Дело № 2-233/23
адрес
РЕШЕНИЕ
именем Российской Федерации
15 мая 2023 года Останкинский районный суд адрес в составе председательствующего судьи Борисовой С.В., при помощнике фио, рассмотрев в открытом судебном заседании в зале № 322 Останкинского районного суда адрес гражданское дело № 2-233/23 по иску ФИО1 к ФИО2 о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки,
установил:
Истец ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2 о признании недействительным договора дарения ½ доли квартиры № 83 по адресу: адрес, применении последствий недействительности сделки, прекращении права собственности на долю в жилом помещении, мотивируя свои требования тем, что 07.05.2019 по договору дарения ею в пользу ответчика произведено отчуждение принадлежащей ей доли в указанной квартире, однако при заключении договора она, страдая психическим расстройством, была введена в заблуждение относительно природы сделки, не отдавала отчет своим действиям, при этом ответчик, воспользовавшись ее сложным психоэмоциональным состоянием с установленным диагнозом: острая реакция на стресс: сумма прописью, в период с 16.04.2019 по 10.01.2020, оказывала на нее давление, заставив обратиться к нотариусу.
Истец ФИО1 и ее представитель по доверенности фио в судебном заседании настаивали на удовлетворении иска, ссылаясь на то, что истец была введена в заблуждение, поскольку на момент совершения сделки не осознавала характер совершаемых ею действий и не могла ими руководить по причине нахождения в психически нестабильном состоянии.
Представитель ответчика ФИО2 по доверенности фио просил в удовлетворении исковых требований отказать по доводам письменных возражений, ссылаясь на то, что истцом пропущен срок для обращения в суд по оспариванию договора дарения доли квартиры, поскольку в январе 2020 года состояние ее улучшилось, она продолжила обучение, а потому имела возможность обращения в суд, однако с настоящим иском обратилась лишь 21.04.2022, что является основанием для отказа в заявленных требованиях.
Третьи лица в суд не явились, извещены должным образом, возражений не представили.
Определив в порядке ст. 167 ГПК РФ рассмотреть дело при данной явке, выслушав явившихся участников процесса, исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к следующему.
Судом установлено и следует из материалов дела, что 07.05.2019 между ФИО1 (дарителеь) и ФИО2 (одаряемый) был заключен договор дарения ½ доли квартиры № 83 по адресу: адрес, принадлежащей дарителю на основании договора передачи квартиры в собственность граждан от 28.06.2010.
Согласно выписке из ЕГРН собственниками указанной квартиры в равных долях являются фиоЛ, ФИО2 по ½ доле каждый в праве общей долевой собственности.
Из медицинской карты амбулаторного больного Психоневрологического диспансера № 7 (филиал ГБУЗ «ПКБ № 4 ДЗМ») № 269/19 следует, что 09.04.2019 ФИО1 был поставлен первоначальный диагноз: F43.0 острая реакция на стресс, назначено лечение; на основании заключения экспериментально-психологического обследования от 11.04.2019 и протокола заседания врачебной комиссии ГБУЗ «ПКБ № 4 ДЗМ» № 306 от 16.04.2019 истцу был поставлен диагноз: F41.2 смешанное тревожное и депрессивное расстройство с назначением лечения, выдано медицинское заключение врачебной комиссии о предоставлении академического отпуска; 22.01.2020 на основании протокола заседания врачебной комиссии ГБУЗ «ПКБ № 4 ДЗМ» № 1 от 10.01.2020 об отсутствии психических расстройств выдано медицинское заключение о возможности возобновления обучения.
Приказом ГБПОУ «1-й МОК» от 16.04.2019 № 210-КО обучающейся на 3 курсе по специальности 42.02.01 «Реклама» ФИО1 был предоставлен академический на период с 16.04.2019 по 10.01.2020 на основании медицинской справки.
Из ответа Филиала № 3 ГК УЗ «МНИЦ наркологии ДЗМ» следует, что диспансерное наблюдение в отношении истца не установлено.
Обращаясь в суд с настоящим иском, ФИО1 указывала на то, что при заключении договора находилась в таком состоянии, в котором не осознавала характер своих действий и не могла ими руководить, чем воспользовалась ответчик, заведомо зная о ее заболевании.
Пунктом 2 статьи 1 Гражданского кодекса РФ предусмотрено, что физические и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.
Согласно подпункту 1 пункта 1 статьи 8 Гражданского кодекса РФ договоры являются основанием для возникновения гражданских прав и обязанностей.
На основании п. 3 ст. 154 Гражданского кодекса РФ для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка) либо трех или более сторон (многосторонняя сделка).
В соответствии с положениями ст. 421 Гражданского кодекса РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Стороны могут заключить договор, как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами.
Пунктом 1 статьи 432 Гражданского кодекса РФ установлено, что договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.
Согласно нормам ст. 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.
Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.
В соответствии с п. 2 ст. 218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.
Исходя из положений пункта 2 статьи 246 Гражданского кодекса РФ, участник долевой собственности вправе по своему усмотрению продать, подарить, завещать, отдать в залог свою долю либо распорядиться ею иным образом с соблюдением при ее возмездном отчуждении правил, предусмотренных статьей 250 Гражданского кодекса РФ.
В соответствии с пунктом 1 статьи 572 Гражданского кодекса РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.
Согласно положениям статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ), сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.
В силу п. 1 и 2 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.
В соответствии со ст. 167 и 168 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.
В соответствии с требованиями ст. 177 ГК РФ, сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.
Если сделка признана недействительной на основании настоящей статьи, соответственно применяются правила, предусмотренные абзацами вторым и третьим пункта 1 статьи 171 настоящего Кодекса, в соответствии с которыми каждая из сторон такой сделки обязана возвратить другой все полученное в натуре, а при невозможности возвратить полученное в натуре - возместить его стоимость в деньгах. Дееспособная сторона обязана, кроме того, возместить другой стороне понесенный ею реальный ущерб, если дееспособная сторона знала или должна была знать о недееспособности другой стороны.
Следовательно, сделка по отчуждению имущества, заключенная лицом, не понимавшим значение своих действий и не способным руководить ими, может быть оспорена. При этом факт признания гражданина недееспособным после совершения сделки сам по себе не влечет признания ее недействительной, поскольку юридически значимым обстоятельством в этом случае будет являться оценка психического состояния гражданина в момент совершения сделки.
С учетом изложенного, неспособность гражданина именно в момент заключения договора, в том числе договора дарения, понимать значение своих действий или руководить ими, является основанием для признания договора недействительным, поскольку отсутствует соответствующее волеизъявление по распоряжению имуществом.
Юридически значимыми обстоятельствами в таком случае являются наличие или отсутствие психического расстройства у дарителя в момент составления договора и его подписания, степень его тяжести, степень имеющихся нарушений его интеллектуального и (или) волевого уровня.
В силу п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.06.2008 года № 11 во всех случаях, когда по обстоятельствам дела необходимо выяснить психическое состояние лица в момент совершения им определенного действия, должна быть назначена судебно-психиатрическая экспертиза, например, при рассмотрении дел о признании недействительными сделок по мотиву совершения их гражданином, не способным понимать значение своих действий или руководить ими (статья 177 ГК РФ).
Определением суда от 22.12.2022 по ходатайству истца была назначена судебная психолого-психиатрическая экспертиза, на разрешение которой поставлены вопросы о наличии каких-либо заболеваний у ФИО1 на момент заключения договора дарения доли квартиры от 07.05.2019, определении периода возникновения и окончания таких заболеваний, возможности в силу имеющегося заболевания понимать значение своих действий и руководить ими на момент заключения договора дарения, производство которой поручено специалистам ГКУЗ адрес клиническая больница № 1 им. фио Департамента здравоохранения адрес».
Из выводов заключения комиссии судебно-психиатрических экспертов ГКУЗ адрес клиническая больница № 1 им. фио Департамента здравоохранения адрес» от 09.02.2023 № 35-4 следует, что ФИО1 страдает в настоящее время и страдала па период оформления договора дарения доли квартиры от 07.05.2019 психическим расстройством в форме смешанного расстройства личности (шифр по МКБ-10 F61.0), о чем свидетельствуют данные медицинской документации и материалов гражданского дела о наследственной отягощенности, таких свойственных ей с детства стойких и определяющих структуру личности и стереотипы поведения патохарактерологических чертах, как неустойчивость эмоциональных проявлений, импульсивность, повышенная чувствительность, демонстративность, склонность к аутизации, сопровождавшихся своеобразием восприятия, погруженностью в мир внутренних переживаний без потребности в общении, трудностью установления новых социальных контактов и в целом адаптации среди сверстников, низкой стрессоустойчивостью, склонностью к декомпенсации психического состояния на фоне психотравмирующих ситуаций. Указанное заключение подтверждается и результатами настоящего обследования, выявившего у ФИО1 лабильность, амбивалентность эмоциональных реакций, однообразие мимических проявлении, неравномерность продуктивности мыслительной деятельности, своеобразие суждений и интересов. В период подписания договора дарения доли квартиры у ФИО1 отмечалась декомпенсация психического состояния в форме смешанного тревожно-депрессивного расстройства (шифр по МКБ-10 F41.2), проявившегося на фоне субъективно значимых стрессовых ситуаций (семейные конфликты, проблемы в учебе) в виде стойко сниженного настроения, эмоциональной лабильности, плаксивости, раздражительности, повышенной утомляемости, упадка сил, суицидальной настроенности с ощущением субъективной беспомощности, подверженностью влиянию значимого окружения наряду с недостаточной способностью к понимаю и интерпретации целей окружающий неравномерной умственной продуктивности, что подтверждается выявленными при экспериментально-психологическом исследовании от 11.04.2019 косвенными признаками депрессивного состояния, затруднениями адекватного анализа своих переживаний, отсутствием глубокой продуманности суждений, их последствий и причинно-следственных связей, неполным уровнем критики; что послужило причиной обращения впервые за психиатрической помощью 09.04.2019, привело к оформлению академического отпуска в колледже. Согласно медицинской документации, улучшение состояния ФИО1 с редукцией вышеуказанной симптоматики отмечалось к январю 2020 года, когда было дано заключение о возможности продолжать обучение. Указанные психические нарушения сопровождались выраженными эмоционально-волевыми расстройствами, ослаблением критико-прогностических способностей, что нарушало ее способность к адекватному критическому осмыслению возникшей ситуации, свободному волеизъявлению, целеполаганию, прогнозу последствий сделки. Таким образом, указанные изменения психики ФИО1 были выражены столь значительно, что лишали ее способности понимать значение своих действий и руководить ими в период подписания договора дарения доли квартиры от 07.05.2019.
По смыслу положений статьи 86 ГПК РФ экспертное заключение является одним из самых важных видов доказательств по делу, поскольку оно отличается использованием специальных познаний и научными методами исследования, тем не менее, суд при наличии в материалах рассматриваемого дела заключения эксперта не может пренебрегать иными добытыми по делу доказательствами, в связи с чем, законодателем в статье 67 ГПК РФ закреплено правило о том, что ни одно доказательство не имеет для суда заранее установленной силы, а в положениях части 3 статьи 86 ГПК РФ отмечено, что заключение эксперта для суда необязательно и оценивается наряду с другими доказательствами.
Таким образом, экспертные заключения оцениваются судом по его внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании каждого отдельно взятого доказательства, собранного по делу, и их совокупности с характерными причинно-следственными связями между ними и их системными свойствами.
Проанализировав содержание названного экспертного заключения, суд приходит к выводу о том, что оно в полном объеме отвечает требованиям статьи 86 ГПК РФ, поскольку содержит подробное описание произведенных исследований, сделанный в результате их выводы и научно обоснованные ответы на поставленные вопросы, в обоснование сделанных выводов эксперты приводят соответствующие данные из имеющихся в распоряжении экспертов документов, основываются на исходных объективных данных, учитывая имеющуюся в совокупности медицинскую документацию, в заключении указаны данные о квалификации экспертов, их образовании, стаже работы.
Названное заключение экспертов полное и ясное, пороков не содержит, своей совокупности не опровергает представленные в материалы дела доказательства, составлено экспертами, имеющими соответствующую квалификацию, эксперты были предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ, в связи с чем оснований не доверять заключению экспертов у суда не имеется, а потому данное доказательство по делу является относимым и допустимым.
При таких обстоятельствах, принимая во внимание экспертное заключение и медицинскую документацию, суд приходит к выводу о том, что на момент заключения спорного договора дарения истец при наличии имеющегося заболевания не понимала значение своих действий и не имела возможности ими руководить, не осознавала характер и последствия совершаемой сделки, однако улучшение состояния ФИО1 с редукцией выявленной симптоматики отмечалось к январю 2020 года, когда было дано заключение о возможности продолжать обучение.
В ходе судебного разбирательства ответчиком заявлено о пропуске ФИО1 срока исковой давности для предъявления в суд заявленных требований.
Согласно ст. ст. 195, 196 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со ст. 200 настоящего Кодекса.
В соответствии с п. 2 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.
В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. ст. 12, 35 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Разрешая вопрос о применении последствий пропуска срока исковой давности, судом учитывается, что оспариваемая сделка совершена сторонами 07.05.2019 при наличии у истца заболевания, при котором изменения ее психики были выражены столь значительно, что лишало ее способности понимать значение своих действий и руководить ими в период подписания договора дарения доли квартиры, однако согласно экспертному заключению и медицинской документации к январю 2020 года отмечено улучшение ее состояния при отсутствии обратного в материалах дела, что указывает на возможность обращения в суд с требованием о признании сделки недействительной, которое инициировано лишь 21.04.2022, т.е. по истечению более двух лет, что исключает возможность удовлетворения требований ФИО1 о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности при отсутствии оснований для восстановления пропуска срока исковой давности.
Руководствуясь ст. ст. 194 - 199 ГПК РФ,
РЕШИЛ:
В удовлетворении требований ФИО1 к ФИО2 о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки – отказать.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Московский городской суд в течение месяца через Останкинский районный суд адрес со дня принятия решения суда в окончательной форме.
Судья С.В. Борисова