Дело № 2а-4581/2023

УИД 10RS0011-01-2023-005837-06

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

20 июля 2023 года г. Петрозаводск

Петрозаводский городской суд Республики Карелия в составе судьи Малыгина П.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Павловой Е.Б.,

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по административному исковому заявлению ФИО1 к федеральному казённому учреждению «Исправительная колония № 9 Управления Федеральной службы исполнения наказаний России по Республике Карелия», Федеральной службе исполнения наказаний, Управлению Федеральной службы исполнения наказаний по Республике Карелия, Министерству финансов Российской Федерации, начальнику федерального казённого учреждения «Исправительная колония № 9 Управления Федеральной службы исполнения наказаний России по Республике Карелия» ФИО2 об оспаривании действий, о взыскании компенсации морального вреда за нарушение условий содержания,

установил:

ФИО1 (далее – административный истец) обратился в Петрозаводский городской суд Республики Карелия с административным исковым заявлением к Управлению Федеральной службы исполнения наказаний по Республике Карелия (далее – УФСИН России по РК), начальнику федерального казённого учреждения «Исправительная колония № 9 Управления Федеральной службы исполнения наказаний России по Республике Карелия» ФИО2, в котором просит признать незаконными действия и бездействие административного ответчика, подробно описанные в административных исковых заявлениях, связанные с нарушениями условий содержания в исправительном учреждении, а также о взыскании компенсации морального вреда за нарушение условий содержания в размере 2 000 000 руб. 00 коп.

Иск обоснован тем, что в период содержания в федеральном казённом учреждении «Исправительная колония № 9 Управления Федеральной службы исполнения наказаний России по Республике Карелия»» в камерах была нарушена минимальная норма жилой площади на одного человека, он не мог проходить профессиональное, среднее профессиональное обучение и получение профессии или специальности, не мог участвовать в воспитательных мероприятиях, не был привлечен к оплачиваемому труду, административный истец содержался длительное время один в камере, либо была нарушены требования о раздельном содержании, он не мог получать медицинское обслуживание, в камерах отсутствовали скамейки, несвоевременно менялись постельные принадлежности (матрасы, подушки и одеяла), были нарушены условия конфиденциальных встреч с защитником, осуществлялось видеонаблюдения, были нарушены требования освещенности, необоснованно уменьшен размер оконных проемов и установлены дополнительные решетки, прогулочные дворы не соответствовали требованиям законодательства по площади, по установке глухой крыши вместо козырька, по отсутствию условий для занятия спортом и т.д., что в своей совокупности нарушало его права.

В качестве административных соответчиков для участия в деле были привлечены федеральное казённое учреждение «Исправительная колония № 9 Управления Федеральной службы исполнения наказаний России по Республике Карелия» (далее – ФКУ «ИК-9»), Министерство финансов Российской Федерации, Федеральная служба исполнения наказаний (далее – ФСИН), федеральное казённое учреждение здравоохранения «Медико-санитарная часть № 10» Федеральной службы исполнения наказаний России по Республике Карелия» (далее – ФКУЗ «МСЧ-10»), в качестве заинтересованных лиц для участия в деле были привлечены федеральное казенное учреждение здравоохранения «Главный центр государственного санитарно-эпидемиологического надзора Федеральной службы исполнения наказаний», Управление Роспотребнадзора по Республике Карелия.

ФИО1 в судебном заседании заявленные требования поддержал, указал на факты нарушений условий содержания в исправительном учреждении, на нарушение его прав действиями администрации учреждения. Просил взыскать компенсацию именно морального вреда, а не компенсацию в порядке Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации.

Представители ФКУ «ИК-9» ФИО3 и ФИО4, представитель ФСИН и УФСИН России по РК ФИО5 просили в административном иске отказать, так как никаких нарушений прав административного истца допущено не было. Кроме того, административным истцом пропущен срок для обращения в суд.

Представитель Министерства финансов Российской Федерации ФИО6 просила в административном иске отказать.

Подробные позиции административных истца и соответчиков были изложены в письменных доводах, представленных в материалы дела.

Иные участвующие в деле лица и их представители в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного разбирательства извещены надлежащим образом. В силу положений статьи 150 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, с учетом требований статьи 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснений, содержащихся в пунктах 63, 67 и 68 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 25), суд считает возможным рассмотреть дело по существу в отсутствие неявившихся лиц и их представителей.

Заслушав объяснения сторон и заинтересованных лиц, исследовав административное исковое заявление, изучив и оценив представленные в материалы дела доказательства и доводы сторон, суд считает установленными следующие обстоятельства.

Как следует из материалов дела, административный истец вступившим в законную силу приговором Петрозаводского городского суда Республики Карелия от 29.05.2020 в редакции кассационного определения Третьего кассационного суда общей юрисдикции от 30.11.2021 ФИО1 был признан виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 3 статьи 30 части 4 статьи 228.1 Уголовного кодекса Российской Федерации, и ему назначено наказание на основании статьи 70 Уголовного кодекса Российской Федерации по совокупности приговоров в виде 9 лет 06 месяцев лишения свободы со штрафом в размере 120 000 руб. 00 коп. с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

ФИО1 содержался в ПФРСИ при ФКУ «ИК № 9» в порядке статьи 77.1 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации в качестве обвиняемого в период времени с 27.10.2017 по 02.05.2023 с перерывом с 05.04.2019 по 12.04.2019.

Статьей 21 Конституции Российской Федерации установлено, что достоинство личности охраняется государством. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию.

Частью 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации определено, что права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Согласно разъяснениям, изложенным в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 октября 2003 г. № 5 «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации», условия содержания должны быть совместимы с уважением к человеческому достоинству. Унижающим достоинство обращением признается, в частности, такое обращение, которое вызывает у лица чувство страха, тревоги и собственной неполноценности. При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны гарантироваться с учетом практических требований режима содержания. Оценка указанного уровня осуществляется в зависимости от конкретных обстоятельств, в частности от продолжительности неправомерного обращения с человеком, характера физических и психических последствий такого обращения.

В соответствии с подпунктами 3, 6 пункта 3 Положения о Федеральной службе исполнения наказаний, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 13 октября 2004 года № 1314, одна из основных задач ФСИН России – обеспечение охраны прав, свобод и иконных интересов осужденных и лиц, содержащихся под стражей. Задачей ФСИН России является создание осужденным и лицам, содержащимся под стражей, условий содержания, соответствующих нормам международного права, положениям международных договоров Российской Федерации и федеральных законов.

Таким образом, государство в лице федеральных органов исполнительной власти, осуществляющих функции исполнения уголовных наказаний, берет на себя обязанность обеспечивать правовую защиту и личную безопасность осужденных наравне с другими гражданами и лицами, находящимися под его юрисдикцией.

Порядок и условия содержания под стражей, гарантии прав и законных интересов лиц, которые в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации задержаны по подозрению в совершении преступления, а также лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, в отношении которых в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации избрана мера пресечения в виде заключения под стражу урегулированы Федеральным законом от 15 июля 1995 г. № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» (статья 1).

Статьей 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации предусмотрено, что лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном настоящей главой, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.

Указанные нормы введены в Кодекс административного судопроизводства Российской Федерации Федеральным законом от 27 декабря 2019 года № 494-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее Федеральный закон от 27 декабря 2019 года № 494-ФЗ) и применяются с 27 января 2020 года, с учетом чего поданный после указанной даты административный иск рассматривается в порядке, установленном статьей 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации.

Срок обращения в суд с указанным иском не может быть признан пропущенным по следующим основаниям.

Действительно, согласно части 1 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, если настоящим Кодексом не установлены иные сроки обращения с административным исковым заявлением в суд, административное исковое заявление может быть подано в суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации, иному лицу стало известно о нарушении их прав, свобод и законных интересов.

В то же время, в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» разъяснено, что проверяя соблюдение предусмотренного частью 1 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации трехмесячного срока для обращения в суд, судам необходимо исходить из того, что нарушение условий содержания лишенных свободы лиц может носить длящийся характер, следовательно, административное исковое заявление о признании незаконными бездействия органа или учреждения, должностного лица, связанного с нарушением условий содержания лишенных свободы лиц, может быть подано в течение всего срока, в рамках которого у органа или учреждения, должностного лица сохраняется обязанность совершить определенное действие, а также в течение трех месяцев после прекращения такой обязанности.

Исключение из указанного правила предусмотрел федеральный законодатель в Федеральном законе от 27 декабря 2019 года № 494-ФЗ для лиц, подавших в Европейский Суд по правам человека жалобу на предполагаемое нарушение условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, в отношении которой не вынесено решение по вопросу ее приемлемости или по существу дела либо по которой вынесено решение о неприемлемости ввиду неисчерпания национальных средств правовой защиты в связи с вступлением в силу настоящего Федерального закона (180 дней со дня вступления в силу настоящего Федерального закона).

В «Обзоре практики межгосударственных органов по защите прав и основных свобод человека № 3 (2020)», Верховным Судом Российской Федерации приведен анализ Федерального закона от 27 декабря 2019 г. № 494-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», из которого также следует, что новый Закон о компенсации, вступивший в силу 27 января 2020 года, предусматривает, что любой заключенный, утверждающий, что его или ее условия содержания под стражей нарушают национальное законодательство или международные договоры Российской Федерации, вправе обратиться в суд. Новизна Закона заключается в том, что заключенный может одновременно требовать установления соответствующего нарушения и финансовой компенсации за данное нарушение. Производство ведется в соответствии с Кодексом административного судопроизводства Российской Федерации. При этом подача иска напрямую доступна заключенному. Имеются два формальных требования: иск должен соответствовать общим процессуальным нормам, сопровождаться судебным сбором; быть поданным во время содержания под стражей или в течение трех месяцев после его прекращения, за исключением лиц, чьи жалобы находились на рассмотрении в настоящем Суде в день вступления в силу Закона о компенсации, или чьи жалобы были отклонены по причине неисчерпания средств правовой защиты.

Изложенное свидетельствует о том, что за компенсацией, установленной Федеральным законом от 27 декабря 2019 г. № 494-ФЗ в порядке, предусмотренном статьей 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, вправе обратиться любое лицо, оспаривающее условия содержания и находящееся на момент вступления в силу указанного Закона в местах лишения свободы, а также в течение трех месяцев после освобождения.

В силу разъяснений, содержащихся в пунктах 2 и 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 г. № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания», под условиями содержания лишенных свободы лиц следует понимать условия, в которых с учетом установленной законом совокупности требований и ограничений (далее – режим мест принудительного содержания) реализуются закрепленные Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами Российской Федерации, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации права и обязанности осужденных.

Нарушение условий содержания является основанием для обращения лишенных свободы лиц за судебной защитой, если они полагают, что действиями (бездействием), решениями или иными актами органов государственной власти, их территориальных органов или учреждений, должностных лиц и государственных служащих нарушаются или могут быть нарушены их права, свободы и законные интересы (статья 46 Конституции Российской Федерации).

Согласно пункту 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 г. № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» (далее – Постановление № 47) условия содержания лишенных свободы лиц должны соответствовать требованиям, установленным законом, с учетом режима места принудительного содержания, поэтому существенные отклонения от таких требований могут рассматриваться в качестве нарушений указанных условий.

В соответствии со статьей 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью.

Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения (часть 2 статьи 17 Конституции Российской Федерации).

Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (статья 18 Конституции Российской Федерации).

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья (статья 41 Конституции Российской Федерации).

В силу части 3 статьи 39 Федерального закона от 30.03.1999 № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» (далее – Федеральный закон № 52-ФЗ) соблюдение санитарных правил является обязательным для граждан, индивидуальных предпринимателей и юридических лиц.

В соответствии с положениями части 3 статьи 101 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации администрация исправительных учреждений несет ответственность за выполнение установленных санитарно-гигиенических и противоэпидемических требований, обеспечивающих охрану здоровья осужденных.

На основании статьи 13 Закона Российской Федерации от 21.07.1993 № 5473-1 «Об учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы Российской Федерации» учреждения, исполняющие наказания, обязаны, в частности, обеспечивать исполнение уголовно-исполнительного законодательства Российской Федерации; создавать условия для обеспечения правопорядка и законности, безопасности осужденных, а также персонала, должностных лиц и граждан, находящихся на их территориях; обеспечивать охрану здоровья осужденных; осуществлять деятельность по развитию своей материально-технической базы и социальной сферы.

Согласно статьям 1 и 8 Федерального закона № 52-ФЗ граждане имеют право на благоприятную среду обитания, факторы которой не оказывают вредного воздействия на человека. Под факторами среды обитания понимаются биологические (вирусные, бактериальные, паразитарные и иные), химические, физические (шум, вибрация, ультразвук, инфразвук, тепловые, ионизирующие, неионизирующие и иные излучения), социальные (питание, водоснабжение, условия быта, труда, отдыха) и иные факторы среды обитания, которые оказывают или могут оказывать воздействие на человека и (или) на состояние здоровья будущих поколений.

Из содержания подпункта 6 пункта 3 Положения о Федеральной службе исполнения наказаний, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 13 октября 2004 года № 1314, следует, что задачей ФСИН является создание осужденным и лицам, содержащимся под стражей, условий содержания, соответствующих нормам международного права, положениям международных договоров Российской Федерации и федеральных законов.

В соответствии с положениями статьи 23 Федерального закона от 15 июля 1995 г. № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» (далее – Федеральный закон № 103-ФЗ) норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в размере четырех квадратных метров.

Согласно части первой статьи 99 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации норма жилой площади в исправительных колониях не может быть менее двух квадратных метров, в тюрьмах – двух с половиной квадратных метров, в колониях, предназначенных для отбывания наказания осужденными женщинами, - трех квадратных метров, в воспитательных колониях – трех с половиной квадратных метров, в лечебных исправительных учреждениях – трех квадратных метров, в лечебно-профилактических учреждениях уголовно-исполнительной системы – пяти квадратных метров.

Минимальная по сравнению с другими исправительными учреждениями, указанными в части первой статьи 99 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, норма жилой площади на одного осужденного – два квадратных метра установлена для исправительных колоний.

Исходя из правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 22 мая 2023 года № 25-П по делу о проверке Конституционности части третьей статьи 77.1 Уголовно-исполнительного Кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина П., приведенное регулирование не устанавливает разных норм санитарной площади в зависимости от статуса лица, содержащегося в камере следственного изолятора, и носит универсальный характер.

Само по себе оставление осужденного к лишению свободы в следственном изоляторе (его перевод туда) для участия в следственных действиях или судебном разбирательстве не должно ухудшать условий его содержания, как они определены вынесенным в отношении него приговором. Он не должен содержаться в СИЗО в худших условиях, нежели условия, в которых в нем содержатся заключенные под стражу подозреваемые и обвиняемые.

Конституционный Суд установил, что применительно к судебному рассмотрению споров о компенсации морального вреда в связи с нарушением условий содержания в СИЗО осужденных к лишению свободы часть третья статьи 77.1 Уголовно-исполнительного Кодекса Российской Федерации предполагает, что размер приходящейся на таких лиц площади в камере СИЗО определяется не в соответствии с нормами жилой площади, установленными для осужденных в исправительных колониях (два квадратных метра на одного осужденного), а в соответствии с нормой санитарной площади, установленной Федеральным законом «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений».

Согласно разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации, приведенным выше из Постановления № 47, условия содержания лишенных свободы лиц должны соответствовать требованиям, установленным законом, с учетом режима места принудительного содержания, поэтому существенные отклонения от таких требований могут рассматриваться в качестве нарушений указанных условий. Так, судам необходимо учитывать, что о наличии нарушений условий содержания лишенных свободы лиц могут свидетельствовать, например, переполненность камер (помещений), невозможность свободного перемещения между предметами мебели.

Согласно камерной карточке за все время пребывания в ФКУ «ИК-9» истец сменил несколько камер. Судом были запрошены сведения о площади камер в ФКУ «ИК-9», а также сведения о количестве лиц, с которыми содержался административный истец. Сведения о площади камер были представлены, были предоставлены сведения о примерном количестве лиц, которые содержались в спорный период времени вместе с административным истцом. В частности, в определённые периоды времени в камере площадью 13,3 кв.м административный истец содержался вместе с еще четырьмя человеками, то есть с явным нарушением норм санитарной площади. Таким образом, судом установлено, что при содержании административного истца площадь камер составляла менее 4 кв. м на одного человека.

Поскольку обязанность доказывания обстоятельств, указанных в пунктах 3 и 4 части 9 и в части 10 статьи 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, в том числе, соответствие совершенного оспариваемого действия (бездействия) нормативным правовым актам, регулирующим спорные отношения, возлагается на орган, организацию, лицо, наделенные государственными или иными публичными полномочиями и принявшие оспариваемые решения либо совершившие оспариваемые действия (бездействие), то суд приходит к выводу о том, что административный ответчик не опроверг доводы административного истца о нарушении его прав несоблюдением норм санитарной площади в камере на одного человека.

В силу части 3 статьи 77.1 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации в случае, предусмотренном частью второй настоящей статьи, осужденные содержатся в следственном изоляторе в порядке, установленном Федеральным законом № 103-ФЗ и на условиях отбывания ими наказания в исправительном учреждении, определенном приговором суда.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона № 103-ФЗ, подозреваемые и обвиняемые содержатся в общих или одиночных камерах в соответствии с требованиями раздельного размещения, предусмотренными статьей 33 настоящего Федерального закона.

Размещение подозреваемых и обвиняемых в одиночных камерах на срок более одних суток допускается по мотивированному постановлению начальника места содержания под стражей, санкционированному прокурором. Не требуется санкции прокурора на размещение подозреваемых и обвиняемых в одиночных камерах в следующих случаях:

при отсутствии иной возможности обеспечить соблюдение требований раздельного размещения, предусмотренных статьей 33 настоящего Федерального закона;

в интересах обеспечения безопасности жизни и здоровья подозреваемого или обвиняемого либо других подозреваемых или обвиняемых;

при наличии письменного заявления подозреваемого или обвиняемого об одиночном содержании;

при размещении подозреваемых и обвиняемых в одиночных камерах в ночное время, если днем они содержатся в общих камерах.

В соответствии с абзацем 7 пункта 2 части 2 статьи 33 Федерального закона № 103-ФЗ отдельно от других подозреваемых и обвиняемых содержатся лица, являющиеся или являвшиеся судьями, адвокатами, сотрудниками правоохранительных органов, налоговой инспекции, таможенных органов, органов принудительного исполнения Российской Федерации, учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, военнослужащими внутренних войск федерального органа исполнительной власти, осуществляющего функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере внутренних дел, военнослужащими и сотрудниками войск национальной гвардии Российской Федерации.

Положениями части 3 статьи 80 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что в отдельных исправительных учреждениях содержатся осужденные – бывшие работники судов и правоохранительных органов. В эти учреждения могут быть направлены и иные осужденные.

После получения официального подтверждения о том, что административный истец ранее проходил службу в органах внутренних дел он содержался отдельно от других подозреваемых и обвиняемых, либо один. Содержание его вместе с иными лицами до официального подтверждения его прежнего места службы не может быть расценено как нарушающее его право. В этой связи нельзя расценить доводы истца о длительном содержании его одного в камере в качестве нарушающих его права, так как иных лиц, с которыми он мог совместно содержаться в спорные периоды времени в помещениях ПФРСИ, не было. Административный ответчик не мог обеспечить содержание истца с иными лицами, указанными в абзацем 7 пункта 2 части 2 статьи 33 Федерального закона № 103-ФЗ по причине отсутствия таковых. При помещении административного истца в камеру с иными лицами были бы нарушены его же права, предусмотренные абзацем 7 пункта 2 части 2 статьи 33 Федерального закона № 103-ФЗ о раздельном содержании отдельно от других подозреваемых и обвиняемых содержатся лиц, являющихся или являвшихся сотрудниками правоохранительных органов. В этой связи суд считает, что имелись достаточные и объективные основания для длительного одиночного содержания в виду отсутствия возможности обеспечить соблюдение требований раздельного размещения, а также в целях обеспечения безопасности жизни и здоровья самого административного истца,.

В соответствии с положениями статьей 77.1 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, порядок содержания установлен «Правилами внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы», утвержденных Приказом Минюста России от 14 октября 2005 г. № 189, действующим на момент спорных правоотношений (далее – Правила № 189).

Приказом Минюста России от 04.07.2022 № 110 утверждены «Правила внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, Правила внутреннего распорядка исправительных учреждений и Правила внутреннего распорядка исправительных центров уголовно-исполнительной системы» (далее – Правила № 110).

В силу пункта 134 Правил № 189 подозреваемые и обвиняемые пользуются ежедневной прогулкой продолжительностью не менее одного часа. Продолжительность прогулки устанавливается администрацией СИЗО с учетом распорядка дня, погоды, наполнения учреждения и других обстоятельств. В случае если подозреваемый или обвиняемый участвовал в судебном заседании, следственных действиях или по иной причине в установленное время не смог воспользоваться ежедневной прогулкой, по его письменному заявлению ему предоставляется одна дополнительная прогулка установленной продолжительности.

На основании пункта 136 Правил № 189 прогулка проводится на территории прогулочных дворов. Прогулочные дворы оборудуются скамейками для сидения и навесами от дождя. Во время прогулки несовершеннолетним предоставляется возможность для физических упражнений и спортивных игр. Прогулочные дворы для женщин с детьми засаживаются зеленью и оборудуются песочницами.

На прогулку выводятся одновременно все подозреваемые и обвиняемые, содержащиеся в камере. Освобождение от прогулки дается только врачом (фельдшером). Выводимые на прогулку должны быть одеты по сезону. В отношении лица, нарушающего установленный порядок содержания под стражей, решением начальника СИЗО, его заместителя либо дежурного помощника прогулка прекращается (пункт 137).

В силу пунктов 165-166 Правил № 110 прогулка проводится на территории прогулочного двора, который оборудуется скамейкой для сидения и навесом от дождя, местом для курения, водостоком.

Во время прогулки подозреваемым и обвиняемым предоставляется возможность заниматься физическими упражнениями с использованием стационарного спортивного оборудования (при его наличии) по разрешению администрации СИЗО.

Прогулочные дворы оборудованы административным ответчиком в соответствии с Приложением №67 Приказа Министерства юстиции Российской Федерации №204дсп от 03.11.2005 года и Приказом Минстроя России от 15.04.2016 № 245/пр «Об утверждении свода правил «Следственные изоляторы уголовно-исполнительной системы. Правила проектирования». На территории прогулочных дворов имеется спортивный инвентарь. Данных о том, что при проектировании и устройстве прогулочных дворов допущены нарушения установленных законом правил, суду не представлено. Также судом не установлены какие-либо нарушения при осуществлении прогулок административного истца.

В соответствии с требованиями Приказа Министерства Юстиции Российской Федерации №м 512 от 27.07.2006 «Об утверждении номенклатуры, норм обеспечения и сроков эксплуатации мебели, инвентаря, оборудования и предметов хозяйственного обихода (имущества) для учреждений, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы, и следственных изоляторов уголовно - исполнительной системы» камера режимного корпуса оборудуется следующим инвентарем: кровать металлическая 1 на одного человека, стол, зеркало настенное, урна для мусора, шкаф для хранения продуктов питания, подставка под бак для воды, бак для питьевой воды с кружкой и тазом, вешалка настенная 1 крючок на человека, полка для туалетных принадлежностей, умывальник.

В соответствии с пунктом 40 Правил № 189 подозреваемые и обвиняемые обеспечиваются для индивидуального пользования спальными принадлежностями: матрацем, подушкой, одеялом (абз. 3), постельным бельем: двумя простынями, наволочкой (абз. 4).

Пункт 24.2 Правил № 110 предусматривает, что подозреваемые и обвиняемые обеспечиваются постельными принадлежностями (простыни, наволочка, полотенца) и мягким инвентарем (матрац, подушка, одеяло) в соответствии с нормами вещевого довольствия.

Приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 3 декабря 2013 г. № 216 были утверждены Нормы вещевого довольствия осужденных к лишению свободы и лиц, содержащихся в следственных изоляторах (далее – Приказ № 216).

Нормой № 6 к приказу № 216 предусмотрено, что срок эксплуатации одеяла (полушерстяного или с синтетическим наполнителем), матраца (ватного или с синтетическим наполнителем), подушки (ватной или с синтетическим наполнителем) составляет 4 года, а срок эксплуатации наволочки и простыни составляет 2 года.

В следственных изоляторах сроки эксплуатации постельных принадлежностей (кроме полотенец) сокращаются на 1 год.

В период содержания в ФКУ «ИК-9» в соответствии с Приказом Министерства юстиции от 9 июня 2005 г. № 216 «Об утверждении норм вещевого довольствия осужденных и лиц, содержащихся в следственных изоляторах», получил норму вещевого довольствия.

Нарушений сроков эксплуатации указанных принадлежностей не было установлено. Кроме того, характер заявленного административного истцом нарушения не свидетельствует о существенном отклонении от установленных законом требований к условиям содержания в ФКУ «ИК-9».

Согласно пункту 42 Правил № 189 камеры СИЗО оборудуются: одноярусными или двухъярусными кроватями (камеры для содержания беременных женщин и женщин, имеющих при себе детей, - только одноярусными кроватями); столом и скамейками с числом посадочных мест по количеству лиц, содержащихся в камере; шкафом для продуктов; вешалкой для верхней одежды; полкой для туалетных принадлежностей; зеркалом, вмонтированным в стену; бачком с питьевой водой; подставкой под бачок для питьевой воды; радиодинамиком для вещания общегосударственной программы; урной для мусора; тазами для гигиенических целей и стирки одежды; светильниками дневного и ночного освещения; телевизором, холодильником (при наличии возможности (камеры для содержания женщин и несовершеннолетних - в обязательном порядке); вентиляционным оборудованием (при наличии возможности); тумбочкой под телевизор или кронштейном для крепления телевизора; напольной чашей (унитазом), умывальником; нагревательными приборами (радиаторами) системы водяного отопления; штепсельными розетками для подключения бытовых приборов; вызывной сигнализацией.

Камеры для временной изоляции с внутренней стороны оснащаются упругим или пружинящим покрытием, искусственным освещением, а также вентиляционным оборудованием.

Как следует из положений пункта 28 главы V Правил № 110, камера СИЗО оборудуется: одноярусными или двухъярусными кроватями (камеры для размещения беременных женщин, женщин, имеющих при себе детей в возрасте до трех лет, оборудуются только одноярусными кроватями; при наличии возможности кровати второго яруса оборудуются подъемными ступенями и барьерами безопасности; инвалиды, мужчины старше 65 лет и женщины старше 60 лет на втором ярусе кровати не размещаются); столом и скамейками с посадочными местами, соответствующими числу лиц, содержащихся в камере; шкафом для продуктов; вешалкой для верхней одежды; полкой для туалетных принадлежностей; зеркалом, вмонтированным в стену; бачком с питьевой водой; подставкой под бачок для питьевой воды; радиодинамиком для вещания общегосударственной программы; урной для мусора; тазами для гигиенических целей и стирки одежды; светильниками дневного и ночного освещения; телевизором и холодильником (при наличии возможности), камеры для содержания женщин и несовершеннолетних - в обязательном порядке; вентиляционным оборудованием (при наличии возможности); душевой кабиной (при наличии возможности); тумбочкой под телевизор или кронштейном для крепления телевизора; унитазом, умывальником; нагревательными приборами (радиаторами) системы водяного отопления; штепсельными розетками для подключения бытовых приборов; вызывной сигнализацией.

Камеры для временной изоляции с внутренней стороны оснащаются упругим или пружинящим покрытием, искусственным освещением, а также вентиляционным оборудованием (пункт 29).

Оборудование кроватей, скамеек, столов и прочей камерной мебели и оборудования соответствует приказу ФСИН Россия № 407 от 26.07.2007 года «Об утверждении каталога «Специальные режимные изделия для следственных изоляторов, тюрем, исправительных и специальных учреждений ФСИН России».

Как следует из материалов дела, все камеры оборудованы в соответствии с пунктом 42 Правил № 189 и пункта 28 главы V Правил № 11, каких-либо нарушений в этой части установлено не было. В соответствии с абзацем 3 пункта 42 Правил № 189 и пункта 28.2 главы V Правил № 11 все камеры оборудованы столом и скамейками с числом посадочных мест по количеству лиц, содержащихся в камере.

Естественное освещение в камерах следует определять согласно требованиям СНиП 23-05-95 «Естественное и искусственное освещение» (зарегистрирован за СП 52.13330.2011). Размеры оконных проемов должны составлять не менее 1,2 м по высоте и 0,9 м по ширине. Оконные переплеты в камерах должны выполняться створными и оборудоваться для вентиляции форточками или фрамугами. Низ оконных проемов в камерах должен быть на высоте не менее 1,5 м от уровня пола. В оконных проемах камер вместо подоконников следует устраивать откосы с закругленными углами (пункт 9.8).

В силу пункта 20.33 Приказа Минюста России № 130-ДСП от 02.06.2003 «Об утверждении Инструкции по проектированию исправительных и специализированных учреждений уголовно-исполнительной системы Министерства юстиции Российской Федерации» освещенность жилых комнат (помещений), камер, палат, должна составлять не менее 50 лк для ламп накаливания, и не менее 100 лк для люминесцентных ламп.

Уровень освещённости прогулочных дворов и камер в ФКУ «ИК-9» соответствует требованиям СанПиН 1.2.3685-21 «Гигиенические нормативы и требования к обеспечению безопасности и (или) безвредности для человека факторов среды обитания» и Свода правил СП 247.1325800.2016 «Следственные изоляторы уголовно-исполнительной системы. Правила проектирования». Это следует, в том числе из представленных в материалы дела доказательств. Главный государственный санитарный врач – начальник ЦГСЭН ФКУЗ «МСЧ-10» сообщил о том, что каких-либо нарушений требований санитарного законодательства, о которых заявлял административный истец, не было выявлено. Уровень искусственной освещенности, микроклимат соответствуют нормативным. Размеры оконных проёмов соответствуют установленным нормативам.

Приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 04.09.2006 № 279 утверждено Наставление по оборудованию инженерно-техническими средствами охраны и надзора объектов уголовно-исполнительной системы (далее – Наставление), которое устанавливает требования по оборудованию объектов уголовно-исполнительной системы инженерно-технических средств охраны и надзора.

Пункт 20.1.7 СП 308.1325800.2017 «Исправительные учреждения и центры уголовно-исполнительной системы» предусматривает, что в режимных зданиях (помещениях) и общежитиях со строгими условиями отбывания наказания следует блокировать: все окна общего коридора (при их наличии в общих коридорах) в пределах камерных блоков и блоков ночного и дневного пребывания осужденных; двери каждой камеры, спального помещения, спальной комнаты, прогулочного двора; дверцы окон в камерных дверях (каждая камерная дверь и дверца окна в камерной двери выполняются отдельными шлейфами); решетчатые двери в отсекающих поперечных решетчатых перегородках в торцах камерных блоков, блоков ночного и дневного пребывания осужденных.

В камерах устанавливаются металлические решетки, преграждающие доступ к окнам со стороны камер (подпункт 10 пункта 20 Наставления). В каждом помещении с постоянным пребыванием людей, за исключением камерных помещений, предусматривается одна открывающаяся решетка в оконном проеме на случай вынужденной эвакуации людей (пункт 11).

Как следует из подпункта 13 пункта 32 Наставления, все двери и окна, чердачное перекрытие и крыши зданий ПКТ, ЕПКТ, ШИЗО, ДИЗО, ПФРСИ, ТПП, одиночных камер в ИК особого режима оборудуются охранными извещателями. Соединительные линии от охранных извещателей внутри здания выполняются скрытой проводкой.

Камерные помещения ПФРСИ и ТПП оборудуются видеокамерами в антивандальном исполнении.

В комнате обыска или в коридоре зданий ПКТ, ЕПКТ, ШИЗО, ДИЗО, ПФРСИ, ТПП, одиночных камер в ИК особого режима устанавливаются приборы обнаружения запрещенных предметов.

Таким образом, доводы административного истца о нарушении его прав установлением видеонаблюдения, решеток, а также в части освещенности прогулочных дворов и камер, оборудования камер, в которых он содержался, материальным обеспечением и т.д. объективно не нашли своего подтверждения.

Согласно статье 48 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется право на получение квалифицированной юридической помощи, а каждому задержанному, заключенному под стражу, обвиняемому в совершении преступления - право пользоваться помощью адвоката (защитника) с момента соответственно задержания, заключения под стражу или предъявления обвинения.

В соответствии с пунктом 5 части 3 статьи 6 Федерального закона от 31 мая 2002 года № 63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» (далее – Закон об адвокатской деятельности) адвокат вправе беспрепятственно встречаться со своим доверителем наедине, в условиях, обеспечивающих конфиденциальность (в том числе в период его содержания под стражей), без ограничения числа свиданий и их продолжительности.

Согласно части 1 статьи 18 Закона об адвокатской деятельности вмешательство в адвокатскую деятельность, осуществляемую в соответствии с законодательством, либо препятствование этой деятельности каким бы то ни было образом запрещаются.

Положениями части 1 статьи 18 Федерального закона № 103-ФЗ определено, что подозреваемым и обвиняемым предоставляются свидания с защитником с момента фактического задержания. Свидания предоставляются наедине и конфиденциально без ограничения их числа и продолжительности, за исключением случаев, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации.

Аналогичный порядок свиданий подозреваемых или обвиняемых с защитниками установлен в пунктах 144, 145 Правил № 189 и в пунктах 179-181 Правил № 110, которыми установлено, что свидания подозреваемого или обвиняемого с защитником осуществляются наедине и конфиденциально без ограничения их числа и продолжительности.

Каких-либо нарушений прав административного истца на конфиденциальность встреч с защитниками установлено не было, а доводы о таких нарушениях ничем объективно не подтверждены и расцениваются судом в качестве домыслов.

Согласно статье 80 Федерального закона от 29 декабря 2012 г. № 273-ФЗ «Об образовании в Российской Федерации» для лиц, содержащихся в исправительных учреждениях уголовно-исполнительной системы, обеспечиваются условия для получения общего образования путем создания органами исполнительной власти субъектов Российской Федерации по согласованию с федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере исполнения уголовных наказаний, общеобразовательных организаций при исправительных учреждениях уголовно-исполнительной системы. Особенности правового положения образовательных организаций, созданных в уголовно-исполнительной системе, устанавливаются Законом Российской Федерации от 21 июля 1993 г. № 5473-1 «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы» (часть 1).

В силу части 2 статьи 9 Уголовно-исправительного кодекса Российской Федерации общественно полезный труд является одним из основных средств исправления осужденных.

В силу части 2 статьи 10 Уголовно-исправительного кодекса Российской Федерации при исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации.

Согласно статье 103 Уголовно-исправительного кодекса Российской Федерации каждый осужденный к лишению свободы обязан трудиться в местах и на работах, определяемых администрацией исправительных учреждений. Администрация исправительных учреждений обязана привлекать осужденных к труду с учетом их пола, возраста, трудоспособности, состояния здоровья и, по возможности, специальности, а также исходя из наличия рабочих мест. Осужденные привлекаются к труду в центрах трудовой адаптации осужденных и производственных (трудовых) мастерских исправительных учреждений, на федеральных государственных унитарных предприятиях уголовно-исполнительной системы и в организациях иных организационно-правовых форм, расположенных на территориях исправительных учреждений и (или) вне их, при условии обеспечения надлежащей охраны и изоляции осужденных.

В силу статьи 108 Уголовно-исправительного кодекса Российской Федерации в исправительных учреждениях организуются обязательное профессиональное обучение или среднее профессиональное образование по программам подготовки квалифицированных рабочих, служащих осужденных к лишению свободы, не имеющих профессии (специальности), по которой осужденный может работать в исправительном учреждении и после освобождения из него.

С учетом имеющихся возможностей администрация исправительного учреждения обязана оказывать содействие осужденным в получении высшего образования.

Пункт 107 Правил № 189 предусматривал, что Администрация СИЗО должна изыскивать возможность для привлечения всех желающих подозреваемых и обвиняемых к труду.

Пункт 5.28 Правил № 110 предусматривает, что подозреваемые и обвиняемые имеют право при наличии соответствующих условий трудиться на территории СИЗО и получать за свой труд соответствующее вознаграждение.

Частью 7 статьи 18 Федерального закона Российской Федерации от 21 июля 1993 года № 5473-1 «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы» установлено, что учреждения, исполняющие наказания, самостоятельно планируют собственную производственную деятельность и определяют перспективы ее развития с учетом необходимости создания достаточного количества рабочих мест для осужденных, наличия материальных и финансовых возможностей для их дополнительного создания, а также спроса потребителей на производимую продукцию, выполняемые работы и предоставляемые услуги.

В соответствии с частью 1 статьи 109 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации воспитательная работа с осужденными к лишению свободы направлена на их исправление, формирование у осужденных уважительного отношения к человеку, обществу, труду, нормам, правилам и традициям человеческого общежития, на повышение их образовательного и культурного уровня.

В силу части 3 статьи 110 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации для организации воспитательной работы с осужденными в исправительных учреждениях создается материально-техническая база в соответствии с нормами, утвержденными Правительством Российской Федерации.

Согласно части 1 статьи 106 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации осужденные к лишению свободы могут привлекаться без оплаты труда только к выполнению работ по благоустройству исправительных учреждений и прилегающих к ним территорий.

К указанным работам осужденные привлекаются в порядке очередности в свободное от работы время, их продолжительность не должна превышать двух часов в неделю (часть 3 статьи 106 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации).

Таким образом, поскольку административный истец находился в ПФРСИ, а не в исправительной колонии, у учреждения отсутствовала объективная возможность трудоустроить административного истца, обеспечить ему профессиональное обучение или среднее профессиональное образование по программам подготовки квалифицированных рабочих, служащих осужденных к лишению свободы, не имеющих профессии (специальности), по которой осужденный может работать в исправительном учреждении и после освобождения из него, а также участие в общественной и культурной жизни исправительной колонии. Непривлечение административного истца к благоустройству исправительного учреждения не является нарушением каких-либо его прав и законных интересов. В этой связи суд не находит в действиях учреждения какого-либо нарушения прав административного истца с учетом его статуса.

Доводы административного истца о нарушениях его прав, связанных с бездействием по оказанию медицинской помощи с проводимой реабилитацией, суд исходит также из следующего.

На основании материалов уголовного дела следует, что ФИО1 признан страдающим <данные изъяты> в связи с <данные изъяты>. Он признан нуждающимся в лечении <данные изъяты>.

Соответствующую медицинскую терапию и медицинскую помощь он получал в условиях содержания. Качество оказанных медицинских услуг не является предметом и основанием данного спора. Каких-либо нарушений, подтверждённых медицинскими заключениями или рекомендациями, связанных с невозможностью прохождения реабилитации в условиях содержания в ПФРСИ, не установлено.

Условия содержания в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по г. Санкт-Петербургу в указанной части соответствуют требованиям нормативных правовых актов и не унижают человеческое достоинство.

Применение к лицу, совершившему преступление, наказания в виде лишения свободы предполагает изменение привычного уклада жизни осужденного, его отношений с окружающими и оказание на него определенного морально-психологического воздействия, чем затрагиваются его права и свободы как гражданина и изменяется его статус как личности. Лицо, совершающее умышленное преступление, должно предполагать, что в результате подобных действий оно может быть лишено свободы и ограничено в правах и свободах, то есть такое лицо сознательно обрекает себя и своих близких на ограничения, в том числе в правах на общение с членами семьи, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну (Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 16 февраля 2006 года № 63-0, от 20 марта 2008 года № 462-0-0 и от 23 марта 2010 года № 369-0-0).

Как уже отмечалось выше, в соответствии с частью 1 статьи 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном настоящей главой, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.

Согласно статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Пунктом 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьей 151 настоящего Кодекса.

В соответствии с положениями статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Согласно статье 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

В силу положений статьи 1071 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 настоящего Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

Таким образом, гражданским законодательством установлены дополнительные гарантии для защиты прав граждан и юридических лиц от незаконных действий (бездействия) органов государственной власти.

При этом под незаконными действиями (бездействием) следует понимать деяния, противоречащие законам и другим правовым актам. Незаконными являются действия, выходящие за пределы компетенции или должностных полномочий органов и должностных лиц, или же бездействие в случаях, когда соответствующие органы либо лица отказываются от выполнения своих обязанностей.

Для наступления ответственности государства необходимо одновременное наличие следующих составляющих материального основания такой ответственности: наступление вреда; противоправность поведения причинителя вреда (государственного органа); причинная связь между вредом и незаконным деянием; вина причинителя вреда.

Как следует из положений статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда: вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ; в иных случаях, предусмотренных законом.

В силу статьи 1101 компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

На необходимость оценивать степень нравственных или физических страданий с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий, обращено внимание в пункте 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» (далее – Постановление № 33).

В частности, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Перечень нравственных страданий, являющихся основанием для реализации права на компенсацию морального вреда, не является исчерпывающим.

Суд установил факт нарушения условий содержания административного истца по причине нарушения минимальной нормы жилой площади на одного человека. Административный истец настаивает на присуждении ему компенсации морального вреда.

Разрешая по существу требования административного истца о взыскании компенсации морального вреда, суд приходит к выводу о том, что административный иск был заявлен обоснованно и подлежит удовлетворению по праву.

При решении вопроса о сумме компенсации морального вреда судом принимаются во внимание обстоятельства дела, также учитывается продолжительность периода нарушения прав административного истца.

Принимая во внимание степень причиненных административному истцу установленными нарушениями страданий, характер допущенных нарушений и длительность нахождения в ненадлежащих условиях содержания, а также требования разумности, справедливости и соразмерности, понятие которых является оценочной категорией, четкие критерии определения которых применительно к тем или иным видам дел не предусматриваются. Суд принимает во внимание то, что компенсация морального вреда по смыслу положений статей 151 и 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации не должна носить формальный характер, а ее целью является реальная компенсация причиненных пострадавшему страданий. Судом также учитывается степень вины административного ответчика, а также время, прошедшее с момента нарушений прав административного истца до фактического обращения в суд с заявленными требованиями. Судом оценивается личность административного истца, его возраст, семейное и имущественное положение, его общее состояние здоровья, а также отсутствие мер, направленных на заглаживание вреда со стороны административного ответчика.

С учетом конкретных обстоятельств дела размер компенсации суд определяет в сумме 40 000 руб. 00 коп. Оснований для удовлетворения требований о взыскании компенсации морального вреда в большем размере не усматривается.

Иные нарушения, о которых заявил административный истец, не нашли своего подтверждения в результате рассмотрения административного дела, поэтому в этой части заявленные требования удовлетворению не подлежат.

Суд также считает, что указанные административным истцом иные бытовые неудобства не могут быть признаны унижающими человеческое достоинство и причиняющие лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы. Требование о возмещении вреда, причиненного ухудшением состояния здоровья административного истца, не заявлено. Административным истцом не представлено бесспорных и достаточных доказательств противоправности действий должностных лиц, а также того, что в результате его содержания ему причинен реальный вред, глубокие физические или психологические страдания.

В силу статьи 125 Гражданского кодекса Российской Федерации от имени Российской Федерации и субъектов Российской Федерации могут своими действиями приобретать и осуществлять имущественные и личные неимущественные права и обязанности, выступать в суде органы государственной власти в рамках их компетенции, установленной актами, определяющими статус этих органов (пункт 1).

В случаях и в порядке, предусмотренных федеральными законами, указами Президента Российской Федерации и постановлениями Правительства Российской Федерации, нормативными актами субъектов Российской Федерации и муниципальных образований, по их специальному поручению от их имени могут выступать государственные органы, органы местного самоуправления, а также юридические лица и граждане (пункт 3).

В силу подпункта 1 пункта 3 статьи 158, подпункта 12.1 пункта 1 статьи 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации, правоприменительной практики, изложенной в пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.05.2019 № 13 «О некоторых вопросах применения судами норм Бюджетного кодекса Российской Федерации, связанных с исполнением судебных актов по обращению взыскания на средства бюджетов бюджетной системы Российской Федерации», по искам о возмещении вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) органов власти, должностных лиц, предъявляемых к Российской Федерации, от ее имени в суде выступает главный распорядитель бюджетных средств.

ФСИН России осуществляет функции главного распорядителя средств федерального бюджета. Поскольку по делу заявлено требование о компенсации, причиненного в результате незаконных действий (бездействия) должностных лиц ФСИН России, то в силу вышеприведенных положений закона надлежащим административным ответчиком будет являться ФСИН России как главный распорядитель федерального бюджета по ведомственной принадлежности. При этом исковые требования к иным административным соответчикам в этой части удовлетворению не подлежат.

Суд не находит оснований для опубликования в печатном издании решения по данному административному делу, связанному с нарушением условий содержания (часть 13 статьи 226, пункт 4 части 3, часть 10 статьи 227 Кодекса административного производства Российской Федерации, пункт пункты 25 - 27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания».

В соответствии с частью 9 статьи 227.1 Кодекса административного производства Российской Федерации решение суда в части удовлетворения требования о присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении подлежит немедленному исполнению в порядке, установленном бюджетным законодательством Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 175-180 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, Петрозаводский городской суд Республики Карелия

решил:

Административное исковое заявление удовлетворить частично.

Признать незаконным действия (бездействия) федерального казённого учреждения «Исправительная колония № 9 Управления Федеральной службы исполнения наказаний России по Республике Карелия», выраженного в ненадлежащих условиях содержания в исправительном учреждении в период с 27.10.2017 по 28.04.2021.

Взыскать с Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказаний за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, компенсацию морального вреда за нарушение условий содержания под стражей и в исправительных учреждениях в размере 40 000 руб. 00 коп.

В остальной части заявленных требований, в том числе, Управлению Федеральной службы исполнения наказаний по Республике Карелия, Министерству финансов Российской Федерации, начальнику федерального казённого учреждения «Исправительная колония № 9 Управления Федеральной службы исполнения наказаний России по Республике Карелия» ФИО2 отказать.

Решение суда в части удовлетворения требования о присуждении компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении подлежит немедленному исполнению в порядке, установленном бюджетным законодательством Российской Федерации.

Решение суда может быть обжаловано через Петрозаводский городской суд Республики Карелия:

в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Карелия в течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме,

в кассационном порядке в Третий кассационный суд общей юрисдикции в течение шести месяцев со дня его вступления в законную силу при условии, что ранее решение было предметом рассмотрения суда апелляционной инстанции.

Судья П.А. Малыгин

Мотивированное решение изготовлено 03 августа 2023 года.