушаемость, подчиняемость, которые существенно снизили либо ограничили его способность руководить своими действиями в период составления и подписания договоров дарения от **.**.****; мог ли ФИО4 я с учетом его психического состояния, индивидуально - психологических особенностей, в период составления и подписания договоров дарения квартиры и гаража от **.**.**** понимать значение своих действий и руководить ими.

Проведение экспертизы поручено ОГАУЗ «Томская клиническая психиатрическая больница».

Согласно заключению судебной экспертизы от **.**.**** ### ФИО4 на момент составления и подписания договоров дарения от **.**.**** какого-либо психического расстройства не обнаруживал, о чем свидетельствуют сведения о сохранности на указанный период времени его основных психических функций – ФИО4 непосредственно перед сделками, а также **.**.**** после сделок, осматривался врачами поликлиники, которые не описывали у него какого-либо психического расстройства, не направляли его на консультацию к врачу-психиатру, в юридически значимый период ФИО4 не наблюдался врачами-психиатрами, на учете в психоневрологическом диспансере не состоял. Кроме этого, врачи медицинских учреждений, которые наблюдали ФИО4 в связи с имеющимися у него соматическими и онкологическими заболеваниями, не описывали в медицинской документации проявлений у него психических расстройств, в том числе и в дни, непосредственно приближенные к сделкам и в день самих сделок (осматривался терапевтом в **.**.****, в том числе **.**.****), записей о наличии у него когнитивных расстройств не фиксировалось. Сведения о приеме ФИО4 лекарственных препаратов, действие которых препятствовало бы ему понимать значение своих действий и руководить ими в материалах дела и медицинской документации не имеется. ФИО4 на момент составления и подписания договоров дарения квартиры и гаража **.**.**** психического расстройства, иного болезненного состояния психики, не обнаруживал, мог понимать значение своих действий и руководить ими, сохранял волевую регуляцию своего поведения, принимал осознанные решения, понимал существо сделок, их юридические последствия.

По результатам психологического анализа материалов дела и медицинской документации психологом дано следующее заключение: индивидуально-психологическим особенностям ФИО4 были свойственны: ориентированность в окружающем, понимание происходящего с ним, доступность продуктивному вербальному контакту, целенаправленность и упорядоченность поведения, сохранность интеллектуальной деятельности, отсутствие каких-либо существенных нарушений памяти, внимания, восприятия и социальной адаптации, логическая стройность и последовательность мышления, сохранность волевых, критических и прогностических возможностей. В материалах гражданского дела и медицинской документации отсутствует какая-либо информация, свидетельствующая о наличии у ФИО4 повышенной внушаемости и подчиняемости. Свойственные ФИО4 индивидуально- психологические особенности не оказали существенного влияния на его способность понимать значение своих действий и руководить ими в юридически значимый период времени (оформление договоров дарения **.**.****).

В силу ст. 55 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.

Каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. (ч. 1 ст. 56 ГПК РФ).

В пункте 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 года N 23 "О судебном решении" разъяснено, что заключение эксперта, равно как и другие доказательства по делу, не являются исключительными средствами доказывания и должны оцениваться в совокупности со всеми имеющимися в деле доказательствами (статья 67, часть 3 статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). Оценка судом заключения должна быть полно отражена в решении. При этом суду следует указывать, на чем основаны выводы эксперта, приняты ли им во внимание все материалы, представленные на экспертизу, и сделан ли им соответствующий анализ.

Как следует из исследовательской части заключения судебной экспертизы, экспертами исследовалась не только медицинская документация, но и все материалы гражданского дела, в том числе пояснения сторон, показания свидетелей.

При даче заключения эксперты руководствовались своими специальными познаниями.

В соответствии с частью 1 статьи 69 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации свидетелем является лицо, которому могут быть известны какие-либо сведения об обстоятельствах, имеющих значение для рассмотрения и разрешения дела. Не являются доказательствами сведения, сообщенные свидетелем, если он не может указать источник своей осведомленности.

Таким образом, свидетельскими показаниями могут быть установлены факты, свидетельствующие об особенностях поведения наследодателя, о совершаемых им поступках, действиях и об отношении к ним.

Установление на основании этих и других имеющихся в деле данных факта наличия или отсутствия психического расстройства и его степени требует именно специальных познаний, каковыми свидетели, не обладают.

В связи с изложенным суд принимает заключение судебной экспертизы как относимое и допустимое доказательство, полностью соответствующее требованиям ГПК РФ, выводы экспертов категоричны, не влекут двоякого толкования, квалификация экспертов, опыт работы, наличие специальных познаний, не вызывают у суда сомнений в правильности и объективности проведенного исследования.

Истцом доказательства, опровергающие выводы заключения судебной экспертизы, не представлены.

Заявленное стороной истца ходатайство о проведении дополнительной экспертизы по тем основаниям, что экспертами не исследовалась медицинская документация, в состав экспертной комиссии не включен невролог, отсутствует исследование в части оказания влияния на состояние ФИО4 такого лекарственного препарат как «Трамадол» удовлетворению не подлежит.

Из исследовательской части судебной экспертизы следует, что предметом исследования являлась вся представленная в отношении ФИО4 медицинская документация. Стороной истца не представлены какие-либо медицинские документы, содержащие сведения в отношении ФИО4, которые могли бы повлиять на выводы судебной экспертизы. На вопрос о приеме ФИО4 каких-либо лекарственных препаратов, которые препятствовали бы ему понимать значение своих действий и руководить ими, эксперты ответили, что такие сведения в материалах дела и медицинской документации отсутствуют. При этом в медицинской документации имеется информация когда, в какой дозе ФИО4 был назначен препарат «Трамадол». Соответственно, экспертами сделан вывод о том, что прием ФИО4 препарата «Трамадол» не отразилось на его психическом состоянии в юридически значимый период. Состав комиссии определяет экспертное учреждение самостоятельно, исходя из того, на какие вопросы необходимо дать ответы, при этом эксперты руководствуются своими специальными познаниями.

Таким образом, оценивая в совокупности представленные доказательства, суд считает, что истцом не представлены доказательства наличия порока воли дарителя.

Следовательно, не подлежат удовлетворению требования истца о признании недействительными по ст. 177 ГК РФ договоров дарения квартиры, расположенной по адресу ..., кадастровый ###, нежилого помещения (гараж), расположенного по адресу ..., кооператив «Турбо», бокс ###, кадастровый ###, заключенных **.**.**** между ФИО4 и ФИО2; прекращении права собственности ФИО2 на квартиру, расположенную по адресу ..., кадастровый ###, нежилое помещение (гараж), расположенный по адресу ..., кооператив «Турбо», бокс ###, кадастровый ### и включении указанных объектов в наследственную массу после смерти ФИО4, умершего **.**.****.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ суд

РЕШИЛ:

Отказать ФИО1 в удовлетворении требований о признании недействительными договоров дарения квартиры, расположенной по адресу ..., кадастровый ###, нежилого помещения (гараж), расположенного по адресу г..., кооператив «Турбо», бокс ###, кадастровый ###, заключенных **.**.**** между ФИО4 и ФИО2; в прекращении права собственности ФИО2 на квартиру, расположенную по адресу ..., кадастровый ###, нежилое помещение (гараж), расположенный по адресу ..., кооператив «Турбо», бокс ###, кадастровый ### и включении указанных объектов в наследственную массу после смерти ФИО4, умершего **.**.****.

Решение может быть обжаловано в Кемеровский областной суд в течение месяца со дня изготовления в окончательной форме подачей жалобы через Центральный районный суд г. Кемерово.

Судья Е.И. Исакова

В окончательной форме решение изготовлено 24.06.2022

3