Судья Сидоренко Ю.В. Дело ***
УИД ***
*** (в суде 1 инстанции)
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
22 августа 2023 года г. Барнаул
Судебная коллегия по административным делам Алтайского краевого суда в составе:
председательствующего Пасынковой О.М.,
судей Бугакова Д.В., Запаровой Я.Е.,
при секретаре Степаненко Е.Н.
рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционную жалобу Т на решение Бийского городского суда Алтайского края от ДД.ММ.ГГ по административному делу по административному иску Т к Федеральной службе исполнения наказаний, федеральному казенному учреждению «Следственный изолятор *** Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Алтайскому краю», начальнику федерального казенного учреждения «Следственный изолятор *** Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Алтайскому краю» З, Управлению Федеральной службы исполнения наказаний по Алтайскому краю о присуждении компенсации за нарушение условий содержания.
Заслушав доклад судьи Запаровой Я.Е. судебная коллегия
УСТАНОВИЛА:
Т обратился с иском к Федеральной службе исполнения наказаний Российской Федерации о взыскании компенсации за нарушение условий содержания в несовершеннолетнем возрасте в следственном изоляторе в размере 5 000 000 руб.
В обоснование требований указал, что в период ДД.ММ.ГГ года (впоследствии в ходе рассмотрения административного дела уточнил период содержания – ДД.ММ.ГГ год) содержался в Следственном изоляторе *** (в настоящее время - Федеральное казенное учреждение «Следственный изолятор *** Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Алтайскому краю», далее - ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Алтайскому краю) под стражей в несовершеннолетнем возрасте в условиях, ущемляющих человеческое достоинство с причинением нравственных страданий. Так, прогулочные дворики не были оборудованы спортивными снарядами, инвентарем для несовершеннолетних, не было организовано мероприятий для проведения спортивных упражнений, игр. Питание не соответствовало нормам питания для несовершеннолетних, выдаваемая скудная пища причиняла боль растущему организму, <данные изъяты>. Отсутствовала надлежащая жилая площадь в камере на одного человека, что создавало неудобства перемещения в камере четырех человек, а также конфликты. Освещение не соответствовало нормам, поскольку было невозможно читать книги и готовиться к суду. Администрацией не выдавались настольные игры. Санузел с установленной чашей генуя не был огорожен какой-либо перегородкой, которая хоть немного бы создавала зону приватности, в связи с чем был вынужден наблюдать, как другие несовершеннолетние справляют естественные нужды организма. В данных условиях стеснялся ходить в туалет, из-за чего постоянно <данные изъяты>, и приходилось отказываться от выдаваемой скудной пищи. Принудительные вытяжки в камере отсутствовали вследствие чего в камере были духота, сырость, плесень, поскольку другие содержащиеся в камере набирали в камере воду из под крана и устраивали в камере бассейн. Радиовещание и телевизор отсутствовали, что мешало развитию и получению информации. На железной кровати был только матрац без сменного постельного белья. Вещи для стирки не собирали, санобработку в камере не производили, полы не подметали и не мыли. В письменных дополнениях к административному иску указал, что содержался в камерах ***, полы в камерах были бетонные. Площадь камеры *** составляла 3,7 кв.м. на четыре человека. Площадь камеры *** составляла 4,6 кв.м. Камеры не были оборудованы урнами для мусора, тазами для гигиенических нужд и стирки одежды, зеркалами, шкафами для хранения продуктов, холодильником, телевизором, средствами радиовещания, раковиной для умывания, зоной приватности, разделяющей санузел и жилую зону, светильниками ночного освещения.
В ходе рассмотрения дела судом к участию в нем в качестве административных ответчиков привлечены ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Алтайскому краю, начальник ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Алтайскому краю Заря А.Е., УФСИН России по Алтайскому краю, в качестве заинтересованного лица – Министерство финансов Российской Федерации, Управление Федерального казначейства по Алтайскому краю.
Решением Бийского городского суда Алтайского края от ДД.ММ.ГГ в удовлетворении административных исковых требований отказано.
В апелляционной жалобе Т просит решение суда отменить с направлением дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции, ссылаясь на то, что в настоящем деле имеют приоритет и являются доказательством решение Бийского городского суда Алтайского края от ДД.ММ.ГГ, решение Восточного районного суда г.Бийска Алтайского края от ДД.ММ.ГГ, согласно которым в камерах №*** установлены нарушения условий содержания. В суд первой инстанции не было представлено документов о перенумерации камер, что свидетельствует о том, что указанные камеры были предназначены для содержания несовершеннолетних. Начальник ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Алтайскому краю, привлеченный к участию в деле, не участвовал в судебном заседании, однако его объяснения имеют важное значение для правильного разрешения дела.
В возражениях на апелляционную жалобу Управление Федерального казначейства по Алтайскому краю просит решение суда оставить без изменения.
В судебное заседание суда апелляционной инстанции административный истец не явился, извещен надлежаще, поступило заявление о рассмотрении административного дела в его отсутствие. Ранее участвуя в судебном заседании, Т на доводах апелляционной жалобы настаивал.
Представитель ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Алтайскому краю Г, представитель УФСИН России по Алтайскому краю, ФСИН России В в судебном заседании возражали против удовлетворения апелляционной жалобы.
Иные лица, участвующие в административном деле, извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционных жалоб, не явились, об отложении судебного разбирательства не ходатайствовали, в связи с чем на основании статьи 150 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации судебная коллегия находит возможным рассмотрение дела в их отсутствие.
Рассмотрев дело в полном объеме в соответствии с частью 1 статьи 308 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, изучив доводы апелляционных жалоб, возражений, исследовав дополнительно представленные оказательства, выслушав явившихся лиц, судебная коллегия приходит к следующему.
Разрешая административный спор по существу и отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из того, что заявленные истцом нарушения условий содержания не нашли своего подтверждения, административный истец обратился с иском спустя 30 лет, что привело к тому, что документы, которые могли быть предметом исследования и оценки, утрачены.
Судебная коллегия приходит к выводу о законности и обоснованности принятого по результатам рассмотрения административного дела судебного акта.
Как следует из административного искового заявления, объяснений Т, ДД.ММ.ГГ г.р., в суде первой инстанции и в судебном заседании суда апелляционной инстанции, административным истцом оспариваются условия его содержания в СИЗО-2 (ранее – ИЗ17/2) в несовершеннолетнем возрасте, то есть до ДД.ММ.ГГ.
Действовавшее до ДД.ММ.ГГ года гражданское законодательство (Гражданский кодекс РСФСР) предусматривало компенсацию морального вреда только в определенных случаях, в частности, в связи с распространением не соответствующих действительности порочащих честь и достоинство сведений (статья 7).
В пункте 1 Указа Президиума Верховного Совета СССР от 18 мая 1981 года № 4892-X «О возмещении ущерба, причиненного гражданину незаконными действиями государственных и общественных организаций, а также должностных лиц при исполнении ими служебных обязанностей», действовавшего в период содержания Т в следственном изоляторе, установлено, что ущерб, причиненный гражданину СССР незаконными действиями государственных и общественных организаций, а также должностных лиц при исполнении ими служебных обязанностей в области административного управления, возмещается на общих основаниях (статья 88 Основ гражданского законодательства Союза ССР и союзных республик), если иное не предусмотрено законом. Утвержденным данным Указом Положение предусматривало возмещение только имущественного вреда.
Согласно пункту 1 статьи 127 Основ гражданского законодательства Союза ССР и республик, утвержденных Верховным Советом СССР 31 мая 1991 года № 2211-1 (далее – Основы гражданского законодательства), вред, причиненный гражданину или юридическому лицу незаконными действиями государственных органов, а также должностных лиц при исполнении ими обязанностей в области административного управления, возмещается на общих основаниях, если иное не предусмотрено законодательными актами.
В соответствии со статьей 131 Основ гражданского законодательства моральный вред (физические или нравственные страдания), причиненный гражданину неправомерными действиями, возмещается причинителем при наличии его вины. Моральный вред возмещается в денежной или иной материальной форме и в размере, определяемом судом, независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.
Из пункта 1 постановления Верховного Совета Российской Федерации от 3 марта1993 года № 4604-1 «О некоторых вопросах применения законодательства Союза ССР на территории Российской Федерации» следует, что указанные Основы гражданского законодательства применяются на территории Российской Федерации с 3 августа 1992 года к тем гражданским правоотношениям, которые возникли после указанной даты. По гражданским правоотношениям, возникшим до 3 августа 1992 года, Основы гражданского законодательства применяются к гражданским правам и обязанностям, которые возникли после 3 августа 1992 года.
Аналогичные разъяснения о дате 3 августа 1992 года, с которой связано возникновение права требовать компенсации морального вреда с применением статей 7, 131 Основ гражданского законодательства, содержались в пункте 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда».
Конституционным Судом Российской Федерации в определении от 22 апреля 2014 года № 858-О высказана позиция, в соответствии с которой часть вторая статьи 12 Федерального закона «О введении в действие части второй Гражданского кодекса Российской Федерации, не исключает возможность возмещения вреда здоровью, причиненного до введения в действие статей 1085-1094 ГК Российской Федерации, в соответствии с прежним гражданско – правовым регулированием при наличии установленных в нем оснований.
Как следует из материалов дела, Т содержался в ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Алтайскому краю в период с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ, при этом за период содержания был этапирован с *** в РОВД Локтевского района Алтайского края, ДД.ММ.ГГ убыл в ТК № 1 г.Барнаула (том ***).
В связи с тем, что административным истцом оспариваются условия содержания только в несовершеннолетнем возрасте, следовательно, с учетом действия закона во времени и этапирования Т предметом рассмотрения являются условия содержания в СИЗО-2 период с ДД.ММ.ГГ, за который у административного истца возникло право требовать компенсации морального вреда.
Поскольку ранее с требованиями о компенсации морального вреда по указанным основаниям Т не обращался, вопрос о наличии либо отсутствии оснований компенсации вреда не рассматривался, настоящие требования разрешены с применением действующего на момент рассмотрения административного дела законодательства.
Согласно части 1 статьи 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном настоящей главой, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.
В силу части 5 указанной статьи при рассмотрении административного искового заявления, поданного в соответствии с частью 1 настоящей статьи (то есть об оспаривании действия (бездействия), связанных с условиями содержания под стражей или в местах лишения свободы, а также о присуждении компенсации за нарушение содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении), суд устанавливает, имело ли место нарушение предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, а также характер и продолжительность нарушения, обстоятельства, при которых нарушение допущено, его последствия.
Как разъяснено в пункте 15 постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 октября 2003 года № 5 «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации», к бесчеловечному обращению относятся случаи, когда такое обращение, как правило, носит преднамеренный характер, имеет место на протяжении нескольких часов или когда в результате такого обращения человеку были причинены реальный физический вред либо глубокие физические или психические страдания. Унижающим достоинство обращением признается, в частности, такое обращение, которое вызывает у лица чувство страха, тревоги и собственной неполноценности. При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы с учетом практических требований режима содержания. Оценка указанного уровня осуществляется в зависимости от конкретных обстоятельств, в частности, от продолжительности неправомерного обращения с человеком, характера физических и психических последствий такого обращения.
В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда от 25 декабря 2018 года № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» (далее - Постановление), принудительное содержание лишенных свободы лиц в предназначенных для этого местах, их перемещение в транспортных средствах должно осуществляться в соответствии с принципами законности, справедливости, равенства всех перед законом, гуманизма, защиты от дискриминации, личной безопасности, охраны здоровья граждан, что исключает пытки, другое жестокое или унижающее человеческое достоинство обращение и, соответственно, не допускает незаконное - как физическое, так и психическое - воздействие на человека (далее - запрещенные виды обращения). Иное является нарушением условий содержания лишенных свободы лиц.
Согласно пункту 14 Постановления условия содержания лишенных свободы лиц должны соответствовать требованиям, установленным законом, с учетом режима места принудительного содержания, поэтому существенные отклонения от таких требований могут рассматриваться в качестве нарушений указанных условий. Так, судам необходимо учитывать, что о наличии нарушений условий содержания лишенных свободы лиц могут свидетельствовать, например, переполненность камер (помещений), невозможность свободного перемещения между предметами мебели, отсутствие индивидуального спального места, естественного освещения либо искусственного освещения, достаточного для чтения, отсутствие либо недостаточность вентиляции, отопления, отсутствие либо непредоставление возможности пребывания на открытом воздухе, затрудненный доступ к местам общего пользования, соответствующим режиму мест принудительного содержания, в том числе к санитарным помещениям, отсутствие достаточной приватности таких мест, не обусловленное целями безопасности, невозможность поддержания удовлетворительной степени личной гигиены, нарушение требований к микроклимату помещений, качеству воздуха, еды, питьевой воды, защиты лишенных свободы лиц от шума и вибрации (например, статья 7 Федерального закона от 26 апреля 2013 года № 67-ФЗ «О порядке отбывания административного ареста», статьи 16, 17, 19, 23 Федерального закона от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», статья 99 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации). В то же время при разрешении административных дел суды могут принимать во внимание обстоятельства, соразмерно восполняющие допущенные нарушения и улучшающие положение лишенных свобод лиц (например, незначительное отклонение от установленной законом площади помещения в расчете на одного человека может быть восполнено созданием условий для полезной деятельности вне помещений, в частности для образования, спорта и досуга, труда, профессиональной деятельности).
В период содержания Т в СИЗО-2 в ДД.ММ.ГГ году действовал Закон СССР от 11 июля 1969 года № 4075-VII «Об утверждении Положения о предварительном заключении под стражу» (далее – Закон № 4075-VII), утративший силу с 17 июля 1995 года в связи с принятием Федерального закона от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений».
В соответствии со статьей 8 Закона № 4075-VII лица, заключенные под стражу, содержатся в общих камерах. В исключительных случаях по мотивированному постановлению лица или органа, в производстве которого находится дело, либо начальника места предварительного заключения, санкционированному прокурором, они могут содержаться в одиночных камерах. Заключенные под стражу несовершеннолетние размещаются в камерах отдельно от взрослых. В исключительных случаях с санкции прокурора в камерах, где содержатся несовершеннолетние, допускается содержание взрослых.
Согласно статье 9 Закона № 4075-VII лица, заключенные под стражу, имеют право: пользоваться ежедневной прогулкой продолжительностью один час; получать один раз в месяц передачу или посылку весом до пяти килограммов; получать денежные переводы; покупать по безналичному расчету продукты питания и предметы первой необходимости на сумму до десяти рублей в месяц; пользоваться своей одеждой и обувью; иметь при себе документы и записи, относящиеся к уголовному делу; пользоваться настольными играми и книгами из библиотеки места предварительного заключения; обращаться с жалобами и заявлениями в государственные органы, общественные организации и к должностным лицам в порядке, установленном статьей 13 настоящего Положения.
Как следует из статьи 11 Закона № 4075-VII лицам, заключенным под стражу, обеспечиваются необходимые жилищно-бытовые условия, соответствующие правилам санитарии и гигиены. Лицам, заключенным под стражу, предоставляются бесплатно по установленным нормам питание, индивидуальное спальное место, постельные принадлежности и другие виды материально-бытового обеспечения. В необходимых случаях им выдаются одежда и обувь установленного образца.
Приказом Министерства внутренних дел СССР от 23 августа 1979 года № 257 утверждены Нормы положенности мебели, инвентаря и предметов хозяйственного обихода для исправительно-трудовых колоний, следственных изоляторов и тюрем (далее – Нормы положенности) (приложение № 4), копия которых представлена по запросу судебной коллегии архивным органом МВД России.
Из указанных Норм положенности следует, что камеры режимного корпуса оборудуются: койкой металлической – 1 шт. на человека, столом со скамейкой – 1-2 комплекта, зеркалом настенным – 1 шт., урной для мусора – 1 шт., шкафом для хранения продуктов питания – 1 ячейка на человека, подставкой под бак для воды – 1 шт., баком для питьевой воды с кружкой и тазом - 1 комплект, вешалкой настенной – 1 крючок на человека, полкой для туалетных принадлежностей – 1 шт.
В период содержания административного истца в следственном изоляторе отсутствовала норма, устанавливающая минимальную жилую площадь на человека в камерах следственных изоляторов. При этом статья 56 Исправительно – трудового кодекса РСФСР предусматривала норму жилой площади на одного осужденного в исправительно-трудовых колониях 2 квадратных метров, а в воспитательно-трудовых колониях и тюрьмах - 2,5 квадратных метра.
Технический паспорт на ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Алтайскому краю по состоянию на ДД.ММ.ГГ отсутствует, что подтверждается ответами на запросы суда первой и апелляционной инстанции, в том числе представленными судебной коллегии материалами инвентарного дела.
Из копии технического паспорта объекта недвижимости по адресу: <адрес> составленного по состоянию на ДД.ММ.ГГ следует, что в учреждении количество этажей - 2, полы - деревянные, окна - двойные, глухие, внутренняя отделка-штукатурка, окраска. Имеется отопление, водопровод, электроосвещение, радио, телефон, телевидение, горячее водоснабжение, канализация.
Как следует из технического паспорта по состоянию на ДД.ММ.ГГ, режимный корпус ***, 1871 год постройки, число этажей - 3, полы - бетонные и деревянные, окна - двойные глухие; внутренняя отделка - штукатурка; имеются отопление, водопровод, канализация, электроосвещение, радио, телефон, вентиляция. Прогулочный дворик: полы-бетонные, внутренняя отделка-штукатурка, электроосвещение; режимный корпус ***, 1985 год постройки, полы - бетонные, деревянные, окна-двойные глухие, внутренняя отделка - штукатурка, окраска, имеются отопление, водопровод, канализация, электроосвещение, радио, телефон, вентиляция; режимный корпус ***, 1997 год постройки.
Из справки начальника режима и надзора ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Алтайскому краю от ДД.ММ.ГГ следует, что представить данные о том, в каких камерах содержался Т не представляется возможным в связи с тем, что данная информация отражалась в камерной карточке, которая в настоящее время в учреждении отсутствует (том 2 л.д. 220).
ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Алтайскому краю в Алтайский краевой суд представлен акт инвентаризации архива, утвержденного начальником учреждения З ДД.ММ.ГГ, согласно которому документы, образующиеся в деятельности учреждения за ДД.ММ.ГГ год, в том числе камерные карточки лиц, содержащихся в учреждении, бухгалтерская документация, документы, подтверждающие перенумерацию камер, проведение ремонтных работ, журналы количественной проверки, учета дежурств по корпусным отделениям, замечаний и предложений инспектирующих лиц, дезинфекции постельных принадлежностей, замечаний и предложений надзорных органов, о проведении мероприятий с несовершеннолетними, сведения об общем количестве лиц, содержащихся в учреждении, об организации питания, акты по результатам мероприятий по контролю за соблюдением санитарного законодательства в архиве учреждения отсутствуют, в ходе проведения осмотра всех архивных документов, не найдены (том ***).
Согласно справке врио ОСУ ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Алтайскому краю З от ДД.ММ.ГГ сведения о количестве лиц, содержащихся в следственном изоляторе в июле – августе 1992 года, в учреждении отсутствуют (***).
Согласно копии акта *** на уничтожение дел учреждения ИЗ-17/2 ГУИН Минюста России по Алтайскому краю, утвержденного начальником учреждения ДД.ММ.ГГ, по истечению срока хранения на основании Министерства внутренних дел Российской Федерации от ДД.ММ.ГГ ***, от ДД.ММ.ГГ *** были уничтожены квартальные отчеты о численности, составе и движении осужденных и лиц, заключенных под стражу в учреждении за период с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ (***
Из ответа ФКУ ЦИТОВ УФСИН России по Алтайскому краю от ДД.ММ.ГГ, следует, что представить камерные карточки, документы о предоставляемом питании лицам, содержащимся в СИЗО, раскладок-меню, планов надзора, бухгалтерской документации и нахождения на балансе имущества, журналов количественной проверки, журналов учета дежурств по к/о, журналов о проведении мероприятий с несовершеннолетними, акты приемки выполненных работ по текущему и капитальному ремонту камер, акты по результатам мероприятий по контролю за соблюдением санитарного законодательства не представляется возможным, поскольку в архив ФКУ ЦИТОВ УФСИН России по Алтайскому краю в переданных актах за 1997-2002 запрашиваемые акты за 1992 год отсутствуют. Информацию о лимите учреждения в 1992 году предоставить не представляется возможным.
Вместе с тем в сохранившейся архивной алфавитной карточке на Т указано, что он содержался камерах №***, периоды нахождения в каждой камере не указаны (***
Административный истец в суде первой инстанции, а также в судебном заседании суда апелляционной инстанции указал, что содержался в камерах для несовершеннолетних №***
Допрошенные судебной коллегией свидетели административного ответчика Б, К, состоявшие в служебных отношениях в ДД.ММ.ГГ году с СИЗО-2, являющиеся в настоящее время пенсионерами, последовательно подтвердили факт содержания несовершеннолетних в камерах с *** по *** режимного корпуса *** отдельно от взрослых, что соотносится с карточкой на имя Т, в которой первыми указаны камеры из указанного диапазона (***) и периодом содержания Т в том числе после достижения 18 лет (в камерах с иными номерами согласно карточке, указанных далее по списку).
Таким образом, на основании собранных по административному делу доказательств следует считать установленным факт содержания Т в несовершеннолетнем возрасте в камерах СИЗО-2 с определенными номерами, предназначенных для содержания несовершеннолетних.
При этом сведения об общем лимите, сведения о фактическом общем количестве содержащихся в СИЗО-2 несовершеннолетних лиц, а равно сведения о количестве содержащихся в одной камере несовершеннолетних отсутствуют в связи с уничтожением документов.
В целях проверки доводов административного истца в данной части о переполненности камер судом неоднократно направлялись запросы в органы прокуратуры и архивные органы г.Бийска и Алтайского края о предоставлении документов, касающихся проверок следственного изолятора в ДД.ММ.ГГ году.
Из ответа Прокуратуры Алтайского края от ДД.ММ.ГГ следует, что сохранившиеся за ДД.ММ.ГГ год документы постоянного хранения переданы на хранение в государственный архив Алтайского края (***).
Согласно акту приема-передачи архивных документов на хранение от ДД.ММ.ГГ, прокуратура Алтайского края сдала, а центр хранения Архивного фонда Алтайского края принял, в том документы постоянного хранения за ДД.ММ.ГГ годы (***
По запросу судебной коллегии Краевым государственным казенным учреждением «Государственный архив Алтайского края» проведен полистный просмотр документов архивного фонда прокуратуры Алтайского края за ДД.ММ.ГГ год, в представленных архивным учреждением копиях документов (протокол заседания коллегии прокуратуры края от ДД.ММ.ГГ ***, справка-обобщение от ДД.ММ.ГГ ***) о каких-либо нарушения в следственном изоляторе не указано (***).
Как следует из ответа прокуратуры г.Бийска от ДД.ММ.ГГ, номенклатурные дела с мерами прокурорского реагирования с ДД.ММ.ГГ год со сроком хранения «постоянно» сданы для хранения в архивный отдел администрации г.Бийска (***).
Из ответа архивного отдела администрации г.Бийска от ДД.ММ.ГГ следует, что в архиве акты прокурорского реагирования прокуратуры г.Бийска в отношении ИЗ-17/2 ГУИН Минюста России по Алтайскому краю, материалы проверок проведенных прокуратурой г.Бийска в отношении ИЗ-17/2 ГУИН Минюста России по Алтайскому краю отсутствуют (***).
Допрошенные свидетели Б, К показали, что несовершеннолетние содержались с соблюдением норматива площади. При этом показания К в судебном заседании ДД.ММ.ГГ о возможном содержании среди несовершеннолетних «одного положительного взрослого» в целом согласуются с требованиями действовавшей в тот период статьи 8 Закона № 4075-VII.
Согласно справке начальника ОКБИиХО ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Алтайскому краю от ДД.ММ.ГГ, сведения об общей жилой площади на ДД.ММ.ГГ год соответствовали техническому паспорту учреждения ИЗ-22/2 от 2002 года. Заключенные размещались в режимных корпусах, имеющих следующую жилую площадь: режимный корпус *** кв.м, режимный корпус *** кв.м. Указанные данные соответствуют копии технического паспорта по состоянию на ДД.ММ.ГГ год на учреждение ИЗ-22/2 по адресу: <адрес>. Предназначение камер в настоящее время установить не представляется возможным в связи с уничтожением Плана надзора СИД и СР ГУИН Минюста России по Алтайскому краю за 1992 год. Приказом МВД Российской Федерации от ДД.ММ.ГГ *** «Об утверждении Перечня документов, образующихся в деятельности органов внутренних дел, учреждений, предприятий и организаций системы Министерства внутренних дел Российской Федерации» сроки хранения плана надзора регламентированы не были, также как и порядок его уничтожения. Сведениями о том, из чего Министерством юстиции Российской Федерации определялся лимит наполняемости, учреждение не располагает.
Даже в случае совпадения нумерации камер (при отсутствии иных сведений) с планом зданий согласно техническом паспорту на ДД.ММ.ГГ год камера *** имеет площадь *** кв.м. (на плане помещение ***), камера *** - площадью *** кв.м. (на плане помещение *** и ***), камера *** кв.м. (на плане помещение ***), что предполагает соблюдение норматива площади содержания несовершеннолетних *** кв.м (по аналогии с воспитательными колониями согласно статье 56 ИТК РСФСР) и объяснениями самого Т суду апелляционной инстанции о количестве содержащихся лиц в каждой камере.
Свидетель административного истца Л согласно представленной на него алфавитной карточке (том 2 л.д.239) не содержался в одних и тех же камерах с Т, в связи с его показания не подтверждают доводы административного истца.
Судами первой и апелляционной инстанций в соответствии со статьями 63, 306 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации оказано содействие административному истцу в истребовании доказательств в подтверждение его доводов, которые и в остальной части обоснованно отклонены судом.
В связи с тем, что в вышеназванных технических паспортах указано на покрытие полов в учреждении как деревянного, так и бетонного, при этом конкретные номера камер, в которых полы были бетонные, не указаны, достоверные основания полагать, что истец содержался в камере с бетонными полами, отсутствуют. Также из технических паспортов следует, что учреждение было оборудовано радио и водопроводом.
Вышеприведенными положениями Закона СССР № 4075-VII, а также Нормами положенности не предусматривалось требование об оборудовании камер режимного корпуса санузлом с обеспечением приватности.
Наличие санитарного узла не отрицал сам административный истец, показания свидетеля К об огороженности санузла в камерах для несовершеннолетних стеной высотой *** метра и ширмой не противоречат и показаниям свидетеля административного истца Л, который также пояснял, что в отдельных камерах для несовершеннолетних имелось ограждение санузла.
По запросу судебной коллегии Бийским городским судом Алтайского края ДД.ММ.ГГ представлена справка по делам, рассмотренным в гражданском и административном судопроизводстве, в рамках которых оспаривались условия содержания в ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Алтайскому краю, а также копии судебных актов. Из представленных судебных актов не следует, что условия содержания под стражей в указанном учреждении в ДД.ММ.ГГ году, в том числе в части приватности признавались ненадлежащими. Из имеющихся копий судебных актов по искам прокурора следует, что в СИЗО-2 нарушения условий приватности не являлись поводом для обращения прокурора с иском и после ДД.ММ.ГГ года.
Более того, при отсутствии достоверных доказательств о содержании Т совместно с иными лицами в случае его одиночного содержания (в том числе на период ротации иных лиц из камеры) отсутствие приватности не могло нарушать его права, а видеонаблюдение в ДД.ММ.ГГ году с очевидностью отсутствовало, на наблюдение сотрудниками учреждения административный истец не ссылался в обоснование доводов о нарушении своих прав.
Надлежащее оборудование камер для несовершеннолетних спальным местом, спальными принадлежностями, столом со скамейкой, вешалкой, радиоточкой, работавшей исправно, раковиной с водопроводом, исправными светильниками, подтвердили допрошенные судебной коллегией свидетели административного ответчика, показания которых не опровергаются какими – либо доказательствами, в том числе показаниями свидетеля административного истца, не содержавшегося одновременно с Т Принимая во внимание, что в настоящее время допрошенные свидетели являются пенсионерами, не состоят в служебных отношениях с административным ответчиком, у судебной коллегии отсутствуют основания полагать свидетелей заинтересованными в исходе административного дела, об уголовной ответственности свидетели предупреждены перед допросом.
Информация об обеспечении истца предметами первой необходимости и личной гигиены, постельными принадлежностями отсутствует в связи с истечением срока хранения камерной карточки, что следует из справки начальника отдела режима ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Алтайскому краю от ДД.ММ.ГГ.
На запрос судебной коллегии о проверках санитарного состояния камер СИЗО-2 (ИЗ-17/2) Роспотребнадзор не представил сведений со ссылкой на отсутствие таковых.
Действовавшее в период содержания Т законодательство не предусматривало обязанность оборудовать прогулочные дворики спортивным инвентарем, размещать в камерах телевизор.
Согласно акту на уничтожение дел в ИЗ-17/2 УИН Алтайского края, утвержденного начальником учреждения ДД.ММ.ГГ, уничтожен план воспитательной работы с осужденными, хозяйственной обслугой и лицами, содержащимися в СИЗО, на ДД.ММ.ГГ год б/н, что свидетельствует о проведении воспитательных работ. Указанное также подтверждается показаниями свидетелей Б, К, о том, что у несовершеннолетних был воспитатель, организовывавший шахматные турниры, игры в шашки, телевизор был установлен у воспитателя, несовершеннолетним выдавались книги.
Согласно справке начальника отряда ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Алтайскому краю от ДД.ММ.ГГ с момента создания в учреждении функционирует библиотека с книжным фондом 2584 книги, книжный фонд по состоянию на ДД.ММ.ГГ год существенно не изменился. Выдача книг производилась по заявления подозреваемых, обвиняемых и осужденных (***). С учетом изложенного несостоятельны доводы административного истца о нарушении его права на развитие и воспитание.
Из справки начальника ОКБИиХО ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Алтайскому краю от ДД.ММ.ГГ следует, что питание лиц, содержащихся в следственном изоляторе в ДД.ММ.ГГ году было организовано на основании постановления Совета Министров СССР от 8 декабря 1990 года № 1225 «Об утверждении норм суточного довольствия осужденных к лишению свободы, а также лиц, находящихся в следственных изоляторах, лечебно-трудовых, воспитательно-трудовых и лечебно-воспитательных профилакториях Министерства внутренних дел СССР». При приготовлении пищи закладка ингредиентов в котел производится в соответствии с утвержденными технологическими картами блюд и контролируется дежурным помощником начальника следственного изолятора и заведующим столовой. Контроль качества готовой пищи обеспечивается непосредственным снятием пробы готовых блюд медицинским работником, о чем делаются записи в журнале контроля качества. Разрешение на выдачу пищи дается только после заключения медицинского работника. При раздаче готовой пищи довольствующимся нормы доводятся посредством мерных черпаков соответствующего объема. Раздача производится в присутствии дежурного на посту. Полнота доведения блюд и положенных продуктов до спецконтингента контролируется начальником корпусного отделения. Выдача пищи довольствующимся, производится в горячем виде три раза в сутки в соответствии с инструкцией по организации питания. Исключена однообразность приготовления блюд. Предоставить раскладки-меню за период 1992 года не представляется возможным ввиду их уничтожения. В соответствии с приказом МВД России № 615 от 19 ноября 1996 года срок хранения раскладок-меня составляет 5 лет. Номенклатурой дел уничтожение данных документов по акту предусмотрено не было (том 2 л.д. 214).
Допрошенный по ходатайству административного истца свидетель Л пояснил, что не питался в следственном изоляторе, в связи с чем его показания не ставят под сомнение доказательства, представленные стороной административного ответчика.
Показаниями свидетелей К, Б подтверждается факт обеспечения лиц, содержащихся в учреждении, трехразовым питанием и его надлежащее качество.
Свидетель К также подтвердил, что в отношении несовершеннолетних какие – либо нарушения в результате регулярных проверок прокурором не устанавливались, в том числе в части питания.
Соглашаясь в целом с выводами городского суда об отсутствии правовых оснований для удовлетворения административных исковых требований Т, судебная коллегия отмечает, что период содержания административного истца (с ДД.ММ.ГГ) нельзя считать значительным, учитывая, что камеры изолятора не являлись постоянным местом содержания подозреваемых и обвиняемых, а какие – либо отступления от установленных требований не всегда свидетельствуют о существенности нарушений условий содержания, влекущих унижение административного истца и причинение ему страданий.
С настоящим административным иском Т обратился в суд спустя 30 лет после достижения совершеннолетия, неоднократно при этом находясь после ДД.ММ.ГГ года в следственных изоляторах и исправительных учреждениях, что свидетельствует об отношении самого административного истца к факту причинения ему каких – либо страданий в связи с условиями содержания в ДД.ММ.ГГ, степени значимости для него указанных обстоятельств.
Нормативные сроки хранения документов с очевидностью истекли на дату обращения административного истца в суд с настоящим иском, а имеющиеся письменные и устные доказательства не свидетельствуют об обоснованности предъявленных требований.
Вопреки доводам жалобы, установление в решении Бийского городского суда Алтайского края от ДД.ММ.ГГ и в решении Восточного районного суда г.Бийска Алтайского края от ДД.ММ.ГГ нарушение условий содержания в ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Алтайскому краю период ДД.ММ.ГГ годов не свидетельствует о допущении таких нарушений в августе ДД.ММ.ГГ.
Указание в апелляционной жалобе на то, что судом не были заслушаны пояснения начальника ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Алтайскому краю, отклоняются судебной коллегией, поскольку лицо, участвующие в деле, в судебное заседание суда первой инстанции не явилось, было извещено надлежаще, его явка в силу статьи 121 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации не была признана обязательной.
Судом первой инстанции не допущено нарушений норм материального и процессуального права, влекущих отмену обжалуемого судебного акта, в связи с чем апелляционная жалоба административного истца удовлетворению не подлежит.
Руководствуясь статьей 309 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, судебная коллегия
ОПРЕДЕЛИЛА:
решение Бийского городского суда Алтайского края от ДД.ММ.ГГ оставить без изменения, апелляционную жалобу Т – без удовлетворения.
Апелляционное определение может быть обжаловано в течение шести месяцев со дня его вынесения путем подачи кассационной жалобы в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции.
Председательствующий:
Судьи:
Мотивированное апелляционное определение изготовлено ДД.ММ.ГГ