УД ...

УИД ...

ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Улан-Удэ 27 ноября 2023 года

Советский районный суд г. Улан-Удэ в составе: председательствующего судьи Манушкина А.В., единолично, при секретаре Зайковой А.Е., помощнике судьи Очирове Э.З. с участием:

государственных обвинителей – старших помощников прокурора Советского района г. Улан-Удэ Иванютиной Н.А., ФИО1, ФИО2,

ФИО51 представителя потерпевшей адвоката Попко Д.А.,

подсудимого ФИО5, его защитников – адвокатов Сунграпова Н.Б., Максимова В.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по обвинению:

ФИО5, родившегося

в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст. 264 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

Пунктами 1.3, 1.5 Правил дорожного движения, утв. постановлением Совета Министров - Правительства Российской Федерации от 23.10.1993 № 1090 (далее – Правила дорожного движения, ПДД) установлена обязанность участников дорожного движения знать и соблюдать требования ПДД, сигналов светофоров, знаков и разметки, а также обязанность действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

В период времени с ДД.ММ.ГГГГ часов ДД.ММ.ГГГГ минут до ДД.ММ.ГГГГ часов ДД.ММ.ГГГГ минут ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 управлял технически исправным транспортным средством – грузовым бортовым автомобилем государственный регистрационный знак ... (далее по тексту автомобиль ), осуществляя движение по ровному асфальтированному дорожному покрытию проезжей части автодороги ... со стороны ... в направлении ... со скоростью около 58,7 км/ч.

В указанный период времени и дату при приближении к перекрёстку проезжих частей автодороги ... в районе ... по ... водитель ФИО5 обнаружил, что впереди по ходу его движения на перекрёстке с переулком Республиканский с левой стороны со стороны названного переулка на проезжую часть автодороги ... выехали малолетние велосипедисты ФИО7 №3 и ФИО3, последний из которых не останавливаясь, пересекал на велосипеде проезжую часть ... слева направо относительно направления движения автомобиля и тем самым представлял опасность для движения ФИО5

В момент обнаружения малолетних велосипедистов водитель ФИО5, неправильно оценив сложившуюся дорожную ситуацию, проявляя преступную небрежность, а именно, осознавая, что малолетний велосипедист ФИО3 движется в направлении его полосы движения, но не предвидя возможности наступления общественно опасных последствий своих действий (в виде причинения смерти человеку по неосторожности), хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности он должен был и мог их предвидеть, в нарушении требований п.1.5 ПДД, согласно которому: «Участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда»; п. 10.1 ПДД: «Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля над движением транспортного средства для выполнения требований Правил. При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства», своевременно (в момент возникновения опасности для своего движения, то есть появление в поле зрения водителя малолетних велосипедистов) не предпринял мер к снижению скорости движения своего автомобиля, вплоть до полной остановки, а продолжил дальнейшее движение в прямолинейном направлении со скоростью не более 58,7 км/ч, чем поставил себя в ситуацию возможного совершения дорожно-транспортного происшествия.

В процессе дальнейшего движения водитель ФИО5 по причине несоблюдения перечисленных выше требований в сфере безопасности дорожного движения и допущенной преступной небрежности, в вышеуказанный период времени на участке проезжей части автодороги, расположенном в районе ... по ..., в момент возникновения опасности для своего движения несвоевременно, находясь на расстоянии не далее 35,7 метров от линии движения велосипедиста ФИО6, применил экстренное торможение, повлекшее блокировку колёс управляемого им транспортного средства, вследствие чего водитель выехал за пределы проезжей части на правую обочину автодороги ..., чем нарушил требования пункта 9.9. Правил, согласно которому «Запрещается движение транспортных средств по разделительным полосам и обочинам, тротуарам и пешеходным дорожкам…», где на расстоянии 1,8 метра от правого края проезжей части автодороги ... и в 12,8 метрах в юго-западном направлении от дальнего угла ... по ... передней правой частью автомобиля совершил наезд на малолетнего велосипедиста ФИО3, который в тот момент закончил пересечение проезжей части автодороги ... и находился на правой обочине.

Водитель ФИО5 при необходимой внимательности и предусмотрительности в данной дорожной ситуации, своевременно обнаружив малолетних велосипедистов, в т.ч. ФИО3, имел реальную возможность, путем своевременного применения штатного торможения остановить управляемый автомобиль до линии движения велосипедиста, в пределах проезжей части, не прибегая к экстренному торможению, тем самым исключить изменение траектории движения автомобиля, не допустить выезд автомобиля Kia Bongo за пределы проезжей части автодороги ... (на правую обочину), тем самым исключить наезд на малолетнего велосипедиста ФИО3

В период времени с ДД.ММ.ГГГГ часов ДД.ММ.ГГГГ минут до ДД.ММ.ГГГГ часов ДД.ММ.ГГГГ минуты ДД.ММ.ГГГГ в результате дорожно-транспортного происшествия малолетнему велосипедисту ФИО3 ввиду преступной небрежности водителя ФИО5, который не предвидел возможности наступления общественно – опасных последствий своих действий, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия, и нарушения последним требований п.1.3, п. 1.5, п. 10.1, п. 9.9 Правил дорожного движения РФ, в результате удара о выступающие части движущегося автомобиля с последующим падением и ударом о твердое покрытие дороги причинены следующие повреждения:

- Закрытая черепно-мозговая травма: кровоизлияние в кожный лоскут в теменно-затылочной области справа, перелом свода и основания черепа, очаги ушиба базальных поверхностей обеих лобных долей, базальной поверхности правой височной и затылочной долей, кровоизлияние под мягкие мозговые оболочки правой височной и затылочной долей и базальной поверхности мозжечка.

- Открытый поперечный перелом большеберцовой и малоберцовой костей правой голени в верхней трети со смещением отломков.

- Рваная рана правой голени. Кровоподтеки головы, нижних конечностей. Ссадины головы, верхних и нижних конечностей, туловища.

Данные повреждения по своим свойствам расцениваются как повреждения, причинившие ТЯЖКИЙ вред здоровью человека по признаку опасности для жизни, в данном случае приведшие к наступлению смерти. Между данными повреждениями и наступлением смерти имеется прямая причинно-следственная связь.

Смерть ФИО3 наступила в результате тупой сочетанной травмы головы, правой нижней конечности.

Действия ФИО5, выразившиеся в нарушении им пунктов: п.1.3, п.1.5, п.10.1, п. 9.9 Правил дорожного движения РФ, состоят в прямой причинно-следственной связи с причинением малолетнему велосипедисту ФИО3 вышеперечисленных повреждений, повлекших тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, находятся в прямой причинной связи со смертью.

ФИО47 суду показал, что обвинение ему понятно, вину в предъявленном обвинении он не признал, отрицал нарушение ПДД, не отрицал факт наезда на ФИО3, от дачи показаний отказался на основании статьи 51 Конституции РФ.

Из оглашенных показаний следует, что ДД.ММ.ГГГГ около ДД.ММ.ГГГГ часов ДД.ММ.ГГГГ минут он за управлением автомобиля ехал домой, в районе ... по ... увидел, как из-за деревянного забора с левой стороны от него слева направо по ходу его движения на полосу встречного движения выехал велосипедисты, один из которых остановился на встречной полосе движения, второй ребенок продолжил движение и выехал на его полосу движения. Увидев детей, он сразу же применил экстренное торможение, расстояние между ними на тот момент составляло около 15 метров, при этом он повернул рулевое колесо вправо, пытаясь избежать наезда. В процессе торможения он совершил наезд на ребенка левой частью переднего бампера автомобиля, после чего совершил наезд на металлический забор. От удара ребенок упал с правой стороны от автомобиля (т. 3 л.д. 168-172).

В последующем ФИО5 уточнил, что после самого наезда на велосипедиста ФИО44, он отпустил педаль тормоза, наезд он совершил в конце торможения (т.3. л.д. 176-178).

При последующем допросе ФИО5 пояснил, что наезд на велосипедиста ФИО3 он совершил передней частью кузова посередине бампера. После наезда на велосипедиста он резко вывернул рулевое колесо вправо, после чего наехал на металлический забор дома, расположенного по правую сторону. Перед наездом на велосипедиста он не менял траекторию движения (т.3 л.д. 179-181).

В ходе допроса в качестве обвиняемого ФИО5 пояснил, что когда он двигался посередине своей полосы по ... в районе ..., он увидел, как из-за деревянного забора с левой стороны от него, слева направо по ходу его движения на полосу встречного движения выехал велосипедист, который ехал прямолинейно. Затем из-за первого велосипедиста (ФИО7 №3) выехал второй велосипедист. Второй ребенок не снижая скорость продолжил движение и выехал на его полосу движения. Увидев первого велосипедиста, он применил экстренное торможение, при этом он повернул рулевое колесо вправо, пытаясь избежать наезда. В процессе торможения он совершил наезд на ребенка левой частью переднего бампера автомобиля. Место наезда на велосипедиста находится в конце следа торможения, зафиксированного на схеме ДТП от ДД.ММ.ГГГГ, который он указал в ходе проведения следственного эксперимента от ДД.ММ.ГГГГ. Указанный след торможения оставлен левыми колесами автомобиля KIA BONGO III. После наезда на велосипедиста на асфальтированной поверхности автодороги, он отпустил педаль тормоза и вывернул рулевое колесо вправо по ходу его движения. В связи с указанными манипуляциями его автомобиль совершил наезд на металлическое ограждение забора и затем остановился, при этом он педаль тормоза в момент наезда на металлический забор не нажимал. Таким образом, с момента наезда на велосипедиста и до момента наезда на металлический забор он торможение не применял (т.3 л.д. 191-194, 238-240).

В судебном заседании ФИО5 конкретизировал оглашенные показания: наезд на велосипедиста произошел на правой стороне дороги по ходу движения Киа Бонго. След от торможения, зафиксированный в ходе осмотра места происшествия, мог быть оставлен правыми колесами. Повреждения на правой части капота автомобиля Киа Бонго присутствовали и ранее до наезда на велосипедиста.

Несмотря на позицию подсудимого, его вина в совершении преступления полностью подтверждается следующими исследованными судом доказательствами:

В ходе допроса потерпевшая Потерпевший №1 пояснила, что у нее был сын ФИО3. ДД.ММ.ГГГГ около ДД.ММ.ГГГГ часов ДД.ММ.ГГГГ минут ей на телефон позвонила свекровь и сообщила о том, что сбили ФИО9. Она в течение 5 минут прибыла на место ДТП, ФИО9 в это время проводили реанимационные мероприятия, позже прибыли сотрудники ГИБДД, стали проводить замеры. Грузовик стоял на обочине, въехав правой передней стороной в ограждение. Велосипед ФИО9 лежал между передним и задним колесами с правой стороны грузовика, ближе к переднему. У велосипеда были погнуты переднее колесо и рама. От соседки Бадарацкой ФИО12 ей стало известно, что Саша ФИО45 не видел сам момент наезда, так как зажмурил глаза в тот момент.

Из показаний свидетеля ФИО7 №9 (сотрудник ГИБДД) пояснил, что в один из дней лета 2022 года в период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ часов прибыл на участок дороги в районе ... ... по факту ДТП, связанного с наездом грузовика на велосипедиста. Все произошедшее он фиксировал в схеме ДТП, при ее составлении также принимал участие водитель ФИО5. По окончании составления схемы все ознакомились и расписались, почему не расписался водитель он не помнит, но схему они передали следователю. На схеме им были допущены исправления, в том числе около места наезда на схеме имеется пятно, которое обозначает расстояние от окончания следа торможения до места наезда, которое изначально он записал как 0,8 м, но оно не читалось в связи с чем данное числовое значение было указано рядом, а предыдущее зачеркнуто и это зачеркивание не обозначает какой-либо объект.

Допрошенные свидетели ФИО7 №5, ФИО7 №14 пояснили, что участвовали в осмотре места происшествия в качестве понятых. Все зафиксированное в схеме ДТП соответствовало действительности, в связи с чем они расписались в схеме ДТП. На месте ДТП при проведении осмотра также они видели ФИО5

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО19 (сотрудник ГИБДД) пояснил, что на момент прибытия ребенок лежал с правой стороны грузовика , на месте ДТП свидетель снимал все на камеру, снимки передал следователю

Из показаний свидетеля ФИО20 (следователь МВД) следует, что ДД.ММ.ГГГГ выезжала на место ДТП, где проводила осмотр места происшествия, в протокол осмотра она фиксировала все обнаруженные следы. Во время осмотра начался сильный дождь, который мешал проведению следственного действия и смывал следы.

По ходатайству государственного обвинителя судом в порядке ч. 6 ст. 281 УПК РФ судом оглашены показания несовершеннолетнего свидетеля ФИО7 №3, из которых следует, что ДД.ММ.ГГГГ они с ФИО9 вместе катались на велосипедах. Около ДД.ММ.ГГГГ часов ДД.ММ.ГГГГ минут они с ФИО9 возвращались к себе домой, при выезде на проезжую часть ... он ехал тихо, а ФИО9 ехал впереди него побыстрее. Когда он проезжал мимо деревянного забора и еще не доезжая до проезжей части ..., он увидел как на расстоянии около 15-16 метров со стороны ... едет грузовик синего цвета. Данный грузовик начал тормозить, а ФИО9 в это время, увидев грузовик, начал притормаживать. Когда он увидел грузовик, тот находился в том месте, которое он указал, и уже тормозил, затем он в процессе торможения двигался прямо до момента пока сбил ФИО9. Но как он сбил ФИО9 он не видел, так как закрыл глаза. Как именно въехал в забор, в какой момент машина сместился вправо он не может сказать. Столб, который погнулся в результате удара грузовика, перед этим ДТП был прямой и целый (т.2 л.д.14-17, 24-26).

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО7 №2 пояснил, что прибыл на место ДТП практически сразу, после наезда на велосипедиста. Автомобиль Kia Bongo передней правой частью кабины въехал в ограждение на правой по ходу его движения обочине. Водитель ФИО5 со сбитым мальчиком находились за кузовом грузовика на обочине.

Из показаний свидетеля ФИО21 следует, что она практически сразу после ДТП подошла на место наезда, где увидел, что грузовик въехал в ограждение палисадника, с правой стороны от кабины увидела ФИО5 и сбитого им мальчика. Также на месте ДТП она встретила ФИО7 №3, который сказал ей, что он при выезде на дорогу увидел приближающийся грузовик синего цвета, а ФИО9 все также ехал, Саша испугался и закрыл глаза, после чего услышал удар.

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО7 №7 пояснил, что ФИО5 ФИО48 приходится ему сыном, грузовик Kia Bongo он арендовал у своего знакомого ФИО4, сын не был вписан в страховой полис, однако управлял транспортным средством с его (ФИО22) разрешения. На момент ДТП автомобиль находился в технически исправном состоянии.

В порядке ст. 285 УПК РФ в судебном заседании также исследованы следующие документы и протоколы следственных действий.

Из сообщений оперативного дежурного УМВД России по г.Улан-Удэ от ДД.ММ.ГГГГ следует, что в ДД.ММ.ГГГГ час. ДД.ММ.ГГГГ в дежурную часть отдела полиции поступило сообщение о том, что на проезжей части автомобиль под управлением ФИО5 совершил наезд на ребенка на велосипеде ФИО3, который скончался до прибытия скорой медицинской помощи (т.1 л.д.59, 60).

Согласно справке от ДД.ММ.ГГГГ станции скорой медицинской помощи (СМП) ... ДД.ММ.ГГГГ в ДД.ММ.ГГГГ час. бригада скорой медицинской помощи, следуя по ... была остановлена по поводу ДТП. Обслужен ФИО3, в возрасте 7 лет, констатирована смерть (л.д.2 л.д.150).

Согласно выводам заключения медицинской судебной экспертизы ... от ДД.ММ.ГГГГ малолетнему ФИО3 причинены следующие повреждения: закрытая черепно-мозговая травма: кровоизлияние в кожный лоскут в теменно-затылочной области справа, перелом свода и основания черепа, очаги ушиба базальных поверхностей обеих лобных долей, базальной поверхности правой височной и затылочной долей, кровоизлияние под мягкие мозговые оболочки правой височной и затылочной долей и базальной поверхности мозжечка. Открытый поперечный перелом большеберцовой и малоберцовой костей правой голени в верхней трети со смещением отломков. Рваная рана правой голени. Кровоподтеки головы, нижних конечностей. Ссадины головы, верхних и нижних конечностей, туловища.

Данные повреждения причинены незадолго до наступления смерти в результате воздействия твердого тупого предмета, каковым могли быть части транспортного средства и дорожное покрытие в момент совершения ДТП. По своим свойствам расцениваются как повреждения, причинившие ТЯЖКИЙ вред здоровью человека по признаку опасности для жизни, в данном случае приведшие к наступлению смерти. Между данными повреждениями и наступлением смерти имеется прямая причинно-следственная связь.

Смерть ФИО3 наступила в результате тупой сочетанной травмы головы, правой нижней конечности (т.1 л.д.97-103).

Из выводов дополнительного заключения медицинской судебной экспертизы № 930/Д от ДД.ММ.ГГГГ следует, что каких-либо повреждений характерных для переезда либо волочения трупа транспортным средством при экспертизе трупа ФИО3 не было обнаружено (т.1 л.д.111-112).

В ходе осмотра места дорожно-транспортного происшествия от ДД.ММ.ГГГГ – участка автодороги в районе здания ... по ... зафиксирован след торможения, протяжённостью 11,4 метра, начало следа торможения находится на расстоянии 2,0 метра от правого края проезжей части, конец следа торможения находится на расстоянии 0,9 метра от правого края проезжей части. Поврежден металлический забор ... по ..., в результате механического воздействия кузова автомобиля . На месте происшествия у металлического забора указанного ... по ... на правой обочине, находится автомобиль , с правой стороны которого на расстоянии 0,99 метра от оси заднего правого колеса обнаружено пятно бурого цвета, похожего на кровь. Также с правой стороны автомобиля находится велосипед марки ALTAIR. С места происшествия изъяты автомобиль , велосипед марки ALTAIR и детский кроссовок. В ходе осмотра составлена фототаблица и схема ДТП. (т.1 л.д.62-70,72, 73-77)

Согласно справке от ДД.ММ.ГГГГ Бурятского центра по гидрометеорологии и мониторингу окружающей среды время ДД.ММ.ГГГГ час. ДД.ММ.ГГГГ мин. ДД.ММ.ГГГГ относится к светлому времени суток. Время захода солнца ДД.ММ.ГГГГ в ДД.ММ.ГГГГ час. ДД.ММ.ГГГГ мин. (л.д.1 л.д.86).

В ходе осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ установлено, что у металлического забора ... по ..., скрепленного металлической сеткой, 2 и 3 пролеты деформированы. 3 столб забора наклонен в сторону жилого ... по ..., на нем обнаружены наслоения вещества синего цвета (т.1 л.д.79-84).

Осмотром грузового бортового автомобиля и велосипеда марки ALTAIR от ДД.ММ.ГГГГ установлено, что автомобиль и велосипед имеют повреждения, соответствующие повреждениям, обнаруженным при их осмотре ДД.ММ.ГГГГ (т.1 л.д.115-122).

Из протокола осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ следует, что длина металлического забора у ... составила 9,7 метра, ширина правой обочины от кромки асфальтированного покрытия до забора составляет 2,8 метра (т.2 л.д. 154-157).

Согласно протоколу дополнительного осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ осмотрен участок автодороги, в районе здания ... ... по .... Место наезда на велосипедиста ФИО3, по заключения эксперта от ДД.ММ.ГГГГ находится на правой обочине, на расстоянии 1,8 метра от правого края проезжей части автодороги ... и в 12,8 метрах в юго-западном направлении от дальнего угла ... по ... (т.3 л.д.158-162).

Из протокола дополнительного осмотра грузового бортового автомобиля и велосипеда марки ALTAIR от ДД.ММ.ГГГГ следует, что в ходе осмотра указанного транспортного средства на капоте под тканевой накидкой обнаружены 2 вмятины с правой стороны кузова в районе правой блок фары. Далее к месту указанного повреждения прикладывается велосипед марки ALTAIR, расположение вмятин на капоте соответствует расположению сидящего на велосипеде ребенка (т.3 л.д.163- 165).

Согласно заключение автотехнической судебной экспертизы ... от ДД.ММ.ГГГГ в ходе осмотра рулевого управления, тормозной системы, деталей передней подвески автомобиля « » каких-либо неисправностей, а также признаков, свидетельствующих об их неработоспособности, возникших до момента рассматриваемого дорожно-транспортного происшествия, не обнаружено. Рулевое управление, тормозная система и детали передней подвески автомобиля « » в момент рассматриваемого дорожно-транспортного происшествия находилось в действующем (работоспособном) состоянии (т.1 л.д.202-206).

Из заключения криминалистической судебной экспертизы ....2 от ДД.ММ.ГГГГ следует, что кузов и бампер автотранспортного средства марки « » имеют окрашенную поверхность темно-синего цвета, на переднем бампере с правой его стороны имеются незначительные наслоения-притертости вещества желто-зеленого цвета динамического характера следообразования. Лакокрасочный материал, наслоения которого обнаружены на переднем бампере, имеет общую родовую принадлежность с лакокрасочным материалом велосипеда марки «ALTAIR», т.к они не различаются по цвету (т.3 л.д.62-67).

В ходе осмотра переднего бампера грузового бортового автомобиля от ДД.ММ.ГГГГ обнаружены следующие повреждения: с правой стороны по всей высоте бампера имеются царапины протяженностью 40 см в виде однонаправленных трасс динамического характера. С левой стороны видимых глубоких царапин не обнаружено, в нижней части бампер поломан в области решетки. С правой стороны в месте крепления отсутствует правая противотуманная фара. Поломана рамка регистрационного знака автомобиля. Наиболее большая концентрация повреждений, расположена с правой стороны (т.3 л.д.74-76).

В ходе следственного эксперимента от ДД.ММ.ГГГГ по версии свидетеля ФИО7 №3 установлено, что велосипедист преодолевает расстояние 4,4 метра за 1,8 секунды (т. 2 л.д. 188-106).

В ходе следственного эксперимента от ДД.ММ.ГГГГ свидетелем ФИО7 №3 продемонстрирован темп и характер движения ФИО3, среднее значение которого составило 2,2 м. за 1,13 сек.

Согласно заключению дополнительной автотехнической судебной экспертизы ... от ДД.ММ.ГГГГ автомобиль при скорости 60 км/ч преодолевает расстояние 16,6 м. Велосипедист по варианту ФИО7 №3 при средней скорости 2,2 м/сек. за 1 секунду преодолевает расстояние 2,2 м. Велосипедист по Варианту ФИО5 при скорости 3,9 м/сек. за 1 секунду преодолевает расстояние 3,9 м.

Согласно протоколу дополнительного следственного эксперимента от ДД.ММ.ГГГГ установлено, что на месте происшествия отмечается место наезда на велосипедиста ФИО3 и след торможения колеса автомобиля согласно схемы ДТП от ДД.ММ.ГГГГ. ФИО5 пояснил, что указанный след оставлен левыми колесами автомобиля . В связи с чем автомобиль установлен передним левым колесом на начала следа торможения. Установлено, что при указанном расположении автомобиля, расстояние от передней оси правого колеса до правого края проезжей части составило 0,5 метра. Расстояние от задней оси правого колеса до правого края проезжей части составило 0,6 метра. Далее автомобиль устанавливает передним левым колесом на конец следа торможения. Установлено, что при указанном расположении автомобиля, расстояние от оси переднего правого колеса до правого края проезжей части составило 0,73 метра во внутрь автомобиля. Расстояние от оси заднего правого колеса до правого края проезжей части составило 0,35 метра во внутреннюю часть автомобиля. При этом место наезда на велосипедиста указанное на схеме ДТП от ДД.ММ.ГГГГ при указанном расположении автомобиля находится в районе левой части бампера … Далее ФИО45 предложено пояснить, каким образом автомобиль двигался перед происшествием, так как он находился колесами на следе торможения осями правых или левых колес. На что ФИО45 пояснил, что автомобиль приблизительно находился левыми колесами, но чуть ближе к середине дороги. По версии ФИО7 №3: велосипедист (статист) виден с рабочего места водителя ФИО43 за 3 секунды до наезда (т.е на расстоянии не менее 50 метров) и его несовершеннолетний возраст очевиден для водителя (т.3 л.д.85-101).

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО23 (следователь МВД по РБ) пояснил, что в его производстве находилось уголовное дело по обвинению ФИО5 в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ. На момент назначения автотехнических экспертиз в ЭКЦ МВД по РБ и в Забайкальскую лабораторию судебной экспертизы, согласно выводам которых водитель ФИО5 не имел технической возможности предотвратить наезд, у следствия не было данных о средней скорости велосипедиста ФИО3 Далее был проведен дополнительный следственный эксперимент, было определено движение велосипедиста ФИО44 по показаниям свидетеля ФИО45. После чего была назначена судебная автотехническая экспертиза в ЭКЦ МВД, в ходе которой было получено соединенный темп движения велосипедиста ФИО44, после получения уточненных исходных данных ДД.ММ.ГГГГ был проведен еще один следственный эксперимент, в ходе которого определен момент возникновения опасности, т.е. изменились исходные данные. После этого по полученным исходным данным была назначена уже автотехническая экспертиза ИП ФИО46, в ходе которой было установлено, что водитель ФИО5 обладал технической возможностью предотвратить наезд.

Допрошенные в качестве специалистов в судебном заседании ФИО36 (эксперт ЭКЦ МВД по РБ) и ФИО37 (заместитель директора ФБУ ЗЛСЭ) пояснили, что на территории Республики Бурятия отсутствуют государственные экспертные учреждения, которые могут провести автотехническую экспертизу на основании фото- и видеоматериалов.

Допрошенные в качестве экспертов в судебном заседании ФИО36 (эксперт ЭКЦ МВД по РБ) и ФИО37 (заместитель директора ФБУ ЗЛСЭ) пояснили, что в рамках расследования уголовного дела они проводили автотехнические экспертизы. При назначении экспертиз им ставились исходные данные – время обнаружения велосипедиста за 1,5 и 2,5 сек. до наезда. Иное время им не предоставлялось.

Из заключения дополнительной автотехнической судебной экспертизы ДД.ММ.ГГГГ от ДД.ММ.ГГГГ следует, что версия ФИО5 не соответствует механизму наезда автомобиля на велосипедиста. Велосипедист мог выехать за пределы полосы движения автомобиля KIA BONGO при движении автомобиля со скоростью 60 км/ч и при своевременном принятии водителем ФИО5 мер к снижению скорости.

Автомобиль под управлением ФИО5 в момент возникновения опасности для его движения находился на расстоянии 24,6 метра от места начала зафиксированного следа торможения.

По версии ФИО7 №3 водитель при скорости движения 60 км/ч располагал технической возможностью предотвратить наезд на велосипедиста ФИО44 путем применения торможения в момент возникновения опасности для его движения. По версии ФИО5 водитель при скорости движения 60 км/ч располагал технической возможностью предотвратить наезд на велосипедиста ФИО44 путем применения торможения в момент возникновения опасности для его движения.

По варианту механизма, установленного расчетным путем, водитель ФИО5 располагал технической возможностью предотвратить наезд на велосипедиста ФИО44 путем применения торможения в момент возникновения опасности для его движения.

С технической точки зрения действия водителя ФИО5 входят в противоречие с требованиями пп. 1.5, 10.1 ПДД РФ и находятся в причинной связи с фактом наезда на велосипедиста.

С технической точки зрения действия велосипедиста ФИО3 входят в противоречие с требованиями пп. 1.5, 24.3, 24.6 ПДД РФ и находятся в причинной связи с наступившими последствиями (т.3 л.д.118-134).

Допрошенный в судебном заседании эксперт ФИО38 пояснил, что на экспертизу ему были предоставлены материалы уголовного дела, из изучения которых он смоделировал и воссоздал произошедшее ДТП. В своих выводах он опирался на обнаруженный след торможения на асфальте, след от торможения правого переднего колеса на грунте на обочине, оставленные следы (краска синего цвета) на столбе забора палисадника. В случае столкновения левой стороны автомобиля Kia Bongo с велосипедистом ввиду значительной разности масс велосипед и велосипедист никак не могли оказаться с правого бока автомашины. Независимо от места удара велосипед должен был находиться дальше от машины чем велосипедист. Однако в ходе осмотра места происшествия местоположение велосипеда и велосипедиста было иным, данный факт свидетельствует о том, что после удара велосипед и велосипедист ударились и отскочили от горизонтальной поверхности, которой и является забор палисадника. Также им исключена версия, что велосипед и велосипедист протащило под автомобилем, поскольку на теле велосипедиста не было обнаружено следов волочения и сдавливания. Единственный возможный способ расположения велосипедиста и велосипеда возможен только в случае удара правой стороной автомобиля. След торможения на асфальте оставлен задним левым колесом. Учитывая, что траектория следа торможения на асфальте уходит вправо, им сделан вывод, что при применении экстренного торможения водитель вывернул руль в правую сторону. Данный факт также свидетельствует о несвоевременной реакции на появление велосипедисты, поскольку в случае своевременного обнаружения велосипедиста след от торможения был бы ровный и автомобиль бы не совершил столкновение. Что касается места наезда, то он пришел к выводу о том, что наезд произошел уже когда велосипедист пересек дорогу и находился на обочине. Отмеченная им канава на фотографии, которая, по его мнению, является следом торможения, не могла быть оставлена велосипедом ввиду несоразмерности его массы оставленному следу.

В судебном заседании в порядке ст. 284 УПК РФ осмотрены фотографии, представленные свидетелем ФИО19 (в электронном виде), на которых зафиксирована обстановка после ДТП: въехавший в забор автомобиль синего цвета марки Kia Bongo, идущее вдоль забора продольное углубление (канава) в земле, которое идет по направлению к правому переднему колесу указанного автомобиля.

В судебном заседании в порядке ст. 284 УПК РФ осмотрены фотографии, представленные свидетелем ФИО23, на которых зафиксирован факт сопоставления размеров велосипеда ФИО3 и двух вмятин на капоте автомобиля Kia Bongo. Указанные вмятины расположены на правой стороне капота выше седла велосипеда на уровне примерного расположения плеча и головы велосипедиста.

Допрошенный в судебном заседании специалист ФИО24 пояснил, что углубление (борозда), зафиксированное на фотографии и идущее по направлению к переднему правому колесу Kia Bongo не могло быть оставлено велосипедом, ввиду его незначительной массы.

Приведённые доказательства, подтверждающие, дополняющие друг друга, в совокупности позволили суду установить обстоятельства преступления. Каждое доказательство суд оценивает, как допустимое, относимое, а их совокупность суд считает достаточной для признания ФИО5 виновным в совершении преступления, обстоятельства которого указаны в описательной части, и постановления обвинительного приговора.

Изложенные выше доказательства, исследованные в порядке ст.ст. 276, 281 и ст. 285 УПК РФ, на стадии предварительного следствия получены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона.

Все следственные действия проведены в строгом соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства, нарушений, ставящих под сомнение допустимость представленных обвинением доказательств, судом не установлено, в связи с чем суд кладет их в основу приговора. Заключения судебных криминалистической (от ДД.ММ.ГГГГ), авто-технических экспертиз (от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ), судебно-медицинских экспертиз (от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ) также являются допустимыми доказательствами, поскольку нарушений требований закона при их проведении не допущено. Экспертные выводы надлежаще мотивированы, основаны на представленных для исследования материалах и не содержат каких-либо противоречий, заключения соответствуют требованиям ст. 204 УПК РФ, содержат полные ответы на поставленные вопросы, ссылки на примененные методики и другие необходимые данные.

Факт наезда автомобиля Kia Bongo под управлением ФИО5 на несовершеннолетнего велосипедиста ФИО3, что повлекло причинение смерти последнего, сторонами не оспаривается и объективно подтверждается исследованными материалами уголовного дела.

Из заключения судебно-медицинской экспертизы ... от ДД.ММ.ГГГГ следует, что телесные повреждения у ФИО3 в совокупности расцениваются как причинившие тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, в данном случае приведшие к причинению смерти.

Оценивая заключения судебных автотехнических экспертиз ... от ДД.ММ.ГГГГ (ЭКЦ МВД по РБ) и ....1 от ДД.ММ.ГГГГ (ЗЛСЭ Минюста РФ) суд учитывает, что они основаны на данных, согласно которым момент опасности для водителя ФИО5 возник за 2,5 сек. и 1,5 сек. до наезда. Эксперт ФИО38 при производстве экспертизы отталкивался от иных исходных данных (1 сек., 3 сек., 1,8 сек. до наезда). Уточненные сведения, представленные ФИО38, были получены в ходе дополнительных следственных действий (в т.ч. экспертным путем), проведенных уже после изготовления двух вышеуказанных заключений автотехнических экспертиз.

Данная уточненная информация получена от непосредственного очевидца обстановки, предшествовавшей дорожно-транспортному происшествию – ФИО7 №3 Оснований сомневаться в его показаниях у суда не имеется, поскольку последний в ходе следствия давал стабильные показания о своем местоположении и положении ФИО3, расположении автомобиля Kia Bongo, о направлении и примерной скорости движения велосипедиста ФИО3 Кроме того, согласно заключению судебно-психиатрической экспертизы ФИО7 №3 не склонен к фантазированию. Непосредственно сам момент наезда на велосипедиста ФИО7 №3 не видел, о чем пояснил следователю.

Скорость движения велосипедиста ФИО3 рассчитана экспертным путем с учетом показаний ФИО45. Оснований не доверять выводам экспертизы в указанной части у суда не имеется.

Показания подсудимого ФИО5 в указанной части (местонахождении автомобиля, момента применения торможения и выворачивания вправо рулевого колеса) на протяжении предварительного следствия носили нестабильный характер, в связи с чем суд относится к ним критически и расценивает их как способ защиты, направленный на избежание от уголовной ответственности за содеянное.

На основании изложенного суд при принятии решения не учитывает заключения судебных автотехнических экспертиз ... от ДД.ММ.ГГГГ (ЭКЦ МВД по РБ) и ....1 от ДД.ММ.ГГГГ (ЗЛСЭ Минюста РФ).

В ходе проведения следственного эксперимента от ДД.ММ.ГГГГ со слов свидетеля ФИО7 №3 установлена объективная возможность обнаружить наличие несовершеннолетнего велосипедиста со стороны переулка Республиканский за 3 секунды до наезда. С учетом установленной экспертным путем средней скорости 16,6 автомобиля расстояние в момент обнаружения велосипедиста составляет около 49,8 метра.

Кроме того, в ходе данного следственного эксперимента ФИО5 указал, что впервые увидел велосипедистов за 1.8 секунды, что составляет 30 метров от места наезда при движении с заданной скоростью около 60 км/ч, однако в соответствии с заключением автотехнический экспертизы, выполненной ФИО38, при указанных исходных данных и с учетом зафиксированного следа торможения скорость автомобиля KIA BONGO III под управлением ФИО5 в момент обнаружения опасности (обнаружение велосипедиста) составляла бы 80,8 км/ч, что не соответствует показаниям ФИО5 и ФИО7 №3

Согласно произведенным в ходе указанной экспертизы расчетам в момент начала образования следа торможения, составляющего 11,4 метра, автомобиль находился с учетов времени реакции водителя на расстоянии не далее 36 метров, что опровергает показания ФИО5 относительно удаления его автомобиля в момент возникновения опасности для его движения.

При определении места наезда суд руководствуется сведениями, зафиксированными в протоколе осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 158-162), согласно которому место наезда смещается на 40 сантиметров ближе по прямой к месту окончания зафиксированного следа торможения, т.е. расстояние от угла ... в сторону ... составило 12,8 метра, тогда как в схеме ДТП от ДД.ММ.ГГГГ – 12,4 метра. Таким образом, водитель приступил к торможению на расстоянии не далее 35,6 м. от места наезда. Вместе с тем, сокращение расстояния в данном случае ухудшает положение подсудимого, в связи с чем суд принимает расстояние, указанное стороной обвинения – 35,7 метра.

Суд не признает допустимым доказательством представленное стороной защиты заключение специалиста ФИО24 ....1 от ДД.ММ.ГГГГ, поскольку оно получено непроцессуальным путем с нарушением порядка участия специалистов в уголовном судопроизводстве, установленного ст. ст. 168, 270 УПК РФ. Исследование специалистом проводилось по копиям фотографий и заключению эксперта ФИО38, предоставленных стороной защиты, оригиналы фотографии в распоряжение специалиста не предоставлялись, специалист не предупреждался об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ, права, предусмотренные ст. 58 УПК РФ, ему не разъяснялись. Более того, в силу положений ст. ст. 58, 80 УПК РФ, подготовка рецензий и оценки доказательств по уголовному делу, в том числе заключения эксперта, в компетенцию специалиста не входит, в связи с чем, такое пояснения и заключение специалиста не может использоваться для доказывания любого из обстоятельств, предусмотренных ст. 73 УПК РФ.

По этим же основаниям суд критически относится к показаниям специалиста ФИО24 в судебном заседании в части его суждений о проведенной автотехнической экспертизе, поскольку он в ходе предварительного следствия к участию в процессуальных действиях в качестве специалиста в установленном УПК РФ порядке не привлекался и в силу требований ст. 58, 86 - 88 УПК РФ не наделен полномочиями по самостоятельной оценке доказательств по делу, субъектом этой оценки не является и не вправе проводить исследование доказательств и формулировать какие-либо выводы.

Доводы стороны защиты о том, что эксперт ФИО38, вышел за пределы своей компетенции в части установления места наезда на велосипедиста ФИО3, поскольку данное обстоятельство не входило в вопросы, поставленные перед экспертом, по мнению суда, являются несостоятельными, так как следователем перед экспертом как раз и ставились вопросы о соответствии версий очевидцев фактическим обстоятельствам наезда на ФИО3 Кроме того, в соответствии с п. 4 ч. 3 ст. 57 УПК РФ эксперт в любом случае вправе давать заключение в пределах своей компетенции, в том числе по вопросам, хотя и не поставленным в постановлении о назначении судебной экспертизы, но имеющим отношение к предмету экспертного исследования.

Установлено, что при проведении автотехнической экспертизы эксперт ФИО38 исследовал также фотографии, содержащиеся в материалах уголовного дела. Учитывая пояснения в судебном заседании специалистов ФИО37 и ФИО25 об отсутствии возможности исследования фотографий при проведении автотехнических экспертиз ввиду отсутствия соответствующих экспертов, суд приходит к выводу о законности и обоснованности назначения автотехнической экспертизы негосударственному эксперту, что в полной мере отражает позицию, изложенную в п. 5 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ ....

Версия подсудимого и его защитника о наезде на велосипедиста правой передней или центральной передней частью автомобиля опровергаются исследованными в судебном заседании доказательствами. Факт удара велосипедиста ФИО3 именно правой стороной автомобиля Kia Bongo объективно подтвержден заключением судебной автотехнической экспертизы, выполненной ФИО38, заключением криминалистической судебной экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ о наличии наслоений зеленого цвета на правой стороне бампера, протоколом осмотра переднего бампера от ДД.ММ.ГГГГ, протоколом дополнительного осмотра от ДД.ММ.ГГГГ, протоколом осмотра места ДТП от ДД.ММ.ГГГГ. Более того, в ходе проведенного следствия показания ФИО5 в части места контакта автомобиля и велосипедиста носили нестабильный характер, в связи с чем суд к ним относится критически, как к избранному способу защиты.

К показаниям подсудимого и свидетелей защиты ФИО7 №7, ФИО26 о наличии вмятины на передней правой части капота автомобиля Kia Bongo еще до наезда на ФИО3 суд относится критически, как данные с целью избежать ответственности и облегчить участь своего близкого родственника. Более того, в судебном заседании свидетель ФИО26 на просьбу суда продемонстрировать на рисунке место вмятины указал иное место, нежели зафиксированную в ходе осмотра указанной автомашины. Кроме того, из представленного свидетелем ФИО7 №7 договора аренды транспортного средства от ДД.ММ.ГГГГ и акта приема-передачи к нему (т.4 л.д. 237-239) следует, что автомобиль Kia Bongo передан в технически исправном состоянии без дефектов.

Суд критически относится к показаниям ФИО5 в судебном заседании о том, что он не исключает оставление следа торможения на асфальте правыми колесами, поскольку в ходе предварительного следствия положение автомобиля в момент начала и окончания торможения установлено на основании совокупности показаний в качестве подозреваемого и обвиняемого ФИО5, свидетеля ФИО7 №3 и подтверждается выводами судебной автотехнической экспертизы, проведенной ФИО27

Факт наезда на несовершеннолетнего велосипедиста ФИО3 уже после завершения пересечения автодороги на обочине и последующее торможение путем бокового скольжения вдоль линии забора нашел свое подтверждение исследованными в судебном заседании доказательствами: заключением автотехнической экспертизы ...Р13.1/2023 от ДД.ММ.ГГГГ; протоколом осмотра переднего бампера от ДД.ММ.ГГГГ, зафиксировавшим многочисленные повреждения с правой стороны; протоколом осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 79-84), зафиксировавшим наслоения синей краски на столбе и повреждения забора; протоколом осмотра места совершенного ДТП от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 62-77), зафиксировавшим общую обстановку после ДТП; а также исследованной в ходе судебного заседания фотографии, представленной свидетелем ФИО19, пояснениями к ней в судебном заседании эксперта ФИО38, специалиста ФИО24

Таким образом, суд приходит к выводу о доказанности возможности обнаружения несовершеннолетнего велосипедиста для водителя ФИО5 за 3 сек. до наезда или на расстоянии около 49,8 метров, принятие водителем ФИО43 мер к остановке автомобиля на расстоянии не далее 35,7 м. от места наезда на велосипедиста, факта наезда на ФИО3 на обочине автомобильной дороги.

По смыслу закона, при исследовании причин создавшейся аварийной обстановки необходимо установить не только нарушенные пункты правил дорожного движения или эксплуатации транспортных средств, но и причинную связь между этими нарушениями и наступившими последствиями, предусмотренными статьей 264 УК РФ.

Анализ дорожной обстановки показывает, что никто из участников движения и ничто из дорожной обстановки не создавали для водителя автомобиля ФИО5 внезапной опасности или препятствия, возникновение которых он не мог предвидеть и что могло бы потребовать от него выполнения каких-либо экстренных действий по управлению транспортного средства с целью предотвращения происшествия. Именно водитель ФИО5, нарушивший Правила дорожного движения Российской Федерации, создал опасность для движения, что и послужило условием возникновения аварийной обстановки на дороге, именно его действия, не соответствующие требованиям Правил дорожного движения Российской Федерации состояли в причинно-следственной связи с рассматриваемым событием и послужили необходимой и достаточной (непосредственной) причиной рассматриваемого дорожно-транспортного происшествия – несвоевременное принятие мер по снижению скорости, последующий выезд на обочину, что привело к причинению смерти ФИО3

Вышеуказанные доказательства подтверждают нарушение водителем автомобиля марки ФИО5 пунктов 1.3, 1.5, 10.1, 9.9 Правил дорожного движения РФ.

Таким образом, нарушение ФИО5 требований Правил дорожного движения РФ находится в прямой причинной связи с дорожно-транспортным происшествием, в результате которого ФИО3 причинены телесные повреждения, расценивающиеся как причинившие тяжкий вред здоровью, приведшие к смерти.

Давая юридическую оценку действиям подсудимого, суд находит установленным то, что ДД.ММ.ГГГГ в период времени с ДД.ММ.ГГГГ часов ДД.ММ.ГГГГ минут до ДД.ММ.ГГГГ часов ДД.ММ.ГГГГ минут автомобиль с г/н ... под управлением ФИО5 следовал со стороны ... в направлении ... по проезжей части ... со скоростью, не превышающей 58,7 км/ч. В этот момент при подъезде с пересечением с дорогой переулок ... со стороны указанного переулка, т.е. с левой стороны по ходу движения ФИО5, выехали малолетние велосипедисты ФИО7 №3 и ФИО3, возраст которых был очевиден для водителя ФИО5 ФИО3 продолжил движение по пересечению проезжей части дороги ... слева направо относительно движения , тем самым представляя опасность для ФИО28 В сложившейся ситуации водитель ФИО5 в нарушение п. 1.3, 1.5, п. 10.1 Правил дорожного движения, имея техническую возможность избежать дорожно-транспортного происшествия, при приближении к участку дороги – пересечение ... – не предпринял мер к снижению скорости движения своего автомобиля, вплоть до полной остановки, и продолжил движение по ..., чем поставил себя в ситуацию возможного совершения дорожно-транспортного происшествия. По причине игнорирования вышеуказанных требований ПДД в ходе дальнейшего движения автомобиля ФИО5 в момент возникновения опасности на расстоянии не далее 35,7 метров от линии движения велосипедиста несвоевременно применил экстренное торможение, вследствие чего траектория движения (смещения) автомобиля изменилась и последний в нарушение пункта 9.9 ПДД сместился на правую по ходу его движения обочину с последующим наездом передней правой частью автомобиля на ФИО3, закончившего в тот момент пересечение дороги и находившегося на указанной обочине.

ФИО5 нарушил правила дорожного движения, предусмотренные п.п. 1.3, 1.5, 10.1, 9.9 ПДД, в связи с чем не смог своевременно принять адекватные меры во избежание наезда на ФИО44, и как следствие, причинения по неосторожности смерти последнего.

Таким образом, действия ФИО5 суд квалифицирует по ч. 3 ст. 264 УК РФ, как нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека.

Оценивая поведение ФИО5 в судебном заседании, где отмечалась адекватность восприятия им происходящего, суд приходит к убеждению, что подсудимый вменяем относительно инкриминируемого ему преступного деяния, подлежащий привлечению к уголовной ответственности.

При назначении наказания ФИО5 суд на основании ч. 3 ст. 60 УК РФ учитывает характер и степень общественной опасности совершенного им преступления, данные о его личности, влияние назначенного наказания на исправление подсудимого и на условия жизни его семьи, а также обстоятельства смягчающие наказание.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание, в порядке ст. 61 УК РФ, суд принимает: молодой возраст, положительные характеристики, отсутствие судимости, болезненное состояние здоровья близких родственников и оказание им посильной помощи, принесение извинений потерпевшей, а также добровольное принятие мер к частичному возмещению ущерба и морального вреда.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 09.12.2008 № 25 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным завладением без цели хищения», учитывая, что указанные в статье 264 ч. 1 УК РФ последствия наступили не только вследствие нарушения ФИО5, управляющим транспортным средством, Правил дорожного движения, но и ввиду несоблюдения потерпевшим пунктов 24.3, 24.6 Правил, указанное обстоятельство учитывается судом, как смягчающие наказание.

Оснований для признания наличия п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ суд не усматривает, поскольку принесение извинений в данном случае не является соразмерным заглаживанием причиненного вреда и не соответствует характеру наступивших общественно-опасных последствий в виде смерти ребенка. Не свидетельствует об этом и частичное возмещение ущерба и морального вреда, учитывая, что положения названной нормы применяются в случае возмещения причиненного вреда лишь в полном объеме, что по настоящему делу не установлено

Обстоятельств, отягчающих наказание, судом не установлено.

Таким образом, для восстановления социальной справедливости, исправления ФИО5 и предупреждения совершения им новых преступлений, с учетом уголовно-правовой характеристики преступления, суд полагает необходимым назначить ему наказание в виде лишения свободы с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, поскольку данное наказание сможет обеспечить достижение целей наказания, нежели более мягкое. При этом, учитывая обстоятельства совершения преступления и его уголовно-правовую характеристику, характер и степень общественной опасности, а также личность подсудимого, суд не усматривает оснований для применения положений ст. 73 УК РФ об условном осуждении.

С учетом фактических обстоятельств совершенного преступления, способа совершения преступления, характера и размера наступивших последствий, а также степени его общественной опасности, оснований для изменения категории преступления на менее тяжкую в порядке ч. 6 ст. 15 УК РФ, суд не усматривает.

Оснований для применения положений, предусмотренных ч.ч. 1, 2, 5 ст. 62 УК РФ, не имеется.

Судом обсуждался вопрос о возможности освобождения ФИО5 от уголовной ответственности и наказания, о возможности назначения более мягкого наказания, в соответствии с положениями ст. 64 УК РФ, однако таких оснований суд не усматривает, поскольку не установлено исключительных обстоятельств, связанных с поведением виновного во время или после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления.

При определении вида исправительного учреждения суд руководствуется положениями п. «а» ч. 1 ст. 58 УК РФ, в соответствии с которыми для отбывания наказания ФИО5 необходимо направить в колонию-поселение.

При разрешении вопроса по предъявленному гражданскому иску суд приходит к следующему выводу.

Судом установлено, что собственником транспортного средства , является ФИО4 При этом на основании договора аренды от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО7 №7 и ФИО4, транспортное средство Kia Bongo было предоставлено ФИО7 №7 во временное владение и пользование без оказания услуг по управлению им и по его технической эксплуатации на срок до ДД.ММ.ГГГГ. Договор аренды транспортного средства от ДД.ММ.ГГГГ на момент совершения ФИО5 ДТП не расторгался, не был признан недействительным сторонами. На момент совершения ДТП гражданско-правовая ответственность ФИО5 за вред, причиненный в ходе управления указанный автомобилем, не была застрахована, о чем его отец ФИО7 №7 знал.

Рассматривая вопрос о возможности привлечения в качестве соответчика собственника транспортного средства ФИО4, суд приходит к следующему выводу.

Согласно статье 648 ГК РФ ответственность за вред, причиненный третьим лицам транспортным средством несет арендатор в соответствии с правилами главы 59 настоящего Кодекса. Указанная позиция также отражена в п. 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина».

Ввиду изложенного ФИО4 не может являться надлежащим ответчиком по иску потерпевшей.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Положениями пункта 2 статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что совершение собственником по своему усмотрению в отношении принадлежащего ему имущества любых действий не должно противоречить закону и иным правовым актам и нарушать права и охраняемые законом интересы других лиц.

По общему правилу, установленному пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Статьей 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что в случаях, когда вред причинен жизни гражданина источником повышенной опасности, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Пунктом 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (в т.ч. использование транспортных средств), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

В соответствии с разъяснениями содержащимися в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» судам надлежит иметь в виду, что в силу статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный жизни или здоровью граждан деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих (источником повышенной опасности), возмещается владельцем источника повышенной опасности независимо от его вины.

При наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность по возмещению вреда может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности, в долевом порядке в зависимости от степени вины каждого из них (например, если владелец транспортного средства оставил автомобиль на неохраняемой парковке открытым с ключами в замке зажигания, то ответственность может быть возложена и на него).

Из изложенных норм Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснений постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что законный владелец источника повышенной опасности может быть привлечен к ответственности за вред, причиненный данным источником, наряду с непосредственным причинителем вреда в долевом порядке при наличии вины. Законный владелец источника повышенной опасности и лицо, завладевшее этим источником повышенной опасности и причинившее вред в результате его действия, несут ответственность в долевом порядке при совокупности условий, а именно наличие противоправного завладения источником повышенной опасности лицом, причинившим вред, и вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания. При этом перечень случаев и обстоятельств, при которых непосредственный причинитель вреда противоправно завладел источником повышенной опасности при наличии вины владельца источника повышенной опасности в его противоправном изъятии лицом, причинившим вред, не является исчерпывающим. Вина законного владельца может быть выражена не только в содействии другому лицу в противоправном изъятии источника повышенной опасности из обладания законного владельца, но и в том, что законный владелец передал полномочия по владению источником повышенной опасности другому лицу, использование источника повышенной опасности которым находится в противоречии со специальными нормами и правилами по безопасности дорожного движения.

Из положений пункта 3 статьи 16 Федерального закона от 10.12.1995 № 196-ФЗ «О безопасности дорожного движения», статьи 4 Федерального закона от 25.04.2022 № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», пункта 2.1.1(1) ПДД следует, что владелец источника повышенной опасности (транспортного средства), передавший полномочия по владению этим транспортным средством лицу, не имеющему права в силу различных оснований на управление транспортным средством, о чем было известно законному владельцу на момент передачи полномочий по управлению данным средством этому лицу, в случае причинения вреда в результате неправомерного использования таким лицом транспортного средства будет нести совместную с ним ответственность в долевом порядке в зависимости от степени вины каждого из них, то есть вины владельца источника повышенной опасности и вины лица, которому транспортное средство передано в управление в нарушение специальных норм и правил по безопасности дорожного движения.

Таким образом, суд считает обоснованными исковые требования, заявленные к ответчику ФИО5, как к виновнику ДТП, причинившему вред здоровью потерпевшего, так и владельцу (арендатору) транспортного средства ФИО7 №7

При определении размера компенсации морального вреда суд с учетом требований разумности и справедливости исходит из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Учитывая обстоятельства причинения вреда здоровью, характер и степень нравственных и физических страданий истцов, индивидуальные особенности истцов, принцип разумности и справедливости, а также частичное добровольное возмещение в размере 50 000 рублей, суд полагает возможным определить к взысканию денежную компенсацию морального вреда в пользу в пользу Потерпевший №1 с ФИО5 в размере 1 000 000 рублей, ФИО7 №7 – в размере 500 000 руб.

Суд считает, что указанный размер компенсации морального вреда соответствует требованиям ст.151, 1101 ГК РФ, поскольку он согласуется с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности (ст.21 и 53 Конституции Российской Федерации), уважения семейной жизни, а также с принципами разумности и справедливости, позволяющими, с одной стороны, возместить причиненный моральный вред, с другой - не допустить неосновательного обогащения потерпевшими и не поставить в чрезмерно тяжелое имущественное положение лицо, ответственное за возмещение вреда.

При разрешении гражданского иска потерпевшей в части возмещения материального ущерба, суд находит требования истца подлежащими удовлетворению, однако, вопрос о размере возмещения вреда, в соответствии с ч. 2 ст. 309 УПК РФ, суд полагает необходимым передать на разрешение гражданского судопроизводства, признав за потерпевшей Потерпевший №1 право на такое возмещение, поскольку требуется проведение дополнительных расчетов, привлечение иных лиц (представителя страховой компании и работодателя потерпевшей), что требует отложения судебного разбирательства.

В соответствии с ч. 1 ст. 115 УПК РФ наложение ареста на имущество производится для обеспечения исполнения приговора в части гражданского иска, других имущественных взысканий, возможной конфискации имущества.

В силу ч. 9 ст. 115 УПК РФ наложение ареста на имущество отменяется на основании постановления, определения лица или органа, в производстве которого находится уголовное дело, когда в применении этой меры отпадает необходимость.

Разрешая вопрос об аресте на имущество ФИО7 №7, суд считает необходимым до исполнения приговора в части гражданского иска сохранить арест на имущество: с регистрационным знаком ..., ... года выпуска, номер кузова ..., номер двигателя ..., цвет серый; с регистрационным знаком ... RUS, ... года выпуска, номер кузова ..., номер двигателя ..., номер шасси ... ....

При решении вопроса о вещественных доказательствах суд руководствуется правилами ст. 81 УПК РФ, а именно, физические носители фотографий, являющихся вещественными доказательствами, остаются при уголовном деле в течение всего срока хранения последнего; остальные предметы передаются законным владельцам.

Меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении суд считает необходимым оставить без изменения до вступления приговора в законную силу, после чего отменить.

В соответствие с положениями ст. 131 УК РФ, к процессуальным издержкам относятся суммы, выплачиваемые потерпевшему на покрытие расходов, связанных с выплатой вознаграждения представителю потерпевшего, а также вознаграждения эксперту за исполнение им своих обязанностей, суммы на производство судебной экспертизы.

Согласно правовой позиции Пленума Верховного суда РФ, сформулированной в п. 2 постановления № 42 от 19.12.2013 «О практике применения судами законодательства о процессуальных издержках по уголовным делам», к иным расходам, понесенным в ходе производства по уголовному делу, относятся расходы, непосредственно связанные с собиранием и исследованием доказательств и предусмотренные Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации. Кроме того, к ним относятся подтвержденные соответствующими документами расходы иных заинтересованных лиц на любой стадии уголовного судопроизводства при условии их необходимости и оправданности.

По настоящему уголовному делу процессуальными издержками являются расходы потерпевшей, связанные с участием представителей – адвокатов Курдюкова И.А. и Попко Д.А., которые подтверждаются исследованными судом соглашениями от 19.07.2022, 14.04.2023 и 18.07.2023, квитанциями к приходному кассовому ордеру № 224 и № 225 от 21.08.2023, согласно которым Потерпевший №1 оплачено адвокату Попко Д.А. 85 000 рублей, а также квитанцией к приходному кассовому ордеру ... от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому Потерпевший №1 оплачено адвокату Курдюкову И.А. 30 000 рублей.

Указанные расходы потерпевшей суд признает необходимыми и оправданными, поскольку они были вызваны необходимостью защиты прав и законных интересов потерпевшей от совершенного преступления и соразмерны объему предоставленных представителем услуг в ходе предварительного и судебного следствия.

Таким образом, расходы потерпевшей на участие своих представителей по уголовному делу в сумме 115 000 рублей подлежат возмещению за счет средств федерального бюджета, с последующим взысканием этих процессуальных издержек с осужденого в пользу федерального бюджета.

Кроме того, процессуальными издержками по данному делу также являются затраты на проведение судебной автотехнической экспертизы ИП ФИО38 (т.3 л.д. 241) в сумме 25 000 рублей.

Принимая во внимание возраст ФИО5, трудоспособность, имущественное положение, суд считает возможным взыскать с осужденного понесенные процессуальные издержки, в соответствии с правилами ст. 132 ч.1 УПК РФ. Оснований для освобождения подсудимого от возмещения процессуальных издержек, суд не усматривает.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 307, 308 и 309 УПК РФ, суд

приговорил:

Признать ФИО5 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 Уголовного кодекса Российской Федерации, и назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 3 года с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 года 6 месяцев, с отбыванием основного наказания в колонии-поселении.

Направить ФИО5 в колонию-поселение самостоятельно в порядке, установленном ст. 75.1 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации. Срок отбывания наказания исчислять со дня прибытия осужденного в колонию-поселение. При этом время следования осужденного к месту отбывания наказания в соответствии с предписанием, засчитать в срок лишения свободы из расчета один день за один день.

Назначенное ФИО5 дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, сроком на 2 года 6 месяцев, в соответствии с ч. 4 ст. 47 Уголовного кодекса Российской Федерации распространить на все время отбывания основного вида наказания, а его срок исчислять после отбытия основного наказания в виде лишения свободы.

Меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении ФИО5 оставить без изменения до вступления приговора в законную силу, после чего отменить.

Гражданский иск потерпевшей Потерпевший №1 в части взыскания морального вреда удовлетворить частично, взыскать с ФИО5 ФИО49 в пользу Потерпевший №1 компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 рублей, взыскать с ФИО7 №7 в пользу Потерпевший №1 компенсацию морального вреда в размере 500 000 рублей. Отказать в удовлетворении исковых требований к ФИО4.

Признать за потерпевшей Потерпевший №1 право на удовлетворение гражданского иска в части возмещения материального ущерба и передать вопрос о размере возмещения гражданского иска в указанной части для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства.

До исполнения приговора в части гражданского иска сохранить арест на имущество ФИО7 №7:

Вещественные доказательства, по вступлению приговора в законную силу: 1) диск и флеш-карта с фотографиями, хранить при уголовном деле; 2) кроссовок считать возвращенным Потерпевший №1; 3) автомобиль государственный регистрационный знак ...) вернуть законному владельцу ФИО4 4) велосипед марки ALTAIR вернуть Потерпевший №1

Выплатить за счет средств федерального бюджета в пользу Потерпевший №1 процессуальные издержки, связанные с расходами потерпевшей на выплату вознаграждения представителям потерпевшей в сумме 115 000 рублей.

Взыскать с осужденного ФИО5 в доход федерального бюджета процессуальные издержки в сумме 140 000 рублей, связанные с оплатой судебной экспертизы ИП ФИО38, сумм, выплачиваемых потерпевшему на покрытие расходов, связанных с выплатой вознаграждения представителю потерпевшего и участие представителя потерпевшего.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Верховный суд Республики Бурятия, через Советский районный суд г. Улан-Удэ, в течение 15 суток со дня его провозглашения. В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, о чем должно быть заявлено в жалобе.

Председательствующий судья А.В. Манушкин