Судья Моисеева Г.Ю. Дело № 33-2511/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 18 июля 2023 года

Судебная коллегия по гражданским делам Томского областного суда в составе:

председательствующего Кребеля М.В.,

судей: Небера Ю.А., Черных О.Г.,

при секретаре Зеленковой Е.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Томске гражданское дело № 2-45/2022 по иску ФИО1 к индивидуальному предпринимателю ФИО2 о взыскании денежных средств, неустойки, компенсации морального вреда и штрафа

по апелляционной жалобе истца ФИО1 на решение Ленинского районного суда г. Томска от 24 апреля 2023 года,

заслушав доклад председательствующего, объяснения представителей истца ФИО1 ФИО3 и ФИО4, поддержавших доводы апелляционной жалобы, объяснения представителя ответчика индивидуального предпринимателя ФИО2 ФИО5, возражавшей против апелляционной жалобы,

установила:

ФИО1 обратился в суд с иском к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (далее – ИП ФИО2), в котором просил взыскать с ответчика в свою пользу денежные средства в размере 191 522 руб., неустойку за период с 14.02.2022 по 28.02.2022 в размере 112500 руб., компенсацию морального вреда в размере 20000 руб., штраф за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя.

В обоснование заявленных требований указывал, что в сентябре 2021 года супруга истца ФИО6 в социальной сети Instagram увидела рекламу обучающего курса по программе «Пробуждающий коучинг» (далее – курс), который организовывался ответчиком и являлся образовательной услугой, что позволяет обучающимся получить социальный налоговый вычет за пройденное обучение. В указанной связи 24.09.2021 истец оплатил ответчику образовательные услуги в размере 250000 руб. После оплаты курса от исполнителя посредством электронной почты поступило организационное письмо, в котором указывался период обучения, расписание занятий, даты экзаменов, а также формат курса посредством онлайн занятий на платформе Zoom и GetCourse, в соответствии с которыми супруга истца приступила к обучению. Вместе с тем обучение началось позднее назначенной даты, первое занятие было представлено в записи, исключая возможность получить какую-либо конкретную, уточняющую информацию по услуге. В рамках курса были предусмотрены: теоретический урок от ФИО2 – каждый четверг; вебинар от ФИО2 – один раз в две недели (начиная с 13.09.2021) по вторникам; три ретрита (три дня занятий с 09:00 час. утра до 15:00 час.) в течении всего курса. Ответчик неоднократно нарушал вышеуказанные правила, не соблюдал даты проведения вебинаров (практикумов), сокращал их количество, делегировал свои обязанности иным лицам. В период с 19.10.2021 по 30.11.2021 ответчиком не проводились практикумы, практикум 16.11.2021 проводился не ответчиком, 31.12.2021 и 07.01.2022 теоретические уроки не проводились. Оплаченный истцом третий ретрит (три дня занятий с 09:00 час. утра до 15:00 час.) ответчиком был сокращен до двух дней и для участия в нем необходимо было доплатить еще 30000 руб., что фактически изменяло существенные условия договора, сокращало его предмет и лишало супругу истца в полном объеме возможности получить согласованные услуги. Истец запросил у ответчика полную информацию о возможности получения налогового вычета после пройденного обучения, в связи с чем 26.01.2022 от ответчика поступила копия договора публичной оферты, согласно которому истцу предоставлялась не образовательная, а информационная услуга, которая не предполагает возврат налогового вычета. В указанной связи ответчик предоставил истцу недостоверную информацию относительно оказываемой услуги и ввел его в заблуждение. Также предусмотренные в договоре услуги в полном объеме не были оказаны супруге истца, а частично оказанные услуги не соответствовали программе и расписанию обучения, что свидетельствует о недобросовестном поведении ответчика и его злоупотреблении своим правом. 01.02.2022 истец направил ответчику претензию с требованием признать договор расторгнутым, вернуть денежные средства в размере 250000 руб., где также указал, что считает оказываемые услуги некачественными, не соответствующими изначально заявленным целям и программе. Ответчик вернул денежные средства в размере 58478 руб. исходя из фактически пройденного супругой истца времени обучения, чем нарушил права истца и действующее законодательство.

Представитель истца ФИО3 в судебном заседании исковые требования поддержала по основаниям, указанным в исковом заявлении и дополнительных пояснениях.

Представитель ответчика ИП ФИО2 ФИО5 в судебном заседании возражала против удовлетворения исковых требований по основаниям, указанным в возражениях на иск, дополнениях к возражениям.

Дело рассмотрено в отсутствие истца ФИО1, ответчика ИП ФИО2, третьего лица ФИО6

Обжалуемым решением исковые требования оставлены без удовлетворения.

В апелляционной жалобе истец ФИО1 просит решение отменить, удовлетворить исковые требования в полном объеме.

В обоснование доводов жалобы указывает на неверное установление судом фактических обстоятельств дела, а также неправильное применение норм материального права к сложившимся правоотношениям.

Полагает, что суд необоснованно сослался в решении на обезличенную публичную оферту, которая неоднократно менялась в одностороннем порядке ответчиком, не установил вариант оферты, согласованный сторонами и подлежащий применению к сложившимся правоотношениям, учитывая то, что опубликованная на сайте оферта не содержит необходимой и достоверной информации для потребителя.

Отмечает, что суд, приходя к выводу о надлежащей информации, размещенной на сайте ответчика, не указывает, чем это подтверждается, поскольку сайт ответчиком удален.

Ссылается на то, что договор, представленный ответчиком, не содержит в себе существенных условий, в частности: о цене, о сроках оказания услуг, отсутствуют также сведения об ознакомлении с договором, в связи с чем не может быть принят в качестве доказательства оказания услуги.

Утверждает о противоречивости выводов суда о том, что курс, оплаченный истцом, являлся не образовательным, а информационно-консультационным, поскольку материалами дела подтверждается именно факт оказания образовательной услуги, ответчиком в переписке с ФИО6 имеется тому подтверждение.

Отмечает, что ответчиком до заключения договора предоставлена недостоверная информация о получении сертификатов и дипломов государственного образца, налогового вычета, потому как на момент заключения договора у исполнителя отсутствовали свидетельство о государственной аккредитации, лицензия на ведение образовательной деятельности, в связи с чем она не имела право заключать договор об оказании образовательных услуг.

Обращает внимание на то, что представленные в материалы дела договор реализации образовательных программ, заключенный между ИП ФИО2 и ООО «Учебный центр «Профи», заключение комиссии, выданное ИП ФИО2, первый лист лицензии ООО «Учебный центр «Профи» не могут быть признаны в качестве допустимых доказательств, поскольку договор заключен после начала обучающего курса, в связи с чем договоры, зачисление и выдача сертификатов должны были производиться ООО «Учебный центр «Профи», о чем отсутствует информация в заключенном сторонами договоре.

Ссылается на то, что судом не установлены действительные правоотношения между ООО «Учебный центр «Профи» и ИП ФИО2, не представлена лицензия с перечислением видов деятельности, разрешенных организации.

Указывает на ошибочность выводов суда о том, что истцом не представлено доказательств не качественности оказанной ответчиком услуги.

Выражает несогласие с произведенной судом оценкой доказательств.

Отмечает, что судом не дана оценка допущенным со стороны ответчика существенным нарушениям оказания образовательной услуги, поскольку они не соответствуют представленной информации, оказанные услуги не соответствовали программе и расписанию обучения, что повлекло претензию со стороны истца.

Полагает, что поскольку услуги, оказываемые ответчиком, не соответствовали требованиям Правил оказания образования в РФ, Федеральному закону «Об образовании в РФ», истец имел право потребовать расторжения договора и возврата денежных средств.

В возражениях на апелляционную жалобу представителя ответчика ФИО2 ФИО5 просит оставить решение без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В соответствии с требованиями части 3 статьи 167, статьи 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебная коллегия сочла возможным рассмотреть дело в отсутствие извещенных о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом и не явившихся в суд лиц, не возражавших против рассмотрения дела без их участия.

Обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений на нее, проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции по правилам абзаца 1 части 1 и абзаца 1 части 2 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия оснований для его отмены или изменения не нашла.

Судом установлено и следует из материалов дела, что ФИО2 зарегистрирована в качестве индивидуального предпринимателя с 06.03.2018, основным видом ее деятельности является «образование дополнительное детей и взрослых прочее», в качестве дополнительных видов деятельности указаны, в том числе «деятельность по дополнительному профессиональному образованию прочая, не включенная в другие группировки».

На интернет ресурсах ИП ФИО2 разместила публичную оферту, предлагая любому физическому лицу заключить договор на условиях, указанных в нем, указав, что акцепт оферты означает, что клиент согласен со всеми положениями настоящего предложения и равносилен заключению договора об оказании услуг. Датой заключения договора считается дата внесения оплаты.

Производя полную или частичную оплату (внесение депозита), клиент выражает свое полное и безоговорочное принятие условий настоящего договора (п. 2.2 оферты).

Ознакомившись с указанной офертой, ФИО6 изъявила желание пройти курс «Пробуждающий коучинг», в связи с чем посредством сети интернет и месенджера на телефоне связалась с представителями ответчика для получения всей необходимой ей информации.

Согласно выписке по счету от 31.01.2022 ПАО «РОСБАНК», ФИО1 произвел оплату в размере 250 000 руб. за прохождение курса «Пробуждающий коучинг» ИП ФИО2 его супругой ФИО6, что сторонами не оспаривалось.

В соответствии с п. 8.1 публичной оферты договор вступает в силу с момента акцепта клиентом публичной оферты и действует до полного исполнения сторонами взятых на себя обязательств.

Как следует из материалов дела, фактически срок предоставления услуги определен с 24.09.2021 по 13.03.2022.

После оплаты указанного курса третье лицо ФИО6 (супруга истца) пользовалась предоставленной площадкой для обучения, регулярно посещала занятия, получила доступ к групповому чату в Telegram, осуществив все необходимые для этого действия по ее идентификации в установленном исполнителем порядке.

Однако курс «Пробуждающий коучинг» ФИО6 не окончила, 02.02.2022 посредствам мессенджера Telegram направила ответчику требование (претензию) о расторжении заключенного договора возмездного оказания услуг без оплаты понесенных исполнителем расходов, а также возмещении убытков в связи с тем, что вследствие неполноты или недостоверности полученной от исполнителя информации был заключен договор на оказание услуги, не обладающей свойствами, которые имел ввиду заказчик, подписанную истцом от 01.02.2022.

Претензия истца ответчиком рассмотрена и 12.02.2023 дан на нее ответ, денежные средства истцу возвращены с учетом фактически понесенных исполнителем расходов до момента отказа от исполнения договора.

Согласно выпискам по счету ПАО «РОСБАНК» от 03.07.2022, банковским ордерам от 15.02.2022, от 02.03.2022, ФИО1 возвращены денежные средства ответчиком в сумме 58 478 руб.

Разрешая спор и отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для взыскания с ответчика ИП ФИО2 в пользу истца ФИО1 уплаченных по договору об оказании информационных услуг от 24.09.2021 денежных средств, поскольку доказательств нарушения ответчиком условий оферты, оказание некачественных услуг, введение истца в заблуждение путем предоставления недостоверной информации при заключении договора, стороной истца не представлено.

Между тем судебная коллегия не может согласиться с приведенными в обжалуемом решении выводами суда об оценке фактических обстоятельств дела и их правовой квалификации, исходя из следующего.

Согласно пункту 1 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена данным кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.

В силу статьи 779 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

Правила главы 39 Гражданского кодекса Российской Федерации «Возмездное оказание услуг» применяются к договорам оказания услуг связи, медицинских, ветеринарных, аудиторских, консультационных, информационных услуг, услуг по обучению, туристическому обслуживанию и иных, за исключением услуг, оказываемых по договорам, предусмотренным главами 37, 38, 40, 41, 44, 45, 46, 47, 49, 51, 53 данного Кодекса (пункт 2 статьи 779 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 434 Гражданского кодекса Российской Федерации договор в письменной форме может быть заключен путем составления одного документа (в том числе электронного), подписанного сторонами, или обмена письмами, телеграммами, электронными документами либо иными данными в соответствии с правилами абзаца второго пункта 1 статьи 160 настоящего Кодекса (пункт 2).

Письменная форма договора считается соблюденной, если письменное предложение заключить договор принято в порядке, предусмотренном пунктом 3 статьи 438 указанного Кодекса (пункт 3).

Договор заключается посредством направления оферты (предложения заключить договор) одной из сторон и ее акцепта (принятия предложения) другой стороной (п. 2 ст. 432 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Пунктом 3 статьи 438 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что совершение лицом, получившим оферту, в срок, установленный для ее акцепта, действий по выполнению указанных в ней условий договора (отгрузка товаров, предоставление услуг, выполнение работ, уплата соответствующей суммы и т.п.) считается акцептом, если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или не указано в оферте.

Из анализа данных правовых норм следует, что доказательством заключения договора является акцепт оферты, который может быть совершен, в том числе путем конклюдентных действий.

Согласно оферте, представленной истцом в материалы дела, данный договор является официальным предложением (публичной офертой) индивидуального предпринимателя ФИО2 для любого физического лица, которое примет предложение на изложенных в договоре условиях.

Полным и безоговорочным принятием (акцептом) условий публичной оферты является осуществление оплаты клиентом предложенных исполнителем услугу.

При этом в тексте оферты понятие «клиент» определено как лицо, осуществившее акцепт оферты, являющееся приобретателем платных услуг по заключенному договору.

Как следует из выписки по счету ПАО «РОСБАНК» от 31.01.2022, истцом 24.09.2021 произведена оплата курса «Пробуждающий коучинг» ИП ФИО2 в размере 250 000 руб.

В связи с указанным суд первой инстанции пришел к выводу о том, что ФИО1 акцептировал оферту ИП ФИО2, тем самым заключил с ней договор на предоставление информационных услуг в рамках выбранного курса, согласившись с условиями настоящего договора.

Между тем, исходя из условий публичной оферты, представленных в материалы дела доказательств, а также оценив последовательность и направленность как фактических действий ФИО1, ФИО6, ИП ФИО2, так и их действительное волеизъявление, судебная коллегия не может согласится с указанным выводом суда первой инстанции.

Так, согласно представленной в материалы гражданского дела переписке между ФИО6 и ФИО2 от 23-24.09.2021 в мессенджерах, ФИО6 выразила свое действительное намерение приобрести для себя и пройти (освоить) курс «Пробуждающий коучинг», она же оплатила данный курс с использованием карты супруга, получив ссылку для оплаты от ответчика.

Уведомление об оплате курса направлено на электронную почту ФИО6

Оплатив курс, ФИО6 на электронную почту поступили организационные письма от ФИО2, в которых указаны срок обучения, расписание, характер и формат занятий, информация о платформах Zoom и Getcourse, посредствам которых осуществлялось обучение, инструкция по их установке и работе с ними. Предоставлены все необходимые ссылки для присоединения к курсу.

В соответствии с п. 3.4.1 публичной оферты клиент обязан предоставить достоверную информацию при регистрации на сайте, при ее изменении сообщить об этом исполнителю в течение трех календарных дней.

При регистрации на сайте клиент предоставляет информацию о своих фамилии и имени, контактный номер телефона, адрес электронной почты (п. 6.2 оферты).

Руководствуясь инструкциями из организационных писем, ФИО6 зарегистрировалась в личном кабинете платформы Getcourse, указав свои фамилию и имя, контактный номер телефона, адрес электронной почты, тем самым в полной мере приняв условия предложенной ответчиком оферты, в подтверждение чего проставила галочку в соответствующем разделе личного кабинета.

Согласно списку участников курса «Пробуждающий коучинг» 1 потока, ФИО6 включена в состав обучающихся.

Ей на электронную почту направлялись рассылки с напоминанием об открытии/начале урока на платформе, ссылки на вход в уроки и практикумы.

Согласно скриншотам с сайта pionlife.ru «Посещение страниц» Ольги Лашук, последняя, получив доступ к информационным материалам ответчика, в формате удаленного доступа посещала уроки и практикумы, участвовала в ретритах, тем самым являлась получателем оказываемых ответчиком услуг.

Кроме того, ФИО6 вступила в общий чат курса, ссылку на который предоставила ФИО2, где получала не только сведения о предстоящих практикумах и уроках, но и соответствующие ссылки на них, имела возможность получать обратную связь от организатора, интересующую ее информацию от администраторов группы, задавать им вопросы.

На дату обращения с требованием о расторжении договора ФИО6 получила доступ к 19 урокам из 23 имеющихся, к 8 практикумам из 11 имеющихся, вводному практикуму, двум ретритам с 19.11.2021 по 21.11.2021, с 21.01.2022 по 23.01.2022.

Доказательств, свидетельствующих об обратном, материалы дела не содержат.

При таких обстоятельствах, судебная коллегия приходит к выводу о том, что именно ФИО6 являлась лицом, акцептовавшим оферту ИП ФИО2 и, соответственно, является заказчиком по договору, в силу чего обязательства ответчика возникли не перед истцом, а перед ФИО6

Исходя из ответа на претензию от 12.02.2022, ответчик указывала на обстоятельства заключения договора именно между ней и ФИО6

Направление ФИО6 ответчику посредствам мессенджера Telegram и своей электронной почты претензии ФИО1 о расторжении договора, ФИО2 расценено как непосредственный отказ ФИО6 от дальнейшего исполнения договора, в связи с чем денежные средства были возвращены по имеющимся у нее реквизитам счета заказчика.

ФИО1 свою волю на заключение договора с ИП ФИО2 не выражал, в какой-либо переписке с ответчиком не состоял, в связи с чем потребителем платных услуг по заключенному договору не является.

Обстоятельства оплаты курса «Пробуждающий коучинг» со счета истца, возврат денежных средств на данный счет, по мнению судебной коллегии, не влияют на содержание договора и определение его сторон.

При этом судебная коллегия исходит из следующего.

В соответствии со статьей 307 Гражданского кодекса Российской Федерации в силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное действие, как то: передать имущество, выполнить работу, оказать услугу, внести вклад в совместную деятельность, уплатить деньги и т.п., либо воздержаться от определенного действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности (пункт 1).

Обязательства возникают из договоров и других сделок, вследствие причинения вреда, вследствие неосновательного обогащения, а также из иных оснований, указанных в данном Кодексе (пункт 2).

Согласно пункту 3 статьи 308 этого же кодекса обязательство не создает обязанностей для лиц, не участвующих в нем в качестве сторон (для третьих лиц).

В частности, в пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 ноября 2016 года № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении» разъяснено, что по общему правилу, предусмотренному пунктом 3 статьи 308 Гражданского кодекса Российской Федерации, обязательство не создает прав и обязанностей для лиц, не участвующих в нем в качестве сторон (для третьих лиц). Соответственно, стороны обязательства не могут выдвигать в отношении третьих лиц возражения, основанные на обязательстве между собой, равно как и третьи лица не могут выдвигать возражения, вытекающие из обязательства, в котором они не участвуют.

Согласно п. 1 ст. 420 Гражданского кодекса Российской Федерации договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.

В силу ст. 432 данного кодекса договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение (п. 1).

Договор заключается посредством направления оферты (предложения заключить договор) одной из сторон и ее акцепта (принятия предложения) другой стороной (п. 2).

В соответствии с ч. 1 ст. 431 Гражданского кодекса Российской Федерации при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

В пункте 43 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» разъяснено, что условия договора подлежат толкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, другими положениями Гражданского кодекса Российской Федерации, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статьи 3, 422 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При толковании условий договора в силу абзаца первого статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений (буквальное толкование). Такое значение определяется с учетом их общепринятого употребления любым участником гражданского оборота, действующим разумно и добросовестно (пункт 5 статьи 10, пункт 3 статьи 307 Гражданского кодекса Российской Федерации), если иное значение не следует из деловой практики сторон и иных обстоятельств дела.

Согласно п. 1 ст. 313 Гражданского кодекса Российской Федерации кредитор обязан принять исполнение, предложенное за должника третьим лицом, если исполнение обязательства возложено должником на указанное третье лицо.

Как следует из буквального толкования условий публичной оферты, договором считается договор между клиентом и исполнителем на предоставление услуг (раздел 1 оферты). Исполнитель предоставляет, а клиент оплачивает информационные услуги в рамках выбранного курса (п. 2.1 оферты).

Клиентом является приобретатель платных услуг (раздел 1 оферты). Исполнитель предоставляет доступ к учебным материалам, трансляциям клиенту, который прошел регистрацию на сайте ответчика и предоставил свои данные (п.п. 3.1.2, 3.1.3, 3.4.1, 6.2 оферты).

Суд апелляционной инстанции повторно рассматривает дело в судебном заседании по правилам производства в суде первой инстанции с учетом особенностей, предусмотренных гл.39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (абзац второй ч. 1 ст.327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

В апелляционном определении должны быть указаны обстоятельства дела, установленные судом апелляционной инстанции, выводы суда по результатам рассмотрения апелляционных жалобы, представления; мотивы, по которым суд пришел к своим выводам, и ссылка на законы, которыми суд руководствовался (п. 5 и 6 ч. 2 ст. 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии с частями 1 - 3 ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, и никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Статьей 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что при принятии решения суд оценивает доказательства, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, каковы правоотношения сторон, какой закон должен быть применен по данному делу и подлежит ли иск удовлетворению (п. 1).

Полномочие по оценке доказательств, вытекающее из принципа самостоятельности судебной власти, является одним из дискреционных полномочий суда, необходимых для эффективного осуществления правосудия, что не предполагает, однако, возможность оценки судом доказательств произвольно и в противоречии с законом.

Согласно статье 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.

Руководствуясь положениями указанных правовых норм, судебная коллегия, исследовав имеющиеся в деле доказательства в их совокупности, учитывая то, что ФИО6 самостоятельно контактировала (переписывалась) с представителями ИП ФИО2 по поводу возможности прохождения ею образовательного курса, прошла регистрацию на сайте ответчика, являлась непосредственным получателем оказываемых ответчиком услуг, а оплаченные истцом денежные средства поступили ИП ФИО2 на основании направленной ФИО6 ссылки на оплату коучинга, что само по себе неопровержимо свидетельствует о возложении ею обязанности по оплате приобретаемых услуг на ФИО1, полагает, что в материалы гражданского дела представлены относимые и допустимые доказательства, подтверждающие заключение договора по приобретению обучающего курса между ФИО6 и ИП ФИО2

Вопреки положениям ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, доказательств, опровергающих указанные выводы судебной коллегии, в материалах гражданского дела не имеется, не представлены они и суду апелляционной инстанции.

В указанной связи истец, не являясь стороной сделки, не вправе от своего имени ставить вопрос о взыскании денежных средств по спорному договору по доводам, указанным в исковом заявлении и в апелляционной жалобе, поскольку сложившимися правоотношениями не нарушены его права, в связи с чем у суда первой инстанции имелись предусмотренные законом основания для отказа в удовлетворении исковых требований.

Доводы апелляционной жалобы не опровергают выводов судебной коллегии, в связи с чем не могут повлечь отмену правильного по существу судебного постановления.

При данных обстоятельствах судебная коллегия полагает, что суд первой инстанции дал неверную юридическую квалификацию спорных отношений, не определил действительный субъектный состав сложившихся правоотношении, в связи с чем сделал неверные выводы относительно правовой природы договора, поэтому сделанные им выводы в отношении качества оказанных ответчиком услуг не подлежали установлению при разрешении заявленных истцом требований и подлежат исключению из мотивировочной части решения.

Вместе с тем, судебная коллегия отмечает, что допущенные судом ошибки не повлекли за собой принятие неправильного по существу решения, а потому оснований для отмены или изменения решения суда первой инстанции не имеется.

Руководствуясь частью 1 статьи 328, статьи 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Ленинского районного суда г. Томска от 24 апреля 2023 года оставить без изменения, апелляционную жалобу истца ФИО1 – без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи: